Глава 7
Был яркий солнечный полдень с теплым дуновением южного ветра, когда Мария, наконец, добралась до города. Альда говорила, что на свадьбу соберется весь город, так оно и было. Пришли все, и Мария впервые увидела, что такое итальянская свадьба, они ее справляли даже шумнее, чем русские. Гуляли всем городом, невеста с женихом прошли по главным улицам города к церкви. Места внутри всем не хватало, многие, как и Мария стояли на улице и ждали когда закончиться церемония. Но вот послышался свист, хлопанье в ладоши, поздравления. Улыбки не сходили с лиц мужчин и женщин. Они все были, как одна большая семья и все искренне радовались и поздравляли новобрачных.
Пиршество длилось до поздней ночи. За это время Мария успела, наверное, познакомиться со всеми жителями городка. Она впервые увидела отца Марко и была несколько удивлена, как сильно сын похож на отца. Мать Марко была улыбчивой веселой женщиной. Тут были еще две его младшие сестры, но те скромно с мужьями сидели в сторонке. Среди всей городской толпы, которая собралась в кафе на улице под густо разросшимся виноградником, были еще дети разных возрастов всего около трех сотен и эту дикую, необузданную толпу визжащих, кричащих, веселых детей никто не мог успокоить. Но когда встал из-за стола Альберто чтобы произнести тост, в воздухе повисла такая тишина, что даже птицы побоялись ее нарушить своим неосторожным пением.
Пока он произносил речь, Мария отступила к стене и, повернув голову, увидела Марко. Он стоял в тени виноградника также у стены, курил сигарету и сверлил ее искушенным взглядом, от которого по ее телу поползли мурашки. Невольно ей вспомнился вчерашний вечер. Они так долго обнимались, целовались, это было такое искушение, такая страсть, он так умело ее соблазнял, что не было сил устоять. Мария из последних сил сдерживалась, чтобы не позволить ему большее. Но Марко сам не хотел торопиться и портить между ними эти нежные чувства, сравнивая их с похотью.
К нему подошла высокая красивая сицилийка, коснулась его плеча, и Мария отступив от стены, смешалась с толпой. Видимо это и была Симона. Мария удивлялась и что же такого есть у нее, чего нет у той. За что Марко ее полюбил? Мария совсем не красавица, она не могла назвать себя даже хорошенькой.
К вечеру, Мария уже валилась с ног. Не было места, куда можно было присесть. Она ушла к городскому фонтану и там села на лавочку. К ней вскоре присоединился мужчина. Мария подняла голову и заметила, что он на нее смотрит.
– Мы с вами еще не знакомы, я Алфредо, – сказал он хриплым басом.
Услышав его имя, Мария с интересом посмотрела на мужчину. Он был как Марко, только волосы светло-каштановые и серые глаза. Что-то в его внешности было зверское, свирепое то, что он скрывал за внешним спокойствием. Смотрел он на нее выжидающим цепким взглядом. Ей стало неловко, от этого мужчины у нее был мороз по коже.
– Мария, – сухо представилась она.
– Я слышал вы художница.
Мария кивнула и натянуто улыбнулась. Повисла напряженная тишина.
– Вы живете одна? – вдруг спросил мужчина.
– Эм..., ну да.
Мимо прошла женщина, узнав Марию, она остановилась и позвала ее. Это была школьная директриса.
– Ты извини, мы нашли учителя иностранного языка...
– Я знаю, – кивнула Мария. – Ничего. Я справлюсь.
– Но я подумала, что ты могла бы давать свои занятия после уроков. Все желающие будут на час в твоем распоряжении, любой кабинет будет твоим. Что думаешь?
– Было бы замечательно.
– Тогда придешь после десятого сентября, когда расписание будет готово, и мы все обговорим, – улыбнулась женщина. Мария согласно кивнула и поблагодарила.
– Так у вас не было работы?! – заметил Алфредо.
– Да я была в поисках.
– И как вы жили, на что?
– Я занимаюсь с Бетти, дочерью Альды.
Алфредо посмотрел в сторону булочной и усмехнулся.
– Все равно на эти копейки не проживешь, а дон Монтанелли не идет на уступки иностранцам.
– Я об этом уже слышала. Но пока что не бедствую. А налоги я плачу, – холодно отозвалась Мария, подняла голову и увидела, как в машину садится тот самый дон со своей женой. Алфредо тоже поднял голову и ухмыльнулся.
– Он про вас все знает, – сказал мужчина. – Он человек старой закалки, чтит законы, порядки и семейные традиции. Интрижки своего сына с русской девушкой он не воспринимает всерьез.
