New Life | KivMer

Ну что, ребята, перед завтрашней огненной серией нам всем хочется хоть немного малины?😁❤️
Интересно, оправдаю ли я ваши ожидания...

___________________________

Омер проснулся рано и успел сделать кое-какие личные дела, убрать в квартире беспорядок, который они вчера устроили, и уже некоторое время лежал в кровати рядом с Кывылджим, которая спала крепким сном.
Сегодня была первая ночь, когда она не просыпалась из-за кошмаров, и внутри себя он задавался вопросом, что послужило этому причиной: количество выпитого алкоголя, усталость или факт того, что она, наконец, освободилась от груза, который ее тяготил.
Он осторожно водил пальцами по ее спине, вспоминая их неожиданный вечер.

Когда они пришли в себя после бурной близости на столе, то переместились на диван и лежали в обнимку, разговаривая о каких-то незначительных вещах и подкалывая друг друга.
Она снова его спровоцировала своей самоуверенностью и раскованностью, которую он в ней видел впервые, и их опять накрыла одержимость, после чего оба выдохлись и просто молча дышали рядом друг с другом, отдаваясь моменту.
Их тела горели и болели одновременно от долгого перерыва и внезапной насыщенности, которую они испытали.

После некоторого времени Кывылджим заговорила и удивила Омера своим предложением.

К: Омер?

О: Ммм?

К: Я могу тебя попросить кое о чем?

О: Да.

К: Я хочу, чтобы мы вместе помылись в душе.

О: Хорошо.

К: Но это не то, о чем ты только что подумал.

О: Откуда ты знаешь, о чем я подумал?

К: Потому что даже я подумала об этом.

О: Даже ты? После сегодняшнего вечера я бы на твоем месте перестал употреблять словосочетание «даже я», когда речь заходит о сексе.

К: Замолчи, ты начинаешь меня злить.

О: О нет, я буду тебя злить.

К: Тогда и я буду тебя злить.

О: Как скажешь, любовь моя.

Он встал с дивана и протянул ей руку, после чего они вдвоем прошли в ванную и оказались в тесной душевой кабине. Омер включил воду, регулируя температуру.

Теплые капли коснулись макушки Кывылджим и струями полились по ее волосам и обнаженному телу, и перед глазами Омера непроизвольно всплыла в памяти их ночь в Олюдениз.
Он начал гладить ее волосы, давая им полностью намокнуть под водой, и она закрыла глаза, расслабляясь под теплом душа и прикосновениями мужчины перед собой.
Пару мгновений он не мог оторвать глаз от ее губ, ключиц и груди, которая выпирала вперед и манила его красотой своих форм, поэтому решил сосредоточиться на том, зачем они здесь.

О: Давай поменяемся местами, и я тебя намылю, - произнес он, вставая под струю воды.

Омер достал с полки гель для душа, хорошенько вспенил мочалку и начал плавные растираюшие движения по ее телу, спускаясь от плеч вниз.
В этом ритуале было что-то очень интимное и даже сокровенное: он чувствовал нежность и трепет, наблюдая за тем, как его женщина доверяет ему.

Она чувствовала, как приятная пена нежно касается ее кожи, а руки Омера блуждают по ее телу через ткань, пропитанную мылом.
Его движения были настолько приятными, что она снова закрыла глаза от удовольствия, как будто находилась на сеансе специфического массажа.
Бог знает, каким образом она додумалась до этого занятия, которое внезапно пришло ей в голову, когда они были в гостиной, но происходящее невероятно их сближало неуловимыми нитями заботы и любви.

Омер заботливо прошелся по ее рукам, груди, животу и спине. По улыбке жены он понял, что все происходящее ей очень нравится, поэтому выдавил еще геля, чтобы получить больше пены.
Он намылил ее попу и бедра, спускаясь к ногам, и спустя некоторое время она оказалась полностью в пене, ощущая легкость и тепло.

К: У тебя отлично получается, - проговорила Кывылджим, глядя на Омера снизу вверх: его лицо было умиротворенным, но сосредоточенным.

О: Тебе хорошо?

К: Да.

О: Я рад.

К: Теперь моя очередь, - Кывылджим взяла другую мочалку и проделала с гелем для душа то же самое, что и Омер.

Его тело казалось огромным по сравнению с ее, и сейчас, когда она делала круговые движения, чтобы намылить его, это стало еще очевиднее.
Она приблизилась к нему, чтобы дотянуться до спины, и он почувствовал жар от ее близости, который сбивал с толку.
Омер взял в руки шампунь, выдавил небольшую часть и погрузил свои ладони в ее волосы, массируя макушку, пока Кывылджим была занята его спиной и боками.

Через некоторое время, когда они оба оказались покрыты гелем для душа и шампунем, Омер включил воду так, чтобы она полилась вертикально вниз.
Они бережно гладили тела друг друга, помогая воде смыть остатки пены, и это единство заставило их испытать волнение и восторг от тесной связи.
После того, как они закончили, Омер запаковал жену в несколько полотенец и отвел в кровать, где она заснула крепким сном в течение пяти минут.

Сейчас, когда он воспроизвел все эти события в памяти, то не мог сдержать улыбки от предвкушения совместного утра.

Кывылджим медленно пошевелилась под его рукой и приоткрыла один глаз, фокусируя взгляд.

К: Я так и знала, что ты снова смотришь на меня, пока я сплю. Ты что, маньяк?

О: Если в этой комнате сейчас и присутствует маньяк, то это точно не я, - усмехнулся Омер, подпирая голову ладонью и устраиваясь поудобнее.

К: Очень хочется пить...

Он взял с тумбы полный стакан и протянул ей, чтобы она могла утолить жажду. Она отпила несколько глотков и протянула стакан обратно, вновь падая головой на подушку. Вчерашний вечер начал постепенно восстанавливаться в ее памяти, и она почувствовала, как жар медленно, но верно захватывает ее тело.

О: Как ты себя чувствуешь?

К: Могло быть и лучше. Без тренировки это всегда имеет последствия.

О: Какие именно тренировки ты сейчас имеешь в виду? - невозмутимо изогнул брови Омер, как ни в чем не бывало облокачиваясь на изголовье кровати.

Кывылджим поняла, что ее слова несут в себе двойной смысл, и лицо начало медленно заливаться краской.
Омер с удовольствием наблюдал за ее смущением: это была одна из его любимых эмоций в ней.

К: Я не понимаю твоих намеков, - пробормотала она, отводя глаза и сжимая подушку под собой ладонями.

О: Ну-ну. Совсем ничего не помнишь?

К: А разве было что-то, что мне нужно было запомнить? - проговорила она, прикасаясь пальцами к своей левой щеке, которая стала слишком горячей.

О: Мне все очень понравилось, - растянулся в улыбке Омер, дразня жену своими ямочками. - Начиная с твоей пьяной смелости, продолжая танцем на стуле, и заканчивая эпизодом в душе.

Кывылджим закатила глаза и дернула вверх одеяло, исчезая под ним.

О: Это тебя не спасет, ты же знаешь.

К: Омер... Пожалуйста..., - услышал он сдавленный голос изнутри и рассмеялся, после чего нырнул под одеяло следом за ней, заставляя ее вскрикнуть от неожиданности.

О: Не могу оставаться в стороне, когда ты говоришь «Пожалуйста», - хмыкнул Омер, и его руки прикоснулись к ее голому телу.

Он развернул ее, заставив лечь на спину, и начал вести дорожку губами от груди к шее, оставляя следы от легких укусов на коже.

К: Омер!! Остановись... мне щекотно! - смеялась Кывылджим, оттягивая его голову подальше от себя, и некоторое время они боролись друг с другом, пока не стало слишком жарко.

Омер откинул одеяло, освобождая их от него, чтобы можно было свободно вздохнуть.
Он навис над ней, встав на локти, и легкими движениями пальцев слегка прикасался к ее шее и ключицам.

О: Доброе утро.

К: Доброе утро. Омер...

О: Ммм?

К: Я без одежды.

О: Да.

