Часть 14
Ночь прошла замечательно. В немного непривычных, но таких уютных объятьях Чонгука, Лиса до утра наслаждалась сновидениями, где грозный, но очень ласковый дракон, летал вместе с ней под самыми облаками.
А вот утро не задалось. Проснулась Лиса от того, что воздушные облака сменились тяжелым камнем, который прочно обосновался на ее груди. Кое-как продрав глаза, она поняла, что раздражающий булыжник — это тревога. Чонгука рядом не было.
— Чонгук!
Молчание. Камень тяжко заворочался и одним махом вырос в несколько раз. Перед глазами замелькали неприятные картинки. В одной из которых Чонгук окружал десяток разбитных красавиц. В очень провокационных нарядах. Мужчина был весел и с удовольствием лапал их за все выдающиеся и не очень части. И с каждой секундой размышлений красоток вокруг ее(!) Чонгук становилось все больше, а одежды на них меньше. Булыжник затрещал и превратился в скалу.
Сверкая обнаженными прелестями, Лиса птицей метнулась к шкафу и трясущимися руками ухватилась за первое попавшееся платье.
Ух, если он только посмеет! Пояс никак не желал завязываться, а шнуровка стягиваться. Она же ему все его патлы черные повыдергает! Ткань лифа треснула. А потом завяжет кое-что на морской узел! Еще один треск. У-у-у, кобель чешуйчатый!
— Гром!!! — что есть силы рявкнула Лиса.
Не прошло и минуты, как дворецкий темным облачком влетел в комнату. Но, натолкнувшись на нервно расхаживающую Лису, вдруг сдулся, побледнел и тихонько попятился назад.
— Веди к Чонгуку! Живо! — не хуже дракона рыкнула она. Трусливо поджимая щупальца, Гром поплыл в сторону галереи. Лиса почти бегом следовала за ним, по пути выискивая что-нибудь тяжелое.
Наконец дрожащий элементаль остановился перед одной из закрытых дверей. Робко вспыхнул молниями, намекая, что искомое тут, а в следующее мгновение с тихим «Пуффф» растворился в воздухе.
— Предатель! — скрипнула зубами девушка. Как знал, что она уже составила целый рецепт по запеканию одной чешуйчатой задницы при помощи нескольких прицельных зарядов.
Чуть ли не пинком распахнув двери, Лиса ввалилась в просторные покои, да так и замерла. Девиц не было. Ну, только если они не повыпрыгивали наружу, предварительно закрыв за собой тяжелые створки витражных окон.
Сам же виновник ее душевных терзаний преспокойно стоял около большого... Нет не так. Около огромного овального стола, верх которого слабо светился в легком полумраке покоев. И этого света вполне хватало, чтобы оценить аккуратность темных одежд, а еще наглухо застегнутый ворот и манжеты. Бешеная ревность издала предсмертный скулеж и, дергая лапками, рухнула на самое донышко сердца. А на смену ей пришла жаркая парочка. Стыд и удивление. О, Творец! Да что на нее такое нашло?! Щеки обожгло так сильно, что даже слезы выступили.
— Пташка?
Позабыв о карте, Чонгук с удивлением разглядывал нечаянную, но очень желанную гостью. Его любимая выглядела... странно. Встрёпанная, как воробышек и сопящая, как сердитый ежик. А еще невероятно чем-то смущенная и одетая в такое... Чонгук нервно оттянул пальцем жесткий ворот. Создавая для своей избранницы гардероб, он конечно рассчитывал, что однажды она его порадует столь смелым нарядом, но никак не ожидал, что так скоро. Полупрозрачная, кремовая ткань туманом струилась по обнаженному телу. Тонкая вышивка прикрывала только самое сладкое ее местечко, которое ему так хотелось попробовать на вкус. И его пташка обязательно бы проснулась от собственных стонов, если бы не одно но... Мужчина помрачнел, вспоминая, что перебило утренние планы на его чувственную девочку.
— Чонгук... Прости. Я... Я пойду!
Пропищала между тем эта маленькая развратница. Еще мгновение и ее соблазнительная попка скрылась бы за поворотом, но он оказался быстрее.
— Куда навострила крылышки, пташка, — шептал он, бережно прижимая к себе смущенную добычу, — Решила подразнить дракона своими прелестями?
— Я? Но... Ой!
— Вот-вот. Ой. А мне, между прочим, теперь ходить не удобно. Ну-ка, по порядку и с самого начала. Почему мы не спим?
Лиса захныкала, когда острые зубы нежно куснули за ушко. Это же надо было так опростоволоситься! Взбеленилась не пойми из-за чего, напугала бедного Грома, да еще и по дворцу разгуливала в таком разврате... Ой, то есть наряде!
— Я проснулась, а тебя нет, — сдалась она, как только укусы сместились на шею.
— И..., - бретелька платья шелковой змеей соскользнула с плечика.
— И пошла искать, — выдохнула Лиса.
— Весьма смелое платьице для прогулок, — вторая бретелька присоединилась к первой. Но лиф не упал. Две наглые лапищи накрыли грудь, придерживая ткань.
— Ну, знаешь! — возмутилась Лиса, пытаясь стряхнуть с себя наглые конечности,
— Что нашла, то и надела!
Быстрый разворот и она уже тонет в потемневших алых глазах, а твердость, упирающаяся ей в живот, красноречиво намекает, что ее выбор был очень даже ничего.
