29 глава.
Петя проснулся от резкого запаха хлорки. Голова раскалывалась, он раскинувшись лежал на кожаном диване в отдельном зале Лебедя, откуда вчера так и не ушел. За дверью шкрябала швабра, позвякивало ведро. Уборщица уже начала прибираться, а значит, утро наступило.
Он с трудом приподнялся, сел. Пустая бутылка виски валялась на полу рядом с переполненной пепельницей. Он нащупал в кармане куртки лежащей рядом мобильный, достал, экран мигнул, ослепляя. Двадцать пропущенных и все от Умки.
Он долго смотрел на экран, пока палец сам не ткнул в кнопку вызова.
- Вечером выставка, ты придешь? - сразу спросила она когда ответила.
Петя закрыл глаза, потерев виски. Взглянул на часы, была уже половина одиннадцатого.
- Во сколько? - его голос прозвучал хрипло.
- В шесть открытие, я из общаги поеду часов в пять.
- Дождешься меня тогда.
- Петя, только пожалуйста, не опаздывай, - прошептала она, - там будут важные люди из института, критики, журналисты...
- Не опоздаю, - перебил он и сбросил вызов, даже не попрощавшись.
Он опустил телефон на колени. Выставка, будет тот еще цирк и он знал, что там обязательно появится Олег Николаевич. Проверить, как его приказ исполняется. Убедиться, что Петя привязал к себе эту дуру публично. А раз он там будет, значит, нужно гнать туда и своих пацанов, для массовки, для солидности.
Нужно было играть роль влюбленного, роль заботливого мужчины, который гордится своей талантливой женщиной. Петя почувствовал, как внутри все сжимается от омерзения. Ему нужно будет обнимать ее за плечи, целовать в щеку, смотреть на эти убогие фотографии своих же бандитских будней и делать вид, что это высокое искусство. А самому искать глазами в толпе холодный, оценивающий взгляд Олега Николаевича.
Он поднялся с дивана, пошатнулся. Ноги были ватными. Вышел к бару и нашел там бутылку минералки. Отхлебнул, вода была теплой, газы щипали горло, но голова понемногу начала проясняться.
Он должен был ехать к Умке в пять. Значит, нужно было убить день. Авдей, наверное, уже ищет его. Всегда есть какие то дела. Разборки, поставки, дележка денег, раньше в этом был смысл, азарт, власть, но сейчас только обязанность, от которой не сбежишь.
Он достал сигареты, пачка была смята а в ней последняя сигарета. Он прикурил, сделал первую глубокую затяжку.
Петя вернулся, взял куртку, накинул на плечи и вышел через черный ход на парковку, где стояла его БМВ. Утро было серым, моросил мелкий, противный дождь. Петя достал телефон и долистав до нужного номера нажал кнопку вызова.
- Где ты? - спросил Авдей, - заезжал к тебе.
- Около Лебедя, проснулся недавно.
- Дела я все разрулил, пока все спокойно.
- Авдей, там вечером выставка у рыжей в шесть. Нужно человек десять наших, чтобы приехали только прилично одетых, как на официальное мероприятие.
На другом конце возникла короткая пауза. Петя почти слышал, как Авдей переваривает эту информацию, связывает с приказом Олега Николаевича.
- Понял, - наконец сказал Авдей, он всегда понимал все с полуслова, - Олег Николаевич будет да?
- Должен быть.
- Казака звать? - уточнил он.
- Зови, куда без вас двоих то.
- Понял, все организую.
Петя сбросил трубку, завел мотор и выехал на пустынную утреннюю улицу направляясь домой.
Авдей положив трубку после разговора с Петей, секунду подумал, глядя в стену и набрал номер Казака. Тот ответил не сразу.
- Вечером выставка в шесть, - бросил Авдей, - Петя просил наших ребят приехать, будешь?
На том конце повисла пауза, а затем короткий выдох.
- Понял, буду, - ответил он.
Он сбросил вызов, даже не попрощавшись и уже через пару минут был в джипе. Мотор взревел и он не прогревая рванул в сторону дома Кристины, нарушая все правила, подрезая машины. Нельзя было дать ей напиться. Припарковался как попало, не закрывая дверь вбежал к подъезду и открыв дверь своим ключом, вошел внутрь.