К: И кажется, я заснула с мокрой головой, - с досадой произнесла она, потому что чувствовала, как ее волосы переплелись во что-то невообразимое.

О: Так и было.

К: А еще... у меня почему-то болит все тело, особенно копчик.

Кывылджим произнесла эту фразу прежде, чем успела подумать, после чего тут же вновь залилась краской, вспоминая вчерашний спринт на столе.

Омер игриво улыбнулся и поцеловал ее в нос.

О: Мне нравится, как ты смущаешься. Но как ты правильно заметила, без тренировок последствия дают о себе знать.

К: Прекрати.

О: Что прекрати?

К: Быть таким.

О: Каким таким?

К: Самоуверенным и довольным.

О: Вчера ты была самоуверенной и довольной, теперь моя очередь.

К: Оффф, - на выдохе промычала Кывылджим, закрывая глаза ладонью.

Почему сейчас ей было так стыдно?

О: Куда ты убегаешь, посмотри на меня. Я хочу кое о чем спросить.

К: О чем?

О: Посмотри на меня.

Кывылджим убрала руку в сторону и осторожно подняла глаза на мужа.

О: Почему ты мне раньше не говорила, что тебя заводят игры и жесткий секс?

Зрачки Кывылджим расширились от неожиданности, а сердце начало бешено стучать, когда она осознала смысл его слов.

К: Ч-что? Омер... ничего такого...нет.

О: Значит, нет...

К: Нет.

Омер с довольной улыбкой отстранился от жены, давая ей пространство, и она приняла полусидячее положение, натянув на себя одеяло. Его забавляло ее отрицание и реакция ее тела, которое не умело лгать. Она не могла скрыть своего волнения от того, что была застигнута врасплох, и он решил сжалиться над ней, оставив ее наедине с новыми мыслями.

О: Как скажешь, моя любовь. Я пока пойду организую нам завтрак, а ты подумай о том, что я сказал, - Омер погладил ее по щеке, которая готова была взорваться от накрывшей ее температуры, и поднялся с кровати, через мгновение исчезнув в дверях.

Кывылджим поднесла пальцы к носу, пытаясь собраться с мыслями, потому что от одного только вопроса Омера она успела почувствовать легкое возбуждение.
Что вообще с ней происходит? Это ненормально.
Может быть, это потому, что она соскучилась по нему, и вчера ее эмоции вылились вот в такое поведение?

Хотя... какое - такое поведение?
Почему вообще сегодня ей стыдно за вчерашний вечер? Она ничего плохого не сделала. Да, немного выпила. Да, была более раскрепощенной, чем обычно, но это еще ничего не значит.
Это просто Омер своим самодовольным видом вздумал загнать ее в угол, но она твердо решила, что не проиграет ему.

Примерно через полчаса она привела свое лицо и волосы в порядок, оделась в джинсы и свитер с широким воротом, после чего направилась в сторону кухни. Как только она поравнялась с гостиной, ее остановил голос мужа.

О: Прекрасно выглядишь!

Кывылджим пошла на звук и обнаружила его у накрытого стола в зале. Он накрыл ту самую часть стола, на которой они вчера занимались безудержным сексом, и от этого факта она в миг вспыхнула, как факел, испытав стеснение и возмущение одновременно.

К: Что это?

О: Это наш завтрак.

К: Ты издеваешься?

О: Совсем нет, а что такое?

К: Я не собираюсь здесь завтракать.

О: Это еще почему?

К: Ты знаешь.

О: Это глупо, Кывылджим.

К: Глупо думать, что прямо сейчас я смогу сесть с тобой за этот стол! - ее тон был строгим, отчего Омер в голос рассмеялся.

О: Кывылджим, но такими темпами нам скоро придется сменить квартиру, - проговорил он, приближаясь к ней.

Он замкнул руки у нее за спиной, когда она недоверчиво смотрела ему в глаза.

К: Почему это?

О: Потому что я планирую, что мы здесь не оставим ни одного места, где бы мы не занимались любовью.

Она не смогла сдержать смех, хоть и старалась быть серьезной.

К: Ты сумасшедший, ты знаешь?

О: Я сумасшедший влюбленный, это правда, - с удовольствием произнес Омер, и захватил ее губы своими, прижимая к себе.

Он углубил поцелуй настолько, чтобы она потеряла бдительность, но не настолько, чтобы слишком увлечься.
Ее тело поддавалось на его ласки, и ему это безумно нравилось.

О: Ты подумала о том вопросе, который я тебе задал? Скажи мне правду: тебе нравится, когда я доминирую? - спросил он, гладя ее по волосам, в то время как его глаза искали ответы в глубине ее взгляда.

К: Омер... я не буду сейчас это обсуждать!

О: Почему? Что не так?

К: Это слишком... личная тема, и вообще, с чего ты это взял?

О: С того, что вчера было по-другому, и... очень хорошо. Тебе понравилось?

Кывылджим закусила губу, периодически отводя взгляд: его вопросы снова заставили ее нервничать. Она тяжело вздохнула, собираясь что-то сказать, но Омер вдруг прервал ее.

О: Хорошо. Я понял. Давай не будем говорить об этом. Пока не будем... Но взамен ты мне кое-что пообещаешь.

Кывылджим удивленно вскинула брови, улыбнувшись уголками губ.

К: Я даже и не надеялась, что ты оставишь меня в покое просто так.

О: Ну так что, договорились?

К: Сначала скажи, о чем идет речь.

О: Тебе понравится. Но сейчас я сказать не могу.

К: Хахаха, и я должна согласиться непонятно на что?

О: Ты мне доверяешь? - вдруг серьезно спросил Омер, и она почувствовала, как для него важен ее ответ.

К: Доверяю. Конечно, доверяю, Омер.

О: Тогда ты согласишься на один эксперимент, в котором поучаствуем мы оба. Единственное, что от тебя будет нужно, - это в моменте делать то, о чем я попрошу.

Брови Кывылджим поползли вверх: она не могла поверить в то, что он говорит.

К: Что? Ты считаешь, что я пойду на это, Омер Унал? Ты за кого меня принимаешь?

О: Я принимаю тебя за женщину, которая доверяет своему мужчине, ведь он никогда не сделает ей чего-то плохого.

Ее сердце начало биться сильнее при мысли о том, что может попросить ее муж.

К: Но...

О: Кывылджим, это всего лишь маленький эксперимент. Неужели ты думаешь, что я буду принуждать тебя к чему-то против воли?

К: Нет, я так не думаю... но ты застал меня врасплох.

О: Кывылджим Арслан, все твои проблемы от того, что ты слишком умная.

К: Что за чушь ты несешь, Омер, - она ткнула его пальцами в грудь, в то время как он еще сильнее прижал ее к себе.

О: Ну так что... ты согласна?

Кывылджим посмотрела на лицо мужа, которое очевидно загорелось от посетившей его идеи, словно он был маленьким ребенком, жаждущим осуществить задуманное, и кивнула в знак согласия, ощущая волнение от неизвестности и риска.

О: Это будет незабываемый эксперимент, - лицо Омера растянулось в улыбке, и он оставил еще несколько поцелуев на ее губах.

Он запланировал нечто особенное для нее и для себя, и почувствовал невероятное предвкушение и азарт от того, что их ждет впереди.

____________________________

Телефон Кывылджим разрывался от звонков и сообщений после интервью в прямом эфире, и она вновь почувствовала себя словно в ловушке от этого всеобщего внимания.

Некоторое время назад она поговорила с Севдой, которая была в восторге от их совместной работы.

С: Кывылджим, тебе нужно подождать несколько дней, и тогда этот шквал интереса сойдет на нет. Кстати говоря, многие возмущаются, почему я не указала ссылку на твои социальные сети.

К: Я не веду ничего профессионально, но люди найдут везде, если им будет нужно, - усмехнулась Кывылджим. - Они уже стучатся в мои профили и шлют сообщения. Короче, это кошмар.

С: Не говори так. Почему бы тебе не завести свой канал и не начать разговаривать на темы, которые тебя интересуют? Трафик от меня сейчас был бы неплохим.