— В твоем запахе мне чудятся нотки коры Жгучего Дерева. Это злость. Или ревность.
Лиса опять залилась краской. Вот же... дракон!
— Откуда мне знать где ты! И с кем! — выпалила она.
— Мы здесь одни пташка. А элеметали, знаешь ли, меня не интересуют.
Алые глаза почему-то улыбались. Это было обидно!
— Ты наколдовал за сутки целый замок! А вдруг еще кого-нибудь наколдовать можешь!
— Женщину например, — ехидно заключил довольный мерзавец, — Нет, такое даже мне не под силу. Живая плоть и кровь неподвластна никому кроме Творца.
Она не могла сдержать облегченного вздоха.
— Я глупая, — призналась Лиса, — Прости.
Вопреки ее опасениям мужчина обижаться не стал.
— Это все наша связь, птаха, — проворковал он, заинтересованно разглядывая ее декольте. Вернее почти полное его отсутствие, — Пока у нас не появится яичко, ревность будет идти рука об руку со страстью.
— Яичко?! — свистящим шепотом переспросила Лиса. В голове заворочалось понимание. Ну да! Он же дракон! А драконы вылупляются из яиц! О Творе-е-ец! Она снесет яйцо?! Как курица?! В обморок Лиса отродясь не падала, но сейчас было самое время наверстать упущенное.
Глядя на нее, мужчина вдруг прыснул, а потом и вовсе расхохотался.
— Прости! Ха-ха-ха! Прости! Не мог удержаться! — и утерев выступившие от смеха слезы, добавил, — Шучу. Никаких яиц. Только дети. Самым обычным способом.
Лиса бы обидеться, но вместо этого она и сама рассмеялась. Настроение подпрыгнуло и окончательно укрепилось на высокой планке.
— Шутник! — она легонько ткнула кулачком под ребра. Кажется, мужчина этого и не заметил, — А я уже думала, как мне его высиживать. И что скажет матушка.
— У нее будут обычные внуки, — успокоил Чонгук, — Драконят нянчить не придется. Правда наши дети, как и мы, будут долгожителями. А так же у них будет возможность поддержать жизнь тех, кого их сердце выберет в спутники. Но плавно с каждым поколением эта особенность сойдет на нет.
Что ж, это была очень приятная новость. Видеть старость и смерть собственных детей Лисе не хотелось.
Совершенно успокоившись, она с любопытством глянула на по-прежнему светящийся стол.
— Что это?
Игривое выражение на лице мужчины пропало.
— Причина моего раннего пробуждения, пташка. Пойдем.
Удивлению Лисы не было придела, когда она взглянула столешницу. Подробная карта мира украшала собой темное дерево. Но мало того, рисунки словно были живыми. Волны неслись по нарисованному океану, показывая, где сейчас шторм, а где штиль. Континенты пестрели лесами и горами, кое-где дымили вулканы, разливались или пересыхали реки. Города тоже были отмечены, и если сильно приглядеться, можно было заметить махонькие, размером с маковое зернышко, точки.
— Вот, смотри, — мужчина повел рукой, и рисунок на карте сместился. Слева от нее очутилась столица Янарии. Мужчина же указал пальцем вбок, и Лиса заметила группу темных точек, двигающуюся по направлению к горам. Слабенькое алое свечение пульсировало вокруг темных пятнышек.
— Сюда направляются воины короля. Завтра они будут у изножья скал.
Лиса озадачено притихла. Что за интерес у короля здесь? Договор оплачен, границы будут защищены еще десять лет, все тихо-мирно...
— Может, увидели восстановленный дворец?
Чонгук покачал головой.
— Слишком мало прошло времени, да и вокруг нет поселений. Дурная слава, знаешь ли.
Лиса знала. Мужчина еще раз провел над картой рукой и она потускнела. Почти пропала, сливаясь с темным деревом.
Возмущенный возглас эхом отразился от стен, когда ее одним махом водрузили на столешницу. Если Лиса правильно запомнила, сейчас под ее задницей покоилось озеро Дип. Хорошо, что карта передает лишь изображение. Она и так сегодня села в лужу, не хватало это повторить в реальном смысле.
— Завтра я их встречу, — прошептал мужчина, гипнотизируя ее своими прекрасными глазами, — И разберусь, в чем дело. А пока...
Подол бессовестно задрали и горячая ладонь поползла вверх, плавно подбираясь к месту соединения бедер. Лиса закусила губы. Внизу живота потяжелело, а через лиф ткани проступили напрягшиеся вершинки груди.
— ... а пока я пожалуй сделаю то, что хотел сделать с самого утра.
Колени с силой развели в стороны. Вопль стыда и протеста умер, заменившись на протяжный стон удовольствия. Проворный язык раздвинул моментально увлажнившиеся складочки и проник внутрь.
Вцепившись в столешницу до обломанных ногтей, Лиса тут же позабыла и об утреннем инциденте и о глупых воинах. Все что стало важным в этот момент — черноволосая макушка между ее ног и бессовестный язык, вытворяющий такое...
Покои с картой они покинули лишь к обеду. Ее, разомлевшую и довольную, Чонгук на руках донес до спальных комнат. И, к вящему удовольствию неожиданно проснувшегося чувства собственности, не покидал больше вплоть до утра. А вот с восходом солнца им предстоял первый скандал...