В плену демона.

– Арн, должен тебя предупредить, что скоро появится Сона, – растягивая слова, проговорил Роан.

Заранее предвидел реакцию друга, и это немало раздражало.

– Опять?! – взвился тот в кресле. – Что-то эта гарпия зачастила в твой замок!

– Она придет не ко мне, а к человечке, – пренебрежительно отозвался демон и ощутил внутренний трепет от воспоминаний о девушке, о ее нежности и доверчивости.

На губы просила улыбка, но появиться он ей не позволил. Ни к чему Арну становиться свидетелем его слабости.

– Так и пусть топает сразу к ней, – огрызнулся Арн.

– Долг вежливости не позволяет так поступить с Соной. Ты же знаешь, как я к ней отношусь, в отличие от тебя.

– Как ты вообще можешь с ней общаться?

– По-видимому, точно так же, как ты не мо жешь, – рассмеялся Роан. – Ладно, дружище, я для того тебя и предупредил, чтобы успел смыться ненадолго. А потом я весь в твоем распоряжении.

Сона появилась как и обещала, ровно в полночь. После короткого приветствия Роан сразу повел гарпию к невольнице. Сам он уже сгорал от нетерпения увидеть ту, но даже себе в этом не признавался.

Как она там? Чем занята? Хочет ли видеть его так же сильно, как он ее? Мечтает ли повторить все то, что произошло в море? Или, быть может, ненавидит его всей душой после случившегося?..

В голове крутился вихрь вопросов, и ни на минуту после расставания Роан не переставал думать о невольнице, чем бы ни занимался. Несвойственная ему теплота зарождалась в душе, стоило только вспомнить ее глаза, с каким выражением те смотрели на него в момент близости.

Все эти чувства были для него в новинку. Никогда еще и ни к кому он подобного не испытывал. И даже злясь на себя, Роан понимал, что они ему приятны, что менять он ничего не хочет.

Комната девушки пустовала, несмотря на поздний час. И в первый момент Роан разозлился, ведь велел ей не высовывать носа ночью. Арн пока так и не выяснил, что за опасность грозила ей недавно. Но таких в его замке было немало.

– Успокойся, дорогой, – обратила внимание Сона, как изменилось лицо демона. – Она же человек, а людям свойственно проявлять порой даже глупое любопытство, – рассмеялась гарпия. – Давай лучше поищем глупышку.

Сона уже собиралась покинуть комнату невольницы, как Роан ее остановил жестом. Он моментально настроился на девушку и почти сразу же понял, что находится та очень далеко.

– Ее нет в замке, – с угрозой в голосе проговорил.

Злость вспыхнула мгновенная, и демон поменял обличье. Пока еще это злость не была направлена ни на кого, но Роан не сомневался, что выльется она во что-то страшное. А чутье уже вовсю подсказывало, что невольница попала в беду.

– Она не может находиться за пределами замка, – задумчиво проговорила гарпия и растрепала и без того слишком пышные волосы.

– Конечно, не может! – зарычал на нее де мон. – Значит, кто-то ей помог!

– Тише-тише, дорогой! – посмотрела на него Сона, и в глазах ее вспыхнула ядовитая зелень. – Я тут не при чем. И даже не думай срываться на мне, – угрожающе зашипела и выпустила крылья с когтями.

Ситуацию спасли громкий хлопок и облако серого тумана, из которого сразу же появился Влад.

– А ты что тут делаешь, черт голубых кровей! – переключился на того демон, и если бы Сона не удержала его, то Владу точно не поздоровилось.

– Точно не по твою душу, бешеный демон! – в испуге отскочил черт к окну, не переставая стряхивать с себя невидимую грязь и озираться. – Невольница твоя в беде! – выпалил, характерно вращая глазами, словно пытался напугать разъяренного демона.

– В беде?! – взревел тот еще громче, и Сона уже с трудом удерживала его. Она шипела безостановочно, раздирая кожу демона когтями. Вокруг гарпии загустевало зловонное облако. Влад побледнел и пошатнулся от этой вони, но все так же смело продолжал таращиться на Роана.

– Да что тут?!. – в комнату ворвался Арн и
– Тише-тише, дорогой! – посмотрела на него Сона, и в глазах ее вспыхнула ядовитая зелень. – Я тут не при чем. И даже не думай срываться на мне, – угрожающе зашипела и выпустила крылья с когтями.

Ситуацию спасли громкий хлопок и облако серого тумана, из которого сразу же появился Влад.

