Глава 18
Дезмонд О'Кеннет
Я вертел в пальцах ручку, раз за разом, перечитывая один и тот же абзац. Строки перед глазами, казалось, вообще не имели никакого смысла. Буквы наслаивались друг на друга и ускользали из памяти, только стоило их прочесть. Я зло отбросил от себя документы, сжимая переносицу. Все мои мысли были заняты ею. Как и в день, после нашей встречи на помолвке Блейка, как и в тот раз, когда она впервые разделась предо мной в фехтовальном зале и, как вчера...
Черт, я три часа стоял под холодным душем. Из лейки наверху, била, будто не ледяная вода, а раскаленная лава. Она прожигала кожу и разливалась по венам, сосудам и капиллярам. Наполняла меня самым настоящим адским пламенем, который оставлял изнутри кровоточащие ожоги. Только мне удавалось совладать с собственным телом, перед глазами вспыхивал образ моего обнаженного Ангела и весь контроль рушился. Если первая Дева, сотворенная Господом, была хоть на один процент так же совершенна, как Тереза, то я понимаю, отчего Адам вкусил из ее рук запретный плод.
Жар прилил к низу живота и член начал твердеть. Я чувствовал, как постепенно набухали вены, как головка терлась о ткань боксеров, а мошонка сжималась. Словно она вновь принимала меня в свой ротик. Расстегнув две пуговицы на вороте рубашки, я опустил глаза на циферблат наручных часов. Моя месть была отсрочена на поздний вечер: когда я, под предлогом возвращения дорожной сумки, застал бы ее в шелковом халатике. В моих фантазиях Тереза разгуливала по квартире на шпильках в черных чулках и красных стрингах, которые не обязательно даже снимать, чтобы войти в нее.
Шумно втянув носом воздуха, я подхватил дрожащими пальцами бутылку воды и открутил крышку. Газировка начала щекотать горло, освежая пересохшие губы и язык. Я помнил ее вкус и был так голоден. Мне нравились наши игры, нравился азарт и восторг предвкушения, но я прекрасно понимал, что долго продолжаться это не может. Я переставал видеть правила, терял усидчивость и вполне мог допустить неверный ход, который стоил бы мне сердца. Я понимал, но пока отпустить не мог.
- Мистер Кеннет, у вас сегодня встреча в час дня с представителями компании... - заглянула с планшетником секретарша.
Я поднял на нее голову и вновь потерял смысл сказанного. Мозг не хотел усваивать какую-либо информацию, кроме цифр, отсчитывающих часы до встречи с Уолис.
Джианна продолжала рассказывать мое расписание на целый день, а я, наклонив голову в бок, стал разглядывать ее. Слишком худая с острыми коленками, которые несимпатично оттягивали колготки. На ней было простенькое офисное платье и лодочки на высоком каблуке. Щиколотки немного дрожали из-за долгого стояния, отчего девушка все время переступала с ноги на ногу. У нее была небольшая грудь, сейчас выглядывающая через вырез декольте. Темные волосы стянуты в строгий пучок, круглые очки и, пожалуй, единственная деталь, которая напоминала о ее еще юном возрасте, розовый блеск на пухлых губах.
Почему я с ней не спал?
До мисс Стюарт у меня было много секретарш. Все молодые студентки, которые набирались опыта в моей адвокатской конторе перед началом своей частной практики. Я не любил заводить отношения. Растрачивать ценное время на походы в рестораны, выслушивание истерик и подбор подарков было слишком опрометчиво в моей ситуации, когда свобода носила таймер. Я был не прочь иногда совместить работу с сексом, усаживая девушек на свой письменный стол. Но постоянная рутина уже перестала меня удовлетворять.
Я не спал с Джианной, потому что не хотел ее. Последние пару лет, я вообще потерял интерес к жизни, пока не испробовал Терезу. В ней было то, чего мне так желалось, вот только что это, я не понимал.
- Отмени все на сегодня и завтра. Вообще до семнадцатого числа все отмени, - поморщился я, поднимаясь со стула.
