Глава 61. «А Матвей не отказался...»
Стафф.
В мои планы на этот день не входила поездка домой, и встреча с боссом. Я между прочим, собирался провести это время с Матвеем. Хотел залезть в его объятия, включить фильм ужасов, заварить горячего чаю, и просто побыть с ним вдвоём. Он наконец-то был дома спустя столько смен подряд, и я не имел права упустить эту возможность.
Грёбанный звонок всё испортил. Все планы полетели коту под хвост.
«—Стафф, я жду тебя, у тебя дома. Приезжай, это срочно.» — прозвучали холодные слова босса в трубке, перед тем как он сбросил её.
Верх идиотизма! Зачем? Зачем ехать домой? Почему именно домой, а не на базу как обычно? Почему голос босса звучал так неестественно и странно? Почему он не сказал, что у меня есть пол часа?
Меня это настораживало до самого дома. А ещё больше, настораживало то, что Матвею позвонила родительница, и сказала что он якобы закончил свой универ, или какой-то там техникум с отличием. В смысле? Что за бред вообще? Это невозможно. Просто невозможно. Я всю дорогу к своему дому переживал, и хотел вернуться, чтобы переубедить Матвея не ехать к семье. Меня пугали обстоятельства. Пугали эти одновременные звонки на наши телефоны, и пугали эти обеспокоенные голоса в трубках.. Всё это так странно, и так нереально, что мне кажется, будто мы с Матвеем просто попали в общий сон. Будто одновременно уснули, и всё что происходило в последний час — было нашим общим видением.
Но у всего, кажется, есть свои «маленькие плюсы». Матвей сказал мне, что я его семья, и он больше не хочет скрывать этого от своей, скажем так, кровной родни. Сказал, что любит меня, дорожит мной, и ценит моё присутствие в его жизни. Это невероятно важные слова для меня, и признаться честно, я очень тронут. Его слова, наверное единственное утешение, в хаосе моей жизни. Его слова цепляют меня за живое, и заставляют чувствовать себя в безопасности. А ещё, я заметил, что моё настоящее имя больше не кажется мне таким противным, каким я считал его изначально. Теперь, когда его произносит Матвей, мне кажется, что оно самое приятное из всех, которые мне когда-либо доводилось слышать. «Стефан» вышел наружу. С этим человеком, «Стефан» снова ожил. Снова получил доступ к моему нутру, к моей личности. Я снова стал тем, кем являлся всё это время. Я снова стал тем, от кого бежал долгие годы, думая, что «Стефан» всё таки отстал.
Теперь я был Стефаном. По крайней мере, я больше этого не отрицал, и не бился в истерике, когда это имя звучало при мне.
Матвей буквально стал моим просветлением. Стал моим спасением, моей жизнью, моей истиной. Это так... Непривычно... Человек, который изначально был моей целью и обычным, животным желанием — теперь стал моим смыслом. Смыслом жить, смыслом стремиться к чему-то, смыслом всё ещё находится в этом чёрством мире, и замечать что-то прекрасное. Под словом «прекрасное» я конечно же имею ввиду его... Моего Матвея..
И теперь, когда я подхожу к своему району, естественно неоднократно подскальзываясь на льду, в моей голове начинают расползаться тревожные мысли. Чёрт возьми, я всегда думал, и был уверен на сто процентов — что я являюсь смелым человеком. Всегда думал, что я ничего не боюсь. Что я сильный, отважный, и храбрый. Всегда считал себя таким, потому что меня этому учили с самого детства, а теперь... Теперь выяснилось, что я всё таки боюсь кое чего. Боюсь потерять любимого человека. Это мой единственный, и самый главный страх, от которого мне никуда не деться. Вот эти его слова о том, что мама говорила по телефону — очень пугают меня. До дрожи пробивают. Что же это может быть? Неужели он и в правду может уехать в Швейцарию? Нет... Господи, только не это... Я ведь брошу всё, и поеду за ним. Мне будет глубоко плевать на босса, на криминал, и на всю эту хрень, в которой я замешан. Я брошу всё ради него. Я останусь с ним во что бы то ни стало. Я не смогу. Не смогу смириться с тем, что он уедет. Да и не должен он ехать, в словах его матери вероятно была ошибка. Матвей ни где не учится, и по любому закончить семестр с отличием не мог. Кто его посмеет забрать? С чего бы это? Или... Может я просто чего-то не знаю? Может он учился где-то на онлайне? Да нет... Этого точно быть не может, я бы знал. Он бы мне сказал.