– А ты что тут делаешь, черт голубых кровей! – переключился на того демон, и если бы Сона не удержала его, то Владу точно не поздоровилось.

– Точно не по твою душу, бешеный демон! – в испуге отскочил черт к окну, не переставая стряхивать с себя невидимую грязь и озираться. – Невольница твоя в беде! – выпалил, характерно вращая глазами, словно пытался напугать разъяренного демона.

– В беде?! – взревел тот еще громче, и Сона уже с трудом удерживала его. Она шипела безостановочно, раздирая кожу демона когтями. Вокруг гарпии загустевало зловонное облако. Влад побледнел и пошатнулся от этой вони, но все так же смело продолжал таращиться на Роана.

– Да что тут?!. – в комнату ворвался Арн и мгновенно оценил ситуацию.

Он подскочил к борющимся гарпии и демону и тоже вступил в молчаливую и ожесточенную схватку.

– Что случилось? – мимоходом, отражая атаки разъяренного друга, спросил у уже едва держащегося на ногах Влада.

– Светик-семицветик пропала, – прохныкал черт и буквально слился со стеной. Дальше отступать было некуда, а борющиеся стремительно приближались. – Лента памяти мне сообщила...

– Какая еще лента памяти?!

– Которую я смастерил специально для нее и подарил недавно.

– И что она тебе сообщила?

– Что девушка в беде, что же еще! – на миг Влад вернул себе нормальный образ – титулованного и высокомерного стилиста, но сразу же сдулся, когда демонический огонь лизнул край его кожаной и блестящей куртки.

Арн напряг все силы и скрутил Роана так, что тот мог лишь дергаться и изрыгать пламя. Но руки его находились в надежном и крепком захвате. А потом и гарпия опутала все тело демона туманом, и он как подкошенный повалился на пол.

– Здоров придурок! – отдувался Арн, оглядывая свою окончательно испорченную одежду. – В кои-то веке твоя смердятина оказалась полезной, – взглянул он на Сону.

– Благодарность принимается, – моментально преобразилась гарпия, становясь не менее великолепной, чем до ожесточенной схватки. – Влад, объясни все толком, – обратилась она к черту, которому тоже вернулся естественный цвет лица.

– Да что объяснять-то?! – взвился тот. – Я подарил Светику ленту памяти, и та посылает сигнал тревоги. У меня уже голова от него пухнет, – прижал он пальцы к вискам с мученической гримасой. – Но по-видимому, грозит ей что-то серьезное.

– И ты не знаешь, где она?

– Понятия не имею.

– Далеко она! – раздался голос поверженного демона. Рычание в нем уже если и угадывалось, то как остаточное явление. – Я это чувствую... Сона, отпусти...

– Не раньше, чем ты окончательно успокоишься, дорогой, – ласково улыбнулась ему гар пия, а Арн умудрился дать пинка. – Надо спросить у демониц, не видели ли они, куда она пошла, – характерно взглянула гарпия на Арна.

– И то верно, – довольно спокойно отреагировал демон на ее посыл и скрылся за дверью.

– Успокоился? Могу я тебя освободить? – посмотрела Сона сверху на Роана.

– Убери уже эту вонь, пока не сдох, – выплюнул он зло, но совсем не так, как до этого.

– Как скажешь, дорогой, – лучезарно улыбнулась Сона, и тут же туман рассеялся, а Роан смог подняться на ноги.

Арн вернулся через несколько минут и застал в комнате Ланы мирно беседующую троицу, как будто и не происходило тут ничего. Разве что напряжение висело в воздухе ощутимое, и чувство тревоги все нарастало.

– Никто ее не видел. Твоя главная чертиха тоже, – сообщил Арн. – Все как одна твердят, что человеческая девушка сегодня не покидала покоев.

– Считаешь, врут? – уточнил Роан.

– Уверен, – кивнул Арн.

– Ладно, с ними я потом разберусь. А сейчас нам нужна Аида. Кроме нее никто не поможет отыскать беглянку.

***

Лана не видела, как исчезла Майя, но поняла, что это случилось по тому как оживились ведьмы. Сама она по-прежнему не могла пошевелиться. А предплечье, в том месте, где находился подарок Влада, жгло нещадно. Хотелось почесать, а еще лучше отодрать эту ленту памяти, пока та не прожгла на ней дыру. Зато, благодаря этим ощущениям страх отступил.

Да сделайте же уже хоть что-то, хоть кто-то! Дайте ей возможность пошевелиться!

