Сказанье о драконе и вороне

Шагая по бесконечному туману, Орион был весьма рад, что в этой приглушенной обстановке он совершенно не слышит принца. Однако эта радость растворилась столь быстро, что в мгновение ока он позабыл о ней. Вдруг он повернулся к своему спутнику, дабы спросить его о чем-то, как поднятая рука не только не подтянула человека ближе, но и вовсе оказалась свободной. Его глаза расширились, глядя на оборванный пояс:

— Тоже мне "качество", — голосом, переполненным раздражения, буркнул он под нос, а после быстро осмотрелся.

Первым делом он вытянул руку вперед, в ту сторону, откуда шагал сам, однако, даже раздвинув немного туман, никого не обнаружил.

"Сколько, интересно, времени я шел совершенно один?" — судорожно пронеслось в его мыслях.

Тогда он остановился, попытался осмотреться и, поняв окончательно, что смысла в этом нет, закричал что есть мочи:

— Индюк! Полудурок! Ты... Ты! Принц недоделка! — он кричал так сильно, что на третьем слове его горло уже ощутило легкую раздосадованную боль. Схватившись за него, он все же начал кричать снова, вкладывая все скопленные силы. — Алан! Алан! Аланор! — в ход пошло даже имя принца в надежде, что тот настолько выбесится его слушать, что непременно найдет его даже в этом тумане.

Мыслей о том, что принц мог попросту сбежать, в его голове не было. Этот трус с манией, что все вокруг обязаны выполнять за него работу, даже подумать не мог бы остаться в одиночестве! Он точно бы до последнего следовал за ним, а значит, они отсоединились совершенно случайно, и где-то в другой части этого бесконечного тумана блуждает один большой раздраженный комок нервов.

Орион, поняв, что его голос остается неуслышанным, тут же начал чертить руну в воздухе. В его голове перебирались все, что он помнил: конечно же, первым делом в воздухе обрисовался символ света, однако с ним он лишь подслепил свои глаза, но сквозь туман видеть не стал. Он пытался вспомнить что-нибудь подходящее для такого места, но все было бестолку. Он узнал от бабушки уйму полезных бытовых рун, но это не было похоже ни на одну подобную ситуацию! Да и что вообще могло подействовать на этот туман?

— Алан! Аланор! — вскрикнул он с новой силой, стоило немного передохнуть.

Стоять на месте вечность не представлялось возможным, и он решительно пошел обратно. Он не сворачивал с пути и шел исключительно по прямой, поэтому возвращаться решил по такому же пути, не переставая окликивать чужое имя. Почему-то страха, что отозваться здесь может кто-то иной, у него совершенно не было! Только... волнение.

В какой-то момент он сорвался на бег и просто устремился вперед, вот только это оказалось ошибкой, быстро настигшей его врасплох. Забыв про безопасность и почему-то уверившись, что земля тут неизменно бесконечна, он упустил тот момент, когда его нога соскользнула в стремящуюся вниз пустоту.

Он вдруг обнаружил, что с бешенной скоростью полетел вниз.

В жизни Марка случались полеты с парашютом, поэтому в открытом пространстве он не испытывал панику, подобно той, что мог бы испытать человек, впервые почувствовав стремительный рывок к земле. Но все же он машинально ощупал свои плечи и, не найдя ничего, что могло бы его спасти, судорожно закрутился в воздухе.

— Ебать! — проорал он еще громче, чем все разы до этого, когда, перевернувшись в воздухе, он обнаружил, что земля стремительно приближается. Это был не туман, не просто бесконечные облака, а он действительно летел с небес на землю.

Забултыхавшись руками и ногами в воздухе, он попытался хоть немного остановить себя, даже вспомнил несколько рун от бабушки, способности которых, возможно, могли бы ему помочь. Вот только он едва направил собственную внутреннюю энергию к ладони, как почувствовал в ней изменения.

Лишь одного легкого взгляда хватило, чтобы лицезреть, как тонкие пальцы с бледной кожей меняют свой окрас, отращивая длинные черные когти и покрываясь настоящей змеиной шкурой. Это не приносило ему дискомфорта и на подсознании казалось чем-то естественным. В конце концов, человек, проживший уже достаточно в другом мире, должен переставать удивляться чудесам. Он не перестал, но решил довериться ходу событий и направил энергию чародея, пустив ее по всему своему телу. Изменения настигли его везде: в моменте он просто перевернулся в воздухе, не замечая, как вдруг стал крупнее и увесистее. Теперь он стремился к земле еще быстрее.

Посмотрев, сколько ему осталось до столкновения, он увидел, как под ним уже на непростительной близости высокая пиковая гора с плоским верхом. В момент, когда он подумал об этом, он попытался оттолкнуться в воздухе, и это у него получилось — он даже замедлил падение.

Обернув голову, он вдруг увидел, что у него из-за спины буквально растут длинные золотые крылья с перепонками, из-за чего он тут же закричал во все горло мат, скопившийся на подходе, вот только до его ушей долетел лишь протяжный рык. Так испугался собственного голоса, что полетел кувырком вниз, а из-за обретенного веса это падение лишь ускорилось.

В момент кульбита в воздухе он успел разглядеть свой новый хвост, ноги, туловище: все это было покрыто плотной и толстой чешуей, отливающей золотым блеском на солнце и красным в тени. У него не было времени подумать и побеспокоиться о своей новой форме, поэтому он стремительно начал пытаться снова и снова делать взмахи крыльями. Это ему помогло. Он все еще не понимал, как подняться в воздух, но теперь темп спуска можно было назвать благоприятным, хотя гора и приближалась к нему.

