Глава 28
Опустившись на широкий уступ, тело чародея снова обернулось в обычный облик, и он отошел, оборачиваясь назад. С той стороны, откуда он летел, словно по пятам за ним следовал огромный дракон. Восторженным взглядом он сопровождал его до самого приземления. Это было похоже на просмотр кино в лучшем кинотеатре, где технологии погрузили его в происходящее с головой. Или, может, это была "Команда А", когда, дабы забрать одного из членов команды из психиатрической больницы, устроили показ кино, в процессе которого, словно кадр из фильма, они проломили стену и ворвались в здание. Киношные образы все больше расплывались в голове Марка, в то время как увиденные им чудеса воспринимались с большей легкостью.
Принц приземлился менее грациозно. В процессе обращения тела обратно в человека, он сделал переворот кубарем, раскидывая подопечных в разные стороны и поднимая огромный клуб пыли. Ориону аж пришлось прикрыть рот ладонью, чтобы не расхохотаться на всю округу.
— Даже вот не смотри так! — поднимаясь и отряхивая одежду, шикнул Аланор.
Теперь они оба были возле своей цели. Уже издалека Орион успел разглядеть, что тут находится действительно грандиозное строение, как шляпка гриба, раскинувшая свои мощи на тонкой вертикальной горе. Хотя тип строения был похож, и он так же искусно создавался из идеально отточенного камня, грандиозность, размах, роскошь были совсем на ином уровне. Здесь блестело все: от угловых башенок, чьи окна переливались на закатном солнце, до тонких фиал, стремящихся к небу с крыши, что представляли собой сплошной драгоценный камень. Зубцы на башнях, выпирающих со всех сторон, огранялись чистым золотом. Широкие балконы, украшенные зеленью, размахом не меньше смотровой площадки, каждое украшалось золотой оградкой. Вход представлял собой ряд колонн, возвышающихся так высоко, что Аланор даже в образе дракона смог грациозно и вальяжно пройти внутрь. В то время как над ними, в овальном фронтоне, собрались десятки золотых скульптур, повторяющие бессмертный облик хозяина дома.
Орион обернулся к принцу и заметил, что даже он стоит, осматривая это с приоткрытым ртом. Нельзя было не поразиться тому, насколько торжественным выглядело это строение.
Не выдержав, чародей отошел в обратную сторону и заглянул за обрыв. Высота, на которой они находились, кружила голову и не позволяла ему даже примерно рассмотреть, что могло находиться внизу. Тогда он вернулся к своим и громко заявил:
— Видимо, нам сюда?
— Да, господин, — склонила голову одна из его служанок и рукой указала ко входу.
— Что ж, тогда давайте поспешим.
Его распирало любопытство, как подобное архитектурное чудо могло выглядеть изнутри. В его голове все крутились образы, сотканные из золотых нитей и самых дорогих камней, что он только мог позволить себе увидеть хотя бы в экране его телефона. Его настолько будоражило ожидание, что ноги сами двигались все быстрее, пока они не поднялись по лестнице и перед огромными литыми дверями не встретили несколько стражей. Облаченные в ткани, они полностью скрывали свои тела. Лишь их алые глаза выглядывали из-под слоя одежды, а острые копья перегородили вход.
— Мы к господину Баюну, — не растерялся чародей.
— Господин Луна и Госпожа Солнце могут пройти, но слуги должны отправиться в комнату для слуг, — с легким безразличием в тоне, без должного уважения, произнес один из стражников.
Тогда Орион обернулся к девушкам, что сопровождали его. Те тут же склонили головы, и та, что была по центру, громко произнесла:
— Госпожа, для нас была честь сопроводить вас сюда. Мы подождем вас в отведенном для нас месте.
— Но как же дары? — поинтересовался он. — Неужели мне самому ему нести все?
— Когда нам будет дозволено, мы поднесем дары к вам, чтобы вы могли вручить их господину Баюну.
Орион еще раз осмотрел их руки. Те были переполнены подарками народа, а где-то среди этого множества вещей и затесалась нужная ему шкатулка. Однако в голове у него возник лишь один вопрос:
"Куда они засунули это во время полета?"
Но спрашивать не стал. Не хотелось узнать пугающую правду в такой час. Тогда он кивнул им и снова обернулся к страже. Намереваясь уже войти, тем более, что скрещенные копья перед ним распахнулись, но все же остановился и обернулся к Алану. Тот с меньшей решительностью произнес:
— Вы тоже идите куда следует, — буркнул он двум бесам у его ног.
Те тут же забормотали в два голоса, забегали вокруг своего господина. Но в итоге, смирившись, покорно пошли за служанками Солнца.
Теперь, когда они остались перед вратами лишь вдвоем, те распахнулись, открывая вид на внутреннее убранство. Под огромным купольным сводом, под мерцание магических огней, уже во всю гремела музыка. Удивительные звуки рассекали по всей внутренней части, сложно было даже угадать, что за инструмент звучал здесь. Только пройдя внутрь, попытавшись уловить переливающиеся звуки, Орион увидел, как вдоль стены катится каменный идеально круглый шар, минуя желобы, выточенные в камнях различной формы. И звук при этом каждый раз менялся, в зависимости от толщины основания этой причудливой горки, размера или изгиба. Эта музыка журчала по всем краям стен, что можно было ухватить взглядом.
Внутри, по подсчетам, было около трех десятков человек в дорогих одеждах, однако на общем пространстве их число казалось ничтожно малым. Это выглядело бы как невероятно скудная вечеринка, если бы столы, выставленные во всех частях зала, не ломились от еды, а между ними не бегали прислуги, суетно разнося угощения.
— Что же это за мероприятие? — произнес Аланор, останавливаясь возле чародея.
— И причем тут праздник урожая?
