Глава 24 - часть 2
~ Elaine.
- ... вы позволите мне их узнать?
Несмотря на то, что доктор Барклай мне понравилась, я не хотела делиться с ней подробностями случившегося, даже понимая тот факт, что это поможет мне в лечении.
Увидев мою растерянность, она снова заговорила.
- Это связано с вашим мужем?
Я покачала головой.
«И да, и нет», - думала я.
- Элейн, - доктор Барклай закрыла блокнот, убирая его на тумбочку. Она аккуратно взяла мою правую руку.
Мое сердце глухо упало вниз.
Она взяла ту самую руку.
Мэриан Барклай подняла рукав моего свитера, обнажая запястье. И только сейчас я заметила на нем багровый синяк.
- Это сделал ваш муж?
Пелена слез образовалась на моих глазах. Наверное я выглядела, как жертва домашнего насилия... Я покачала головой, всхлипывая.
- Нет, это не он...
Доктор Барклай тяжело выдохнула, закрывая синяк и укладывая мою руку на одеяло.
- Я понимаю, что вы боитесь. Я знаю, кем является ваш муж, но...
Я резко подняла голову.
- Нет, пожалуйста поверьте мне, я говорю вам правду, это сделал не Сандро. Он и пальцем меня не тронет...
Да, Сандро игнорировал меня, пронзая душу ледяными стрелами, на острие которых был жгучий яд, но я была уверена, что он никогда бы не причинил мне физической боли. Я вспомнила, каким нежным он бывал ночью, когда прижимал меня к себе. Во сне он был таким умиротворенным, холодная маска разбивалась, черты лица смягчались, а объятия согревали...
- Тогда кто это сделал? - Доктор Мэриан строго смотрела, нахмурив брови, - Я - врач, Элейн, я не могу проигнорировать это.
Я была тронута её заботой. Её карие глаза отражали искреннее беспокойство, и у меня появилось непреодолимое желание высказаться ей, поделиться страхами, что таились в моем сердце, но угрозы ударяли мне в мозг, словно молотком по гвоздю.
- Это сделал другой мужчина, - тихо ответила я, - Но я боюсь сказать мужу, у нас с ним не слишком хорошие отношения.
Доктор понизила голос, озираясь на дверь.
- Он работает в «Нарин»?
Я вздрогнула, обнимая себя руками и чувствуя, как больно покалывает правое запястье от резкого движения.
- Как вы поняли?
Мэриан пожала плечами, горько усмехаясь.
- Опыт.
Я замолчала, прокручивая вчерашний день. Его с уверенностью можно было назвать одним из самых ужасных в моей жизни.
- Истерика была из-за того мужчины? - осторожно поинтересовалась врач.
Я кивнула.
- И это никак не связано с вашим мужем?
Я снова кивнула.
Я врала. Это было связано с Сандро, но решающую роль все же сыграл... Грейсон.
Одно его имя вызывало рвотный рефлекс и желание отмыть себя кипятком.
- Почему вы не скажете мужу, думаю, несмотря на ваши недопонимания, он сможет защитить вас.
Я не знала, что ответить. Разговор забрал мои силы, и даже небольшое признание не дало мне облегчение. Я легла на мягкую широкую подушку, закрывая глаза.
- Простите, доктор Барклай, но я очень устала и хочу спать.
Я услышала, как доктор Мэриан поднялась со стула.
- Если вы не хотите рассказать мужу, я не имею право сообщать ему без вашего согласия, - она поправила одеяло у моих ног, - Я знаю, что это не моё дело, но хочу сказать, что мистер Амато очень нервничал, когда врачи забрали вас в отделение, - моё сердце сжалось, и я смяла под одеялом простынь, - Сначала я думала, что он боится огласки со стороны прессы или слухов из-за вашего приступа и синяка, я даже не разрешила ему заходить к вам в палату, опасаясь, что его присутствие вызовет новый приступ, но если это правда сделал не он, то...
Я ждала, что доктор Барклай продолжит, но стук каблуков по кафелю и скрип закрытой двери стали мне ответом.
Я не знала, почему Сандро нервничал из-за меня. Не знала, зачем прислал пионы, сладкий запах которых не приносил радости, а лишь наоборот, оставлял горечь в моих легких в виде кислотных шрамов.
Я не понимала его и не могла довериться ему.
«Мой отец - лучший друг Сандро, он помогает твоему мужу в его новом казино. Сандро никогда не променяет эту выгодную дружбу на жену, которую даже терпеть не может.»
Предательские слезы все-таки нашли свое освобождение. Я жмурила глаза, чтобы они перестали литься. Рядом стоящий монитор начал издавать резкие звуки. В палату вошла медсестра, на бейджике которой я, после пробуждения утром, прочитала имя «Глэдис Хью». Она подошла к столику, шурша упаковками шприцов.
