Глава 7
Алларик Итан Хэлл
Вишенка... Почему именно эта ягода пришла на ум при взгляде на нее? Я часто заморгал, видя перед собой только всполохи рыжих волос. В приглушенном сиянии диодов они казались языками пламени. Искры поднимались от костра, пролетали к моей коже и жалили самое нутро. Легкое жжение просыпалось в груди, где-то в районе сердца, и разливалось по всему телу. Я словно опьянялся чем-то. Вновь пускал дозу героина внутривенно, чувствуя, как постепенно накрывает.
Это галлюцинация. Она – галлюцинация.
Девчонка смерила меня голубым взглядом. Ее ресницы прятались в темных бровях, бледная кожа была испачкана разводами крови. Мокрые пряди прилипали к вискам и шее, а кончики выглядели заостренно. Она так часто дышала, что корсет, то и дело, натягивал ее грудь. Два полушария возвышались над кромкой, соблазняя бархатностью кожи.
Каково это прикоснуться к ней? Черт, я только что трахнул какую-то шлюху и кончил, но разрядки не получил. Внутри напряженно гудела струна. До этого момента она спала, убаюканная скукой, но не сейчас. Впервые кто-то смог разжечь во мне интерес, даже еще ничего не сделав...
Я расплылся в улыбке и шагнул вперед. Галлюцинация поднялась в унисон мне, настороженно отступая.
Мне не нравилось, что она смотрела свысока.
— Как тебя зовут, вишенка? — голос охрип, как во время простуды.
— Вероника, — ее язычок прошелся по нижней губе.
Я проследил за рисунком влаги и застонал. Она чуть смазала контур алого блеска – это зрелище было таким призывным. Кровь в ее рту бутафорская? Я проглотил свой металлический привкус, ощущая дикую жажду. Как гребанный Дракула. Вот, кем я сегодня был: охотником, хищником, королем...
Это моя ночь.
— Просто Вероника? Ты не представишься, детка? — я проскользил ладонями по поручню, поднимаясь на еще одну ступеньку вверх.
Рыженькая вновь отступила. Звон шпилек ударял по ушам, как стоны за нашей спиной. Ее зрачки фокусировались то на мне, то на театре за спиной. Шлепки тел, стоны, крики – адская музыка лилась в уши рекой Разврата и Порока.
— Все, что тебе нужно обо мне знать, я уже сказала, — голубые искорки высокомерно смерили меня.
Да-а-а-а.
Наверное, она думала, что оттолкнет таким поведением, но это стало спусковым механизмом. Что-то щелкнуло, сбрасывая мои цепи. Голодный зверь вырвался наружу, заставляя резко податься вперед. Девчонка вздрогнула и оступилась. Я клацнул зубами у ее уха, опаляя дыханием яремную вену:
— Ты только что бросила мне вызов?
— Если ты любишь Загадки, то разгадай меня?
Я завибрировал от смеха.
— Это значит, да, Вишенка, — звуки подвала стали еще громче. Вероника шумно втянула носом воздух и вцепилась в балюстраду. — Знаешь, что ты сейчас сделала?
Полностью уверенный в своей власти, я прижал ее к стене. Мы стояли на узкой лестнице. Впереди – общие залы, за спиной – оргия в самом разгаре, но ничего не имело значения, кроме умопомрачительного аромата ее тела и желания. Мне казалось, в эту минуту я играл в русскую рулетку – такие были ощущения. Один ее взгляд тогда на мое обнаженное тело, сплетающееся в удовольствии, и магазин прокрутился, начиная отсчет. Я заметил то, как она смотрела, как поедала меня глазами и мечтала оказаться на месте той шлюшки.
Сердце неслось от адреналина, пульс стучал в висках, а каруселью играла лишь она мысль – хочу.
— Загнала себя в ловушку? — дрожаще пропела девчонка, пытаясь отпрянуть от меня. Наши тела практически слипались от крови. Я опустил голову, рассматривая, как полы моей рубашки касаются ее латексных штанов. — Ох, мне стоит опасаться тебя, верно, Рик?
Рик.