Мария нахмурилась и опустила голову. Машина проехала мимо и устремилась по той дороге, по которой вскоре пошла Мария. Она быстро попрощалась с Алфредо и поторопилась скорее уйти из города. Уже когда начались плантации винограда и апельсиновые сады, Мария сбавила шаг, пошла тише. Силы ее медленно покидали. Это был очень длинный, изматывающий день, несмотря на все веселье. Мария остановилась, привалилась к стволу кипариса, и облизала губы, еще хранившие привкус красного вина, самого лучшего вина, которое когда-либо она пробовала. Она перевела дух и провела рукой по волосам. Почему-то слова Алфредо нисколько ее не обидели. Ей все равно, что про нее думают и говорят. Она закрыла глаза и осела на корточки, но когда открыла, заметила, что солнце уже давно село за горизонт и быстро темнело. Мария встала и постаралась идти быстрее. Ее дома еще не было видно, он был там за гранатовым садом, а она еще не прошла путь сладких апельсинов. Услышав позади рев мотора Мария, не оборачиваясь, быстро сошла с дороги и скрылась за кустарниками. Она была более чем уверена, что это был Марко. Он будет требовать с нее ответ. Она понимала, что не скроется от него, но все же решила попытаться. Она свернула в апельсиновый ряд и побежала между рядами деревьев. У нее не было так много сил, чтобы бежать быстро, но постаралась укрыться в разделяющей две плантации полосе олеандров. Марко настиг ее как дикий зверь, повалил на траву, усыпанную розовыми цветками и, перевернув, страстно впился в ее губы. Его неудержимая страсть и сила желания, сводила ее с ума. Задыхаясь от переизбытка чувств, Мария оплела его шею руками и вцепилась в его волосы. Он тяжелый и большой придавил ее своим телом к земле и жадно пробирался руками под платье, сжимая бедра, ягодицы, поднимая ноги и прижимаясь к ней все теснее. Он был таким неистовым, пылким, разгоряченным и нетерпеливым. Мария испугалась этой необузданной страсти, скорее боялась не его, а себя, что не выдержит и отдаст ему всю себя, прямо здесь на земле под открытым небом.
– О чем ты разговаривала с Алфредо? – спросил Марко и голос его леденящий и грубый был как ушат холодной воды.
– Ты ревнуешь?
– Мне не нравится это. Алфредо я ненавижу. Он меня бесил еще в школе. Я не хочу знать и видеть, что ты с ним любезничаешь. Ты только моя.
Он принялся снова осыпать ее поцелуями. Мария зажмурилась и скользнула руками по его широкой спине.
– Всё против нас, – прошептала она.
Марко поднял голову и пригладил рукой ее волосы.
– Поехали со мной завтра в Мессину. Проведем там неделю.
– Неделю?!
– Если ты чего-то боишься, то я даю слово, что не буду распускать руки.
Мария ласково улыбнулась и провела пальчиками по его лицу. Он перехватил ее руку и поцеловал открытую ладонь.
– Я люблю тебя, – произнес он пылко и вновь приник к ее губам.
На следующий день после обеда он приехал за ней и силой увез в Мессину. Проехали всю восточную часть острова за два с половиной часа и к ужину добрались до большого города. Путь был недолгий, но весьма красочный. Марко ей поведал, что исколесил всю Сицилию вдоль и поперек. По его словам Мария поняла, что он гордится тем, что родился здесь и считает себя чистокровным сицилицем. Мария слушала его с интересом, ни разу не перебив. Говорил он весьма занимательно, хотелось слушать его вечно, для этого у него было все и красивый, приятный голос и привлекательная внешность. Разве думала она, что судьба так крепко сведет их вместе. Когда она его только увидела – то был мимолетный взгляд в его сторону – он ей совершенно не понравился. Она назвала его с братом – мерзавцами. После себя они оставили только страх и панику. Но все изменилось, стоило ему прийти тогда к ней. Оказалось он не такой бандит, каким она его считала и более того, он ее любит. Но плохое предчувствие не оставляло ее, о чем она ему сразу сказала, когда они сняли номер в гостинице.
– Твоя девушка будет беспокоиться. А твой отец, ты сказал, куда ты поехал и с кем?
– Ну во-первых я не хочу говорить о Симоне и не собираюсь. Отец узнает, куда я уехал и с кем, Гуидо все ему расскажет.
– Кто это?
– Телохранитель, он следил за нами весь путь и поселился где-то рядом.
