Глава 12
Тереза Жозефина Уолис
В свадебном салоне мы задержались дольше, чем я планировала. Тесса примеряла шали, подбирая их строго под цвет платья. Евламия не вылезала из коробок и все не упускала возможности нарядить меня, как рождественскую елку. А я тоскливо следила за минутной стрелкой, предвкушая нотацию доктора Бейкер, которая обязательно скажет что-то заумное.
Как бы я не упрямилась, не могла отрицать, что терапия мне помогала. Сеансы Сьюзан, поначалу казались абсолютно проигрышной идеей, но каждый приход к ней – глоток чистого кислорода. Иногда казалось, будто я слой за слоем сбрасываю старую кожу и вот осталось совсем немного, совсем чуть-чуть! Шаги вверх давались слишком легко, а потому в глубине души я боялась стремительного спуска вниз, понимая - это последний шанс.
- Предлагаю поехать ко мне и устроить пижамную вечеринку! – Тесса протянула продавцу платиновую карточку и обернулась к нам.
- Мисс, на имя мистера Блейка открыт счет. Он распорядился записать все ваши покупки туда, - покачала головой девушка за стойкой, презентуя невесте бумажные пакеты с лейблом магазина.
- Тесс, - сложила я руки в молебном жесте и поджала губу. – Давай, вы, как поженитесь с Бенджамином, меня удочерите? Я буду ходить везде с паспортом и говорить, что сенатор мой отец!
Евламия рассмеялась.
- Боюсь, в таком случае молодая семья Блейк обанкротится очень быстро. Вероника и ты – две вредины, которых сенатор не прокормит!
Оливер закатила глаза нашим умозаключениям и вильнула бедрами к выходу из магазина. У дверей ее встретил престарелый водитель, который забрал все покупки и сказал, что будет дожидаться на парковке.
- Твой будущий муж еще тот ревнивец, - проследила я за седеющей макушкой мужчины, который явно не собирался открывать сезон охоты на киску Тессы.
- С чего это ты взяла? – нахмурилась шатенка, закручивая волосы в пучок на затылке.
Из-за долгой примерки они превратились у нее в спутанное гнездо неряшливой птицы. Я прошлась пальцами по своим, расправляя пряди.
- Твой водитель. Он пока снимет штаны, заработает три инфаркта.
- Хотя, - состроила Ева задумчивое выражение, постепенно отступая за мою спину. – Исходя из вкусов Тессы...
По мере ее слов мои глаза распахивались, выпуская искры уважения. Я рассмеялась, хватаясь за ребра, замечая на лице Оливер, сначала тень непонимания, потом осознания, злости и смирения. Она страдальчески закатила глаза.
- Синдром Терезы?
- Нет, - простонала я, вытягивая губы в трубочку из-за судороги щек. – Здесь скорее последствия жизни со Стэном!
Что-то мечтательное промелькнуло на лице его жены, и она заиграла бровями:
- Это все гормоны и его кровь, которую я ношу уже три месяца под сердцем. Не знаю почему, но мне кажется, что это девочка.
- Главное, чтобы здоровым был ребенок, - прошептала я, не сводя глаз с ее животика.
Что-то внутри меня заставляло хотеть прикоснуться к ней. Положить ладонь на выпуклость, прикрыть глаза и почувствовать маленькую жизнь, которая еще так чиста и невинна. Дети – это карусель нашего искупления. Шанс взрастить все лучшее, что не нашло выход в нас и подарить новый мир. Это бессмертие, ведь когда окончена наша книга, их история продолжается, изображая события чернилами твоей крови.
Мое сердце замерло. Мимо промелькнула Тесса, которая счастливо засияла и прикоснулась к тому, чему я все же не решилась. Она покраснела и смущенно выдохнула:
- Я тоже хочу себе частичку Бена. Наше чудо, которое возьмет от каждого все самое лучшее! Сейчас еще рано, но может, через годик или два...