"Я должен опуститься... плавное приземление, Марк! Как мы учили!"

Он пытался выровнять свое дыхание и вспомнить свои первые прыжки с парашютом, но, попытавшись взглянуть на свои ноги, с ужасом подумал лишь:

"Да как тут приземлиться, когда у тебя лапки?"

Он все еще пытался активно разбивать воздух крыльями, но это были лишь жалкие попытки, которые ни к чему не привели, поэтому гора очень быстро приветливо встретила его. Вытянув лапы вперед, он ожидал болезненного удара, однако едва коснулся первой самой высокой травинки, как его лапы начали снова принимать человеческий вид. Постепенно он снова обрел облик человека, слегка согнувшегося к земле.

— Госпожа! — послышался женский голос со стороны.

Он почувствовал, как его плеча касается легкая ладошка. Обернувшись, он заметил изящные женские пальчики, придерживающие его в попытке приподнять на ноги.

— Госпожа, вы так истратите все силы! — послышался второй приятный уху голосок.

Орион все еще не понимал, что здесь творится, и изумленно осматривал пространство вокруг.

"Какая я вам госпожа? Разве вы ослепли? Если только..."

Он машинально опустил ладони на свою грудь, но ощутил всю ту же привычную плоскость. Приподнял руки вверх и увидел все те же руки. На секунду он предположил, что судьба-злодейка снова закинула его в другое тело, но за время, проведенное в новом облике, он успел изучить его достаточно, чтобы быть уверенным - он все еще был в нем. Отличалось лишь то, что ссадины, оставшиеся от драки с принцем, полностью исчезли с его рук.

Сердце все еще бешено колотилось в груди, но он пытался привести себя в чувства.

— Госпожа, — пробормотала юная девушка. Одетая в дорогие одежды, она выглядела по меньшей мере как принцесса, однако обращалась к нему формально.

— Ты мне? — уточнил чародей, указывая на свою грудь. Его голос звучал все так же грубо, как и всегда, он определенно не изменился. Но девушку это нисколько не смутило, она улыбнулась.

— Конечно, госпожа. Вам не стоило сбегать, чтобы полетать. Разве вы забыли, что сегодня праздник седьмого урожая? Да и мы уже привели ваши волосы в порядок, зачем же вы так ведете себя, госпожа? — девушка говорила почти без остановок, едва успевая набрать воздуха.

Орион, приподняв руки, ощупал свою голову. Значит, ему не показалось: волосы, обычно распущенные и летающие на ветру, теперь были плотно собраны в высокую прическу, украшенную различными женскими аксессуарами. Тогда он опустил взгляд и обратил внимание, что на нем было длинное белое платье, украшенное золотыми узорами.

"Это что еще такое..."

— Идемте, госпожа, нам нужно вернуться во дворец за даром и отправляться к господину Баюну, — сказала девушка, мягко подталкивая его вперед.

Он невольно зашагал рядом с ней. Длилось это недолго: очень скоро он понял, что приличного спуска тут нет, и ведут его напрямую к пропасти! Тогда он остановился и сделал пару шагов назад.

— Вы же не хотите, чтобы я... — он попытался рукой показать прыжок вниз, но, судя по лицам служанок, пояснение вышло не слишком доходчивым. Тогда он решил выразиться словами. — А как мы отсюда будем спускаться?

— Госпожа, обратитесь снова в иную форму, и мы быстро доберемся, — спокойно ответила одна из девушек.

"Так эта хрень в воздухе была иной формой?"

Марк уже не первый раз попадал в причудливые ситуации, а потому уровень его адаптации к происходящему возрос в разы. Можно сказать, навык привыкания он прокачал на максимальный уровень. И теперь, если незнакомцы уверенно говорили ему, что, сиганув с пропасти, ему ничего не будет, он, откровенно говоря, верил им. Тем более когда эти незнакомцы обращались к нему с должным почтением.

Одна из прислужниц подошла к краю и, шагнув в пропасть, за секунду обернулась синицей, вспорхнув в воздух и закружив над ним.

Марк посмотрел, как еще несколько служанок обернулись птицами и взмыли в небо, теперь кружа над своей "госпожой". Тогда он расправил плечи, слегка сведя лопатки, наклонил голову в стороны несколько раз и только после этого разбежался, прыгая в неизвестность. Ему не чужды приключения, тем более последнее время он погружался в них с головой. И смерть в таком положении уже не страшна! Но если есть возможность взмыть в небо еще раз, при этом полностью контролируя процесс, — он непременно должен это ощутить.

Тут его тело вновь изменилось, и он почувствовал, как оно обрело совсем иной вес. Птицы-служанки теперь казались ему крошечными песчинками на бесконечном пляже. И теперь, когда он был спокоен, у него получилось оттолкнуться от воздуха, чтобы полететь вперед. Тело изгибалось, как на волнах, продолжая двигаться вперед, а два огромных крыла со свистом рассекали воздух.

Ах, как же сейчас ему хотелось сбежать от всех этих проблем и улететь туда, куда стремится упасть солнце. Он посматривал на служанок, что летели немного впереди, бесконечно быстро махая своими крошечными крыльями, и думал о том, что если их правитель так же жесток, как Аланор и его отец, то стоит им потерять кого-то столь важного, как им тут же снесут головы. Тем более, если он устремится вдаль, что он встретит там?

