New Life | KivMer

О: Что ж, я очень рад, что вы выбрали наш проект, господин Демир, - Омер удовлетворенно окинул взглядом стол переговоров, за которым сидел Мустафа со стороны Омера и Демир бей со своим юристом напротив.

Д: Я тоже доволен. Честно говоря, та концепция, которую вы предложили, меня самого очень вдохновила. Передайте почтение Вашим архитекторам.

О: Обязательно передам.

Д: Теперь мне не страшно продавать наследие моей семьи под вашу реализацию. Я опасался того, что новый владелец использует эту землю под очередную элитную недвижимость.

О: С нами такого не произойдет, можете быть уверены. Таким образом, наши юристы подготовят все необходимые документы, и на следующей неделе можно зарегистрировать сделку.

Д: Договорились, будем ждать, - кивнул Демир бей, поднимаясь со своего места.

Четверо мужчин пожали друг другу руки, после чего Омер и Мустафа остались в переговорной наедине.
Мустафа казался сильно воодушевленным только что завершившейся встречей.

М: Дядя, я так благодарен тебе за то, что ты вовлек меня в эту переговорную кампанию! Отец никогда бы не позволил мне присутствовать... я хочу сказать... это очень ценно для меня - перенимать твой опыт и учиться у тебя.

Омер похлопал племянника по плечу, давая ему поддержку. Он понимал его чувства, поскольку ему пришлось в свое время испытать на себе, что значит быть тенью брата.

О: Я рад, что ты доволен, Мустафа. В данной переговорной кампании было важно выяснить мотивацию другой стороны. В бизнесе далеко не всегда все решается деньгами.

М: Да, в этот раз ты наглядно продемонстрировал мне это.

Они какое-то время еще обсуждали делали сделки, после чего покинули переговорную.
В коридоре они встретили холодный взгляд идущего навстречу Фатиха, которого покоробил довольный вид дяди и брата.
Что могло вызвать у них столько радости и позитива? Он должен был выяснить это.

Ф: Брат, у тебя есть минутка, мне нужно с тобой переговорить? - произнес он, игнорируя Омера.

М: Да, конечно, пойдем ко мне в кабинет.

Ф: Нет, нет... лучше ко мне.

Омер проводил их задумчивым взглядом, после чего отправил сообщение своей жене.
Сегодня у него был прекрасный день, когда все получалось. Может быть, это начало нового благоприятного этапа в его жизни?
Он улыбнулся этой мысли, дойдя до своего кабинета, и погрузился в рабочие вопросы, поглотившие его с головой.

Через несколько часов, когда он вынырнул из ноутбука, то с удивлением заметил, что Кывылджим ничего не ответила.
Интересно, чем она занята прямо сейчас? Он набрал ее номер, но в ответ услышал длинные гудки.
Вспомнив о том, что жена планировала визит к Доа и Сонмез, он решил, что она, как всегда, поставила телефон на беззвучный, и сейчас занята с семьей.

Он набрал своего сына по внутреннему номеру и предложил вместе пообедать, после чего они вместе покинули Unal Holding.

М: Значит, проект с Демиром наш? Я очень рад, пап.

О: Да, честно говоря, это было непросто. Человек сильно принципиальный. Это удача, что наша концепция показалась ему привлекательной.

М: Тебе не привыкать выигрывать в сложных переговорах, не скромничай, пап. Я действительно горжусь тобой.

О: И я тобой, сын.

Их милая беседа была прервана поступившим вызовом на телефон Омера: звонила Доа. Он слегка удивился этому и сразу взял трубку.

Д: Дядя Омер, привет. Удобно говорить?

О: Да, Доа, я слушаю.

Д: Я не могу дозвониться до мамы, она хотела к нам приехать. У нее может планы поменялись? Мне просто скоро уже нужно уехать по делам.

О: Не приехала? - в замешательстве произнес Омер. - Не знаю, Доа, я был уверен, что она давно у вас.

Д: Странно. Ну я тоже так думала, она уже давно собиралась выезжать.

О: Давай сейчас я постараюсь выяснить. Перезвоню тебе.

Д: Хорошо.

М: Что-то случилось? - нахмурил брови Метехан после того, как увидел встревоженность на лице Омера, когда он положил трубку.

О: Не знаю, сын, сейчас проверим, - он набрал номер жены, однако вновь услышал длинные гудки. - Что-то странное происходит, Кывылджим не отвечает... и к Доа она не приехала.

Омер открыл приложение отслеживания, которое сразу установил на ее новый телефон после недавних событий.
Сигнал говорил о том, что в данный момент она находится дома.
Почему тогда не отвечает?

О: Эммм... Метехан, мне нужно уйти сейчас, хорошо? Я должен кое-что проверить.

М: Конечно, только позвони мне потом, ладно?

О: Договорились.

Мысли Омера мешались по мере того, как нарастала тревожность внутри него.
Она дома, но не берет трубку.
Что могло произойти? Может быть, ей стало плохо? Вдруг это последствия аварии до сих пор дают о себе знать?

Он отогнал от себя воспоминания о том, какие последствия повлекла за собой их прошлая совместная авария, в результате которой у него в мозгу образовалась аневризма.
Он надеялся, что это всего лишь мелкое недоразумение, которое разрешится через несколько минут.

Приехав на место, он бросил машину на улице и поспешил подняться в квартиру.

О: Кывылджим, ты дома?

В течение нескольких мгновений после того, как он прошелся по комнатам, стало очевидно, что ее здесь нет.
Он сделал звонок, чтобы обнаружить хотя бы телефон, но не услышал ни вибрации, ни звука, пройдя по местам, в которых обычно она оставляла устройство.
Приложение по-прежнему показывало местоположение Кывылджим - дом, и внезапная догадка озарила его голову, заставив спуститься на парковку.

Тревога в его душе, до этого слегка щекочущая нервы, теперь разрослась, поглощая все другие эмоции.

Его сердце замерло, когда он увидел ее пальто и сумку на полу рядом с машиной, припаркованной на своем обычном месте.
Он подбежал и схватил ее вещи, озираясь по сторонам, как будто она могла внезапно появиться перед ним, после чего услышал глухой стук, когда ее телефон ударился о плитку.
Ее машина, вещи и телефон были здесь, в то время как самой ее не было.

Его жены нигде не было.

Липкий и противный страх просочился Омеру под кожу, мешая собраться с мыслями.
Он попытался построить более-менее логичные версии в своей голове, но одна идея была хуже другой.
Он чувствовал опасность, которая множилась, как снежный ком, по мере того, как часы отмеряли минуты.

Ему пришлось силой взять себя в руки, когда он направился на пост охраны своего дома.

О: Эмре Бей, приветствую, мне срочно нужны записи с камер на парковке.

Э: Что-то случилось, господин Омер?

О: Что-то плохое... могло случиться. Мне нужно просмотреть все начиная с 12 дня и поскорее. Включи мне сектор, куда попадает 33-е парковочное место. И поставь на ускоренное воспроизведение.

Э: Но что мы ищем?