К: Я в этом не разбираюсь совсем, Севда. Думаю, что каждый должен заниматься своим делом, тогда это будет успешно.

С: Но ты рождена для того, чтобы вещать! Я тебе говорю, как профессионал.

К: Хорошо, я верю. Спасибо, - рассмеялась Кывылджим, и женщины попрощались.

Ей было приятно внимание и высокие оценки от Севды Илдыз, и некоторые мысли о том, чтобы снова попробовать себя в роли ведущей, обосновались в ее сознании крепче.

От размышлений ее прервал звонок матери, которая встревоженно твердила что-то невообразимое в трубку.

К: Не понимаю, мама, что с Доа? Какая еще полиция?

С: Кывылджим, я тоже ничего не поняла. Мери поехала с ней. Та девушка, Геркем! Она написала заявление на Доа, и ее забрали. Что теперь будет с нашей девочкой?!

К: Мама, успокойся, я сейчас поеду туда и все узнаю. Ничего не случится, слышишь меня?

С: Ох, Кывылджим, если бы! Иначе я не переживу всего этого!

Кывылджим положила трубку и почувствовала, как закипает от злобы.

При одной только мысли о новой жене Фатиха ее внутренности сжимались в тугой узел.
Эта девушка чуть было не разрушила их жизнь с Омером, а теперь принялась за Доа?

Она быстро накинула пальто и вылетела из дома, спускаясь на парковку.

Несмотря на то, что Кывылджим впервые после нападения оказалась здесь, она не почувствовала страха, паники и даже какого-либо дискомфорта.
Ее мысли в данный момент были поглощены дочерью, и она сосредоточилась на дороге в участок, предварительно узнав адрес у Мери.
Она позвонила Омеру и рассказала ему то, что на данный момент ей было известно, после чего он обещал в скором времени подъехать.

Спустя сорок минут она уже входила в полицейский участок, и в зоне ожидания нашла Мери, вид у которой был крайне встревоженный.
Мери рассказала Кывылджим суть произошедшего, после чего градус ее внутреннего возмущения поднялся на несколько отметок выше.

К: Причем здесь вообще Доа? Как она могла узнать, что эта Геркем потеряла ребенка?

М: Доа сказала, что это случайность, и они в одно и то же время оказались в одной больнице.

К: Уму непостижимо! А что камеры? Неужели непонятно, что она сама под машину кинулась?

М: В этом-то и дело, Кывылджим. Доа скрылась с места происшествия, так что... Они сочли это достаточным основанием для ареста, - Мери сделала многозначительный жест бровями и покачала головой в знак разочарования.

К: Моя дочь просто дура, - констатировала Кывылджим. - Как можно было скрыться с места? О боже, дай сил мне и ума моей дочери, иначе ничем хорошим все это не закончится! - в сердцах воскликнула она и начала ходить из стороны в сторону в стремлении унять волнение в груди.

Спустя минуту пространство коридора заполнилось множеством голосов, и Кывылджим закатила глаза при виде семейства Унал, которое, казалось, пожаловало в участок полным составом.

Фатих почти бегом добрался до них: его вид был встревоженным.

Ф: Госпожа Кывылджим, где Доа?

К: Даже я пока не видела свою дочь, Фатих, пока она находится на допросе, - Кывылджим приблизилась к Фатиху в эмоции негодования, - а ты будь добр, объясни мне, почему твоя жена смеет нападать на Доа? Каким образом вы втроем связаны?

П: Бессовестные! Убили ребенка, а теперь смеют допрашивать моего сына..., - Пембе с яростью смотрела на ненавистную семью Арслан, из-за которой их жизнь перевернулась с ног на голову.

Мустафа и Ниляй испуганно переглянулись, осознавая неизбежность скандала, а Фатих отвернулся в сторону, прикладывая пальцы к вискам.
Господин Абдулла бросил укоризненный взгляд на свою жену, которая не видела берегов в готовности вступить в словесную драку.

А: Пембе ханым, угомонись. Ты не можешь так разговаривать.

П: Угомонись? - вспыхнула Пембе, задерживая взгляд на Кывылджим. - Все, что произошло с нами, произошло из-за этой бесстыжей семьи. Сейчас Доа потеряла мужа: очевидно, ей снова понадобился Фатих - вот почему она и сделала эту ужасную подлость! Из-за вас мы лишились внука!

Кывылджим чувствовала, что земля уходит у нее из-под ног, и Мери успокоительным жестом положила ей руку на плечо.

К: Вы себя слышите, Пембе ханым? Я не потерплю эти оскорбления в адрес моей дочери! Ваша невестка сама бросилась под машину, чтобы обвинить во всем Доа!

П: Да как вы смеете обвинять в этом бедную девочку, она и так потеряла ребенка! Ни стыда ни совести, надеюсь вы все получите по заслугам...

Ф: Мама, ХВАТИТ! - в гневе голос Фатиха прозвучал раскатисто и твердо, заставив всех замолчать и сосредоточить на нем внимание. - Яне верю в эту чушь насчет того, что Доа что-то сделала специально. Не удивлюсь, если это очередная ложь Геркем, ведь мы все знаем, на что она способна.

Н: Я тоже не верю в то, что Доа могла такое сделать, мама! Она же сама потеряла ребенка, разве такое возможно? - вклинилась Ниляй, за что получила грозный взгляд со стороны госпожи Пембе.

П: Замолчи, девочка! Разве нет свидетелей? Разве нет записей с камер? Какой позор, Фатих, ты еще смеешь говорить мне такое при этих людях!

А: Госпожа Пембе! Уймись! Дома поговорим.

Кывылджим чувствовала, как земля уходит у нее из-под ног от негодования и несправедливости, и собиралась было выйти подышать на улицу, как вдруг увидела свою дочь, которая шла к ним навстречу с допроса в сопровождении полицейского.
У Доа был такой испуганный вид, что Кывылджим поняла: у нее сейчас нет права на эмоции.

К: Доа!! - она подошла к ней и взяла ее за руки. - Доа, посмотри на меня.

Д: Мама, я ни в чем не виновата, - произнесла она со слезами на глазах, - я не убивала этого ребенка...

К: Я знаю, дочка, адвокат уже едет. Мы все решим. Не переживай. Офицер, куда вы ее ведете?

О: Доа ханым проведет эту ночь под стражей, а завтра суд определит, где она будет на протяжении слушания по этому делу.

Ф: Что?! - выдохнул Фатих, который не мог видеть Доа в таком состоянии. - Вы хотите сказать... она может остаться здесь? Нет, этого не может быть!

Д: Фатих, просто меня, я... я не убивала твоего ребенка.

Ф: Я знаю, Доа, знаю! Я вытащу тебя отсюда, слышишь?

П: Фатих! У тебя дома жена, которая только что потеряла ребенка из-за этой девки, а ты смеешь принимать в этом ее сторону? Опомнись уже! Так ей и надо, каждый должен отвечать за свои поступки, - сверкнула глазами Пембе, испытывая внутри удовлетворение от картины, представшей перед ней. Она снисходительно посмотрела на Доа, которая выглядела жалко, и обратилась напрямую к ней. - А ты еще называешь себя матерью... пока ты будешь за решеткой, мы откроем новое дело об опеке над Джемре. Моя внучка не будет расти в такой семье, как ваша!

К: Ну это уж слишком! Господин Абдулла, уймите свою жену, иначе я за себя не ручаюсь!! - в гневе рявкнула Кывылджим, после чего снова обратилась к Доа. - Не слушай их. Все будет хорошо. Скоро встреча с адвокатом. Будь сильной, ладно? Ради Джемре.

Доа коротко кивнула, смахивая слезы, и безвольно проследовала за офицером, который вел ее в камеру участка.

Кывылджим с ненавистью посмотрела в сторону семьи Унал и обратилась к Мери.

К: Я пойду выйду на улицу, не могу здесь находиться.

М: Хорошо, я здесь, дорогая.