Она провоцировала – и, судя по довольным глазам, ей нравилось. Я наклонил голову вбок, практически касаясь носом бледной щеки. Косметические масла проникли в легкие, но даже они не заглушали сладости... вишни.
Что же так пахло? Духи или феромоны кожи?
— Ответ зависит от того, чего ты хочешь, — я уперся руками по сторонам ее бедер, возвышаясь на целую голову. Девчонка настырно задрала подбородок. Пусть, оттого мой интерес разгорался сильнее. — Ты пришла в этот клуб, чтобы стыдиться? Или стыдить?
Вероника рассмеялась. Ее грудь касалась моей, интригуя дрожью. Еще никогда под действием наркотика, я не был таким трезвым. Ее голос, слова, сияние глаз – разве это реальность? На мгновение, прикрыв тяжелые веки, я сосчитал до трех – развеется иллюзия или нет? Раньше мне часто приходилось видеть галлюцинации из-за передоза, но ни одна из них не была так же... восхитительна.
Я жадно охватил каждый дюйм ее тела. Тонкая талия, округлые бедра и длинные стройные ноги, заканчивающиеся в каблуках. Каждый изгиб Вероники был утонченным, но она не выглядела девчонкой-подростком, хотя явно была молода. От каждого движения ее золотые браслеты на руках бренчали. Я заметил кокетливую ласточку-пирсинг в полоске ее оголенного живота и стиснул руками металлический поручень.
Член охватило возбуждение. Вся кровь хлынула в живот.
— Знаешь, для чего я здесь? — девчонка подалась вперед и обнажила искусственные клыки. — Чтобы покорять.
Покорять.
От ее тона я оцепенел. Брови медленно сдвинулись на переносице, а животное внутри зарычало, прося отдать ему полный контроль над сознанием. Секс внизу достиг кульминации. Вероника чуть поерзала, скрещивая ноги, и под стоны шлюшки закатила глаза. На ее лице отразилась схожая с моей эйфория. Крылья носа жадно раздулись, втягивая в себя, наполненный кровью и легким наркотиком воздух. Только в ночь Хэллоуина мы распыляли по вентиляции что-то похожее на увеселительный газ. Он был безопасен, совсем не пах и не ощущался, однако, проникая в организм, наполнял его решимостью.
Это место помогало отпускать грехи, но чтобы полностью от них избавиться нужно чуть больше смелости. В человеческой природе бегство. Нам проще спрятаться от своей грязи, чем принять ее и начать наслаждаться. Хотеть секса с двумя мужчинами – плохо? Желать удовольствия с тем, кого ты знаешь всего пару минут – отвратительно? Позволять себе любить кого-то твоего же пола – мерзко?
Зачем мы задаем вопрос, если не хотим знать ответ?
— Я принял вызов, — нехотя оторвавшись от Вероники, я отступил к стене. Лишившись моего тепла, девушка растерянно моргнула. — Вампир может войти в помещение, только с приглашения? Ты дала его... пригласила меня в себя...
— О, боже-е-е-е, — донесся стон девчонки, которую все еще трахали. — Не останавливайтесь! Ох! О, Господи!
Я обнажил бутафорские клыки, шипя в ее сторону.
— Тебе лучше спрятаться от меня, когда произойдет это, — рыженькая непонимающе завертела головой.
Всполохи ее волос рассыпались по плечам. Такой яркий медно-каштановый оттенок. Удовольствие глазам – именно это я ощущал, смотря на нее. Впервые, мне не хотелось сказать просто «красива». Она была... галлюцинацией.
Нереальной, призывно и соблазнительной. Развеется ли она с наступлением рассвета?
Ве-ро-ни-ка.
Я смаковал ее имя, так же, как буду наслаждаться нежными прелестями.
— Десять, — проговорил я, когда музыка достигла финала. Сердце опустилось в пятки. — Девять...
— Что ты делаешь? — прошептала девчонка.
Рябь мурашек прошлась по ее рукам. Все еще храбрясь, Вишенка оставалась на месте. Глупая. Глупая, наивная девчонка. Это место мой дом, это моя обитель Греха.