О: Я должен увидеть, как моя жена подходит к машине. И что происходит дальше.

Эмре бей кивнул со вздохом, подозревая подоспевшие проблемы в свою смену, и открутил записи на указанное Омером время.

Спустя пятнадцать минут просмотров безмолвного экрана Омер увидел движение, и попросил включить обычную скорость.
Его жена попала на камеру, подходя к своей машине, и глаза Омера расширились от шока, когда он увидел черную фигуру, подошедшую к ней сзади, и закрывшую рукой рот.
Его глаза налились кровью, пока он наблюдал за тем, как она лишается сил в чужих руках, и со всей мощи стукнул по столу, когда мужчина с Кывылджим исчезли с монитора, оставив вместо себя неподвижную картинку. 

О: Проклятье! ПРОКЛЯТЬЕ!!! - в панике выкрикнул он, хватаясь за голову. - Как такое возможно?!

Э: Омер бей, но что..., - начал было охранник, но Омер в спешке перебил его.

О: Быстро! Включи мне соседнюю камеру, живо! Отмотай на 13:10...

Омер, как заведенный, начал ходить по помещению, распространяя волны гнева и ужаса по пространству.
13:10... это произошло в 13:10, а сейчас было уже 16:00.
Три часа. Он опоздал на целых три часа! Что могло произойти с ней за это время?

Он судорожно набрал своего помощника Аслана и начал буквально кричать в трубку.

О: Где этот ублюдок Джемаль? Только не говори мне, что вы упустили этого гада, Аслан!

А: Омер бей, что-то случилось?  По моим данным Джемаль находится в своей палате.

О: Молись, чтобы это было так. Сейчас я приеду туда и проверю это лично. А ты... ты мне нужен у меня дома.

А: Конечно, Омер бей, я выезжаю.

О: Сразу иди на пост охраны и собери все записи видеокамер, которые сможешь найти. На мою жену кто-то напал на парковке... - от этих слов у него вдруг перехватило дыхание, - и я должен как можно скорее найти ее. Мне нужны концы: кто на чем увез, в какую сторону поехал.

Сердце Омера билось в районе висков, когда он сел в свой автомобиль и направился в сторону больницы.
Он был уверен в том, что это дело рук Джемаля. Другого просто не может быть.
Этот психопат реализовал свой очередной больной план, в этом у Омера не было сомнений.

По дороге он в красках представлял себе, как разобьет этому человеку голову за то, что он сделал с его женой.
Это было легче, чем думать о том, где и в каком состоянии она могла сейчас находиться.
Думать о самом плохом у него сейчас не было ни права ни возможности.

Омер проигнорировал звонки Доа, Мери и Метехана, осознавая, что сейчас не в состоянии разговаривать с кем-то.
Он влетел на пятый этаж отделения хирургии, намереваясь своими газами увидеть ненавистного ему человека.
Он проигнорировал вопрос медсестры, с ноги открывая палату Джемаля Исламоглу, который в этот момент беззаботно прохаживался по палате, не подозревая о силе ненависти своего противника.

При виде Джемаля у Омера упало забрало, и он вцепился в мужчину перед собой, со всей силы швырнув его к стене.

О: Что ты сделал с моей женой?! Что ты сделал!! - взревел Омер, сопровождая каждое свое слово новым ударом Джемаля о стену.

Д: А что с ней? Она все-таки сбежала от тебя? - Джемаль не мог скрыть своего удовольствия сквозь боль от ударов головой о твердую поверхность.

Омер обезумел от очередной провокации и размашисто ударил ненавистного человека кулаком по лицу так, что он повалился на кровать.

Демаль рассмеялся от его действий, предвосхищая исход этой сцены.
Его губа начала кровоточить, однако его это, судя по реакции, мало волновало.

Д: Только грубая сила, Омер? Что скажет Кывылджим, когда узнает, что ты безжалостно избил ее любимого мужчину...

О: Я убью тебя, ублюдок, - Омер навис над Джемалем сверху, заключая его шею в свои жесткие ладони.

Он принялся душить этого человека, не в силах остановить свою агонию.
Он не слышал и не чувствовал, как кто-то сзади с криками пытается его оттащить от пациента, поглощенный своими эмоциями.

Д: Ты даже не смог уберечь ее, когда она находилась рядом с тобой, - похрипел Джемаль, пока его лицо заливалось краской от нехватки воздуха.

Внезапно несколько пар рук оторвали Омера от Джемаля Исламоглу, и тот начал кашлять, пытаясь прийти в себя.
Омер почувствовал боль от того, как его скрутили охранники, и начал медленно возвращаться в свое тело.
Двое мужчин, открыто ненавидившие друг друга, тяжело дышали, переводя дух. Каждый собирался расправиться с другим своим способом.

Д: Посмотрим, как ты теперь найдешь ее из-за решетки, Омер Унал, - его лицо было бордовым, когда его окружили врачи, пытаясь проверить состояние, но прозрачные голубые глаза улыбались, заставляя Омера испытывать ярость в чистом виде.

О: Я тебя уничтожу, уничтожу..., - он был не в силах противостоять людям в форме, которые вывели его из палаты, и смог избавиться от их хватки через несколько минут, как только они поняли, что он пришел в адекватность.

Повсюду в коридоре слышались возмущенные и встревоженные возгласы, и Омер ощутил на себе осуждающие взгляды нескольких пар глаз, окружающих его со всех сторон.
Он поспешил к лестнице, ведущей на первый этаж, и свободно вздохнул лишь на улице, закрывая руками лицо.
Он понимал, что поступил импульсивно и необдуманно, но по-другому в тот момент было невозможно.

Омер пытался привести мысли в порядок после своего эмоционального всплеска.
Этот сумасшедший находился в своей палате, а это значит... это значит, что грязную работу за него сделал кто-то другой.
Ничто на свете не могло заставить его снять подозрения с этого человека, тем более после тех провокаций, которые он бросил Омеру в процессе их столкновения.

Он все спланировал заранее.
Кывылджим сейчас находилась где-то у него.

Омер набрал номер Аслана и дал ему указания ехать в полицейский участок. После этого он позвонил по номеру, который уже давно не использовал для решения своих проблем.

О: Атеш, приветствую, - проговорил он в трубку, обрадовавшись, что тот сейчас смог ответить на звонок.

А: Омер, неожиданно. Доброго дня.

Атеш был комиссаром полиции, с которым Омера какое-то время назад свели определенные обстоятельства.

О: Мне срочно нужна твоя помощь.

А: Я слушаю, - настороженно произнес он, чувствуя нервозность в голосе Омера.

О: Атеш, моя жена... моя жена пропала. У меня есть записи видео камер и есть человек, который на нее напал.

А: Так... я понял, подожди минуту, - некоторое время он переговаривался с кем-то, видимо прикрыв рукой динамик, потому что Омер не мог ничего разобрать.

Он ходил из стороны в сторону, ожидая, пока комиссар сможет вернуться в их беседу.