Дойдя до своего подъезда, я почувствовал, как по спине пробежал холодок — тот самый, что бывает перед самым дерьмом. Инстинкт заставил меня замереть на полпути к двери.
И тогда я их увидел. В дальнем углу двора, на парковке, стояли впритирку, как чёрные гробы, три иномарки. Слишком чистые для моего двора. Слишком... Чужие... Слишком... подозрительные. Стёкла — затонированные, шины большие, непривычные...
Я медленно развернулся и сделал пару шагов в их сторону. Заметно прищурился. Воздух был морозным и резким, но я почти не дышал, вслушиваясь в тишину двора. Благодаря зрению, которое не раз меня выручало, я смог разглядеть номера.
Не наши. Даже не российские. Какие-то иностранные, с непривычным шрифтом. Европейские? Или... американские?
Вопрос в голове щёлкнул чётко и холодно, как затвор пистолета: Откуда? И, главное, зачем они здесь, под моими окнами, в такой, казалось бы, неприметный вечер?
С дикой тревогой, опаской, и осторожностью, я пробрался в свой подъезд, притаившись у стены. В подъезде вроде тихо, никого нет... Да и вообще! Чего это я нервничаю так? С чего я вообще взял, что эти машины именно по мою душу приехали? Можно подумать я один в криминале здесь замешан... Хотя да. Один. Плевать! Мало ли кто это может быть... Может родственники чьи-то, может жильцы новые, да кто угодно может быть. Меня на районе давненько не было, всё что угодно могло измениться.
Поднимаясь по лестнице, я ощущал внутри сильное волнение. От каждого нового шага, моё тело инстинктивно вздрагивало, ноги подкашивались, а глаза наполнялись смутной пеленой. Дыхание было прерывистым, мне словно не хватало кислорода. Схватившись за перила, я остановился. Надо было выдохнуть, успокоиться, и дождаться босса. Он наверняка ещё не успел приехать. Или успел? Да, чёрт, у него ведь были запасные ключи от моей квартиры. А это вполне может значить, что он уже внутри.
Осилив последние ступеньки, я припал к своей двери лбом, и протяжно выдохнул. Однако, вскоре, мой взгляд зацепился за вскрытый замок, и я ощутил как кожа покрылась холодными мурашками.
Если это был бы босс, он бы открыл дверь ключом. Тогда кто был внутри?! Или... До сих пор находится?
Смахнув набежавший пот со лба, и с великим трудом отогнав от себя тревожные мысли, я тихо приоткрыл дверь, и в полумраке не смог ничего разглядеть. Внутри было тихо, темно, и пахло привычной сыростью. Давно я здесь не был, поэтому уже и забыл, как пахло у меня дома...
Рука нервно потянулась к стене, чтобы зажечь свет, и указательный, дрожащий палец, наконец-то нащупал выключатель.
В мгновение, когда тусклый свет в коридоре зажёгся — моё сердце пропустило несколько ударов. На ватных ногах, я отскочил от двери к выходу, и неосознанно согнулся в коленях, судорожно расставив руки в стороны.
Посреди узкого коридора, стояло моё старое кресло с подбитой ножкой, на котором сидел какой-то неизвестный человек. Он был одет в классический, синий костюм, на ногах лаковые туфли, а на плечах накинуто чёрное пальто. Возле него, по бокам, стоят двое таких же крупных парней с широкими плечами, суровыми взглядами, и чёрными длинными плащами до колен. В их ушах висят микрофоны, а в карманах виднеются пистолеты.
Зрелище пугающее. Не зря я волновался.