Провидение словно услышало ее мольбы, потому что сразу же раздался хриплый старческий голос:

– Лейла, ты знаешь эту девчонку? И давайте уже распутаем ее. Стоит тут как мумия глазастая!

Тут же плечо прострелила боль, как будто ее кто-то сильно ущипнул. А когда обернулась, то поняла, что именно это и сделали. Ведьма с рябым лицом и белым пухом вместо волос на голове стояла и тихонько посмеива лась, разглядывая вмиг задрожавшую Лану. Вместе со способностью двигаться вернулся дикий холод, потому как одежда на ней все еще была мокрая насквозь.

– Иди к огню, – пихнула ее в плечо все та же рябая. – Только не поджарься на нем раньше времени, – хихикнула она.

Уговаривать себя Лана не заставила, возле костра было ощутимо теплее, даже жарко, и одежда принялась дымиться на ней.

– Это я ускоренную сушку включила, не удивляйся, – оповестила все та же ведьма, что на фоне всех остальных казалась очень молодой. Правда совершенно несимпатичной.

Остальные все были и вовсе страшными старушенциями. Даже Лейла, на которую в упор смотрела Лана, не казалась тут самой уродливой.

– Эта дуреха принесла мне свою жизнь на блюдечке, – затряслась всем телом Лейла.

– Что, добровольно? – ахнула рябая. – А разве так бывает? Мне такие не попадались еще.

– И ей не попадались, – презрительно отозвалась Лана, внезапно осмелев. – Обманщица она!

Вместе со способностью двигаться вернулся дикий холод, потому как одежда на ней все еще была мокрая насквозь.

– Иди к огню, – пихнула ее в плечо все та же рябая. – Только не поджарься на нем раньше времени, – хихикнула она.

Уговаривать себя Лана не заставила, возле костра было ощутимо теплее, даже жарко, и одежда принялась дымиться на ней.

– Это я ускоренную сушку включила, не удивляйся, – оповестила все та же ведьма, что на фоне всех остальных казалась очень молодой. Правда совершенно несимпатичной.

Остальные все были и вовсе страшными старушенциями. Даже Лейла, на которую в упор смотрела Лана, не казалась тут самой уродливой.

– Эта дуреха принесла мне свою жизнь на блюдечке, – затряслась всем телом Лейла.

– Что, добровольно? – ахнула рябая. – А разве так бывает? Мне такие не попадались еще.

– И ей не попадались, – презрительно отозвалась Лана, внезапно осмелев. – Обманщица она!

Возможно, смелости придала обреченность, что крепла в ней с каждой секундой. От ведьм ничего хорошего не ждала. И когда Майя привела ее сюда, то точно знала, что обратно она уже не вернется.

Только про демона Лана старалась не думать. Мысли о нем рождали щемящую тоску. Он ее не спасет, и она не сможет взглянуть на него в последний раз.

– Сама ты обманщица, – обиделась Лейла. – Сказала: бери, что хочешь. Я и взяла – твою жизнь!

– К ней я пришла за помощью, – даже внимания не обратила на ведьму Лана. – Мой отец умирал, – горло внезапно сжал спазм, как всегда случалось, когда вспоминала об отце. Как он там, один? Его она тоже больше не увидит. – Она же воспользовалась ситуацией.

– Лейла, мерзавка, ты опять ничего не объяснила клиенту?! – неожиданно набросилась на ведьму та старуха, что заговорила первая, когда чертиха привела ее сюда. – Опять нарушаешь кодекс ведьм?! Я ведь могу и совет собрать, чтоб наказать тебя как следует.

– А я не справочное бюро! – подбоченилась Лейла, отчего дырявая и грязная юбка на ней задралась спереди, открывая взору не менее что крепла в ней с каждой секундой. От ведьм ничего хорошего не ждала. И когда Майя привела ее сюда, то точно знала, что обратно она уже не вернется.

Только про демона Лана старалась не думать. Мысли о нем рождали щемящую тоску. Он ее не спасет, и она не сможет взглянуть на него в последний раз.

– Сама ты обманщица, – обиделась Лейла. – Сказала: бери, что хочешь. Я и взяла – твою жизнь!

– К ней я пришла за помощью, – даже внимания не обратила на ведьму Лана. – Мой отец умирал, – горло внезапно сжал спазм, как всегда случалось, когда вспоминала об отце. Как он там, один? Его она тоже больше не увидит. – Она же воспользовалась ситуацией.