Тем временем они миновали огромный темный дворец, обвивший высокую отвесную скалу, а потом устремились к полной его противоположности — строению, больше похожему на гигантский солнечный шар. Когда птицы начали свой спуск, Марк еще раз посмотрел на открывающиеся перед ним дали, но все же тоже устремился к земле.

В этот раз приземление было куда более гладким. Он опустился на макушку округлого здания и, не обернувшись пока еще человеком, цепляясь когтями за все уступы, пополз вниз. К телу огромного ящера он привык настолько быстро, что сам определил для себя: в прошлой жизни он точно был ящеркой.

Уже когда его передние лапы ступили на широкий отвисной балкон, к нему начала возвращаться прежняя форма. И, выпрямившись, он снова оказался человеком.

— Вот это я принцесса-лебедь, конечно, — бодро заявил он вслух и, заметив недоумение на лицах служанок, неловко улыбнулся. — Хихик, — "епта" добавилось на автомате уже в его голове.

"Едва я разобрался, что к чему в прошлом мире, как попал в новый! Что за чертовщина? Хотя, если признаться честно, мне это даже начинает нравиться!"

Как минимум, тут никто не содержал его в темнице, и его статус был намного выше. Смущало лишь то, что его называли госпожой, но он не обнаружил в себе никаких перемен и потому чуть расслабился. Главное, чтобы отсутствие нужных деталей не заметили слуги.

— Идемте, — одна из служанок нырнула в здание, и Марк последовал за ней.

Внутри этот полукруглый пантеон был переполнен цветами, он буквально благоухал ими. Пестрые мазки всех цветов украшали все пространство внутри, заставляя его сиять изнутри. Сначала он восхитился увиденной красотой, но, пройдя по выступу и подойдя ближе к краю, опустив голову, он вдруг заметил знакомые очертания. Настолько знакомые, что улыбка мигом сошла с его губ: под ним, в углублениях в стенах, находились высоченные каменные стражи, которые неизбежно наложили отпечаток на его психологическое и моральное состояние! Пол внутри округлой формы имел несколько колец, каждое из которых украшалось символом. Несколько проросших деревьев и красивых резных лавок создавали внутри этого круга иллюзию нахождения в маленьком парке. Тогда, посмотрев наверх, он намеревался увидеть россыпь истории о красивой девушке, но каменные плиты были полностью укрыты цветами.

"Это храм Солнца", — без сомнения повторил Орион в своей голове. Это было тем местом, куда он ранее попал по случайности и едва спас свою задницу от странного лже-принца. Только сейчас это были не руины, а пышущее силой строение. — "Значит ли это, что тайник чародеев привел меня в прошлое?" — это было самым логичным для него сейчас предположением.

Но он не мог в это поверить до самого конца. Несомненно, когда ты попадаешь сюда вообще из другого мира и уклада, ты начинаешь верить во все, но в твоей голове все равно не укладывается тот факт, что может быть что-то еще более грандиозное.

Тогда он обернулся назад и заметил проход, через который он забежал тогда и с которого спасся. Только сейчас это была не просто мрачная дыра в стене, а прекрасный ход на улицу! На огромную площадку, способную поместить на себя настоящее гигантское мифическое существо, то есть в данном отрезке истории — его самого!

Он подошел к лестницам, ведущим вниз, куда уже забежали служанки, и с осторожностью пошел по ним.

Отголоски прошлого столкновения со стражей на долю секунды замедлили его. Он покосился на них взглядом и со всей осторожностью коснулся ногой пола. Те даже не думали пошевелиться.

"Возможно ли, что та птица, которая была здесь, — это и есть то, кем я сейчас являюсь?" — подумал он и пошел вглубь. — "А кем я сейчас являюсь... Разве это не мое же тело? Орион, конечно, немного женственен, но все же его невозможно перепутать с настоящей девушкой. Тем более, если она была их госпожой."

— Госпожа, — к нему подошла совершенно иная служанка, не та, что сопровождала его ранее. — Для Баюна мы подготовили несколько даров, вам нужно только выбрать какой, — склонила она голову перед ним.

К такому можно было и привыкнуть.

Когда он дал добро, перед ним вынесли несколько огромных подносов, на каждом из которых лежал дар, который они собирались преподнести кому-то. Он не знал ни того, кто этот человек, ни того, является ли он вообще человеком. Поэтому, не раздумывая, указал на весьма крупную шкатулку. Украшенная драгоценными камнями и сплетенная золотыми нитями, она казалась ему по-настоящему торжественной. Поэтому выбор быстро пал именно на нее.

Тогда слуги склонились, и те, чьи дары не были выбраны, откланялись, а возле осталась лишь девушка со шкатулкой.

— Это все? Теперь мы можем идти? — поинтересовался Орион.

"Как бы то ни было, надеюсь, Аланор тоже в безопасности. Если он падет до состояния чьей-то прислуги, то боюсь, может не выдержать такого давления," — и на этих мыслях он глухо посмеялся, представляя лицо отчаяния и страдания, когда принца попросят что-то подать. — "Было бы интересно, окажись он моей слугой."

Тогда он обернулся к девушкам и решил попытать счастья:

— Дамы, а кто-нибудь знает из вас такого высокого молодого человека с черными вьющимися волосами? Он вечно такой с недовольным лицом и вообще мало приятен в общении? — Орион попытался максимально точно передать характерные для принца черты.