Только я знал, что должно произойти через пару секунд.
Ровно в два часа ночи.
— Восемь... Семь... Шесть...
Лампочки под потолком начали мигать. Свет ударял по глазам, создавая своеобразную «белую» завесу. Запрокинув голову, я гортанно рассмеялся, наконец, уступая своим демонам.
Это все нереально. Она – иллюзия моего сознания.
— Пять, четыре, три, — Вероника бросила последний взгляд на меня и сорвалась с места. Ее шпильки церковным набатом проводили мой отсчет: — Два, один!
Раздался щелчок и мир погрузился во мрак. Тьма окутала с головой, верхний зал пронзили удивленные взвизги. Пожарные установки начали распылять кровь, как садовый шланг. Ее капли падали на лицо, заставляли рубашку липнуть к телу и постепенно стекали ручейками.
Я облизался, втягивая носом ее аромат, чтобы потом найти по запаху.
— Я принял вызов, Вишенка, — прошептал, всматриваясь в кромешную темноту.
Я иду тебя искать.
Вероника Аманда Оливер-Блейк
Едва я достигла последней ступеньки, свет погас. Окружающее пространство схлопнулось до атома – стены перестали иметь свои очертания, потолок уплыл вверх, а пол подо мной начал таять. Наверное, такое ощущают слепые люди? Темнота и дезориентация. Я помнила, что чуть дальше должна быть дверь в общий зал, что мне нужно обогнуть балюстраду и выйти к людям, но сам путь казался испытанием.
С повязкой на глазах по минному полю.
Сердце подскочило к горлу, страх собрался на спине потом, а губы пересохли. Я оцепенела, не понимая происходящего. Голова не хотела думать, а инстинкты просыпаться. Где-то за моей спиной был разозленный зверь. Я слышала сиплое дыхание Рика, ощущала его присутствие и... хотела, чтобы он меня поймал.
Тебе лучше спрятаться от меня, когда произойдет это. Так вот о чем он говорил. Мрак. Это было частью шоу? Если да, то Дейзи переборщила!
Черт!
Мое замешательство длилось всего секунду, но даже этого хватило, чтобы дать Хэллу фору. Лестница завибрировала. Оттолкнувшись ногами от ступеньки, я бросилась бежать. Желудок прилип к позвоночнику. Я не видела дороги, просто двигалась по памяти. Выставив руки вперед, пыталась нащупать стены или хоть что-то. От того, что глаза не видели, голова шла кругом. В детстве я часто играла в прятки с Тессой, так что знала толк в этой игре, но сейчас все было иначе. Даже в темноте я чувствовала себе голой.
Боже, его взгляд. У меня до сих пор дрожали коленки, а шея пекла от горячего дыхания. Мой острый язык никогда не доводил до добра, вот и сейчас сыграл злую шутку! Говорил мне Бен иногда быть тактичной! Я сама зашла в клетку к голодному зверю и позволила дверям захлопнуться.
— Я чувствую тебя, Вишенка, — раздалось совсем рядом.
Я закричала и двинулась вперед. Ладони нащупали деревянную поверхность. Распахнув дверь, я ввалилась в общий зал. С потолка лилась кровь – она собиралась липкой влагой под корсетом. Металлический привкус уже прокатывался по горлу, а волосы свисали мокрыми прядями. Я заправила их за уши и осторожно влилась в толпу.
Вряд ли Рик отыщет меня здесь. Пусть в основном зале и били резкие белые лучи статоскопа, освещая пространство, мы все залиты кровью и не понять, где кто. Затаив дыхание, я прислушалась к мистической музыке.
Дверь распахнулась. Мое сердце подпрыгнуло, и начало лихорадочно нестись.
Это так странно. Ощущение всего пространства, звуков и своих эмоций было нереальным. Легкость, спокойствие и эйфория. Веки были тяжелыми, их просто хотелось закрыть и двигаться в ритмах, смотря на танцующих вампирш на пилоне.
Наверное, все дело в алкоголе.
Сдерживая улыбку, я мелькала между гостями. Кто-то задевал острыми локтями, кто-то приглашал на танец, но я уворачивалась, пытаясь разглядеть среди них высокую фигуру близнеца.
