Часть 21
Время близится к часу ночи, фильм заканчивается, а я, довольная, поправляю завитушки его волос. Достаю телефон, делаю несколько фото с разных ракурсов: сначала — где просто видны субтитры фильма и его сильные предплечья, затем добавляю свои пальцы в его волосах.
— Смотри, — наклоняюсь к нему, выставив руки вперёд так, что обнимаю его шею. — Нравится?
— Даже очень. Скинь мне это, принцесса, — указывает на ту, где виден мой маникюр.
Я присылаю ему, затаив дыхание, и наблюдаю, как Майкл выкладывает снимок в свой профиль Instagram с подписью: «У этой девочки умелые ручки».
Я только хочу сказать, чтобы никому не говорил, что на фотографии я, — хотя и понятно, что можно вычислить по бордовому лаку ногтей, — как Майклу по видеосвязи звонит Крис.
— Джонс, я не буду спрашивать, почему ты выглядишь как младший брат Тимоти Шаламе после отпуска на море. Проходишь кастинг на роль вечно потерянного серфера?
Я подавляю смех, всё ещё сидя на парне и собирая принадлежности.
— Я ухожу в большой Голливуд, — хвастливо поправляет кудряшки Майкл, подмигивая другу в экран.
— Форест, что это было!? — влезаю я, наклоняясь, чтобы хотя бы немного меня было видно.
Они одновременно бормочут:
— Вот чёрт.
— Грейс не заслуживала такого отношения!
— Моррисон, я не планировал, что она прижмётся своими губами к моим, — рявкает Форест, закуривая. Дым закрывает его черты лица, омрачённые глаза. — Это уже сделала Девис. А когда была Смит...
— Девис? Девис!? — почти кричу, надуваясь, как пузырь. Отбираю телефон и тычу в экран. — Это я переживу. Но тогда почему ты не переспал с ней? Одно и то же — обе поцеловали!
Майкл дёргает мой локоть, что-то шепча про его одержимость Грейс и чтобы я не лезла, отчего я отлично отмахиваюсь, мягко ткнув его голову в постель.
— Повторяю. Когда была Смит, я был более пьян.
— Чушь соба...
Я не договариваю. Майкл переворачивает нас так, что я падаю на спину, а его спина давит на меня. Он улыбчиво выхватывает телефон, пока я ёрзаю под ним и бью как могу.
— Так что, ты скучаешь по нам в час ночи?
Я вздыхаю, истратив весь кислород в лёгких. Этот гадёныш не слезет. Он не давит, каким-то образом смещаясь так, что мне удобно, но всё равно жутко бесит меня.
— Нет. Мне звонил твой отец. Просил уговорить тебя выйти завтра на одно задание.
Джонс перекатывается с меня, потирает веки, проводит ладонью по волосам. В нём борются противоречия — те самые, что сидят внутри на протяжении всей жизни.
— Только если ты отпустишь. И тебе не нужно прикрытие.
— Отпускаю.
Кристофер скидывает звонок.
— Выглядишь не так счастливо, — комментирую я.
— Не будем об этом.
— Поговорим о Девис? — упираю голову в ладонь, лёжа на боку.
Майкл медленно поворачивает голову ко мне, глядя так, будто я предложила ему побриться налысо.
— Я очень ранен: бездонно и необратимо. Моё сердце разорвано на куски, — театрально драматизирует он, хотя тон изменился после сообщения об отце. — Она выбрала моего лучшего друга, а не ме...
— Ладно, стоп, — смеюсь я. — Ты не был в ней заинтересован, я поняла.
— Это было понятно ещё тогда, когда я принёс тебе мороженое, вместо того чтобы прокатить её на мн... на машине. И пошёл я туда только из-за... — он внезапно замолкает, морщит лоб, словно передумал говорить.
— Ну?
— Чтобы тебя пообсуждать, — кривит губы он.
— Болван.
***
Мы заходим с Кристофером в столовую, пропустив первую пару. Я поправляю белый обтягивающий лонгслив с красным принтом на груди, подчёркивающий талию. Джинсы с плотной посадкой украшены контрастной строчкой и массивным ремнём с тяжёлой серебряной пряжкой.
Взгляды девушек скользят по Крису. На нём чёрная рубашка-хенли с коротким рукавом и пуговицами у ворота, подчёркивающая спортивную фигуру. Чёрные штаны с ремнём и аккуратными складками создают строгий, собранный образ. Массивные часы добавляют солидности и активной силы. Особенно пристально смотрит Аннет, следовательно...
Я сталкиваюсь с Грейс. Она всё ещё замкнута после случившегося, и мне жаль, что я не могу уделить ей всё своё внимание из-за Дьявола. Тем не менее теперь у меня есть маленький аргумент после их секса, так что я открыто улыбаюсь ей — маленький акт на всеобщее обозрение, чтобы никто не сунулся к ней.