Из-за моего резкого движения кожаное кресло на колесиках отъехало. Мисс Стюарт нахмурила густые брови, но кивнула, делая пометки на своей бумаге.
- Если меня кто-то спросит, я занят. Лучше вообще скажи, что я в Дублине.
- Как скажите, - вновь улыбнулась она.
Я еще раз окинул ее фигуру взглядом и мысленно застонал. Мне нужно было найти в Терезе хоть какие-то недостатки, а не сравнивать ее с другими, повышая ценник на мою любовницу!
Толкнув стеклянные двери, я вышел в коридор, морщась из-за яркого запаха электронных сигарет, которые курила секретарша. Я терпеть не мог дым и табак, хотя в Уолис даже этот факт заводил меня.
Черт!
Быстро сбегая по лестнице, я выправил галстук, неряшливо складывая его в карман. Подошва итальянских туфель стучала по мраморной поверхности бизнес-центра. Мне нужно выпустить пар! Ночь с Терезой стала тем самым запретным плодом, который я вкусил вместе с ней. Моя голова больше не думала о работе, плане на жизнь и семье в Дублине - это было опасно. Я забывал о том, кто я, где я и, что меня ждет впереди. Смотрел в будущее и переставал лгать...
Сев за руль Infiniti, я повернул в сторону фехтовального клуба, надеясь, хоть так вернуть себе контроль над ситуацией.
Тереза Жозефина Уолис
На этот раз я зашла с главного входа. Двухстворчатая черная стеклянная дверь была оклеена золотыми буквами лейбла фехтовального клуба и герба сообщества. Поморщившись, я кончиками пальцев прикоснулась к ручке и толкнула ее. Даже в этом мужчины меня разочаровали: я ожидала увидеть маркеры с изображением женщин, перечеркнутые красной линией, надписи «Осторожно территория сексистов» или «Особо опасно мужской тестостерон».
Шпильки застучали по мокрым, только что вымытым полам фойе. Я поморщились из-за запаха хлорки и начала стучать ладонью по звоночку у стойки администратора. Звонок был настолько мерзким, что вредина внутри меня довольно поластилась. Боль, разбуженная разговором с Тессой, начала угасать.
- Мы закрыты! Кто не может выучить расписание! С девяти часов до двух ночи! - раздался голос Августа.
Холл был устроен таким образом, что стойка разделяла его на две части. Коридор слева вел на вторые этажи, где я была в прошлый раз. Что за помещения находятся правее, мне не хотелось знать. Хотя, в качестве мести сексистам я могла осквернить своим присутствием все их комнаты. Пожалуй, так потом и сделаю. Дезмонд подарил мне власть, а я ей воспользуюсь сполна.
- Привет, - кивнула я, когда парень заглянул через ширму.
Он посмотрел на меня и страдальчески закатил глаза.
- Да ладно? Это опять ты? Мне мама не звонила, я не пущу тебя.
- Фу, как не красиво, - надула я накрашенные губы.
Достав из кармана бархатную карточку, я положила ее на зеленый мрамор и подоткнула к нему длинными ногтями. Почему-то прощаться с одной из вещей Дезмонда было жалко. Вторая такая осталось в кармане, а с ней я расставаться не собиралась. Мне нравилось, как она ощущалась в руках.
- Где ты ее украла? Босс, никому такие не выдает, - прищурил лисьи глаза сын моего психолога, складывая руки на груди.
- Дезмонд умолял меня их принять. Да, именно так все и было. Извинялся за то, что он такой сексист, встал на колени и сказал, что это искупление перед всеми женщинами, которых вы не пускаете в свое отстойное заведение, - приврала я.
Август смел карточку со стола и поджал губу, точно не поверив моему бреду. Он вновь опустился на корточки, доставая из-под стойки запечатанную упаковку с формой. Парень проверил этикетку размера, поднял глаза на меня и выдохнул:
- Ты не поправилась после нашей последней встречи. Держи, утонешь в ней, но мне все равно.
