Часть 3.
Младшая сестра - драгоценное сокровище, стать хозяином которого сможет не каждый. Пока она выбирает себе путь, ее родные братья спокойно прочищают ей дорогу от препятствий, не давая возможности поскользнутся и совершить ошибку. Невообразимая крепкая связь, сильная любовь, радость неспокойных и тяжелых дней. Лежа на одной кровати, они обсуждали насущные дела, периодически перемывая всем косточки.
— Так значит вы оба участвуете в битве сильнейших?
— Анна, ты меня удивляешь. Разве бы я позволил своему брату так нагло и бесцеремонно забрать мою победу?
С насмешкой сказал Саша, гордо задирая подбородок.
— Ты хотел сказать «победу Олега»?
Так же с насмешкой ответил Олег. К склокам между братьями девушка уже привыкла, периодически подначивая их и провоцируя. Но оба знали, что дальше шуток это никогда не зайдет. Брюнетка плюхнулась между братьями, закрывая от усталости глаза. Как бы не старалась отвлечься, мысли до сих пор занимал потерянный ею чемодан. Как его теперь найти? Найдется ли он в таком огромном городе вообще? Стоит ли для этого напрягаться? А может доверить это дело своим братьям, а самой продолжать нежиться в теплой постели? Приехав в Москву, Анна немного уняла мысли о чернокнижнике, думая лишь о своем длительном, как бы ей хотелось, отпуске.
— Ты все больше и больше удивляешь меня, капуша. Не успела приехать, уже потеряла свои вещи. Ты хоть планируешь заниматься поисками?
— А имеет ли смысл искать? Все равно не найду...
— Ты даже не пыталась, а уже руки опускаешь. Ты точно наша сестра?
— Так вы же приемные. Вас обоих пожалели и приютили к себе, как сироток.
— Ха - ха - ха, не дразните больше маленькую госпожу Шепс, ей сегодня нездоровится.
— Если ей нравится твой юмор, значит, и правда нездоровится, Саш.
— Ну все, хватит. Только приехала к вам, а уже устала от вашей болтовни. Лучше расскажите мне, кто еще будет учавствовать с вами в битве сильнейших?
— Мы, какие - то отбросы и подселенец Анатолий.
Олег и Саша переглянулись, понимая о ком идет речь. Анна зардела, не замечая, как заливаются краской ее щеки. Мысли вновь занял чертов чернокнижник. Он, как и братья Шепс будет участвовать в битве сильнейших. Догадки и предположения оказались верными. Мысли о их возможной встрече не давали девушке покоя, вгоняя в еще большую краску.
— Ой, а чего это мы заулыбались так?
Олег с интересом рассматривал Анну, пытаясь понять внезапный появившийся блеск в ее глазах и красные от смущения щечки. Что бы они не делали и не говорили, Олег и Анна всегда были более близки друг с другом, буквально понимая с полуслова. Однако, младший Шепс не решился завести этот диалог при старшем брате.
— Пойдем, Анна. Вставай. Нужно чемодан твой найти.
Олег поднялся с постели, расправляя на себе одежду. Платье девушки уже давно высохло, оставляя после себя лишь мокрый след на простыни. Собравшись, они вышли на улицу, направляясь в сторону места, где предположительно девушка оставила чемодан с вещами. Всю дорогу о чем - то бесконечно бубнили, рассказывали о событиях, что произошли за это время.
— И он мне говорит, что победа будет его. Такой наглости у него только учиться и учиться.
— Все мы знаем, кто займет первое место.
— Рад, что ты такого же мнения, как и я. Не зря ты моя самая любимая сестра.
— И единственная.
Минуты пролетели незаметно. Дойдя до нужного места, Анна осмотрелась, понимая, что чемодана тут нет. Кто бы сомневался, что он окажется там? Предполагаемые мысли о том, что его забрал тот незнакомец все больше подтверждались. Устало вздохнув, брюнетка еще раз осмотрелась, а после поджала губы, пытаясь смириться с потерей.
— Ты идешь в ту сторону, а я в эту.
— Разделиться предлагаешь? Забыл, что мне понадобится всего лишь секунда, чтобы потеряться в этом городе?
— А телефон тебе на что? Потеряешься - сообщишь. Найду.