Они остановились недалеко от входа, чем явно привлекли внимание. Ведь, оторвавшись от одной из кучек гостей, к ним почти подплыл высокий мужчина. Одетый в свободные одежды, нельзя было сказать наверняка, какое именно у него телосложение. Наполовину его лицо скрывалось за большим белым веером, а левый глаз накрывали длинные вьющиеся черные волосы. Единственное, что можно было наверняка разглядеть, — это единственный глаз, который выглядывал меж складками веера и черной густой бровью. Светясь красным, он с некоторым азартом и ехидством осматривал гостей.
Подплыв к ним ближе, он наконец открыл свое лицо и склонился в поклоне. Только это было не как прислуга приклоняется перед господином, а ехидный, игривый поклон в знак кокетливого приветствия.
— Вы таки прибыли! — почти промурлыкал мужчина и, снова выпрямившись, тут же подхватил руку Ориона, резко задирая ее на высоту своего роста и оставляя смачный поцелуй на тыльной стороне. Почувствовав на себе избытки чужой слюны, Орион едва не скривился от отвращения, и только пугающий вид происходящего вынудил его все же выдавить улыбку.
— Как же мы могли не прийти.
— Хах, и снова вместе, — с меньшим довольством проговорил он, и его взгляд метнулся в сторону стоящего возле Аланора. — Но тебе я тоже рад, — он лживо натянул улыбку и похлопал Алана по плечу.
— Что-то не похоже, — в привычной манере выдал принц.
— Оставим былые обиды, Луна, — его голос звучал нараспев. Будучи в приподнятом настроении, его тело слегка покачивалось в такт звукам со стороны. — Сегодня вся вражда должна быть оставлена, у нас же праздник. Так что давай сегодня без твоих выкрутасов.
— Постараюсь сдержаться.
Орион наблюдал со стороны и, стиснув зубы, в душе молился, чтобы он не выдал их прямо сейчас. Ничто так не оскорбляет принца Аланора, как приветливое обращение к остальным и столь недоброжелательное к его личной персоне! Видя, что хищный взгляд мужчины стал более напряженным, Орион скользнул между ними и натянул приветливую улыбку.
— Праздник предвещает быть прекрасным!
Завидев перед собой чародея, мужчина изменился в лице, и, несмотря на то, что часть его он снова скрыл за веером, его глаз приветливо улыбался, оглядывая гостью.
— Конечно, мои праздники всегда великолепны.
Не сложно было догадаться, что их встретить вышел хозяин этого места, сам Баюн.
— Солнце, мое милое Солнце, давай же я проведу тебя здесь и покажу все! — его голос был похож на мурчание, он выделял некоторые буквы и слоги так, что те затягивались в его речах. Даже его голос в общении с ним звучал несколько иначе. — Идем же, идем же! — радостно подхватил он и, обернувшись, резко подхватил Ориона за талию.
Тот, не привыкший к таким обращениям, сначала вздрогнул, опешив от такой нахальности, а следом тут же выкрутился из чужой хватки почти как в танце, оказавшись снова поодаль.
— Давайте все же соблюдать дистанцию!
Тогда Баюн чуть изменился в лице и лишь холодно посмотрел на Луну, после чего вновь подошел к Солнцу, но теперь уже сдержал свои руки, просто убрав одну из них за спину.
— Слухи не врут? Ты таки дала шанс этому проходимцу? Какое разочарование, такая краса не должна прозябать в темноте ночи. Тебе стоит лучше присмотреться к моей персоне, все же, — он резко захлопнул веером и обвел по залу рукой. — Все эти богатства могли бы быть твоими.
— Не интересует, — отмахнулся Орион, двигаясь рядом с хозяином вечера.
— Ты как всегда резка и справедлива. Не могу не уважать тебя за это, — он продолжал ластиться. При этом, находя крошечные шансы, он каждый раз двигался к нему все ближе, так что, когда их плечи норовили уже соприкоснуться, Орион вынужденно делал шаг в сторону. — Как твои людишки? Все так же забавляешься?
— "Мои людишки"? О чем ты?
— Ты все же одумалась? — мурлыкнул он и снова распахнул свой веер. — Эти создания, которых ты взяла себе. Как это называется? Город? Глупые забавы, но если тебе так нравится, я мог бы подарить тебе нескольких!
Его речи все еще сладостным ручьем текли с уст, он говорил как о чем-то простом и незамысловатом, однако сам смысл речей изрядно пугал чародея. Он обернулся через плечо на тащившегося следом за ними Аланора. Тот, кажется, не мог слышать, о чем они говорили, и лишь с кислой миной следовал за ними.
Баюн же не замечал неловкости, он продолжал лепетать что-то про своих людей, которых он готов подарить ей, и что все его люди могут стать ее, стоит ей присмотреться к нему как следует. Когда мимо них суетно пробегал один из прислужников, он схватил его почти за шкирку и подтащил к ним ближе, удерживая за ворот, он показал мальчишку Солнцу и улыбнулся.
— Вот, мой подарок тебе на сегодня, — он подтолкнул его к Ориону подобно товару. Тот, запинаясь, едва не падая, подошел ближе к нему и остановился. Его напуганный взгляд смотрел только под свои ноги. — Ты теперь будешь служить ей. Понял?
— Да, господин, — он кивнул несколько раз.
Баюн тут же улыбнулся, посмотрев снова на чародея.
— У меня таких сотни. Приходи в гости, буду дарить тебе одного за каждый твой визит! — кажется, его план был вовсе не раздарить своих подданных ей, планы на госпожу Солнце у него были явно совершенно другие.
Спасло Ориона от странного разговора то, что двери вновь распахнулись, и Баюн отвлекся на новоприбывшего гостя, распахивая свои приветливые руки и идя к нему навстречу. Орион смог выдохнуть, и Алан вновь подошел, останавливаясь возле него:
— Это еще что было? — шикнул принц в попытке быть не услышанным "подарком".
— Черт его знает...
Взгляд чародея был прикован к его подарку. Мальчишка, на вид не больше двенадцати лет, стоял, продолжая смотреть в пол. На его руках был деревянный поднос с несколькими угощениями. По тому, как он трясся, можно было предположить уровень страха мальчишки.
— Как твое имя? — громко поинтересовался Орион.