Мысли Кывылджим метались, пока она ходила взад-вперед перед полицейским участком. Она старалась усмирить свои эмоции, которые напрочь лишали ее конструктива.
Что будет с Доа, если судья решит, что она виновна? Что будет, если ее дочери придется провести какое-то время в камере предварительного заключения?
Она не могла поверить в то, что в последнее время ее жизнь походила на какую-то детективную историю.

Через некоторое время из участка на улицу вышли господин Абдулла, Пембе, Ниляй и Мустафа.
Абдулла Унал подошел к Кывылджим и участливо посмотрел на нее.

А: Госпожа Кывылджим, мы сейчас поедем домой, Фатих решил остаться здесь.

К: Понятно.

А: Надеюсь, все каким-то образом разрешится к лучшему, - участливо проговорил он, из-за чего она слегка усмехнулась, не веря в абсурдность происходящего. - И еще, я хотел сказать, что... я рад, что с вами все хорошо. После того случая... нам не удалось поговорить, но мы все переживали за вас. Слава богу, все закончилось: пусть не повторится.

К: Спасибо, господин Абдулла. Сейчас все нормально.

Абдулла направился к парковке, оставив остальных членов семьи ждать у входа. Пембе продолжала бросать неприязненные взгляды на Кывылджим, в то время как Ниляй больше не могла сдерживать своего любопытства с тех пор, как она увидела ее в участке.

Н: Госпожа Кывылджим, я вчера смотрела ваше интервью: это было просто бесподобно, я ваш истинный фанат! - вырвалось из ее уст прежде, чем она успела проконтролировать свои слова.

К: Спасибо, Ниляй, но это не то, чем стоит восхищаться.

Н: Вы бы знали, как мы все переживали за вас, госпожа Кывылджим! Правда, Мустафа? - ткнула она его в бок. - И это же надо, каким ужасным человеком оказался этот с виду приветливый господин Джемаль! Правильно дядя Омер его сразу невзлюбил.

Кывылджим отвела глаза, не желая продолжать этот разговор о Джемале.

М: Ниляй, замолчи, давай не будем лезть не в свое дело, - прошипел Мустафа.

Н: Мустафа, отстань! Госпожа Кывылджим теперь настоящая звезда, я очень горжусь, что мы с ней родственники, - прошептала ему в ответ Ниляй, отчего госпожа Пембе закатила глаза и смерила невестку укоризненным взглядом.

П: Нашла чем гордиться, дочка. Эта женщина из рук вон лезет, чтобы снискать дешевой славы, - процедила она сквозь зубы. - Но бог все видит, поэтому каждый расплачивается за свои грехи.

К: Что вы сказали? - холодно произнесла Кывылджим, встречаясь с ней взглядом. - По-вашему, кто-то заслуживает того, чтобы стать жертвой психически нездорового человека, Пембе ханым?

П: По-моему, все события, которые с вами происходят, неслучайны, Кывылджим ханым. И если бы вы не вели легкомысленного общения с мужчинами, ничего подобного бы не произошло.

Кывылджим хотела было что-то ответить, но ее прервала Ниляй, которая вновь не заставила себя ждать с комментариями.

Н: А я сразу говорила о том, что господин Джемаль имеет виды на вас, госпожа Кывылджим. Вы ему отказали, и поэтому он решил вас похитить, да? Прямо как в сериале?

К: Ниляй, пожалуйста... у меня сейчас голова взорвется от того, что ты говоришь. Давай закроем тему, в любом случае все в прошлом, сейчас меня волнует только моя дочь.

Пембе саркастически улыбнулась словам Кывылджим: агрессия по отношению к семье Арслан до сих пор сочилась из нее, как из рога изобилия.

П: Вы наконец вспомнили о дочери? Конечно, вам было не до нее во всей этой суматохе. Хотя я нисколько не удивлюсь, если все это было сыграно, как какое-то шоу, для рейтингов. Бросить пыль в глаза - это как раз в вашем стиле.

Кывылджим подумала о том, что терпеть эту женщину - выше ее сил, поэтому но мгновение забыла о том, где и с кем они находятся, сделала несколько шагов в сторону Пембе и выставила указательный палец на уровне ее лица, отмеряя им каждое предложение.

К: А сейчас вы послушаете меня и уясните себе раз и навсегда, потому что повторять я не намерена.
Больше ни вы, ни ваш сын, ни ваш муж... не посмеете приблизиться к моей семье и высказываться о нас в каком бы то ни было ключе.
Поэтому прямо сейчас советую подумать о том, по какой причине внутри вас столько желчи и ненависти к людям, которые живут не так, как вы.
Если вы еще хоть раз откроете свой рот, который способен только на унижение других людей, я лично приду в ваш дом, и разнесу его к чертям!
Клеветы я больше не потерплю. Это ясно?

Н: Боже мой, Мустафа, она сейчас убьет нашу маму, клянусь!

О: Что здесь происходит? - внезапный голос Омера заставил всех вздрогнуть, и все стояли, оглушенные его появлением, приходя в себя после эмоционального противостояния.

Кывылджим глубоко вздохнула, отдаляясь от Пембе, которая побелела от гнева, на несколько шагов назад, и приложила руку ко лбу.

М: Все нормально дядя, просто все немного на нервах.

К: Омер... пойдем, пожалуйста, внутрь, - проговорила Кывылджим, смеряя презренным взглядом Пембе, и направилась к двери в участок.

П: Командует всеми, будто они ее холопы, еще и Фатих туда же, - воскликнула Пембе, закатывая глаза.

М: Успокойся, мама. Пойдемте к машине, здесь разберутся без нас.

Через некоторое время адвокат Омера Эмре бей вышел из кабинета комиссара полиции, в котором выяснял детали дела. До этого он уже переговорил с Доа, поэтому вся картина стала ему понятна.

Э: К сожалению, ситуация не очень хорошая. Доа ханым действительно могут отправить в камеру предварительного заключения на время следствия. У судьи завтра на руках будут записи с камер, есть официальная бумага из клиники с подтверждением нанесения ущерба здоровью, к тому же обвиняемая скрылась с места.
Я бы оценивал шансы 50/50.
Но даже если Доа ханым отпустят, после рассмотрения дела ей может грозить от 2 до 5 лет лишения свободы.

Кывылджим, Омер, Мери и Фатих ловили каждое слово адвоката, который в пух и прах разносил их хрупкие надежды на положительный исход.

К: Но... подождите, вы хотите сказать, что мы не сможем доказать невиновность Доа?

Э: Для того, чтобы это доказать, нам как минимум нужно убрать из улик подтверждение медицинского освидетельствования: я так понимаю, что по показаниям врача потерпевшая потеряла ребенка. В данном случае это рассматривается как тот самый ущерб здоровью.

Ф: Да это бред, не теряла она ребенка из-за Доа. Наверняка все было иначе.

Э: Есть показания брата потерпевшей, который был свидетелем. Однако Доа ханым утверждает, что не видела Гекхан бея. Возможно, стоит подойти к делу с этой стороны.

Ф: Ну вот: это очевидно, брат дал показания в пользу сестры, а врача она подкупила! - Фатих поднес руки к затылку, недоумевая, на что еще способна эта больная Геркем.

К: Но Фатих..., - Кывылджим чувствовала, как ее гнев сходит на нет, уступая место страху неизвестности, - что это за бред? Почему эта девушка прицепилась к Доа и сейчас придумала целый план? Она что, сумасшедшая?

Фатих прекрасно знал причину, по которой его жена хотела навредить Доа, но решил, что его бывшей теще об этом знать необязательно.

Ф: На самом деле, она психически неуравновешенная: это так.

О: Эмре, какие у нас еще варианты? Допустим, мы не найдем быстро доказательства невиновности. Что делать?

Э: Единственный вариант - это просить обвинителя забрать заявление: в этом случае Доа ханым отпустят через несколько часов.

Все взгляды присутствующих в момент были обращены на Фатиха, который и так сам понимал, что обязан разобраться с тем, что устроила его жена. Он ни минуты не сомневался в том, чт Доа здесь ни при чем, и планировал пойти на все, чтобы ее с нее сняли обвинения.

