57/ ВЫЙДИ
NOWHERE TO RUN — ALWAYS NEVER
⏔⏔⏔⏔⏔⏔⏔⏔ ꒰ ᧔ෆ᧓ ꒱ ⏔⏔⏔⏔⏔⏔⏔⏔
Прошло 48 часов.
Апартаменты Серафины оставались тихой гаванью, где находилось всё для комфорта: горячая вода, изобилие пены для ванн, изысканные сладости и витамины. Слишком стерильно, слишком безупречно и правильно. Крепко сжимая в ладони телефон, Вайолет снова уткнулась лицом в мягкую подушку. Ночь давила на неё тяжёлым покрывалом тишины, которую нарушало лишь монотонное шипение кондиционера. Она включила экран и прикоснулась к иконке контактов. В списке значился единственный номер, подписанный «Кайден». Её пальцы нерешительно коснулись его, открыв пустой диалог для нового сообщения.
[01:34] Вайолет:
Я так хочу тебя. Безумно.
Ответ пришёл почти мгновенно, будто он только и ждал этой слабины.
[01:36] Кайден:
Слов недостаточно. Докажи.
Вызов. Всегда вызов. По телу Вайолет разлился жар, сплетаясь с яростью и возбуждением. Бесшумно приподнявшись, она опустила босые ноги на прохладный пол и подошла к зеркалу. Медленно, почти ритуально, стянула кофту, расстегнула лифчик. Маленькие напряжённые соски сладостно застыли, умоляя о прикосновении. Она дразняще прикрыла их ладонью и сделала снимок. Отражение вышло бледным, почти хрупким, но во взгляде горел тот самый чёрный огонь, что сводил его с ума. Готово. Снимок отправлен. Смущённо поджав губы, она уткнулась в подушку.
[01:39] Кайден:
Руку убрала и переделала.
Вайолет послушно подчинилась, с лёгким стоном представив его властный тон. Снова подойдя к зеркалу, она приподняла камеру. Оголив упругую грудь, она опустила ладонь на ещё плоский животик, а кожа под пальцами слегка вздрогнула. Прикусив губу, Доллс скрыла лицо за завесой распущенных волос. Снимок улетел, а следом за ним, в такт учащённому сердцебиению, выпорхнуло и новое сообщение:
[01:40] Вайолет:
Ты мокрый?
Она живо представила его лицо: мимолетная тень удивления, сменяющаяся тем самым одобрительным хищным интересом, который заставлял её трепетать. Пауза затягивалась, наполняясь шелестом её собственных фантазий. Вайолет рисовала в воображении картины: он за рулём, или в своём стерильном кабинете, откладывает все дела, чтобы найти укромный уголок, схватить телефон... И тут она почти физически ощутила, как по ту сторону экрана нарастает напряжение. Загорелось долгожданное «печатает...». Секунда. Две.
[01:45] Кайден:
Спроси вежливо.
Он заставлял её просить. Унижаться. И она, чёрт возьми, обожала его правила.
[01:45] Вайолет:
Просто покажи. Пожалуйста.
Ответом стала фотография. Не его тело целиком, а снимок, сделанный сверху крупным планом. Его крупная, с чёткими сухожилиями рука с длинными пальцами сжимала возбуждённый, напряжённый член. Кожа лоснилась, отливая влажным блеском в приглушённом свете кабинета. Она видела каждую выступающую вену, каждый изгиб на его толщине, истекающей предсеменем в этой властной руке. На самом кончике уже набухла прозрачная тягучая капля. И подпись, пришедшая мгновенно:
[01:46] Кайден:
Пришли аналогичную фотографию. Без белья.
Уголки губ Вайолет поползли вверх в сдержанной усмешке, пока она рассматривала снимок. С лёгкой улыбкой она сохранила его в галерею — это была едва ли не первая фотография её мужа, и это наполняло её тёплым чувством внутри. Однако, зайдя в галерею, она с внезапной осторожностью переместила изображение в скрытый альбом подальше от посторонних глаз.
[01:48] Вайолет:
Помечтай ещё, сука. Десяти минут хватит, чтобы ты всё сам уладил.