— Т-трэлл, — очень тихо, почти беззвучно произнес ребенок.
— Ты можешь не бояться и говорить спокойно, я не буду обижать, — Орион все еще не мог перестать осматривать свой новый подарок. — Трэлл, почему ты тут?
— П-потому что гос-сподин Баю-юн приказал мне обслужжживать гостей, — он запинался почти в каждом слове, при этом говорил он весьма хорошо.
— Расскажи мне, как Баюн обращался с тобой?
Продолжая заикаться, Трэлл заговорил:
— Господин милосерден и справедлив, он не наказывает нас, если мы не сотворили чего неправильного.
Орион закатил глаза. Вот же ж угораздило его вляпаться еще и в типичное рабовладельческое общество. Теперь понятно, о каких "людишках" он твердил. Отвернувшись от мальчика, он обратился тихо к Аланору:
— Похоже, тут странные дела. Подозреваю, что у Баюна тут уйма рабов, и его поражает, видимо, то, как выглядит место, где живет госпожа Солнце. Видимо, она решила дать им свободу и оберегает, а тут так не принято.
— Почему, как не принято делаешь ты, а ненавидит он меня.
— Ммм, — протянул Орион задумчиво и, собравшись с силой воли, произнес. — Думаю, этот дед подкатывает к госпоже Солнце.
— Чего? — возмутился тот. — К тебе?
— А ты не заметил? Он тут обнять меня пытался, потом всю дорогу обещал надарить мне еще людей, если захочу, приглашал тут в гости.
— Он что, совсем не знает чести? Как можно так...
— Ой, от тебя-то и о чести слышать? Думаю, ты, когда к девушкам подкатывал, тоже своим статусом просто хвастался!
— Не было такого, ни к кому я не подкатывал, — его щеки снова слегка покраснели.
Орион удивленно вскинул брови, но не стал заострять на этом внимание, ведь у них были куда более важные темы:
— Этот мальчик нам поможет, мы сможем расспросить у него обо всем, что тут происходит. Он весьма запуган и будет отвечать, не задаваясь лишними вопросами.
— Понял, тогда расспросим его.
Правда, очень скоро этот план показал себя весьма провальным. Напуганный ребенок ничего не знал, родился и вырос тут, во дворе при господине Баюне, и не ведал никогда другой жизни. Поэтому что-то объяснить не мог, только каждый раз боязно повторял одну и ту же фразу.
В итоге, Орион сдался и, грузно выдохнув, помассировал собственные виски.
— Трэлл, ну-ка, походи с дядей Луной, а тетушке Солнце надо немного расслабиться.
Мальчик кивнул, а вот Алан едва успел открыть рот, как след чародея уже простыл. Он спешно углубился в центр зала и беглым шагом направился к другому столику.
"Если уж ничего не решается на трезвую голову, надо хотя бы горло смочить! Это какой-то важный вечер, здесь по-любому будет алкоголь."
И не прогадал. В действительности, подойдя к широкому столу, он заметил на нем несколько высоких кувшинов, возле которых расположились пиалы. Открыв один кувшин, он опустился к нему и втянул побольше манящего аромата. Вкус терпких ягод, смешанный с чем-то пряным, тут же вскружил ему голову, и его рука машинально потянулась к пиале, куда он плеснул сладкой жидкости. Облизнувшись, он уже приготовился пригубить алкоголя, как вдруг его собственная рука остановилась, не дойдя до рта.
— Чего... — вырвалось у него.
Он с новым усилием попытался дотянуть пиалу до рта, но собственная рука не поддавалась!
— Ладно, пусть будет так. Не проблема.
Легко проговорил для себя же он и попытался наклониться, чтобы ухватить пиалу губами, вот только рука в этот момент отпрянула от него, как та же сторона магнита, и опустила напиток на стол.
— Это еще что такое...
Он попытался схватить пиалу снова, но в этот раз его обманул уже сам мозг и зрение, а потому рука лишь небрежно скользнула над пиалой в сторону, и ухватиться за нее просто не получилось.
— Не смешно! — поругал он свою же руку.
И так, попытка за попыткой, он начал эту маленькую борьбу сам с собой, уверенно проигрывая собственной руке. В итоге он сдался, уперевшись руками в стол, его голова рухнула на грудь, и он поспешил признать поражение:
— Значит, что-то тут есть еще, и оно против того, чтобы я пил? — в воздух поинтересовался чародей, но ответа не последовало. — Господин Орион, это вы? Обиделись после прошлого раза? Я всего-то немного подразнил принца, мне что теперь, вообще не пить?
Однако никакого ответа не следовало. Снова выпрямившись, он схватил соседний кувшин, где, судя по всему, находился попросту выжатый апельсин, смешанный с тростниковым сахаром, и плеснул в пустую пиалу. Это он выпил спокойно. Значит, ему определенно не давали тут пить.
Недовольный происходящим, он снова обернулся к гостям.
— Госпожа Солнце! — послышался радостный женский голос со стороны.
К ней с грацией лисы подплывала теперь уже загорелая дама в открытых шелковых одеждах. Ее черные волосы ручьем темной реки проливались со всех сторон, длиной доставая практически до ее колен. Они не были собраны в прическу, но выглядели ухоженно, привлекая на себя все внимание. Ее черные, как смоль, глаза пронзительным взглядом почти прожигали Ориона. Она явно намеревалась завести разговор.
Избежать его уже казалось невозможным. Чародей мельком взглянул в сторону и заметил Аланора. Тот странным образом подходил к входной двери, но в последний момент разворачивался и снова шел вглубь зала. Его лицо отражало лишь привычное ему презрение ко всему миру. Трэлл шустро бегал за ним, все так же продолжая смотреть лишь в землю и не задавая лишних вопросов.
"Пытается сбежать, но совесть мучает?" — хмыкнул чародей в своей голове, а когда обернулся, то заметил, что женщина уже подошла к нему.
Расправив свои вовсе не хрупкие плечи, она остановилась всего в метре от госпожи Солнце и сделала краткий поклон. Орион, наученный быстро перенимать чужие особенности поведения, тут же отзеркалил этот жест.