С детским восторгом я прижала целлофан к груди и показала ему язык, обращая внимание на дисплей его телефона. Там было открыто приложение сайта знакомств. Я рассмотрела анкету парня, предложение которого он хотел принять.
- Альберт Уотсон... Какое-то гейское имя.
- Может потому что он и есть гей? - передразнил меня парень и рассмеялся. - Все тащи свой зад в раздевалку. Надеюсь, дорогу помнишь, а если нет, то я...
- Не будешь меня вести, потому что тебе плевать, - подняла я палец вверх, отступая спиной в коридор. - Пожалуй, ты единственный мужчина, который меня не раздражает, а все, потому что ты...
- Гей, - закончил он за меня, повторяя мой жест.
Кивнув, я развернулась и по памяти поднялась на верхний этаж. Отыскав нужную вывеску, я проскочила в темное помещение. Стоило мне сделать шаг, свет включился, сверкая ярким синим лучом. Здесь было достаточно прохладно, а это значило, что душевой никто не пользовался. Как и на первом этаже в воздухе кружила хлорка. Я опустила вещи на скамейку и стащила с себя косуху. Присев на твердую поверхность, я разделась, натянула на себя чистую, грубую швами форму, и зашнуровала ботинки. Заправив волосы под специальный шлем, я выбрала железную рапиру и вышла в зал.
Резиновая подошва начала истерично пищать на мокрых полах. Несмотря на уборку, основное помещение пахло солью и мужскими гелями для душа, которые мятой разъедали легкие. Я остановилась на середине размеченных линий и прикрыла глаза, вспоминая уроки отца.
Ноги на ширине плеч. Локоть на уровне груди, ровное дыхание и четкий несмазанный выпад. Я представила перед собой соперника и начала сражаться с воздухом, яростно разрезая его боевым лезвием. Острие всякий раз со свистом вспаривало пустоту, а ботинки скрипели по дереву. Я тяжело дышала, чувствуя капельки пота на губах. Бой с тенью помогал отпустить внутреннюю тревогу. Мой оппонент не отставал в ответных бросках: он нападал, загонял меня в угол, изводил и медленно обходил по кругу, обещая скорое возвращение. Я становилась все яростней и с закрытыми глазами прыгала по всему помещению, отчаянно желая одержать победу, потому что под маской того человека скрывалось мое собственное лицо. Той другой Терезы, возвращения которой я боялась.
Мыс обуви коснулся шершавой линии, разграничивающей сектора, и я выдохлась. Оперлась руками в колени и тяжело задышала. Костюм неприятно прилипал к обнаженному телу из-за пота.
- Поверить не могу, - пробрался в сознание ирландский акцент. - Ты меня преследуешь? Попрошу защиты у Блейка от твоих домогательств.
Так и не приняв нормального положения, я подняла на Кеннета голову. Сквозь маску было плохо видно, но я разглядела его веселящиеся глаза и красноту щек. Как долго я сражалась сама с собой, если он успел принять душ?
- Вряд ли он тебе поверит, - улыбнулась я.
Мне хотелось его увидеть.
- Ну, я иногда бываю слишком убедителен. К тому же, - Дезмонд поправил перчатки и отбросил маску, что было против правил. В секции нельзя находиться без всех средств защиты. - У меня есть маленькая улика, которая говорит о твоей виновности: кружевные трусики, которые я сорвал с тебя тогда в усадьбе.
Кровь прилила к щекам. Между ног запульсировало, стоило вспомнить, как ткань болезненно опалила кожу и раскрыла мою страсть перед ним.
- У меня более веское оружие в руках, - я отцепила липучки, тоже стягивая с головы шлем. - Тесса. Одно ее слово и господин сенатор шелковый.
- Мда, любовь, - рассмеялся мужчина. Он подошел ко мне и помог отцепить волосы от решетчатой маски, приглаживая их. - Та еще стерва.
