Часть девятнадцатая: « День рождение ».
* * *
— С днём рождения Джисон!— громко кричал Феликс и все друзья Хана, которые собрались в доме Ли, отпраздновать день рождения Джисона. Все стояли с подарками, некоторые с шарами и все с колпаками на головах— некоторые на середине, другие же на половине головы, словно сейчас упадут. Хан увидев это был в шоке. Это неожиданно и так.. приятно? Он не особо любил сюрпризы. Люди стараются, думают, как бы человека удивить, боятся, понравится ли это или нет. Много заморачиваются для этого.
В самой середине, стоял Минхо с тортом в руках. Свечи горели, а на верхушке торта, кажется, была надпись. Он улыбался. Как и все присутствующие.
— Ребята...— едва проговорил Джисон, сдерживая свои слезы, которые уже поступали, будто сжигая глаза. Минхо шире улыбнулся.
— Беги уже к нам! Воск сейчас на торт стечет!— подпинывал его старший и издал лёгкий смешок показывая свои зубы. Хан, смахнув быстро слезы с лица, улыбнулся и поспешил к Минхо и друзьям, попутно рассматривая все, чем украсили комнату. Везде были шары, а по середине стены́, была надпись: «С днём рождения, наш Хани!». Парень засмущался.
Не заметив, как быстро он подошёл к Хо сначала, он посмотрел ему в глаза и вернул сразу взгляд на торт. А надпись то...
«Будь счастлив, малыш Джи».
Слеза потекла по щеке. Минхо сразу под напрягся, как и Феликс, который устраивал всю вечеринку. Ему не нравится?
— Что такое, Хан-и?— тихонько, словно боясь напугать Джисона, спросил Хо, слегка преклоняя голову заглядывая, чтобы посмотреть на личико парня.
Джисон поднял глаза на старшего и мотая головой в знак отрицания, что мол, ничего, все хорошо с ним, прикрыл глаза, став загадывать свое желание. Не прошло и пол минуты, как младший уже загадал его и уже собрался задувать свечи, как остановился. Была вокруг тишина, из-за чего парень напрягся. Страшно.
Оглянувшись, Хан посмотрел на всех с улыбкой на лице, казалось хитрой, но на самом деле даже через чур доброй.
— Подойдите все сюда,— неуверенно и как-то тихо сказал шатен, заставая всех в удивление. — ну же, я жду. Мне тут одному не справится!— последняя фраза звучала более уверенней и он даже хихикнул, оголяя свои белоснежные зубы.
Присутствуещих было немного, что очень радовало. В основном это были близкие друзья Хана. Феликс, Минхо, Кио(15 часть), Хёнджин, хоть они и не особо общались, но младший считал его своим близким другом, из-за одного случая, с которого и начали дружбу. А так же были две-три девушки, с которыми Хан тоже хорошо общался. Одна из них даже помогла ему: когда они гуляли по городу вечером, их чуть не сбил грузовик, а Джисон так увлекся своим рассказом, что не заметил его. Девушка толкнула Джисона на себя, из-за чего оба упали в яму, не глубокую, раны хоть и остались, но они зато живы. Джисон благодарен ей за это.
Все тихо и медленно подошли, смотря на Джисона странными взглядами, от чего он же посмеялся:
— Не смотрите так, хочу просто вместе задуть свечки! На счёт три, дуем, хорошо?— все коротко закивали и начался отсчёт:
1... 2... 3!
Все задули свечи, весело радуясь вместе с Джисоном. Хоть и его парень не пришел на праздник, но не стал грустить, ибо хотел провести этот день в кругу друзей. Хотя, он бы тоже хотел, чтобы его парень был с ним. Все же, осадок грусти оставался с ним.
Все улыбались, как и сам Хан, который сейчас был очень счастлив. Находясь со своими друзьями.
Но и Минхо, радовался не меньше чем сам младший. Ему было приятно и радостно на душе видеть широкую и веселую улыбку на лице парнишки. Она такая... Красивая, на его лице. Сразу заставляет Ли расцветать.
Так... Мило.
* * *
— Хёнджин, ты чего такой задумчивый?
Молчание.
— Хёнджин!
И снова.
— Хёнджин-а? Вернись на землю!
— А? Простите, задумался, просто...— наконец откликнулся парень, услышав голос своего возлюбленного. И задумывался он, кстати, о нем. И думал, всю ночь... Ведь в эту ночь будет день рождения Ликса! А понравится ли ему подарок? Будет ли он... рад? Боже!