— Я уж думала, и не увижу тебя на этом празднике! Хо-хо! — голос звучал грубо и хрипло.
— Не могла пропустить, — улыбнулся чародей.
"Вообще-то мог..." — подумалось ему, но тут же он осознал важную для себя вещь: он даже не задаваясь вопросом, проследовал туда, где должен был оказаться! Не задавая лишних вопросов и не переживая о происходящем, лишь поплыл по течению. И если на тот момент он посчитал это своей способностью адаптироваться к происходящему, то теперь, мельком глянув на кувшин с прекрасной настойкой, засомневался в том, что это решение было единоличным.
— Празднества Баюна всегда пышут изяществом, но он слишком строг к правилам. Мои слуги вынуждены томиться за другими дверями, из-за этого тут кажется слишком пусто, — обернувшись к залу, продолжала девушка. — Если бы он меня спросил, я бы обязательно посоветовала ему зазвать сюда каких-нибудь красавчиков. Среди его рабов я видела несколько таковых, они бы составили нам интересную компанию, — со вздохами через слова лепетала она.
Орион тоже обернулся к залу и, не зная, чем подкрепить этот монолог, просто кивал и издавал легкие звуки согласия, делая вид вовлеченности в разговор. Сам же пытался осмотреться. Вечер и правда нельзя было назвать оживленным. Тут выделялся разве что Луна, разгуливающий взад-вперед, да какой-то из слуг, что вороватыми глазами озирался вокруг. Сумасшедший дед точно был не в себе, как и Аланор, они даже сейчас были чем-то похожи.
Однако дама с длинными черными волосами не останавливалась. Обернувшись к столу с угощениями, подхватила кусочек рыбы и, проглотив его целиком за раз, продолжила:
— Тебе-то не понять меня, за тобой ухлестывает этот проходимец Луна, Баюн в тебе души не чает, и еще полсотни знатных господ готовы отдать тебе все свое состояние лишь за вечер с тобой. Ах, мне не повезло так с внешностью, Госпожа Солнце.
Ее речь звучала мягко, но завистливый голос все же давал о себе знать. Он решил опустить этот момент и, улыбнувшись пошире, стал направлять русло разговора в интересующую его сторону:
— А что за праздник такой, седьмого урожая? Почему не первого или не последнего? Седьмой разве чем-то выдающийся?
— Ахахах, — залилась дама смехом, прикрывая свои пухлые губы. Хотя она пыталась звучать грациозно, из-за сиплости голоса это звучало совершенно противоположно. Однако Орион продолжил улыбаться, смотря на нее и ждать ответов. — Ты смешная, — выдала она и резко повернулась. — Конечно же, это все фарс, он просто нашел повод нас всех собрать. Я уверена, что он никогда и не считал, сколько там было урожаев. Семь? Разве мы бы не были все младенцами, будь это только седьмой урожай?
— И правда, — разочарованно произнес Орион. — Тогда что за повод?
— Кто же его знает, у Баюна всегда много планов. Думаю, что сегодня он нас в них посвятит. Разве ж это не чудесно? В последнее время мне было весьма скучно, поэтому я и пришла сюда, — она улыбнулась еще шире и чуть склонила голову. — Но, увидев тут и тебя, я весьма удивилась, обычно ты пропускала все подобные встречи. Это на тебя Луна так влияет? Он заставил?
— Заставил? — Орион дернул бровью. — Нет, ничего подобного. Просто хотелось посмотреть, как это все выглядит. Не могу же я всегда сидеть в одиночестве.
— А мне казалось, тебе нравится, — разочарованно пробормотала она, выпучивая губы. — Вся такая противница наших взглядов, но теперь я тоже тебя тут вижу. Наигралась в свой городок?
— Вовсе нет, — он старался отвечать просто, абстрактно, ведь любые детали могли убить его легенду, и он окажется раскрытым. Она верила всем его словам и не вдавалась в подробности. Это весьма удобно. — Может, есть что мне лучше знать заранее?
— Хм, дай подумать, — протяжно заявила та и снова повернулась к залу, осматриваясь. — Лучше не возникай снова при всех, Баюн добр к тебе, но если ты из раза в раз будешь унижать его при всем высшем свете, то однажды кончится и его терпение.
Орион обернулся и снова посмотрел на Баюна. В это время он встречал очередного гостя, прячась за своим веером. Но со стороны было видно, как его глаз улыбался в этот момент, речи наверняка были мягкими и ласковыми, но его рот со стороны выглядел абсолютно равнодушно: кончики губ были опущены вниз, и вся гримаса на его лице была лишь фарсом, а веер покрывал истинное значение его слов.
"С этим нужно быть осторожней... Понятно... Она," — он обернулся к девушке. — "Кто же она?"
— А и еще! — вдруг резко вскрикнула черноволосая госпожа и, хлопнув в ладоши, обернулась к Солнцу. — Госпожа Звезда обеспокоена твоим с Луной будущим. Тебе стоит поприветствовать ее сегодня и узнать про это. Мне, к сожалению, она ничего не рассказала, — немного обиженно завершила женщина, и вдруг ее взгляд метнулся к новоприбывшим гостям. Она легко взмахнула рукой и с приветственным кличем бросилась в ту сторону.
"Черт... а кто из них эта Звезда?" — крутилось в его голове. — "Ладно, я хотя бы знаю, кого мне нужно найти."
— Госпожа Звезда, — совсем тихо, себе под нос, напел Орион, осматривая зал.
Его взгляд не выцепил никого, кем бы могла быть Звезда. У него было в голове два образа: первый, учитывая одежду всех вокруг, — это легкое платье, которое почти парит над землей и украшенное алмазами. Второе, конечно же, это надувной костюм желтой звезды, который особенно хорошо считывается, если широко расставить ноги и развести руки в стороны, однако он сомневался, что кто-то здесь будет настолько неординарным. Но ни один из образов сейчас не считывался по залу, зато Аланор и старик-прислуга сблизились намного больше. Они кружили буквально в одном месте, и оба выглядели как полоумные, но, на удивление, ничуть не привлекали внимания.