Кристина сидела за столом, курила. Перед ней стояла бутылка красного, выпитая больше чем наполовину. Она подняла на него глаза, взгляд был слегка мутным. Он молча подошел, взял бутылку и вылил остатки в раковину.
- Верни ключи, деньги и телефон, - спокойно сказала она и встала оперевшись ладонями о столешницу.
Казак медленно повернулся к ней.
- Чтобы ты ерундой занималась? - мягко спросил он.
- Егор, ты не имеешь права, - она резко повысила голос.
Он двинулся быстрее, чем она успела среагировать. Его рука схватила ее за горло, не перекрывая дыхание, но с такой силой, что она захрипела. Он развернул ее и прижал затылком к стене.
- Кристина, не надо показывать характер, - заговорил он тем же гипнотическим, вкрадчивым тоном, глядя прямо в ее широко раскрытые глаза, - всем же хуже от этого, это для твоей же безопасности.
- Это не безопасность, - прошептала она, пытаясь отодвинуть голову, но он держал ее неподвижно, - это клетка в моей собственной квартире.
- Когда ты наконец поймешь, что я прав, ты будешь благодарить, - продолжал он, не меняя интонации, его пальцы слегка ослабили хватку, но не отпускали, - сейчас я поеду по делам, а ты помоешься, накрасишься, сделаешь прическу и нарядишься. Я приеду за тобой часам к пяти, и мы поедем на выставку к Умке, поняла?
- Поняла, - дернулась она, когда он наконец отпустил ее шею.
Она не стала ждать его реакции. Резко развернулась и почти побежала в ванную, щелкнув старым шпингалетом и проверив, что он действительно закрылся. Сердце колотилось где то в горле, она прислонилась спиной к двери, закрыла глаза, немного отдышалась и начала раздеваться.
Она села в пустую ванну, включила воду и подставила руки под струи воды. Мысли становились яснее, четче. Егор психопат и это уже факт. Не просто опасный парень, не просто бывший поклонник с обидами. Он больной. Системно, глубоко больной и он видит в ней не человека, а предмет. Собственность, которую нужно сломать и пересобрать под себя.
От этой мысли стало одновременно страшно и спокойно. Потому что теперь она понимала правила этой безумной игры.
А потом, на минуту ее согрела другая мысль, она увидит Петю и от этой мысли стало одновременно тепло и так невыносимо больно, что она сжалась, обхватив колени руками и несколько минут просто дрожала под шум воды, пытаясь не разреветься. Потому что слезы это слабость, а сегодня вечером слабости быть не должно. Сегодня вечером ей нужно быть красивой, собранной и холодной.
Она вылезла из ванны, начала насухо вытираться. В зеркале на нее смотрело бледное лицо с ясным взглядом. Впервые за много дней в ее глазах не было пустоты. Был страх, была боль, было понимание, но как действовать дальше, она еще не решила.
Казак слыша шум воды, позволил себе легкую, беззвучную ухмылку. Все идет по плану. Она послушается, будет красивой куклой рядом с ним, а Петя будет смотреть на это и гореть изнутри. Он вышел из квартиры, снова тщательно заперев дверь. У него действительно еще были дела.
Кристина выйдя из ванной обнаружила, что в квартире стояла гробовая тишина, нарушаемая только тиканьем часов. Он ушел и она снова была одна. Она прошла в спальню, открыла шкаф. Ее взгляд скользнул по вещам, джинсы, свитера, наряды, она остановилась на черном, коротком платье.
Надев его она начала красить лицо, скрывать тональным кремом синяки, подчеркивать глаза, сделала укладку, убрав волосы в пучок, оставив несколько прядей у лица. Надела туфли на каблуке прошлась по квартире к большому зеркалу и отражение ей действительно нравилось. Она была готова выйти из клетки. Хотя бы на несколько часов.
В это время Петя стоял в своей квартире под душем, пытаясь смыть с себя остатки вчерашнего пьянства, но выходило плохо, голова гудела, а нервы были на пределе.
Выйдя в одном полотенце из душа он закурил смотря в окно, он знал, что вечер будет адом. Притворство, улыбки, разговоры об искусстве с людьми, которые за его спиной будут показывать пальцем и шептаться. Оценивающий взгляд Олега Николаевича, проверка как он справляется со своей ролью и Умка, цепляющаяся за его руку, смотрящая на него голодными, благодарными глазами.