– Я не нравлюсь твоему отцу, так ведь?!
– Он хочет, чтобы я женился на сицилийке.
– И правильно сделаешь.
Марко нахмурился.
– Ты ведь не пойдешь против отца, – прибавила Мария, заглянув в ванную.
– Не пойду, но и не женюсь, – ответил Марко. Он сел в кресло закинул ногу на ногу и закурил.
– Ты очень упрямый, – улыбнулась Мария и, смутившись под его пристальным взглядом, посмотрела на кровать.
– Мы будем спать всю неделю на этой кровати? – спросила она и оглядела номер в поисках другой мебели, но кроме кресел и стола, ничего больше не было.
– А что тебя смущает?
– Меня? – Мария заметно нервничала и, ломая пальцы рук, подошла к кровати. – Я люблю простор, никогда не спала с мужчиной в одной кровати.
– Ты что девственница? – усмехнулся Марко.
– Нет, – Мария засмеялась, и села на мягкое покрывало. – Я просто не жила с мужчиной в одной квартире, не спала в одной кровати...
– Я понял. Ну что ж, придется тебе меня недельку потерпеть, – обаятельно улыбнулся Марко, он затушил сигарету, выпил воды, встал, подошел к ней и, опрокинув на кровать, опустился на нее сверху. Мария покорно раскрылась для него, обняла и ответила на поцелуй. Он получился глубокий, порывистый, возбуждающий. Кроме поцелуев и нежных ласк, Марко ничего себе не позволял, он не хотел торопиться. Мария была благодарна ему за это. Он делал все красиво, как настоящий мужчина, думал в первую очередь о ней и не набрасывался на нее как дикое животное с жаждой получить свое удовольствие. Он ждал ее ответных действий, ждал, когда она сама захочет и попросит его об этом. А если не просит, значит не хочет и может быть не питает к нему той же неистовой любви. Но заставить себя влюбиться в него Мария была бессильна, она хотела, но не получалось. Возможно все дело в его отце, в его девушке, которую он не хочет больше считать своей девушкой. Тут были и другие причины, страхи, сомнения, все это как нерушимая стена не давала ей раскрыться перед ним. Он ей безумно нравился, и больше всего она боялась разбить ему сердце.
Они заказали ужин в номер. Это был их первый совместный ужин. Они сели у открытого балкона с видом на пролив и любовно кормили друг друга фальсомагро – фаршированный мясной рулет с яйцом внутри.
Марко поднес ей третий бокал ароматного красного вина и с удивлением посмотрел на нее.
– Ты еще не пьяная?
– С чего это? Нисколько. Ну, если только немножечко.
– Ты покраснела.
Мария улыбнулась.
– А ты?
– Вино слишком слабое, чтобы подействовать на меня.
– Какой у тебя рост и вес?
– Метр девяносто шесть. Вес точный не могу сказать, в том году весил восемьдесят пять. А у тебя?
– Мой вес около шестидесяти и это при росте метр шестьдесят восемь. У меня слишком большой зад и грудь.
Марко расхохотался.
– Да брось. Мне нравится большая грудь, а твоя как раз помещается в мою руку.
– У меня короткие ноги.
– И что?
– Широкие бедра.
– Красивая женственная фигура. А что надо быть худой, как швабра, и за что там хвататься, за кости? Вообще не понимаю мужчин, которые говорят, что стройные и длинноногие самые красивые. Я считаю, они просто суки с завышенной самооценкой, тупые психопатичные стервы, которые думают только о себе. Пышечка моя у всех вкусы разные и твоя фигурка только твоя разжигает мой интерес. Дай мне волю и всю тебя обласкаю.
Мария покраснев до корней волос, с трудом сглотнула. Ее бросило в жар, и прилив возбуждения заставил ее невольно заерзать на месте. Она сделала глоток вина и прикусила губу, пряча глаза.
– Что-то тут очень жарко, – заметила Мария, обмахивая себя ладошкой. – Я, наверное, пойду, приму душ...
– А меня не хочешь попросить присоединиться? – лукаво улыбнулся Марко.
– Боюсь, что это ничем хорошим не закончится.
– Ты боишься, что наша интимная связь только испортит наши отношения?
– Возможно.
Марко промолчал и, задумавшись, опустил глаза. Мария закрылась в ванной, встала под прохладный душ и остудила свою разгоряченную кожу. Она обтерлась насухо полотенцем, надела чистое белье и платье, расчесала волосы и вышла к нему. Он стоял у окна и играл с ножкой бокала.