Я кивнула и распахнула веки, практически поедая черты его лица. Густые угловатые брови, черная щетина, которая неряшливо прикрывала острые скулы. Губы изображены в улыбке, отчего сетка морщинок опоясывала его нос. Белые, ледяные глаза, как стылая вода Ледовитого океана, мне казалось, они немного потеплели, но это было так мимолетно, что всякая уверенность улетучилась.
Холодный айсберг, что объятиями согревал меня.
- Как ты спал? - промурлыкала я, красноречиво опуская глаза на его брюки, уже оттянутые в паху.
- Чудесно. На шелковых простынях, предвкушая свою месть, - Кеннет пропустил между пальцев мои волосы и отошел, выбирая у стеллажа рапиру. - Вот только ты значительно облегчила мне задачу. Сама угодила в мою ловушку.
- Ты слишком самоуверенный, - закатила я глаза, поднимая на него кончик острия.
Дезмонд развел руками в сторону и указал на размеченную секцию. Я недоверчиво глянула на него, оценивая свои оставшиеся силы. Мышцы тянуло, но дух соперничества был слишком велик. Я сдула со рта светлые пряди, утерла обратной стороной локтя лоб, и вышла к нему, останавливаясь ровно по отметке.
- Один раз я уже одержала над тобой победу.
- Черта с два! Тот раз не считался. Я принял тебя за участника и был очень снисходителен, - рыкнуло уязвленное самолюбие Кеннета.
- Мы можем все решить прямо сейчас, - томно облизала я губы, чувствуя вишневый привкус помады. - Только если ты не струсил.
- Твоя задница сегодня будет гореть, Тереза, обещаю!
В животе закололо. Фраза прозвучала слишком двусмысленно, и это возбудило меня. Жаждущая грудь начала тереться сосками о грубую ткань комбинезона.
- Меньше слов больше дела, - я первая выставила правую ногу и нанесла удар.
Дез отступил и возник за моей спиной, ударяя рапирой. Лязгающий звук затих в треске одежды. Я зашипела и от неожиданности растерялась, позволяя ему вновь атаковать меня.
- Дезмонд!
- Не ты ли хочешь равноправия между мужчинами и женщинами? - потешался он, обходя по кругу, точно зверь. - Мне тебе уступить?
- Засранец! - крикнула я.
Удобнее перехватив рукоять, я вновь наступила на правую ногу, обманывая его движением, и замахнулась по голени. Лезвие прошлось по воздуху и опустилось на белую ткань. Ирландец расплылся в предвкушающей улыбке.
- Кто тебя обучил фехтованию? - его голос немного затих из-за отдышки.
- Папа, - я пригнулась, но не удержала равновесия и распласталась на полу.
- Я бы не разрешил своему ребенку заниматься таким видом спорта.
Мы вновь сошлись друг с другом. Рапира больно ущипнула меня по животу, но этот удар не вывел из равновесия. Кожа электрическими волнами пронесла разряд в клитор, который выстрелил мокротой промежности. Обычные хлопковые трусики прилипли к нежной коже
- Бедная твоя дочка, - я закусила губу, пытаясь задеть его. - Танцы или гребанный моделинг?
- Почему бы и нет? Иначе она вырастит такой же, как ты. Грубой невоспитанной хамкой!
С криком я повалилась на пол. Колени больно врезались в дерево, отчего в глазах поплыло. Тяжело дыша, я подскочила и бросилась на него.
- Мерзавец, подножки не разрешены!
- У нас разве есть какие-то правила? - Дезмонд отбросил рапиру, отчего она прокатилась с лязгом. - Ты первая начала эту игру.
В груди заколыхалась злость. Я разжала ладонь, отпуская оружие, и врезала Дезмонду кулаком под ребра. Он едва пошатнулся, словно вообще ничего не почувствовал. На его лице заиграла соблазнительная улыбка, словно ветер, раздувая кострище в груди.
- Ну, тогда держись! - взвизгнула я.