Но сейчас, пока он один, пока не нужно никому улыбаться, он немного успокоился. Было даже что то вроде облегчения, сегодняшний ад был абсолютно понятным. Четкий сценарий, главная роль и не нужно думать о главном, о Кристине, о том, что он натворил. Нужно просто играть.
Надев отглаженную черную рубашку и брюки он подошел к зеркалу, поправил манжеты. Отражение смотрело на него пустыми, усталыми глазами. Он взял с тумбочки дорогие часы взглянул на время застегнув ремешок на запястье и вышел из квартиры.
Он даже представить не мог, что всего лишь через час эта тщательно выстроенная, мучительная, но предсказуемая реальность рухнет. Что он увидит Кристину, не в воспоминаниях, не в кошмарах, а рядом с Казаком, с самым холодным, собранным выражением лица, которого он никогда у нее не видел.
Он не знал и в этом незнании было его последнее, хрупкое спокойствие.
Петя вышел из подьезда, сел в свою БМВ и немного прогрев мотор тронулся с места, не зная, что в другом конце города туда же, куда скоро поедет он, уже собирается ехать Казак на своем джипе, а на пассажирском сиденье, сидит Кристина, сжав в холодных ладонях крошечную сумочку, внутри которой только помада и пачка сигарет.
Две машины подъехали к выставочному залу почти одновременно, будто сама судьба свела их здесь, а не внутри. С одной стороны БМВ Пети, с другой джип Казака. Двери открылись синхронно.
Первым вышел Петя, поправил ворот рубашки, с пассажирской стороны выпорхнула Умка в ярком, алом платье, вся в предвкушении своего триумфа.
Следом вышел Казак, обошел машину, открыл дверь Кристине и ее взгляд встретился с Петиным. Время на секунду остановилось. В груди у обоих все сжалось, перевернулось, застыло. Но ни одна эмоция на их лицах не не выдала этого.
Петя первым сделал шаг вперед. Казак, не отпуская Кристину, двинулся ему навстречу.
- Казак, - кивнул Петя, протягивая руку.
- Петр, - ответил Казак, его рука сжала Петину в коротком, сильном, рукопожатии.
Умка, увидев Кристину, вспыхнула наигранной, радостной улыбкой. Она подбежала, цепко вцепившись в руку Пети.
- Ой, Кристина, - улыбалась она, - все таки тебя простили, да? Как хорошо, что вы вместе.
Кристина медленно перевела на нее взгляд. Ее глаза были спокойными, безразличными.
- Не твоего ума дела, Аня, - абсолютно спокойер произнесла Кристина.
- Ну я просто так рада, - залепетала Умка, прижимаясь к Пете, - надеюсь, тебе понравится моя выставка.
Петя стоял неподвижно, чувствуя, как ее пальцы впиваются ему в руку. Он не смотрел на Кристину. Он смотрел на Казака, а Казак смотрел на него и в уголке его рта играла та самая, едва уловимая усмешка.
- Пойдем, - сказал Казак, его рука легла на плечо Кристины и он повернул ее к входу, - не будем задерживать виновницу торжества.
Он повел ее внутрь, Петя с Умкой последовали за ними. Умка что то щебетала, но Петя не слышал. Он шел, глядя в спину Кристины. На ее голые, напряженные плечи, на руку Казака, лежащую на них и в его голове созрел безумный план любыми путями остаться с ней наедине и просто объясниться.
Они вошли в зал, людей уже набилось порядочно много, свои пацаны в костюмах, какие то бородатые мужики с женщинами в вечерних платьях, парочка журналистов.
Петя почувствовал, как все внутри него сжимается, он видел Казака и Кристину в отражении зеркала. Казак что то говорил ей на ухо, ее лицо оставалось неподвижным, но плечо, к которому он прикасался, было напряжено.
Умка потащила его к первой же фотографии, к тому самому кадру, где он стоял у машины с пустым взглядом.
- Смотри, какая глубина, - щебетала она.
Он не слышал. Он видел, как Казак проводит рукой по спине Кристины и как она не отстраняется. Авдей незаметно подошел и встал рядом, тоже глядя в ту же сторону.
- Спокойствие сохраняй, - тихо сказал он, не глядя на Петю.
- Я пытаюсь, - сквозь зубы выдавил Петя.
В дальнем углу зала, появился Олег Николаевич, он окинул зал беглым взглядом, нашел Петю с Умкой, потом Казака с Кристиной и одобрительно кивнул.