– Ты не хочешь прогуляться? – предложила Мария.
Марко обернулся и, окинув ее сладостным взглядом, согласно кивнул. Вместе они вышли в прохладную ночь и, взявшись за руки, пошли вниз к берегу.
– Чем ты занимаешься или увлекаешься? – поинтересовалась Мария.
– Всем о чем просит отец. А вообще я окончил полицейскую академию, долгое время жил в Риме, а потом меня отец попросил вернуться домой и защищать наши границы.
– Полиция и мафия как-то не вяжется между собой.
– Отец никогда не заставлял нас быть как он и повторять его судьбы, мы были вправе выбрать свой путь. Я решил стать полицейским. Но с моим эмоциональным характером мне часто делали выговоры.
– Я бы не сказала, что ты эмоциональный.
– Ты меня еще плохо знаешь, – улыбнулся Марко.
– Вот как. И что я еще не знаю?
Марко обвил рукой ее талию и остановился с ней у берега, тут они задержались, обнялись и несколько минут молча смотрели на сверкающее в лунном свете море.
– Я обещала Антонио нарисовать картину его дома, – приглушенно обронила Мария и ощутила под руками, как напряглись его мышцы груди.
– Ему что мало одной картины? В отеле у него не получалось тебя оседлать, теперь решил в свой дом завлечь.
– Ты мне не доверяешь?
– Я ему не доверяю. Он изменяет жене, у него есть постоянная любовница и ты не поверишь, но это его горничная. Не стоит тебе больше делать ему услуги.
– Но это ведь мой заработок.
– Я дам тебе деньги.
– Зачем? – посмеялась Мария. – Не нужны мне твои деньги. Ты и так сейчас потратишься на нас двоих в гостинице, за ужин, обед...
– Брось. Я что, по-твоему, бедствую? Не переживай, для меня это мелочи. У меня есть дом на Мальте, может, поедем туда? Тебе там понравится.
– Я не сомневаюсь. Но будет лучше, если мы останемся здесь, и не будем заставлять твоего отца нервничать.
– Хм, ты думаешь больше о моем отце нежели, обо мне. Он тебе за это не скажет спасибо, – упрекнул Марко. Он крепче прижал ее к своей груди и вдохнул тонкий аромат, исходивший от ее волос. – Ты знаешь, я так сильно тебя люблю, что меня охватывает ужас от мысли, что однажды могу потерять. Ты ведь от меня не сбежишь?
– Если только ты этого не захочешь.
– Сумасшедшая. Зачем мне этого хотеть? Будь моя воля, прямо сейчас повел тебя под венец, сделал бы своей женой, потом ребенка и никуда бы не сбежала.
Мария сладко улыбнулась и потерлась щекой об его рубашку.
– Ты хочешь детей?
– Я хочу детей от любимой женщины.
– Я тоже хочу ребенка...
– А что собственно у тебя было с мужчиной, от которого ты ушла?
– Да ничего не было. Пустая трата времени и нервов. Угробила на него пять лет. Я думала, он изменится, по сути, он хороший человек, но нет мужского «Я». С работой у него не ладилось. Душа нараспашку, а денег нет. Он хотел брака, хотел семью, но боялся, был не уверен, что потянет. Я ему говорила, что вместе мы все сможем. Он вроде соглашался, но все никак не мог сдвинуться с мертвой точки. Я просто устала это выносить. Да было больно, тяжело, может даже я наговорила ему лишнее, но на тот момент я была так зла, что высказала все, что терпела и выносила.
– Бесхребетный. Ты женщина сильная, решительная, целеустремленная и тебе нужен сильный мужчина, – после короткой заминки он прибавил с улыбкой, – такой как я.
– А ты самоуверенный, – подметила Мария.
– Еще какой, я гордый, упрямый, чересчур эмоциональный, могу быть грубым и мстительным.
– Да это в крови каждого сицилица, – посмеялась Мария. – Тогда почему со мной ты такой добрый, терпеливый?
– Потому что я уважаю тебя. Но чего я точно не прощу так это измены.
– Если я люблю человека, то никогда ему не изменю.
Марко оторвал ее от земли ипоцеловал в губы. Они вернулись в отель уже в полночь. Пока Марко принимал душ,Мария легла в кровать и не заметила, как уснула. Он не стал тревожить ее, а легрядом и, обхватив рукой талию, тесно к ней прижался. Она была такой мягкой,горячей, с гладкой нежной кожей. Стиснув зубы, Марко заставил себя расслабитьсяи закрыть глаза. У них еще будет время.