А: Омер, послушай. Прежде всего успокойся. Я сейчас на вызове, но выезжаю в сторону участка. Буду ждать тебя там. Примерно через сорок минут.

О: Понял. Спасибо, - на выдохе произнес он прежде, чем повесить трубку.

Он должен был немедленно подключить к поискам все возможные ресурсы.
Он не мог больше терять ни минуты, зная о намерениях этого психопата.

По дороге в участок он говорил по телефону с Асланом, ставя перед ним задачу пробить всю недвижимость, которая когда-либо была оформлена на Джемаля Исламоглу и его родственников.
Хоть вероятность была очень мала, он должен быть проверить все адреса и найти ее в случае, если этот человек решил спрятать Кывылджим в каком-либо из мест, напрямую связанных с ним.
Мозг Омера отчаянно соображал, что еще можно предпринять прямо сейчас до вмешательства полиции, когда его телефон в который раз позвонил, высвечивая на экране имя Мери.

О: Я слушаю, Мери, - сдавленным голосом ответил он, не зная в моменте, что он может сейчас ей сказать.

М: Омер, вы почему не берете оба трубки? Мы тут всерьез переживать начали, ты вроде бы обещал перезвонить Доа и пропал.

О: Мери... я сейчас немного занят, я приеду к вам через некоторое время, хорошо?

М: А Кывылджим с тобой?

О: Нет... ее со мной нет.

М: Омер? Что снова происходит? - голос Мери упал от его бессвязных предложений. В ее памяти ожили эмоции, пережитые неделю назад.

О: Дело в том, что я не знаю, где она, Мери. Но мы... мы ее ищем. Сейчас я еду в полицию подавать заявление.

М: В полицию? Но Омер... почему сразу в полицию?

О: Чтобы ускорить поиски. Я приеду и все расскажу при встрече, - он отключился, оставляя ее в состоянии шока на другом конце провода.

Когда он зашел в участок, его поглотил гул разговоров и телефонных звонков, то и дело раздающихся из разных концов помещения.

С: Чем я могу вам помочь? - вопросительно поднял глаза на Омера молодой мужчина в форме, проходящий мимо.

О: Мне нужен комиссар Атеш Шахин.

С: Его кабинет прямо по коридору и налево.

О: Благодарю, - Омер направился в указанном направлении и зашел в стеклянный кабинет, увидев внутри Атеша, разговаривающего по телефону.

Он кивнул Омеру в знак приветствия, и они пожали друг другу руки. После того, как он закончил разговор с начальником полиции, то предложил Омеру присесть, устремляя на него сосредоточенный взгляд.

А: Омер, прошу. Расскажи мне все от начала и до конца со всеми известными деталями.

Омер начал свой рассказ, изложив факты преследования его жены со стороны Джемаля Исламоглу, его действий по прослушке и поданному иску, а также о сегодняшнем происшествии, заснятом на камеры наблюдения.

А: Таким образом, мы имеем записи в качестве подтверждения тому, что твоя жена подвергалась нападению. От этого мы и будем отталкиваться. Сейчас ты должен написать заявление, чтобы мы запустили процесс поисков.

О: Каким образом это будет происходить?

К: Мы оттолкнемся от записей видеонаблюдения на парковке и проследим за тем, каким образом она покинула место происшествия. Мы постараемся определить, на каком транспортном средстве ее увезли, и проследим его траекторию и текущее местонахождение.

О: А что касается Демаля Исламоглу? Когда его арестуют?

А: Омер... ты только что рассказал мне о том, что этот человек до сих пор находится в больнице на лечении. При всем желании - у меня нет оснований для его ареста. Я не могу здесь превышать свои полномочия.

О: Атеш, послушай меня... этот человек опасен, он угрожал мне и моей жене. Я не могу позволить ему просто так расхаживать на свободе, в то время как Кывылджим сейчас... я не представляю даже, где она сейчас, - его голос стал резким от напряжения и бессилия, которые он испытывал.

А: Я тебя понимаю. У тебя есть предположения, ты подозреваешь кого-то. Однако мы не можем только лишь полагаться на твои догадки. Это серьезное дело, Омер. Дай возможность нам сделать свою работу, доверься. В конце концов, что будет, если вдруг твой след окажется ложным? Мы потеряем драгоценное время.

О: Это не ложный след, Атеш. Мне нужно, чтобы ты оборвал все возможности этого человека коммуницировать с кем-либо.

А: На данный момент я не могу этого обеспечить при всем желании.

Омер сжал кулаки под столом, чувствуя бестолковость текущих переговоров.

О: Тогда давай быстрее закончим с заявлением. Какому прокурору уйдет это дело?

А: Я тебе сообщу. В любом случае, мы займемся этим прямо сейчас, не дожидаясь его распоряжений.

О: Я хочу присутствовать при процессе отслеживания по камерам.

А: Это невозможно, Омер. Ты не адвокат, а потерпевшая сторона. Единственное, что я могу тебе предложить - оставайся здесь, в моем кабинете, если тебе так будет спокойнее. Ты первым получишь информацию, как только что-то прояснится.

Омер чувствовал нарастающий внутри него клубок негодования, который вот-вот готов был выплеснуться наружу.
После того, как он заполнил бумаги, комиссар направился к начальнику полиции, чтобы запустить все процессы.
Его телефон все время продолжал разрываться от звонков, и он принял очередной вызов, осознавая, что настало время поделиться с семьей этой новостью, которая заставила его почувствовать собственное ничтожество.

О: Слушаю, Метехан.

М: Папа, что происходит?

Омер коротко ответил на вопросы сына, и когда Метехан сообщил, что скоро приедет в участок, отключил телефон и вышел на улицу проветрить голову.

На часах было 18:30.
С момента нападения на Кывылджим прошло пять с половиной часов.
Уже пять с половиной часов она была где-то одна без его защиты, напуганная и уязвимая в незнакомом месте.
Что она испытывает в эту минуту? Какие мысли приходят ей в голову? Будет ли она предпринимать попытки освободиться?

Мысль о том, что его смелая упрямая жена могла оказать сопротивление и тем самым разозлить напавшего на нее человека, заставила его представить страшные картины того, какой ущерб ей могут нанести.
Его глаза впервые за три часа почувствовали жжение от подступающих слез беспомощности, но он подавил эти глупые эмоции, приказав себе сохранять хладнокровие.

О: Даже не смей, - твердил он себе, прохаживаясь по улице вдоль здания участка.  

Его размышления прервал Аслан, который только что подъехал к участку вместе с изъятыми записями с поста охраны дома Омера.

О: Что там?

А: Омер бей, к сожалению, другая камера повернута совсем с другую сторону, поэтому понять направление их движения невозможно. Неясно, на чем они уехали и когда. Придется отслеживать по уличным камерам все автомобили, выезжающие с парковки после указанного времени.

О: Понял. Ладно, пойдем отдадим это Атешу. Что с недвижимостью?

А: Я запустил процесс, мы собираем данные. Сейчас мои люди отправились на всякий случай проверить его дом, мало ли.

О: Хорошо. Спасибо, Аслан.