Ф: Да, я понимаю, я все сделаю. Госпожа Кывылджим... не волнуйтесь, прошу. Прямо сейчас я поеду к своей жене и разберусь с этим. Так больше не может продолжаться.

Кывылджим была удивлена реакцией Фатиха. Несмотря на то, что она была сильно на него зла, благополучие Доа сейчас во многом действительно зависело от него. Она решила держать при себе свое недовольство, внутри себя возлагая на него надежды.
Быть может, у него действительно получится отговорить Геркем от этой игры.
Быть может, Доа уже сегодня ночью вновь окажется дома...

____________________________________

Фатих приехал домой в мрачном расположении духа, когда обнаружил свою семью, собравшуюся в гостиной. Геркем сидела возле его матери, и от осознания всех подлостей этой девушки у него по телу начало распространяться раздражение. Он понимал, что должен держать себя в руках ради Доа, поэтому после того, как поздоровался со всеми, обратился к жене.

Ф: Как себя чувствуешь? Все хорошо?

Г: Лучше, спасибо. С поддержкой семьи все забудется со временем, - произнесла Геркем, переводя взгляд с Фатиха на Пембе, что вызвало незамедлительную реакцию Нурсемы и Ниляй, которые закатили глаза.

Ф: Пойдем в комнату, нам нужно поговорить.

П: Сынок, присядь, ты весь день провел на ногах, сейчас Хаят сделает нам кофе.

Ф: Я хочу поговорить со своей женой наедине. Прямо сейчас, - твердо сказал он.

Г: Хорошо, как скажешь, пойдем, - Геркем уже заранее знала, о чем пойдет речь, и внутри нее заведомо разгорался пожар.

Когда они поднялись в свою комнату, Геркем села на кровать, в то время как Фатих подошел к окну, собираясь с мыслями. Решив, что хождение вокруг да около точно ни к чему не приведет, он начал с самой сути.

Ф: Я хочу, чтобы ты забрала заявление, которое написала на Доа, - он развернулся к Геркем лицом, скрещивая руки на груди.

Геркем смотрела на Фатиха невинными глазами, но после его слов ее лицо переменилось, и она с недоверием взглянула на мужа, будто он был не в себе.

Г: Что прости?

Ф: Хочу, чтобы ты забрала заявление, в котором обвинила Доа.

Г: Ты что такое у меня просишь, Фатих? Из-за этой женщины я потеряла ребенка! Ты в своем уме?

Ф: Из нас двоих я точно в своем уме. А вот с тобой - большой вопрос. Ты думаешь, после всего, что ты мне сделала, я поверю в то, что ты наплела про мать моего ребенка?

Г: Я тоже - мать твоего ребенка, Фатих! Ребенка, который погиб сегодня... я не могу поверить в то, что ты сейчас мне говоришь, - лицо Геркем исказилось от боли, которую она больше не могла скрывать, и слезы вырвались из ее глаз, заливая лицо.

Ф: Хватит! - резко оборвал ее Фатих. - Я не поведусь больше ни на одну твою манипуляцию, можешь не стараться даже. Я сыт по горло твоими выходками, поэтому выбирай сама: либо ты забираешь свое заявление, либо я подаю на развод. Третьего варианта не дано!

Геркем вытянулась в струну, не ожидав от него такой решительности.

Г: Я правильно поняла сейчас, что ты ставишь мне ультиматум?

Ф: Да, ты все правильно поняла.

Г: Ты не в том положении, чтобы ставить условия. И ты слишком много возомнил о себе, раз думаешь, будто меня напугает развод с тобой, - холодно заметила Геркем, чье лицо в момент приобрело злорадное выражение.

Ф: Что ты хочешь этим сказать?

Г: Этим я хочу тебе сказать, что существует лишь одно условие, при котором я заберу свое заявление из полиции, и оно никак не связано с продолжением нашего брака, Фатих.

Ф: Что это за условие? Говори!!

Г: Завтра. Мы встретимся завтра на нейтральной территории, и я расскажу тебе, что это за условие, - она поднялась с кровати и удалилась в ванную, громко хлопнув дверью.

Она облокотилась на раковину, пытаясь унять дрожь внутри.
Она посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась своему отражению, прокручивая в голове свою задумку.
Она намочила ладони и запустила их в волосы, запрокидывая их назад.

«Значит, ты не веришь мне, Фатих? Посмотрим, как ты теперь запоешь, когда я поставлю шах и мат всей твоей семье», - прошептала она сама себе и засмеялась, представив лица всех Уналов после того, что произойдет.

_______________________
*через несколько дней*

Кывылджим ехала домой от матери в приподнятом расположении духа: она прекрасно провела время с Доа и Джемре в парке, после чего они навестили госпожу Сонмез и посидели за чаем всей семьей.
В этот раз по видеосвязи им позвонила Чимен, что стало причиной всеобщей радости.
Доа выпустили из-под стражи несколько дней назад, когда Геркем забрала свое заявление, и теперь Кывылджим старалась проводить с дочерью больше времени, чтобы помочь ей прийти в норму после ночи, проведенной в камере.

Когда зазвонил ее телефон, и на экране высветилось «Омер», она с радостью нажала на кнопку «ответить».

К: Привет! Как долетел?

О: Привет! Долетел отлично, я уже еду из аэропорта.

К: Я соскучилась, - призналась Кывылджим, которая не видела мужа три дня. Сразу после того, как разрешилась ситуация с Доа, Омер улетел в командировку на новый объект в Голландии.

О: Я тоже, моя любовь. Как насчет свидания сегодня вечером?

К: Мммм, заманчиво. Во сколько?

О: В районе 21:00. Мой знакомый открывает ресторан высокой кухни, сегодня pre-party. Уверен, будет здорово.

К: Договорились, - Кывылджим растянула губы в улыбке в предвкушении приятного вечера.

О: Тогда к 20:30 будь готова, тебя заберет водитель.

К: Водитель? - удивилась Кывылджим. - Мы разве не вместе поедем из дома?

О: Нет, я домой заеду сейчас, а потом у меня встреча.

К: Я бы могла сама подъехать, зачем водитель...

О: Так надо, - просто сказал Омер и через несколько секунд отключился, оставляя Кывылджим в некотором замешательстве.

Через несколько часов, когда она находилась дома одна и просматривала предложения, которые ей поступили насчет сотрудничества, раздался звонок в дверь. Когда она открыла ее, то обнаружила за порогом мужчину в черном костюме.

М: Госпожа Кывылджим, у меня для вас посылка от Омер бея, - произнес он, протягивая ей внушительных размеров подарочный пакет.

К: Неужели? - она улыбнулась уголками губ, уже подозревая, что вся эта его загадочность сегодня должна иметь под собой какие-то основания. - Благодарю.

Кывылджим приняла пакет, закрыла дверь и направилась в спальню, чтобы вскрыть посылку.

В пакете была фирменная брендированная коробка, и она с волнением открыла ее, теряясь в догадках, что внутри.
К ее большому удивлению, это было невероятной красоты длинное платье алого цвета с практически полностью открытой спиной, и у Кывылджим на минуту перехватило дыхание, когда она представила себя в нем. Оно было явно не для обычного похода в ресторан, и этот факт ее не на шутку взволновал.
После того, как первая эмоция утихла, она обратила внимание на маленькую записку: «Я буду очень рад, если сегодня вечером увижу тебя в нем».

Кывылджим потянулась к телефону и написала сообщение Омеру.

К: «Я получила твой подарок. Это очень красиво, спасибо».

Ответ не заставил себя ждать.

О: «Я рад, что тебе понравилось. Уже представляю тебя в нем».

К: «Тебе не кажется, что оно слишком смелое?»

О: «Как раз для тебя. Это будет уместно».

К: «Хорошо».

Она улыбнулась их переписке и уже хотела отложить телефон, чтобы пойти в ванную, как вдруг получила еще одно сообщение от мужа.

О: «Сегодня особенный вечер, когда ты сможешь выполнить свое обещание».

К: «Какое обещание?»