Кристина наконец повернула голову и встретилась глазами с Петей. Всего на секунду, в ее взгляде не было совершенно ничего. Она медленно отвела глаза, будто просто рассматривала интерьер и этот взгляд, полный безразличия, добил его окончательнее, чем если бы она расплакалась или бросилась к нему.
Умка потянула его дальше, к следующей фотографии. Он шел следом рассматривая фотографии, но каждый раз бросая взгляд в сторону Кристины.
- Тут будь, я отойду, - Казак поцеловал Кристину в висок.
- За шампанским вон туда отойду, с женщинами пообщаюсь, - спокойно сказала она показав пальцем на стольик и развернулась уходя от него.
- Не напейся, - бросил он ей в след и направился к Олегу Николаевичу.
Кристина остановилась у столика на котором стояли фужеры и взяла один из них осушив залпом, потом взяла второй и обернулась к стоящей рядом женщине.
- Как вам выставка? - спросила Кристина.
- Не пойму, зачем это все на показ выставлять, - пожала она плечами и махнула на одну из картин, - на улице каждый день на них смотрим.
- Такова теперь жизнь, но мне тоже не нравится, - поддержала ее Кристина.
Казак в это время стоял с Олегом Николаевичем не спуская с Кристины глаз.
- Ну что, как дела Егор? - спросил он.
- Да все хорошо, не жалуюсь, - улыбнулся он.
- Власть новая после Михалыча устраивает?
- Да знаете, жить можно.
- Ну пойдем, отойдем, - Олег Николаевич указал ему на дверь ведущую в другое помещение.
- Может тут? - не сводя глаз с Кристины спросил Казак.
- Нет, конфедициальный разговор, - он снова указал на дверь и Казак еще раз взглянув на Кристину убедился, что она просто увлечена разговором с женщиной, послушно пошел с Олегом Николаевичем.
Петя увидел, как Казак отошел с Олегом Николаевичем из зала, Умка в это время вцепилась в рукав какого то седого человека в очках, видимо своего преподавателя и что то восторженно тараторила.
Петя бросил взгляд на Кристину. Она стояла в стороне, у стены с фотографиями, в этот момент от нее уходила женщина и она оставалась одна.
- На стреме будь, - Петя толкнул Авдея локтем в бок и пересек зал быстрыми шагами направляясь к Кристине.
- Ой дурак, - вздохнул Авдей, но начал следить за дверью, в которую вышел Казак.
Петя схватил Кристину за локоть и потащил в сторону двери за большой картиной.
- Пойдем, - торопил ее он.
- Отстань, - дернулась она, но не повысила голос.
Он не обратил внимания на ее протест и затолкнул ее сначала в одну дверь, потов в другую, внутрь маленького пыльного помещения и щелкнул выключателем.
Она тут же развернулась обратно к двери, но он оказался быстрее. Он прижал ее спиной к себе, обхватил обеими руками так, что она вскрикнула от неожиданности и боли. Его ладони сомкнулись на ее животе, прижимая к себе, лишая пространства для маневра.
- Пусти, - ее голос дрожал от паники, - нас застукают, отпусти меня сейчас же.
- Нет.
Он прижался лицом к ее шее сзади и уткнулся носом тяжело дыша.
- С Умкой, - начал он, - это приказ Олега Николаевича, тот что ушел с Казаком, она полезла не в свое дело, со своими ебаными фотками, он сказал взять ее под контроль, публично, жениться на ней, иначе...
Он замолчал, чувствуя, как она замерла в его руках и не дышит.
- Иначе тебе было бы хуже, - выдавил он наконец, - мне тоже, я в дерьме по уши из за нее и своей тупости после смерти отца, но это не потому что я хотел блять этого.
Она молчала, ее тело было напряженным.
- Крис, - прошептал он ей в волосы, - я хотел скрыть это, я не хочу и не хотел тебя терять, но теперь понимаю, что нужно было все тебе рассказать.
- И что теперь? - спросила она тихо, - ты рассказал и мне стало легче или может ты перестал ее трахать?
- Нет, - наконец выдохнул он, - ничего не изменилось.
- Вот и все, - она кивнула, - а теперь отпусти, меня мой психопат, наверное уже ищет.
- Он тебя обижает?
Петя прижал ее к себе, чувствуя, как все ее тело дрожит, не от сопротивления, а от сдерживаемых рыданий, она молчала глубоко дыша, но все же не выдержала.