А: Мы найдем ее, Омер бей. Все будет хорошо.

Омер кивнул в знак благодарности, после чего они вместе прошли в кабинет комиссара, ожидая распоряжения об открытии дела.

___________________________

Доа не могла найти себе места после рассказа Мери о Джемале. Она сидела на диване сама не своя, покрывшись нездоровым румянцем, и нервно перебирала пальцами.

Д: Мери, но почему вы ничего не сказали мне? Когда ты узнала о том, что этот человек преследовал маму?

М: Она сама рассказала мне несколько дней назад после того, как ее выписали. Омер... это он нашел подтверждения тому, что Джемаль следил за Кывылджим.

Доа приложила ладони ко лбу, пытаясь справиться с эмоциями.

Д: Господи, это какой-то кошмар, сначала авария, теперь это! Что мы будем делать, что имел в виду Омер, когда говорил про полицию?

М: Я сама не поняла, дорогая. Но он уже в пути, он все расскажет, - встревоженно произнесла Мери, гадая про себя, что случилось. Новость о полиции и сухой тон Омера поднял в ней переживания, которые только несколько дней назад, казалось бы, сошли на нет.

М: Нам нужно что-то придумать для твоей бабушки, иначе дело будет плохо. Она и так в недоумении, почему ее дочь не приехала сегодня. Я ей конечно что-то сказала о том, что Кывылджим срочно вызвали с издательство, но это отвлечет ее ненадолго.

Д: Ты права. Хорошо хоть, нам есть где обсудить все спокойно без лишних ушей, - произнесла Доа, оглядывая свою новую квартиру, которая вселяла в нее надежду и умиротворение.

После того, что недавно произошло между ней и Фатихом, и его настойчивого поведения, ей было полезно побыть в одиночестве, где никто не будет отслеживать и контролировать ее.
Их спонтанная близость произошла в период ее внутреннего разлада, и она безумно сожалела об этом.
Она намеревалась во чтобы то ни стало начать новую жизнь, в которой не было места ни Гираю, ни Фатиху.

Как только они услышали звонок в дверь, Доа тут же кинулась открывать.
Омер, вошедший внутрь, выглядел мрачным и злым, но что-то в его глазах выдавало глубокую тоску и переживание, которое он, вероятно, пытался скрыть.
Сердце Доа заколотилось при взгляде на него: она впервые видела его таким.

М: Омер, проходи и ради бога, расскажи уже, что происходит.

Омер настороженно переводил взгляд с Доа на Мери, не зная, с чего начать, и какие лучше подобрать слова. Он решил, что лучше всего будет, если он расскажет все подробно со своей стороны, поэтому они расположились за столом прежде, чем он начал.

О: Когда сегодня Доа мне позвонила, я запереживал, потому что Кывылджим также не отвечала на мои сообщения. Тогда я решил поехать к нам домой...

По мере его рассказа две женщины, сидящие перед ним, приходили все в больший стресс и панику, которую ничем невозможно было унять.
Доа, увидев запись, как нападают на ее мать, начала непрерывно плакать и, казалось, у нее начиналась медленная истерика, из-за чего Омер всерьез пожалел о том, что показал это видео.
Он заключил ее в свои утешительные объятия, пока Мери наливала всем успокоительное, и его сердце разрывалось на части от страха и боли, которые вышли на передний план в кругу семьи его жены.

Он не мог себе позволить расклеиться при этих женщинах. Он не хотел быть свидетелем этих слез по Кывылджим, как будто уже случилось самое плохое. Он постарался успокоить их, рассказав о том, что им уже удалось предпринять.

О: Единственное, чего мне не хватает сейчас - это заявление против Джемаля. Поэтому Мери, - Омер повернулся к ней, - нужны твои показания. С ними будет проще завести на него дело. Кывылджим сама тебе рассказывала об угрозах, и затем вы вместе ходили в полицию, чтобы подать жалобу.

М: Омер... ты что, всерьез считаешь, что это дело рук Джемаля? - глаза Мери расширились от тревоги и шока.

О: Я не считаю, я уверен в этом, - твердо произнес он, чувствуя, как гнев переливается по его венам.

М: Но если он в больнице сейчас, то как...

О: Я не знаю, как, Мери! Но я узнаю. Хотя бы, пока он в больнице..., - проговорил Омер, устремив серьезный взгляд на дочь и сестру Кывылджим, - есть большая вероятность того, что с ней все в порядке. Потому что этот тип... она нужна ему живой и здоровой.

Его голос, когда он произносил это, изменился, обнажая его сокровенные переживания, и Мери накрыла его руку своей рукой, пытаясь сдержать свой ужас от этих предположений.

Доа встала из-за стола и начала ходить из стороны в сторону, стараясь унять дрожь в теле.

Д: Как это могло произойти с моей мамой? Я не понимаю! Она такая... сильная и независимая, разве маньяки и психопаты не выбирают себе других жертв? Это действительно какой-то бред. Может быть, это не Джемаль, а простое ограбление?

О: Это не простое ограбление, Доа. В любом случае, этим занимается полиция. Мери, нам пора ехать в участок.

Омер встал из-за стола, обозначив, что больше не может терять время, и Мери заспешила собираться, накидывая верхнюю одежду, оставленную в прихожей.

Они все втроем обнялись на пороге, давая друг другу поддержку, и после Омер с Мери оставили Доа одну справляться с пугающей неизвестностью. 

__________________________

О: Что значит потеряли след?! - негодовал Омер, выкрикивая в пространство свое возмущение. - Этот преступник перехитрил целое подразделение полицейских, я правильно понимаю? Чем вы все тут тогда занимаетесь, Атеш!

М: Пап, успокойся, пожалуйста, - настороженно проговорил Метехан, дотрагиваясь до плеча отца в примиряющем жесте. - Никто здесь не виноват.

О: Не виноват? Сейчас два часа ночи - это значит, что уже тринадцать часов прошло с тех пор, как на мою жену напали, а у вас ничего нет?!!

А: Если ты успокоишься, я объясню тебе ситуацию, - холодно заметил комиссар, с сожалением наблюдая за состоянием Омера, который всегда отличался выдержкой и воспитанностью.

О: Будь добр, объясни.

А: Омер... мы проверили все записи с камер наблюдения за домом, куда выходит выезд с парковки. С 13 до 14 часов, а именно это время больше всего подходит для того, чтобы преступник выехал с места происшествия, на улицу выехало всего пять машин. Мы пробили номера каждой, и одна из них числится в угоне. Мы полагаем, что на ней они и покинули здание.

Атеш сделал некоторую паузу перед тем, как продолжить.

А: Мы проследили за маршрутом по камерам наружного наблюдения, но в районе Кадыкёя потеряли след. Машину обнаружили брошенной, на чем они двинулись дальше - вопрос. Сейчас мы выясняем это. С утра будем подключать местных: возможно, люди что-то могли заметить подозрительное, и дадут нам зацепку.

О: Атеш, к тому времени может быть уже поздно.

Они молча смотрели друг на друга, полные невысказанный эмоций.

