Глава 14
Братья сидели за кухонным столом, что-то листая в телефонах, переглядываясь и изредка обмениваясь короткими фразами. Я тоже находилась на кухне, только с Эммой. Мы вдвоем склонились над цветной таблицей умножения, которую я напечатала накануне. Девочка старалась сосредоточиться, хмуря бровки и водя пальчиком по цифрам.
Вдруг в комнату влетел Себастьян. Лицо — словно солнце, взгляд сияет, а походка почти танцующая.
— Всем доброго дня! — заявил он так громко, что Эмма вздрогнула, а Том с Биллом одновременно подняли глаза от экранов.
— Привет, моя радость, — с неожиданной теплотой сказал он и легко чмокнул Эмму в лоб. Та хихикнула и прижалась ко мне.
— Чего это ты так светишься? — спросил Билл, подозрительно прищурившись.
Себастьян сел за стол, сложив руки на столешнице, как будто собирался объявить что-то торжественное.
— У меня отличные новости, — начал он с едва скрываемым довольством. — Завтра к нам в гости приедут два союзных клана. Со своими дочерьми, к слову — наследницами. Девочки, кстати, очень хорошенькие. Парни... — он взглянул на Тома, потом на Билла. — Думаю, вы знаете, что делать.
Наступила тишина. Том молча сжал телефон в руке, взгляд стал холодным. Билл откинулся на спинку стула, ничего не сказал — лишь криво усмехнулся.
Я опустила взгляд на таблицу перед собой, хотя не видела больше ни одной цифры. Сердце будто замерло.
— А тебе, Лили, — обратился ко мне Себастьян уже в конце, — я даю выходной. Даже два. Съезди домой, отдохни. Или... ну, в общем, сама разберись, чем заняться.
Я кивнула, машинально улыбаясь.
— Спасибо.
***
Я стояла у машины с небольшим чемоданчиком в руках. Внутри было тихо, даже слишком. Обычно Эмма выбегала провожать меня, цеплялась за талию, просила остаться ещё на минуту. А сегодня — молчание. Домработница сказала, что девочка заснула рано. Наверное, так и лучше. Я бы не справилась с её глазами.
Сад во дворе был безмятежным. Всё выглядело идеально, будто никто и не готовился к тому, что в особняке появятся чужие. Красивые. Подходящие. Не я.
Дверь хлопнула — из дома вышел Том. Одет просто: тёмная футболка, серые джинсы. Он остановился в нескольких шагах от меня, в его взгляде читалась какая-то непонятная тень.
— Ты правда уезжаешь? — спокойно, почти сухо.
— Мне дали выходной, — ответила я, пожав плечами. — Только на пару дней.
Он молчал. Будто боролся с чем-то внутри себя.
— Вернёшься?
— Конечно. Я же здесь работаю. Эмма... — я запнулась, — она ждёт меня.
Том кивнул. Я уже потянулась к дверце машины, как он вдруг шагнул ближе и тихо сказал:
— Эти девчонки, что приедут... они ничего не значат. Это политика. Себастьян всегда думает стратегически.
— А я, выходит, ошибка в стратегии? — усмехнулась я, не скрывая горечи.
— Лилиан...
— Не надо, Том. Всё в порядке, правда.
Я села в машину и закрыла дверь. Не потому, что хотела уехать — а потому, что если бы осталась ещё на секунду, не выдержала бы. Он стоял там, смотрел мне вслед, а я впервые за долгое время почувствовала себя чужой.
Мотор завёлся. Я выехала за ворота и, не оглядываясь, поехала вперёд. Только бы не разреветься сейчас.
***
По пути домой я попросила таксиста свернуть к ближайшему цветочному магазину. Он кивнул молча, и спустя пару минут мы остановились у витрины, за которой пестрели всевозможные букеты. Я вышла, глубоко вдохнув сладкий аромат свежих цветов, и уверенно направилась внутрь.
