Пульсация [BTS 18+]

Еще несколько секунд я стою и просто смотрю перед собой, повернувшись в том направлении, куда только что ушел Чонгук. Мое сердце бешено бьется в груди от переизбытка нервного напряжения и волнения, которое я почему-то испытывала рядом с ним все это время. Не такое волнение, как было у меня при встрече с Тэхёном или Чимином, почему-то когда я смотрю им в глаза, мне становится не по себе. А здесь... Здесь все совсем иначе. Это было приятное волнение, от которого у меня до сих пор перехватывает дыхание, ладони потеют, и пылают щеки. 

 Резко развернувшись, я иду в сторону калитки, ведущей на территорию пансиона. Все мороженое, которое я не успела доесть, уже давно растаяло и превратилось в слякоть в моих руках. Поэтому я быстро запихиваю в рот остатки вафельного стаканчика, параллельно вытирая текущее сквозь пальцы фруктовое лакомство, и выбрасываю пустые упаковки в урну. Все время, что я иду по тропинке, мимо фонтана и буйной зеленой лужайки, я думаю о нем... 

 Лицо Чонгука, его образ так и маячат перед глазами, и стоит мне только прикрыть веки, как я мгновенно ощущаю тепло его ладони, когда он держал меня за руку. Я думаю о его глазах... И о родинке под губой, и татуировках, которыми забито все правое предплечье, я слышу в ушах его голос, и меня колотит. Мне нравится его энергетика, она близка мне по духу, и его сила, пышущая в нем, как разгорающееся пламя... 

 Как вдруг неожиданно мне приходит сообщение, и телефон вновь вибрирует в моей руке: "Почему ты мне не отвечаешь?" - написано там, и я ахаю, ведь я совсем забыла о том, что Тэхён писал мне еще днем. 

Я тут же набираю: "Извини, пожалуйста, у меня совсем не было времени, " - и отправляю ему. Ответ приходит почти сразу: " И чем ты была так занята?" - спрашивает парень. Я нервно думаю, что бы такое ответить, но новое тут же пришедшее сообщение вгоняет меня в ступор: "Поужинаешь со мной?" И телефон тут же начинает звонить, я хватаю трубку и ошарашенно, едва ли не задыхаясь, говорю: 

 - Алло?.. 

 - Ну? Как ты на это смотришь? - спрашивает Тэхён, и я хватаю губами воздух, заикаясь, немного сипло бубню: 

 - К-когда? Прямо сейчас? 

 - Да, прямо сейчас, - отзывается он и добавляет. - Обернись. 

 Я резко оборачиваюсь и сквозь кованую решетку забора вижу припаркованный темно-синий внедорожник Дженезис... И Тэхёна, который стоит рядом с автомобилем, чуть прислонившись поясницей к капоту, и трясет телефоном, который только что убрал от уха, когда говорил со мной. 

 Я сбрасываю вызов и почти бегом несусь обратно к калитке, прикладываю электронный ключ и выхожу наружу, тут же направляясь к машине молодого человека. На нем бордовый пуловер, светлые брюки и мокасины на босую ногу, на глазах темные очки, хотя солнца почти уже нет, но это добавляет его образу особой элегантности. Все вещи дорогие, очень дорогие, брендовые, и от него просто пахнет деньгами, а я в своих заношенных шортах и старой олимпийке кажусь замухрышкой рядом с ним. 

 - Что ты тут делаешь? - выплевываю я, когда останавливаюсь напротив парня и, убрав руки за спину, сцепляю их в замок. 

 - Решил приехать, раз уж ты не отвечаешь мне целый день... - хмыкает Тэхён, чуть поведя бровью. 

 Я немного тушуюсь и, отводя глаза, неуверенно отзываюсь: 

 - Извини, я просто... правда, совсем забыла... 

 - Как ты могла обо мне забыть? Ведь я же люблю тебя, помнишь? - хитро прищурившись, говорит он, облизывая красиво очерченные розоватые губы, и пристально смотрит на меня. 

 - Перестань... - смущенно произношу я, все еще пряча взгляд, и слабо улыбаюсь. Эта улыбка - как защитная реакция, я просто не знаю, как себя с ним вести, и не понимаю, чего он хочет добиться, говоря мне это. Он смущает и пугает меня одновременно... 