О: Что насчет показаний Мери? Этого достаточно, чтобы допросить этого маньяка?

А: Завтра я отправлю к нему в больницу наряд. Его допросят. Но ничего не могу тебе обещать, так как оснований для ареста, обыска, изъятия устройств или слежки у нас сейчас нет. В текущей конкретной ситуации у него железное алиби. В прошлый раз у Кывылджим не приняли заявление за неимением достаточных улик.

М: Атеш бей, но это же немыслимо! - воскликнул Метехан. - Получается, что у человека не приняли жалобу. Вот его уже похитили, и есть доказательства этому. Как это может быть, что недостаточно улик?

А: Улик достаточно для того, чтобы мы начали расследование. И мы его начали. Прокурор Кемаль займется вопросом всех подозреваемых, в том числе на основании ваших показаний. Далее мы ориентируемся на его распоряжения. Если он сочтет улики достаточными для обвинительного заключения, этого человека возьмут под арест.

Омер был крайне разочарован происходящим. Его команда также пока не нашла ничего существенного, и от этой неизвестности ему становилось плохо.
По информации Аслана, Джемаль по-прежнему находился в клинике в своей палате.
Омеру давало некоторую надежду лишь то, что его люди заранее позаботились о том, чтобы установить отслеживающее устройство на оба телефона этого человека, пока тот находился без сознания несколько дней после аварии.
Им удалось выкрасть с поста его личные вещи в то время, как медсестра отвлеклась, и встроить туда программу наподобие той, которую он установил ранее на телефон Кывылджим.

Если этот психопат покинет больницу, а он ее покинет... Омер сразу узнает о его новом местоположении.

Он и Метехан уехали из участка в районе 4 утра и вошли в квартиру, чтобы немного поспать. Омер не знал, каким образом сможет провалиться в сон: его мысли беспорядочно метались в сознании.

Он лег на диване в гостиной, потому что не мог зайти в спальню, где не было его жены.
Он не мог сейчас еще сильнее ощущать ее отсутствие.
Он просто закрыл глаза и на какое-то время задремал, ожидая утра, которое, как он был настроен, должно было принести ему существенное продвижение в поисках.

_____________________________

Требовательный звонок в дверь разрезал тишину, и Омер с трудом разлепил глаза, соображая, что происходит.
Он обнаружил себя на диване со свинцовыми руками и ногами, которым было сложно подчиниться его воле.
Это тело, которое он пытался собрать в кучу после неудобной позы, медленно проследовало в сторону входной двери.

На часах было 08:15 утра.

Оф: Омер Унал? - на пороге стояли двое офицеров в полицейской форме, что заставило Омера моментально включиться.

О: Да, это я.

Оф: Вам нужно проследовать с нами в участок. На вас поступило заявление с обвинением в умышленном нанесении телесных повреждений. Мы должны вас проводить к прокурору для дачи показаний.

Омер, который изначально напрягся в ожидании новостей о Кывылджим, в данный момент не сразу смог понять, о чем дет речь.

О: Прошу прощения, но я не понял... какое еще заявление?

Оф: Заявление от Джемаля Исламоглу. Вчера днем вы напали на него в здании Стамбульской 13-й больницы. Есть свидетели и записи камер.

Омер поднес ладони к вискам, не веря в то, что с ним это происходит на самом деле.
Он поразился внутри себя наглости и находчивости своего противника.
Этот психопат решил вывести его из игры: Омер почувствовал, как по его позвоночнику пробегает холод при мысли о том, что он теряет контроль над чем-либо в своей жизни.

М: Что такое, пап? - Метехан вышел из своей комнаты, услышав разговоры в коридоре. Он тревожно переглянулся с отцом при виде наряда полиции в дверях.

О: Сын... мне придется поехать в участок, - глухо произнес он, подавляя внутри всплеск негодования. - На меня...гм... поступило обвинение в нападении.

М: Что за бред?

О: Позвони моему адвокату и пришли его ко мне. В какой участок мы едем? - обратился Омер к офицеру, терпеливо наблюдающего за их беседой.

Оф: 32 участок.

М: Но папа... я ничего не понимаю. Подожди, я поеду с тобой.

О: Метехан, не надо. Пришли мне адвоката и побыстрее, он разберется. Ты сам поезжай к Атешу, самое важное сейчас - это новости о Кывылджим, - Омер поднял руку в останавливающем жесте, давая понять сыну, что не потерпит возражений. - Прошу. Делай, как я говорю. И еще: пришли ко мне Аслана, мне нужно дать ему несколько поручений.

Он исчез в подъезде с офицерами, оставляя Метехана одного в растерянности и замешательстве.

Единственная мысль, крутившаяся сейчас у Омера в голове, - не связано ли это заявление Джемаля с тем, что он готов приступить к активным действиям.
Казалось, все в данный момент было против него, но он не имел права больше давать волю гневу во избежание других необдуманных поступков, которые могли привести к неожиданным последствиям.

________________________

П: Учитывая тяжелое состояния потерпевшего, я вынужден настоять на задержании вашего клиента, - холодно произнес прокурор, переводя взгляд с Омера на его адвоката Эмир бея.

Э: Господин прокурор, но мы не согласны с этим решением. Когда это дело будет передано судье?

П: Ваше дело будет передано судье сегодня или завтра, но до вынесения решения господин Унал будет находиться здесь, в участке.

Э: Мы будем подавать запрос на освобождение под подписку о невыезде.

П: Пожалуйста, это ваше право. А сейчас прошу - у меня на очереди еще несколько дел. Сейчас вас сопроводят в камеру, - он переговорил по телефону, после чего в его кабинет вошел офицер.

О: Прошу вас, пройдемте со мной, - он обратился к Омеру, который с мрачным и злым выражением лица принимал неизбежность.

Офицер проводил его в камеру, находящуюся на цокольном этаже полицейского участка, и звук замка, закрывающего решетку, определил его следующие 24 часа, которые он был вынужден провести в заключении без возможности на что-то повлиять.

Как так получилось, что он ругал Кывылджим за импульсивность, когда она приехала в больницу к Джемалю Исламоглу, чтобы выяснить с ним отношения, при этом сам несколькими днями позже сделал еще хуже, подставив себя в самый ответственный момент?
Как так получилось, что он не мог сейчас быть вовлечённым в поиски жены, которая, как никогда, нуждалась в нем?
Как он сможет жить, если вдруг она пострадает из-за его безответственности и слабости?

Он не мог смириться со своим положением: только не сейчас.

О: Эмир бей, ты в курсе всей ситуации с Кывылджим, я не могу оказаться отрезанным от мира, - твердо произнес Омер из-за решетки, обращаясь к своему адвокату.

Э: Я приложу все усилия к тому, чтобы уже завтра вы были на свободе.

О: Это даже не обсуждается! Сделай все, что нужно, потому что другого исхода я не потерплю, Эмир... я сейчас на грани и я не шучу, - Омер направил на него свой указательный палец, обозначая серьезность позиции, и его выражение лица в тот момент не оставляло вариантов не справиться с задачей. - Этот глупый арест не может затянуться, и мне все равно, как ты это сделаешь. Ты знаешь, кто судья, - действуй!

