Глава 15
Даже не могу передать, насколько сладко и спокойно было спать в своей комнате. Всё казалось таким родным: лёгкий скрип пола, уютное одеяло, запах подушки, пропитанный домашним теплом. Если бы я не завела будильник на девять утра с вечера, то вполне могла бы проспать до самого вечера.
Тело расслабилось, разум, наконец, отключился от напряжения последних недель... и, кажется, я впервые за долгое время действительно выспалась.
На кухне меня уже ждала мама — с тёплой улыбкой и своей фирменной тарелкой омлета, от одного запаха которого сразу становилось уютно. Рядом стояла чашка ароматного кофе, только что сваренного.
— Доброе утро, соня, — сказала она, усаживаясь напротив. — Я решила побаловать тебя, пока ты дома.
Я села за стол, и на сердце стало так спокойно.
Мы неспешно завтракали, и разговор как-то сам собой перешёл на тему телефона.
— Мама, я всё решила. Мы купим тебе айфон. Не спорь. Это хороший, надёжный телефон, он прослужит тебе долго.
— Да ты что, с ума сошла? Он же стоит целое состояние! Я не хочу, чтобы ты так тратилась на меня.
— Мам, я не просто трачусь. Я делаю тебе подарок. Я тебя люблю, и хочу, чтобы у тебя было лучшее. Не обсуждается, — твёрдо сказала я, смотря ей в глаза.
Мама на мгновение замолчала, явно растерянная, а потом слегка улыбнулась.
— Упрямая ты у меня... как твой отец. Ну ладно. Раз решила — не буду спорить.
Я улыбнулась в ответ.
— Вот и отлично. После завтрака поедем.
Пока мы неспешно допивали кофе и обсуждали, какой чехол подойдёт к будущему телефону, внезапный звук раскалывающегося стекла резко пронзил утреннюю тишину.
Мы обе вздрогнули. Я вскочила со стула, мама в ту же секунду отложила кружку — мы переглянулись и без слов кинулись в гостиную.
Там, прямо посреди комнаты, среди осколков разбитого окна, лежал большой камень. А рядом — скомканный лист бумаги. Сердце в груди застучало сильнее.
Я подошла ближе и подняла записку. Рука дрогнула, когда я начала её разворачивать.
— Лили... что это? — тихо спросила мама, оставаясь позади.
— Сейчас узнаем, — прошептала я, чувствуя, как внутри зарождается нехорошее предчувствие.
Записка была смятая, будто кто-то сжимал её в злости. Я аккуратно развернула её, сердце уже стучало в ушах.
На листке было выведено чётко и прямо:
«Ты думала, мы забудем? Слишком много знаешь, девочка. Не прячься за их спинами — они не вечны. Мы рядом.»
Мама стояла позади меня, её дыхание сбилось.
— Что это значит?.. Лилиан, кто это?
Я быстро спрятала записку за спину.
— Не знаю. Наверное, ошибка... Я... я разберусь.
— Лилиан, не ври мне. Я вижу, что ты напугана. — голос мамы был твёрдый, но глаза тревожные.
Я посмотрела в её лицо и, сжав челюсть, прошептала:
— Я просто пообщалась не с теми людьми. Но я всё улажу. Честно.
Мама кивнула, хотя и не выглядела убеждённой.
Я взяла телефон, отошла в сторону и написала Тому:
"У нас проблема. Записка. Угроза. Меня нашли. И маму тоже."
Спустя пару секунд — входящий звонок.
— Ты в порядке? Где ты?
— Дома. Все целы, но окно разбито. Это уже не намёк, Том. Это предупреждение.
— Я заберу тебя. Через двадцать минут буду.
— А мама?
— Заберём обеих.
Я посмотрела на свою маму, которая всё ещё смотрела на осколки на полу.
Теперь всё стало ясно: спокойная жизнь закончилась.
Мама сидела на диване, сжав в руках записку, и тихо всхлипывала. Её глаза были полны тревоги и боли, которую она пыталась скрыть, но не могла. Я опустилась на колени перед ней и взяла её за руки.
— Лилиан... — голос дрожал, — во что ты вляпалась?
Я на мгновение замерла, не зная, как ответить. Мои пальцы слегка дрогнули, но я сжала её ладони крепче, будто пытаясь передать ей уверенность, которой сама не чувствовала.
— Мам, я не могу рассказать тебе всего... — выдохнула я. — Не потому что не доверяю, а потому что хочу тебя защитить.