 - Да почему? - снова мягко, обволакивающе улыбается в ответ молодой человек. - Тебе неприятно, когда я так говорю?

 - Да! - тут же отзываюсь я, потом мнусь и добавляю. - То есть, нет... То есть, я не знаю... - потом отдуваюсь, краснею, нервно теребя пальцы, и продолжаю. - Я просто... Мне очень... неловко... - потом набираю побольше воздуха в грудь, поднимаю ресницы и уверенно произношу, смотря ему прямо в глаза. - Ты меня смущаешь, ясно? 

 - Ах, так? Но тебе ведь это нравится, правда? - ловит меня Тэхён, все так же хитровато улыбаясь. - Если бы не нравилось, ты бы давно меня послала, но ты продолжаешь меня искушать, красавица, так что... - он разводит руками и делает шаг вперед, отходя от машины. - Едем ужинать, - и рывком открывает переднюю дверцу своего авто. 

 Игра принимает опасный оборот, и я начинаю понимать, что он давит на меня осознанно. Только вот зачем ему это? Я ничего не отвечаю, лишь только прищуриваюсь. Несколько секунд я с вызовом смотрю на парня, что стоит передо мной, и, уперев руки в бока, не решаюсь лезть в машину, медлю, но понимаю, что тоже отчасти набиваю себе цену, ведь долго думать, чтобы пойти куда-то с таким парнем, как он, не стала бы ни одна нормальная девушка. Несколько, казалось бы, долгих мгновений, мы меряем друг друга взглядами, играем в гляделки, кто кого пересмотрит. Но вдруг Тэхён морщит лоб, сведя брови домиком, и умоляюще просит: 

 - Ну, пожалуйста, Элиза, спаси меня... - и складывает руки перед собой в молебном жесте. 

 - Ох, ладно, хорошо, уговорил, - я отмахиваюсь, шумно выдыхая, и сажусь на переднее пассажирское сидение. 

 - Фея! Волшебница! Я выиграл эту жизнь! Господи, спасибо! - наигранно восклицает Тэхён, быстро прыгая за руль, и я, смеясь, шлепаю его руке: 

 - Ну, хватит! - ною я, продолжая хихикать, и машина срывается с места. Я сразу предупреждаю: - Ненадолго, ладно? 

 - Конечно, перекусим и назад, - беззаботно отвечает Тэхён, согласно кивая, но он не смотрит на меня в этот момент, а плавно ведет машину, и я невольно засматриваюсь на идеально ровный нос и правильные черты его гладко выбритого лица. 

 Он красивый... - проносится в моей голове, но я тут же отгоняю от себя эти мысли и просто перевожу взгляд на лобовое стекло его автомобиля, тупо вперившись куда-то перед собой. 

 Зачем я ему нужна? - возникает в мозгу, и снова странные сомнения одолевают меня, но я трясу головой, плотно зажмуривая глаза, и вновь стараюсь не думать об этом. Я должна быть счастлива... Да, я определенно должна быть счастлива от того, что со мной сейчас происходит. Но у меня не получается. Странная тревога одолевает меня, и я не могу расслабиться и отпустить ситуацию, несмотря на то, что сама иду на то, чего так боюсь... Я могла отказать ему, никуда не ехать и просто вернуться в пансион, но я, поддавшись и переступив через себя, вопреки своим желаниям делаю это.

Пока душевные терзания мучают меня, мы тем временем пересекаем огромный перекресток и направляемся к Гвангбокро, куда же еще... вновь мелькает в голове. Одна из самых фешенебельных улиц в Пусане, пестрящая обилием бутиков, шоу-румов, ресторанов и отелей. Всего самого-самого, что только есть в этом городе, и мне снова становится страшно. То есть, мне становится ужасно некомфортно, когда Тэхён, весь такой роскошный, паркует машину в квартале от люксовой улицы, и выходит, чтобы открыть мне дверь, а мне стремно представить, как все вокруг будут пялиться на странную парочку, шагающую по променаду. Как все будут смотреть на меня... И что же будет в их головах в тот момент? Меня осудят? За кого меня примут? Кто я для него?.. 