- Он забрал ключи, - выдохнула она, - деньги, телефон, машину он к тебе отогнал, я даже выйти не могу, он просто приходит, когда хочет и делает, что хочет.
Петя почувствовал, как что то внутри него надламывается. Его хватка сама собой ослабла, но он не отпустил ее, просто обвил ее корпус, его ладонь легла ей на живот, прижимая спину к своей груди.
- В ванную... - она задрожала сильнее, - вошел без спроса и...
Петя закрыл глаза, прижался губами к ее шее.
- Тише, тише, - шептал он, - не надо это вспоминать.
Его рука, лежавшая у нее на животе, медленно, неуверенно, поднялась выше. По ребрам, к груди, он не сжимал, ничего не требовал. Просто гладил ладонью, водя по тонкой ткани платья, пытаясь этим прикосновением стереть следы других рук, успокоить, вернуть хоть каплю тепла.
- Он говорит, что это для моей же безопасности,- ее голос прозвучал потерянно, как у ребенка, который не понимает, почему его бьют те, кто должен защищать, - что я сама не справлюсь, что ты плохой и я уже не знаю, чему мне верить.
- Он врет, - хрипло сказал Петя, целуя ее в уголок челюсти, - он просто больной, а я это понял слишком поздно, он ведь знал про договореннность с Олегом Николаевичем.
Она повернула голову, совсем чуть чуть, давая ему больше доступа к своей коже. Это был не ответный жест. Она просто устала бороться, бояться. Устала от одиночества в собственной квартире тюрьме.
- Что мне делать, Петь? - спросила она тихо.
Он не знал ответа. Все, что он мог сейчас это держать ее, гладить. Целовать в шею, в плечо, в то место, где заканчивалось платье и начиналась бледная, гладкая кожа. Он делал это с болезненной нежностью, будто пытаясь зализать раны, которые сам же и нанес, своим молчанием, своей ложью.
- Я вытащу тебя, - прошептал он, - я придумаю как, нам просто нужно немножко поиграть в эту игру, усыпить бдительность всех, сможешь потерпеть?
Она молчала секунду, затем кивнула и развернулась в его объятиях лицом к нему.
- Я не простила тебя, - сказала она, глядя прямо в его глаза.
- Я и не прошу этого, - ответил он и прежде чем она смогла что то добавить, его губы прижались к ее губам.
Это был жадный, отчаянный поцелуй, полный всей боли, злости и той проклятой связи, которую не могли разорвать ни измены, ни ложь, ни психопаты. Она ответила ему, вцепившись пальцами в его рубашку у груди, притягивая ближе. Воздуха не хватало, в ушах стучало, мир в каморке сузился до их губ, языков, до вкуса ее помады и его запаха.
Они оторвались одновременно, тяжело дыша, лбы соприкоснулись.
- Пора идти, - выдохнула она.
- Я первый, ты через пару минут, соседняя дверь коридор до туалета, лучше иди там, - он коротко поцеловал ее и вышел.
Дверь закрылась, Кристина прислонилась к ней спиной, закрыла глаза. Кончиками пальцев коснулась своих губ они горели и пульсировали, она впервые за бесконечно долгое время почувствовала себя живой. Не вещью, не узником и это было так же страшно, как и все остальное.
Петя вышел в зал, мгновенно сменив выражение лица кивнул Авдею и нашел Умку все у того же преподавателя, подошел сзади, ловко обвил ее за талию и громко поцеловал в щеку.
- Скучал, - сказал он, обращаясь к ней, но улыбаясь ее седовласому собеседнику, - простите, не сдержался.
Преподаватель снисходительно улыбнулся. Умка засмеялась, звонко и фальшиво, прижимаясь к Пете. Он сделал вид, что внимательно слушает их разговор о контексте фотографий, кивал, вставлял короткие реплики, но краем глаза следил за залом.
Казак вернулся в зал с Олегом Николаевичем, который что то тихо сказал, похлопал Казака по плечу и отошел к столику с виски. Казак остался стоять, его взгляд прочесывал зал, он искал Кристину. Не найдя сразу, в его позе появилось легкое, едва заметное напряжение.
Петя почувствовал, как где то глубоко внутри, под слоем показного интереса и фальшивых улыбок, зашевелилось что то темное и удовлетворенное. Игра началась и он только что сделал свой первый, рискованный ход.
