Пульсация [BTS 18+]

Париж. Франция. 

Полтора года спустя.

Кто-то однажды сказал, что сломленный человек рождается дважды. Неправда. Сломанное не восстановить. Просто однажды просыпается совершенно другой человек, который больше никогда не будет иметь ничего общего с прежним. Однажды, в жизни наступает период, когда не человеческая боль превращается в несокрушимый характер. Однажды, чье-то предательство учит нас смотреть на все другими глазами. Однажды окончательно соскучившись, мы перестаем скучать. Однажды, мы устаем прощать и начинаем прощаться. Однажды, чье-то безразличие научит нас игнорировать все. После этой точки возврата нет. (С) 

 Воспоминания... Они разрушают нас. Разрывают сердце на части, убивают, уничтожают, останавливают его, вытряхивая из груди и растирая в дыру об асфальт, так, что ничего больше не остается. Ни гнева, ни радости, ни слез. Ни тревоги, ни страха. Ни жизни, ни смерти. Ничего. Одна всепоглощающая, мертвая пустота. Пустота заполняющая твои легкие изнутри, словно вакуум, и тисками сдавливающая виски, не давая твоему разуму думать о чем-то другом... О чем-то, что могло бы вернуть тебя к жизни, поставить на ноги прямо сейчас и вновь заставить улыбаться. И никто не знает наверняка, почему именно так происходит. Никто не может дать ответ на этот вопрос... Никто не мог раньше, никто не может и сейчас. И, спустя время, я, смотря на себя в зеркало, понимаю, что так и не научилась любить свое одиночество. Уехав из Кореи, я поняла, что постоянно куда-то бегу, бегу от него, пытаясь забыть, но не могу. Проще убежать от себя, чем забыть его глаза. Я как будто бы потеряла дом навсегда, пытаясь удрать от воспоминаний, которые никак не могу выветрить из памяти. Первое время было особенно тяжело. Города сменяли друг друга в вечном потоке одинаковых дней. Тэгу, Сеул, Бангкок, Ханой и дальше в Европу. На первое время, как и обещал Юнги, денег мне и правда хватило, а у наших дальних родственников со стороны матери, номер которых она случайно нашла в старой записной книжке, и он на удивление оказался ещё действующим, осталась малюсенькая свободная комнатенка в мансарде старого дома прямо с видом на Мон-Мартр. Они-то и сделали мне приглашение, по которому я, тогда ещё несовершеннолетняя, пересекла границу Шенгенского содружества. 

 И, приехав сюда, я все никак не могла избавиться от вечного холода, по пятам преследующего меня. Спасало лишь круглое окно, подоконник увитый алыми цветами, запах свежеиспеченного багета и аромат кофе из кофейни на первом этаже. Французский я не знала, но моего английского и некоторых фраз с разговорником на французском вполне хватало, чтобы изъясняться в магазинах и на заправке, где я работала. Особый разговорный навык не требуется, чтобы вставлять шланг в автомобильный бачок... И мне удалось не сдаться. Мне удалось выжить и одержать победу. Только лицо мое резко изменилось, повзрослело, заострилось, глаза стали больше, а некогда милые щёчки впали, но я смогла полюбить этот город, особенно с высоты птичьего полета. 

 Забравшись на третью самую высокую смотровую площадку на Эйфелевой башне, я смотрю на Париж, на Елисейские поля, чувствуя, как жизнь течет неувядающим потоком где-то далеко внизу. Серое небо вот-вот прольется осенним дождем. Порывы ветра развевают мои длинные волосы, башня скрежещет, едва заметно покачиваясь, все вокруг сливается в единый однообразный гул. А я стою, держась руками за перила ограждения и просто смотрю сквозь крупную защитную сетку вперед, куда-то в самую даль, еле заметно смаргивая, когда глаза начинают слезиться от сильных дуновений. Десятки разных иностранных языков, на которых говорят туристы, смешиваются у меня в голове в единый гул... 

 - Я тоже люблю Париж... - вдруг тихо раздается над самым ухом, и все внутри обрывается. 