Орион, посмотрев, что сейчас не представляет ни для кого интереса, быстро пошел в сторону принца. Тот уже остановился на месте и, уперев руки в столик, склонился над ним в своем отчаянии.
— Что такое? — поинтересовался чародей.
— Сколько бы я ни пытался, я не могу покинуть это место.
— Сбежать хотел? — удивился Орион и подошел ближе, слегка нахмурившись. — Мы в одной лодке, хоть сейчас не беги, а?
— Не в этом дело, я хотел осмотреться снаружи, но каждый раз, когда я иду к этой проклятой двери, — указал он на входные створы, — я или забываю, куда шел, или меня машинально разворачивает обратно.
— А, вот чего ты ходил взад-вперед тут.
— А ты думал?
— А я не удивился, ты вообще временами странный, — развел чародей руками и обернулся к народу.
Трэлл стоял в нескольких метрах от них и продолжал смотреть лишь в пол. Возле него уже вовсю крутился чудаковатый дед в деревенской одежде.
Смотря на происходящее, Орион только обернулся к столу задом и позволил себе облокотиться на край, скрещивая руки и задумчиво осматриваясь:
— Ладно, это значит, и правда проблема. Я пытался выпить и не смог, подносил ко рту пиалу, и рука сама останавливалась, и все, ни в какую дальше.
— Что за глупая проблема? Я вот выйти не могу! — возмутился принц.
Орион посмотрел на него как на идиота и тяжело вздохнул:
— Может, это просто твоя совесть!? — а потом обернулся к мальчишке и поманил его рукой ближе к себе. — Трэлл, подойди сюда.
— Да, госпожа.
Мальчишка юрко подлетел к нему и, склонив голову, сжался чуть больше.
— Расскажи мне, что знаешь?
— Трэлл еще слишком юн и знает весьма мало.
— Хорошо, — потерев виски, продолжил чародей. — Расскажи мне твой обычный день.
— Этот юнец встает, убирает свое спальное место и после идет выполнять указания господина Баюна... э... — он осекся тут, вскинул голову вверх и с напуганным взглядом поспешил исправиться. — Указания госпожи Солнце.
— Расслабься, не съем же я тебя.
На этих словах плечи юнца дрогнули. Его губы сжались, и брови приподнялись выше. Глаза уже наливались красным, и было видно, что он сдерживал подкатывающие слезы как мог. Однако ни сейчас, ни позже, не позволил себе уронить и слезинки.
— Послушай, Баюн, он как с вами обращается?
— Как подобает лучшему господину!
— Это как?
— Господин милосерден и справедлив, он не наказывает нас, если мы не сотворили чего неправильного.
От такой заученной фразы, что чародею уже довелось услышать с его уст дважды, у него дернулся глаз. Наклонившись ближе к Аланору, он шепнул ему на ухо:
— Не все так просто, мальчишка очевидно запуган.
Он чуть отстранился, ожидая посмотреть на реакцию принца. Но вместо того чтобы в его глазах увидеть какое-либо озарение, заметил лишь вытаращенные глаза и раскрасневшиеся кончики чужих ушей.
— Что с тобой? Тебя в такой шок эта новость повергла?
Однако Алан поднялся и приложил руку к своей груди. Его брови снова грузно рухнули вниз и хмуро сошлись на переносице.
— Эй, я с тобой говорю. Что-то еще заметил?
Тогда принц молча посмотрел на Ориона и пару раз покачал головой.
— Да, этот мир явно полон сюрпризов.
Их разговор не нашел логического завершения и ответов на все вопросы, когда позади послышался тихий вскрик, прозвучавший почти шепотом:
— Госпожа Солнце!
Этот сиплый голос раздался почти возле его бока, так что чародей успел лишь перевести взгляд, как сумасшедший старик, круживший тут ранее возле принца, резко вжался в его белые шелка. От такого поведения чародей попросту опешил, выпучивая глаза и в непонимании смотря на происходящее.
— Ты что творишь?! — возмущенно вскрикнул Аланор, привлекая всеобщее внимание.
Голоса в зале замолчали, и головы присутствующих обернулись. То, как один из его слуг, старый и неприглядный, нагло прижался к телу госпожи Солнца, не могло остаться без внимания Баюна, и он, распрощавшись с прибывшим гостем, широким шагом направился к ним.
Орион же все никак не мог понять, что происходит. Он настолько недоумевающе смотрел на происходящее, что обомлел. На секунду он почувствовал себя реальной девушкой, которую облапал извращенец! Аланор же, отойдя от очевидного шока, подошел ближе и за шиворот потянул старика прочь, но тот и не думал так легко поддаться. Нашептывая что-то себе под нос, он судорожно искал нечто в складках своей одежды, пока не вытянул потрепанный мешок и записку. Он потянул ее чародею.
— Мне? — удивился Орион и потянул руку в ответ, намереваясь взять странный подарок.
Баюн же, увидев этот жест, тут же подошел ближе и попытался одернуть старика. Но тот уже схватился за чужую протянутую ладонь, и Орион в мгновенье увидел, как его зеленые глаза блеснули золотом и в момент же потухли.
— Как ты смеешь так хватать ее? Ты забыл свой статус? — Баюн с силой потянул старика, и в момент, когда его глаза блеснули алым, отшвырнул его так далеко, что, пролетев большую часть зала, он болезненно рухнул на спину, проскользив еще некоторое время по полу. — Прошу прощения, — говорил Баюн это с улыбкой в сторону госпожи Солнца, однако сквозь зубы, с очевидным раздражением и гневом, которое уверенно подавлял, чтобы не раскрыться перед чужими глазами.
Однако, стоило старику подняться, как он снова попытался бежать в сторону госпожи Солнца. В этот раз он быстро заговорил:
— Ты! Кто бы ты ни был внутри госпожи Солнца! Я Фаргус! Я латник королевской армии Эльдрогона!