О: «То, о чем мы договорились несколько дней назад: сегодня ты будешь меня слушаться в некоторых вещах, это обязательное условие. Считай, что платье - это первый шаг выполнения обещания».

Кывылджим почувствовала, как от последнего сообщения в ней проснулся интерес.
Что он задумал?

К: «Кажется, ты забыл о том, что я не тот человек, который будет идти на поводу».

О: «Просто доверься мне и насладись моментом. К тому же, у тебя нет выбора».

Она усмехнулась, представив его самодовольное лицо, с которым он отправлял эти сообщения. С одной стороны, ей нравился его напор, с другой - провоцировал настаивать на своем.

Она улыбнулась своим противоречиям, которые ее одолевали, и решила отложить их на потом, сосредоточившись на сборах.
В 20:30 она была полностью готова, когда получила сообщение от Омера.

«Водитель на месте».

Она накинула плащ и спустилась вниз. Выходя из подъезда она обнаружила шикарный Maybach и мужчину в идеальном черном костюме, который уже ждал ее с открытой дверью пассажирского сиденья.

К: Неплохо, Омер бей, - проговорила сама себе Кывылджим, когда мужчина осторожно закрыл за ней дверь, занимая свое место за рулем.

Омер всегда умел делать красивые сюрпризы и удивлять ее.

По мере того, как машина приближалась к месту назначения, Кывылджим начала чувствовать нарастающее волнение перед встречей с ним.
Она списала это волнение на необычность того, что сегодня происходит.
Скорее всего сейчас, как только она увидит его, все сразу встанет на свои места.

Когда машина остановилась, водитель неторопливо открыл ей дверь, помогая выйти из машины, и Кывылджим сразу же увидела мужа, который ждал ее у входа.
Он был каким-то по особенному красивым в темно-синем костюме с платком-паше в тон ее платья.
Он улыбнулся ей, протягивая руку, и они вместе зашли в заведение, которое искушало глаз изысканным интерьером.

О: Ты восхитительно выглядишь, - с блеском в глазах произнес Омер после того, как помог ей снять плащ.

Он на несколько секунд замер на месте, любуясь внешним видом жены.
Ее волосы были забраны в небрежный пучок, оставляя спереди локоны, чуть касающиеся плеч.
Изгибы ее обнаженной спины заставили его прочистить горло, когда он оценил глубину разреза платья сзади.

К: Спасибо, ты тоже неплох, - с удовлетворением заметила Кывылджим, когда они под руку вошли в основной зал ресторана.

К ним сразу же подошел мужчина в элегантном костюме, приглашая занять их столик. Зал был заполнен наполовину: часть гостей сидели за столиками, а кто-то был занят беседой в фуршетной зоне. В основном все выглядели очень элегантно, и Кывылджим свободно вздохнула от того, что ее внешний вид, как и обещал Омер, прекрасно соответствовал мероприятию.

К: Здесь очень красиво, - произнесла Кывылджим, окидывая взглядом остановку. Приглушенный свет создавал особую атмосферу, как и сексафонист, играющий вживую чуть в отдалении. - Спасибо тебе за то, что организовал это для нас.

О: Я и сам очень рад. Нам это было необходимо после всего, что произошло. Как Доа?

К: Скажем так - хорошо. Но я вижу, что ее что-то тревожит, и она не говорит.

О: Возможно, ей тоже нужно время и пространство.

К: Как и мне...

О: Как и тебе, - утвердительно кивнул Омер, не спуская глаз с Кывылджим.

К: Омер... мы с тобой еще не говорили с тех пор, как я затеяла все это с интервью, помимо того раза, когда... гм... разговор не получился.

О: Почему же, напротив - разговор тогда получился очень конструктивным, особенно учитывая то, что произошло потом.

Кывылджим закусила губу, переместившись на секунду сознанием в тот момент, но тут же вернулась обратно, потому что ей было, что сказать мужу.

К: Омер, я знаю, что в тот день вела себя так, что ты этого не понял, и это в некоторой степени было эгоистично с моей стороны, потому что я не поделилась причинами своего состояния и принимаемых решений. Быть может, какие-то мои поступки происходят на эмоциях, но я хочу, чтобы ты знал, что... если и есть на земле тот человек, с кем я хочу разделить абсолютно все, то это ты. Просто иногда... мне это бывает сложно в силу определенных причин.

Она сделала некоторую паузу прежде, чем продолжить, потому что не была уверена в том, удается ли ей правильно сформулировать то, что происходит на душе.
Омер внимательно и изучающе смотрел на жену, пропуская через себя ее слова.

К: Для меня все, что происходит с тобой - в новинку. Да, мы уже дважды женаты, но я могу сказать, что наверное только сейчас мы начинаем узнавать друг друга по-настоящему, и мне до сих пор непривычно от того, что у меня всегда есть поддержка в твоем лице. Особенно в периоды стресса, когда активируются все мои установки из прошлой жизни. Возможно, в глубине души я до сих пор не верю в то, что могут быть такие отношения, как у нас, что может быть такой мужчина, как ты, поэтому я ищу изъяны... там, где их нет. Я хочу попросить у тебя прощения, если тебе было больно из-за меня.

По мере того, как она говорила, лицо Омера разглаживалось, а глаза начинали сиять все сильнее. Все, что она говорила, теперь представлялось ему очень понятным и красивым, и он взял ее руку в свою, согревая ее слегка прохладные пальцы своими.

О: Кывылджим. Я ни в коем случае на тебя не обижаюсь, слышишь? - он улыбнулся ямочками, заставляя ее улыбнуться в ответ. - Я тоже был не прав в том, что ждал от тебя определенной реакции, в то время как ты справлялась с чем-то тяжелым. И я понимаю, что тебе нужно много личного пространства, которое я в один момент сократил в силу уже своих причин и переживаний. Это нормально, что мы до сих пор притираемся друг к другу. Узнаем друг друга. Я счастлив в этом. Ты та, кто делает меня счастливым просто фактом того, что ты есть.

Он поднес ее руку к губам и ставил вдумчивый поцелуй на тыльной стороне ее ладони.

О: У меня есть кое-что для тебя, - проговорил он и потянулся рукой к карману пиджака.

Он достал маленькую коробочку и открыл ее, доставая из нее обручальное кольцо.

О: Я не знаю, где твое прежнее кольцо, которое исчезло с твоего пальца после нашего разрыва. Но я хочу, чтобы это кольцо ты больше не снимала никогда, - проговорил он, надевая его жене на безымянный палец левой руки.

Кывылджим смотрела на это завороженными глазами, и Омер с удовлетворением заметил в них характерный блеск, который всегда пробуждал в нем желание бросить мир к ногам этой женщины.

К: Омер... я не знаю, что сказать, - проговорила она почти шепотом.

О: Ничего не говори. Просто улыбайся.

Они подняли бокалы, дегустируя прекрасные закуски и вино, которые им предложили спустя какое-то время, и наслаждались непринужденной беседой после взаимных признаний, пока примерно через час Кывылджим не направилась в уборную.
После того, как она подправила макияж, собираясь уже покинуть дамскую комнату, она почувствовала вибрацию телефона в своей сумке, и с удивлением обнаружила сообщение, которое пришло от Омера.

О: «Ну что, ты готова к нашему эксперименту?»

Кывылджим улыбнулась, поражаясь фантазии своего мужчины, сюрпризы которого на сегодня, очевидно, еще не закончились. Через что он пытается ее провести? Она быстро набрала сообщение и оправила ему.

К: «Давай попробуем».

Некоторое время она любовалась собой в зеркале, ожидая от него ответ. Это платье, которое Омер удивительным образом подобрал для нее вслепую, сидело на ней идеально. От процесса разглядывания Кывылджим отвлекло новое уведомление, и она на мгновение замерла от шока после того, как прочитала его.

О: «Прямо сейчас зайди в туалетную кабину и сними с себя нижнее белье. После этого можешь вернуться за стол».