Если Аннет не реагирует на мои мелочные угрозы, то я буду действовать по её тактике. Возьму Грейс под своё крыло, без всяких условий и давления. Она сама сделает выбор. К хорошему привыкают быстро. Правда, если бы не её упрямство и преданность...
Я дёргаю Кристофера за сильное предплечье, и он тут же наклоняет голову.
— На пару минут к Грейс. Пока ты не начал читать нотации: я пытаюсь избавить тебя от лишних проблем из-за вашей с ней ночи. Ответственность беру на себя.
У него нет причин запрещать мне, особенно сейчас, при накалённой обстановке. Его ресницы дрогают, когда он смотрит на упрямую девчонку. Меня никто не останавливает; плавной походкой я направляюсь к Грейс, наслаждаясь тем, что Девис это видит. Если она решила использовать Грейс и Майкла ради своей цели, то это будет промахом. Хочет власти? Пусть марает руки. Иначе не работает.
Щёчки Грейс заливаются малиновым оттенком, она невольно треплет рукава кофты. Я разглядываю её, отмечая всё, что нужно, чтобы убедиться: эта ночь круто повлияла на неё. Я крепко обнимаю её, незаметно ощупывая. Она слегка вибрирует, скорее всего, не осознавая этого. Я прижимаю её крепче, надеясь донести её подсознанию, что она в порядке и под присмотром. Если бы не взгляды студентов, я бы оголила свою стервозную личность до уровня «милашка», но, увы, намерена оставаться притязательной.
— Всё хорошо? — спрашиваю я, наклоняя голову.
Мне не нужна ложь. Мне нужно знать, что она станет сильнее, а не совершит очередную ошибку, которую я уже заметила. Запястье — первое место, куда падает мой радар.
— Да, спасибо, — неловко мурчит она, с каким-то восхищением разглядывая мои кудряшки.
Ах да, ночью я не спала после того, как Майкл уехал, и сделала себе похожую причёску. Я позволяю ей потрогать волосы, снова незаметно коснувшись её предплечья и талии. Её напряжение немного спадает.
Аннет позади кипит от злости, потерявшаяся на её фоне. Знаете, чем мне нравится Грейс? Она ведомая в их дружбе, зато когда ей действительно хочется начудить, она урвёт кусок свободы и сделает так, как ей нужно. Ставлю двести баксов, что Аннет закатит истерику, но Грейс не разорвёт со мной связь, пока сама не захочет. А судя по тому, как её организм доверительно реагирует на меня, её интуиция подскажет ей дорогу. Будет трудно, извилисто, однако она научится слушать сердце.
Я возвращаюсь к Дьяволу с хитрым выражением лица. Он разминает шею, и мы садимся за свой столик, где уже ждут два стаканчика.
— Отрываешься? — спрашивает он.
— Так, немного, — пью кофе, упёрев локти в стол. — Не забудь, ты первый начал эту страстную историю. Гарантирую, Девис отчаянно треплет ей о вашем поцелуе.
— У Смит есть кое-что больше, чем поцелуй, — отвечает он, сидя в телефоне.
Ну да, ну да. Проверим тактику Джонса.
— Мгм, только Грейс ни за что не будет распускать язык о том, как ты прогнал её утром. И особенно о порезах.
Его убийственный взгляд сталкивается с моим пламенным. Мои мышцы сводит, но это скорее рефлекс.
— Если бы Смит была умной, она бы притворилась сукой и провернула эту ночь в свою пользу, а не стала резать себя.
Я усмехаюсь, горьковатый вкус напитка как нельзя кстати. А вот и нападение. Будто я не вижу, как он кидает взгляды на её руки.
— О, жаль, что она обычная девчонка, которая впервые напилась, — невинно моргаю, обхватив щёки ладонями. — Как она могла так потеряться?
Кристофер достаёт зажигалку, вертит её в пальцах, будто ему нужно отвлечься от навязчивой мысли.
— Кошечка, не капай на мозг. — Он зажигает огонёк, что полыхает, как предупреждение.
— Нет, нет. Ещё один вопрос. Как вы доехали?
Огонёк гаснет, блики больше не освещают его янтарные радужки.
— Увидел порезы. Сказал ей, что если что-то начинает, то пусть заканчивает.
— Форест, в один день, в один проклятый день, я убью тебя, — сжимаю пустой стаканчик, он хрустит под пальцами. — Ты буквально предложил ей убить себя!?
— Моррисон, чёрт тебя подери. Это перефразированная мысль об умной тактике, что я пару секунд назад озвучил тебе, — едва сдерживая ненормативную лексику, объясняет он.