Девушки переглянулись, и на их лицах появилась легкая улыбка. Как минимум, это означало, что кого-то похожего они точно могли знать. Одна из них сделала шаг ближе и, склонив голову, тихо произнесла:

— Госпожа Солнце, является ли это какой-то особенной проверкой?

— Нет, правда, видели когда-нибудь?

— Но ведь вы описываете Господина Луну.

"Ну конечно, если есть Солнце, должен быть и Луна. Не знаю, рад я этому или нет, но возможно, там и правда я встречу Аланора... Получается, наши лица нам видны в правильной форме? Почему же они не перестают без сомнений называть меня госпожой? Даже мой голос звучит как у мужчины, что с ними не так?"

Как минимум, теперь он мог предположить, где искать, а потому, взяв дар, попросил девушек незамедлительно отправиться на мероприятие. Они направились к высокому входу на нижнем этаже, намереваясь выйти из этого здания.

— Так, мы идем к этому Луне?

— Нет, но уверена, что прихвостни господина уже прознали о вашем согласии посетить сегодня господина Баюна, поэтому непременно он тоже туда явится.

— Несмотря на все их разногласия, господин Луна не упустит такого шанса! — подхватила ее вторая служанка и завершила все это милой улыбкой.

— Почему же он будет там, раз я приду? — осторожно поинтересовался чародей.

— Как же, госпожа! Непременно в этом и всех мирах не осталось ни единого уголка, где бы не ведали, что Господин Луна безумно влюблен в Вас! — с ноткой восторга, ликования и с алеющими щеками выдала хрупкая служанка, складывая руки в крошечный кулачок перед своим лицом. Отведя взгляд в сторону, более нежным и в то же время печальным голосом она добавила: — Только Вы, госпожа, все никак не поверите ему.

— Вероятно, я то в него в ответ не влюблена? — нужно было выведать как можно больше информации.

"Даже если Луна окажется не Аланом, я прекрасно смогу использовать его помощь."

— Никому во всех мирах не ведомы взаимны ли чувства госпожи, — склонила голову служанка.

— Это отлично, — кивнул Орион. Отрицать это или соглашаться он не стал, все же этот мир, время и жизнь определенно не принадлежали ему.

"Если однажды мне удастся вернуться в свой собственный мир, у меня будут явные проблемы с определением, кто я такой... Когда же я закончу эти вечные перемещения?"

Проходя мимо высоких зеркал, окружающих широкую лестницу, по которой они начали спуск, Орион стал невольным свидетелем собственной внешности со стороны. Облаченный в изысканное платье, он выглядел как парящий на ветру цветок. И хотя до этого момента ему ни разу не удавалось поносить что-то из женского гардероба, он не мог не отметить, что в этой юбчонке было вполне удобно. Если бы они сделали ее длину еще короче, чтобы она не норовила запутаться в его ногах, то он непременно был бы доволен на все сто. Тем более, что он чувствовал ногами, что юбка не единственное, что покрывает ноги. Было на нем что-то похожее на штаны, а за ними еще и белье. К белью, к слову, у него было больше всего вопросов. Помимо неудобства, он боялся даже представить, кто и в какой момент мог так бесстыдно переодеть его. Поразила его и прическа, причем в основном тем, что она все еще держалась на его голове. Длинные волосы Ориона были изящно уложены и украшены кучей драгоценностей.

Он буквально выглядел как красивая ухоженная девушка. Он отлично изучил тело Ориона, но недостаточно видел свое новое лицо, а потому, видя немного макияжа на своем лице, уже начал сомневаться: вдруг, он попал в тело предка Ориона и теперь действительно является госпожой Солнце? Утешало его лишь то, что, судя по собственным ощущениям, тело никак не изменилось. Ну, и, конечно же, умение становиться драконом необычайно его радовало.

Когда они ступили уже на плоскую землю, то в его сторону сразу обернулись десятки глаз. Крестьяне были одеты в чистые и красивые одежды, но при этом хлопоты, которыми они занимались, говорили о том, что тут не было и речи о высшем сословии. Завидев вышедшую на улицу госпожу, они бросили свои дела и подошли ближе, склоняя голову.

— Рады приветствовать Вас, госпожа! — почтенно проговаривали они один за другим.

Вдруг к нему ближе подошла женщина в пестром желтом платье, подняла корзинку, наполненную яблоками, и протянула в его сторону. Склонив голову, она радостно пролепетала:

— Благодаря вам у моей семьи отличный урожай, попробуйте и вы! Эти яблоки удивительно вкусные! — С позволения Ориона, одна из служанок забрала эту корзинку из ее рук.

Не успела эта процессия сделать и нескольких шагов, как с другой стороны из толпы крестьян показался пожилой мужчина. На выставленных ладонях он удерживал красный шелк.

— Госпожа, эти ткани мне удалось приобрести у заморских друзей. Прошу вас, примите этот дар от моей семьи в знак бесконечной любви к вам!

Орион снова кивнул, и шелка забрала другая служанка.

Так они двигались вперед, и каждый в этом окружении хотел хотя бы словом быть услышанным своей госпожой. При этом не было ничего навязчивого, они действительно хотели выразить свою признательность и любовь.

"Она многое для них сделала, это еще лучше? Наконец, мои страдания воздались, и я не буду жить в мире, где все меня ненавидят и хотят убить!" — от этого на его лице даже образовалась легкая улыбка. Руки служанок теперь ломились от даров, которые народ протягивал им, и в какой-то момент им даже пришлось начать отказываться, ведь девать их становилось попросту некуда.