 Мои старые, застиранные, хоть и чистые вещи даже близко не отдают тем лоском, к которому привыкли люди, обитающие здесь. Ведь это рай для шопоголиков, готовых спускать деньги направо и налево, золотой молодежи, которая ни в чем не нуждается и богатых бизнесменов, так называемых сладких папочек, водящих сюда своих молодых любовниц и не жалеющих на них баснословных денег... И тогда к какой же категории отношусь я?.. Кем меня посчитают? 

 Я вдруг ахаю, хмурюсь, сердце заходится, и я губами начинаю ловить воздух, как выдернутая из воды рыба. 

 - Что с тобой, Эли? - мягко спрашивает Тэхён, поглядывая на меня через плечо и чуть скосив глаза. 

 - Я... Я волнуюсь... Я никогда не была в таких местах... И мне немного некомфортно... - честно отвечаю я. 

 - Перестань, ничего не бойся, все в порядке, - отзывается Тэхён, и мы идем дальше по пешеходной улице мимо ярких дорогих витрин. 

 В итоге, спустя пару минут нашей прогулки, парень выбирает ресторан омакасэ, где официанты приносят блюда на свое усмотрение, и Тэхён доверяет им. По сути это классический корейский щиктан, и сидеть здесь нужно на полу, но я радуюсь тому, что это элитное место, рассчитанное на туристов, и поэтому здесь в полу под каждым столиком есть еще небольшие углубления для ног, и я могу сидеть, как на стуле, потому что мне не особо нравится есть, подогнув под себя ноги, хотя я уже привыкла. 

 Нас провожают к нашему столику, и я, продолжая озираться по сторонам, хочу впитать в себя все, что здесь происходит, атмосферу этого модного места, ведь я даже не знаю, удастся ли мне еще когда-нибудь оказаться в заведении подобного уровня. Приглушенный свет, живые цветы - лотосы и гибискусы - в вазах, неподалеку журчит фонтанчик, стеклянный пол под которым плавают золотые рыбки... Все это так красиво, элегантно, престижно. Приоткрыв рот, я рассматриваю все, чтобы запечатлеть это в памяти надолго. Спустя минуту, я подмечаю, что все дамы старшего возраста и девушки помоложе, присутствующие здесь, очень добротно одеты, в основном в платья или элегантные костюмы, - в шортах и майках тут вообще никого нет...

 - Куда ты меня привел? - яростно шепчу я, оборачиваясь к Тэхёну, и снова нервно оглядываюсь по сторонам. 

 На нас и правда многие пялятся, в частности женщины, они с таким презрением оглядывают меня с головы до ног, что меня начинает тошнить от волнения. Ком все сильнее подступает к горлу, а желудок скручивается в витиеватую спираль. Уже сидя напротив парня за столом, я настолько нервничаю, что руки мои ходят ходуном, и я никак не могу унять эту ужасную дрожь. 

Засмеявшись, Тэхён вдруг неожиданно кладет свою ладонь поверх моих скрещенных запястий, чуть прижимая их к столешнице, и делает заказ. Затем, когда официант уходит, он переводит взгляд, смотрит на меня с ласковой улыбкой и говорит:

 - Так что получается у нас с тобой свидание, Эли? - это звучит, как гром среди ясного неба, и я, резко подняв на него глаза, бормочу, еле шевеля языком: 

 - Что? Свидание?.. - произношу я так, как будто вообще не понимаю смысла этого слова и слышу его впервые.

 - А разве нет? - переспрашивает он, чуть изогнув правую бровь. - Вечер, ресторан, ты и я, свечи... в общем, все, как надо.

 Я вновь ужасно краснею, физически ощущая, как на шее проступают красные пятна, и неуверенно бормочу себе под нос: 

 - Но свидание наверное подразумевает какие-то отношения между людьми... 

 - Но я же люблю тебя, этого мало? - парирует Тэхён мгновенно, подловив меня, и я закатываю глаза, а парень продолжает. - Что, не веришь мне, да? 

 От моментального ответа меня спасают официанты, принесшие нам закуски, которые традиционно подают до основного блюда: обжаренные кусочки свинины, тофу, салаты, кимчи и креветки. И даже когда они уходят, я все еще молчу, а Тэхён продолжает: 

 - Значит, не веришь... - бормочет он задумчиво, пальцами теребя нижнюю губу, потом резко поднимает глаза и смотрит на меня, так пристально, что мне хочется провалиться сквозь землю прямо на этом самом месте, смотрит, почти не моргая, и молчит. 