Кывылджим моргнула несколько раз, всматриваясь в текст, в надежде на то, что ей это только показалось.
Однако вопреки ее желанию сообщение от мужа никуда не исчезло и никак не трансформировалось во что-то более пристойное.
В моменте Кывылджим одолела паника, и она оглянулась по сторонам, словно опасаясь того, что кто-то может подсмотреть их переписку.
Она приложила руку к груди, потому что сердце сильно ускоряло свой ритм.

Что он себе позволяет? Он что, сошел с ума?

Гнев и несогласие внутри нее росло с каждой секундой, пока наконец она с силой не толкнула дверь уборной и не вылетела из нее пулей с целью разобраться с Омером.
Как ему только в голову могло такое прийти?
Или это такая шутка?

Не успела она сделать и нескольких шагов в сторону главного зала ресторана, как ее телефон снова завибрировал в руке.

О: «Если ты уже направляешься ко мне с целью выплеснуть эмоции, не советую. Прямо сейчас вернись обратно и сделай то, что я сказал».

Кывылджим усмехнулась от этого сообщения, а ее гнев лишь увеличился. Она стремительно влетела в зал, фокусируя свой взгляд на Омере, который сидел за столом и ждал ее с широкой улыбкой на лице.

О: Вопреки нашим договоренностям ты решила меня ослушаться?

К: Омер, ты в своем уме? Что это еще за сообщение?

О: Ты прекрасна в своем возмущении, но это слишком предсказуемо, Кывылджим. Все же я надеялся на то, что ты проявишь мудрость и сдержишь обещание.

Ее щеки вспыхнули от его наглости, когда она смотрела на самонадеянное лицо перед собой, и облокотилась одной рукой на спинку стула, давая понять, что не собирается поддерживать его игры.

К: Мудрость? Ты ли мне это говоришь? Омер... сначала кольцо, а потом это... предложение? Ты серьезно?

О: Одно другому не мешает, моя любовь. К тому же, ты сама меня на это спровоцировала, отказываясь открыто говорить о том, чего тебе хочется в сексе.

К: Омер, замолчи.

О: Что такое? Ты боишься, что кто-то услышит, как мы разговариваем... о сексе?

К: Я сказала, замолчи.

Омер рассмеялся от ее реакции: ему очень нравилось то, что происходит.

О: Нам можно и нужно говорить об этом, дорогая, мы муж и жена.

К: Я не хочу уже разговаривать с тобой ни о чем.

О: Кывылджим, признайся... ты немного возбудилась от всего этого, я прав?

Она поднесла свои руки в щекам, которые буквально пульсировали жаром. Она взяла в руки бокал и сделала глоток вина.

К: Омер, ты извращенец. Давай закроем тему.

О: Я так и знал, что ты испугаешься. Чего ты боишься, Кывылджим?

К: Я ничего не боюсь, я просто не поддерживаю... твои пошлые мысли обо мне.

О: Ну у меня всегда в голове пошлые мысли о тебе, ты же моя любимая женщина, - серьезно проговорил он, отпивая глоток воды из стакана.

Кывылджим не понимала, как ей реагировать, потому что то, что он говорил, одновременно возмущало и заставляло трепетать ее сердце.

О: Раз ты такая трусиха, пожалуй, я попрошу счет.

К: Прекрати провоцировать меня, Омер.

О: Теперь моя очередь провоцировать тебя, моя дорогая жена. Но раз ты не принимаешь мое условие - мы уходим, - твердо произнес он, оглядываясь по сторонам в поисках официанта.

К: Так, значит? Вечер изначально был только для того, чтобы реализовать твои больные фантазии?

О: Именно так, - отрезал Омер, и повернулся к официанту, как из-под земли появившемуся рядом их столиком. - Принесите нам счет, пожалуйста.

Официант: Господин, все ли хорошо? Вам что-то не понравилось?

О: По мне все отлично, однако моя жена не в восторге.

Официант: Что-то не так? Мы будем очень признательны за обратную связь, - участливо обратился он к Кывылджим, которая смерила Омера убийственным взглядом.

К: Эммм... все просто отлично, Селим бей, - нервно проговорила она, взглянув на бейдж сотрудника, - мой муж просто пошутил.

Официант: Я могу пригласить в зал шеф-повара или владельца, если пожелаете.

О: Да, будьте добры, Селим бей. Пригласите их по-очереди, моя жена выскажется, - саркастически заметил Омер, получая удовольствие от неловкости Кывылджим.

К: Не нужно, правда. Мне все очень здесь нравится, и я не думала даже прямо сейчас уходить.

Официант растерянно переводил взгляд с Омера на Кывылджим.

О: Серьезно? - Омер откинулся на спинку стула, поворачиваясь к официанту. - Извините мою жену, она непостоянный человек. Сначала говорит одно, а потом делает прямо противоположное.

К: Омер!!

О: Да, дорогая.

К: Селим бей, оставьте нас, прошу. Все правда чудесно: не будем заострять внимание на этом недоразумении, - твердо произнесла она, после чего официант учтиво кивнул и удалился.

Кывылджим смотрела на своего мужа, и его глаза смеялись.

К: Что значит, я непостоянный человек?

О: То и значит. Ты - та, кто нарушает обещания. Как теперь верить твоим словам?

К: Из-за того, что я не последовала за твоей провокацией, мне теперь нельзя верить?

О: Это была не просто провокация. Это было обещание, которое ты дала, но не сдержала из-за своих комплексов и трусости.

Брови Кывылджим изогнулись в изумлении от его слов.

К: Из-за моих комплексов и трусости?

О: Именно.

К: Ты еще пожалеешь об этих словах, Омер. Я сделаю это только для того, чтобы показать, что твои пошлые предположения обо мне - ошибочны, - произнесла Кывылджим, поднимаясь из-за стола.

Она быстрым шагом направилась обратно в уборную, в то время как Омер с видом удовлетворения на лице провожал ее взглядом, предвкушая следующий раунд игры.

Оказавшись внутри одной из кабинок, Кывылджим начала задаваться вопросом, правильно ли она поступает. Адреналин в моменте ударил ей в кровь, придав смелости, но сейчас, когда перед ней не было Омера, которому она была вынуждена противостоять, она чувствовала свое смятение и замешательство.

О: «Когда выполнишь первое задание и вернешься ко мне, не убирай далеко телефон, потому что мы только начали».

Это новое сообщение от него вмиг заставило ее снова разозлиться: раз он настолько уверен в себе, почему она - нет?
Судя по всему, он возомнил, что знает ее лучше, к тому же решил отомстить ей за игру тогда, в день выхода интервью.
Она посмеялась над тем, что между ними происходит, чувствуя внутри амплитуду эмоций, как если бы она каталась на американских горках.

Под влиянием собственной минутной решительности она задрала платье и сняла с себя трусики, положив их в сумку.
От одного этого действия ее тело бросило в жар, но она приказала себе сохранять спокойствие. Она убедила себя в том, что ничего особенного не происходит, и вышла из кабинки, осматривая себя в зеркале. Все было также, как и минуту до этого, за исключением знания, которое теперь объединяло ее и Омера.
Она собралась с силами и толкнула дверь уборной, выходя в коридор, заполненный людьми.

Ее медленные шаги, которые она совершала в страхе, что кто-то может уличить ее в бесстыдстве, позволили слегка привыкнуть к ощущению незащищенности, которое она испытывала впервые.
Нежная ткань платья соприкасалась с ее кожей в тех местах, которые обычно были скрыты, и она отметила про себя, что эти ощущения были приятными.

Что? Эти ощущения кажутся ей приятными?

Отбросив эту мысль, она более уверенным шагом вошла в зал, намереваясь сесть за столик, как вдруг остановилась на месте, как вкопанная, увидев картину, развернувшуюся перед ней.

Омер сидел за их столиком не один: он увлеченно общался с мужчиной и женщиной, которым официант толко что принес приборы, и Кывылджим поняла, что это их компания на этот вечер.
Придя в себя, она направилась к столику, поймав на себе взгляд мужа, который как ни в чем не бывало невинно улыбался ей.