Они продолжали неспешно двигаться, когда одна из близких к Солнцу служанок вдруг ахнула и вскрикнула:

— Господин Луна!

Все люди, стоящие вокруг, тут же отошли подальше, расчищая путь.

Орион обернулся и удивленно посмотрел на остолбеневшего Аланора. Это несомненно был он, хотя и в совершенно другой одежде. Особенно сильно во всем этом выделялись красные глаза и пунцовые щеки.

— Это все же ты, — хмыкнул без доли былой радости Орион и подошел ближе к принцу. Тот поспешил отвести взгляд и вообще отвернуться подальше, явно чтобы не быть застигнутым врасплох.

— Даже и не думал, что увижу тут тебя, — фырчание с нотками недовольства вдруг ощутилось Орионом как услада для ушей. По правде, он действительно переживал, что могло стать с принцем, и теперь, видя, что тот жив и цел, мог выдохнуть с облегчением.

— Вижу, ты тоже тут в необычной роли, — поинтересовался чародей, видя, как сильно изменилась одежда принца.

— Да, они называют меня господином Луной. Ты понимаешь, что тут происходит?

— Подозреваю, мы попали в прошлое вашего мира, — пожав плечами, проговорил Орион. Никто из слуг или крестьян не смел даже подумать, чтобы подслушивать разговор двух важных господ их города, а потому отошел подальше и даже не пытался что-то выведать. Это позволяло говорить хоть и тихо, но на любые темы, не попадая под подозрение.

— Этого нам еще не хватало, — шикнул принц.

Орион чуть повел головой и посмотрел за спину принца, приметив двух слуг. Те, увидев на себе взгляд Солнца, тут же заробели, затерли свои ладони и попытались выглядеть при этом максимально приветливо, скаля зубы в подобии улыбки. От их вида у чародея пробежались мурашки по спине, и, вернув взгляд на принца, он с ухмылкой выдал:

— Смотрю, тут слуги отражают твой внутренний мир?

— О чем ты? — нахмурил тот брови.

— Да так... — игриво отметил Орион. — Мне вот достались прекрасные девушки, одна симпатичней другой.

— Ага, разве они не называют тебя "госпожа"?

Был пойман с поличным, и бежать было уже некуда. Так что, подняв голову выше, Орион решил, что лучшим вариантом будет не стесняться того, что он не может исправить:

— Это правда странно, но уверяю, это лишь потому, что никто из них не удосужился заглянуть ко мне под юбчонку. Там все при мне.

— Они слепые, раз не видят, что их госпожа такая страшненькая, — фыркнул он.

— Да брось, я видел, как ты покраснел, когда посмотрел на меня.

— Ты... да это потому что я был вне себя от твоего вида.

— Ага, — кивнул чародей. Эту шутку и издевку он прибережет на потом, сейчас были куда более важные вещи. — В любом случае, как бы ни выглядели наши с тобой тела, они видят в нас своих господ, так что нам стоит вести себя осторожно. Ты меня понял?

— Не лучше ли будет им сообщить, что они ошибаются?

— М-м-м, только откуда мы знаем, какая будет их реакция, когда они поймут этот обман? И где мы достанем настоящих этих людей, не подумал, а?

Аланор скривил губы. Он явно не задумывался о том, какие еще могут быть последствия, кроме мирного решения общей проблемы.

— Я тебе уже как опытный выживальщик в чужих телах говорю: нам нужно сначала подыграть и посмотреть, что и как будет. Нельзя раскрывать себя, нужно выяснить все самим.

— И как ты предлагаешь это делать?

— Просто делай все, что делал бы господин Луна, — улыбнулся Орион.

— Это что, например?

— Например, ты должен играть возлюбленного в меня человека, — отметил Орион, и принц от этой новости тут же скривился лицом. — Вот! Вот я про это! Избегай таких выражений лица в мой адрес! — обвел он его лицо в воздухе. — Будь лучше вне себя от моего вида, — усмехнулся он.

Аланор стиснул зубы, и, кажется, был слышен даже их скрип, однако выдавил из себя улыбку.

— Ты тоже ведь идешь на какой-то там праздник к кому-то?

— Да, праздник седьмого урожая некого Баюна.

— Тебе знакомо это имя?

Аланор покачал головой.

— Я вообще не сильно много люблю читать.

— Была бы тут Мирабель, она бы точно уже нам сказала, кто все эти люди.

— С чего ты вообще решил, что это прошлое? Возможно, мы вообще опять в другом мире, никак не связанном с моим! — возмутился принц. — Тогда Мирабель бы точно ничего не могла знать.

Однако их разговор прервали. Одна из служанок подошла ближе и низко склонила голову:

— Моя госпожа, я рада, что разговор с господином Луной доставляет вам сегодня столько удовольствия, но если мы останемся на месте дольше, то рискуем опоздать на прием господина Баюна.

— Да, ты права, тогда ведите. Мы пойдем туда вместе с Луной, — спокойно ответил он. Его голос в разговоре со служанкой звучал в разы мягче, на интуитивном уровне он пытался быть с ней более женственным, чтобы как можно дольше сохранять свой обман. — Пожалуйста, дайте в пути нам еще немного побеседовать.

— Как пожелаете, госпожа, — она выпрямилась. — Следуйте за нами, господин Луна.

И процессия снова начала свой ход. Тогда Орион, вышагивая рядом с принцем, смотрел вперед, продолжая свой разговор с натянутой улыбкой.

— Храм госпожи Солнца я уже видел в вашем мире.