– Лейла, мерзавка, ты опять ничего не объяснила клиенту?! – неожиданно набросилась на ведьму та старуха, что заговорила первая, когда чертиха привела ее сюда. – Опять нарушаешь кодекс ведьм?! Я ведь могу и совет собрать, чтоб наказать тебя как следует.

– А я не справочное бюро! – подбоченилась Лейла, отчего дырявая и грязная юбка на ней задралась спереди, открывая взору не менее грязные и в каких-то язвах ноги. – Идешь к ведьме, знай, чем рискуешь!

– Ладно, с тобой мы потом разберемся, – махнула рукой, по всей видимости, главная из ведьм. – Давайте решим, как поступим с этой дурехой.

– А давайте съедим ее, – окончательно развеселилась рябая и даже заплясала вокруг Ланы. – Посадим на вертел, поджарим до румяной корочки и обсосем потом каждую ее косточку.

От подобной перспективы Лане стало совсем дурно, и она сама не заметила как осела прямо в пожухлую траву.

Хохот стал наградой за трусость. Смеялась все та же самая молодая. Остальные, впрочем, тоже потихоньку каркали и тряслись своими дряхлыми телесами.

– Пошутила я, дурочка, человечиной не питаемся, – замахала на нее руками молодая и, схватившись за живот, закатилась в новом приступе хохота.

Одна Лана ничего смешного в ее словах не слышала. Что-то ей уже хотелось поскорее отмучиться, раз уж по-другому никак.

– А ты кому принадлежишь? – спросила у нее главная, когда веселье резко оборвалось по ее же жесту. – Демону поди? – прищурилась.

– Роану, – кивнула Лана.

– Это уж не верховному ли судье? Других я с таким именем не знаю вроде...

– Да, кажется, он, – равнодушно отозвалась, хоть душа и затрепетала.

– И чем же ты ему не угодила?

– А причем тут он? – скривилась Лана, вновь ощутив жжение в руке.

Лента притихла, стоило ей только почувствовать себя свободной. А сейчас вот снова начала печь. Лана принялась расчесывать то место.

– А кто причем? Рыжая что ли эта? Да где ж это видано, чтобы черти людей у демонов воровали. Она не иначе как рехнулась.

– Наверное, – пробормотала Лана, полностью сосредоточившись на руке.

Чесать ту было приятно, но нужно было делать это безостановочно, иначе жжение возобновлялась.

– Чего ты чешешься, как плешивая? – приблизилась к ней рябая ведьма. – Что это у тебя?

– Лента памяти.

– А где ты ее взяла?

– Влад подарил.

– Что за Влад? А и без разницы!.. Ты лучше скажи, она всегда такая красная? – ткнула ведьма пальцем в ленту и тут же его одернула, словно обожглась.

– Нет, до этого была серая.

– Бабы! – после секундной паузы заголосила рябая.

– Степанида! Ты чего горланишь, как на костре?! – зашикали на нее со всех сторон.

– А того, что сигнал она подает, – снова указала та на руку Ланы. – Ждите толпы демонов и беды!

– Надо было убить мерзавку на месте, – различила в общем гомоне Лана реплику Лейлы, но даже внимания на нее не обратила, поскольку страшно становилось уже от того, как все больше бесновались ведьмы, разве что волосы на себе не рвали.

Одна белобрысая продолжала нервно посмеиваться. Должно быть, именно так проявлялся ее страх.

– Тихо, ведьмы! – прорезал поляну крик, и все сразу же смолкли.

Только в ушах Ланы продолжало гудеть.

– Забыли, что демоны нам не указ? – выступила вперед главная, тогда как все остальные ведьмы сбились в кучу. – Ничего они нам не сделают. И законы свои к нам не пришьют. Ведьмы – отдельно, демоны – отдельно!

– Ага! А если собственность ему дорога? – спросил кто-то.

– Так а мы ей еще ничего и не сделали, – кивнула ведьма. – Но! Обязательно сделаем, – с кривой усмешкой добавила. – А пока наложим на нее заклятье и спрячем понадежнее. Никто не узнает, что она у нас, если кто-то из вас не проболтается...

– Не успели, – нараспев проговорила рябая, глядя на небо, где стремительно сгущались тучи.

Тут же раздался оглушительный раскат грома, за которым последовал еще один. Через минуту громыхало безостановочно, а из-за тучи появились огромные черные птицы.