После ухода адвоката Омер опустился на твердую поверхность скамьи, ощущая учащенное сердцебиение.
Пустота и безразличие пространства, в котором он оказался, усиливали громкость диалогов, звучащих в его голове, но он даже не пытался заглушить их, понимая, что это бесполезно.
Единственное, чего он ждал, - это новости о своей жене, которые могли прийти от его помощника или Метехана.

Сегодняшний день обещал быть самым долгим и мучительным в его жизни.

________________________
*на следующий день*

Омер стоял в душе, чувствуя каждую струю, льющуюся ему на голову, и нормальность обстановки собственной квартиры, в которую он попал после своего освобождения под подписку о невыезде, диктовала ему новые правила жизни, которым ему нужно было подчиниться.
Которым он не хотел подчиняться.
Которых он не мог вынести.

С момента похищения Кывылджим прошло 48 часов.

За эти 48 часов с ней могло произойти все, что угодно, и каждая из этих вероятностей была воспроизведена в его воображении за прошедшие сутки, что практически свело его с ума.
Он был вне себя от ярости, беспомощности и уязвимости, лишившись своей главной опоры.
Оказывается, его опорой было знание, что Кывылджим Арслан... существует.

С тех пор, как он узнал свою жену, его реальность перестала быть прежней.
Причиной этому было не просто его чувство, как человека, любящего другого человека.
Это было глубинное знание того, что мир красивее в каждом его смысле и проявлении.

То, каким он видел этот мир из-за нее, убивало его сейчас, когда он не был уверен в том, жива она или нет.

Омер надеялся, что ему станет лучше после контакта с водой, но этого не произошло.
Он с досадой прокручивал в голове последние новости, полученные от своего помощника, и задавался вопросом, каким образом столько профессиональных людей до сих пор не нашли ни одной стоящей зацепки.

Джемаль продолжал находиться в клинике: его допросили полицейские, не выписав ордер на арест.
За целые сутки полиция не смогла выйти на след автомобиля, который сменил человек, совершивший нападение.
Аслан и его люди проверили все объекты недвижимости Исламоглу и не нашли ничего подозрительного.

Омер надел спортивный костюм, намереваясь покинуть квартиру в сторону участка, как вдруг раздался звонок в дверь.
Учитывая последние события, он слегка напрягся от нежданного визита, но когда открыл дверь, его настороженность на лице сменилась удивлением.

О: Брат? Что ты здесь делаешь? 

Абдулла Унал стоял в дверях, излучая сожаление и замешательство.

А: Я могу войти?

О: Да, конечно. Проходи, - Омер отошел в сторону, пропуская его внутрь, и в его памяти ожил их последний диалог в этом доме о разделе фирмы. С тех пор прошло почти полгода, и сегодня Абдулла впервые после того дня переступил порог квартиры.

Они оба в молчании разместились в гостиной, и Абдулла первым начал разговор в стремлении поддержать брата, на чью голову выпали нелегкие испытания.
Абдулла не был уверен в том, что осознает всю тяжесть чувств Омера, чей удрученный отстраненный вид вызывал сочувствие и желание оказать помощь.

А: Омер, я знаю обо всем. И про Кывылджим, и про арест... мне очень жаль, - его глаза впервые за долгое время были свободны от гнева и обиды, и Омер кивнул в знак благодарности за то, что прошлое в моменте сошло на нет.

О: Мне тоже. Мне тоже жаль. Хотя... честно говоря, я в бешенстве, - Омер встал из-за стола, поднося руки к затылку, и шумно выдохнул, избавляясь от напряжения.

А: Я хочу, чтобы ты знал, что я готов оказать любую помощь. Метехан сказал мне, что дело ведет прокурор Кемаль Явуз. У меня есть связи с главным прокурором... мы можем надавить на этого Кемаля, чтобы он действовал быстрее и точнее. Пусть подключают все свои ресурсы.

Омер с благодарностью улыбнулся уголкам губ.

О: Спасибо, брат. Это... это было бы очень кстати. Мне нужна любая помощь, потому что, если мы ее не найдем..., - он отвернулся в сторону, борясь с эмоциями, которые естественным образом поднялись в нем в присутствии старшего брата, больше половины жизни являющимся для него безопасным убежищем.

А: Мы ее найдем, Омер. Иначе и быть не может. Кывылджим сильная женщина, и что бы там ни было... она не сдастся просто так.

О: Она не сдастся..., - повторил Омер, глядя сквозь Абдуллы, пораженный внезапными чувствами.

Абдулла подошел к Омеру и, испытав секундную неловкость, похлопал его по плечу в знак поддержки.
Омер сделал ответный жест: для обоих мужчин это значило больше, чем помощь друг другу с кризисной ситуации.
Они чувствовали, что их связь снова проявила себя, отодвигая обиды на задний план.

О: Спасибо, что приехал. Это важно для меня.

А: Я сообщу, когда улажу с главным прокурором. Держи меня также в курсе.

Они вместе покинули квартиру, разъезжаясь каждый в свою сторону.
Омер впервые за двое суток почувствовал, что он не один. Несмотря на присутствие множества людей рядом, привычное чувство уверенности вернулось к нему только после встречи с Абдуллой Уналом.
Факт того, что старший брат поддержал его в критический момент, придал ему сил справиться с тем, что ждало его впереди. 

________________________
*на следующий день*

С момента похищения Кывылджим прошло 78 часов.

Омер сидел в своей квартире и бесцельно смотрел перед собой.
За прошедшие сутки он не спал ни минуты, проводя все время в участке до тех пор, пока комиссар Атеш не отправил его домой чуть ли не насильно, пригрозив тем, что оборвет его доступ к информации о ходе расследования.
Он не понимал, что ему нужно делать и что чувствовать. Судя по всему, он потерял себя во всем этом процессе.

Иногда ему приходили мысли о том, что, вероятно, он ошибся, и Джемаль Исламоглу не  имеет отношения к исчезновению Кывылджим.
Он думал о том, что его воображение играет с ним в игры: скорее всего, этот человек просто провоцировал его в больнице ради собственного удовлетворения.

Однако если это так, и похититель кто-то другой... кто-то, кто до сих пор с ним не связался и не предъявил никаких требований... значит, шансы на то, что его жена жива, уменьшались с каждым часом. С каждой минутой. С каждым новым вздохом.
Кто будет держать в живых обычную жертву, от который уже получил все, что хотел?

Его телефон разрывался от звонков всех возможных людей, которые его когда-либо знали, но он не мог с ними разговаривать.
Он не мог также отключить его, хотя очень этого хотел: он ждал любой информации от Атеша или Аслана, поэтому был вынужден каждый раз проверять, что это не кто-то из них.
Что случилось вдруг? Почему все начали интересоваться произошедшим в один момент?

Приход домой Метехана вывел Омера из напряженной задумчивости.