Рик.
Его имя так легко слетало с губ. Когда его мощное тело накрывало меня, когда шепот соблазнял, а глаза поедали, я растворялась. Невидимые волны тепла исходили от нас и касались друг друга. Наверное, все дело в его внешности? Его брат тоже понравился мне, но... иначе.
Разгадай меня.
Это просто метафора. Я исчезну, может, через пару дней, недель, месяцев, но мне хотелось прикоснуться к пламени. Обжечь пальцы, чтобы больше никогда не сделать чего-то такого безрассудного. У меня был только один билет по своей Галактике, и его я использовала.
— Твое сердце колотиться, Ве-ро-ни-ка, — я резко обернулась, вертя головой. — Ты так вкусно пахнешь...
— Где ты? — прошептала, сильно жмуря глаза из-за светомузыки.
Напряжение не давало сосредоточиться. Мне казалось, в ту гребанную миллисекунду, когда я прикрываю веки, он танцует рядом со мной, после вновь прячась в тени.
— Ты сама пригласила меня, Вишенка, — дыхание заполнило трепетом шею. Сильные руки обвили талию и прижали к себе. Я вздрогнула, даже задерживая дыхание. — Вот ты и попалась.
— Я и не пряталась от тебя, — упрямо огрызнулась. Голос звучал слишком надрывно, как струны у неумелого скрипача. — Мне просто стало скучно, и я решила подыграть.
Парень рассмеялся. Его мускулистое тело и обнаженная грудь прижались вплотную ко мне. Жар собрался между ног. Я слегка отклонила голову ему на плечо. Наверное, со стороны казалось, что мы танцем? Рик двигался медленно и плавно – его бедра терлись об меня, демонстрируя твердый пах. Я шумно втянула носом и задохнулась.
Ваниль.
Ею пахло тогда, в кабинке рядом с его братом. Перед моим приходом Алларик тоже был там. Эта мысль всколыхнула сознание.
Я сглотнула.
— Ты любишь лгать?
— А ты задавать вопросы.
Рик кивнул. Его подбородок лег на мою макушку, а пальцы начали играть с ласточкой в пупке. Дразнящими движениями слегка оттягивал ее, пока кожа не начинала щипать, потом возвращал на место и повторял. Не знаю, чего он добивался, но я таяла в его руках.
— Прежде я не видел тебя в клубе. Твои волосы очень запоминающиеся, — я прикрыла веки, позволяя сладкой неги соблазнить напряженные мышцы.
— Я перекрасилась.
— Значит, ты не всегда была вишенкой?
— Ты не знаешь мой вкус, Рик Хэлл, — прошептала я.
Парень замер. Я завела руку за спину и обняла его шею, прижимая к себе. Кожа скользила от вуали крови. Вся наша одежда липла к телам друг друга, а волосы оставляли смазанные дорожки. Это было так потрясающе. Ощущать его в своих руках и рядом с собой. Сердце в груди не понимало, что ему делать – оно суматошно стучало, потом замирало и повторяло гонки вновь.
Реальность сейчас стиралась границами.
— Ты пригласила меня уже дважды, — прохрипел зверь.
Алларик опустился к моей шее – в том месте, где были нарисованы следы зубов – и накрыл их губами. Я прикусила щеки, чтобы не застонать. Его острая щетина потерла кожу и наполнила ее сотнями бабочек. Промежность стала мокрой. Я вспомнила, как жестко он трахал ту девчонку, и закатила глаза.
Боже, что на меня нашло.
— Это не значит, что ты меня испробуешь дважды, — я провела ногтями по его затылку – волосы мягкие, как шелк. — Хоть раз испробуешь меня.
— Кто ты, Вероника? — шепот проник в ухо и выстрелил мурашками. — Иллюзия или Явь?
— Не знаю, сегодня же ночь всех Мертвых, — мы раскачивались парусником по волнам. Музыка играла ритмичная и мрачная, но наши движения больше походили на медленный танец. — Может, я одна из воскресших душ, что умру с рассветом? А кто ты, Алларик Хэлл?
