New Life | KivMer

Ну что, ребята: дала я жару в этой главе: почти 13к слов😂
Желаю вам удачи. Но лично я без ума от этой главы)
Выбираем время, чтобы прочитать одним махом, так лучше уляжется 🔥

_______________________

Ю: Трое погибли, состояние четверых критическое. Что... что нам теперь делать, Омер бей...???

Состояние Юсуфа, который явно пребывал в шоке, в мгновение ока передалось остальным, и на некоторое время в зале заседаний воцарилась гробовая тишина, в которой каждый присутствующий переваривал информацию.

Омер нарушил молчание первым в стремлении получить больше деталей.

О: Юсуф, подожди, успокойся. Сейчас же расскажи нам все, что тебе известно, давай.

Юсуф с сожалением посмотрел на Омера, который, очевидно, пока не осознавал масштаба бедствия.

Ю: Мне только что позвонил начальник стройки и рассказал обо всем. Наш новый объект рекреационного центра: рабочие приступили к демонтажу старого здания несколько дней назад. Все было нормально до сегодняшнего дня, когда после смены команда спускалась на грузовом лифте на первый этаж. Внезапно лифт рухнул, Омер бей, и пока никому неизвестно, по каким причинам это произошло. На месте уже все необходимые службы...

Омер прикрыл глаза, словно это могло избавить его от внезапно навалившегося груза, в то время как кабинет наполнился голосами присутствующих, обменивающихся эмоциями в отношении произошедшего.

О: Трое рабочих погибли?

Ю: Да, Омер бей.

О: Юсуф, мы сейчас же собираемся и едем на место.

Ю: Хорошо, я скажу подготовить машину.

М: Папа, я тоже поеду, - уверенно произнес Метехан, не желая оставаться в стороне.

Мустафа, Ф: Мы тоже поедем, дядя.

Омер окинул взглядом всех троих. Он не хотел толпы на месте происшествия. Пока что он сам не знал, как реагировать на происходящее, и что их ждет на месте, поэтому решил, что чем меньше людей, тем лучше.

О: Давайте пока притормозим. Я должен поехать один и все разузнать. Мы пока не знаем, с чем столкнемся, поэтому давайте сначала дождемся от меня новостей, - уверено произнес он, пытаясь успокоить не то себя, не то остальных присутствующих.

Геркем, до этого хранившая молчание, мрачно и испытующе посмотрела на Омера и произнесла холодным тоном.

Г: Вот видишь, папа, сколько раз я тебе говорила, что не стоит слепо доверять этим людям. По их вине произошла трагедия. Как, думаешь, теперь это скажется на реализации проекта? По-моему, все очевидно, - она пожала плечами, в то время как ее лицо приобрело враждебное выражение.

Р: Дочка, прошу тебя, давай не будем... давай не будем сейчас сгущать краски. Для начала нужно все выяснить.

Г: Мне уже достаточно того, что я знаю, папа. Эта халатность стала причиной гибели людей. В этом вина каждого из вас, - бросила она в пространство, окидывая каждого члена семьи Унал по-очереди, после чего кивнула своему юристу господину Керему, и они оба стремительно покинули кабинет, оставляя всех в расстроенных чувствах.

Ф: Аллах, дай мне терпения, - с досадой покачал головой Фатих, чувствуя злость на Геркем, с которой невозможно было совладать.

О: Ладно, нам пора ехать, - проговорил Омер, прокручивая в уме возможные варианты развития событий.

Произошедшее застигло его врасплох. Конечно, любая подобная ситуация повергла бы в шок любого, но Омер внутри себя чувствовал, будто в его жизни начинается новая глава. Это было необъяснимо, но полностью поглотило его.
Три смерти. Четверо в критическом состоянии. Такое произошло впервые.
Он привык справляться с трудностями в финансах и бизнес-процессах, но у них в холдинге до этого никогда не погибали люди на рабочих местах.

Неужели их система дала сбой? Он должен был как можно скорее разобраться во всем.

Он вышел из своего кабинета, направившись вместе с Юсуфом на парковку. По дороге его настиг Метехан, который не желал отпускать отца одного. Омер коротко кивнул сыну, после чего они сели в автомобиль и тронулись с места в направлении рекреационного центра.

Когда они прибыли на место, в воздухе пахло несчастьем. Несколько машин скорой помощи и полиции мигали сиренами, в то время как вокруг оцепленной территории собралась толпа людей. Эта толпа гудела, но было невозможно разобрать, кто и что говорил из-за общего шума вблизи строй.площадки.

Омер, Метехан и Юсуф вышли из машины и направились к полицейским, которые кого-то допрашивали, делая пометки в своих документах.

О: Добрый день, господа, я акционер "Unal Holding", Омер Унал. С кем я могу обсудить произошедшее? Мне нужно понять, что происходит.

М: Добрый день. Сейчас... сейчас я позову старшего комиссара. Комиссар Туфан! - офицер направился к посту охраны, ведущему на стройку, и через несколько мгновений вернулся с комиссаром полиции.

Т: Добрый день, старший комиссар Туфан Йылдырым, - произнес мужчина, пожимая руку Омеру, Юсуфу и Метехану.

О: Добрый день, Омер Унал. Я приехал сразу же, как только узнал о происшествии, когда это произошло?

Т: В районе часа назад. Господин Унал, это хорошо, что вы здесь. Мы сейчас составляем список людей, у кого будем брать показания. Будет заведено уголовное дело по причине ненадлежащего исполнения обязанностей в части обеспечения безопасности персонала на местах. Прокурор в ближайшее время вызовет всех причастных на допрос.

О: Но какова причина того, что лифт..., - начал было Омер, но запнулся на полуслове, прочистив горло. - Комиссар, на наших объектах такое происходит впервые, поэтому я в недоумении. Мы работаем в соответствии с соблюдением всех необходимых мер безопасности.

Комиссар холодно посмотрел на Омера прямым взглядом.

К: Это будет проверяться, господин Унал. Экспертиза покажет, что на самом деле произошло, и кто должен будет нести за это ответственность. До того момента все должностные лица в вашей компании, включая начальника стройки, главного прораба и инженера, должны будут дать подписку о невыезде до выяснения причин произошедшего. Сейчас прошу меня извинить, много работы.

Омер потер ладонями лицо, предвкушая впереди сложные времена.
Он дал Юсуфу задание узнать все о семьях погибших и назначить с ними встречи у него в офисе. По пострадавшим и их состоянии он хотел получать информацию в режиме реального времени.
Он коротко переговорил с начальником стройки и главным прорабом Эмре беем, которые до сих пор пребывали в шоке после инцидента, и расспросил у них некоторые детали.

Все работало в штатном режиме. Ничего не предвещало неисправности. Что же тогда могло произойти, что ускользнуло от их внимания?

Зрелище, представшее перед Омером, когда он посетил место происшествия, оставило за ним удручающее впечатление. Кабина обрушившегося лифта походила на груду металла, и было удивительно, как кто-то внутри смог остаться живым. Пространство вокруг кабины было покрыто строительной пылью и арматурой, в то время как сотрудники полиции в белых костюмах досконально изучали оцепленную местность, собирая улики.

Через некоторое время, когда Омер, Юсуф и Метехан направились к парковке, намереваясь направиться в офис, они вдруг услышали крики из толпы, которая заметно выросла в численности людей.

- Бесчестные люди! Им бы только деньги зарабатывать!
- Куда вы смотрите? Угробили работяг, что теперь будет с их семьями...
- Пока миром управляют такие люди, добра не жди!

Омер на мгновение остановился, всматриваясь в людей, выкрикивающих ругательства. Он хотел было подойти к ним ближе, чтобы что-то сказать, но ощутил на своем плече тяжелую руку, которая удержала его на месте.

М: Не стоит, папа. Оставь это. Я думаю, сейчас не время общаться с ними, - серьезно проговорил Метехан, и Омер лишь кивнул ему в ответ, после чего в несколько шагов очутился рядом со служебной машиной, готовой отвести их обратно в "Unal Holding".

Впереди его ждал серьезный разговор с Абдуллой Уналом, который на днях планировал вернуться в компанию в рабочее русло.
Он должен каким-то образом донести детали инцидента и просчитать риски с последствиями, чтобы не травмировать брата.
В конце концов, все это произошло в тот момент, когда именно он - Омер - был в ответе за все процессы в компании, и этот факт не мог не провоцировать внутри него чувство вины, которое медленно, но верно поглощало его существо.

_______________________
*на следующий день*

Омер приехал домой разбитый после насыщенного тяжелого дня, но когда открыл дверь, его встретил уютный запах недавно приготовленной еды, и он подумал, что не все в его жизни так плохо, как казалось еще минуту назад.

Кывылджим появилась в коридоре через несколько мгновений после того, как он снял верхнюю одежду, и он улыбнулся, увидев ее сияющие глаза.

К: Наконец-то. Как ты? - она обняла его, и на несколько секунд они замерли в объятиях друг друга.

О: Теперь лучше. Намного лучше, - выдохнул он, проходя по ее спине ладонями.

Впервые за день он ощутил спокойствие и умиротворение.

К: Ты голодный? Я приготовила ужин.

О: На самом деле... да, я не помню, когда ел в последний раз.

К: Тогда мой руки и приходи, я тебя жду, - Кывылджим поцеловала его в щеку и тепло улыбнулась, глядя на мужа с трепетом и радостью.

Она не хотела показывать ему свое беспокойство, потому что чувствовала, как ему нужен островок безопасности. У нее было плохое предчувствие, но она предпочитала не поддаваться его влиянию. Она понимала, что должна стать Омеру опорой в неопределенности и стрессе, через которые он сейчас проходил.

К: Как дела? Как прошла встреча с прокурором? - поинтересовалась, она, когда через некоторое время они сидели в столовой за накрытым столом.

О: Встреча прошла... обычно, - Омер пожал плечами, возвращаясь воспоминаниями к тому моменту. - На самом деле, он задавал логичные вопросы о процедурах и ответственности внутри компании. Сейчас идет сбор показаний, результатов экспертизы пока нет.

К: А что ответственные на местах? Кто что говорит?

О: Все было сделано в соответствии с процедурами. Я... я не думаю, что кто-то мог допустить такую ошибку по невнимательности. Точнее сказать... я не хочу так думать, - проговорил Омер, потирая уставшие глаза подушечками пальцев. - На самом деле, меня беспокоит кое-что другое.

Кывылджим закусила губу, настороженно глядя на мужа.

К: Что?

О: Люди. Сегодня я общался с родственниками погибших. С теми, кто пришел в компанию. Я постарался заверить их в том, что расследование будет проведено тщательно, и мы сотрудничаем со следствием. Но это... сейчас им сложно в это поверить. Там много агрессии.

К: Это горе, Омер. Их можно понять.

О: Безусловно. Я очень сочувствую им. Не дай Аллах кому-нибудь пережить подобное. Меня... я не могу пока поверить в то, что мы стали причиной чьей-то гибели, Кывылджим.

