Порождение зла

Секунду я честно ждала, глядя на их застывшие физиономии, но когда до меня наконец дошло, что эти двое скорее прорастут корнями сквозь камни мостовой и пустят побеги из ушей, чем признают, что без моего «билета» они будут торчать тут до следующего Нового года, моё терпение, и без того натянутое, лопнуло с таким звуком, что в голове даже что-то звонко щёлкнуло.

Не дожидаясь, пока Фу Яо завершит свой мысленный трактат на тему того, как низко пало человечество и лично я в частности, а Нань Фэн достаточно напитается праведным негодованием до кончиков волос, просто шагнула вперёд, просунула руки сквозь барьер и вцепилась им в запястья той самой хваткой, от которой не отбивались даже лютые мертвецы, не то что два разобиженных служащих нижних небес.

Воздух вокруг наполнился такими воплями, будто я вместо того, чтобы втащить их в спасительный круг, принялась живьём окунать в чан с кипящей серой и попутно отбивать им пятками какой-то замысловатый ритм — Нань Фэн выдал такую высокую ноту, что позавидовала бы любая певица из Зала Цветов, поэтому второго я просто-напросто не услышала.

Они влетели с грацией двух мешков, набитых злыми котами и сдобренных щедрой порцией оскорблённого достоинства, продолжая орать про святотатство и, кажется, про то, что мои руки после недавних экспериментов с тёмной энергией должны проходить отдельный контроль, пока я с совершенно невозмутимым видом отряхивала ладони о подол ханьфу, словно они были заразными.

— Руки! Убери свои... свои демонические конечности! — Нань Фэн подскочил на ноги с такой скоростью, будто его только что приложили разрядом молнии прямо в то самое место, которым он так гордился на утренней медитации. — Ты... ты хоть представляешь, что ты только что сделала?!

— Нарушила твою зону комфорта? — я приподняла бровь, скрещивая руки на груди с таким видом, будто только что выиграла спор у самого императора. — Ой, тысяча извинений, я совершенно забыла, что в Небесной Столице принято сначала подать письменное прошение в трёх экземплярах, завизировать его у всех восьми небожителей, пройти семидневный курс этикета и только потом, с благословения дракона, пытаться спасти чьи-то задницы от позорного стояния под дверью, — на последнем предложении вообще показала ему язык.

Фу Яо поднялся с земли гораздо медленнее, с таким видом, будто каждый его сустав теперь требовал индивидуальной дезинфекции святой водой, а сам он намеревался подать на меня жалобу во все существующие инстанции.

— Это было абсолютно излишне, — процедил он сквозь зубы, поправляя рукав. — Существуют элементарные правила приличия, госпожа Лин. Их соблюдение, знаешь ли, отличает нас от диких зверей.

И тут, прежде чем я успела выдать очередную порцию язвительности, раздался усталый голос Се Ляня, который до этого момента наблюдал за всей этой сценой с видом человека, привыкшего к подобным разборкам ещё с тех пор, когда его собственное прошлое пыталось догнать его в самых неожиданных местах.

— Успокойтесь, юноши, — примирительно сказал он. — Никто вас не собирается есть, А-Лин просто хотела помочь, поверьте, если бы она хотела вам навредить, вы бы даже не успели понять, что именно произошло. На заданиях время — ценный ресурс, а лишние крики, какими бы праведными они ни были, только привлекут ненужное внимание. Ещё раз повторяю, моя жена вас не съест.

— Не съест?! — Нань Фэн, казалось, сейчас надорвется и лопнет. — Есть правила, которые она, видимо, случайно выкинула вместе с мусором после утренней медитации!

— Именно, — процедил Фу Яо, поправляя воротник пальцами, которые откровенно дрожали. — Согласие, знаешь ли, госпожа, это основа любого взаимодействия между разумными существами, даже если это взаимодействие происходит в такой... сомнительной компании, как наша. Нельзя просто хватать людей и тащить их неизвестно куда.

