Глава 35. Глоток
- Не могу я... Не могу... Боюсь! - вырывается из горла крик, пока я бессильно сжимаю рукоять топора. Руки дрожат так, что лезвие мелькает перед глазами предательским бликом. - Я промахнусь! Я отрубаю себе ногу, и умру! Мне нужна пила..
- Соберись, тряпка! Мужик ты или нет? - раздаётся из окна хриплое ворчание. Старик с силой бьёт палкой по оставшимся в раме осколкам, и они с треском осыпаются на пол. - Где ж я тебе пилу то достану? Это ж надо в сарай бежать, выискивать по коробкам..
Нет, никакой я не мужик. Я - жалкое чмо, которое добровольно заперло себя в этой клетке. И теперь не может из неё выбраться..
- Да ты хоть скажи, кто ты такой и что тут у тебя стряслось! Молчишь же как рыба об лёд - старик умолкает на секунду, переводя дух. - Полицию, может вызвать?
- Нет, полицию не надо! - вырывается у меня испуганный возглас. Я перевожу взгляд на зияющий пролом в окне, и меня накрывает с головой.
Снаружи - точно был вечер.
Воздух, свежий и прохладный, ворвался в комнату самыми различными ароматами. Пахло травой, уличной сыростью, и главное, моей свободой. Не верится, что через считанные мгновения, я окажусь там.. Там, где смогу надышаться полной грудью.. Где снова стану прежним..
Штора отодвинута в сторону, и теперь в проеме, как в рамке, стоит незнакомец и неотрывно смотрит на меня.
Рассмотреть его толком не могу - лишь угадываю силуэт в темно-зеленом плаще и фуражке.
-А чего это? - нахмурился он.
-Потому что я не знаю кто меня сюда притащил. - выдыхаю, и с тоской перевожу взгляд на скованную ногу. - Я был пьяный. Лица не запомнил..
-Ну вы, молодёжь, даёте.. - он покачал головой, и пару раз оглянулся по сторонам. - Нельзя же так напиваться, меру знать нужно..
-Я не думал что до такого дойдёт..
-Всё равно, наказать виновного стоит. Я тут живу недалеко, пойдёшь со мной, будем выяснять чей это дом!
-Не надо, правда.. Я не хочу копаться в этом грязном белье. Спасибо вам, что нашли меня, но эти выяснения ни к чему хорошему не приведут. Я хочу просто уйти отсюда..
-Надо же.. - он будто игнорировал меня. - Прожил в этом районе больше тридцати лет, а этот дом напрочь из памяти вывалился! Ну насколько я знаю, эта улица полностью заброшена.. Хозяина будет сложно разыскать..
-И не надо! Мне проблемы не нужны. Напились, подрались, и вот результат. По делом мне!
-Да?- он почесал затылок, а я только кивнул. - Ну как знаешь..
Я прицелился ещё раз, и стараясь не дрожать (хоть и плохо получалось), замахнулся. Сталь сверкнула в полумраке, и с оглушительным лязгом врезалась не в быльцо, а прямо в звено цепи между наручниками.
Раздался сухой, металлический хруст - звено лопнуло, и цепь, с отвратительным скрежетом, разорвалась.
На мгновение я онемел,не веря своим глазам, а потом меня накрыло новой волной страха. Теперь он был другим - острым, животным, паническим. Я боялся, что Стафф уже стоит за спиной, хотя понимал что это просто невозможно.. Боялся даже дышать, потому что воздух, пахнущий свободой, резал лёгкие, и словно обжигал изнутри. Такого всепоглощающего, парализующего ужаса я не испытывал, кажется, никогда.
-Получилось?!- раздался голос незнакомца, выдёргивающий меня из мыслей. - Ну? Чего там? Получилось, нет?
-Та получилось.. - ответил я вяло, и поднялся с кровати. Холодный кусок наручника всё ещё болтался на лодыжке, напоминая мне о том, что я никуда не денусь от Стаффовских захватов. Даже если смогу снять этот кусок металла, всё равно буду чувствовать себя запертым в его клетке.