Кровь зашумела в ушах, стремительно разнося по венам сожаление. Я сглотнула и принялась растирать свои онемевшие пальцы, наблюдая за подругами. Только рядом с ними я задумывалась об этом. Они были моим путеводителем в нормальную жизнь, где неотъемлемая ее часть - дети. Я не знала своих чувств к ним. У меня никогда не было младшего брата или сестры, а потому материнский инстинкт спал где-то глубоко внутри и со временем его выселила из моего сердца стерва. Когда они плакали, мне хотелось заткнуть уши ватой, когда смеялись, я была недовольна возгласами и вообще боялась этих маленьких чудовищ, но правда в том, что это все была моя самая великая ложь.
Защитная реакция, как подсказала бы Сьюзан. Проще делать вид, что тебе это не нужно, чем жить сожалением, зная, что ты никогда не получишь желаемого.
- Ну, так что? Вечер посиделок у камина с чаем? – врывались в сознание слова Тессы.
Я часто заморгала, прогоняя пелену с глаз, и покачала головой:
- У меня терапия с доктором Бейкер, - голос дрогнул, пытаясь восстановить привычную высоту. – В следующий раз.
- Ладно, - без энтузиазма кивнула Ева.
Я накинула косуху и развернулась на шпильках, желая вновь спрятаться в темноте своей души.
- Терри! Все забываю отдать тебе пригласительные! – Тесса нырнула в свою коричневую сумочку от Chanel и вскоре протянула мне прозрачную коробочку.
Переведя взгляд с нее на подругу, я нахмурила брови, и приняла ее. За пластиковыми стенками просматривались небольшие прямоугольные картонные листы, цвета слоновой кости, с лейблом нашего фонда.
Вот черт! Вечер открытия!
- Десятого числа мероприятие, уже пора бы разослать их важным гостям, - включила она директора. – Ты же все подготовила?
- Конечно. Подготовила, - расплылась я в обворожительной улыбке. – Через четыре дня. Ура! Так скоро!
- Тереза? – приподняла бровь шатенка.
- За кого ты вообще меня принимаешь? – оскорбилась я. – Уже все организовано. Мне осталось только составить списки гостей!
Она выдохнула и обняла меня на прощание, оставляя слюнявый след на щеке. Я быстро вывернулась из рук и зашагала к лифтам. Со стороны, наверное, всем виделось мое абсолютное спокойствие и явная скука – медленный стук каблуков, размеренное дыхание и ленивая улыбка. Внутри же вовсю вопила тревожная сирена, которая оглашала общий сбор всем моим демонам!
У меня осталось четыре дня, чтобы организовать прием благотворительного фонда, на котором будет весь капитолий!
Выйдя на улицу, я потянулась за сигаретой и щелкнула зажигалкой, втягивая в себя ягодную сладость. Ветер закинул волосы мне на лицо, отчего я стала яростно их сдувать, параллельно набирая номер телефона.
- Тереза, у тебя есть три минуты, - эхом разносился голос Бакстера, наверное, он разговаривал по громкой связи. – Я работаю!
- Стэн, мне нужна твоя помощь! Помнишь, Лебединая усадьба, где вы с Евой проводили свадьбу? Договорись о ее аренде еще раз, ладно? – я закусила губу, пытаясь угадать его настроение через шелест бумаг и гул стационарного телефона.
- Ага, на когда? – быстро кивнул он, явно не вдаваясь в смысл моих фраз.
- На десятое...
- Апреля?
- Десятое марта, Баки! Через четыре дня!
Я сделала глубокую затяжку и выбросила бычок на тротуар, забираясь в свой Gelandewagen. На том конце повисла пауза. Мужчина замер, обдумывая мои слова. Его тяжелый вздох и актерский возглас:
- Ты еще позже позвонить не могла? Например, за пару часов. Тереза!
- Стэн, - закатила я глаза. – Мы оба знаем, что для тебя организовать этот особняк дело пяти минут. Нет такой щели, куда не залезет твое хитрое эго! Тем более ты у нас сейчас директор крутой компании, а значит Большой Босс.