Едва я вновь подалась вперед, целясь локтем ему в живот, Дезмонд оттолкнул от себя. Я полетела назад и приложилась затылком о стену, но вскрик боли он поглотил своими губами, которые яростно накрыли мои. Мне хотелось укусить его, что-то прокричать, оттолкнуть от себя, но только наши языки соприкоснулись, я испустила лишь стон. Напористый поцелуй смел все мысли из головы. Ноги задрожали, отчего я обвила рукой талию Кеннета, прижимая его к себе практически вплотную.
Господи, его близость заставляла меня желать гораздо больше. Между ног зародилось томление, которое бабочками щекотало живот.
- Это по правилам? - оторвался от меня Дез.
Он рывком потянул молнию вниз, оголяя мою грудь. Я вцепилась в его шею, сдерживая удивленный вскрик. Мужчина выглядел взбешенным, яростно возбужденным и таким желанным. На его лбу залегла глубокая складка, когда он с рыком накрыл мой сосок своим ртом.
- Ах, - едва слышно всхлипнула я.
Язык оставил влажный след и с хлюпающим звуком выпустил изо рта ореол правой груди. Он прошелся смазанной дорожкой к родинке, уткнулся носом в ложбинку и вернулся к другому соску, который уже страдал по его прикосновениям. Щетина немного царапала кожу, и это играло контрастом с приятными ощущениями. Я впилась ногтями в его шею и запрокинула голову, закатывая глаза.
Боги, как же с ним приятно.
- Ммм? Тереза? То, что я хочу сделать - это входит в наши правила? - требовательно повысил он голос, вынуждая установить зрительный контакт.
- А чего ты хочешь? - прошептала я.
Комбинезон съехал с плеч, отчего сквозняк покрыл кожу рябью мурашек.
- Трахнуть тебя. Прижать к этой стене и врываться в тебя до тех пор, пока ты голос не сорвешь. А еще мне хочется оставить тебя без удовольствия, как ты меня. Что ты скажешь на это? Будешь просить об оргазме?
Я раскрыла рот послать его к черту, но Дез накрыл меня поцелуем. Его язык вновь ворвался в рот почти яростно, болезненно. Так сильно, что наши зубы звякнули. В голове помутилось. Я подпрыгнула, обвивая ногами его бедра, и почувствовала каменную эрекцию, которая даже сквозь слой одежды восхитила меня. Клитор начал накатывать жаром в тон учащенному сердцебиению.
Его запах. Наши стоны. Я терялась. Мы, словно продолжали бороться: цеплялись друг за друга, дышали друг другом и не могли насытиться ощущениями, потому что было мало. Мне казалось, только когда я почувствую его внутри себя, пойму этого мужчину и все его тайны.
- Дезмонд, - пропела я, когда мы разомкнули губы, чтобы отдышаться.
Он потерся щетиной о мою щеку и сильнее вдавил в стену. Спина коснулась ледяного бетона, но я не ощутила холода, потому что пылала. Капельки пота начали скатываться по чувствительной груди.
Кеннет просунул одну руку между нами, больше расстегивая мою форму. Я прильнула к нему, помогая держать вес моего тела. Горячие пальцы проникли под резинку трусиков и накрыли клитор. Он грубо надавил, и от этого движения потемнело в глаза. Я двинула задницей навстречу его руке, сдерживая крик.
- Какая ты мокрая, - слова эхом наполнили фехтовальный зал.
- Боги...
Медленно он протолкнул сначала один, а потом и второй палец, начиная круговыми движениями растягивать меня. Я сдавила зубами нижнюю губу, чувствуя, как весь воздух из меня исчезает. Легкие перестали напрягаться, поглощая кислород, потому пульсировало только там!
- Между нами есть правила, Тереза? - повторил Дез.
Он говорил быстро и сбито, испытывая то же нетерпение, что и я. Вместо ответа я подалась вперед и накрыла его губы, шире раздвигая ноги.
Ладонь скользила по трепещущей коже, растирая смазку. Он ускорял темп внутри, добавляя еще большой палец к клитору. Стенки влагалища уже болезненно сокращались вокруг него. Тело начало дрожать.