Но тем не менее, я же стоял? Я стоял на полу.. Я больше не был на привязи.. Я был полностью свободен.. Но я... Я не верил этому.. Всё казалось нереальным, слишком быстрым, слишком непонятным..
-Тогда бери топор, и идём со мной!
-Куда?- не успел я придти в себя, как уже куда-то тянут..
-Как куда? Ко мне!
-Зачем?
-Ну ты чудной, а! - пожилой мужчина развёл руками. - Как зачем? Девятый час уже, не пойдёшь же ты домой в такое позднее время? Да и потом, где ж ты живёшь то? Наверняка отсюда не уедешь уже. Автобусы не ходят, трамваи тем более, да и идти до них как до Киева раком! Пойдём, у меня жена сегодня с дачи вернулась, ужин стряпает.
-И правда.. - я вдруг опомнился. Мне бы действительно для начала отойти от всего ужаса, произошедшего за всё это время, а потом уже думать, как поступать дальше, и куда путь держать.
Я протянул руку к топору, лежащему на полу около кровати, и подняв его, направился к окну словно заворожённый. Я больше не обернулся, и ступая на пол с осколками, не ощутил ни капли боли. Может потому, что ступал в кроссовках, и в принципе не должен был ничего чувствовать, а может из-за того, что меня уже не волновала обстановка. Мне просто хотелось уйти. Как можно скорее свалить отсюда, и забыть как страшный сон.
Я закинул левую ногу на подоконник, и потянул за собой правую. Здесь было не так высоко, и мне хватило секунды, чтобы оказаться на воле.
Старик в зелёном плаще ловко выхватил из моих ослабевших пальцев топор, и не сказав ни слова, подался вперёд, зазывая меня за собой. Я последовал за ним, постоянно спотыкаясь о какие-то бурьяны, и прочие заросли. Уличный воздух наполнял мои лёгкие жизнью, и прогонял плохие мысли прочь. И пусть я ещё не до конца верил в своё освобождение, но хотя бы, на пятьдесят процентов точно был уверен что не сплю. Я всё это ощущал кожей. Это летнее завывание ветра, этот звук пролетающих над ухом комаров, эту землю под ногами. Я чувствовал всё. И меня это безумно радовало.
***
В чужом доме было уютно. Здесь пахло воском, пирожками, и какой-то приятной, цветочной свежестью. Дед, который представился Фёдором Васильевичем, был очень доброжелательным ко мне. Всю дорогу сюда не смолкал, переживал. Спрашивал что у меня болит, и точно ли я уверен в том, что не буду вызывать полицию. Он говорил, что нельзя оставлять ублюдка совершившего такое - безнаказанным, представил на моём месте своего уже давно взрослого сына, и схватился за сердце. Уже дома, он усадил меня за кухонный стол, и потребовал показать всевозможные раны на моём теле, для скорейшей обработки. Потом, притянул старую аптечку, и принялся обрабатывать запястья, игнорируя мои шипения.
Его жена, Тамара Ивановна, суетилась с готовкой, и весь вечер жаловалась на то, что на районе уже давным давно нет света, и приходится всеми делами заниматься днём, чтоб не упасть где-нибудь в коридоре, и не сломать себе какую-то часть тела. Ругала правительство, твердила о том, что эти уроды уже второй год хотят снести дома - но не позаботились о жителях. Мол, повывозили их в центр независимости, и сказали, что дальше пускай обращаются в другие службы для выдачи нового жилья. Женщина рассказывала о том, что скоро уедут с мужем на дачу, и будут жить там, со всеми условиями, огородом, и просто среди людей, а не в одиночестве. Мол, дети им помогают с ремонтом пока лето, ведь наступят холода - и жить на даче будет накладно. Спешат всё устроить, залатать, перевести все вещи. И поведала о том, как дед любит рыбалку, и упирается лбом, не желая и слушать о переезде. Мол, здесь речка близко, а оттуда до неё фиг доберешься.