Первой на высушенную ветрами землю спустилась гарпия. И сразу же Лана задрожала всем телом от ужаса. Все остальные мысли мигом улетучились, стоило ей увидеть клыкастое чудовище, Сону в котором она ни за что не узнала, если бы не глаза – все такие же яркие и пронзительные.

Гарпия шипела и щерилась. Вокруг ее птичьих и мощных лап клубился густой белый туман, издавая такую вонь, что у Ланы мгновенно заслезились глаза. И туман этот полз к ведьмам, что сбились в испуганную кучку, обходя Лану стороной.

За спиной гарпии выросли три огромные фигуры. Все одинаково черные, они сложили крылья и приблизились к Соне.

С Арном и Роаном была еще демоница, которую раньше Лана не видела. Точно не видела – хоть знакомство в гареме и походило больше на фарс, но настолько красивое и властное лицо она бы запомнила. Красота этой демоницы была сравнима разве что с буйством природы – величественным и неотъемлемым.

Как только демоны опустились на землю, так сразу же Лана утонула в жидком льде, горящем в жарком пламени. Взгляд Роана был прикован к ней. Она не понимала, что он вы ражает сейчас, но не могла побороть первую реакцию – броситься к нему, оказаться под его защитой, что бы не грозило ей в дальнейшем от него же. Но туман гарпии мешал это сделать, Лана подозревала, что коснись она его зловония, и случится что-то непоправимое.

– Убери от нас эту дрянь, пожирательница душ! – выкрикнула одна из ведьм, и туман лизнул ее пятки. Пронзительный крик прорезал поляну, а на пятках ведьмы появились мокрые язвы, что стремительно увеличивались.

– Еще одно слово, – раздался мелодичный голос Соны, – и ты покроешься струпьями, старая карга! Иди сюда, детка, – поманила она пальцем Лану и освободила в тумане дорожку.

Уговаривать ее не пришлось – тут же метнулась к демону. И даже выдохнула с облегчением, когда тот раскрыл для нее обжигающие объятья.

Прижатая к горячему телу Роана, в кольце его рук Лана моментально согрелась и почувствовала, как платье сразу же стало сухим. Да это лучше любой печки или костра! Ну и стало вдруг так спокойно, словно и не было вокруг поляны, заросшей колючими кустарниками, озлобленных и изрыгающих проклятья ведьм, гарпии, дирижирующей своим отрав ленным туманом и остальных демонов.

– Сона, голубушка, перестань пугать этих милашек, – заговорила демоница, которую Лана раньше не видела. Голос ее прозвучал пугающе низко, хоть угрозы в нем и не слышалось. – Нужно же разобраться, что тут происходит, и почему они решили посягнуть на собственность демона.

Гарпия нехотя отступила в один ряд с демонами, забрав с собой туман. Лана почти услышала, с каким облегчением выдохнули ведьмы. Но все они как одна смотрели на них испуганными, даже затравленными, взглядами.

– Ты в порядке? – обожгло ей кожу в районе уха дыхание демона, а руки его сжались чуть крепче, отчего сердце Ланы неожиданно зашлось в бешенном ритме.

– Уже да, – подняла она к нему глаза и тут же в них проникло пламя его глаз, согревая на этот раз изнутри. – Ты не злишься? – шепотом спросила.

– Еще как злюсь, – губы его тронула едва заметная улыбка, – но не на тебя.

– Предлагаю оставить воркование до возвращения в замок, – вновь раздался голос демоницы, и Лана не сразу сообразила, что обращается та к ним с Роаном. – Кто главный? – более властно спросила, вновь переключая внимание на ведьм.

А лицо Ланы продолжало пылать, словно застали их с Роаном за чем-то постыдным. А потом и губы демона прижались к ее шее, вовсе стало нечем дышать. Благо, в этот момент остальным уже было не до них, потому что на поляне развернулись настоящие словесные баталии.

– Ну я главная, и что?! – выступила вперед та самая ведьма, что заговорила с Ланой первой.

Аккомпанементом ей послужило хихиканье рябой. В который раз Лана подивилась, что этой молоденькой и смешливой ведьме все нипочем. Ведь если демоны захотят, то даже пепла от этой горстки оборванок не останется. Понятия не имела, что там запрещает или позволяет их кодекс или закон, но не сомневалась, что демонам ничего не стоит нарушить правила. Особенно, если не оставлять после себя свидетелей. Тем более удивляло беспечное поведение молодой ведьмы. А еще отчего-то становилось ее жалко. Почему, Лана и сама не могла себе объяснить.

