19 глава.
Небо совсем рассвело, город начал просыпаться, отдаленно послышашся шум машин с трассы, они так и сидели докуривая на капоте.
- Поехали домой? - тихо сказала она, делая последнюю затяжку и бросая бычок в сторону.
- К тебе или ко мне? - уточнил он.
- Куда увезешь, туда и едем.
Они сели в машину. Он завел мотор и знакомый рык двигателя нарушил утреннюю тишину, машина выехала на трассу, ведущую обратно в город.
Травка до конца не отпускала, мир за окном плыл чуть медленнее, звук мотора был приглушенным, а настроение было странным, легким и в этой легкости, она почувствовала внезапный порыв.
Она повернулась к нему на сиденье, двинулась ближе, ее пальцы потянулись к его поясу, нашли металлическую пряжку ремня и расстегнули ее с тихим щелчком.
- Немцова, ты че удумала? - усмехнулся он бросив на нее удивленный взгляд прежде чем вернуть глаза на дорогу.
- Ничего плохого, - ответила она и ее пальцы продолжили свое дело, расстегнули пуговицу, опустили молнию на ширинке.
Он не отрываясь от руля и не снижая скорости, лишь слегка приподнялся на сиденье, помогая ей стянуть брюки с бедер настолько, насколько это было возможно в тесном пространстве автомобиля. Это было молчаливое согласие, для продолжения того безумия, которое началось на обрыве.
Кристина высвободила его член из боксеров, ее пальцы обхватили его, провели от основания к головке, медленно, ощущая каждую прожилку под кожей. Петя резко сбросил скорость, машина дернулась, но он выровнял ее. Его взгляд скользнул с дороги на ее склоненную голову и он тяжело задышал.
Она наклонилась ниже. Ее язык плавно скользнул от самого основания вверх, задерживаясь на головке, водя по ней кончиком языка, а затем губы обхватили ее. Он убрал одну руку с руля, положил ей на затылок, его пальцы впились в ее волосы. Она медленно опускалась вниз, ее голова двигалась в неспешном ритме, затем медленно поднялась вверх, оставляя мокрый след, снова и снова.
Дорога за окном плыла расплывчатым пятном. Скорость машины упала почти до минимума, Петя вел ее на автомате, одна рука сильно вцепилась в руль, вторая слегка давила на ее затылок. Его обгоняли, кто то нервно бибикал, но звук клаксонов до него не доносился, он просто не имел значения. Весь его мир сузился до ее рта, до ее пальцев на его бедрах, до низких стонов, которые он не мог сдержать. Ее ритм под его рукой стал быстрее, каждое движение головы вверх вниз было теперь сильнее, глубже и мир за окном окончательно перестал существовать.
Он не выдержал. Резко ударив по педали тормоза, он съехал с трассы на пыльную, заросшую травой обочину, машина дернулась и замерла. Одной рукой он вцепился ей в волосы еще сильнее, направляя, помогая ей брать его еще глубже, вторая все так же крепко держалась за руль.
Член коснулся задней стенки горла вызывая легкий спазм, она издала сдавленный, гортанный стон, слезы выступили непроизвольно, от чистой физиологии контакта и одна слеза скатилась по щеке, смешавшись со слюной, которой теперь было слишклм много.
Он видел, как напряглись сухожилия на ее шее и это зрелище ударило в голову сильнее любого физического ощущения. Он замер, не давая ей двигаться, просто удерживал на этой глубине несколько бесконечных секунд, ее дыхание стало прерывистым, хриплым.
Потом давление его руки чуть ослабло, разрешая ей отступить, чтобы сделать глубокий вдох. Воздух со свистом ворвался в ее легкие. Но прежде чем она успела восстановить ритм, его рука снова настойчиво надавила на затылок подводя к той самой грани и оттягивая ее обратно, туда сюда, не давая ей больше вдохнуть полной грудью.
Салон наполнился звуками ее затрудненного дыхания, хрипом и его стонами, в этот момент он кончил, волна накрыла его с головой. Он держал ее за затылок, пока последние спазмы сотрясали его тело.
Она отстранилась хищно улыбнувшись, вытерла выступившие слезы и потянулась за сигаретой на приборной панели. Он натянул брюки и поправил одежду.
- Я теперь твой должник, - хрипло проговорил он, глядя прямо перед собой на трассу где уже начала собираться пробка.
Она закурила, выдохнула струйку дыма в сторону открытого окна.
- А долг просить прямо сейчас или попозже? - спросила она с легкой усмешкой.
- Когда захочешь, - тяжело дыша, ответил он.
- Значит, позже, - улыбнулась она.