- Мне десять процентов от аренды, - обнаглел он. – Сколько суток оформлять?
- На два дня, - взвизгнула я, выворачивая руль, чтобы обогнать стоячий поток машин. – Ты прелесть! Еве с тобой так повезло! У вас будут замечательные пиявки! Вот тебе твоих десять процентов, жмот!
Под низкий смех Стэна я отключила айфон и показала дисплею язык. Переложив его на приборную панель, я сцепила руки на руле. На улице уже смеркалось. Солнце постепенно уходило за горизонт, рисуя небо красными и оранжевыми цветами. Белые облака наслаивались на яркую картину, гармонично ведя партию с вечером.
У мегаполисов есть свое преимущество – магия ночи. В центре Чикаго небоскребы мощены стеклом, которое после ухода яркого света, превращалось в зеркало. Сейчас живопись заката продолжалась бесконечность, простираясь на все здания. Небо отражалось абсолютно везде, погружая тебя в волшебную сюрреалистичную сказку. Яркие билборды с рекламой – луна, светофоры и фонари – звезды. Каждый из нас выбирал свой Млечный Путь, который обязательно вел к уникальной вселенной Судьбе.
Я перестроилась в полосу вдоль Миллениум парка. Пробка двигалась очень медленно, отчего я все время поглядывала на время, нервно кусая губу.
Почему Дезмонд не позвонил еще раз? Эти мысли были неправильными, потому что они принадлежали мужчине, но все равно наводнили мою голову. Мы знакомы всего пять дней, но он единственный о ком я думала так часто. Черт, пожалуй, я даже могла согласиться с тем, что он достойный соперник. Его бархатные визитки соблазняли не только возможностью их использовать: он трогал их, они носили его запах, и я начинала фантазировать о том, каково это быть с Дезмондом.
Горячая волна прошлось от щек к животу, и нашла цель в моем центре. Я поерзала бедрами, унимая тоску, и покачала головой. Это будет сложнее, чем я думала. Держать его вдали от своего тела, чувствуя только голодный взгляд, которым он трахнул меня во всех доступных воображению позах. Как бы желанен он ни был, я собиралась изводить его до последнего.
Коварная мысль спасла меня из огня страсти. Я припарковалась около медицинского центра и быстро выскочила на улицу. Привычный путь к входу, в лифт, на третий этаж и вот уже бамбуковая дверь Сьюзан маячила перед глазами. Я заправила непослушные волосы за уши и надавила на ручку.
Едкий дым благовоний ударил в нос и глаза, начиная жечь.
- Прошу прощения, что задержалась, - буднично отозвалась я, стуча шпильками по ковру к дивану. – У подруги скоро свадьба, так что я проходила десятый круг ада.
Доктор хлебнула чая и рассмеялась моей шутке. Она одела свои очки для зрения, которые ее совсем не портили. Голубые глаза сквозь линзы казались еще отчетливей, а накрашенные тушью ресницы идеально порхали над веками.
- Ничего страшного. Я рада, что вы наладили отношения с подругами и у вас есть люди, на которых вы можете положиться.
Женщина поставила предо мной на столик пиалку с печеньями и пепельницу. Я оглядела ее кабинет, замечая, что растение, в котором я всегда оставляла свои бычки, перекочевало на подоконник.
- Как успех с фехтованием?
Я ухмыльнулась и закинула в рот миндальное тесто, расплываясь в довольной улыбке. Сладость сахара вызвала слюнки, отчего рука потянулась за еще одним угощением.
- Мне понравилось первое занятие, но вряд ли я буду туда ходить. Дез... Директор сообщества ужасный сексист! И вообще он меня раздражает! – миссис Бейкер впервые отложила блокнот и подалась вперед.
- Мужчина. Вы сейчас заговорили о мужчине?
- Ага, - жевала я. – Он ирландец с раздутым самомнением и мертвыми глазами.