— Джинни, ты может устал? Тебе постелить у меня в комнате?— голос более тихий, а взгляд так и выдавал волнение за старшего. Феликс обеспокоенно смотрел на старшего, хватая его за плечи. Хван же молча сидел и смотрел в безумные карие глаза, словно кроме них, он не видел ничего. Глубокие и так... Полны беспокойствия?
Хёнджин кивнул. А Феликс поспешил провести старшего в комнату, где на данный момент будет спать.
Прийдя, Феликс нашел тому вещи и дал их ему, а сам начал стелить ему постель. Хёнджин все не прекращал волноваться. Вдруг после этого их дружбе будет конец? Этого он больше всего боялся. Не хотел. Не желал. Меньше всего об этом думал.
Но... Он ведь хочет? Да, он хочет это сказать ему, но кажется, он боится?
— Хёнджин!— вздрогнув, он поднял глаза. — Да что с тобой такое? Ты чем-то обеспокоен?
— Нет, все в порядке, правда...— а точно ли?
Глаза упали в пол, ибо стыдно смотреть на Феликса, такими...
Склонив голову, младший посмотрел на старшего. Он знал, что что-то не так. Не все в порядке. Какие мысли его мучают. Пожирают его. Но задавать вопросы он не стал по этому поводу, скинул на то, что он возможно устал.
— Ну раз все в порядке, то я, наверное, пойду... Сладких...
— Феликс!— остановил его тот, перебивая.
« Зачем остановил его? Что говорить сейчас будешь?»— разговаривал сам с собой парень, смотря на блондина.
Тот лишь вскинул брови, как бы спрашивая, «что такое?». Его глаза... Так прекрасны, а волосы словно блещут на свету. Такой прекрасный. Повернув голову в сторону, он пытался справится со своими мыслями, которые только морочили ему голову. Ужасно.
— Не волнуйся,— рука юноши легла на плечо брюнета, как бы успокаивая и поддерживая того. А улыбка— можно просто растаять от нее, как снег теплой весной. Старший и сам не сдержался, как тоже улыбнулся в ответ, даже посмеиваясь. Но все же, он решил быть серьезным. Вздохнув, он начал.
Тревожно.
— Феликс, дорогой мой друг...— уже и сам Феликс напрягся.— хочу признаться тебе в том, что я влюбился в тебя. Ты прекрасный во всем, улыбка, глаза, веснушки... Все в тебе прекрасно! А все твои действия, походка, просто идеал! И... Не знаю. Это сложно всё... Я пойму, если мои чувства будут не взаимны, но прошу, давай тогда останемся друзьями. Я не хочу терять такого друга, как ты.— младший встал в ступор. Хёнджин признался ему в любви...? Но, он не знает... Нравится ли Хёнджин ему? Это... Сложно.
Старший улыбался. Глаза наполнялись слезами. Он признался! Он смог, хоть и не знает, взаимны ли его чувства. Смахнув слезу, Феликс сразу же взял лицо Хвана в свои руки, заглядывая в его глаза. Старший посмеялся:
— Все хорошо, Ликс. Я лишь рад, что наконец признался тебе. Это... Знаешь ли, было сложно.— и снова посмеялся. Младший улыбнулся, затянув старшего в теплые и согревающие объятия. Оба парня были сейчас счастливы быть рядом. Но осадок боли оставался в груди Хёнджина. Его сейчас обнимают, он счастлив, но вдруг сейчас все будет по иному?
Объятия оказались долгими, но никто не стал возражать. Парни начали даже покачиваться в такт музыке, которую включили в качестве медляка. Руки старшего расположились на талии Ли,как и руки младшего. Парни смотрели друг другу в глаза, слегка посмеиваясь от своих действий. Они танцевали, смеялись, улыбались смотря друг другу в глаза. Танцевали они не долго, ибо песня оказалась короткой. Они снова обнялись.
— Я люблю тебя,— на выдохе тяжело прошептал Хёнджин, носом утыкаясь юноше в плечо.
Ли прикрыл глаза, выдыхая. Он так хочет любить его. Но, сам не понимает своих чувств к нему.
Все не так просто.
— Я знаю, Джинни. Теперь знаю.— ответил он, смотря в незакрытые шторами окна, смотря в эту тёмную, осеннюю ночь, в небо, покрытое будто темным ковром на который попали капли белой краски, чувствуя всю атмосферу, которую младший не мог передать словами.
Кажется, предстоит многое этим парням пройти вместе.
__________
Признаю, мало, и даже очень.