Ее сердце разрывалось, когда она видела Омера таким. Он был самым сострадательным человеком, которого она знала, и чистота его души, несомненно, не позволяла ему оставаться в стороне от чужих переживаний.

Она положила свою ладонь на его руку, сжимая в поддерживающем жесте. Она попыталась сформулировать свои мысли для того, чтобы хоть немного его утешить.

К: Омер... я понимаю, что тебе тяжело, и сейчас под давлением всех этих событий ты склонен винить во всем себя. Однако это жизнь, и помнишь, как ты мне всегда говорил: мы не можем все контролировать. Что-то происходит, и мы имеем дело с последствиями. Я знаю тебя. Ты знаешь себя. Твои близкие знают тебя. Поверь, я не встречала еще такого человека, который бы был так самоотвержен по отношению к другим. Рано или поздно, люди увидят... они увидят правду. Я думаю, что сейчас лучше сосредоточиться на том, на что ты действительно можешь повлиять.

Омер взял ее руку в свои и поднес к губам, оставляя поцелуи на тыльной стороне ладони.
Та буря из эмоций отрицания, вины, сострадания, злости и беспомощности, которая бушевала внутри него на протяжении дня, как будто бы сошла на нет под воздействием ее слов.
Если его жена видит его таким, значит, в этом есть хоть доля правды. Он знал, что сможет справиться со всем, когда она рядом.

О: Сегодня мы с братом обозначили суммы для компенсации пострадавшим. Хвала Аллаху, что еще четверо пострадавших больше не в зоне риска, с ними все будет хорошо.

К: Я очень рада, Омер. Как Абдулла бей?

О: На самом деле он в норме. Собрался и сосредоточился на вопросах. Наиболее стрессовые ситуации я буду брать на себя, как, например, сегодня с журналистами на пикете.

К: Не поняла... каком еще пикете?

Омер вздохнул, в момент осознав, сколько неприятных событий с ним произошло за день.

О: Сегодня мы обнаружили толпу людей под дверями холдинга, которые вышли на пикет с призывами привлечь нас к ответственности и обвинительными плакатами.

К: Боже, Омер... как такое возможно?

О: Метехан сказал, что новости в социальных сетях пестрят подобными обвинительными статьями. Что мы заставляем людей работать в неподобающих условиях, гонимся за прибылью и экономим на соблюдении техники безопасности. Чего там только нет.

К: Я видела новости, но не знала про пикет... Это нельзя оставлять без ответа, Омер, - встревоженно произнесла Кывылджим. - Может быть... может быть, организовать пресс-конференцию?

О: Честно говоря, я пока не могу думать об этом.

К: Тебе и не нужно думать об этом... я все организую, - заверила его она. - Нам нужен хороший популярный журналист, который имеет авторитет и влияние на аудиторию, и он у нас есть.

Омер улыбнулся ямочками от готовности его жены стремительно кидаться в бой.

О: Севда Илдыз, я прав?

К: Конечно прав. Я уверена, что она не откажет мне. К тому же, тема имеет социальный подтекст.

О: Моя любовь... ты считаешь, это необходимо? Мы пока ничего не знаем: ни причин, ни кто виноват.

К: Конечно, необходимо, Омер! - горячо воскликнула она, чувствуя внутри волнение от того, что может хоть чем-то помочь Омеру в его ситуации. - Журналисты так и будут продолжать муссировать эту тему, пока не будет официального заявления. Так было со мной, помнишь? А сейчас это... это гораздо больший масштаб.

Омер потер лицо руками, словно желал сбросить с себя тяжесть ее слов.
Она встала из-за стола, подходя к нему со спины, и опустила ему руки на плечи, расслабляя пальцами его мышцы.

К: Извини, я не хотела тебя расстраивать еще больше. Но от правды не убежишь. У вас репутация, Омер: вы рано или поздно сделаете заявление. И лучше сделать это раньше и донести до людей вашу позицию. Важно то, что вы не прячетесь и готовы нести ответственность, помогать пострадавшим. Это немного... успокоит общественность и снимет пристальное внимание.

О: Моя дорогая жена, как всегда, права, - проговорил Омер, и теперь Кывылджим с облегчением почувствовала в его голосе некоторую легкость.

Она поцеловала его в макушку и щеку, обнимая сзади, и Омер почувствовал ее мягкое дыхание на своей шее, которое его всегда успокаивало. Он погрузил свою ладонь ей в затылок, лаская кожу под волосами. Они постояли так некоторое время, прислушиваясь к дыханию друг друга.

К: Я тебя люблю и хочу, чтобы ты знал, что я в тебя верю. В конечном счете все будет хорошо.

О: Иначе и быть не может, - кивнул Омер, притягивая ее себе на колени. - Мне не может быть плохо, когда у меня такой защитник.

К: Значит, теперь я твой защитник?

О: Я так это вижу.

К: Мне это нравится. Я готова от всех защищать тебя, - самодовольно заметила она, трогая пальцами его щеки. - Прямо сейчас я пойду и договорюсь обо всем с Севдой на ближайшее время.

О: Ты очень быстрая, Кывылджим. Иногда я не успеваю за тобой, - с улыбкой произнес Омер, разглядывая ее черты.

К: Ну я же искра, - рассмеялась она и взяла в свои ладони лицо своего мужа.

Кывылджим приблизилась к его губам, оставляя на них чувственный поцелуй.
Омер подумал о том, что не существует ничего, кроме этого момента, когда она целовала его у него на коленях.
Он выключил воспаленное сознание, отдаваясь своей жене, которая свела на нет его тревогу одним лишь своим прикосновением.

____________________________
*на следующий день*

Кывылджим нянчилась с Джемре в доме у своей матери, когда раздался резкий настойчивый стук в дверь наперебой со звонком.
Она удивленно посмотрела на Сонмез, глаза которой в момент округлились, и они обе пребывали с замешательстве до того момента, пока Севилай не открыла дверь.

Г: Доа здесь? Мне нужно поговорить с ней!

Севилай: Доа здесь нет...

Г: Кто тогда есть дома? Отойдите с дороги, пропустите меня внутрь!

Кывылджим, которая мгновенно узнала голос Геркем, тут же поднялась со своего места в изумлении, не имея понятия, какую причину под собой имеет ее визит.
Увидев разъяренную девушку перед собой, которая нагло ворвалась в гостиную, она испытала смесь возмущения и негодования, приготовившись тут же выставить эту бестыжую за дверь.
Как она посмела прийти в дом ее матери? Что позволяет себе эта сумасшедшая, поведение которой с каждым разом все больше приводит Кывылджим в замешательство?

Г: Кывылджим ханым, где Доа и Фатих? Я знаю, что он скрывается у нее. Я не буду терпеть это бесстыдство, она ответит за свои поступки! - глаза Геркем были полны гнева, когда она переводила взгляд с Кывылджим на Сонмез, которая от неожиданности приложила руку к груди.

К: Ты совсем с ума сошла? Что ты здесь делаешь и как смеешь так разговаривать в моем доме?

Г: Послушайте... только не надо сейчас строить из себя приличных людей. Вы уже давно опустились ниже плинтуса со своей аморальностью, вся ваша семья!

К: Пошла вон отсюда! - вспыхнула Кывылджим, указывая Геркем в стону двери.

Севилай приложила руку ко рту от изумления, в то время как Сонмез тяжело дышала, хватаясь за бортик кроватки маленькой Алев.

К: Если ты сейчас же не уберешься отсюда, я вызову полицию!

Г: Кажется, вы меня не поняли, госпожа Кывылджим... я не уйду отсюда до тех пор, пока мой муж не вернется домой. Я не позволю вашей дочери разрушить наш брак, так и зарубите себе на носу!

К: Что ты сказала? - Кывылджим набрала в легкие больше воздуха, чтобы справиться с эмоциями. - Что за чушь ты сейчас несешь?

Г: Чушь? - Геркем рассмеялась улыбкой джокера, отчего по спине Кывылджим пробежали мурашки. - Ваша дочь удерживает в своей квартире моего мужа: вас это, судя по всему, мало волнует? Хотя это неудивительно: вам в принципе все равно, с кем спит ваш муж, поэтому вряд ли вы будете расстраиваться из-за того, что Доа стала жалкой любовницей...

Казалось, что вся ярость в этот момент сосредоточилась в сердце Кывылджим, которое взорвалось от услышанного, и ее правая рука с размаха оставила на лице Геркем мощный удар.
Громкая неожиданная пощечина Кывылджим заставила девушку развернуться на 180 градусов под силой удара, в то время как Севилай и Сонмез ахнули, наблюдая за происходящим.
Кывылджим смотрела на фигуру перед собой, и ее глаза горели гневом и презрением.

Геркем, чья левая щека загорелась от полученной оплеухи, на несколько мгновений замерла, тяжело дыша от объема и силы захлестывающих ее эмоций.
Никто и никогда не смел поднимать на нее руку. Ее отец, который однажды позволил себе это на эмоциях, потом горько сожалел о содеянном.
Каким образом Кывылджим Арслан рискнула повести себя с ней подобным образом, осталось для Геркем большим знаком вопроса.

Она медленно повернулась в сторону Кывылджим, когда ее глаза сверкнули чем-то неуловимым, будто она в моменте приняла решение. Ее черты лица обострились, когда она смотрела прямо перед собой, излучая враждебность и ненависть. Она направила указательный палец в сторону Кывылджим и произнесла на удивление холодно и отстраненно.

Г: Вы еще об этом пожалеете...

После того, как Геркем подобно вихрю вылелела прочь из квартиры, Кывылджим поднесла руки к вискам, проходясь по волосам, и начала нервно ходить из стороны в сторону, пытаясь унять колотящееся сердце.
Севилай держала Сонмез за руку, растирая ее успокаивающими движениями.
Шок от только что пережитой стычки заставил всех некоторое время молча переваривать произошедшее.

С: Кывылджим... что это сейчас было? - охнула Сонмез, держа руку у себя на груди.

К: Я не знаю, мама, я... я не смогла сдержаться. Эта девица... она выводит меня из себя!

С: Что такое она говорила про Доа? Она назвала ее любовницей...

К: Я не в курсе. Но сейчас узнаю, - стремительно произнесла Кывылджим, взяла телефон с тумбы и пошла на кухню, чтобы немного прийти в себя и поговорить с дочерью.

Что происходит?
Почему эта Геркем позволяет себе врываться в их дом и сыпать оскорблениями?
Что она имела в виду, обвиняя Доа в непорядочности?

Геркем Унал являлась последним человеком, чьи слова Кывылджим была готова воспринимать всерьез, однако сомнения в отношении Доа и Фатиха в последнее время мучили и ее саму.
Надеясь на то, что в это раз интуиция ее подвела, она набрала номер дочери, которая ответила через несколько длинных гудков.

Д: Привет, мамочка.

К: Привет, Доа. Ты где?

Д: В университете, где же мне еще быть? У нас сейчас перерыв. Что-то... случилось?