- Вам нужно отдохнуть, миссис Амато, я вколю вам успокоительное, это распоряжение доктора Барклай.
Я вытащила руку из под одеяло. Лежала, не двигаясь и не дыша, ожидая, когда препарат подействует, чтобы я перестала бояться, думать, вспоминать...
Я мысленно поблагодарила доктора Барклай. Самой бы мне уснуть не удалось, а укол подействовал ровно через пять минут.
И я уснула, молясь, чтобы лимб закончился, в надежде, что когда проснусь, всё это окажется лишь плохим сном.
***
Мне снились кошмары, черно-белые картинки пролетали в сознании,вызывая неприятное жжение в груди. Я падала с высокого моста в черную глубь шумящей реки, вода наполнила легкие, лишая возможности на спасение, испустив последний вздох, мое хрупкое тело соприкоснулось с ровной поверхностью дна.
- Это конец...- звучали слова во сне, глубоко под водой.
Потом вода растворилась, и я уже лежала не на дне реки, а на снегу под машиной.
Под той самой машиной, после которой моя жизнь разделилась на до и после...
Мне было холодно. Мороз парализовал, и я не чувствовала ни ног, ни рук, ни собственного дыхания.
Кошмар продолжался. Машина исчезла, как и река, в которой я тонула.
Я сидела на кушетки в кабинете, дожидаясь доктора МакНила, но вместо него пришел...Грейсон Гибенс.
Вокруг были белые стены, давящие на меня со всех сторон, отчего я обнимала себя за колени.
Воспоминания смешались с кошмаром. Сон и явь. Я не знала, где нахожусь.
«Я зашел в электронный дневник осмотра доктора Розенберг. Оказывается, ты до сих пор девственница. Прошла неделя, а Сандро так и не притронулся к тебе...»
Я сильнее вжала голову в колени, чтобы спрятаться.
Прошу, хватит, разбудите меня.
Я будто сидела в кубе, билась кулаками о стекла, но меня никто не слышал.
- Чего ты хочешь, Грейсон?
«Хочу мести.»
Он провел костяшками пальцев по моей щеке.
«Знаешь, когда я впервые увидел тебя, то позавидовал Сандро еще больше. Ему всегда достается все самое лучшее.»
Я брезгливо поморщилась, отворачивая голову от его руки.
«Что, противно?»
Он схватил меня за горло, ударяя головой об стену.
«Наверное ждешь прикосновений своего ненаглядного мужа?»
Куб становился меньше. Я кричала, не переставая ударять по нему.
- Ты ведь врач, ты должен спасать жизни. Что ты делаешь?
Он жестоко засмеялся.
«Это прихоть отца. Я никогда не работал врачом, я просто числюсь тут, но не больше. У Гордона Гибенса всегда была мечта - три пристроенных сына. Грегори - будущий мэр, Генри - полицейский комиссар, а я - врач. Папа собрал блестящую коллекцию, но если моих братьев такая жизнь устраивала, то меня нет. Я не оправдал его ожиданий, зато только и видел, как он восхищался Сандро.»
- Я не понимаю. Я тут не при чем. Пожалуйста, Грейсон, отпусти меня.
«Отпустить? О, нет, крошка, я намерен отыграться на тебе. Мне нравится думать, что я ломаю то, что принадлежит Сандро.»
Грейсон сжал моё правое запястье.
После перелома во время аварии и операции кости были уже не такими крепкими. Он надавливал сильнее, и я прикусила губу, что не закричать от боли.
Есть люди, которым нравится причинять боль слабым. Есть мужчины, которые чувствуют физическое превосходство над женщиной. Они упиваются её слезами и страданиями, получая бешеный адреналин.
Грейсон был одним из них.
«Твой отец при смерти. Муж к тебе безразличен. Даже твой брат не сможет помочь. Этот город вне его досягаемости.»
«Я хочу видеть страдания Сандро.»
Грейсон исчез, а я осталось в маленьком кубе, дрожа всем телом.
Кто-то коснулся моей руки, нежно поглаживая. Стекла моего пространства разбивались, но не резали.
И тут возникли совсем другие воспоминания, словно память перебирала все, что случилось со мной и оставило во мне глубокий отпечаток.
Меня несли на руках, прижимая к себе так близко, что даже слышала быстрый стук сердца. Кто-то нашептывал: «все хорошо, мы скоро приедем в больницу.»
- Моя жена потеряла сознание! Помогите ей!
Я медленно открыла глаза. Был уже вечер. В палату спустились сумерки. Я посмотрела в окно и заметила, что на диване кто-то спал.
Это был Сандро.