О: А вот и она, - произнес Омер в сторону своих гостей, - познакомьтесь, это моя жена Кывылджим. Кывылджим, это мой друг Ильгаз и его девушка Морена. Кстати говоря, Ильгаз как раз и является владельцем этого ресторана.

К: Правда? Очень приятно познакомиться, здесь просто восхитительно: поздравляю с открытием, - Кывылджим пожала им руки, после чего осторожно приземлилась на свое место.

От всего происходящего ей было неловко. Она старалась держаться непринужденно, но под взглядом Омера, который исподтишка наблюдал за ней, по ее телу периодически пробегали мурашки. Когда ее телефон, который она оставила на столе, завибрировал, Кывылджим опустила глаза на уведомление, читая сообщение от мужа.

О: «Мне нравится, когда ты послушная. Выглядишь потрясающе: особенно когда я знаю, что из одежды на тебе сейчас всего лишь платье».

Кывылджим почувствовала пульсацию в районе своего центра от прочитанного, и тут же повернулась в сторону Ильгаза и Морены, пытаясь отвлечься на светскую беседу.

М: Кывылджим, твое лицо мне почему-то кажется знакомым. Где мы могли встречаться?

К: Некоторое время я вела образовательную программу на телевидении, возможно оттуда можешь меня помнить, - уклончиво ответила Кывылджим, отпивая глоток напитка.

И: И правда: Омер что-то рассказывал об этом. Но ты ведь до этого была директором школы, верно?

К: Да, это так. Базово я - педагог.

О: Метехан учился в школе, где Кывылджим была директором, там мы и познакомились.

Кывылджим посмотрела на мужа, а затем на свой телефон, который на подсознательном уровне ее беспокоил. Омер подмигнул ей, улыбнувшись ямочками, и она ответила на его улыбку, начиная чувствовать с его стороны поддержку.
Некоторое время все четверо вели отстраненную беседу, и Кывылджим удалось немного расслабиться, когда ее телефон снова завибрировал.

О: «Надеюсь, ты сохранила для меня свое белье. Хочу, чтобы оно оказалось у меня в кармане. Это твое следующее задание».

Ее щеки мгновенно вспыхнули, и она чуть было не подавилась едой, в этот момент застрявшей в горле.

И: Кывылджим, все хорошо? - участливо поинтересовался Ильгаз, в то время как Омер смаковал ее реакцию.

К: Все прекрасно. Просто мне пришло сообщение, которое я никак не ожидала получить, - проговорила Кывылджим, прикладывая руку к груди.

О: Надеюсь, все хорошо, и тебя ничто не расстроило, дорогая, - заметил Омер, заботливо касаясь ее руки.

К: Нет, что ты, милый, ерунда. Расстроить меня может только что-то действительно важное, - с издёвкой произнесла Кывылджим, многозначительно глядя на мужа, после чего отправила телефон подальше в сумку, заявляя тем самым, что не собирается больше идти у него на поводу.

Омер покачал головой, внутри себя уже придумывая ей наказание. Как у его жены это получается? Любая ее реакция вызывает в нем целую палитру эмоций.

Атмосфера вечера немного переменилась, когда к микрофону вышла певица, поприветствовав гостей, и заиграла медленная композиция, заполняя приятными звуками пространство. Омер встал из-за стола, протягивая руку жене, и пригласил ее на танец. Она колебалась чуть больше секунды, после чего взяла его за руку и, слегка улыбнувшись своим новым знакомым, которые остались сидеть за столом, проследовала за Омером в центр зала.

Он галантно положил руку ей на поясницу, и его теплые пальцы дотронулись до ее голой спины, запуская незамедлительную реакцию по телу. Ее правая рука лежала в его руке, а левая - на плече, когда он приблизился к ней вплотную, сокращая дистанцию до минимума. Она почувствовала его небритость всего лишь в миллиметре от своего уха, когда он начал разговор низким голосом, обдавая ее горячим дыханием.

О: Ты вздумала снова ослушаться меня, Кывылджим?

К: Ты извращенец, - произнесла она с вызовом, обозначая свое отношение к происходящему.

Омер тихо рассмеялся, лаская ее кожу на спине.

О: Однако из нас двоих это ты сейчас танцуешь перед всеми практически голой. И кто из нас теперь извращенец, моя любовь?

К: Ты заставил меня это сделать своими провокациями, сама бы я в жизни не додумалась до такого.

О: Не выдумывай. Я просто предложил тебе сделать это, и ты согласилась. Все потому, что ты возбудилась от этой идеи, просто не хочешь этого признавать.

К: Что за чушь ты несешь? Ничего подобного. Меня такое не увлекает.

О: Неужели?

К: Именно так.

О: Предлагаю пари.

К: Что за пари?

О: Если я оказался прав, то ты до конца вечера больше не перечишь мне и делаешь все, о чем я попрошу.

К: Никогда этому не бывать!

О: Так я и думал.

К: Что именно?

О: Ты снова боишься мне проиграть, потому что прекрасно знаешь, что я прав.

К: Ты не прав.

О: Так как насчет пари?

К: Хорошо. Только теперь объясни мне, каким образом ты собираешься проверить свою безумную теорию?

Омер ухмыльнулся, поднося ее ладонь к своим губам, и оставил нежный поцелуй на ее ладони.

О: Сейчас увидишь, - внезапно он отстранился от Кывылджим и стремительно потянул ее к выходу из зала ресторана, увлекая в смежное проходящее помещение, в котором практически не было людей.

К: Омер, что ты делаешь? - вопросительно вскинула брови Кывылджим, еле поспевая за ним.

О: Терпение, - сосредоточенно произнес он, оглядываясь по сторонам, и остановился возле колонны, которая слегка закрывала их от посторонних глаз.

Омер придвинул Кывылджим к стене и взял ее лицо в свои ладони, заглядывая в глаза.

О: Значит, ты утверждаешь, что тебя никоем образом не возбуждает наша сегодняшняя игра, и ты не такая?

К: Утверждаю, - неуверенно произнесла Кывылджим, чувствуя себя загнанной в угол. Ее сердце начало трепетать от неизвестности, через которую ей приходилось сегодня проходить.

О: Как скажешь, моя любовь, - произнес Омер, пожирая ее глазами, как вдруг его правая рука скользнула ей под платье сверху через разрез на спине, и Кывылджим почувствовала, как его ладонь сжала ее ягодицы.

От неожиданности и шока она замерла на месте, в то время как все клетки ее тела готовы были взорваться от выброса в кровь адреналина.

К: Омер, что ты..., - начала было она, но не успела закончить, потому что почувствовала, как его уверенная ладонь опустилась глубже и дотронулись до ее чувствительности.

Она ахнула от остроты ощущений, когда он ввел внутрь нее палец и сделал несколько движений внутри нее, отчего ее колени моментально задрожали, заставляя облокотиться на Омера, чтобы не потерять равновесие.

О: Ты совершенно мокрая, Кывылджим, и ты изнываешь от желания. Какие еще доказательства тебе нужны? - их близость прервалась также внезапно, как и началась, и Омер отошел от нее, переводя дух.

К: Ты использовал запрещенный прием, - пробормотала она, стараясь привести себя в норму после этого безумия. Она не могла поверить в то, что он только что с ней сделал в людном месте.

О: Зато теперь я знаю, что ты мне врешь. И впредь буду опираться только на язык твоего тела, - серьезно констатировал он, намереваясь оставить ее одну, и с удовольствием произнес, нежно касаясь ее подбородка. - Я буду ждать тебя за столом. Ты проиграла пари, поэтому... я жду от тебя выполнения второго задания.

Омер развернулся и пошел прочь, исчезая в дверях, а Кывылджим так и осталась стоять за колонной, испытывая возбуждение, стыд и азарт от того, через что ее только что провел муж.
Она постаралась унять свое дыхание, которое в эту минуту было далеко от нормального, когда убедилась, что никто не тычет в нее пальцем, и охрана не бежит ей навстречу, чтобы вывести на улицу за непристойное поведение.

Она обнаружила себя с глупой улыбкой на лице, которая не поддавалась логике, и ощутила предвкушение от того, что вечер еще не закончен.