Баюн в момент вспыхнул от гнева:
— Как ты смеешь так обращаться с ней?
Его глаза налились красным, и, вскинув руку перед собой, он сжал пальцы, от чего тело Фаргуса сжалось и поднялось в воздух. Он тут же забился в воздухе и начал размахивать руками. Нечто сдавливало его горло, не давая вздохнуть, однако сколько бы он ни рвал себе горло, у него не получалось спастись.
Аланор же, услышав имя своего отца, замер в непонимании. Это был член его армии, пускай никаких Фаргусов он там и не знает, но латник — не слишком высокий статус, это было не удивительным. Это лишь означало, что они не единственные, кто попали в эту ловушку.
Орион же, услышав обращение в свой адрес, вздрогнул всем телом. Некто в этом зале еще знал, что они не те, за кого себя выдают. Этот человек непременно нужен ему. Нужен ему совершенно живым. Соориентировавшись, он оторвал свое тело от стола и подлетел к Баюну, вставая перед ним и пытаясь мило улыбнуться. Получилось криво, его губы слегка дрожали от чувства собственного унижения, но все же он сделал это. Смягчив голос, он тихо произнес:
— Разве этот человек заслуживает такой смерти при всех?
Взгляд господина Баюна смягчился. Его единственный глаз, зрачок в котором резко расширился после появления госпожи Солнца, бегло снова осмотрел все ее лицо. Рука чуть опустилась ниже, и, судя по тому, что позади Орион уже не слышал попыток вздохнуть, но продолжал слышать шевеления чужого тела, тому пока не грозила столь быстрая смерть.
— Неужели вы позволяете им так обращаться с вами, госпожа Солнце?
— Что ты, он только споткнулся и все. Он хотел поднести мне напиток.
Баюна обмануть было нелегко. Обернувшись, он осмотрел пол и заметил лишь свернутый лист. Его зрачок тут же сузился на нем, и взгляд слегка потемнел.
— Почему же я не вижу расплескавшегося напитка? Или он сначала его поднес и в благодарность попросил ваши объятия?
— Ой, сложная история такая получилась, — он попытался звучать мягче обычного и даже повысил тон голоса, кокетливо подыгрывая себе всем лицом. Он едва мог представить, как чудовищно это могло выглядеть со стороны, но, судя по лицу Баюна, его удовлетворяла и игра среднего класса. Он только продолжал смотреть на него, а его рука плавно опускалась.
— Какими бы ни были ваши игры, он унизил меня, показав неподобающее поведение на моем вечере. Но раз госпожа Солнце просит не убивать его сейчас, то я послушаюсь ее, — склонил он голову. — А теперь, позвольте нам отлучиться. Мне нужно напомнить ему о правилах приличия.
Это звучало все еще плохо. Словно того собираются наказать по всей строгости. Поэтому Орион снова перегородил ему путь и улыбнулся чуть шире, даже слегка показывая свои зубы:
— Не могли бы вы мне, о великий господин Баюн, подарить и этого слугу?
Баюн осмотрел госпожу с ног до головы, попутно облизываясь, как кот на сметану, но, завершив все взглядом в ее глаза, мягко проговорил:
— Госпожа Солнце, при всем моем восхищении вами, я не могу позволить попасть к вам в руки столь невоспитанного человека. Я обдумаю вашу просьбу и, несомненно, выполню ее чуть позже.
И после он резко обошел его, и прежде чем Орион успел вновь не дать ему куда-либо деться, молниеносно устремился к внутренней двери помещения. Все, что могли смотреть чародей и принц, — лишь как темная сила волочит бедолагу за собой.
— Ты с ним кокетничал? — удивился Алан.
Орион на таком вопросе опешил.
— Это единственное, что тебя интересует в данной ситуации?
— Ты же видишь, что он мужик? Да и ты вроде как...
— Они видят во мне госпожу Солнце, и у него от ее вида слюна течет. Конечно же, я был обязан этим попытаться воспользоваться.
— Ты ненормальный!
— Как минимум, я не стоял столбом, разинув рот. Ты не слышал? Он латник армии короля, разве это не имя твоего отца.
— Это он.
— Ну так тогда в чем еще вопрос?
— Как латник моего отца мог не узнать меня в таком случае?
— Они все видят нас как-то иначе. Вряд ли Баюн так исходит слюнями на мою плоскую грудь, — недовольно добавил чародей.
Он опустился ниже и подцепил пальцами бумажку. Развернув ее, тут же начал быстро читать. Гласила она следующее:
"Твое имя Фаргус, ты латник короля Эльдрогона. Ты попал в эту ловушку. Чтобы вернуть свои воспоминания, найди того, кто будет на празднике седьмого урожая странно себя вести. Скорее всего, это или госпожа Солнце, или господин Луна. Коснись этим мешком их кожи, чтобы вернулись воспоминания. Фаргус, ты должен поверить мне. Ведь это написал ты, Фаргус! Я должен выбраться!"
Орион уставился на этот текст дрожащим взглядом и вчитывался в строчки раз за разом, думая о том, что все еще мог понять что-то неправильно.
— Нам нужен этот человек, — резко выпалил Орион.
Алан, стоя недалеко от него с недовольным взглядом, лишь устало произнес:
— Воспылал к нему чувствами после того, как он поприжимался к тебе? Легко же ты поддаешься.
— Чего? — Орион нахмурился в ответ. — Ты чего помешался на этих темах? Засунь свою ревность куда-нибудь подальше, пожалуйста, это уже вообще не смешно.
— О чем ты? — хмыкнул принц. — Я просто в ужасе от твоего воспитания!
Орион лишь закатил глаза и протянул некогда поднятый лист принцу, чтобы тот мог самолично вчитаться в строки:
— Этот человек тоже оттуда, откуда мы. И он тут давно. Его воспоминания наверняка уже вернулись. Судя по всему, он сделал это столкновение в попытке вернуть себе воспоминания.
Аланор пробежал по строчкам и чуть подрасслабился, задумчиво произнеся:
— Получается, что он действительно служит королю?