– Эта человеческая девушка принадлежит верховному демону. Как вы посмели посягнуть на его собственность?! – голос демоницы звенел в воздухе, обличая ведьм во всех смертных грехах.

– А она нам сама на голову свалилась! Больно нужно похищать ее! – выплюнула старуха и сразу же попятилась под взглядом белокурой красавицы с яркими янтарными глазами.

– Не стоит говорить со мной загадками, – усмехнулась демоница. – Я ведь тоже ведьма, и тебе ли не знать, какую силу имеет демонический морок. Как вы проникли в замок демона?! – выкрикнула она, и Лана дернулась от испуга.

Но тут же рука демона легла ей на живот, внушая спокойствие и защищенность.

– Предательниц полон его замок! – рассмеялась ведьма. – Они и привели сюда эту дуреху. Видать, избавиться уж больно сильно от нее хотели.

– Что и не удивительно, – вновь хихикнула рябая. – Такая сладкая и наивная – она поди у многих костью в горле застряла.

– Кто привел?

– Сами разбирайтесь в своем гадюшнике. Отчет перед вами держать не намерена, – демонстративно отвернулась ведьма.
– И кары не боишься? – хищно прищурилась демоница, а у ног ее начал разгораться красный огонь.

Да что же это за существа такие, что не могут договориться полюбовно! Почему ведьмы покрывают чертиху? Или это проявление нечестивой гордости и солидарности?

А она сама почему не выдает Майю? Не потому ли, что знает, как сильно той не поздоровится после содеянного?

– Аида! – обратился к демонице Арн. – Думаю, не стоит тратить время на выяснение обстоятельств. Я и сам это быстро узнаю, поверь мне. Лучше скажи, как нам наказать этих мерзавок, за то что не брезгуют ничем?

– Голова за голову, – с улыбкой отозвалась та, но от улыбки ее веяло могильным холодом. – Не успей мы вовремя, ведьмы принесли бы в жертву человеческую девушку. Значит, их должно стать на одну меньше!

– Не имеете права, проклятые демоны, вершить тут свое правосудие!

– Еще как имеем, – почти ласково улыбнулась ведьме Аида, но та отчего-то стала белее мела. – Такой устав демонов – жизнь за жизнь!

– Но мы никого не трогали!

– А вот это уже несущественные нюансы, на которые можно закрыть глаза, ведь так, дорогой Роан?

– Да я бы их всех истребил! – процедил тот сквозь зубы, и теперь уже Лане стало жалко этих уродливых созданий. – Слишком слабая кара...

– Для первого раза и это послужит им предупреждением. Но если они снова рискнут на подобное... – Аида не договорила, но и так становилось понятно, что она имеет в виду.

Лане же уже поскорее хотелось убраться отсюда и забыть про все, как про страшный сон. Правда, и в замке демона ее не ждало ничего хорошего – зависть, злоба и вечная тоска.

– Пусть малышка выберет сама, кто ответит за вероломство, – предложила Сона, приблизившись к ним и заглядывая Лане в глаза.

Если не смотреть на страшное мускулистое тело гарпии, то и страх отступал. Но вряд ли к такому она когда-нибудь привыкнет.

– Так нужно, детка, – прошептала ей Сона на ухо. – Правосудие должно свершиться. Выбери одну из них.
Взгляд Ланы и без того был почти все время прикован к рябой ведьме. Она и сама не поняла, как сказала:

– Вот эта! – указав на самую молодую.

– Да будет так! – проговорила Аида и пустила огненную дорожку в сторону растерявшейся ведьмы.

– Стойте! – крикнула Лана, и все посмотрели на нее, а огонь замер, не доходя до перепуганной ведьмы нескольких сантиметров. – Отдай ее мне, пожалуйста, – перевела она взгляд на Роана. – Пожалуйста! – повторила.

– Ты хочешь сохранить ей жизнь? – изумился Роан. – Но зачем? И ведьме не место в замке демона.

Еще бы у Ланы были ответы на эти вопросы, но и от своего отступать не собиралась.

– Она мне нужна, – просто ответила. – Я буду следить за ней, – зачем-то добавила.

– Ублажи прихоть своей милашки, – рассмеялась рядом Сона. – От одной ведьмы беды не будет, дорогой. С ней ты справишься очень быстро, если посмеет проштрафиться.

– Хорошо, – медленно кивнул демон, не переставая смотреть на Лану.
В этот момент ей захотелось отблагодарить его поцелуем, но сделать этого она, конечно же, не посмела.