Он усмехнулся. Где-то у яремной вены вновь поцеловал, задевая зубами нежную кожу. Я вздрогнула и потянулась на носочках за его ртом, чтобы уменьшить натяжение.
— Я не говорил тебе своего полного имени, — парень свирепо сжал меня в руках, словно думал, что исчезну.
— Загадка, помнишь? К чему нам вопросы? Их так много. Как услышать ответы, когда забыл, что и у кого ты спрашивал?
— Людям не нужны ответы, Вероника. Они спрашивают, чтобы успокоить душу, — Рик развернул меня к себе лицом.
Я ахнула и уперлась ладонями с его грудь. От запаха ванили жгло в носу. Я поморщилась, начиная испытывать дискомфорт из-за крови на теле. Она не лилась дождем с потолка, но слегка развеивалась.
— Ты тоже так делаешь? — парень наклонил голову, детально рассматривая мое лицо.
Даже в лучах статоскопа я замечала его странные зрачки. Они, то сужались, то расширялись, как у зверя. Зеленовато-голубая радужка из-за этого казалась нереальной. Она утопала в темноте прожилками, как ниточками, пронизывающими полотно. С его искаженными в оскале губами это смотрелось завораживающе.
— Я предпочитаю не слышать своего голоса, — печаль проводила его ответ.
В груди сжалось. Я подняла руку и коснулась трехдневной колючей щетины, повторяя рисунок челюсти. Парень сглотнул. Его кадык опустился и вновь взмыл вверх, а дыхание овеяло мою ладонь.
— Может, просто не встретил того, кто ответит за тебя?
Зачем я это сказала? Слова вырвались быстрее, чем я поняла их смысл. Алларик прищурился. Он теснее прижал мою талию к себе, запустил вторую руку в волосы и слегка наклонил. Я раскрыла губы во вздохе, чувствуя металлический привкус на языке.
— Мне не нужен посредник души.
— Как и мне.
Парень рассмеялся. Милые ямочки смягчили его дьявольские черты, только сейчас делая похожим на свой возраст. Поверить только, Хэллы старше меня всего на год. Эти парни не были похожи на моих сверстников. Их глаза хранили ту же печаль, что и у Блейка, хотя он прожил во много раз больше.
Каждая клеточка в объятиях Рика сейчас засыпала, но мне не нравилось это. Я бежала, чтобы творить безумства, а рядом с ним хотелось просто... жить?
Нет-нет-нет.
— Сладость или гадость, Вероника? — я проследила за тем, как он слизал кровь со своих губ. — Сладость или гадость?
Я вспомнила слова Дейзи и расплылась в улыбке, привставая на носочки.
— Гадость.
Хэллу и не нужно было лишних слов. Он резко дернул меня на себя с утробным рыком, накрывая губы. Только его жар проник в меня, я застонала. Господи, как сладко это было. Без промедления его язык раздвинул мои зубы и протиснулся внутрь. Я и раньше целовалась, но сейчас стушевалась от напора. Рик опустил ладонь на мою ягодицу и сжал латекс, продолжая клеймить собой каждый уголок рта. На вкус он был, как стакан бурбона с кровью. Хмельная пряность возбуждала рецепторы. Пламя между ног стало жарче. Я обняла Хэлла за плечи и потянула на себя. Мы начали бороться за первенство. Он не уступал, а его напористое дыхание пыталось вытеснить из меня строптивость.
Голова закружилась.
Боже.
— А вот теперь, Вишенка, — оторвался от меня Рик. — Беги, потому что когда взойдет солнце, я не перестану тебя искать. Иллюзия или Явь? Кто же ты?
— Тайна, — покачала я головой, спиной отступая в толпу. Нужно найти Дейзи и немедленно уезжать, потому что от трезвого сознания во мне ни черта не осталось! — Разгадай меня?
Сделав последний шаг, я нехотя развернулась, пытаясь отыскать вип-кабинку. Хэлл не бросился вслед за мной, как пару минут назад, но все равно был рядом.
Его запах.
Его прикосновения.
Его вкус.
Поцелуй. Что он значит?