Я сдвигаю брови. Потом приоткрываю рот, когда до меня доходит.
— Оу. Закончить — в плане сыграть роль за Девис, продолжая искушать и пользоваться тобой? Тогда это куда лучше.
Форест резко встаёт, отчасти из-за полученного сообщения, отчасти из-за меня. Я смеюсь, приглушая звук его стаканом с кофе.
— Если бы я знал, что ты будешь трепать мне нервы, я бы лучше напился до потери памяти. Грёбаный Хэллоуин.
Я продолжаю смеяться до тех пор, пока Девис не выбегает вслед за Дьяволом. Он натворит дел. Его чувства совсем не в порядке.
Чуть позже я нахожу Кристофера в коридоре. От него пахнет сигаретой сильнее, чем родным парфюмом с запахом морской волны.
— Виделся с Грейс?
— Нет.
— Странно. Глаза темнее смолы.
Он отмахивается, точнее делает вид, что не слышит, и идёт к кабинету. Я тороплюсь за ним. Крис пропускает меня вперёд, открывая дверь. Мы заходим, и увиденное заставляет меня уважительно потупить эмоции. Грейс сидит с Мэйсоном, их лица опасно близко — это почти можно принять за поцелуй. Мы помешали.
Я не успеваю дёрнуть Кристофера за руку — он двигается вперёд, проходя мимо них, как решатель их судеб. Грейс ёрзает, видно, что ей дурно, а я виновато дёргаю уголки губ и сажусь рядом со своим вспыльчивым боссом. Он наклоняет голову, впиваясь в неё взглядом, как когтями, готовыми проткнуть лопатки и спину. Терроризирует. Не отпускает.
Словно почувствовав, как Крис пересчитывает ей косточки, Грейс собирает вещи, но Мэйсон хватает её за руку.
— Всё хорошо?
— Увидимся, — выдавливает она улыбку и выходит.
Дьявол сжимает кулаки, зрачки сужены. Я прочищаю горло, чтобы отвлечь его. Он не слышит. Вены пульсируют, качая то ли кровь, то ли поток ярости. Удивительно — не слышит. А лицо при этом бесстрастное. О чём его мысли?
Прежде чем его пальцы сомкнутся на волосах Блэка, я наклоняюсь и хлопаю бывшего одноклассника по плечу.
— Привет. Похоже, наша компания снова вместе, — отшучиваюсь я.
Он дружелюбно садится полуоборотом.
— Привет, привет. Ага, вместе. И отношения те же.
— Да ну. Ты довольно неплохо общаешься с Аннет, — хмыкаю, уперев подбородок в ладонь.
Кристофер курит — что запрещено, но кто поспорит? Нам приходится вдыхать никотин.
— Со змеёй? Нет уж. Неплохо с ней общается Грейс. Сколько ей ни говори — всё равно держится за неё.
— Правда? Ты ей говорил об Аннет?
— Не то чтобы говорил. Намекал.
Я тихо смеюсь, поправляя кудри.
— Ей нужно что-то сильнее, чем намёки.
— Связать и отшлёпать, например, — ворчит Дьявол.
Я громко кашляю, перебивая это, и снова отвлекаю Блэка:
— Ты знаешь о Лиаме?
— Конечно, — мрачнеет, как и я. — Чтобы там ни произошло, мы были лучшими друзьями. У вас с ним были близкие отношения. Ты вообще как?
— Теперь лучше, — не вру я.
Мэйсон переводит фокус на Кристофера, кивает. Понял без слов.
— Будешь на похоронах?
— Планирую, — заканчиваю разговор я.
Кристофер легонько толкает меня плечом, привлекая к себе. Я вскидываю брови в знак вопроса. Он выдыхает дым и разводит ладони, спрашивая, какого чёрта. Тут может быть только один вариант — похороны. Я выпучиваю глаза, приподнимаю плечи, молча показывая, что хочу пойти и не могу по-другому. Он затягивается, выдерживает паузу, позволяя дыму обжечь лёгкие.
— Был бы здесь Джонс.
Я перебираю мизинчики, сталкивая их друг с другом.
— Из вас двоих ты больше презираешь наркоманов. Что-то не сходится.
— Из нас двоих Джонс больше знает.
Мои органы могли бы замёрзнуть. Всеми фибрами чувствую, что мне недоговаривают. Эти пробелы в их фразах впиваются в мозг, стуча как клавиши. Знаете, что самое худшее? Парни не врут. Рано или поздно я узнаю, просто теперь задумываюсь: отчего меня отгорождают? До этого никто из них не обмолвится, и я боюсь, что сожру себя заживо, гадая, где я осталась наивной.