- Он вам понравился, Тереза?
- Да, - я подавилась, понимая, что слишком поспешно ответила. – То есть нет. Не знаю. Просто он меня злит и среди этой волны очень сложно увидеть что-то другое.
- Он пробуждает в вас эмоции и чувства, - ее нос забавно вздернулся. – Тереза, пять сеансов со мной, но ваши глаза так не горели. Одна встреча с ним – вы пылаете, давясь словами, потому что хотите говорить о нем. Расскажите мне что-то еще о вашем новом знакомом?
- Шесть с половиной футов ростом, - скривилась я, теряя аппетит из-за ее слов. – Брюнет с серыми глазами, дьявольской улыбкой и... чувственными губами. У него такой странный акцент, но это заводит. Дезмонд сорит деньгами, гоняет на своей Infiniti и постоянно ищет встречи со мной. Он подарил мне цветы. Я, конечно, сразу их выкинула, но это были белые лилии... Мои любимые.
Я закончила в полной тишине. Медленно тикали часы, Сьюзан тепло улыбалась и на ее лице я увидела свои эмоции, но только те, которые держала внутри. Трепет. Восторг. Предвкушение. Щекочущий коктейль, который танцевал на осколках моей души, скандируя что-то искреннее, запредельное и такое яркое. Это ослепляло меня. Жизнь ослепляла, и, боги, мне нравилось это.
- Не бойтесь, - заметила мое смятение психолог. – Мужчины в жизни – это нормально. Что вас страшит, Тереза? Новая боль? Вам больше не двенадцать, никто без разрешения не прикоснется к вашему телу. Лживость? Он не часть вашего прошлого. Обман? Но как о нем можно узнать, если вы не подпускаете людей к себе? Тереза, люди – не всегда причиняют нам боль. Вы так много сделали ради себя. Столькое прошли, неужели отношения вас страшат?
Я уставилась в одну точку. Она была права, но сказать гораздо легче, чем сделать. После смерти отца я привыкла жить внутрь себя, закрываясь от внешнего мира, да так глубоко, что не слышала стуков в дверь.
Дезмонд каким-то странным образом на своей черной Infiniti протаранил мой барьер, и трещины на нем жутко выводили из себя! Я набрала легкие воздуха, но осеклась:
- Вдруг меня обманут и сделают мне больно?
- Тереза, - ее тон преобразился на тот, которым мамы учат своих деток говорить. Она, и вправду, открывала для меня этот мир. – Каждый ожог – опыт. Боль от предательства меньше боли от одиночества. Вы будите жалеть, что не попробовали. В какой-то момент, оглядываясь назад, поймете, что из-за страха потеряли все... Упустили возможность хоть на час, хоть на день или неделю быть счастливой. Начните с малого – принимайте букеты и любуйтесь ими, осознавая, что они знак обожания вами.
Губы расплылись в улыбке. Я вспомнила бархат лилий и их запах, который закружил горькую сырость. Или Дезмонд Кеннет заплатил моему доктору, или она была волшебницей, которая сумела достучаться до моего ледяного сердца.
Я хотела попробовать. По-настоящему, как у всех.
Дезмонд О'Кеннет
Я припарковался там же, где и в прошлый раз, бросая внимательные взгляды на входную дверь. Была ли она дома? Когда она вернется? Что я здесь делаю? За меня отвечал букет цветов на заднем сиденье, который сейчас ужасным ядовитым запахом проникал в легкие. Тереза пахла так же, как и эти лилии: сначала ее аромат вызывает головокружение из-за своей яркости. Ты противишься ему, убегаешь от него, но после глотка чистого кислорода, осознаешь, что хочешь еще. И вот ты снова едешь к ней, втягиваешь носом сладость, которая тебе совсем не нравится, но она стала необходимой.
Такие, как она, вызывают привыкание.