— Ты же был в нем всего ничего. Точно ли ты не путаешь? Когда ты мог успеть?

— Помнишь, на ферме я прибежал к вам и сказал, что ты спас меня?

— Такой бред тяжело забыть.

— Так вот, там был этот же храм. Он выглядел немного иначе, был под завалами, однако этих стражей я теперь во век не забуду... тьфу, я уже разговариваю как придворный, — хмыкнул он. — Вообще, в кошмар они мне сниться скоро начнут.

— Не понял, — качнул он головой.

Орион обернулся к Аланору, и хотя его лицо лучило радостью благодаря широкой улыбке, глаза отчетливо говорили о желании придушить собеседника:

— Я видел этот храм разрушенным, поэтому я предполагаю, что мы в прошлом. Тем более, что тогда что-то тоже было про Храм Солнца, и сейчас это является вроде как моим домом. А я, если ты еще не понял, госпожа Солнце... Ну... — чуть помахал он руками перед собой, пытаясь ускорить тяжелый мыслительный процесс принца. — Давай же, складывай пазл!

— Допустим, если ты и правда был в нем уже, то в этом есть что-то... Почему ты не направил нас всех внутрь посмотреть?

— Зачем мне это? Мне нужно было излечить руку Мирабель и свалить от вас всех как можно дальше, прихватив мальчишку.

— Ты думаешь только о себе!

Орион снова обернулся к нему, только теперь даже его лицо не могло притворяться. Брови поднялись выше, и он смотрел с нескрываемым возмущением:

— Ха, а давно ли это у нас под запретом?

— Я же наследник престола, ты должен действовать в моих интересах.

— А я слушаюсь только президентских указов, так что пока ты не президент — захлопни рот, плиз, — выдал Орион и отвернулся.

— Теперь я хотя бы понимаю, откуда эта груда непонятных слов с твоего рта. Я всегда считал, что это части заклинаний.

Орион посмотрел на него украдкой и пошел дальше.

— Каков твой план? — поинтересовался принц.

— Разведать, как тут обстоят дела, и может, что они знают о перемещении во времени?

— Если это и правда такие древние люди, то что они вообще могут знать?

— Тут магия все еще есть, более того, возможно, она более мощная, чем ты можешь себе представить, — спокойно отметил чародей и повернулся к нему, не прекращая движения. — И вообще, ты в курсе, что твои глаза горят красным?

Это замечание слегка смутило принца, и он отвел взгляд в сторону так, чтобы его глаз не было видно даже случайно. В любом случае, быть нечистью для того, кто постоянно угнетен их нападками, — не самая приятная вещь. Очевидно, что и мелкие прислужники возле него тоже нечистивые.

— Я в курсе, — спустя некоторое молчание ответил Аланор и вернул взгляд на него. — Но я не нечисть, просто он, видимо, таким родился.

— А ты проверял?

— Как по-твоему, я должен это проверить? Взмахнуть рукой, и что-то сделается?

— Тебе видней, я же с нечистью меньше времени провел. В моем мире нет ничего подобного. Так что давай.

— Не при людях же! — шепнул он неслышно.

Орион осмотрелся вокруг. Хотя ликование поутихло, люди то и дело заглядывались на их вышагивающую процессию. Две знатные фигуры не могли сделать что-то и остаться незамеченными. Поэтому пришлось согласиться.

— Если протянем тут до ночи, попробуем тогда. Ты прав, лишнее внимание нам не нужно.

— А ты?

— А что я?

— Кем тогда являешься ты? Мы в схожих ситуациях: один титул, и наши храмы находятся не так далеко друг от друга, — развел он руками. — Но почему твои глаза не красные?

— Вероятно, я другая нечисть, которую ты еще не встречал. Но, — он обернулся к собеседнику, поднимая указательный палец к небу, — меня все эти люди очень любят! Они поутихли, когда ко мне подошел ты.

— Я тоже им симпатичен! Я подходил к торговцу, и он разрешил мне взять все что угодно с его прилавка.

Такая информация немного остудила чародея, и он снова повернулся вперед, задумчиво продолжая шагать. Он едва начал разбираться, что к чему в мире, откуда родом Аланор, как попал в совершенно другую среду, куда более запутанную и сложную. Правда, на этот раз ему повезло чуть больше — он не один.

Вскоре они покинули границы города, и началась настоящая бесконечная пустыня. Никто из них даже не замечал до этого, что город — это лишь счастливый оазис в засушливой местности. Там текли ручьи, цвела зелень, и воздух был свежим и приятным. Тут же пейзажи сменились на голую землю, а воздух забил легкие собственной сухостью и пылью. Однако процессия ничуть не сбавила ход. Лишь спустя некоторое время одна из служанок обернулась к своей госпоже и склонила голову:

— Госпожа, может, дальше вы хотели бы держать путь по небу?

Орион сразу понял, что речь здесь об его облике дракона. Управление которым ему пока удается не слишком гладко, однако нигде впереди все еще не виделось конца, а значит, место, куда они следовали, находилось излишне далеко.

— О чем она? — шепнул Аланор. — Почему мы все это время тогда шли пешком, если мы могли просто парить в небе?

— Я не очень уверен, что хочу повторять это сейчас... — прошептал он в ответ на вопрос принца, а после обернулся к служанке и с улыбкой решил уточнить. — Как далеко нам еще идти до Баюна?

— Если двигаться по земле, то мы можем оказаться там лишь к рассвету, — ее ладонь указала вперед, где за бескрайней засушливой землей не виднелось ничего.