Я тоже молчу, не зная, как выдержать этот тяжелый, проникающий прямо в душу взгляд. Слышать все это мне ужасно неловко, некомфортно и непонятно. То есть, я знаю, что я уже давно вышла из детского возраста, выросла и вполне сформирована, но еще никогда и ни с кем я не имела никаких отношений, никогда и ни с кем я не встречалась, никогда и ни с кем я не говорила на подобные темы. Всегда учась в школе для девочек, я была ограждена от этого, и теперь я, осознавая то, что вполне доросла, очень хочу вырваться из этой скорлупы, только вот не умею и не знаю, как. Мне приходится идти на ощупь, инстинктивно, шаг за шагом, опираясь лишь на свои эмоции и ощущения, на свои порывы и моментальные желания. 

 Как вдруг Тэхён дергается, вырывая меня из очередных раздумий. Я тоже вздрагиваю, а он говорит, чуть склоняясь вперед: 

 - А если я предложу тебе встречаться? Тоже не поверишь? - мои глаза лезут из орбит, потому что я и правда не верю в то, что слышу сейчас... 

 То есть не его словам, а тому, что все ли нормально с моей головой? Галлюцинации? У меня все в порядке со слухом? Он точно это говорит или мне кажется? А тем временем молодой человек продолжает размышлять как бы между прочим: 

 - Познакомлю тебя с родителями... И, знаешь, к слову, мой отец министр, и я не вожу к нему случайных людей, он этого не любит, поэтому делай выводы, - он снисходительно дергает уголками губ и говорит дальше. - Будем каждое воскресенье приезжать к ним на семейный обед, ездить в гольф-клуб, а на каникулы полетим на Чеджу-до... М? Хочешь сказать, тебя бы это не заинтересовало? 

 Я снова давлюсь воздухом и начинаю кашлять, как бешеная, когда нам, наконец, приносят основное блюдо - сашими из тунца с кунжутным маслом и чесноком и лосося, который здесь всегда подают с майонезом и луком.

Прочистив, наконец, горло, я беру палочки и пытаюсь запихать в рот кусочек лосося, а Тэхён отпивает глоток воды из своего стакана и спрашивает:

 - Ты так и не ответила, Эли, согласилась бы? - он сверлит меня взглядом, не отводя его ни на миг. 

 Прожевав, наконец, рыбу, я поднимаю на него глаза и... вижу в его взоре что-то такое, что заставляет меня принять правила. Я теперь на сто процентов знаю, что он играет со мной, навязывая мне условия, и я поддаюсь. Отложив палочки, я подаюсь вперед и тихо говорю: 

 - А, если соглашусь? - я намеренно делаю паузу. - Что тогда? - и по спине пробегают мурашки. 

 И тут он моргает, чуть кривит губы, ухмыляется и отзывается, расправив плечи: 

 - Это подразумевает некоторое развитие наших отношений, сечешь, о чем я? - и нагло подмигивает мне. 

 Я снова вспыхиваю, осознавая то, что он намекает на секс, и выдохнув, отвечаю: 

 - Не все так быстро... Ты же понимаешь, Тэ... - я впервые называю его по имени, но не успеваю договорить, потому что парень тут же перебивает меня: 

 - Понимаю, что я должен для этого сделать? - уверенно спрашивает он, и я пытаюсь прочистить горло, чтобы привести в порядок мысли. 

 До меня вдруг доходит, что несмотря на то, что я ужасно боюсь его, мне нравится с ним заигрывать, потому что это именно то, что я сейчас делаю. Я флиртую с ним, неосознанно, но так технично, что удивляюсь этому сама. Наш разговор заходит вообще не в то русло. Об этом точно не говорят едва знакомые люди. И уважающие себя девушки точно не поддерживают подобные темы и пространные пошлые намеки. Но я сама виновата, сама раззадорила его, сама поехала с ним, сама согласилась .Сама. Все сама...

Сделай вдох, глубокий вдох, Успокойся", — говорит он мне. 

Если уж вошла в игру, то играй до конца... 

Rihanna - Russian Roulette.