М: Папа, у меня хорошие новости! Смотри, что сделала Эзги, - он протянул Омеру свой телефон, открывая перед ним видео-ролик с говорящей головой своей девушки.

О: Что это?

М: Она записала видео-обращение о том, что произошло с Кывылджим, пап. Другие блогеры ее поддержали и репостнули себе на страницы. В итоге мы попали в сводку новостей, и уже несколько каналов крутят новость! Смотри, - он перешел по нескольким ссылкам, демонстрируя запись на новостных аккаунтах.

М: Это вызовет резонанс, пап, и привлечет внимание всех - это поможет в поисках, я уверен! Все люди начнут искать ее...

Омер перелистывал новости в ленте Метехана и убедился в том, что они действительно создали новую повестку дня с хештегом #freekiv.

«Известная телеведущая подверглась нападению на парковке собственного дома».

«Кывылджим Арслан Унал, ранее ведущая образовательную программу на телевидении, оказалась жертвой физического насилия».

«Похищение посреди белого дня в престижном районе: что еще должно произойти перед внесением изменений в закон?»

Реальность, зашедшая с ноги в его, казалось бы, контролируемый мир, застала Омера врасплох.
Он не был готов выносить все это.
Он не был готов к общественным обсуждениям.
Он не был готов признавать факт совершения насилия над его женой даже перед собой, не то что перед кем-либо еще.
Не то что перед всем миром.

По мере того, как Омер пролистывал заголовки, красноречиво кричащие о Кывылджим и ее похищении, внутри него поднималась глыба закупоренных эмоций отчаяния.
Он почувствовал горечь, подступающую к горлу, и в конце концов зажал рот рукой, сдерживая звук, идущий изнутри него от безысходности и тоски.
Он закрыл глаза ладонями, скрывая от сына собственные слезы, рвущиеся наружу вместе с рыданиями впервые за последние трое суток.

Метехан, впервые видевший отца в таком состоянии, напугался его подавленности и обреченности, обнимая сзади.
Он чувствовал, как содрогается тело Омера, постепенно выпускающее остроту и тяжесть переживаний, и его глаза вмиг наполнились слезами.
Он ощутил руку отца на своей руке в жесте благодарности, когда волна сильных эмоций сошла на нет, уступая место тихой тревоге.

У Омера не было сил говорить. Он прислонился затылком к спинке дивана, прикрыв глаза. Он хотел на минуту забыться в своих грезах, которые неизбежно чередовались с кошмарами.

В каждой картине в его голове была она.
Будут ли у него новые совместные воспоминания с ней?
Они так мало были счастливы вместе... так мало успели сделать.

*воспоминание: месяц назад в Олюдениз*

К: С меня тост! - торжественно объявила Кывылджим, поднимая вверх чашку зеленого чая, который они пили после вкусного обеда в уютном ресторанчике на берегу моря.

Прошло несколько часов после их полета на параплане, и первые эмоции уже улеглись, уступая место приятным ощущениям от того, что они вместе преодолели некий рубеж.

О: Я весь во внимании, - подмигнул Омер, любуясь золотом ее прядей, переливающихся на мягком октябрьском солнце.

К: Сегодня произошло что-то, чего я не ожидала, и это, вопреки моим опасениям и страхам, оказалось прекрасным. Благодаря тебе. Я хочу сказать, что благодаря тебе... я сейчас по-новому узнаю жизнь, Омер. Я так тебе благодарна за это. И мне бы очень хотелось, - продолжила она после небольшой паузы, возникшей от плотности чувств, - чтобы мы продолжили эту традицию: делать что-то новое вместе.

Она поднесла свою чашку к его, звонко чокнувшись чаем, и лицо Омера расползлось в улыбке, когда он отпивал глоток за реализацию ее желания.

О: Значит, делать что-то новое вместе.

К: Да. Это будет здорово. Мы и так с тобой хотели составить список.

О: Я это помню. И у меня уже куча идей в голове.

Кывылджим игриво прищурилась, подозревая, что не все его идеи могут ей понравиться.

К: Только больше никаких полетов, Омер. Даже не думай снова меня сподвигать на экстрим!

О: Ну ты особо не надейся, что я буду полагаться на тебя в этом вопросе, - хмыкнул он, накрывая ее руку своей ладонью. - Само собой, у нас будут совершенно разные приключения.

Он взял ее руку и поднес к своим губам, оставляя на ее пальцах теплый поцелуй.

Они некоторое время смотрели друг другу в глаза, завороженные моментом. 

О: Прогуляемся по берегу? - предложил Омер, окидывая взглядом красоту пляжа.

К: Я хочу, - кивнула Кывылджим, накидывая сверху плед.

Они взялись за руки и пошли вперед, наслаждаясь шикарным видом бирюзовой воды, переливающейся разными оттенками на солнце.

О: Так что бы вы хотели сделать со мной вместе, Кывылджим ханым? Предлагаю начать планирование.

Они оба улыбнулись этой новой игре, которую сами для себя создали, и она с блеском ребенка в глазах посмотрела на мужа, фантазируя насчет их будущего времяпрепровождения.

К: Как вы смотрите на то, чтобы примерить на нас новые образы, Омер бей?

О: Что ты имеешь в виду?

К: Представь, что мы оба перевоплощаемся в неких...эммм... героев. И идем в какое-либо общественное место, следуя характеру и манере поведения своих персонажей. Это может получиться... увлекательно.

Омер удивленно вскинул брови, веселясь от фантазии своей жены.

О: Как я рад твоим смелым идеям, это неожиданно: ролевые игры?

Кывылджим закатила глаза от его слов, понимая, какие мысли в этот момент крутятся в его голове.

К: Да, ролевые игры. Но ничего такого. Это чисто для веселья и остроты ощущений. Выигрывает тот, кто лучше справляется с ролью.

О: Значит, в этом состязании будет победитель и проигравший.

К: О да, - улыбнулась Кывылджим, глядя на него из-под своих длинных ресниц. - В этом и весь интерес, правда?

О: Никогда бы не подумал, что ты настолько азартный человек, Кывылджим Арслан. Ты открылась для меня с новой стороны после наших турниров в нарды.

К: Серьезно?

О: Это так. Но вернемся к твоей идее: как насчет того, чтобы я дополнил ее?

К: Это интересно, - кивнула она.

О: Думаю, будет справедливо, если образы для этой вечеринки мы подберем каждый друг для друга. Чтобы было неожиданностью.

Они на несколько мгновений замолчали, переваривая информацию, после чего оба засмеялись, явно представляя конечный результат, который может получиться.

К: Договорились, в моей голове все записано.

Омер притянул ее ближе, зарываясь носом в макушку, и она обняла его за талию, прижимаясь своим маленьким телом к его большому телу.

О: Теперь моя очередь.

К: Это немного пугает.

О: Тебе нечего бояться, моя любовь. Вот скажи мне: как тебе наше спонтанное путешествие?

К: А по мне разве не видно? У меня улыбка не сходит даже на минуту с лица сегодня, - она игриво посмотрела на него, гадая, что в голове у этого человека, который из раза в раз продолжал удивлять ее.