Олег направился в противоположную сторону, осматривая окрестности. Анна понимала, что ищет то, что уже вряд ли найдет. Атласное платье вдруг задралось кверху, едва прикрывая собой ягодицы. Поежившись от холода, она направилась вдоль улицы, заворачивая за угол. Придерживая ладонями края платья, вечно поднимающегося вверх, она нервничала еще больше. Ветер все больше усиливался, создавая в теле сильное напряжение. Платье вот - вот бы полностью обнажило те участки тела, которые следовало бы прикрыть, как сзади легла чья - то рука, осторожно приспуская платье вниз. Женская ладонь поднялась вверх, готовясь нанести незнакомому человеку звонкую оплеуху. Не успев опомниться, так и сделала. Обескураженный чернокнижник пошатнулся, на мгновение потерялся в пространстве. След на щеке от удара раскраснелся, обжог холодную кожу. Анна тут же прибрала свою руку к себе, делая сочувственный вид. Ее сладкое наваждение, самый страшный ночной кошмар, безумство и плод незримых фантазий стоял прямо перед ней, потирая след от удара. Казалось, карие глаза потемнели еще больше, засверкали бешеной злобой. Безумный взгляд мужчины испугал ее, от чего в спешке попятилась назад. Замялась, не знала куда себя деть. Извиниться? Можно ли вообще загладить вину за это недоразумение? Гордо задрав подбородок, Анна бегло прошлась по внешнему виду чернокнижника, хотела осадить за проступок. Глаза спустились ниже, видя его пальцы, охватывающие розовый чемодан. Рот приоткрылся от удивления.
— На кой черт тебя мать - природа глазами наделила? Чтобы ты ими очевидного не замечала?
Слова, сказанные чернокнижником окончательно сбили с толку Анну. В голове пронеслась картинка их столкновения. Предположения оказались верными, когда она поймала себя на мысли, что эти глаза, этот взгляд был именно его. Вновь зардела, мечтала под землю провалиться от смущения. Легким движением он подтянул чемодан к ее ногам, не сводя с нее глаз. Попалась. Так долго мечтала о встрече, изнывала и мучилась. Не просто смотрел в ее глаза: анализировал, изучал, запоминал. Облизнул сухие губы, так же смутился, всеми силами скрывая эмоции. Оба думали о своем, поддаваясь на искушение собственных мыслей. Длительное молчание было пыткой, поедающей их изнутри. Он понял, что вытянуть из нее хотя бы одно слово бесполезно, потому и решил заговорить сам.
— Чемоданчик свой обронила, барби.
— Кхм...
Опустила взгляд, хватаясь пальцами за ручку. Поднять глаза вновь на него становилось все сложнее. Подошел ближе, намеренно поймал своим взглядом ее глаза, смотрящие куда угодно, но не на него. Ощутила чувство стыда, краснея еще больше. Поняла, что стоит уйти, как бы жизнь свою на беду не обрекла. Так и не поднимая взгляда, понеслась прочь, таща за собой розовый чемодан. Только бы не обернуться. Одна единственная мысль вертелась в ее голове, как юла. Как бы не старалась, шаги становились все менее интенсивными, будто кто - то намеренно ее задерживал. Ветер вновь усилился, и чемодан в очередной раз полетел вниз, а пальцы сцепили края платья. То ли очередное наваждение, то ли глупые выдумки, но ей казалось, что он смотрит на нее. Прожигающий взгляд на спине разогревал замерзшее тело. Появилась мысль: может обернуться? А что, если он там? Стоит и впрямь смотрит за жалкими попытками бежать от неизбежного. Обернулась, ни кого не увидела, расстроилась. Ушел? Не станет же он наблюдать за незнакомкой, что приложила ему по лицу? Обернулась обратно, не поднимая глаз. Подняла свой чемодан, теперь уже увидела чернокнижника перед собой. От испуга едва не упала, пошатнулась. Обнажив белоснежную улыбку, он усмехнулся. Было видно, хотелось засмеяться, сдержался.
— Ты как будто призрака увидела. Что с тобой? Врача, может?
Покачала головой, все никак не сумев подобрать нужные слова. Диалог, который был лишь в ее мечтах стал реальностью. Не такой она представляла их первую встречу, вообще ее не представляла. Знала, что это все глупости, да фантазии. А сейчас он вновь нагнал ее, стоял прямо перед ней, даже решил заговорить. Закусив губу, как каждый раз, когда нервничала и паниковала, она оставила на ней кровавый след, тонкой струей стекающей по подбородку. Заметил, проследил за струей, позабыв о том, что она так же смотрит на него. Длинные и аккуратные пальцы коснулись окровавленного подбородка, стирая с него все лишнее. Еще немного, и платье бы запачкалось, всего лишь помог. Даже сейчас пыталась на любое действие найти оправдание, отрицая очевидное. Подобные чувства Анна испытывала впервые, от того и вела себя, как сумасшедшая. Следующим действием чернокнижник полностью перечеркнул черту приличия, нагло стер ее. Кончики пальцев приобрели красный оттенок, от крови, которыми вытер женский подбородок. Поднеся к своим губам, принюхался, прислонил к ним, коснулся кончика языка. Такой невообразимый, жуткий, но интимный и будоражащий душу поступок свел с ума не только ее, но и его самого. Остолбенел, побледнел, нервно моргнул несколько раз, после чего поспешил прочь.