Я еще молчу, а Тэхён говорит: 

 - Ты сама меня об этом попросишь, красавица. Когда придет время, все встанет на свои места, - и тут же переводит тему. - Ты почти ничего не ешь, мне одному все не осилить, давай, не стесняйся. 

 Я шумно сглатываю, но послушно беру палочки и начинаю есть, молча думая о том, что подвергаюсь искушению. И подвергаю Тэхёна этому же чувству. Мне в сотый раз становится не по себе, но я сдерживаю это прорывающееся из груди сомнение, прочно заковывая его в железные цепи внутри себя.

Ты знаешь, как колотится моё сердце, 

Ты видишь меня насквозь. 

Мне безумно страшно, но я не отступлю. 

Я знаю, что должна пройти это испытание...

Rihanna - Russian roulette.

Я все делаю правильно. Наверно...

***

Помолись про себя, - Говорит он, — и закрой глаза, - Иногда это помогает". 

И вдруг мне приходит в голову страшная мысль: 

Если он жив — значит, ни разу не проиграл... 

Rihanna - Russian roulette.

Когда Тэхён привозит меня обратно к дверям школы, часы уже показывают десять вечера. Я никогда еще так поздно не возвращалась в пансион и уверена, что мне за это как минимум влетит. Тэхён подает мне руку, когда я вылезаю из машины, и я отмечаю про себя, что после нашего разговора его глаза изменились. Взгляд стал жестче. И он больше не улыбается, как до этого. Его лицо все это время остается серьезным. Я не до конца понимаю, с чем связана эта разительная перемена, но точно чувствую ее.

 - Спасибо за наше первое свидание, Эли, - говорит парень, когда мы прощаемся, и его бархатный баритон приятно ласкает слух. - Я люблю тебя, - добавляет он, когда я собираюсь уходить, своим спокойным тоном все так же без тени улыбки, и глаза его в тот миг темнеют. 

 Почему-то в эту же самую секунду я вдруг протягиваю руку и на миг хватаю его за пальцы, но потом быстро отпускаю и говорю: 

 - Доброй ночи... - и не оглядываясь ухожу. 

 Крадясь по дорожке в сторону пансиона, я задираю голову и вижу, что почти во всех спальнях свет уже погашен, только в холле и хозяйственных комнатах лампы дневного освещения еще горят. Это приносит мне некоторое облегчение. Тэхва мне больше не звонила, и возможно сегодня мне удастся избежать этого неприятного разговора с ней. По сути, я ее бросила. И убежала с Чонгуком, а после и вовсе уехала с другим парнем неизвестно куда. Я веду себя ужасно? Да, наверное, да... И никто в округе не одобрит такого моего поведения, но так сложилось, и я так чувствую, возможно, поступая, как последняя дрянь. Но искушение порой бывает сильнее нас... И возможно я смогу заслужить ее прощение. 

 - Стоять! - вдруг резко кричит мне вслед охранник, когда я пытаюсь прокрасться по коридору в сторону лестницы второго этажа. - Куда?! 

 - Господин Чхве, - послушно замирая, оборачиваюсь я и немного склоняю голову. - Простите...

 - Где ты была? - возмущенно спрашивает мужчина, выбегая из-за стойки охраны. - Почему так поздно? 

 - Я... Мне... - мнусь я, но потом решительно продолжаю. - Одной моей знакомой, что живет в доме напротив, нужна была помощь, и я вынуждена была отправиться к ней, чтобы помочь с переездом, - нагло вру я и сама поражаюсь тому, что оказывается так умею. 

 Раньше мне бы и в голову это не пришло, а теперь я выкручиваюсь, как могу. 

 - Завтра утром тебе придется написать объяснительную о причине такого позднего возвращения в общежитие, поняла меня? Ты нарушаешь распорядок, Элиза! Или мне позвонить твоей матери? - грозит мужчина, гневно нависая надо мной, и я интенсивно киваю: 

 - Да, конечно, я все напишу, обещаю, и впредь постараюсь больше не опаздывать. Это было моей ошибкой, простите меня, - я снова виновато склоняю голову, как побитая собака.

 - Иди к себе, - наконец, отпускает меня охранник, и что-то еще бурчит мне вслед, когда я торопливо поднимаюсь по лестнице.