О: Что ж, я доволен. Но спонтанным это путешествие получилось только для тебя. Я думаю, было бы интересно отправиться куда-нибудь, чтобы это место оказалось сюрпризом для нас обоих.

Кыылджим остановилась от неожиданности, разворачиваясь к мужу лицом.

К: Ты сейчас серьезно? - ее глаза сверкали озорным огнем, в то время как губы изогнулись в улыбке предвкушения. - И как у нас это получится?

О: Ну, к примеру... мы могли бы приехать в аэропорт и купить билеты на самый ближайший рейс, куда бы он ни был. В этом случае приключения нам обеспечены.

К: На самый ближайший рейс, куда бы он ни был? Ты сумасшедший? - засмеялась Кывылджим, лаская ладонью его ямочки, проступившие на щеках от хитрой улыбки.

О: Все из-за тебя. Раньше я был крайне скучным, предсказуемым и консервативным Омером Уналом.

К: А я?

О: А ты - черезчур правильной и контролирующей Кывылджим Арслан.

К: Хочешь сказать, что сейчас я уже не такая? - она вскинула брови, упираясь в его грудь руками: на ее лице при этом проскользнула нотка недоверия.

О: Я хочу сказать, что твой контроль и принципы определенно дали слабину, - усмехнулся Омер, за что ему тут же прилетел легкий хлопок по плечу.

К: Что это еще такое? Никогда этого не произойдет...

О: Не стоит так бояться, моя любовь. Это уже происходит, и сегодня ты это доказала своим отважным поступком. Я был очень тронут и счастлив, что ты приняла вызов, доверилась и полетела со мной.

К: Ладно. На самом деле, я действительно более расслаблена и безрассудна с тобой. Должна это признать, - Кывылджим подняла голову, всматриваясь в черты своего мужа, который смотрел на нее со смесью восхищения и удовлетворения.

О: Предлагаю прямо сейчас проверить, насколько ты безрассудна со мной.

К: Интересно, что снова ты задумал.

О: Ну мы же с тобой только что решили пополнять список того, что впервые сделаем вместе.

К: Омер?

Он дотронулся руками до ее подбородка, проходясь по нему скользящим движением, и натянул на нее плед, притягивая к себе так, что она оказалась с ним нос к носу.
Его дыхание касалось ее лица, а запах, дурманящий голову, проникал в нос, распространяя по телу приятные импульсы.
Он нежно дотронулся губами до ее губ в осторожном поцелуе, заставляя ее кожу покрыться мурашками от трепетного прикосновения, и через пару секунд она отпрянула от него, взбудораженная неожиданной близостью.

К: Омер, здесь полно народу, что ты делаешь? - Кывылджим со смущением оглядывалась по сторонам, обнаруживая себя и Омера в эпицентре прогулочной зоны, заполненной туристами, которые останавливались на набережной для того, чтобы сделать красивые фотографии в живописном месте.

О: Честно говоря, я никогда не целовался на людях так, чтобы привлекать внимание, - с ухмылкой произнес он, - но прямо сейчас я намерен восполнить этот пробел.

К: Ты с ума сошел, что ли? - сердце Кывылджим забилось в районе желудка от паники после его слов.

О: Уже давно, - заметил Омер, запуская руки под плед и придвигая жену еще ближе. - Расслабься, нас здесь никто не знает. Представь, что есть только я.

К: Омер..., - начала было она свой протест, но он захватил ее губы своими, запуская пальцы правой руки в ее волосы, углубляя поцелуй.

Кывылджим, чье внимание в моменте было сосредоточено на отрывочных посторонних беззаботных голосах, доносившихся с разных сторон, слегка опешила от напора Омера, захватившего ее мертвой хваткой.
Его уверенные движения ладоней, ласкающих ее тело под пледом, активировали нервные окончания так, что она вспыхнула, заливаясь краской от его действий и своей реакции на них.
Она ответила на поцелуй мужа, захватывая его шею ладонями, и почувствовала, как плед, хоть немного скрывающий их от чужих глаз, медленно упал на землю, заставляя ее почувствовать легкий озноб от соприкосновения кожи с прохладным морским бризом.

Это электричество между ними, которое в одно мгновение связало два жаждущих тела воедино, перенесло их в другое измерение, в котором ничего больше не существовало.
Сознание Кывылджим, до этого цепляющееся за реальность, теперь застряло в текущем моменте, пока она чувствовала его небритость на своих губах.
Этот чувственный поцелуй, настигший их посреди оживленной улицы, продолжался еще некоторое время, пока они оба не запыхались, отрываясь друг от друга и часто дыша.

Омер держал ее щеки в своих ладонях, проходя большими пальцами по распухшим губам.

О: Как ощущения? Это ведь совсем не страшно, согласись, - пробормотал он, вновь хватая ртом ее губы, изогнувшиеся в улыбке.

К: Не страшно, - произнесла она, переводя дух после прожитого жаркого момента.

Они оба засмеялись от избытка чувств, которые испытывали, обнимая друг друга.

К: Омер?

О: Ммм?

К: С тобой я чувствую себя так, как будто мне двадцать лет, и у нас впереди целая жизнь...

О: У нас и есть впереди целая жизнь, - улыбнулся Омер, кладя ее голову себе на грудь.

Двое людей, чувствуя внутри чистое счастье, с предвкушением любовались великолепием природы, рисуя в воображении красоту моментов, которые им предстояло вместе пережить в будущем. 

*конец воспоминания*

Омер, запутавшийся в том, где сон, а где реальность, забылся в своей иллюзии, хватаясь за нее, как за единственную возможность сохранить рассудок.
В его планах было так много всего, что они с Кывылджим должны были пережить вместе в будущем.
Это не может вот так просто рассыпаться в один момент.

Его жена жива.
Его. Жена. Жива.

Очередная вибрация на телефоне заставила его открыть глаза, и он взял трубку, увидев на экране звонок от Аслана.

О: Я слушаю.

А: Омер бей, кое-что произошло, - голос его помощника был сильно взволнованным, и Омер мгновенно напряг свое тело, выпрямляясь в струну.

О: Говори, - сдавленно произнес он, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

А: Мы... мы упустили Джемаля Исламоглу. Каким-то образом ему удалось исчезнуть из больницы, - сокрушенно проговорил Аслан.

Омер в ярости ударил по столу перед собой, но Аслан вновь торопливо заговорил, желая донести всю суть происходящего.

А: Но мы знаем его местоположение. Сейчас мы преследуем его по геолокации. 

Омер вскочил со своего места, направляясь к выходу из квартиры.

О: Быстро... пришли мне, где вы, я выезжаю.

Омер выскочил из квартиры, словно ошпаренный, и через пару минут нажал на газ, направляясь в сторону выезда из Стамбула.
Его нутро знало, что этот психопат сейчас направляется в сторону Кывылджим.
Внутри себя он молился лишь о том, чтобы этот след внезапно не оборвался прежде, чем  он найдет свою жену.

____________________

🤩ну как вы? Как настроение?)