 Я сразу узнаю этот голос. Я узнала бы его, даже если бы сотня человек говорили одновременно... Шарахнувшись в сторону и напоровшись на кого-то из туристов, я мечусь к перилам с другой стороны, но пальцы молодого человека быстро перехватывают меня за запястье. Я с силой выдергиваю руку, истерично скулю, ударив его по предплечью, увертываюсь и начинаю больно себя щипать: 

 - Проснись! Проснись! - бубню я, как ненормальная и хлещу себя ладонью по щеке так сильно, что кожа краснеет и горит. 

Я задыхаюсь. Сердце вот-вот выскочит из груди, колотясь так, что тукает в висках... И сквозь шум машин, доносящийся снизу, рокот города и гомон бормотания приезжих, еле различимый шепот Тэхёна вновь прорезается в мой мозг: 

 - Ты не спишь, Эли, это реальность, я здесь... - и его корейская речь так отчётливо слышна на фоне других иностранных диалектов. 

 - Уйди! Не подходи ко мне! Я вызову охрану! Не приближайся! - задыхаясь от страха, с угрозой хриплю я, выставив руки перед собой. Голос срывается. 

 - Постой... Подожди... Не сбегай... Не сбегай от меня снова... - просит он и морщит лоб, складывая перед собой руки в молитвенном жесте. - Прошу, пожалуйста, только выслушай... 

 - Нет... - качнув головой, отрезаю я и решительно иду прочь, но парень бросается следом, вновь хватая меня за плечо и разворачивая к себе, а я, скинув его руку, грубо шиплю, резко обернувшись:- Что тебе от меня нужно?! 

 - Пожалуйста... - умоляет он. - Пожалуйста... Дай мне минуту... Всего одну минуту... Я так долго тебя искал... Я не могу потерять тебя снова. Выслушай меня, Эли, хорошо? 

 Я опускаю голову. Сглатываю и молчу. Тэхён тоже молчит, его плечи тяжело вздымаются от того, как напряженно он дышит. Пристально смотря на меня, парень ждет. Мы в полном молчании стоим друг напротив друга несколько тяжелых секунд. Плевать, что на нас смотрят несколько десятков глаз, мне нисколечко не стыдно. Я готова постоять за себя. 

 - Всего минуту... - шепчет молодой человек, и я все же поднимаю глаза, настороженно уставившись на него, а потом еле заметно киваю в ответ. Расслабленно выдохнув и чуть прикрыв ресницы, парень говорит:- Отойдем в сторону, здесь слишком людно... 

 - Никуда я с тобой не пойду! - отрезаю я и добавляю. - Хочешь говорить, говори здесь. При всех. Что тебе еще нужно от меня? Какого черта ты приехал? Какого черта нашел меня? И какого черта ты хочешь? 

 Мы вновь смотрим друг другу в глаза. Я про себя отмечаю, что волосы его стали короче, на нем строгое коричневое пальто на распашку, черная рубашка с расстегнутым воротом, и я невольно думаю о том, что он все так же благородно красив... Но, мотнув головой, я отгоняю от себя эти глупые мысли, снова упрямо воткнувшись в него взглядом. Он по-прежнему молчит. А я хмурюсь:

- Не отнимай мое время! - грубо рублю я. - Если тебе больше нечего сказать, я ухожу... - я пытаюсь отступить назад, но он опять резко вскидывает руку и хватает меня за предплечье, проговорив: 

 - Если ты сейчас уйдешь, я сброшусь... - он делает шаг назад, и его глаза горят. - Ты знаешь, мне ничего не стоит... - и я снова думаю о том, что он всегда был таким - непонятно, где оканчивается правда, и начинается театр... 

 - Что ты несешь?.. - хмурясь, бормочу я, но в его взгляде столько бешеной решимости, что мне становится не по себе, и я тушуюсь, чуть отпрянув. 