- Нет... Господи... Конечно нет!
Дезмонд поощрительно кивнул и подбросил меня вверх, еще глубже насаживая на свои пальцы. Я закричала, цепляясь за ткань на его плечах. В глазах рябило из-за вспышек ламп и настоящего безумия, которое он творил своими руками. Кровь все сильнее и сильнее шумела в голове, заглушая абсолютно все на свете. До меня лишь доносилось рваное дыхание моего любовника. Он припал губами к виску и начал опускаться ниже к уху, скуле, щеке. Везде, где он прикасался ко мне, кожа наполнялась теплом и дарила его сердцу, которое отогревалось за столько лет одиночества и боли.
Наслаждение зародилось между ног. Я простонала и сама немного приподнялась. Подушечки его пальцев накрыли особую точку.
- Боже, я так близко!
Кеннет еще раз повторил то же самое движение, заставляя меня разорвать легкие криком, и вытащил руку из трусиков. Я разочарованно распахнула глаза, наблюдая его самодовольную ухмылку.
- Что ты делаешь?
- Попроси меня, Тереза, - мурлыкнул он, толкаясь бедрами навстречу.
Промежности коснулся его возбужденный член.
- Гребанный ирландец! - в глазах от неудовлетворенности защипало.
Я опустила свои ноги и со всей силы толкнула его в грудь. Подхватив полы комбинезона, я натянула его на плечи, слыша злое сопение мерзавца.
- Подавись своей выходкой! - мои шаги начали приближаться к раздевалке.
Я подняла средний палец над головой и бросилась к двери. Распахнув ее, я стащила с себя форму и наклонилась расшнуровать ботинки. Пальцы дрожали из-за тоскливой боли внутри. Кое-как справившись с веревками, я услышала, как железные створки врезались в стену.
- Мы еще не закончили!
- Пошел ты к черту! - выплюнула я.
Мужчина расстегнул комбинезон одной рукой, а другой схватил меня за запястье, дергая на себя. Моя грудь врезалась в его. Соски потерлись о скользкую из-за влаги кожу. Наши тела слиплись друг с другом, но, несмотря на физическую необходимость быть с ним, я начала вырываться.
- Отпусти!
- Сначала я тебя трахну! - потерял контроль Дез.
Он перехватил меня поперек талии и ворвался в рот отчаянным поцелуем. Его кончик раздвинул мои губы, разнося по телу сладкую агонию. Волоски уже варварски натирали мой подбородок и щеки, но я лишь обхватила его двумя руками, не давая отстраниться. Мне было мало. Так мало этого мужчины. Хотелось проникнуть под кожу друг друга, унимая бешеный трепет в груди.
Кеннет перехватил меня под попу, заставляя обвить его талию, и понес в сторону душевой. Здесь уже летало облако спертого воздуха. Пар оседал на коже, заставляя ее влажнеть еще больше. Моя промежность терлась о его паховую зону, оставляя мазаные следы соков. Со стоном я прикоснулась губами к его скуле, провела языком по мягким волоскам, пробуя на вкус его гель для душа. Так вот, что пахло гвоздикой. Сейчас его ароматы танцевали в моем носу, опьяняя своеобразным наркотиком.
В голове туман. Ноги ватные. Сердце болит и лишь одна мысль: я хочу его всего.
- Ты умеешь подчиняться, Тереза, и сейчас я тебе покажу это!
Мужчина толкнул нас о кафель. Лопатки зажгло из-за ледяного покрытия, но я не успела замерзнуть - из лейки наверху полилась горячая вода. Капельки начали скатываться по волосам, которые упали на глаза. Стоило их убрать, потому что из-за скатывающегося потока, я начинала задыхаться, но разомкнуть наши объятия казалось чем-то неправильным. Мои руки путешествовали по крепкой спине, трогали рисунок бугрящихся мышц.
- Никогда, - покачала я головой. - Я никогда не подчинюсь тебе, Дезмонд.