К: Случилось. Скажи мне, Доа, по какой причине только что в квартиру к бабушке ворвалась Геркем Унал и начала в открытую сыпать оскорблениями и угрожать нам? Почему она ищет своего мужа в нашем доме??

Доа, опешившая от слов матери на другом конце провода, почувствовала, как ее щеки начинают пульсировать от жара при воспоминании вчерашнего вечера.
Уже ближе к ночи к ней приехал Фатих, который принял решение уйти из дома, не желая оставаться в нем со своей женой. Эту ночь они провели вместе, пообещав друг другу теперь не расставаться.
Внутри она была уверена в правильности этого выбора, однако не готова была так быстро столкнуться с его последствиями.

К: Доа, отвечай сейчас же! Почему эта девушка позволяет себе оскорбления и называет тебя любовницей Фатиха? - Кывылджим начала выходить из себя несмотря на то, что дала себе слово спокойно разобраться во всем.

Д: Мама, я... Фатих сегодня ночевал у меня дома, видимо поэтому она... Аллах, надеюсь она ничего не сделала? Как бабушка?

Кывылджим ударила ладонью по столу от этого безрассудства своей дочери: порой она поражалась тому, какой Доа была наивной и глупой. «Это все гены Кайхана, иначе не может быть», - раздраженно подумала она, пытаясь справиться с бушующим внутри негодованием.

К: Сейчас ты вспомнила о бабушке? Почему не подумала о нас тогда, когда принимала в свой дом женатого человека? Доа, я не могу в это поверить! Ты ли это мне сейчас говоришь?!!

Д: Мама, пожалуйста, не кричи...

К: Нам еще повезло, что я в этот момент была дома и выставила Геркем за дверь. А что было бы, если моя и так больная мать столкнулась бы с этим лицом к лицу??!

К: Мама, я понимаю, что сейчас ты злишься, ты права...

К: Конечно, я права! Я всегда права во всем, что касается тебя, но какой от этого толк, раз ты продолжаешь наступать на одни и те же грабли?

Д: Мама, ты сейчас несправедлива. Фатих... он изменился. И после всего того, чем он пожертвовал ради меня, я не могла его оставить. Особенно сейчас, когда у него проблемы и дома, и в компании.

К: То, что сделал Фатих, изменился ли он - вопрос второстепенный! Этот человек женат, ЖЕНАТ!! Теперь это не является для тебя проблемой?

Д: Мама, нам всем прекрасно известно, что его жена настоящая сумасшедшая.

К: Вот именно поэтому! Именно поэтому и не нужно было впускать его к себе, Доа. У тебя есть дочь, за которую ты несешь ответственность, при этом ты берешь и вот так просто подставляешь себя! Я просто не верю в то, что мне приходится объяснять такие очевидные вещи!

Д: Мама, послушай...

К: Я не буду тебя слушать, Доа, - отрезала Кывылджим, изо всех сил сжимая пальцами спинку стула. - Сегодня вечером нас ждет серьезный разговор. Не думай, что я оставлю это просто так.

Она повесила трубку, не дождавшись ответа от дочери, и ее в момент охватила сильная тревога, связанная с Геркем.
В последнее время происходило все больше ситуаций, в которых они встречались в конфликте, и это вынужденное противостояние обострялось с каждым взаимодействием.
Хоть эти ситуации были никак не связаны между собой, Кывылджим чувствовала, как эта девушка все плотнее входит в жизнь ее семьи, привнося смуту и неадекватность.

Это должно немедленно прекратиться.
Она начала судорожно соображать, что можно предпринять.
Она решила, что обязательно посоветуется об этом с Омером: по крайней мере, его советы всегда были здравыми и успокаивали ее взрывной темперамент.

Вместе они точно найдут выход... по крайней мере, она надеялась на это.

______________________
*на следующий день*

Кывылджим поздоровалась с охранником Unal Holding, проходя внутрь здания, и начала подниматься вверх по лестнице, отстукивая каблуками по кафелю.
Этот звук ее каблуков в свое время был неким символом начала новой эры в компании, и она улыбнулась своим воспоминаниям о том, как работала здесь.
Если несколько месяцев назад эти воспоминания были полны грусти и утраты, сейчас это больше походило на ностальгию по времени, наполненному разными событиями, которые они прожили с Омером вместе внутри этих стен.

Она подошла к его кабинету и постучала в дверь три раза, после чего открыла ее, обнаружив своего мужа разговаривающим по телефону, сидя за столом.
Она прошла внутрь, повесила пальто, оставаясь в костюме из жилетки и юбки-карандаш чуть ниже колена, и с ухмылкой заметила, как изменилось выражение лица Омера, который наблюдал за ее плавными движениями, пока она подходила к нему ближе.
Она не захотела садиться и осталась стоять рядом со столом, положив в кресло сумку. Через некоторое время Омер закончил разговор и откинулся на спинку стула, любуясь видом своей жены в рабочем кабинете.

О: Я соскучился по тому времени, когда мы виделись здесь каждый день, - с удовольствием произнес он, после чего поднялся и приблизился к Кывылджим, разворачивая ее к себе. Он дотронулся до ее волос, убирая пряди назад, и поцеловал ее в губы, не прерывая взгляд. - Быть может, тебе стоит чаще приходить в мой офис?

К: Почему это, мой дорогой муж?

О: Хотя бы потому, что мы не успели реализовать здесь одну из моих фантазий, связанных с тобой и этим кабинетом.

К: Ммм... как ты можешь думать об этом, когда впереди такая важная конференция, скажи мне? - она положила руки ему на плечи, смыкая пальцы сзади его затылка, и наклонила голову набок в ожидании ответа.

О: Когда я вижу тебя, в особенности в таком образе, я не могу думать ни о чем другом, - хмыкнул он, оставляя легкие поцелуи на ее щеках.

Кывылджим улыбалась от его слов, когда ей на ум пришло одно из ярких воспоминаний прошлого. Она задумчиво посмотрела на Омера, и он внимательно прищурил глаза, тут же обнаружив новую эмоцию на ее лице.

О: Все хорошо?

К: Да, я просто вспомнила последний раз, когда я была в этом кабинете. Ты сидел за столом, а я пребывала в бешенстве, готовая разорвать тебя на части, - хихикнула она, лаская его ямочки, проступившие от ее слов.

О: Скажем так, в тот раз я очень старался спровоцировать тебя... и, как видишь, это принесло свои прекрасные плоды. Наш контракт оказался успешным.

Омер с удовольствием проходил ладонями по спине жены, переводя взгляд с ее губ к глазам, которые блестели на протяжении всего их разговора.

К: Так значит, это твоя заслуга?

О: В чем?

К: В том, как все обернулось.

О: Я думаю, что это заслуга обоих, ведь ты... согласись, что ты искала любой повод, лишь бы не разводиться с мной, моя любовь?

Кывылджим рассмеялась в голос и покачала головой, поражаясь самоуверенности мужчины перед собой.

К: Даже если это и было так... неужели ты думаешь, что я признаюсь в этом?

О: Нет, но мне безумно нравится дразнить тебя, моя дорогая директриса. Ты очень сексуальна в своем упрямстве и в этом костюме, знаешь..., - он замолчал на несколько мгновений, сканируя ее взглядом. Она была слишком близко, и ее запах проник глубоко в его легкие, распространяя по телу электричество. - Я не могу думать ни о чем другом, кроме как о том, чтобы снять его с тебя прямо на этом столе.

Омер придвинул ее к столу и стремительно начал целовать, одной рукой придерживая за талию, а другой лаская ее подбородок, в то время как Кывылджим хотела было отстраниться, но потом ответила на его поцелуй, который был нежным и теплым, заставляя ее пальцы запутаться в его волосах.

Внезапно они оба услышали, как дверь кабинета со стуком открыли, и тут же отлепились друг от друга. Омер повернулся на звук и обнаружил на входе господина Халюка, который, судя по всему, готов был провалиться сквозь землю. Он нервно смотрел перед собой потерянным взглядом, не осмеливаясь поднять глаза на Омера и Кывылджим.

Х: Омер бей, я извиняюсь... видимо, сейчас вы заняты...

О: Верно, Халюк бей, я был немного занят со своей женой, но это ничего. Что вы хотели?

Х: Зал для пресс-конференции, Омер бей. Он готов.

О: Отлично, - проговорил Омер с улыбкой, еле сдерживая смех. Почему-то его сильно веселила эта ситуация.

Несколько мгновений он молчал, наблюдая за Халюком, после чего решил сжалиться над ним.

О: Вы можете идти, Халюк бей. Или у вас что-то еще?

Х: Нет, это все. Хорошо, я пойду. Но нужно... нужно проверить, все ли так, как вы планировали.

О: Я понял. Об этом побеспокоится моя жена. Во всем, что касается пресс-конференции, хозяйка - она, - с удовольствием заметил Омер, с гордостью глядя на нее.

Халюк бей, наконец осмелившийся поднять глаза на Кывылджим, натянуто улыбнулся и кивнул, после чего удалился из кабинета, оставляя мужа и жену наедине.

Они не смогли сдержать смеха после того, как этот мужчина закрыл дверь с обратной стороны.

К: Боже, Омер, он все видел и понял...

О: Пускай. Конечно, не могу гарантировать, что его не хватит удар, но все же... пора ему стать более гибким, как считаешь?

К: Я считаю, что таких людей уже ничего не способно заставить измениться, - пожала плечами Кывылджим, и Омер снова поцеловал ее, держа в ладонях ее щеки.

О: Спасибо, что ты со мной сегодня. Это очень важно для меня. И то, что ты отвлекаешь меня... это тоже очень важно, потому что иначе я бы погряз в проблемах, забыв обо всем, - серьезно произнес Омер.

К: Конечно, я буду с тобой. Разве иное может быть?

Они некоторое время пообсуждали детали предстоящей конференции, после чего Кывылджим увидела звонок от Севды Илдыз.

К: Севда приехала, я пойду встречу ее. Увидимся, - она нежно сжала его пальцы и вышла из кабинета, направляясь в вестибюль здания.

Как только она увидела Севду Илдыз, поднимающуюся по лестнице, ее лицо сразу же расползлось в улыбке.
Она была благодарна этой женщине, которая появилась в ее жизни в такой неоднозначный период, но смогла помочь Кывылджим, поддержав в ней силу после всех событий с Джемалем.
Она улыбнулась и заключила ее в объятия, как только они поравнялись друг с другом.

К: Добро пожаловать!

С: Спасибо, дорогая! Что за чудесный офис? - Севда обдала Кывылджим восхитительным запахом своих духов и огляделась по сторонам, изучая пространство.

На секунду Кывылджим пришла мысль о том, что Севда выглядит, как инородное явление в этом здании: она была одета в короткое платье-пиджак синего цвета, открывающее длинные ноги на шпильке, и ее увереный в себе вид состоявшейся женщины разбивал устоявшийся уклад корпоративной культуры Unal Holding.

К: Сейчас я все тебе покажу. Ты рано!