— Защитить? — она нахмурилась. — Лили, в окно нашего дома бросают камни с угрозами, и ты говоришь про защиту?
Я опустила глаза, чувствуя, как в груди сжимается тревога.
— Я разберусь, обещаю. Но ты должна мне доверять. Пожалуйста. Это всё скоро закончится. Обещаю.
В дверь постучали, резко и настойчиво, будто времени на ожидание не было вовсе. Мама вздрогнула и тут же вскочила с дивана, глаза наполнились паникой.
— Лили, стой! — крикнула она, когда я направилась к двери. — А если это тот, кто кинул камень?!
Я остановилась на полпути, сердце забилось чаще. Осторожно подошла к двери и, затаив дыхание, заглянула в глазок.
— Это... Том, — выдохнула я с облегчением, но удивлением в голосе.
Мама удивлённо нахмурилась:
— Кто?
— Просто... человек, который может нам помочь, — коротко ответила я и открыла дверь.
На пороге стоял Том — в тёмной рубашке, с холодным выражением лица и напряжённой осанкой. Его взгляд сразу упал на меня, потом — на разбитое окно в гостиной за моей спиной. Он не задал ни одного вопроса — просто стиснул челюсть и шагнул внутрь, будто был готов к худшему.
Мама, увидев Тома на пороге, будто бы замерла, а затем резко шагнула вперёд, заслоняя меня собой.
— Кто вы такой?! — её голос был громким и надломленным. — И во что вы втянули мою дочь?! Почему в наш дом кидают камни с угрозами?! Что происходит?!
Том не ожидал такого приёма — он слегка отшатнулся, но тут же выпрямился. Его взгляд был серьёзным, голос — ровным.
— Я понимаю, вы испуганы. И у вас есть на это причины. Но сейчас главное — безопасность. Поверьте, я не враг.
— Безопасность?! — мама всплеснула руками. — Вы называете это безопасностью?! Она скрывается, обманывает меня, а теперь ещё в окна летят угрозы!
Я осторожно тронула маму за плечо:
— Мам, пожалуйста. Он пришёл помочь. Всё объясню позже, но сейчас правда лучше послушать его.
Том сделал шаг вперёд:
— В машине уже сидит охрана. Мы отвезём вас в безопасное место. Это временно. Вам нужно довериться мне. Я не позволю, чтобы Лилиан или вы пострадали.
Мама, тяжело дыша, переводила взгляд с него на меня.
Мама опустила взгляд, сжала губы в тонкую линию и тяжело вздохнула.
— Я даже не знаю, на кого больше злиться... На тебя, Лили, или на него, — пробормотала она, утирая слёзы. — Но сейчас не время.
Я с облегчением кивнула.
— Собирайся, мам. Я помогу.
Мы быстро собрали самое необходимое: документы, деньги, пару смен одежды. Всё остальное — неважно, главное, чтобы мама была в безопасности.
Через несколько минут мы уже выходили из квартиры. Мама молча обулась, накинув лёгкую кофту поверх домашней одежды. Том ждал нас у машины. Возле бордюра стояли две чёрные машины — одна с тонированными стёклами, в другой сидели люди в чёрном, и без слов было понятно — охрана.
— Поехали, — коротко сказал Том, открывая заднюю дверь. Мама в последний раз окинула взглядом подъезд и села внутрь, не проронив ни слова.
Я села рядом. Том закрыл дверь и занял место спереди.
Машина тронулась. Мы ехали молча, напряжение висело в воздухе.
Мама сидела прямо, руки сцеплены на коленях. Я положила свою ладонь сверху.
— Мам... Я правда хотела уберечь тебя от всего этого. Не думала, что это коснётся и тебя.
— А это что? — она посмотрела на меня с усталой иронией. — Просто работа няней, да?
Я ничего не ответила. Том взглянул на нас в зеркало заднего вида и сказал спокойно:
— Сейчас мы едем в надёжное место. Там вы сможете отдохнуть. Завтра утром обсудим, что делать дальше.
Мама не ответила. Но я знала: вопросов будет много. Только теперь — уже не отвертишься.
Мы доехали до загородного особняка — не того, где мы жили с Томом, Биллом, Себастьяном и Эммой, а другого, более уединённого. Дорога к нему вела через лес, за высоким забором виднелись камеры, охрана и автоматические ворота.
Машина остановилась, и Том вышел первым.
— Здесь безопасно. Мы с Биллом часто использовали этот дом как убежище. Сейчас он пустой.