Ужин накрыли при свечах. На стол, Тамара Ивановна поставила миску пирожков с капустой, тарелку оладьев с домашней по её словам сметаной, и насыпала каждому из нас, по тарелке зелёного борща. Также, дед притащил откуда-то пучок зелёного лука, поставил банку соли, а затем, вытащил из-за спины сомнительный бутыль, подозрительно прозрачного цвета.
-Так! Что это такое?- возразила женщина, убирая короткие волосы за уши. - Унеси немедленно!
-Не слушай её!- довольно усмехнулся Фёдор Васильевич, и достал с верхней полки шкафчика - две рюмки. - Надо здоровье поправить!
-Федя, у тебя сердце! - она пригрозила ему указательным пальцем.
-Ну и новости!- развёл он руками. - Представляешь, у тебя тоже сердце! И у Матвея тоже оно есть. Вот это да.. - он хохотнул, кивая головой в разные стороны.
-Ой, да ну тебя в баню! - она махнула на него рукой, и уселась за стол, чуть правее от меня. Мы сидели на удобном диване, оранжевого цвета. И за весь этот день, я впервые чувствовал себя так легко и непринужденно. Как будто находился в кругу самых близких людей, хотя знал их всего ничего.
-Кстати о бане!- сказал старик, разливая белую жидкость по рюмкам. - Матвей, после ужина, я организую тебе ванну! Уверен, в такой ты ещё не купался.
-О да.. - согласилась женщина, закрываясь руками.
-А чего ты хохочешь?- обратился дед к ней, и сам засмеялся. - Ну подумаешь, корыто! За то в нём вся грязь отмоется.
-Я ж не спорю..
-Вот и не спорь. - мягко улыбнулся тот, поправляя свой темно синий свитер. - Давай, Матвей, за твоё здоровье! Оставайся у нас на ночь, ну или, если хочешь, на месяц! - заметив в моих глазах удивление, он вновь хохотнул. - Шучу. Максимум неделя. На большее в таких условиях тебя не хватит.
-Федя!- Тамара Ивановна взглянула на него не самым добрым взглядом, но тем не менее, посмеялась, поддакивая каждому его слову.
Первая рюмка чего-то горького, зашла как родная. Я не кривился, не плевался, никак не реагировал на обжигающий вкус во рту, только лишь закусил ложкой борща. Дед одобрил моё действие, показав палец вверх.
-Правильно, Матвей, так и надо! А то кто ж самогон пьёт без закуски?
-А.. Так это самогон был?
-Пф.. - он пригладил свою лысину, облакачиваясь на спинку дивана. - Ну не компот же! Эх ты-ы.. Молодёжь, что с вас взять? Глупые, юные... Не понимаете что такое «элитный вкус»!
-Я редко пью, мне простительно.
-Ага, но судя по тому, как ты напился в последний свой раз - то пьешь редко, но метко, да?
-Что есть, того не отнять!- горько усмехаюсь, и вновь начинаю загоняться.
-Так ладно, вы ешьте, а я.. Я пойду Матвею комнату подготовлю. Чем быстрее ляжешь - тем лучше. - парировала женщина, покидая маленькую кухню.
***
После ужина, и принятия «душа», Тамара Ивановна привела меня в небольшую комнату, увешанную шторой вместо двери. Поставила свечу на комод, и указала рукой на чистую, приятно пахнущую постель с нарисованными ягодами. Это был диванчик, вполне практичный, и достаточно удобный. На полу лежал ковёр, у стены напротив дивана - стоял большой шкаф с книгами и стареньким телевизором, который не работал, но видимо ставить больше некуда. В комнате ещё есть окошко, с приоткрытой форточкой, откуда уже дует свежий ветерок.
Поблагодарив женщину за столь тёплый приём, я забрался под мягкое одеяло, и несмотря на неудобные, широкие вещи деда, которые мне выдали после купания - я всё же вырубился.
После цепей, было сложно привыкнуть к обычному, спокойному, ни чуть не тревожному сну, но.. Уснул как говорится, без задних ног.