Кристина появилась с другой стороны зала, ведя себя так, будто ее не было буквально минуту. Губы на которых играла легкая улыбка, были идеально подкрашены той же помадой.
Она направилась к высокому столику с шампанским, взяла фужер, отпила маленький глоток, глядя поверх бокала прямо на ту точку, где Петя стоял с обвившей его Умкой. Казак быстро подошел и встал рядом, слишком близко, перекрывая собой обзор.
- Где ты была? - его голос был напряженным.
Кристина медленно перевела на него взгляд, будто только сейчас заметила.
- В туалете, - улыбнулась она.
Кристина посмотрела через его плечо в сторону Пети и Умки, кивнула туда подбородком. Улыбка на ее губах стала чуть шире.
- Слушай, а хорошо смотрятся, да? - произнесла она.
Казак опешил. Это было не то, чего он ждал, не испуг, не покорность, не молчание. Это было что то новое, что не вписывалось в его схему, неужели, увидев Петю с Умкой она все же просто так сдалась. На его лице дрогнули мышцы, уголки губ сами собой, против его воли, поползли вверх, рождая непроизвольную, удивленную улыбку.
- Да, - медленно сказал он, следя за ее лицом.
Он сделал шаг ближе, его рука легла ей на талию и пальцы впились в ткань платья с прежней, знакомой силой.
- Хотя, - продолжил он, уже без улыбки, его голос снова стал низким и вкрадчивым, гипнотическим, - мы смотримся здесь лучше всех.
Кристина, чуть откинув голову, сделала еще один глоток шампанского, пряча за блеском стекла и игрой пузырьков то странное, опасное чувство легкости, которое пришло к ней в той каморке. Она играла с огнем, это было страшно, безумно и живо.
В зал раздвигая толпу, вошла милиция. Трое в форме и один в штатском. Все разговоры стихли, взгляды устремились на них, они прошли прямо к Умке.
- Строева Анна Михайловна? - спросил штатский.
- Да, я, что то случилось? - ее голос стал настороженным.
- Отойдем давайте, - он кивнул в сторону колонны.
- Она никуда не пойдет, - нахмурился Петя, вставая между ними.
Милиционер медленно перевел взгляд на него.
- Петр Карасев?
- Ну я и че?
- С вами мы еще поговорим потом, - он снова повернулся к Умке, - Анна Михайловна, отойдем.
- Я сейчас, Петь, - она коснулась его плеча и пошла за милиционером к колонне у входа.
Петя бросил взгляд на Авдея коротко кивнув, потом на Казака, тот уже смотрел на него и встретив взгляд, чуть наклонил голову. Оба подошли к Пете встав ко всем спиной.
- Виктор Самохин был найден убитым, - донесся смутный обрывок фразы от милиционеров.
Кристина, стоявшая неподалеку, резко повернула голову к Пете после этой фразы. Их взгляды встретились на секунду. Он едва заметно, подмигнул ей и она сразу поняла, что это его рук дело. Она в ответ медленно, отрицательно качнула головой, с легкой усмешкой.
- Мы нормально его прикопали, - тихо сказал Авдей.
- Вглубь увезли, хлоркой присыпали, - поддержал Казак, - место глухое, провереное.
- Пиздец, - выдохнул Петя, проводя рукой по лицу, - ну, будем выкручиваться.
В этот момент по залу раздался оглушительный, пронзительный вопль. Умка сползла по колонне на пол, упираясь в нее ладонями и у нее началась истерика.
- Я никуда не поеду, - закричала она, срываясь на визг, - я никуда не поеду.
Все взгляды снова приковались к ней. Петя, заметив пристальный, тяжелый взгляд Олега Николаевича из дальнего угла зала и рванул к ней.
- Она сказала никуда не поедет, - зарычал он, вставая вполтную к милиционеру.
- Я сказал поедет, - спокойно отреагировал тот.
Петя сделал резкий выпад руки назад, потянувшись к оружию за поясом, но Авдей, будто предугадав, сзади ловко схватил его запястье, застопорив движение своей хваткой.
- Спокойно, - тихо произнес он Пете прямо в ухо, - не сейчас.
- Спокойно, спокойно, да, - произнес штатский глядя на Петю, - она должна проехать в отделение, дать показания.
- Она никуда не поедет, - заорал Петя, пытаясь вырвать руку у Авдея.