Я вышла и помогла маме выйти. Она всё ещё молчала, но напряжение с её плеч будто чуть спало, когда она увидела зелёный двор и тишину вокруг.
— Проходите, — сказал Том, открывая дверь.
Дом был просторный, но уютный. Внутри пахло деревом и свежестью, кто-то явно недавно прибирался.
— Вы можете выбрать любую комнату наверху, — сказал он, глядя на маму. — Там чисто и есть всё необходимое.
Мама прошла внутрь, бросив короткое:
— Спасибо.
Я осталась в холле, с Томом. Он стоял, опершись рукой о стену, глядя куда-то в пол.
— Спасибо, что приехал, — сказала я тихо. — Я правда не знала, что всё дойдёт до такого.
— Я тоже, — его голос был низким и немного хриплым. — Я не мог оставить тебя одну.
— Себастьян наверно зол, что я отлучила тебя от встречи с девушкой, — тихо сказала я.
Он фыркнул, не глядя на меня:
— Себастьян всегда зол, когда что-то идёт не по его плану.
— Но ведь он специально всё это устроил, чтобы ты выбрал одну из них, — добавила я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё сжималось.
— А я выбрал поехать за тобой, — перебил он.
— Думаешь, мне важно мнение отца в этом вопросе?
Я прикусила губу, не зная, что ответить.
Том посмотрел мне в глаза, серьёзно, почти исподлобья.
— Лилиан, я не мальчишка, которого можно заставить жениться ради выгоды. Если я кого-то и выберу... это будет мой выбор. Не отца. Не клана. И уж точно не по фамилии.
— Ты расстроишь Себастьяна... — прошептала я, глядя ему прямо в глаза. В голосе была тревога, будто я и правда боялась за него больше, чем за себя.
Том усмехнулся, но без веселья — с той усталой ироничной улыбкой, которую он обычно прятал за безразличием.
— Себастьян меня растил, но не владеет мной. Я не обязан быть пешкой в его играх, Лилиан.
— Но ты его наследник... ты должен думать о будущем, о клане... — я сжала руки в кулаки, стараясь говорить спокойно, хоть внутри всё сжималось.
Он молча подошёл ближе, положил ладонь мне на щеку, и его голос стал тише, почти хриплым:
— А что, если я думаю о своём будущем, Лили? О том, в котором ты тоже есть?
Я замерла. На секунду — просто стояла, ничего не говоря, глядя в его тёмные глаза, полные решимости и чего-то ещё... чего-то, чего я боялась называть вслух.
— Даже если Себастьян будет зол... — тихо добавил Том, — я разберусь. Главное, чтобы ты была в порядке.
— Том...
—Просто помолчи, — он наклонился, и я даже не подумала отступить.
Его губы накрыли мои резко и жадно. Это был не просто поцелуй — это было заявление, требование, будто он хотел, чтобы я прочувствовала каждое его слово, которое он не произнёс. Его рука скользнула по моей спине, вторая осталась на талии, удерживая меня, не давая уйти.
Я попыталась выдохнуть — безуспешно. Сердце билось где-то в горле, разум пытался протестовать, но тело... тело давно его не слушалось. Я ответила на поцелуй — сначала неуверенно, но потом с той же страстью, с которой он вторгся в мой мир.
Когда он отстранился, дыхание обоих было сбито. Он смотрел на меня снизу вверх — так близко, что его лоб почти касался моего.
— Поняла? — тихо сказал он. — Я не отдам тебя ни одному клану. Ни за что.
Я молча кивнула. И впервые — не спорила.
Когда я вернулась на кухню, воздух там уже был другим — тишина напряжённо висела в воздухе, а мама сидела за столом, сжав ладони в замок. Её взгляд был тяжёлым, серьёзным, будто она пыталась заглянуть мне прямо в душу.
— Иди сюда, пожалуйста, — тихо, но строго сказала она.
Я неохотно подошла и села напротив. Несколько секунд мы молчали. Мама просто смотрела на меня — не с осуждением, нет. Скорее с болью и тревогой.
— Лили, ты связалась с мафией. Ведь так? — её голос дрогнул, но взгляд оставался уверенным.
Я отвела глаза. Молчание только подтвердило её догадку.
— Прошу тебя... — продолжила она тише. — Скажи, что у тебя с этим парнем ничего нет. Что он тебе не нужен. Что ты не втянута в это глубже, чем должна быть.