 В доме напротив! В доме напротив! - фанфарами отдается в моей голове. Мне нужно алиби. Чтобы меня прикрыли. Ведь никакой знакомой, что живет неподалеку у меня нет, но дом напротив не дает мне покоя. Замерев на пару секунд я мнусь, потом достаю телефон из кармана и, колеблясь еще миг, ищу там номер, на который звонил Чонгук, несколькими часами ранее. Это сильнее меня, и палец сам нажимает на вызов... Идет гудок, а после: 

 - Алло... - звучит в трубке немного вальяжный расслабленный голос. 

 - Чонгук?! - приглушенным истеричным шепотом зову я.

 - Да, дорогая? - с наигранной нежностью отзывается парень. На фоне орет музыка, слышатся голоса и звон бокалов...

- Мне... - заикаюсь я. - Мне нужна твоя помощь... 

 - И какая же? - спрашивает он, и музыка становится чуть тише. 

 - Я... Ты должен меня прикрыть... - я осекаюсь, потом бормочу. - Я опоздала сегодня, и... сказала, что помогала своей знакомой с переездом в дом напротив... - я замолкаю, а он продолжает: 

 - ...но никакой знакомой у тебя нет? - уточняет он, я что-то положительно ною в ответ, а Чонгук продолжает. - И что ты хочешь от меня? 

 - Мне нужен адрес, чтобы я могла сослаться на него, если они вздумают проверить... - я умоляю. - Пожалуйста, они могут позвонить моей матери... 

 Через секунду музыка совсем смолкает, в трубке повисает тишина, но потом молодой человек говорит: 

 - Ладно, все решим, не волнуйся. 

 - Спасибо тебе... - облегченно выдыхаю я, на что парень смеется:

 - Должна будешь, Эли, - и сбрасывает вызов. 

 Мое сердце учащенно колотится, щеки пылают, когда я стою посреди холла второго этажа, крепко сжимая телефон между ухом и плечом, мне кажется, он там врос, но потом, с усилием я выпрямляю шею, и на негнущихся ногах иду дальше, чувствуя, что утопаю все больше. 

 Едва слышно пройдя по коридору, я осторожно открываю дверь в свою комнату и к своему облегчению замечаю, что все девочки уже спят, но подойдя ближе к своей кровати вижу, что Тэхва, накрывшись одеялом с головой, все так же привычно виснет в телефоне. Когда я сажусь на постель, она откидывает одеяло и, презрительно фыркнув, отворачивается. Я знаю, что ей сейчас очень неприятно, поэтому шепчу: 

 - Пожалуйста, не обижайся на меня... я виновата, я знаю... 

 - Мне противно говорить с тобой, - ядовито шипит Тэхва, а потом резко садится и, глядя мне в глаза, добавляет. - Я видела тебя, когда ты шла по дорожке к школе и видела ту тачку, в которую ты села потом, - она делает многозначительную паузу и спрашивает. - Чем ты занимаешься, Эли? - ее взгляд буравит меня насквозь, и я покрываюсь холодным потом, потому что мои губы приоткрываются, но я не могу выдавить и слова. 

 - Ничем таким... чтобы можно было волноваться... - бормочу я, но подруга не унимается: 

 - Ты могла бы хотя бы позвонить мне или взять трубку, когда я тебе звонила, - с горечью говорит она. - Я ведь все понимаю...

 - Онни, - шепчу я, и голос срывается. - Я хотела тебе все объяснить, все рассказать, я обещаю посвятить тебя во все подробности, прошу только, прости меня! - я всхлипываю. - Я больше так никогда не буду, я знаю, что повела себя ужасно... 

 Тэхва вновь окидывает меня каким-то странным взглядом, но мне кажется, что выражение ее глаз немного меняется, она кривит губы, о чем-то раздумывая, а потом произносит: 

 - Ладно, ложись спать, завтра поговорим. 

 - Хорошо, - послушно киваю я, расправляя кровать и ложась в постель, когда подруга отворачивается на другой бок и выключает громкость на телефоне. 

 Кутаясь в одеяло, я думаю о том, что на выходных мне просто необходимо съездить домой, зарыться с головой в свои подушки, которых у меня на кровати великое множество, и все-все обдумать.