Прошло уже ровно два часа с тех пор, как моя Infiniti одарила своим присутствием район Гранд-Парка. Я сидел в машине и, точно маньяк следил за своей жертвой, продумывая дальнейшее действие. В жизни все было просто: я видел перед собой шахматную доску и четко мог представить каждый последующий ход, но с этой блондинкой, все иначе! Ее мозг – повествование на недоступном мне языке, хотя я знал их шесть!
У меня было много женщин. В большинстве своем они сами запрыгивали на меня, готовые ко всему, что я предложу. Секс, деньги, еще пару встреч, подарки и завершение любовной истории, которая имела лишь горизонтальное выражение. Я не любил, когда в отношения между людьми вмешивались чувства. Наверное, именно это и было причиной, по которой у нас с Анитой до сих пор ничего не было. Она любила меня. Она хотела заниматься именно любовью, долго шептаться по ночам и целоваться, прерываясь стонами. Моя невеста была невинной девушкой и уж точно не заслуживала обращения из похоти и грязи.
Я хотел Терезу, потому что знал: именно она даст мне то, что избавит от скуки. Злой секс, соревнования, злость и обоюдный экстаз, в котором мне хотелось утонуть, утягивая ее на дно.
Я настолько углубился в мысли, что не сразу заметил развеивающиеся на ветру золотистые волосы. Уолис мотала сумочкой и переставляла свои длинные ножки на шпильке. Я перехватил букет и хлопнул водительской дверью, выходя на тротуар к входу в комплекс.
В горле закололо от предвкушения. Я, словно мальчишка, расплылся в улыбке, наблюдая за своим подарком, обертку которого я скоро сорву и хорошенько запятнаю собой.
Тереза приблизилась и заметила меня. Смятение, недовольство и наша общая страсть украсили ее безупречные черты. Уголки красных губ постепенно поползли вверх.
- Так-так-так, - долетел до меня ее мелодичный голос. – Это снова ты. Дезмонд Кеннет и букет лилий. Что ты здесь делаешь?
- Ты вчера слишком быстро уехала из ресторана. Я привык, что последнее слово за мной, - мурлыкнул я, замечая бесят в ее голубых глазах.
- Жаль тебя расстраивать, Дезмонд, - семь букв слетели с ее губ слишком горячо. Я шумно втянул воздух, чувствуя тяжесть в паху. – Но рядом со мной твои мужские гормоны придется держать при себе.
Блондинка остановилась в паре шагов от меня, позволяя осмотреть ее нежную, но в то же время порочную красоту. Если и существовали Падшие Ангелы, то она точно была одной из них. Приспешница Люцифера, которую выдворили за ее острый язык и пренебрежение к самому Господу. Белые джинсы обтягивали сочные формы, останавливаясь на самой талии. Легкий топ с квадратным вырезом черного цвета, который отливал глянцевым блеском. Ее грудь вновь здоровалась со мной, подавая два отчетливых знака.
Я прошелся языком по губам, эфемерно представляя ее вкус. Что-то мне подсказывает, что ее соки будут сладкими.
- Брось, Тереза, - я сделал шаг вперед, протягивая ей букет цветов. Девушка замерла, даже задерживая дыхание. – Готов поспорить в постели ты любишь, когда над тобой доминируют.
- Может, да, - прошептала она, соприкасая наши ладони. – А может, и нет. Думай обо мне, Кеннет.
Она перехватила лилии и прижала к себе, перекрывая вид на ее грудь. В том месте, где наша кожа грела друг друга, заиграли мурашки. Блондинка опустила нос в зрелые бутоны и на ее щеках появились ямочки. Мне хотелось прикоснуться к ним. Потрогать ее волосы, пропустить между пальцев и уткнуться в ее шею, вдыхая с ароматом покорность.
Мне хотелось, чтобы Тереза подчинилась мне.
Впустила меня.
- Ты не сможешь, вечность говорить мне «нет», - мой голос сел. – Тереза Жозефина Уолис.
Девушка вздрогнула, а я рассмеялся, рождая у нее румянец злости. Она заводилась от одного моего слова.