С: Да, пробок не было, я доехала быстро, но это и хорошо. Скоро подъедет съемочная группа...

Господин Халюк, который только что вышел из кабинета Абдуллы Унала, замер на месте, увидев двух женщин, переговаривающихся в центре холла.
Это была Кывылджим Арслан Унал, которую он терпеть не мог, и еще одна вызывающая особа, от чьего вида у него кровь застыла в жилах.
Снова женщины в стенах Unal Holding, чье поведение было далеко от подобающего, медленно, но верно выводили его из себя.

Он должен положить конец этому беспределу, в особенности в столь непростое для компании время, когда как никогда важен порядок.

Х: Что происходит? - спросил он ледяным тоном, приближаясь к Кывылджим и Севде, которые одновременно обратили на него внимание. - Госпожа Кывылджим, для встреч со своими знакомыми предпочтительно выбирать места вне офиса. Я вижу, вы забыли о том, какие у нас здесь порядки...

Не успела Кывылджим отреагировать на его выпад, как вдруг ее кто-то окликнул, и она обернулась на звук, с радостью обнаруживая идущую в ее сторону Мери, которая несла Алев в люльке на руках.

К: Дорогая моя, вот это сюрприз, почему я не знала, что вы приедете? - изумилась Кывылджим, целуя сестру в обе щеки.

М: Мы приехали навестить Абдуллу бея, - произнесла Мери, встречаясь глазами с Севдой Илдыз.

К: Это правильно, молодцы. Кстати, познакомьтесь: Севда - Мери. Мери моя двоюродная сестра, а Севда, думаю, не нуждается в представлении, - улыбнулась Кывылджим, наблюдая за их обменом рукопожатиями.

М: Очень приятно! Кывылджим мне много о вас рассказывала! - воскликнула Мери и добродушно рассыпалась в комплиментах, чем заставила Севду широко улыбаться своими белоснежными зубами, пока все трое вели светскую беседу.

Вестибюль наполнился женским смехом и беззаботностью, и эта обстановка, выходящая из-под контроля господина Халюка, заставила его чувствовать себя беспомощным.

Х: Кывылджим ханым, у нас не принято так себя вести, вы должны немедленно все это прекратить! - его возмущенный тон заставил глаза Севды Илдыз округлиться от удивления, и она с интересом начала разглядывать мужчину перед собой.

С: О чем говорит этот господин?

М: Ох, не обращайте внимания, Севда, это господин Халюк. Его обычно немного смущает присутствие женщин в компании: я каждый раз сталкиваюсь с этим, хотя можно было бы уже привыкнуть к нашим визитам с малышкой. Правда, господин Халюк? - Мери игриво посмотрела на мужчину, из-за чего он медленно моргнул, пребывая в шоке от этой бесцеремонности.

С: Смущает присутствие женщин? - изумилась Севда? Я не совсем поняла, что это значит...

К: Не бери в голову, я потом тебе объясню, - усмехнулась Кывылджим, поворачиваясь к мужчине. - Господин Халюк, может быть вы лучше проводите нас в конференц-зал? Посмотрим, как вы подготовили его для интервью.

Х: Это уж слишком, госпожа Кывылджим! На каком основании вы отдаете мне приказы? Вы давно уже, слава Аллаху, не работаете в нашей компании...

К: На правах жены владельца компании, так устроит? У меня нет настроения с вами ругаться сегодня, поэтому просто делайте то, что я говорю. И принесите нам три американо.

Халюк мрачно смотрел на Кывылджим, понимая, что у него не остается больше никаких вариантов, кроме как подчиниться.
Это унижение, через которое он проходил, заставило его лицо покрыться пятнами.
Внезапный громкий голос, раздавшийся у него за спиной, заставил его вздрогнуть, и он в панике повернулся, не веря своим глазам.

Должно быть, это просто сон. Нехороший сон. Или же они все сговорились, чтобы свести его с ума?!

Н: Госпожа Кывылджим, наконец-то мы снова встретились, как я рада вас видеть! - жизнеутверждающе провозгласила Ниляй, быстрыми шагами подходя к образовавшейся компании.

Н: Мери, приветствую! О... а вы..., - Ниляй на секунду замерла, после чего поднесла ладонь к губам, при этом ее зрачки заметно расширились. - Неужели это все происходит наяву? Севда Илдыз? Боже мой, ущипните меня кто-нибудь, иначе я упаду в обморок... Я - Ниляй, очень приятно познакомиться. Я старшая невестка семьи Унал!

Мери, Кывылджим и Севда рассмеялись от поведения Ниляй, пока она восторженно пожимала руку журналистке. Эта девушка была способна привнести смуту в любое пространство, и сейчас изрядно демонстрировала это, впав в излишнюю эмоциональность по поводу встречи со знаменитостью.

Н: Я смотрела все ваши передачи! - заявила Ниляй, окидывая остальных победоносным взглядом. - Ну, или почти все. Но моя любимая передача, конечно же, ваша с госпожой Кывылджим! Слава Аллаху, эта история с господином Джемалем закончилась, мы все не могли до конца поверить, что он оказался маньяком, бесчестный человек...

Кывылджим, Мери и Севда в замешательстве переглянулись, в то время как господин Халюк нарочито громко прокашлялся, обращая внимание Ниляй на себя.

Н: О, Халюк бей! Я вас не заметила, но вы здесь, как никогда, кстати. Вот, возьмите мой телефон, сфотографируйте нас, давайте, - она бесцеремонно всунула мужчине камеру и протиснулась между Кывылджим и Севдой.

Халюк нервно сглотнул, наблюдая за тем, как эти женщины всерьез вознамерились позировать ему для фото.

Н: Мери, ты меня извини, но я захотела встать между госпожой Кывылджим и Севдой, все-таки они звезды, а тебя пока не показывают по телевизору, - текст лился из Ниляй, как песня, заставляя женщин переглядываться и с трудом сдерживать смех от ее слов.

В самый разгар фотосессии, когда господин Халюк уже смирился с позором, через который сегодня проводила его жизнь, он услышал еще один изумленный женский голос у себя за спиной, и развернулся к нему, принимая неизбежность.

П: Что здесь происходит! Дочка, что это ты здесь устроила? - воскликнула госпожа Пембе, которая опешила, когда перед ней открылась картина с фотографирующейся толпой в холдинге ее мужа.

Н: Мамочка, идем сюда, я тебя познакомлю с госпожой Севдой Илдыз - она сегодня будет брать интервью у дяди Омера. Ох, наша семья в действительности теперь станет знаменитой!

Пембе сдержанно кивнула в сторону Севды, Кывылджим и Мери, натянув на себя подобие улыбки, после чего осадила Ниляй.

П: Девочка, что ты несешь? Ты разве забыла, по какому поводу сегодня пресс-конференция? О Аллах, если бы только мы могли избежать этого позора..., - она картинно закатила глаза, выражая свое отношение к происходящему, после чего смерила Халюка подозрительным взглядом, застав его с телефонной камерой в руке.

П: Халюк бей, честно говоря, вы меня удивляете. Вы решили заделаться в фотографы именно сегодня, когда наша компания переживает столь трудные времена?

Халюк почувствовал, как по его телу разливается жар. Как можно было оказаться в такой постыдной ситуации? Сегодня произошло сразу несколько вещей, которые он не мог себе представить даже в кошмарных снах.

Х: Госпожа Пембе, это не то, что вы думаете...

П: Вам лучше не знать, что я думаю, Халюк бей. Я лучше пойду в кабинет моего мужа, он сейчас у себя?

М: Пойдемте с вами вместе, Пембе ханым, мы с Алев как раз тоже приехали его навестить, - как ни в чем не бывало с улыбкой предложила Мери, после чего Пембе смерила ее недовольным взглядом.

П: Аллах, что мне только не приходится проживать..., - пробормотала она себе под нос, в то время как Ниляй подошла к ней и потянула за руку, увлекая ее встать рядом с Кывылджим для общего совместного фото.

Н: Мамочка, давай сначала все вместе сфотографируемся, прошу! Нам это для семейного архива, не упрямься, - взмолилась Ниляй, когда Пембе того и гляди норовила выйти из кадра. - Халюк бей, давайте еще несколько снимков, ну!

Пока пять женщин и малышка Алев фотографировались в центре вестибюля, их возгласы и переговаривания не оставались без внимания.
Чуть поодаль за развернувшейся сценой наблюдали Метехан и Фатих, которые не могли сдержать своих ухмылок от вида бедного господина Халюка.
Когда в коридоре появились Омер и господин Абдулла, они оба в недоумении присоединились к Фатиху и Метехану, разглядывая необычную картину, спонтанно нарисовавшуюся в их офисе.

Все это заставило Омера посмеяться, и он даже готов был поклясться, что заметил улыбку на лице своего брата, который через некоторое время направился в эпицентр хаоса.

А: Что здесь происходит, госпожа Пембе? Мери, Кывылджим ханым... добро пожаловать, - сдержанно произнес он, переводя взгляд с одной женщины на другую.

Когда Кывылджим представила Абдулле Уналу Севду Илдыз, госпожа Пембе недовольно отвернулась, не в силах наблюдать их рукопожатия и обмен любезностями.
Уж больно вульгарно выглядела эта женщина, а приветливый вид мужа всерьез раздражал ее.
Разве можно было доверить такому журналисту серьезное дело, как имиджевое интервью после произошедшей катастрофы? Понять это было выше ее сил.

О: Я смотрю, вы все уже познакомились, - с удовлетворением заметил Омер, присоединяясь к собравшимся. Он немного нервничал перед пресс-конференцией, но вся эта ситуация сильно расслабила его, чем он был несказанно доволен.

П: Познакомились и не только, Омер. Как видишь, ваших сотрудников заставляют заниматься всякими глупостями, - холодно произнесла она, окидывая Халюк бея взглядом, полным сожаления.

О: Разве такое может быть, невестка? Не вижу ничего страшного в паре фотографий, - он улыбнулся, подмигивая Кывылджим, которая смотрела на него своими сияющими глазами. - Я так понимаю, вы еще не были в конференц-зале: тогда пройдемте? Халюк бей, проводите госпожу Севду и Кывылджим. Остальным пока там делать нечего.

Халюк коротко кивнул и развернулся в сторону длинного коридора, рукой приглашая Кывылджим пройти за ним.
Севда Илдыз, которая шла рядом, не могла удержаться от комментариев, переваривая только что произошедшую ситуацию.

С: Что это было, Кывылджим? Это семья Омера?

К: Понимаю твой шок. У них в компании работают только мужчины. Господин Халюк явный борец за сохранение этих устоев, и он, судя по всему, после такой концентрации женщин на квадратный метр, находится в предынфарктном состоянии, - тихо произнесла она, чем сильно повеселила Севду.

С: Скучно тебе точно не бывает, как я посмотрю, - хмыкнула Севда, и вскоре они исчезли за дверьми конференц-зала, где Омера ждало интервью.