Тогда Орион тяжело вздохнул и опустил взгляд. Его виски вдруг резко заболели от наплыва новой информации.

— Что же это за полеты в небе? Как птицы?

— Ага, почти, — шикнул Орион, растирая виски. — Эта госпожа умеет обращаться в дракона.

— Др...дракона? — неуверенно повторил принц. — Они вымерли... сколько же столетий назад они вымерли?

— Мне откуда знать? У нас их никогда и не было, — выдохнул он. — А может, и были, кто же теперь разберет?

Служанка тем временем стояла и выжидающе смотрела на них, не зная, какой ответ услышит в этот раз. По всей видимости, ее госпожа не часто отдавала предпочтение пешей прогулке на такие расстояния, да и сейчас Орион прекрасно понимал, насколько глупо было бы это выбрать.

Он обернулся назад, еще раз посмотрев на открывающуюся перед ними улицу города, а после вернул взгляд на бескрайние земли, тяжело вдыхая. Они потратили уже много времени, чтобы пройти по приятным благоухающим улицам, но идти бесконечные часы вдоль этой иссушенной полосы земли — настоящий ад. Любой бы тут выбрал обратиться драконом!

"Да чего я тут еще думаю?" — кричал Марк в своей голове. — "Я ебучий дракон! Конечно же, мы летим!"

Но вслух он лишь спросил:

— Как же господин Луна, сможет ли он проследовать за нами?

Лицо служанки обернулось ко второму мужчине. Ее глаза широко распахнулись, а щеки залились румянцем. Было видно, как она слегка замялась в попытке подобрать слова, поглядывая при этом на госпожу, но, не видя в ней поддержки и помощи, скромно проговорила:

— Господин Луна сегодня себя плохо чувствует?

— Нет, — тут же отсек он и чуть нахмурился. — Значит ли, что я тоже...

— Разве вы не принимали форму дракона все последние столетие?

Он тогда медленно обернулся к чародею и, увидев его уверенный и даже слегка возмущенный взгляд, нерешительно кивнул девушке.

— Тогда, вы сейчас не можете принять свой облик? — она никак не могла понять, в чем же причина столь странного поведения господина.

Аланор ответов не знал и не знал, какие будет давать ей правильно, а потому лишь вспылил и резко вскрикнул:

— Что за расспросы? Разве так должна вести себя прислуга? — вырвалось его королевское нутро, и он поспешил отвернуть голову.

Девушка не растерялась, она выпрямила спину и гордо проговорила:

— Госпожа Солнце никогда не запрещает нам задавать уточняющие вопросы, иначе как нам еще понять состояние нашей госпожи или господина? — возмутилась она.

Орион улыбнулся:

"Надо же, а эта госпожа Солнце умеет правильно обучить своих придворных."

Приметив улыбку своей госпожи, служанка тоже улыбнулась. По всей видимости, она восприняла этот жест как некоторую похвалу и, склонившись, ожидала от нее решения. Орион сделал шаг к ней ближе, слегка похлопал по плечу и произнес:

— Тогда отправляемся по небу.

Конечно же, эта затея ему весьма нравилась. Он уже успел понять, как обращаться драконом. Так сказать, был обучен самым суровым образом, скинувшись с небес. Однако сейчас он непременно радовался такому стечению обстоятельств, ведь теперь, готовясь обернувшись в другую форму, он видел Аланора с открытым от возмущения ртом, но не имеющим на таком между ними расстоянии возможности спросить, как же и ему сотворить такое чудо.

Служанки же, сделав пару легких шагов, словно собираясь вот-вот сорваться на забег дистанции, оттолкнулись от земли и обратились красивыми птицами, взмывая в небеса. Орион, внимательно посмотрев все, что они делали, попытался повторить за ними. Получилось с меньшей грацией, все же его ноги запутались в шелках юбки, однако в момент легкого падения его тело начало обращаться, и стоило первым лапам коснуться земли, как он оттолкнулся и взмыл в воздух за своими служанками, теперь вольно паря в небесах.

В этих превращениях тел определенно было то, что Марк никогда в своей жизни не забудет. Потому что чудеса, о которых он не мог даже фантазировать, настигали его теперь повсюду.

Аланор лишь замер, видя, как чужое изящное тело вдруг обращается в огромного зверя. Он уже точно видел подобное сегодня, только теперь это происходило всего в нескольких метрах от него, и он даже протер глаза, не в силах поверить в происходящее. Он лишь смотрел, как эта огромная крылатая ящерица взмыла в воздух, рассекая его и создавая порыв ветра. Как эта тонна вдруг стала невесомой, как перо, и закружила под облаками. Невольно засмотревшись, он задрал голову, не в силах пошевелиться.

— Отец ни за что не поверит мне... — прошептал он едва различимо, а сам продолжал наблюдать за чародеем. — Наверное, я где-то упал и ударился головой.

— Господин, — послышался голос Фина у него под ногами.

— Господину и правда сегодня не здоровится? — тут же послышался голос Гина с другой стороны.

— Не переживайте, господин, такое бывает, не всегда получается, — Фин развел руками.

— Да, господин, вам не стоит переживать, вам уже столько лет, не мудрено, что бывают промахи.

Аланор скрипнул зубами и процедил сквозь них:

— Выпороть бы вас за такие обращения.

Фин и Гин, услышав эту угрозу, вдруг подпрыгнули на месте и забегали вокруг, прикрывая свои головы. Если служанки Госпожи Солнце точно могли постоять за себя, то эти двое вмиг испугались, что их господин обозлится и накажет их сейчас же.