Травка все еще держала их обоих в размытом мире, где не было правил, стеснений, плохих мыслей. Он отдышался, взял сигарету, прикурил от ее тлеющего окурка и вырулил на трассу.
- Есть хочется, - вдруг сказала она, поймав взгляд на проплывающем за окном придорожном кафе.
- Поехали в чебуречную, у школы? - предложил он - раз уж накурились, как на выпускном.
- Поехали, - кивнула она.
Машина медленно поехала в сторону спальных районов, к той самой школе, у которой когда то началась их история. К чебуречной, где они в пятнадцать лет прогуливали уроки, впервые курили и боялись, что их поймают. Они подъехали к знакомому зданию с выцветшей вывеской. Петя вышел, а она осталась в машине, наблюдая, как он уходит внутрь. Спустя пару минут он вернулся, неся в руках бумажный кулек и звенящий пакет.
- Ты че там взял? - с любопытством спросила она, оборачиваясь на заднее сиденье, куда он поставил пакет.
- Пиво, - ответил он, садясь за руль и заводя мотор, - все как на выпускном, ну, почти.
Она искренне рассмеялась с его "почти". На том выпускном не было всей этой боли, предательства и взрослой тяжелой жизни. Были только они, дешевый портвейн и бесконечное, глупое ощущение, что впереди вся жизнь.
Он повез ее к себе, в свою квартиру, откуда и началась их странная, новая история, где стерлась грань между дружбой и страстью, туда, где они поставили ту саму первую точку.
- На, переоденься, - он протянул ей чистую рубашку из шкафа когда они вошли в квартиру, сам отнес чебуреки на кухню, выложил их в тарелку, а бутылки с пивом убрал в холодильник.
Кристина молча взяла рубашку и прошла в ванную. Приняв душ, она накинула эту рубашку на себя почти не вытираясь и вышла уступая ему место, капли воды с ее волос падали на линолеум оставляя мокрую дорожку от ванной до кухни. Петя ушел следующим, а она взяв бутылку из холодильника села за кухонный стол, принявшись за чебурек, даже не дожидаясь его.
Петя вышел из ванной, на нем было только банное полотенце, намотанное на бедра, с его волос капала вода на следы от ее ногтей на спине. Он прошел на кухню, взял из холодильника бутылку пива, откупорил ее и жадно, залпом, выпил несколько больших глотков, запрокинув голову.
Кристина зависла взглядом на нем, на мышцах его спины, на мокрых темных кудрях.
- Могла бы и подождать, - улыбнулся он, обернувшись и замечая ее взгляд.
- Я голодная, - пожала она плечами.
Он сел за стол, взял свой чебурек и они ели почти молча, лишь изредка обмениваясь короткими, ничего не значащими фразами.
Потом они прошли в гостиную, развалились на том самом диване и он включил телевизор. На экране замерцала какая то скучная программа.
- Может, кассету какую глянем? - спросил он, кивая на стопку с новыми, еще нераспакованными кассетами в углу.
- Не хочу, - протянула она, - давай пощелкай каналы, может, чего там есть.
Он покорно взял пульт и начал переключать. Мелькали реклама, новости, старый советский фильм, снова реклама. Ничего, что могло бы удержать внимание, в конце концов, он просто выключил телевизор щелчком и в комнате воцарилась тишина.
Она пошевелилась, подползла ближе и устроилась под его рукой, прижимаясь к его еще влажному от душа боку. Она поцеловала его в ребра, легким, едва заметным прикосновением губ, а затем положила голову ему на грудь, устроившись поудобнее.
Он не сказал ни слова. Просто опустил руку и начал гладить ее влажные, распущенные волосы, медленно, впутываясь в них пальцами, как часто делал раньше, много лет назад в школе, когда она засыпала на уроках. И в этой простой ласке, в тишине почти пустой квартиры, было больше нежности и понимания, чем во всех их прошлых страстных ночах. Это был момент перемирия, хрупкого и обреченного, но такого желанного для них обоих.
Его мобильный, забытый в кармане куртки, залился настойчивой трелью. Он нехотя поднялся, прошел в прихожую, достал тяжелую трубку. Лицо его скривилось при виде имени на экране и палец резко нажал на кнопку сброса.
Он вернулся на диван и она снова пристроилась головой на его груди, но тишина длилась недолго. Через минуту телефон задребезжал снова, и снова, и еще раз.
- Кто там? - тихо спросила она, уже догадываясь по его напряженной позе.
- Да эта... - буркнул он, не называя имени, но она все поняла, звонила Умка.
- Ну так ответь, - приподнялась она на локте, глядя на него, - спроси, что ей нужно, может, важное.