Спустя примерно час, когда все приготовления были завершены, Севда в прямом эфире проинтервьюировала Омера, и эта конференция ответила на все вопросы и обвинения, до этого свободно гуляющие по просторам интернета в адрес Unal Holding.
Кывылджим была довольна тем, как все прошло: Омер был самим собой, а это означало, что его искренность и посыл к людям чувствовались через экран. Она надеялась на то, что это интервью хотя бы частично снимет общественное давление, которому сейчас подверглась компания ее мужа.

Единственным человеком, который был недоволен происходящим, оказалась Геркем, которая смотрела пресс-конференцию в режиме онлайн в своем кабинете. Ее совсем не устраивал факт обеления компании, и тем более образа Омера.
Внезапный звонок от проверенного человека, который заставил ее отвлечься от просмотра, принес ей хорошие новости.
И поскольку в ближайшее время подтвердилась важная встреча, которая поможет ей изменить положение сил, проводимая в моменте конференция вдруг перестала казаться ей препятствием в реализации планов.

Скорее, наоборот. Чем выше взлетаешь, тем больнее падать. С такими мыслями она откинулась на спинку кресла, закрывая глаза в предвкушении своего триумфа.

__________________________
*через два дня*

Кывылджим украла Омера с работы в 19:00, отказавшись слушать его возражения о том, что у него много дел, которые требуют внимания.
Она наблюдала его состояние уже несколько дней, когда он поздно приходил домой, продолжая с кем-то переговариваться по телефону, а потом ворочался в постели в попытках заснуть.
Иногда он уходил в гостиную, и она понимала, что он не хочет ее будить, при этом что-то изучает и готовится к следующему дню.

Омер пребывал в состоянии замешательства на протяжении всего дня, потому что сегодня заместитель председателя банка связался с ним и отказал их компании в выдаче уже одобренного кредита в связи с изменением благонадежности Unal Holding: о них гудели все новости.
Этот отказ означал для него недостаточность финансирования проекта, который должен был принести значительную часть прибыли в следующем году после его ввода в эксплуатацию.
Теперь он нуждался в быстрых деньгах, если планировал придерживаться плана стройки, но привлекать частных инвесторов, на чем снова начала настаивать Геркем, казалось ему провальной идеей.

Приезд Кывылджим и ее настойчивость в отношении того, что ему нужен отдых, застал его врасплох, однако как только он оказался с ней в машине, то осознал, насколько сильно ему не хватало нормальности в последнюю неделю. Он будто поставил свою жизнь на паузу, и сейчас его жена напомнила ему о том, что это - заведомо провальная стратегия.

К: Сегодня и завтра я буду заниматься тем, чтобы приводить тебя в чувство, - уверенно констатировала она, с подозрением глядя на его загруженный вид. - Это ненормально: ты должен принять, что ситуация не разрешится быстро, и ставить на паузу свою жизнь не имеет смысла!

Она была права, и он был безмерно благодарен ей. Он чувствовал ее поддержку всем своим существом: она выражалась как в действиях, так и в словах с прикосновениями. Он ощущал ее заботу и понимал, что это - то, о чем некоторое время он не смел и мечтать.

Кывылджим привезла его в их дом у озера и, вопреки его протестам, приготовила для него ванную с пеной, чтобы он мог расслабиться после напряженной недели.

О: Тогда ты пойдешь со мной, - потянул ее за руку Омер, но она отпрянула от него, упираясь рукой ему в грудь.

К: Я понимаю твое рвение, но придется немного подождать, потому что у меня сегодня на тебя другие планы...

О: Хммм, звучит многообещающе, - пробормотал он, оставляя легкий поцелуй на ее щеке.

К: Тебе понравится, наш вечер не будет быстрым. Я слишком соскучилась по своему мужу, - произнесла Кывылджим, проводя пальцами по его груди, после чего исчезла за дверью, чтобы у него не было возможности остановить ее.

Через некоторое время, выйдя из ванной, Омер понял, насколько его жена была права, потому что благодаря воде он конкретно расслабился, и его мысли о проблемах бесследно испарились, когда он увидел Кывылджим, пританцовывающую на кухне.
На ней были те самые его огромные штаны и футболка, которые она определила, как свою домашнюю одежду в этом доме, и она невероятно привлекательно выглядела в этих мешковатых формах, скрывающих фигуру.
Ее улыбка озарила лицо, как только она увидела раскрасневшегося и расслабленного Омера, и подошла к нему в объятия, теряясь миниатюрным телом в его огромных руках.

К: С легким паром. Это было хорошо?

О: Это было восхитительно. Впредь я буду во всем тебя слушаться. Хотя... скажи мне, когда это было не так!

Они оба улыбались и целовались короткими поцелуями, словно празднуя совместное время, которое они заслужили провести вдвоем.
Кывылджим посадила мужа за барную стойку, поставив перед ним бутылку вина, которую нужно было открыть, и он с готовностью разлил его по бокалам, в то время как она накрыла небольшой стол прямо за этой барной стойкой, чем сильно его удивила.

О: Твоя скорость приготовления блюд меня поражает, Кывылджим, - произнес Омер, чокаясь с ней бокалом.

К: Это было несложно: всего лишь салат и мясо в духовке, - улыбнулась она, сосредотачивая на нем теплый взгляд.

О: Я так тебя люблю. Спасибо, что ты есть. Я чувствую себя живым.

К: И я.

Они некоторое время болтали и смеялись, затрагивая любые темы помимо их семейных и рабочих проблем.
Они совсем не заметили, как пролетело время. Разговаривать друг с другом было одним из Из самых любимых занятий, когда их души соединялись воедино.
Они оба находились под влиянием идеальности вечера, растворяясь в спокойствии и заботе друг о друге.

К: На самом деле, у меня есть еще кое-что для тебя, - вдруг произнесла Кывылджим, и Омер увидел, как загадочно и озорно сверкают при этом ее глаза.

О: Мне уже нравится начало, - улыбнулся он, наблюдая за тем, как она поднимается со своего места с бокалом в руке. - Кофе, нарды, потанцуем?

Кывылджим рассмеялась от его слов, и на ее щеках проступил легкий румянец, когда она увлекла мужа за собой вглубь гостиной, приглашая расположиться в креслах перед камином.

К: Я хочу попробовать кое-что, что мы до этого не делали.

О: Что же это?

К: Это игра «Правда или действие 18+», - невозмутимо произнесла она, и глаза Омера вмиг расширились, потому что он никак не ожидал подобного от своей жены.

О: Серьезно, Кывылджим?

К: Чему ты так удивляешься? - усмехнулась она. - Разве это не интересно? Конечно, если ты не в настроении...

О: Мне все интересно с тобой, ты же знаешь. Я даже могу прямо сейчас отказаться и от правды, и от действий, сразу перейдя к 18+.

Кывылджим прищурилась, глядя на мужа, и ощутила внутри себя волнение. Он раздевал ее глазами, одновременно излучая бесконечную нежность, и она почувствовала себя самой желанной женщиной на этой земле.
Как ему удавалось дать ей это почувствовать всего лишь взглядом?
Она смахнула с себя его воздействие, сосредоточив внимание на телефоне, который был ей нужен для того, чтобы начать игру.

К: Придется немного подождать, но я уверена, что это стоит того, - улыбнулась она, после чего положила телефон в центр стола. - В прошлый раз, когда мы играли, мы сами придумывали друг другу задания. В этот раз за нас это будет делать компьютер: думаю, будет увлекательно.

О: Компьютер? - изумился Омер, и его мышцы непроизвольно напряглись под воздействием момента, пока он вглядывался в интерфейс на телефоне. - Ты установила программу с игрой?

К: Угу.

О: Ты невероятная женщина. Я тебе говорил?

К: Сегодня нет, - улыбнулась она, устремив на мужа провокационный взгляд. - Предлагаю начать. Правда или действие, Омер?

О: Правда.

Кывылджим прищурилась и нажала на кнопку «правда» в телефоне, после чего Омер наклонился ближе, чтобы прочитать задание.

«Секс с любимым человеком и секс на один раз. Отличаются ли твои действия в постели? Если да, то в чем разница?»

Они оба на мгновение замерли, потому что первый же вопрос поднял в них разные воспоминания, которые не были однозначно положительными.

К: Очень интересно послушать, Омер бей, - Кывылджим откинулась на спинку кресла, при этом положив ногу на ногу, и устремила на мужа все свое внимание.

Омер улыбнулся, глядя на нее, и его ответ для обоих был очевиден, когда он произнес его.

О: Конечно, мои действия отличаются. Вся моя жизнь с тобой ни на что не похожа, а в сексе... мне важно, чтобы ты была сильно возбуждена, и я схожу с ума, когда довожу тебя до оргазма. Твое удовольствие и то, какой ты становишься, когда отпускаешь себя и каждый раз позволяешь мне больше... это для меня самое важное и возбуждающее в сексе.

Кывылджим почувствовала, как ее щеки начинают пылать от его откровенности. Одни только слова завели ее в пол-оборота, и она подумала про себя, что долго играть в эту игру они вряд ли смогут.

О: Давай дальше, - рассмеялся Омер, отпивая глоток напитка. Ему нравилось то, как ее тело очевидно реагирует на происходящее. - Правда или действие?

К: Правда...

Она потянулась к телефону, активируя кнопку, и через мгновение на экране появился длинный вопрос. Ее зрачки расширились от сути, пока она читала текст.

«Расскажи, в какой момент ты впервые захотела своего партнера, и каковы были твои фантазии на этот счет? Как именно ты это представляла?»

Омер улыбнулся ямочками, наблюдая ее растерянное лицо, пока она судорожно соображала.

О: Мне определенно нравится вариант игры, когда вопросы задает компьютер.

К: Это немного нечестно.

О: Наоборот, моя любовь. Рандомный выбор: что может быть честнее?

К: Хорошо. Возвращаясь к вопросу... момент, когда ты прислал мне букет цветов в школу...я отчетливо помню, как после этого я уже не могла притворяться перед собой, что ничего к тебе не чувствую, - проговорила Кывылджим, ощущая внутри нарастающее волнение. - А после того, как ты меня спас от того мужчины возле моего дома...

О: Что тогда произошло?

К: На самом деле, после этого мне приснился сон, - смущенно произнесла Кывылджим, которая не ожидала, что элементарный разговор поднимет в ней много эмоций.

О: Что именно в нем было? - загорелся Омер, глаза которого сверкнули желанием узнать подробности.

К: Это... было в моем кабинете директора. Я вызвала тебя по какой-то причине в школу, ты зашел в кабинет и закрыл дверь, и у тебя был очень грозный вид. Какое-то время мы спорили, и тогда во сне меня это удивило, потому что в реальности мы уже довольно-таки хорошо ладили.

О: Хммм, и что было потом?

К: Потом ты внезапно подошел ко мне, поднял с кресла и начал целовать... а потом..., - улыбнулась Кывылджим, слегка приподнимая вверх брови, - потом я тут же проснулась, пребывая в шоке от себя, и постаралась как можно скорее выкинуть это все из головы.