Я, лениво зевнув так, будто только что проснулась от самого сладкого сна, почесала макушку притихшего на моём плече Пустослова — который, кстати, вёл себя намного разумнее обоих небожителей вместе взятых — и одарила их долгим взглядом, полным такого искреннего сочувствия к их тяжёлой умственной доле, что любой психиатр в мире поставил бы диагноз «патологическое снижение критики» прямо на месте.

— Ой, мальчики, вы такие забавные, когда посреди проклятого леса пытаетесь вспомнить про этикет, будто зубрите его по пыльным свиткам на ночь глядя, — хмыкнула я, не удостаивая их выпады полноценным ответом. — Насчёт разрешений, конечно, дело хорошее, и в другом месте я бы, наверное, даже оценила вашу принципиальность, но видите ли, в чём штука... я себе ничего не запрещала, чтобы что-то вам разрешать. То, что лично вы, господа, не согласны, это сугубо ваши проблемы, так что простите, но жалобная книга где-то в конце леса, за третьим поворотом направо и через болото, в котором нужно утонуть.

Затем, не дожидаясь, пока их возмущённые голоса перейдут в ультразвук, быстро подхватила мужа под локоть и развернулась на пятках.

— Пошли отсюда, — бросила уже через плечо. — Таким протягивать руку помощи — только портить карму. Им нужно сначала мозг отрастить, а уж потом учиться разговаривать.

— Да что ты вообще понимаешь в мозге, женщина! — донеслось мне в спину приглушённое шипение Нань Фэна, но я лишь выразительно покачала бёдрами в такт шагам, не сбавляя скорости, потому что настоящий боец уходит красиво, особенно когда знает, что противники остались в замешательстве с открытыми ртами.

Мы углублялись в чащу, где деревья стояли так плотно, будто в своё время дали клятву никогда не расставаться и всю жизнь тренировались в искусстве переплетения ветвей. Се Лянь шёл рядом, и я чувствовала, как его плечо время от времени касается моего, и от этих мимолётных прикосновений внутри разливалось что-то тёплое.

— А-Лин, — негромко позвал муж, когда мы перешагивали через очередной поваленный ствол. — Ты не думаешь, что этот барьер... он какой-то слишком избирательный? Словно кто-то с очень специфическим чувством юмора поставил себе цель не столько защитить территорию, сколько унизить каждого, кто попытается внутрь войти.

— Демоны вообще народ саркастичный, дорогой, — я поправила лямку сумки на нём. — Ставить стену, через которую пройдёт любая деревенская девка с корзинкой пирожков, не имеющая ни капли духовного совершенствования, но застрянет намертво целый бог — это, скажу тебе, почти ювелирное издевательство. Твой «жених» явно знает, кого боится до колик в животе, а кого, наоборот, хочет выманить на открытый конфликт.

— Опять эта ваша демоническая самоуверенность, от которой у меня зубы сводит, — встрял Фу Яо, который теперь предусмотрительно шёл чуть в стороне от меня.

— Меньше сахарных речей произноси, чтобы зубы не болели, — хмыкнула только на него, но только он продолжил свой монолог.

— Вы, демоны, всегда исходите из того, что у любого существа есть интеллект...

— Мы не считаем, что у небожителей есть мозги, — бросила я через плечо этим двоим, и когда готовила очередную порцию язвительности, краем глаза заметила серебристое свечение, которое метнулось в воздухе с такой неестественной плавностью.

Оно скользнуло между стволами, что-то слишком яркое для светлячка и слишком живое для обычного блуждающего огонька, но эта тварь явно куда-то направлялась. Так что среагировала быстрее, чем успела осознать, что это бабочка. Пальцы привычно щёлкнули, и с кончиков сорвался рыжий сгусток, в который я вложила ровно столько силы, чтобы подпалить крошке крылышки.

Огонёк прорезал темноту и устремился прямо к цели, я уже мысленно похлопала себя по плечу за меткость и быстроту реакции, но эта серебристая дрянь в последний момент сделала такой изящный вираж, что любая бабочка в бабочьем заповеднике удавилась бы от зависти, и мой снаряд, вместо того чтобы превратить нахальное насекомое в горстку пепла, с неприятным хрустом врезался в толстую ветку старого дуба.