Смех Вайолет застыл на губах, когда она увидела, что ответом стало не сообщение, а голосовое. Почти десять секунд ушло на то, чтобы собраться с духом, предугадывая его реакцию, но в конце концов она дрогнувшим пальцем нажала на воспроизведение. В тишине комнаты разлился его низкий густой голос, в котором читалось странное сочетание недовольства и глубочайшего удовлетворения:
[0:15] Кайден:
Десяти минут вполне хватит, чтобы наведаться к тебе в гости. Я не похож на твоего пацана из прошлого, что кончает в кулак. Я жду, Вайолет. Быстрее.
Вайолет усмехнулась, медленно приспуская бельё и штаны до самых колен. Лёжа в мягком свете лампы, она расправила кружевную ткань трусиков, на которой отчётливо проступило тёмное влажное пятно. Вспышка камеры озарила сцену — она послала ему не то, что он требовал, не обнажённую кожу, а нечто более красноречивое. Доказательство.
[01:50] Вайолет:
Жаль, я бы взглянула на эту картину. Ты дрочишь? Прямо сейчас. На меня.
Ответ пришёл ни сообщением, ни голосовым. На этот раз экран осветился вызовом. Сердце Вайолет ёкнуло, и она, почти не дыша, приняла его. В трубке повисло молчание, которое нарушил лишь его тяжёлый шумный выдох, будто он удобнее устроился в кресле по ту сторону линии. — «Да», — голос Кайдена сорвался, и это был не повелительный рык, а сдавленное хриплое признание. — «Сейчас. Чёрт возьми, да».
Он заговорил быстро, гневно, слова лились раскалённой лавой, сжигая последние преграды. «Я смотрю на ту, первую. Представляю, как заламываю твои тонкие руки за спину и вхожу сзади, чтобы ты видела в отражении только мои глаза». Слышится приглушённый глоток, вероятно, виски, и звон стекла о его зубы. «Я трахаю эту фотографию, Вайолет. Представляю твой запах, твой вкус, тот звук, который издаёт твой ротик, когда я вгоняю свой член в тебя по самые яйца. Дура. Хочешь взглянуть?».
— «Блять...», — внезапно вырвалось у Вайолет, и только сейчас она осознала, что всё это время сжимала бёдра и задерживала дыхание. Её голос притих, стал низким и вязким, словно мурлыканье кошки, взывающей к своему хозяину. — «Кайден, приезжай. Пожалуйста. Сейчас». Тишина в трубке стала абсолютной. Замерло даже его тяжёлое дыхание. Он услышал. Услышал не продолжение игры, а настоящую мольбу. «Я выбегу на несколько минут, пока Серафина спит», — добавила она, и в этих словах зазвучала безумная идея. Выбежать. Ночью. С их ребёнком под сердцем. Под падающий снег. Нарушить все приказы, все правила безопасности, лишь бы на пять секунд прикоснуться к нему.
— «Нет. У меня полно дел», — ответил Кайден, и его голос прозвучал низко и бархатисто-равнодушно. А затем с ледяной небрежностью отрезал: — «Иди спать». Словно ошпаренная кипятком, Вайолет вся сжалась. Губы её задрожали, а из груди вырвался сдавленный, яростный взвизг: «Ты что, смеёшься?! Сейчас два часа ночи, какие дела? Ты не один?.. Рядом женщина?», — выпалила она, когда её собственный голос сорвался на высокую, почти истерическую ноту.
— «Я не твоя собака, чтобы бежать по первому зову. У меня есть дела поважнее. Особенно в такой час. Спокойной ночи», — отрезал он, и в трубке повисли гудки. Щёки Вайолет залились огнём. Она не могла поверить, ощущая, как жар растекается по лицу, а брови взлетают к волосам. Он? Он посмел сказать ей такое? Прошли десять минут, пятнадцать. Она вновь и вновь перечитывала их переписку, мысленно осыпая его проклятиями, кутаясь в одеяло плотнее. И тут же телефон вибрировал с новым уведомлением:
[02:21] Кайден: Я приехал. Выйди.