- Не хочу, - он потянул ее обратно к себе, обняв крепче, - правда, не хочу, даже выходить из дома и как то отдаляться от тебя сейчас не хочу.
- Вот как,- удивленно сказала она.
В этот момент телефон взорвался новой серией звонков. Кристина вдруг резко встала, выхватила у него из рук трубку, пока он не успел среагировать и прошла на кухню. Он слышал, как открывается кран, шумит вода. Через мгновение она вернулась, ставя на журнальный столик полную кружку с водой в которую был опущен его мобильный.
Он посмотрел на кружку, затем на ее невозмутимое лицо и на его губах медленно расплылась широкая ухмылка.
- Ну а теперь, - сказал он, откидываясь на спинку дивана и протягивая к ней руку, - иди сюда.
Она улыбнулась, поставила кружку понадежнее, чтобы не опрокинуть и снова легла рядом с ним, прижимаясь к его боку.
Телефон больше не звонил.
Кристина немного полежав, понимая, что сон не идет, начала медленно, нежно целовать его тело. Сначала в бок, чуть ниже ребер, затем поднялась выше, к груди, оставив влажный след на коже. Ее губы коснулись ключицы, а затем поднялись к шее заставив его вздохнуть глубже.
Она потянулась дальше, пока их лица не оказались совсем рядом и медленно коснулась его губ своими, короткий, легкий поцелуй, затем еще один, потом кончиком языка скользнула по его нижней губе. Он ответил ей с той же неспешной, но нарастающей интенсивностью. Его поцелуй был глубже, увереннее. Рука, лежавшая у нее на спине, начала прижимать ее ближе к себе.
Петя не разрывая поцелуя, свободной рукой потянулся к пуговицам на рубашке, которую она надела. Его пальцы нашли первую пуговицу и медленно расстегнули ее. Кристина одной рукой нащупала край полотенца, туго закрученного на его бедрах. Ее пальцы скользнули под складку плотной ткани и начали медленно его разматывать.
Их поцелуй был глубоким, языки сплетались в медленном, чувственном ритме. Одной рукой Кристина нежно водила вверх вниз по его члену, чувствуя, как он твердеет и пульсирует у нее в ладони. Тем временем, пальцы Пети, расстегнув последнюю пуговицу ее рубашки, скользнули внутрь. Его ладонь коснулас ее груди, большой палец провел по соску, заставив его затвердеть. Затем его рука двинулась ниже, по ее животу, к краю тонкого кружевного белья.
Он начал ласкать ее сквозь ткань, медленные, плавные круговые движения, от которых ее бедра сами собой начали двигаться навстречу и тогда она не разрывая поцелуя, отвела руку от его члена и потянулась к себе, к бедрам. Ловким движением она зацепила пальцами за тонкую полоску кружева и стянула белье вниз по ногам, скинув их куда то с дивана.
Петя на мгновение замер от неожиданности, такая демонстративная откровенность была не совсем в ее стиле. Но он не подал виду, вместо этого его пальцы, теперь уже без всякой преграды, легко скользнули в нее. Она вздохнула ее рука снова вернулась к его члену, возобновив свой ритм, уже чуть быстрее, настойчивее. Они двигались в идеальной гармонии, каждый доводя другого до той грани, где мыслей больше не оставалось.
Петя с легким напором уложил ее на спину, его губы спустились по ее шее, задержались на ключице, затем опустились к груди. Он провед языком по каждому соску, прежде чем двинуться дальше вниз. Его поцелуи скользили по ее животу, а язык прочертил линию от пупка к самому низу живота, заставив ее вздрогнуть. Затем он переместился ниже, разводя ее ноги еще шире в стороны и устроившись между ними.
Когда он, наконец, коснулся языком ее клитора она резко выгнулась, ее тело напряглось, а из груди вырвался сдавленный, хриплый стон. Ее рука инстинктивно коснулась его головы, пальцы впились в его мокрые от душа волосы.
Он продолжал нежно водить языком по ее клитору, выписывая восьмерки и круги, меняя ритм и давление, ее стоны становились громче. Его руки крепко сжимали ее бедра, удерживая их разведенными, пальцы впивались в мягкую кожу. Затем хватка одной руки ослабла, его ладонь скользнула по внутренней стороне ее бедра и два пальца вошли внутрь нее.
Теперь он работал в двух ритмах одновременно, он чувствовал, как она сжимается вокруг его пальцев, как ее тело отзывается на каждый его жест и это лишь подстегивало его. Она полностью отдалась ощущениям, сжимая его волосы, направляя и требуя большего.