Почему они молчат? Пристально смотрят на меня, и молчат. Боже мой.
—Вы кто такие?— попытался я набраться уверенности, и вдруг ощутил себя подростком Стефаном, который только учится быть грубым и неподвластным. — Где мой босс?!
—Парни, грузите его в машину. — отозвался строгий голос с кресла, и я громко сглотнул слюну.
—Не понял, в смысле «грузите»? — я выставил руки вперёд, когда эти два шкафа решительно двинулись в мою сторону. — Стойте на месте, вы чё?
—Стефан, успокойся. — вновь сказал мужик с кресла, и остался сидеть на нём, закинув ногу на ногу. — Никто тебе боли причинить не хочет. Это для твоего же блага.
—Для какого ещё блага?— сопротивлялся я, когда эти двое уже перехватили мои руки, и прижали меня к холодной стене лицом. — Вы кто такие, ублюдки?!
—Аккерман, уймись уже. Сейчас поедем в ресторан, будешь садиться за стол переговоров с нашим боссом. — он поднялся с кресла, поправив на себе пальто. — Не стоит сопротивляться и пытаться сбежать, у тебя всё равно ничего не получится.
—Какой нахрен стол переговоров, вы чё тут все, поохуе...
Не успев закончить фразу, меня резко вжали в стену, от чего мне даже дышать стало трудно, не то что говорить.
—Если не хочешь закончить как твой папаша, помалкивай. У нас приказ. Ты едешь с нами. Будешь вести себя хорошо, то возможно обойдёмся без наручников. А если начнёшь меня расстраивать, то придётся ехать связанному в багажнике, с кляпом во рту!
—Э, мы так не договаривались!— шепнул кто-то из этих двоих за моей спиной.
—Всё, выводим его! Босс нас уже ждёт. — сказал мудак в синем костюме, и прошёл вперёд первым.
Их руки — тренированные канаты из мышц и сухожилий — впились мне в локти и выше, под самые плечи. Захват был болезненным, и не оставлял рычага, не давал точки опоры. Я рванулся вперёд всем телом, с глухим рыком, но моё движение лишь отдалось в их хватке упругим сопротивлением, будто я бился о стены непробиваемой камеры. Они не дергали, не грозили — просто вели, подстраивая свой шаг под мои судорожные выпады.
Я начал спотыкаться о собственные ноги, теряя ориентацию в пространстве, которое внезапно сузилось до этих двух тел по бокам. В момент падения их хватка не ослабла — она сместилась, перераспределила давление, превратив мой вес в часть собственного движения. Они даже не сбились с шага. Это было самое унизительное: моё сопротивление ничего не меняло. Оно было учтено, просчитано и нейтрализовано ещё видимо до того, как началось.
***
Ресторан «Даточка» распологался в самом глухом, и практически нежилом районе Тольмеза. Почему нежилом? Потому что, это новостройки. Здесь только начинает зарождаться жизнь, но правда в очень медленном темпе. Ресторан этот открыли, если не ошибаюсь, пол года назад, и я никак не успевал его посетить ( да и не собирался). А сегодня меня привезли именно сюда.
Идя вперёд на непослушных, дрожащих ногах, мой взгляд метался со стороны в сторону на этих двух ублюдков, которые даже в этот момент, не отстают от меня ни на шаг. Они смотрят перед собой, но это не значит, что они отвлекаются. Их взгляды полны серьёзности и ответственности. Видимо, они реально профессионалы своего дела. Только я всё ещё не могу понять, кто они такие, и зачем ведут меня в это место.
Внутри было жарко. Из кондиционера дул горячий воздух, обжигая кожу прямо с порога. Яркий свет лампочек, и разноцветных гирлянд впивался в глаза, заставляя их мгновенно зажмуриваться. Маленький коридор напоминал мне самую обычную, домашнюю веранду, но с особым уютом. В следующем зале была уже другая атмосфера. Всё вокруг было в жёлтых тонах, и в оранжевых лампочках. По всему залу расставлены большие, прочные столы, накрытые белыми скатертями, и вазами с искусственными цветами. Тут было пусто. Ни души.