- Ты прав, я еще могу хорошенько врезать тебе, если ты не понимаешь слов.
Я запустил ладони в карманы брюк и кивнул на высотный небоскреб.
- Пригласишь домой?
- Что тебе там делать? – пожала Тереза плечами. Я подхватил наш флирт, продолжая:
- Ужин?
- Продуктов нет. Все съела.
- Кофе?
- У меня нет молока, по которому ты сходишь с ума, - в ее глазах отразилось мое веселье.
- Чай?
- С ядом?
Столкнувшись взглядами, мы одновременно рассмеялись, и только сейчас я понял, зачем приехал сюда: услышать ее. Запах вызывает зависимость, голос покоряет себе, а глаза вынуждают умирать в них. Черные густые ресницы широко распахнулись, провожая меня в лабиринты ее души. Темнота в них не пугала, потому что я любил сложности, вот только я не шагнул. Перевел внимание на белые цветы и нахмурился, удерживая свой рассудок в чистоте лилий.
- Как насчет ужина завтра?
- Как насчет депортации из Америки? – мило сверкнула она.
- Я скажу, что это ты ко мне пристаешь.
- Тесса поверит мне, а Блейк любит ее, - Тереза сделала шаг вперед, тыча в меня пальцем. – Господин сенатор тебя лично выдворит из страны.
Я отвел ее запястье и наклонился ниже, чтобы быть лицом на одном уровне. От близости ее губ пересохло в горле.
- Я власть, Тереза. Тебя же возбуждает это? - она опустила глаза на мой вздымающийся кадык и нахмурилась.
- Даю тебе возможность унести свою задницу отсюда последний раз, - я наклонил голову вбок, пытаясь понять, что она придумала. – Три...
Ветер раздул белые волосы ей на глаза. Я вздернул ладонь и коснулся прядей, сдерживая стон. Мягкий шелк: настолько нежно, едва весомо они прошлись по моей коже.
- Два, - Тереза была высокой, но даже с учетом шпилек ее рост был меньше моего. Она прикрыла глаза – и было же что-то молитвенное в этом жесте, что-то чего она хотела, но опасалась.
- Один. Гребанный ирландец!
Уолис привстала на носочки и ее губы коснулись моей щеки. Вот она рядом: я только хочу перехватить ее талию, заявляя права на сладкий ротик, а в следующую секунду она уже в нескольких шагах от меня.
- Какого черта? – прохрипел я, прикасаясь ладонью, явно к отпечатку красной помады.
- Я оставила на тебе свое клеймо, - коварно проговорила Тереза. – Я, Дезмонд, решила, что это так будет.
В горле запершило от гадостей, которыми мне хотелось наградить ее. Я тяжело задышал, чувствуя как лицо печет, будто от брызгов кислоты.
- Кстати, - девушка засунула руку в свою сумку и протянула мне белую брошюру. – От лица «Martlet» приглашаю тебя на наш вечер открытия. Если ты умеешь читать на английском, то поймешь подробности.
Я принял визитку и расплылся в победной улыбке. Милая Тереза сейчас совершила самую огромную ошибку: разбудила во мне зверя, давая ему согласие. Мне не зачем вести себя, как джентльмен с ирландским воспитанием.
- До встречи, Тереза...
Уже у входа она тряхнула густыми волосами и пропела:
- Пусть тебе снится мое горячее тело...
- И скорая возможность им обладать, - закончил я за нее.
Она так хорошо смотрелась с букетом моих цветов. Белая охапка в ее хрупких руках. Силуэт скрылся за дверьми, но я продолжал смотреть в одну точку, лаская руками ее поцелуй. Мне не хотелось смывать этот отпечаток. Мобильник зазвонил, но я сбросил вызов Аниты. Дойдя до машины, я обратил внимание на текст пригласительного, смакуя мысль о скором обладании ею.
Я тоже начал свой счет, Тереза.
Три, два, один...