Его смех проник под кожу шеи. Губы накрыли яремную вену, начиная посасывать ее. Он удобнее перехватил меня и качнул бедрами за одно движение, полностью заполняя собой. Я вцепилась в его волосы и сладко закричала. Член задел нервные окончания, отчего я даже поджала пальцы на ногах.
Так было хорошо!
- Дезмонд, - он начал еще быстрее и сильнее трахать меня. - Дезмонд... Боги...
- Шепча мое имя, - рычал мужчина. - Говоря обо мне, ты уже подчинаешься.
- Как же я тебе ненавижу, - простонала я.
От мощных толчков моя спина ударялась о стену. Каждый раз дыхание выскальзывало из легких, а когда я хотела наполнить их новым вздохом, Дез целовал меня. Лишь его рот стал источником воздуха. Я удерживала его голову рядом со своим лицом и не выпускала из объятий, ощущая нужду в таком трепете.
Я была пустая, а он наполнял меня собой.
Я умирала, а он помогал дышать.
Низ живота скручивался спазмом. Я впилась пятками в его ягодицы, начиная улавливать ритм и подаваться вперед. Кеннет прикоснулся своим лбом к моему и хрипло стонал. Это было так прекрасно: слышать нашу слабость, зная, что причина в общем удовольствии. Мы были незнакомцами, но так я узнала его. Я не хотела этого делать, но прикасалась к нему не просто физически. Я сдавалась и ненавидела себя за это.
- Тереза, - Дезмонд потерся носом о мою скулу. - Прекрасная Тереза.
Он до боли смял мою ягодицу. Звуки плоти о плоть, стука воды о кафель и наши стоны заводили еще сильнее. Промежность полыхнула, и я запрокинула голову, говоря ему криком о своем оргазме.
- Так хорошо, - я потянулась поцеловать его.
Кеннет неожиданно опустил мои ноги и развернул спиной к себе. Я охнула и поскользнулась на мокром полу, опираясь руками в стену. Он пристроился сзади и вновь вошел в меня, яростно трахая. Я положила затылок ему на плечо и вытянулась на носочки.
- Дез... Ох...
- Вот так, детка, - любовник прикоснулся губами к моей щеке. - Я хочу, чтобы ты кричала громче.
- Дезмонд! - я повернулась, сметая его губы своими и в перерыве между этой лаской, срывала голос, потому что он так попросил: - Боги! Дезмонд!
Головка скользила по сжимающимся стенкам. Он наполнял меня собой так глубоко, что ощущался в животе. Плоть к плоти. Грязно. Страстно. Мы трахались друг с другом, теряясь в беспамятстве. Кеннет покачнулся, накрывая мое тело своим. Он двигал бедрами и целовал позвоночник, скользил по ребрам и нежно обводил ямочки над ягодицами.
- Общее подчинение? - выскользнул из меня крик.
- Да... Да, Тереза... Черт возьми, да!
- Это ничего не значит, - я покачала головой, начиная содрогаться всем телом. Его член яростно пульсировал, еще больше твердея. - Только секс...
- Тереза, - шесть букв наполнили мою грудь надеждой.
Я выровнялась, помогая нам обоим, и обняла его за шею. Кеннет сжал мою талию и застонал, сбивая толчки. Я раскрыла рот, ловя его удовольствие, и мое собственное освобождение пронзило фейерверком. Болезненная волна прошлась по лону, животу, пронзила грудь и убила сердце. Оно остановилось, чтобы не заглушать нечто прекрасное, засевшее зернышком зудящих мыслей внутри меня. Дезмонд резко вышел и кончил мне на поясницу. Его трясло не меньше, дрожь общей лихорадки пробила нас двоих, отчего мы навались на стену.
Кеннет прижал меня к себе и уткнулся носом в висок, шепча:
- Прекрасная Тереза.
Я обняла его руки на моей груди и по щекам покатились слезы, скопившихся эмоций, которые терзали все двенадцать лет. Мне было так хорошо, что я терялась в этом.
Терялась в нем...