- Слышь ты, мне че, наряд вызывать? - голос милиционера сорвался на крик, в его глазах вспыхнуло раздражение.
- А давай, вызывай, - дернулся Петя.
На мгновение повисла напряженная тишина. Потом милиционер резко махнул рукой своим подчиненным, которые уже приготовили оружие.
- Так, спокойно всем, все хорошо, - крикнул он на весь зал, делая вид, что берет ситуацию под контроль, - давайте развлекайтесь дальше.
Он бросил на Петю последний взгляд и жестом велел своим уходить. Те, нехотя, отступили к выходу. Петя, тяжело дыша, подошел к Умке, которая все еще сидела на полу, всхлипывая. Присел перед ней на корточки.
- Найди, кто это сделал, - выдохнула она сквозь слезы, хватая его за рукав, - ты же можешь, найди, я хочу, чтобы он сдох, чтобы его нашли и он сдох.
Петя поднял взгляд, встретился глазами с Авдеем и Казаком, стоявшими неподалеку, в глазах всех троих читалось, то, что они уже все начали думать, как будут выкручиваться из этой ситуации.
- Найду, - прошептал он Умке, отлепляя ее пальцы от своей руки, - найду.
Но искать он конечно же, не собирался, ведь самого себя не найдешь. Гости, напуганные милицией и истерикой, начали поспешно расходиться. Зал пустел на глазах. Умка продолжала сидеть у колонны, поджав ноги и тихо плакала, уткнувшись лицом в колени. Кристина стояла у того же столика, прислонившись к нему бедром и смотрела на нее сверху вниз, попивая остатки шампанского.
- Слушай, Аня, - тихо начала Кристина, - я думала, ты с Витей рассталась.
Умка вздрогнула, подняла заплаканное, размазанное тушью лицо.
- Нет, - всхлипнула она, снова пряча глаза.
- А зачем же с Петей трахалась тогда? - спросила Кристина спокойно, как будто интересовалась погодой и сделав еще глоток закурила.
- Все ради искусства, - выпалила Умка, ее голос дрожал от шока и самооправдания, - я просто хотела выставку, а с нее заработать нам на свадьбу, Вите машину хорошую взять, чтоб ему не стыдно было, он же мент, у него зарплата маленькая...
Кристина медленно выдохнула струйку дыма, наблюдая, как она растворяется в воздухе опустевшего зала.
- Ну, за что боролась, на то и напоролась, - цинично протянула Кристина, - это тебе милая, бумеранг прилетел.
Умка снова посмотрела на нее растерянно, испуганно, будто только сейчас осознала всю глубину своего падения и всю бессмысленность своей жертвы. Потом снова уткнулась в руки и ее плечи затряслись от новых, бесшумных рыданий.
Кристина, все так же спокойно, повернулась, облокотившись о столик спиной. В руках она вертела полупустой фужер, наблюдая за тремя фигурами в противоположном конце зала. Петя, Авдей, Казак тесно стояли друг к другу и тихо, но напряженно о чем то говорили. Авдей что то объяснял, делая сдержанные жесты. Казак слушал, скрестив руки, его взгляд был прикован к Пете. Петя стоял, немного ссутулившись, держа руки в карманах, он кивал, не глядя ни на кого. Но по его позе, по резкому движению головы, было видно, разговор шел не о хорошем.
И тут, будто почувствовав ее взгляд, он поднял глаза. Их взгляды встретились через пустеющий зал. Кристина не изменила позы, не сделала никакого жеста. Только краешки ее губ дрогнули, растянувшись в улыбку.
Петя не моргнул, не кивнул. Ни один мускул на его усталом лице не дрогнул. Он просто отвел взгляд, будто случайно скользнув глазами по интерьеру и снова сосредоточился на словах Авдея. Не подав никакого признака, что он это увидел. Но Кристина знала, он увидел.
Она медленно отпила последние глотки шампанского с дна фужера, поставила его на столик. Улыбка не сошла с ее лица. Впервые за долгое время у нее теперь был свой секрет.
Тг:kristy13kristy (Немцова из Сибири) тут есть анонка, где можно поделиться впечатлениями или оставить отзыв к истории.
Тикток: kristy13kristy (Кристина Немцова)
Тг: Авторский цех (avtorskytseh) небольшая коллаборация с другими авторами, подписываемся.