— Верно, нам нужен он, — повторил чародей. — Баюн сказал, что отдаст мне его, значит, нужно просто подождать.
— И что мы будем делать все это время? Кто знает, когда он закончит?
— Пока нужно найти еще зацепки, — произнес чародей со знанием дела и подманил Трэлла ближе к себе. — Мальчик, ты знаешь гостей вечера?
— Да, госпожа.
— Тогда, знаешь ли ты, кто из них госпожа Звезда?
Тогда Трэлл поднял голову и внимательно, вдумчиво осмотрел весь зал. Обернувшись снова к госпоже, он тихо и с долей вины, звенящей в голосе, произнес:
— Госпожа Звезда еще не явилась.
— Тогда твоя задача — сообщить мне, если увидишь ее. Так что смотри теперь внимательно, понял?
Трэлл кивнул и повернулся к залу, теперь не прекращая вертеть головой и явно выслеживая установленную цель.
— Мальчик, — позвал Орион снова. — А ту госпожу знаешь? — он протянул руку и пальцем указал в сторону женщины, что уже подходила к нему здороваться.
Трэлл, не сомневаясь, выпалил:
— Это госпожа Мгала, хозяйка северных лесов.
— Как чудесно! — вскрикнул Орион с искренней похвалой. — Ты такой смышленый. Мне так с тобой повезло.
— Откуда ты это все знаешь? — вклинился принц в разговор.
— Господин Баюн не допускает до зала празднований людей, кто не выучил всех важных господ, приходящих к нему. Мы должны знать о них информацию, предпочтения и увлечения.
— Ого!
Ориона это натолкнуло на мысль.
— Тогда что тебе Баюн говорил обо мне?
— Госпожа Солнце, хранительница города, богиня, сошедшая с небес. Вам очень нравятся люди, и вы странным образом используете их для своих забав, — его взгляд при этом продолжал выслеживать Звезду в толпе гостей. — Вы часто прячетесь в своем городе и почти не появляетесь среди других господ.
— Тогда, что ты знаешь о нем? — чародей ткнул пальцем в сторону Аланора.
— Господин Луна, возмутительно преследует госпожу Солнце. Нелюбим господином Баюном, и это разделяет большинство здесь. Одиночка, поселился возле города госпожи и всячески потакает ей. Абсолютный бесстыдник без чувства гордости и достоинства.
От таких речей у Аланора уже глаз дернулся. Он прекрасно понимал, что эти речи к нему отношения не имеют, все же тут говорилось лишь о той роли, на которой он застрял. Но почему же в таком случае этому чародею достались лавры, в то время как Аланора поливают на чем свет стоит?
Нахмурившись, он решил уточнить:
— А тебе вот так можно рассказывать гостям такие вещи про них?
— Конечно же нет, но теперь моя хозяйка — госпожа Солнце, и я вынужден ответить на ее вопрос.
— Ты мог бы подобрать слова и помягче, говоря такое при мне, — возмутился Аланор.
— Господин Баюн вам про вас наказал говорить максимально честно и то, как он нас учил.
— Вот гад, — шикнул принц.
Орион на это усмехнулся, однако эти определения Аланору вовсе не подходили. Было бы забавно встретить человека, настолько неуважающего принца, чтобы послушать, что могли бы о нем наговорить в действительности. Но пока он обернулся лишь к Трэллу и произнес:
— Оставайся тут, увидишь госпожу Звезду — позови нас. Если будет что-то важное, тоже зови.
— Да, госпожа, — он склонил голову в поклоне.
— А ты куда собрался? — поинтересовался рядом стоящий Луна. — Выйти отсюда мы все равно не можем.
— Тогда хотя бы прогуляюсь и поем, раз не мог выпить.
Он отошел к еде и принялся пробовать фрукты, лежащие в качестве угощения. Аланор зачем-то подошел и остановился рядом.
— Что ты думаешь про все это? — поинтересовался он.
— Мне не привыкать, я же говорю, я и в теле Ориона не должен был оказаться.
Алан искоса взглянул на него, а после на еду. Он к ней не притрагивался, очевидно брезгуя тем, что не знал происхождения.
— Так значит, ты правда не Орион.
— Ага, — спокойно отвечал Марк, закладывая виноградины в свой рот.
— А какой тогда твой мир? Похож на этот, где мы сейчас?
Марк обернулся и облокотился снова о стол. Его взгляд невольно скользнул по залу и остановился только на принце, смотрящего на него.
— Неа, вообще не похож. Разве я уже не говорил этого?
— У вас нет чародейства, я помню.
— Да и мечи были разве что в древности. Для меня этот мир скорее как средневековье.
— Средневековье, — буркнул принц себе под нос. — Что же это значит, средние века?
— Ой, ну то есть не совсем древности, но и до новых технологий еще не доходит.
— Что за технологии?
— Ну... как тебе сказать... вот, стиральная машина, помнишь же? А, про это наверное тоже говорил, — задумчиво добавил Орион и, почесав затылок, начал вспоминать более простые вещи. — Вот смотри, чтобы на такое расстояние, как сегодня, перелететь, мы не превращаемся в драконов!
— Это очевидно, мы тоже. Вообще, если лететь, то я знаю, что на севере используют больших орлов, но честно говоря, никогда не пробовал. Предпочитаю двигаться по земле, там же безопаснее.
— Ага, а вот мы построили такие огромные железные кареты, добавили им плоские железные крылья, — он вытянул руки в разные стороны. — И веселой компанией, человек так в пятьдесят и больше, летаем отдыхать на моря.
Алан смотрел на него с явным смятением между непониманием и недоверием. Он явно пытался представить, как выглядела подобная железная техника, но карета с крыльями едва ли в его представлении могла подняться в воздух. В итоге, в своих фантазиях он достиг того, что карету скидывают с обрыва, и та, подхватываемая ветром благодаря железным крыльям, летит вперед. Но в итоге он лишь нахмурил бровь, когда попытался усадить туда еще и полсотни прислуг. Встряхнув головой, он отмахнулся от мыслей:
— Нет, ты придумываешь на ходу. Такого не может быть.