О: Неужели там не было ничего кроме поцелуя? - усмехнулся Омер, который не верил в скромность ее фантазий.

К: Ни-че-го. Ты расстроен?

О: Нет, я просто удивляюсь тому, что упустил момент, когда ты научилась так искусно врать.

К: Как и всегда, вы слишком много на себя берете, Омер бей, - рассмеялась Кывылджим, делая несколько глотков из бокала. - Но предлагаю продолжить.

О: Пока пойдем по правде, - произнес Омер, нажимая на кнопку в телефоне, и его губы растянулись в улыбке, когда он прочитал вопрос.

«Связывали ли тебя во время секса?»

О: Вот знаешь... один единственный раз я попался в руки одной даме, которая меня в итоге подчинила, сковав наручниками.

К: Ну было же хорошо?

О: Хорошо, но меня беспокоит один факт.

К: Какой факт?

О: Она меня однажды связала, а я ее пока еще ни разу. Нужно исправлять, как считаешь?

Кывылджим почувствовала, как по ее телу пробежали мурашки от одной мысли о том, что она может оказаться связанной в руках Омера, и поймала себя на том, что ее это сильно заводит.

К: Ты думаешь, она поддастся тебе? - вопросительно изогнула брови она, подминая под себя ноги, усаживаясь в позу лотоса.

О: Она всегда в конечном счете поддается мне, - проговорил Омер, заставляя ее уголки губ ползти вверх.

Он в моменте ощутил, что его тело уже давно пребывает в состоянии боевой готовности.
Эта женщина, сидящая перед ним в его одежде, расслабленно теребящая в руке прядь каштановых волос, заставляла его забыть обо всем.
Он угадывал ее легкое волнение лишь по румянцу на щеках, и его безумно привлекали ее смелость и застенчивость, которые каким-то образом проявлялись одновременно.

О: Правда или действие?

К: Действие: думаю, я должна сделать это первой.

Кывылджим получила задание от игры и зачитала его вслух, приводя Омера в состояние восторга.

«Включи музыку и медленно, глядя в глаза партнеру, двигайся под нее, снимая с себя верхнюю одежду. Останься перед ним только в нижнем белье».

О: Эта игра выше всяких похвал, - удовлетворенно произнес он, наблюдая за своей женой, которая неторопливо допила вино из бокала и включила мелодию на своем телефоне.

К: Приготовьтесь к представлению, Омер бей, - игриво проговорила она и исчезла за дверью, оставляя его в предвкушении.

Музыка заполнила пространство, создавая нужную атмосферу, и Омер расположился в кресле поудобнее, ощущая себя хозяином жизни. Впрочем, как и всегда, когда эта женщина была рядом с ним. Эти эмоции, которые она в нем пробуждала, совершенно точно были из какой-то другой вселенной.

Омер наблюдал за тем, как Кывылджим начала дразнящие движения рукой из-за двери: он не видел ее полностью, при этом оценил игривые движения ее руки, которая буквально танцевала в воздухе, пробуждая бурные фантазии.
Она выглянула из-за угла, и ее лицо озарилось улыбкой при виде Омера: он выглядел очень смешным в этот момент - ей безумно понравились его глаза, которые смотрели на нее с вожделением.
Она взмахнула своими волосами снизу вверх, приводя себя в вертикальное положение, и танцем зашла в гостиную, плавно двигая бедрами в такт музыке.

Омер сглотнул от этого зрелища: Кывылджим впервые решила станцевать для него, и он находился под впечатлением от того, насколько она была гибкой и пластичной.
Ее движения были настолько соблазнительными, когда она опиралась рукой на спинку кресла, даже в этой обьемной одежде, что внутри него невольно возник вопрос, где она могла научиться так танцевать.
«Подумаю об этом позже», - откинул он посетившую его голову мысль, и продолжил контролировать каждое движение женщины перед собой, периодически встречаясь с ней взглядом.

Внезапно Кывылджим подошла к столику, на к котором стояли их бокалы с вином, подняла их и отставила подальше.
Омер предугадал ее действие, но несмотря на это его глаза расширились от удивления, когда она в один шаг забралась на стол, продолжая двигаться под музыку.
Он увидел блеск ее черных глаз и самодовольную улыбку на лице сквозь растрепанные волосы, когда ее пальцы скользнули по бокам и отправили штаны вниз, обнажая длину ее ног.

Кывылджим сделала шаг в сторону, смахивая брюки на пол, и продолжила танцевать, не отрывая взгляда от мужа, который смотрел на нее, закусив губу.
Она не знала, каким образом внутри нее проснулась эта зажигалка, но то состояние азарта, в котором она пребывала, соблазняя Омера своими движениями, ей очень нравилось, побуждая реализовывать что-то, что до этого момента было ей чуждо.
Когда она медленно начала поднимать края майки, обнажая живот, затем ребра, затем грудь, а затем и всю верхнюю часть тела, оставшись в итоге перед ним в красивом бежевом комплекте, который сливался с ее кремовой кожей, то непроизвольно начала чувствовать сильную потребность ощутить на себе его прикосновения.

Она медленно опустилась на колени на столе и подалась вперед, опираясь руками на поверхность.
Омер сошел с ума от вида ползущей к нему Кывылджим, и как только ее ладони коснулись его кресла, он силой притянул жену на руки так, что она оказалась верхом у него на коленях.
Она часто дышала, слегка запыхавшись от танца, и ее манящий вид окончательно одурманил Омера, который блуждал по ее спине своими горячими ладонями.

Кывылджим приблизилась к его губам, чувствуя сильное возбуждение и его эрекцию под собой, и этот поцелуй, который они томили некоторое время сексуальной игрой, был поистине восхитительным, когда их рты и языки утоляли жажду друг по другу.

К: Омеррр...

О: Ммм?

К: Нам нужно продолжить игру.

О: Я готов продолжить игру только при одном условии.

К: Каком условии?

О: Ты будешь вот так вот сидеть у меня на коленях.

Кывылджим ухмыльнулась, оставляя легкий поцелуй в уголке губ своего мужа, и обвила его шею руками, исследуя черты его лица.

К: Как ты себе это представляешь, Омер?

О: Очень просто, - заверил ее он, поднимая с пола телефон, на котором до сих пор звучала музыка ее танца. - Но для начала скажи мне, почему до этого момента ты ни разу не танцевала для меня?

К: Тебе понравилось?

О: Это было восхитительно.

К: Не знаю, сейчас это был порыв, и я ему поддалась.

О: Откуда ты умеешь так двигаться?

К: Омер, не смеши. Ничего особенного я не делала, - проговорила Кывылджим, хотя внутри ей было приятно, что он высоко оценил ее навыки.

О: Сколько еще подобного «ничего особенного» ждет меня впереди, Кывылджим Арслан?

К: Время покажет, Омер Унал. Правда или действие?

О: Действие.

«Погадай партнеру по руке, рассказав ему его «интимную судьбу». Ты можешь задавать любые вопросы, при этом партнер обязан отвечать правду.»

К: Точно ли это твое задание, если мне еще и отвечать на вопросы? - выразила свои сомнения Кывылджим.

О: Не ворчи, моя любовь. В конечном счете, мы играем по-честному, и это все же была твоя идея. Дай мне свою руку.

Кывылджим протянула ему правую ладонь, и Омер взял ее в свою, упорно делая вид, что изучает линии на ней. Он едва заметно касался пальцами кожи, и эти движения запустили мурашки по ее телу. Он поцеловал ее ладонь, и она почувствовала приятные покалывания от его небритости. Как можно было так эффективно дотрагиваться до ее руки, приводя все рецепторы в состояние боевой готовности?

О: Я вижу, что до некоторого времени твоя сексуальная жизнь была достаточно спокойной. Но вот здесь, - он потрогал подушечкой пальца ее чувствительное место на ладони, - что-то изменилось, и ты стала более... гм... страстной. Это любовь?

Кывылджим закатила глаза от его неприкрытого хвастовства, после чего закусила губу и ответила загадочным тоном.

К: Может быть.

О: Ах, это еще не точно, значит... ну ладно, - его забавляли ее попытки ускользнуть даже сейчас, когда это было совершенно невозможно. - По этой линии я вижу, что ты пока не до конца раскрылась. Твой мужчина поможет тебе в этом.

К: Неужели?

О: Именно так. Начнем прямо сейчас. Я задам несколько вопросов, и твоя задача - отвечать быстро и не раздумывая. Готова?

К: Готова, - кивнула Кывылджим, и ее щеки начали гореть от предвкушения.

О: Быстро или медленно?

К: Быстро.

О: Сверху или снизу?

К: Снизу.

О: Жесткий секс или романтический?

К: Жесткий...

О: Я так и знал!

Их глаза встретились друг с другом, в то время как они оба осознавали ее ответы, и Кывылджим ткнула указательным пальцем его в грудь, мотая головой.

К: Ничего подобного, Омер. Ты смухлевал. Что это еще за «романтический» секс? Я инстинктивно выбрала короткий ответ, и не надо так улыбаться...

О: Твое подсознание уже сделало свою работу, даже не утруждайся сейчас меня переубедить, моя любовь. Сегодня я обязательно воплощу в реальность твои желания.

К: Хватит! Ты просто сжульничал, Омер. Даже не думай об этом, - настаивала Кывылджим, хотя ее тело предательски снова начало заводиться от этих разговоров.

О: Расслабься. Я не сделаю ничего плохого. Тебе понравится, - он расплылся в улыбке, лаская ее подбородок тыльной стороной ладони. - Предлагаю перейти к следующему действию?

Кывылджим медленно и глубоко вздохнула, успокаивая внутри себя эмоции. Она чувствовала себя более уязвимой в этой игре, нежели Омер, который откровенно получал удовольствие от каждой темы. Она нажала на кнопку «действие» и прочитала новое задание.

«Замри на 3 минуты и не шевелись. При этом партнер может делать все, что угодно. Главное, помни - шевелиться и сопротивляться нельзя.»

К: Это еще что?

О: Это задание, для выполнения которого нам потребуется переместиться в спальню, - с уверенностью произнес Омер, поднимаясь с кресла с Кывылджим на руках, и понес ее в спальню, игнорируя вопросы и протесты.

К: То есть таким образом ты думаешь, что игра закончена?

О: Я думаю, что эта игра уже никогда не закончится, Кывылджим, - серьезно произнес он, глядя на нее прямым взглядом. - И тебе придется выполнить задание. Ложись на кровать и закрой глаза.

К: Зачем закрывать глаза?

О: Просто сделай то, что я говорю. Ты помнишь, да, что сопротивляться нельзя?

Кывылджим закатила глаза, чувствуя, что в очередной раз проиграла ему, но его серьезное лицо и тон, с которым он говорил, заставили ее послушаться.