— Смилуйтесь, господин!

— Помилуйте, господин!

Кричали они наперебой.

Аланор же сделал несколько неспешных и неуверенных шагов вперед, неотрывно смотря, как в ожидании его дракон продолжает рассекать воздух.

"Что же это за мир такой..." — крутилось в его голове.

До того момента, как он повстречал Ориона, его жизнь была проста и предсказуема, но теперь, с взволнованным сердцем, он каждый раз был вынужден бросаться в пучину неизвестности. Разбежавшись побольше, он попытался оттолкнуться от земли, но ничего не получилось. Грациозно пролетев пару метров в длину, он просто рухнул на землю, поднимая клуб пыли.

Потом еще и еще раз.

В небесах раздался рев дракона, и даже не слыша человеческого голоса, Аланор отчетливо слышал в этом рыке смех чародея. И все же он попытался еще раз, но снова лишь упал на землю.

Птицы, что летали над ним, не переставали щебетать.

— Хватит смеяться тут всем семейством! — прокричал он в воздух, сопровождая синицу в полете. — Вас тоже нужно всех выпороть!

Дракон же начал снижаться, пока не опустился на землю, облачаясь снова в прекрасную госпожу. Правда, стоило выпархнуть из поднятого клуба пыли, как Аланор увидел снова это лицо, которое, искаженное довольной улыбкой, продолжало приближаться к нему.

— Ну что, пришел посмеяться мне в лицо? — буркнул Алан, скрестив руки. — Я никогда не делал ничего такого.

— Я знаю. Когда я оказался в теле чародея, тоже был весьма ошеломлен и не знал, что к чему. Пришлось много читать, — развел он руками.

Аланор пристыжено отвел голову в сторону.

— Не стоит смеяться, когда у кого-то что-то не выходит.

— Ты прав, — спокойно ответил ему Орион.

Аланор же, не поверив своим ушам, резко обернулся:

— Чего?

— Ты прав, что не стоит смеяться. Наверное, если у человека что-то не получается, нужно ему помогать? — Орион протянул ему руку.

Между ними было множество драк, ссор и поводов просто разорвать тела друг друга в клочья, но Алан даже не думал, что в такой момент Орион снова протянет ему руку помощи.

— Что ты хочешь? — спросил он, с подозрением глядя на протянутую руку.

— Я помогу тебе.

— И как же твоя вытянутая рука может мне помочь?

— Знаешь, — он все же убрал руку и теперь повернул ее ладонью к себе, — магия она внутри этих тел. Я не знаю, как это действует, но ты ее должен почувствовать. Наверное, у тебя это тоже самое. Пошевели как-будто третьей рукой.

Алан поднял собственную руку и посмотрел на нее.

— Но я не чародей, просто... это ошибка, что я на этом месте.

— Если мы и правда попали в чужое время, эпоху или мир, то кем бы ты ни был в прошлой жизни, учись принимать дары этой. Теперь ты господин Луна, и пока мы не вернем тебя обратно — ты можешь играть по его правилам.

— Меня обратно? — возмутился принц. — Почему только меня?

Орион отвел голову в сторону:

— А нужно ли мне возвращаться? Ко мне тут хорошо относятся, я ни в чем не нуждаюсь, так... может, мне тут было бы лучше? — он вдруг улыбнулся с легкой грустью в глазах.

Это не осталось незамеченным, и Аланор вдруг захотел задать вот только-только зародившийся вопрос в его голове, как его уже подхватили за руку и вдруг потянули на себя. Орион же, в миг изменив собственное лицо, вскрикнул:

— Давай же, пошевели третьей рукой!

И потянул его. Они вместе сделали два решительных шага, и стоило Аланору зажмурить глаза, как он почувствовал изменения в его теле. Распахнув их, он вдруг обнаружил, что находится выше уровня земли. Опустив голову, он увидел когтистые черные лапы, рассекающие землю, он увидел, как перед ним стоит более хрупкий и маленький золотой дракон. Тот самый, что минутами ранее казался ему грандиозно огромным, теперь был таким крошечным. В его золотых глазах читалась мягкая улыбка.

— Ура! Господин! — послышалось вдалеке.

— Господин Смог!

— Конечно же, ему же помогла Госпожа!

Фин и Гин, два надоедливых беса, теперь казались такими крошечными, что походили на пыль под его ногами. Заметив, что их господин готов вот-вот взмыть в воздух, они поспешили запрыгнуть на его спину.

"Как вы посмели!" — но его слова обратились лишь в единый рык.

Но он не мог оставить подданных здесь, и по всей видимости, эти двое не умеют ни во что обращаться. Аланор чуть поерзал на месте и нащупал в собственном теле крылья, резко расправил их, отталкиваясь от земли. Стоило ему воспарить в воздух, как он почувствовал ветер, обтекающий его крупное тело. Он заметил, как к нему присоединился и золотой дракон, дразняще выписывая теперь причудливые пируэты. Аланор же старался не двигаться лишний раз, он боязливо смотрел на землю и, видя нарастающую высоту, лишь мог нервно сглатывать.

"Взмах, взмах" — повторял он в своей голове, но его глаза непрерывно наблюдали за золотым драконом. Увидев, с какой легкостью он кружился перед ним, он начал забывать про счет. И так, пока его взгляд и весь мир не сомкнулись на ком-то одном.

Следуя за кем-то, ему стало так легко и просто, что он не заметил, как двигался вперед.