Пионы. Мама обожает именно их — пышные, нежно-розовые, с тонким, почти медовым запахом. Я выбрала самый красивый букет, не слишком большой, но собранный с душой.
— Для кого выбираете? — улыбнулась продавщица, аккуратно заворачивая цветы в тонкую крафтовую бумагу.
— Для мамы, — ответила я и сама улыбнулась в ответ. — Давно её не видела.
Когда машина снова тронулась, я прижала букет к груди. Он пах детством, уютом... домом. Чем ближе мы подъезжали к моему старому двору, тем сильнее щемило сердце. Я так соскучилась. За это время было много всего — и опасностей, и страхов, и новых чувств. А мама... мама была моей тихой гаванью, даже на расстоянии. Мы говорили по телефону, но это не то.
Когда такси остановилось у знакомого подъезда, я на секунду задержалась, прежде чем выйти. Посмотрела на окна, за которыми горел тёплый свет. Улыбнулась. Наконец-то — я дома.
Я не стала говорить маме, что приеду. Хотелось подарить ей настоящий сюрприз. Мы не виделись уже несколько месяцев — только редкие звонки и короткие сообщения. Но голос по телефону никогда не заменит теплоты объятий.
Такси остановилось возле подъезда. Я расплатилась с водителем, поблагодарила и аккуратно взяла букет пионов, который купила по дороге — мама обожает их с детства. Осторожно поднялась по знакомым ступеням, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее. Всё здесь было таким же: стены, окна, запах в подъезде... Только я сама была уже другой.
Я подошла к двери, глубоко вдохнула и постучала.
Через пару секунд она отворилась, и на пороге появилась мама. Она замерла — сначала просто смотрела на меня, будто не веря глазам.
А потом всё произошло мгновенно: она бросилась ко мне, крепко обняла, уткнувшись лицом мне в шею. Её руки дрожали.
— Привет, мам, — прошептала я, прижимаясь к ней. — Я дома.
— Ты с ума меня свела... — прошептала она в ответ, и я почувствовала, как на плечо упала одна тёплая слезинка.
Мы сидели на кухне, как раньше. На столе — горячий чай и ещё тёплые пончики, которые мама испекла буквально за полчаса, как только я вошла в дом. Всё было по-домашнему уютно: тонкий аромат ванили, тихое потрескивание старого радио в углу и тепло, которое не заменит ни один роскошный особняк.
Мама смотрела на меня с нежностью и одновременно с тревогой в глазах. Её вопросы были полны заботы:
— Ну что, как у тебя там? Работа? Коллектив хороший? Не обижают?
Я улыбалась, отводя взгляд. Приходилось врать.
— Всё хорошо, мам. Работаю с хорошей девочкой, семья очень добрая. Зарплата просто волшебная , условия хорошие...
Говорила я уверенно, словно по бумажке. А внутри кололо — ведь за последние месяцы я видела и оружие, и кровь, и те вещи, о которых лучше никогда не знать родителям.
Я откусила кусочек пончика и кивнула, будто сама себя убеждая:
— Правда, всё нормально. Не волнуйся.
Мама лишь вздохнула, слегка улыбнулась и погладила меня по руке.
— Главное, чтобы ты была счастлива.
— Завтра, кстати, можем сходить и купить тебе новый телефон, — сказала я, отпивая чай. — А то твой уже еле тянет. Я каждый раз боюсь, что он у тебя в руках взорвётся.
Мама рассмеялась и покачала головой:
— Да ну, он ещё работает! Мне больше и не надо. Позвонить, в вайбер зайти — и нормально.
— Мам, ну серьёзно, — усмехнулась я. — Он у тебя зависает даже когда ты просто номер набираешь. Там, по-моему, сидит одинокий таракан и крутит всё вручную.
Мама рассмеялась громче, вытирая уголки глаз от слёз.
— Ну ладно-ладно, если хочешь — сходим. Но только если заодно зайдем к папе на могилу.
— По рукам, — подмигнула я.
***