 А Тэхён, как будто немного успокоившись, примирительно говорит: 

 - Не сбегай, ладно? Просто выслушай, а потом делай, что хочешь, - и я в ответ все же согласно киваю, опустив дрогнувшие ресницы, а парень продолжает. - Когда я узнал, что ты уехала... Я почувствовал себя полным идиотом... - на миг он замолкает, кашлянув, а потом начинает говорить снова. - Я был таким кретином все это время, Эли, - бормочет он и как-то болезненно морщится. - Ведь ты была той, о ком я всегда мечтал. Всю свою жизнь. Ты та, кого я любил и люблю... И когда ты уехала, я думал, что умру, не видя больше твоих глаз... На какое-то время жизнь для меня кончилась. Я люблю тебя, слышишь?! - он повышает голос, всего на миг, а потом с горечью добавляет. - Я всегда говорил тебе об этом открыто с первой нашей встречи, с того самого первого звонка, помнишь? С первого взгляда... Но ты меня не слышала и не слушала, или не хотела слушать... 

 Замерев, я смотрю на него широко раскрытыми глазами. И вновь воспоминания, словно волны, с головой окатывают меня. Он говорил мне о любви каждый раз, когда видел меня... Но я и правда этого не замечала... Никогда не замечала, считая эти слова лицедейством. Мне казалось, он разыгрывал спектакль каждый раз, когда мы встречались. Но, неужели, я ошибалась тогда, и он в самом деле может быть серьезным? И не вся жизнь для него это театр и клоунада... Неужели, я все это время и правда смотрела не туда, сквозь пальцы? Не замечая того, что лежало на поверхности... Ноги почему-то сразу становятся ватными, когда я слышу это. Перед глазами появляется пелена слез, которую я не хочу смаргивать... Я не хочу, чтобы он видел, что я плачу перед ним. Я так долго бежала от всего этого, пытаясь забыть раз и навсегда, а теперь вновь моя жизнь катится ко всем чертям. Снова перед глазами та ночь... Каждый миг опять возвращается ко мне флешбэками... Я помню их пьяные крики и пошлости, что они мне говорили. Я помню то, что потом рассказывал Юнги. Я помню каждое его слово. Но неужели я опять начинаю верить в эти сказки... 

 - Ох, Тэтэ... - на выдохе шепчу я, и губы парня еле заметно дрожат в подобии улыбки, он шепчет: 

 - Да... - тянет он. - Ты называла меня так раньше... - а я, всхлипнув, спрашиваю: 

 - Почему ты не защитил меня тогда, Тэтэ? - с болью, едва шевеля языком, выдавливаю я и хмурюсь, язвительно добавляя. - Раз так любил... 

 Тэхён опускает глаза и тихо коротко отзывается: 

 - Я был уязвлен. Ты выбрала не меня. Растоптала мои чувства. Разбила мне сердце... - и я тут же отмахиваюсь от него, словно встряхнувшись, вот опять! Опять эти громкие фразы! Мы же не на пьесе Шекспира, Господи... 

Будто опомнившись, я отрицательно мотаю головой так, словно отгоняя от себя эту пелену наваждения:- Перестань. Я не верю ни единому твоему слову. Я теперь никому не верю... 

 - Да почему?! - бросается ко мне парень, сильно хмурясь, и хватает за плечи, чуть встряхивая. - Почему ты опять мне не веришь?! Что я делаю не так, что ты все время не веришь именно мне?! 

 Я вспыхиваю и яростно втыкаюсь в него глазами, с горечью отвечая: 

 - Убери руки, - цежу я, и он меня отпускает, сделав шаг назад. 

- Я думала, что сойду с ума. Тогда, я все время думала, что сойду с ума... И в этом виноваты вы! И никто другой... Парень хмыкает в ответ, кисло произнося: 

 - Ты думаешь, я не понимаю твой страх, Эли... - Тэхён смотрит на меня в упор. - Ведь я опасался того же самого каждый божий день... - потом он делает еще один шаг назад и добавляет. - И, если я в итоге все же рехнусь, то это будет такой вот кармический бумеранг за все то, что мы натворили... 

 - Так тебе и надо, - с чувством отвечаю я и киваю. 

 - Прости меня... - вдруг проникновенно говорит Тэхён. - Прости... - но я, поджав губы, отрицательно качаю головой, а он продолжает. - Все эти полтора года я искал тебя, Эли, но каждый раз ты ускользала у меня прямо из-под носа... Я знаю, что ты была в Бангкоке, Ханое... Но каждый раз я приходил к закрытым дверям...