Волна началась где то глубоко внутри и прокатилась по ее телу как разряд тока, ее живот втянулся, спина выгнулась, а из груди вырвался сдавленный стон. Ее ноги инстинктивно сжались, пытаясь сомкнуться, но он не дал. В самый пик ее оргазма он вытащил пальцы, продолжая водить языком по клитору, продлевая волны оргазма.
Его руки крепко держали ее бедра, намертво прижимая их к дивану, не давая ногам сомкнуться. Он удерживал ее в этой позе заставляя проживать каждую секунду оргазма до самого конца, без возможности остановиться.
Пока последние судороги еще сотрясали ее тело, а сознание медленно прояснялось, он плавно поднялся. Его движения были быстрыми и уверенными. Он взял ее за ноги и закинул их себе на плечи, не дав ей опомниться, пока ее внутренние мышцы все еще ритмично пульсировали после недавнего оргазма, он одним глубоким толчком вошел в нее. Она ахнула, ее глаза широко раскрылись, от шока, от нового, острого ощущения. Он держался за ее икры, его пальцы впивались в нежную кожу, фиксируя ее наклонившись, он стал оставлять легкие, почти невесомые поцелуи на ее щиколотках.
Петя начал двигаться. Ритмично, глубоко, каждый толчок был сильным и он чувствовал, как она все еще сжимается вокруг него в новых, нарастающих волнах возбуждения. Он вошел в нее, пока она еще была взвинчена до предела и теперь растягивал наслаждение, доводя до новой, еще неведомой грани.
Он перехватил обе ее ноги, лежащие на его плечах, зафиксировав их, это освободило его другую руку. Не замедляя ритма, он опустил руку и устроил пальцы на ее клиторе. Прикосновение идеально синхронизировалось с движениями его бедер и это стало последней каплей.
Кристина не стонала, она кричала. Низкий, хриплый, отчаянный крик, в котором смешались боль, невыносимое наслаждение и полная потеря контроля. Ее тело извивалось под ним, пытаясь вырваться и вжаться еще глубже одновременно.
Новая волна настигла ее, но не одна, а целая серия, накатывающая снова и снова, почти без перерыва. Каждый его толчок, каждый круговой жест его пальцев снаружи запускал судороги внутри. Это был уже не просто оргазм, а какое то беспрерывное состояние высшего наслаждения, из которого не было выхода, пока он сам этого не захочет. Он держал ее на самом краю, не давая упасть ни в блаженное забытье, ни в потерю сознания, а лишь бесконечно растягивая эту мучительную пытку.
Чувствуя, как собственный оргазм подступает к самой грани, он ускорился. Его движения в ней стали еще быстрее, еще глубже, пальцы на ее клиторе двигались в такт этим толчкам, не давая ей ни секунды передышки.
Она уже была в каком то другом измерении, за гранью сознания. Ее тело кончало снова и снова, будто в лихорадочном бреду, каждый новый спазм накладывался на предыдущий, не успевший утихнуть до этого. Воздуха в легких не хватало, она ловила его ртом, издавая лишь прерывистые, тихие звуки.
С последним, самым мощным толчком, войдя в нее до предела, он с глухим стоном кончил и эта волна смешавшись с ее непрекращающимися судорогами, довела ее до финальной разрядки.
Он не остался на ней. Сделав последнее усилие, он откинулся рядом, его тело было мокрым, тут же, он обвил ее рукой, притянул к себе и прижал к своей груди, где сердце колотилось как бешеное. Они лежали так, тяжело дышащие, в полной тишине, нарушаемой лишь стуком их сердец и гулом в ушах.
Отдышавшись, он мягко поцеловал ее в висок, где пульсировала тонкая вена и поднялся с дивана, прошел на кухню, достав из холодильника две оставшиеся бутылки пива и на обратном пути прихватил с кухонного стола пепельницу и пачку сигарет.
Кристина уже сидела, откинувшись на спинку дивана, прикрыв глаза, ее грудь медленно поднималась и опускалась. Он поставил пепельницу на журнальный столик, протянул ей одну бутылку и пачку. Она молча взяла, сделала несколько больших глотков, поставила бутылку на пол рядом с диваном и достав сигарету, закурила, дым медленно поплыл к потолку.
Он устроился рядом с ней, полусидя, тоже закурил и отхлебнул пива. Они сидели голые, потные на кожаном диване, пили, курили и не думали о том, что будет дальше. Здесь и сейчас было только прохладное пиво, горький дым и тепло друг друга.
Тг:kristy13kristy (Немцова из Сибири) тут есть анонка, где можно поделиться впечатлениями или оставить отзыв к истории.
Тикток: kristy13kristy (Кристина Немцова)
Тг: Авторский цех (avtorskytseh) небольшая коллаборация с другими авторами, подписываемся.