Раздался треск, такой громкий, что где-то вдалеке испуганно заухала сова, вспышка озарила лес на пару мгновений, а по лесу разнёсся сладковато-гнилостный дух, от которого даже мой Пустослов брезгливо спрятал свою любопытную морду глубоко в складках моего рукава, издав при этом такой жалобный писк, будто его лично угостили чем-то протухшим. А та самая ветка, которую подбил мой огонь, обломилась с протяжным стоном, и вместе с ней на землю с маслянистым звуком, от которого у меня внутри всё перевернулось, рухнуло нечто тяжёлое и явно когда-то бывшее живым.

Мы подлетели к месту падения почти одновременно. Се Лянь оказался первым буквально на полшага, его рука уже лежала на запястье, готовая в любой момент вызвать Жое, но, увидев то, что лежало в переплетённых корнях дуба, замер так резко, будто опять наткнулся на невидимую стену, и даже дыхание, кажется, задержал, потому что зрелище было, скажем так, не для слабонервных.

В круге света от догорающей ветки лежал человек. Точнее, то, что от него осталось. Это явно был мужчина в богатом ханьфу, которое теперь висело на иссохшем теле грязными тряпками. Лицо его, затянутое серой кожей, застыло в немом крике, а пустые глазницы, казалось, всё ещё пытались рассмотреть в небесах обещанное спасение.

— Ну что, мальчики, — я почувствовала, как по спине пробежал неприятный холодок, от которого стало зябко даже мне, хотя я сама демон и меня вообще-то полагается бояться, а не наоборот. — Похоже, наш «призрачный жених» имеет очень, очень специфическое чувство юмора и ещё более специфическое времяпровождение.

Нань Фэн и Фу Яо нависли над телом с такой синхронностью, будто репетировали этот момент всю предыдущую жизнь. И на их лицах брезгливость вытеснила то праведное возмущение моим поведением, которое они культивировали последние полчаса с упорством, достойным лучшего применения.

— А-Лин, — тихо добавил Се Лянь. — Твой «промах» оказался очень своевременным. Посмотри вверх. Только, пожалуйста, без резких движений, а то я знаю твою привычку сразу хвататься за пламя.

Я задрала голову и в следующее мгновение пожалела о том, что у меня вообще есть шея, потому что там, в этом жутком переплетении ветвей, висели десятки людей. Деревья буквально были увешаны трупами, как какая-то кошмарная, извращённая пародия на новогоднюю ёлку.

— Жуть, — выдохнула я, и в этом коротком слове поместились и отвращение, и страх. — Это кто так извращается? У кого вообще фантазии хватило придумать такое оформление? И главное, зачем?

— Лазурный Фонарь, — ответил Фу Яо, и его голос прозвучал на удивление ровно, словно он не эту жуть комментировал.

— Знаешь, — я медленно опустила голову, потому что смотреть на этот кошмарный елочный базар было выше моих сил, и перевела взгляд на мужа. — После этого зрелища ещё больше уверовала в то, что твоего брата надо избегать. Хотя, с другой стороны, я здесь его не чувствую.

— Ци Жун же не может быть тем самым Ци Жуном, который... — растерянно, словно только что осознав что-то очень важное и неприятное, протянул Нань Фэн, переводя взгляд с меня на Се Ляня.

— Мой брат, знаешь ли, просто более взбалмошный, чем твой, — сказал, не обратив на него ровно никакого внимания, Се Лянь.

— У нас тоже старший — бог, а младший — демон, — я хмыкнула на него. — Только вот для моего брата ты не самый удачный зять на свете.

_______

• Мой Telegram-канал: Mori-Mamoka||Автор, или ссылка в профиле в информации «Обо мне».

• Люди добрые, оставьте мне, пожалуйста, нормальный комментарий, мне будет очень приятно. Без спама!

• Донат на номер: Сбербанк – +79529407120