Хотя нет. Одна душа всё таки была. В самом конце помещения, за самым здоровым столом, укрытым множеством различных блюд и напитков — сидел рыжий мужчина. Вокруг него, казалось, собралась целая армия из таких же больших парней с широкими плечами, и наушниками в ушах. Меня подтолкнули вперёд, и я в ускоренном движении, двинулся по залу, цепляя при этом столы и стулья.
Оказавшись перед столом, я смело схватил стул, с силой отодвинул его, и уселся напротив рыжего, кудрявого мужика, не дожидаясь пока он соизволит мне разрешить это сделать. Терять мне наверное уже нечего, поэтому проявлю все свои Стаффовские наглые черты характера, в полном объёме.
—Ну? Чё молчишь? — грубо рявкнул я, не сводя взгляда с этой неприятной, ехидной, рыжей морды. — Чё вам от меня надо? Кто вы такие, мать вашу? Где мой босс? Вы его грохнули что-ли?
—Слишком много разговариваешь, Стефан. — он отпил красную жидкость из своего бокала, и облизал губы. — Угощайся.
Он меня провоцирует.
—Зачем я здесь?! — спрашиваю, сложив руки на столе. — Где мой босс? Он мне звонил.
—С ним всё в порядке, он на своём месте. Он тебя продал мне. — проговорил он, со странным акцентом в голосе.
—В смысле, блять, продал?— вскипятился я как чайник, подскакивая с места.
—Да ты не нервничай так. Я обижать тебя не буду. — он даже не смотрел в мою сторону, убрав взгляд в бокал, который находился в его правой руке. — Ты теперь будешь работать со мной. За границей. В Берлине. Но ты не волнуйся, там всё легально. Такой жести, в которой ты работал до этого — там нет. Будешь всего лишь администратором моего магазина.
—Чё за херомантию ты несёшь?— я опёрся руками о стол, чуть ли не заваливаясь на него всем телом. — Каким администратором? Вы тут все обкурились что-ли?
—Я серьёзно. — продолжал он строгим тоном. — Я забираю тебя в Берлин не потому, что мне очень хочется найти сотрудника в свой магазин, а потому, что мой племянник не должен участвовать в тёмных делах такого ужасного города как Тольмез.
Что?! Что он сказал?! Племянник? Какой ещё племянник, он с дуба рухнул?
После минуты молчания, он продолжил:
—Стефан, я не хочу чтобы ты стал проекцией своего отца. — всё также не поднимая взгляда, говорил он. — Я уже не молод, и..
—Понятно!— махнул я рукой, собираясь уходить. — Счастливого пути.
—Стефан! Куда ты уходишь?— кричал он мне в спину. — Куда?! Не смей отрекаться от меня! Ты слышишь, или нет?
Конечно нет. И слышать ничего не хочу. У меня давным давно нет семьи, и никакого дяди у меня никогда не было. А если и есть, то меня это уже не колышет. Не нужны мне родственники. А помощь от них, так тем более. Поздно уже.
—Стефан, остановись! Не смей поворачиваться ко мне спиной!— голос послышался около меня, и через секунду, ладонь рыжего упала на моё плечо, разворачивая меня к себе. — Послушай! Внимательно послушай меня.
—Давайте я по нормальному объясню! — я отбросил его руку от себя. — Валите пожалуйста обратно в свою Германию, и не заёбывайте простых людей. Я никуда с вами не поеду, и никаким администратором работать не буду. Мне наплевать кто вы. Дядя, тётя, папа, мама, или кто-то ещё, вообще насрать. Я..
—Ну в целом, я и предполагал что будет именно такая реакция... — он пожал плечами. — То есть, ты отказываешься уезжать со мной?
—Отказываюсь.
—Ты уверен?
—Уверен!
Развернувшись к нему спиной, я решительно сделал широкий шаг вперёд. Но его следующая фраза, заставила меня остановится, и словно упасть в пропасть.
—А Матвей не отказался.