 - Юнги многое знал, - коротко бубню я в ответ, а парень горько усмехается: 

 - Он ни хрена мне не говорил! Он почему-то решил, что обязан защитить тебя от нас. Только вот от меня не нужно было. Он тоже мне никогда не верил...

 - Почему я тогда должна сейчас верить? - грубо отвечаю я, а Тэхён лишь кривит красивые губы и, сморгнув, шепчет: 

 - Не должна. Просто живи с этим, - я киваю ему в ответ и спрашиваю: 

 - Все? - на что он снова молчит и пристально, не моргая, смотрит мне в глаза. 

 Через секунду я опускаю ресницы, потому что не могу выдержать этот черный взгляд. Его взгляд всегда был таким тяжелым, когда он вот так каждый раз сверлил во мне дыру, и я тушевалась, не зная, куда себя деть, никогда не понимая, почему он так пялится... 

 - Не смотри так... пожалуйста... - шумно сглатывая, роняю я, а Тэхён мягко переспрашивает: 

 - Как?.. 

 - Вот так, как ты всегда смотришь... - я пытаюсь прочистить горло. 

 - Я смотрю так, потому что люблю тебя, люблю еще сильнее... И когда нашел и увидел тебя сейчас, я чувствую это, как никогда раньше... Ты стала еще красивее... Не прогоняй меня... Я не могу больше тебя потерять... 

 - Прости... - я качаю головой, чувствуя, как глаза наполняются слезами, ведь мое сердце мне уже давно не принадлежит. - Но нет... 

 - Да, - вдруг вразрез настойчиво говорит Тэхён, делая широкий шаг и резко сокращая расстояние между нами до минимума. Он шагает и останавливается ко мне почти вплотную. - Просто позволь быть рядом. Я ничего не прошу. Я только хочу участвовать в твоей жизни... - он протягивает руку, касаясь моего подбородка, и обращая мой взгляд на себя. Я не хотя поднимаю глаза, а он шепчет, заправляя прядь выбившихся волос мне за ухо: 

 - Я не смущаюсь, но мне интересно, кто я для тебя? Скажи прямо... неужели, мы не можем просто попробовать... стать немного ближе друг другу... Я не настаиваю и не заставляю, я просто хочу, чтобы ты, наконец, перестала чувствовать боль... 

 - Нет, не боль... - я мотаю головой, так что волосы снова непокорно выбиваются. - Боль утихла, как только я улетела из Кореи. Я чувствовала пустоту. Я всегда чувствовала только одну пустоту... И холод. Ужасный холод. 

 - Я согрею тебя, - говорит он, пытаясь меня прижать к себе, но я выкручиваюсь, говоря:

- Нет... Подожди... Не так сразу... - он всегда был таким... Настойчивым. Уверенным... Губы парня вновь дрожат, когда он пытается скрыть улыбку: 

 - Так значит, это... - но я, тоже стараясь скрыть улыбку, перебиваю ход его мыслей: 

 - Это ничего не значит, Тэтэ... - и он, улыбнувшись, кивает: 

 - Хорошо, как скажешь, - и неожиданно берет меня за руку, поднося ее к губам и целуя холодные бледные костяшки моих пальцев. - Я готов ждать, Эли, хоть целую вечность. Столько, сколько тебе понадобится времени для того, чтобы понять, что все-таки наша встреча не простая случайность. Так было нужно. Кому-то свыше. И так произошло. 

 Да, все эти судьбоносные встречи и правда произошли в ненужное время в ненужном месте. Но все же можно с уверенностью сказать, что в мире, где порой бывает так трудно, где преград и препятствий больше, чем сопутствующих обстоятельств, где разочарование и боль постигают чаще, чем счастье - простая случайность может изменить все. 

 И паром с острова Йондо снова повезет меня навстречу моей судьбе...

...Время разлуки отображает настоящую любовь, 

Отображает истинные чувства.

 Не хочу быть вне времени, 

На моих руках шрамы от бумаги, я не одинок...