Она почувствовала холодное покрывало своей спиной, разместившись на кровати, и закрыла глаза, как ей и велел Омер. Ее волнение возрастало по мере того, как шли секунды, и темнота, в которую она себя погрузила, лишь способствовала этому.
Она почувствовала, как к ней приблизился Омер, и ее дыхание ускорилось в ожидании от него каких-то действий.

Он неожиданно приподнял ей голову и накрыл чем-то глаза. Она почувствовала, как он завязывает мягкую ткань у нее на затылке и хотела было что-то сказать, но Омер приложил пальцы к ее губам, не давая это сделать.

О: Расслабься. То, что ты не будешь ничего видеть, только усилит ощущения.

Кывылджим услышала, что Омер куда-то ушел, но совсем скоро вернулся, обдавая ее тело прохладным воздухом. Он взял ее руки в свои и поднял их вверх, скрещивая между собой. Она почувствовала, как он начинает связывать ее запястья, и мгновенная паника пронеслась по ее внутренностям жаром.

К: Омер, что ты делаешь...

О: Моя любовь. Доверься мне, хорошо? Если ты не захочешь продолжать, то скажешь слово «стоп». Договорились?

Кывылджим прерывисто вздохнула и решила не возражать. Она еле заметно кивнула, ощущая себя как никогда беззащитной. Несмотря на свой страх ей хотелось полностью довериться Омеру. Каково это - отдать в его руки себя полностью?

Омер смотрел на женщину перед собой и думал о том, что ни в коем случае не будет торопиться. Он был намерен подарить ей новые ощущения, и для этого ему потребуется терпение. Терпение... он постарался охладить свой разум, хоть это и было крайне трудно рядом с Кывылджим.

Он навис над своей женой, приближаясь к ее лицу, и еле заметно прикоснулся губами к ее мочке уха. Он слегка прикусил его, облизывая при этом языком, и через пару секунд отстранился, наблюдая за Кывылджим. Ее выражение лица разгладилось, и это говорило ему о том, что она расслабляется.

Омер прикоснулся к ее рукам, которые были задраны вверх и связаны между собой, и поднес ее ладони к своим губам. Он мягко поцеловал их, после чего погрузил два ее пальца себе в рот, облизывая их внутри языком. Он почувствовал, как другая ладонь Кывылджим трогает его бороду, стремясь получить больше ощущений, но через мгновение прервал свои ласки, размещая ее руки обратно над головой.

Кывылджим поняла его намерение сильно ее возбудить.
Все то, о чем они говорили вечером, теперь воплотится в реальность.
Ее кожа уже была натянута, как струна, в ожидании ласк, и его неожиданные действия только усиливали желание, к этому моменту накопившееся в ней.

Она почувствовала Омера рядом перед собой и подалась ему навстречу в поисках его губ, но он вовсе не стремился ее целовать, спустившись ниже к ключицам. Он проходил языком по ее телу, рисуя на нем влажные узоры, и ее чувствительность возрастала с каждым прикосновением, когда он дошел губами до ее трусиков. Она слегка приподняла ягодицы, демонстрируя ему нетерпение, но он твердо положил руку ей на живот, придавливая к кровати, чем дал ей понять, что это слишком быстро.

О: Не двигаться и не сопротивляться. Ты помнишь, да? - проговорил Омер, едва касаясь пальцами ее чувствительности через белье.

Кывылджим казалось, что все ее нервные окончания сосредоточились в области его прикосновений.

К: Три минуты уже прошли...

О: Но ты же не думаешь, что на этом мы закончим? - усмехнулся Омер, в то время как ему в голову пришла одна мысль. - Я на некоторое время отойду, но твоя задача - оставаться на месте. И не вздумай даже менять свое положение, Кывылджим.

К: Как скажете, Омер бей, - улыбнулась она, и ее тело замерло в ожидании того, что произойдет.

Время шло, но Омер все не приходил. Ее уже подготовленное до этого тело сейчас испытывало разочарование, в то время как холодный воздух окутывал ее со всех сторон. Остыв, она вдруг почувствовала себя глупо и хотела было избавиться от повязок на глазах и запястьях, но что-то необъяснимое удержало ее на месте.

Омер испытывал ее, находясь некоторое время за дверью. Ему понравилось то, что она осталась лежать в постели, когда он зашел внутрь комнаты. Он знал, что внутри она наверняка готова была его убить.

Когда он приблизился к жене, то сразу же навис над ней, врываясь в ее рот страстным поцелуем. Его язык вращался внутри нее так, что она издала глухой стон под этим натиском. Ее клетки мгновенно отозвались на его поцелуи, устремившись навстречу.

Однако эта страсть оборвалась также быстро, как и настигла ее, когда Омер отстранился, чтобы взять в свои руки вспомогательный инструмент.

Через пару мгновений Кывылджим дернулась от неожиданности, когда почувствовала на своем теле холодную каплю, стекающую по груди к шее. Следующие ощущения были в районе живота, и ее мышцы напряглись от того, что все происходило неожиданно и не поддавалось контролю.

Омер растапливал кубики льда в ладони и дразнил каплями Кывылджим, кожа которой покрывалась мурашками от взаимодействия с холодом.

К: О-омер..., - выдохнула она, испытав новый спектр ощущений, когда он провел льдом по ее губам, после чего накрыв их своими огненными губами.

Кывылджим ощущала пульсацию в паху от того, что проделывал Омер, поражая ее контрастами. Он будто бы не планировал останавливаться, теперь перемещая свое внимание на ее грудь. Он опустил края лифчика, выпуская наружу соски, которые уже были сильно набухшими, и начал играть с ними, отчего Кывылджим издала протяжный стон удовольствия.

Он дразнил ее чувствительную грудь ледяными прикосновениями вперемешку с посасывающими движениями своих горячих губ и языка. Он спустился ниже на живот, и она выгнулась ему навстречу, почувствовав холод в районе кружева. Омер резко перевернул ее на живот и стянул нижнее белье, оставляя жену перед собой совершенно голой.

Ей так хотелось большего контакта, но он не давал его, медленно скользя по ее спине кусочком льда. Он слизывал оставленную на коже влагу, и от этих ощущений Кывылджим чувствовала себя на вершине. Она испытала новый прилив возбуждения, когда он рукой приподнял ее ягодицы, поставив тем самым на четвереньки, и медленными движениями прошелся пальцами по внутренним сторонам ее бедер.

Она выгнула спину, когда он едва заметно коснулся эпицентра ее чувствительности, и осознала, что больше не может терпеть.

К: Омер, пожалуйста...

О: Что пожалуйста? - хрипло произнес он, продолжая легкие поглаживания по ее бедрам.

Он достал еще один кубик льда и растопил его в ладони, после чего холодные капли упали на ее ягодицы, скатываясь к половым губам.
Омер был крайне возбужден ее стонами, стремлением ускориться и в то же время покорностью, но всячески сдерживал себя от того, чтобы не взять ее здесь и сейчас.

К: Я не могу больше терпеть...

О: Не можешь терпеть? Что именно не можешь терпеть, моя любовь?

Он прикоснулся языком к ее половым губам, и она почувствовала, как ее тело окончательно подчинилось ему.

К: Пожалуйста, не останавливайся! Аааа..., - Кывылджим сжимала простыни своими ладонями, двигаясь навстречу Омеру, как вдруг ощутила звонкий шлепок по своим ягодицам, и его ласки в миг прекратились.

О: Не так быстро, дорогая. Придется еще потерпеть, - пробормотал Омер, проводя пальцами рядом с ее клитором, но не дотрагиваясь до него.

К: Я тебя ненавижу, - выдохнула она, после чего снова вскрикнула, ощутив новый шлепок по ягодицам, который в этот раз был сильнее предыдущего.

О: А мне кажется, ты без ума от меня, - усмехнулся он, наблюдая за реакцией ее тела. Она уже давно была совершенно мокрой, и он сходил с ума от этой возможности испытывать ее в постели на прочность. - Долгая прелюдия, а потом жесткий секс, как тебе идея? Я думаю, мы движемся в правильном направлении.

Его грубые хлопки в сочетании с нежными прикосновениями заставляли ее терять себя. Она хотела его безумно, но он медлил, заставляя ее просить об освобождении. Когда она в очередной раз ощутила пульсацию на своей ягодице от столкновения с его ладонью, то не могла больше сдерживаться.

К: Омер, давай... мне нужно, чтобы ты трахнул меня! Прямо сейчас...

Эта грубость, которую он услышал впервые из ее уст, заставила его животные инстинкты мгновенно проявиться.
Он прижал жену к поверхности кровати своим телом, расположив свою левую ладонь в районе ее клитора, и начал целовать шею со стороны затылка, щекотя ее щетиной и своим жаром.
Кывылджим уже приготовилась к тому, чтобы ощутить его член внутри себя, но Омер не торопился, доводя ее до точки лишь прикосновениями.

Спустя несколько мгновений под воздействием его движений она почувствовала, как ее внутренности сжимаются, и столь долгожданное освобождение накрыло ее тело.
Она задрожала под ним, и ее громкие стоны сменились частым дыханием, пока она приходила в себя.
Омер откинулся на бок, развязывая ей руки и глаза, после чего начал нежно гладить ее по спине, давая передохнуть.

О: Ты была великолепна, моя любовь, - с удовольствием заметил Омер, задерживаясь ладонью на ее ягодице.

К: Ты тот еще провокатор, Омер Унал.

О: Не буду скрывать: мне это доставило огромное удовольствие.

К: Ты извращенец.

О: Не больше, чем ты.

К: Неужели?

О: Именно. Ты в порядке?

К: Мне очень хорошо, - улыбнулась Кывылджим, лежа на животе и чувствуя расслабление во всем теле.

О: Тогда будем считать, что прелюдия завершена успешно, и пришло время для основного действия, - удовлетворенно произнес Омер, и глаза Кывылджим расширились, когда он снова разместился позади нее и поднял вверх ее ягодицы, разминая их ладонями.

Он начал снова возбуждать ее своими пальцами, блуждающими вокруг ее чувствительности, и когда через несколько мгновений ощутил ее готовность, то помог ей подняться так, что она оказалась к нему спиной.
Она ощущала его твердость на своей спине и положила голову на его плечо, чтобы встретиться с ним в поцелуе, царапающем губы и кожу вокруг них.
Омер слегка завел ее ногу назад, создавая для себя больше пространства, и они оба простонали, когда его горячий член соприкоснулся с ее входом.

Омер снова не торопился, лаская своей длиной ее половые губы, и стимулировал при этом ее клитор круговыми движениями пальцев.

К: Что ты пытаешься сделать, Омер?

О: Мне нужен твой второй оргазм, дорогая.

К: Ты сумасшедший. Это... невозможно, - Кывылджим глубоко дышала, держась руками за его шею, в то время как ее губы искали его губы, пока они ласкали друг друга.

О: Кто сказал? - удивился Омер, надавливая чуть сильнее на ее тугие стенки.

К: Я сказала. У тебя ничего не получится.

О: Уверена?

К: Уверена.