— А вот и может. А еще, чтобы сообщить кому-то что-то, мы просто шлем сообщения через мессенджер.
Непонятных принцу слов тут было все больше, а потому его брови стремились как можно быстрее сомкнуться. Орион смотрел на это сложное лицо с улыбкой.
— Ну, у нас есть такие смартфоны с сенсорными экранами, мы тыкаем там, открываем нужное приложение и, типа, тыкаем там по маленькой клавиатуре на экране и набираем нужное сообщение.
— Кому набираем?
— Да кому угодно, было бы кому писать. А если некому писать, можно свои гневные комментарии оставлять.
— Почему они гневные?
— Да бог их разберет, потому что люди развлекаются как могут.
Марк уже откровенно забавлялся, видя, что фразы, вылетающие из чужого рта, явно приводят принца в ступор. Его фантазии, если и хватило представить самолет, то вот представить, как может работать подобный механизм, он вообще не мог понять.
— То есть ты напишешь туда сообщение и...
— И жму "отправить".
— И куда отправляешь?
— Тому человеку!
— А та вещица, где ты это писал, кому ты ее отдаешь?
— Да никому, в карман свой кладу.
— А как кто-то тогда получит то, что ты написал?
— По сети...
— А как по сети?
— Через спутники и облачные...
— Это какие-то специальные люди?
— Да нет же... Я, честно говоря, не прям хорошо осведомлен, как это все происходит, а ютубчика тут нет, так что даже не могу тебе показать.
— Что такое ютубчик?
— Ну это такое... короче, вот там много видео, которые люди снимают.
— Снимают? Видео?
Пока они вели этот бессмысленный диалог, на самом деле Марк пытался придумать, что им делать. Просто выжидать время уже казалось бессмысленным. Внутри ему хотелось уже получить определенность, тем более, что в стенах этого дворца был человек, способный ему эту определенность дать! И его лист бумаги, многократно сложенный, сейчас подпитывал его интерес.
Тогда он оборвал бессмысленный диалог и обернулся к принцу:
— Слушай, вот ты решил проучить свою слугу за излишнюю болтливость. Что будешь делать?
— Болтливость... — задумался Аланор. — Конечно, устрою ему хорошенькую порку, чтобы не повадно больше было.
— Вот и я думаю, что Баюн с ним не беседы ведет.
— К чему ты клонишь?
Орион обернулся и снова осмотрел зал. Убедившись в своих словах, он повернулся к принцу и с улыбкой произнес:
— Тут все занятые своим делом, может, сможем проскользнуть дальше этой комнаты?
— Зачем? Мы просто подождем. Он же уже пообещал его вернуть.
— Договор без определенной даты его свершения может считаться вечным, — развел руками чародей. — Мы можем попросту упустить этого человека. А ты не думал, что если Баюн попросту не хотел бы, чтобы мы узнали от него информацию?
— И ты думаешь, мы сможем проникнуть?
— Мы — не знаю, но я точно смогу, — кивнул чародей с уверенностью. — Тем более, я тут весьма в почете у многих, а потому проблем это не доставит. Я просто снова мило поулыбаюсь.
— Но тогда хочу тебе сообщить, что когда высокопоставленное лицо ошибается, порку потом устраивают его слугам, а не ему самому.
— Да? — тут уже чуть менее радостно прозвучал голос Ориона, и он плотнее сжал губы. Немного обдумав, чуть с меньшей уверенностью добавил: — Ну, тогда я не попадусь вовсе. Не впервой.
— Но что ты хочешь?
— Не может же он пороть его там все это время. Скорее всего, это дело он отложил до окончания вечера. А значит, где-нибудь сейчас сидит наш латник и ожидает, когда же мы придем. Даже если не сможем спасти, узнаем важную информацию.
Алан выглянул из-за его плеча и осмотрелся.
— Но что если Баюн вернется? Думаю, он захочет найти тебя, и когда поймет, что тебя тут нет...
— А ты что, врать разучился? Скажи, что у меня трудные дни, и я не знаю, пошла рыдать на балкон.
— Я думал, что пойду с тобой.
— Ты то? Ты лишь будешь обузой!
— Ты предлагаешь мне тут без тебя оставаться? В отличие от твоей персоны, меня все тут просто ненавидят! Я не... я не знаю, как вести себя в обществе, где тебя ненавидят.
— Да черт... вот же ж трус... ладно, тогда другой план.
Чародей обернулся и подозвал мальчишку подойти ближе. Тот пулей подлетел и остановился возле них.
— Ты нашел госпожу Звезду?
— Нет, Трэлл не может выполнить это задание. Я думаю, госпожи Звезды тут попросту нет. Она редко сходит со своей горы на такого рода мероприятия.
— Тогда у тебя новый указ!
— Слушаю, госпожа!
— Если тебя кто-то спросит, где госпожа Солнце, то отвечай, что она поспешила уединиться.
— Уединиться... запомнил, — уверенно кивнул Трэлл. — С господином Луной?
Орион на этом вопросе резко обернулся к названному, сморщил лицо и быстро поспешил добавить:
— Нет, мы отдельно разошлись. Говори, что госпожа была опечалена, что не смогла поговорить с некто Фаргусом. Понял?
— Фаргус. Да, понял, — он несколько раз кивнул в качестве подтверждения.
После этого Орион решительно пошел в сторону той двери, куда некогда ушел Баюн, утаскивая искомого латника. Аланор бегло зашагал следом, при этом воровато осматриваясь по сторонам:
— Разве мы, войдя так, не привлечем множество внимания?
— Если будешь так смотреть на всех, то, конечно, заподозрят. А если идти уверенно, то решат, что Баюн позвал нас лично. Так что давай, вспомни, что у тебя нет дверей, которые для тебя закрыты.
— Точно! Я вообще-то наследник трона! — важно заявил тот и выпрямил спину.
И правда, без лишних вопросов и внимания, они легко прошли в дальнюю дверь, оказываясь в темном коридоре.