О: И кто еще из нас провокатор, Кывылджим? - Омер резко вошел в нее на всю длину, и она вскрикнула от боли и сладкой истомы, разливающейся по ее телу от его движений.

Он вышел также резко, как и зашел, продолжив при этом возбуждать ее пальцами. Когда она вновь расслабилась до нужной степени, он снова совершил резкий толчок, и они оба издали протяжный стон.
Кывылджим начала медленно подмахивать бедрами навстречу Омеру, желая продлить ощущение, но он снова полностью вышел из нее, продолжая игру.

К: Что... происходит?

О: Я уже сказал, любовь моя, - пробормотал он, теряясь губами в ее затылке.

Когда в следующий раз Омер захотел также резко войти в нее, Кывылджим отстранилась, за что получила шлепок по ягодице.

О: Не стоит этого делать, - Омер завелся от ее упрямства, после чего опять сделал внезапный рывок внутрь нее, и эти ощущения, которые они испытали вперемешку с азартом, побудили Омера наклонить Кывылджим на четвереньки перед ним.

Он заставил ее встать на локти, и она оказалась снова в полном его распоряжении, когда он совершал редкие и сильные толчки, после которых полностью выходил из нее.
Его ладони нежно ходили по ее телу, в то время как удары его члена были внезапными и грубыми.
Кывылджим осознала, что ему снова удалось возбудить ее до предела: она выгнула спину и получала невероятное удовольствие от происходящего.

Омер чувствовал, что сам извел себя этим экспериментом: в моменте он захотел просто овладеть этой женщиной, не сдерживая своих естественных порывов.
Он ощущал по жене, что она уже готова ко второму оргазму, и одна эта мысль сорвала его последний предохранительный клапан.
Он начал быстро врываться в нее, заставляя еще сильнее прогнуться в спине, и через несколько мгновений их стоны смешались друг с другом, приводя оба тела в измененное состояние.

Он схватил ее за волосы, наматывая их на кулак, отчего она была вынуждена подняться на руки, и эта фиксация с его стороны вызвала в ней бурю новых эмоций, когда она чувствовала сладкую боль от его напора.
Кывылджим снова ощутила страх от его силы, понимая, что ничего не может сделать, находясь под его влиянием, и ее внутренности начали сжиматься, а тело дрожать от противоречия физики и эмоций.
Омер, чувствуя пульсацию вокруг своей длины, на несколько мгновений остановился, после чего сделал последний сильный толчок и со стоном припал к спине своей жены, проходя через сильнейшую кульминацию.

Два дрожащих тела рухнули на кровать в изнеможении, в то время как их души ликовали от этого единения, которое с каждым разом все сильнее укрепляло их связь.

______________________
*несколько дней спустя*

Геркем в сопровождении господина Керема находилась в комнате для свиданий следственного изолятора.
Все внутри этого помещения пахло безнадежностью. Отсутствие окна и слабое освещение приводили в состояние уныния.
Если бы не необходимость, она бы никогда по своей воле не оказалась здесь.

По ту сторону двери послышались шаги, после чего конвоир проводил в помещение мужчину средних лет. Он снял с него наручники и обозначил время, отведенное на свидание.

Мужчина, судя по выражению лица, не понимающий, что происходит, в замешательстве опустился на стул, всматриваясь в лица своих гостей.
Он узнал госпожу Геркем и господина Керема с их прошлых визитов на стройку, но не имел ни малейшего соображения о том, что они здесь делают.
Он растерянно переводил взгляд с одного на другого, после чего глубоко вздохнул и произнес уставшим голосом.

Т: Добрый день. Я немного удивлен. Что... зачем вы пришли, госпожа Геркем?

Геркем склонила голову на бок, изучая мужчину перед собой.
Его лицо выглядело изможденным из-за отсутствия сна, а плечи безвольно поникли, отражая ту самую безнадежность и тоску, которая была под стать этому месту.
Она сложила перед собой руки в замок и посмотрела на него участливым взглядом.

Г: Добрый день, господин Тарык. Мы здесь ради того, чтобы помочь вам.

Т: Но... но у меня уже есть адвокат, которого направил Unal Holding. О какой помощи сейчас идет речь?

Геркем переглянулась с господином Керемом, и на ее лице заиграла ехидная ухмылка.

Г: Господин Тарык, вас как дежурного инженера обвиняют в нарушении норм безопасности и преступной халатности, повлекшей за собой смерть трех человек. Вы действительно считаете, что адвокат Unal Holding хоть чем-то поможем вам избежать заключения?

Тарык бей, чьи нервы были и так на пределе из-за происходящего, направил на Геркем взгляд, полный боли и отчаяния.

Т: Что вы хотите этим сказать?

Г: Семья Унал просто нашла козла отпущения в вашем лице, господин Тарык. Конечно, они предоставили адвоката для отвода глаз, но поверьте: никто и не вспомнит о вас через несколько месяцев, когда вас приговорят отбывать срок пожизненно.

Геркем была удовлетворена произведенным эффектом и сделала паузу, чтобы перейти к следующей части.

Г: Я хочу предложить вам реальную помощь, господин Тарык. Я знаю, что у вас есть жена и трое детей, которым будет крайне сложно без вас. Насколько я понимаю, ваша жена не работает и ухаживает за больной дочерью.

Т: Но Омер... господин Омер обещал позаботиться о них..., - дрожащим голосом проговорил мужчина, еле сдерживая слезы от несправедливости и безнадежности своего положения.

Г: А вы? Кто компенсирует детям отца, а жене - мужа?

Геркем поднялась со стула и принялась ходить по комнате взад-вперед, изображая эмоциональность.

Г: Вы хороший человек, и я вижу это. Но порой с хорошими людьми случаются плохие вещи. Позвольте помочь вам, и тогда... совсем скоро вы воссоединитесь со своей семьей, при этом у вас будут все средства для достойного существования.

Т: Но... как такое возможно?

Г: Нет ничего невозможного, когда есть желание, господин Тарык. Но для того, чтобы получить новую жизнь, придется кое-чем пожертвовать.

Тарык бей шумно дышал, и одинокая слеза скатилась по его щеке, после чего он прямо посмотрел на женщину перед собой, осознавая, что сейчас она подошла к моменту озвучивания своих условий.

Т: Что именно от меня требуется?

Геркем улыбнулась победной улыбкой, получив ту реакцию, на которую рассчитывала, и еле заметно кивнула своему помощнику, который обратился к инженеру Unal Holding, протягивая ему конверт.

К: Господин Тарык. Во-первых, придется отказаться от вашего адвоката: мы предоставим вам другого.
Во-вторых, придется навсегда покинуть страну после того, как вы выйдете на свободу.
Ну и в-третьих, необходимо будет изменить ваши показания. А вот каким образом, изложено в тексте этого письма.

Тарык бей медленно перевел взгляд с господина Керема на предложенный им конверт, и в момент ощутил, как его жизнь только что разделилась на до и после.

_______________________
*через несколько дней*

Омер выслушивал варианты альтернативного финансирования строительства рекреационного центра.
Главный финансист Unal Holding предложил подать заявки в другие кредитные организации, но заранее предупредил о рисках отказа в рассмотрении сделки, пока не будет закрыто заведенное дело.
Вопрос о привлечении частных инвесторов снова встал ребром на общем собрании акционеров, и на этот раз Ресул бей был единогласен со своей дочерью, которая уже давно предлагала этот вариант.

О: Тогда господин Ибрагим проработает этот вопрос и подберет для нас подходящие предложения по частным инвесторам, - заключил Омер, взвешивая внутри себя все «за» и «против»

А: Сколько по времени это займет? - спросил Абдулла Унал, подозревая, что они потеряют слишком много времени на этом процессе.

И: В течение недели я аккумулирую предложения, еще примерно столько же уйдет на переговоры, затем заключение договоров...

Г: На самом деле все это необязательно, - заявила Геркем, окидывая взглядом присутствующих. - Господин Керем уже нашел инвесторов, консолидировал условия по ним, и мы можем уже на этой недели получить часть денег. Сейчас мы вас ознакомим с условиями.

Помощник Геркем поднялся из-за стола и раздал всем присутствующим папки с файлами. Некоторое время все изучали материалы, после чего внимание сосредоточилось на Омере и Абдулле.

О: Мы не можем полагаться на предложенный список инвесторов: никого из них мы не знаем, не работали с ними раньше, поэтому потребуется дополнительное время на то, чтобы проверить каждого.

А: Но это в любом случае быстрее, чем сейчас проделывать эту работу с нуля, Омер.

Г: Спасибо, папа. Я рада, что мы с вами на одной волне и ставим во главу угла рабочие вопросы, а не личные отношения, - заметила Геркем, пристально глядя на Омера, который старался делать вид, что не замечает ее. - Я так понимаю, что дядя... сильно предвзят к моим идеям, что совершенно непрофессионально, учитывая ситуацию, в которой мы оказались.

О: Геркем... мое терпение и так на исходе, избавь нас от своих рассуждений. Это никому не интересно.

Г: Неужели? Также не интересно, как было не интересно мое мнение относительно условий работы на стройке? Мне еще раз напомнить тебе, что ты легкомысленно отмахнулся от моего наблюдения, после чего погибли невинные люди? Ты вообще спокойно спишь по ночам?

О: Я сказал хватит! - рявкнул Омер, стукнув кулаком по столу, чем заставил присутствующих сосредоточить на нем взгляды.

М: Папа, не надо. Оно того не стоит, - тихо проговорил Метехан, сидящий по правую руку от отца.

Р: Геркем, дочка, давай не будем обвинять друг друга, это лишнее. Тем более что всем известно, по какой причине произошла авария: это халатность и несоблюдение инструкций со стороны инженера. Давайте лучше вернемся к вопросу о финансировании. Абдулла бей, я так понимаю, что вы готовы принять во внимание варианты, разработанные командой моей дочери...

Речь Ресул бея была прервана стуком в дверь, и на пороге зала переговоров появился Юсуф, на котором не было лица.
Не успел он сказать и пары слов, как его оттеснили к стене сотрудники полиции, которые в составе трех человек зашли в кабинет, окидывая бесстрастными взглядами присутствующих.

Т: Добрый день, господа, старший комиссар Туфан Йылдырым, - произнес мужчина, которого узнали почти все присутствующие, поскольку в его сопровождении несколько дней назад давали показания прокурору. - Господин Омер Унал здесь?

О: Я здесь. В чем дело, комиссар?

Т: Вам придется проехать с нами в участок, господин Унал. Теперь вы проходите по делу о преступной халатности в качестве главного обвиняемого. Прошу на выход.

Все: ЧТО??!

Сердце Омера упало, когда суть слов комиссара дошла до его сознания, и он медленно поднялся на ноги, готовясь встретить неизбежность.

______________________

P.S. строим прогнозы, друзья мои) когда Омер выйдет из тюрьмы, и получится ли у него это)
И еще - жду ваших любимых сцен) мне кажется, в этой главе помимо кывмеров было еще кое-что🫶🏼😁