Глава 11
Помнится, совсем не так давно, всего неделю назад, когда я только угодила в этот переплет с фиктивным замужеством, я думала, что как только избавлюсь от брака, сразу настанет счастье. Мол, буду наслаждаться свободной жизнью в высшем обществе: балы, кавалеры... И никаких тебе забот-хлопот. Может, оно так бы и было, не окажись я местным всадником апокалипсиса, но теперь гадать нет смысла...
Столь философские мысли посещали меня уже третий день «холостой» жизни. Да, я уже третий день жила у родителей Элизы и думу думала, как выпутываться из сложившейся ситуации. Я не то, что на балы, я даже из особняка высунуться не решалась, учитывая, как магия во мне больше и не думала засыпать, а только и ждала очередную жертву. А выхода все не находилось...
Ведь Акела промахнулся. Конкретно так промахнулся.
Хотя, по сути, Юнги не настолько уж был виноват. Свинью нам подложила Элиза.
Об этом очередном подарке судьбы я узнала буквально на следующий день после развода. Я как раз принарядилась и уже готова была мчаться к Ирвину, даже успела сочинить мотивационную речь: почему он просто обязан на мне жениться и как можно скорее. Но тут появился Юнги.
– Ты только не расстраивайся.
И почему подобные фразу действуют в точности до наоборот?
– Что-то с Чонгуком? – этот вопрос волновал меня больше всего. Я-то не сомневалась, что Чонгук сразу же примчится по мою душу, едва придет в себя. Заранее придумала, как ему все объясню, чтобы максимально смягчить ситуацию и не сжечь мосты окончательно. Ан нет... Чонгук не пришел ни сразу в тот день, ни после. Хотя разумом я понимала, что оно и к лучшему, учитывая, как разрастался мой дар все сильнее.
– Да все с твоим Чонгуком в порядке, не в нем дело, – Юнги был мрачнее тучи. – Элиза нас подвела.
– Это как?
– Мы как-то с тобой не учли, что когда ты сняла приворот с Ирвина, то и привязанность его двойника к Элизе ослабнет. Но, да, он оказался достаточно сердобольным, чтобы все же не отказываться от нее, тем более она очень мастерски изображала бедненькую несчастную. И все шло по плану, но... В общем Элиза спелась с твоей старшей сестрой и где-то там с кем-то загуляла, а Игорь об этом узнал, и...
– То есть...свадьбы не будет?.. – собственные слова стали комом поперек горла.
– Все отменено, – Юнги даже будто бы темнее стал. – А раз у них не будет свадьбы, то не будет и зеркального события. Не будет его, не усилится связь между тобой и Элизой, а значит и магию ты ей не передашь. Так что хоть ты и спасла своего Чонгука, расставшись с ним, но все равно в конечном итоге твой дар достанет его, как и всех других магов. Если, конечно, тебя раньше не вычислят и не убьют.
Столь обнадеживающий разговор с призраком состоялся два дня назад. И хотя Юнги заикнулся, что он все же попытается хоть что-то сделать, вряд ли он сам еще верил в успех. Ну а я... Чудес я не ждала, но план у меня был. Не самый гениальный звездный план, но, по крайней мере, он гарантировал, что и я выживу, и от меня никто не пострадает. И именно сегодня я собиралась приступать к воплощению своего замысла, подключив к этому и Юнги, когда тот объявится.
Но все мои мысли сбил неожиданный визит.
– Элиза, дорогая, – леди Дженни даже не стала посылать служанку, сама заглянула ко мне в комнату, – к тебе пришла сестра Чонгука.
– Розе?.. – вот кого-кого, а ее я точно не ждала... Только что могло ее сподвигнуть? Явно же не внезапное желание пообщаться.
– Она чем-то взволнована, хотя и старается этого не показать. И приехала одна, без сопровождения брата.
Ну еще бы. Чонгук теперь, похоже, будет обходить меня, презренную, десятыми дорогами. Хотя все равно сомнительно... Ну не похож он на того, кто станет лелеять обиды. Он бы наверняка переварил первые эмоции и обязательно призвал бы меня к ответу. Только раз этого так и не произошло, значит ему все-таки все равно...
Но в любом случае непонятно, что привело ко мне Розе. Или что-то случилось с Чонгуком?! Но об этом Юнги обязательно бы мне сообщил, мы же договорились!
Нет, тут все же дело в другом.
Осталось только это выяснить.
Розе ждала меня в гостиной. Едва я переступила порог, как она тут же подскочила с кресла, словно намеревалась сразу куда-то бежать, сломя голову. Она и раньше не могла похвастаться решимостью и спокойствием, а сейчас так и вовсе на ней лица не было. Да и уже один тот факт, что она зачем-то пришла ко мне, говорил о том, что дело плохо.
Благо, леди Дженни деликатно не стала составлять нам компанию, так что, притворив двери в гостиную, я первым же делом спросила:
– Что-то с Чонгуком? – ну да, ну да, сначала по этикету полагалось расшаркаться в приветствиях, предложить чай, обсудить погоду... Но уж простите, я пока еще не настолько вжилась в роль леди, чтобы тратить время на все это тогда, когда совсем не до этого.
Розе мотнула головой.
– Н-нет, с братом все в порядке... – она так мяла разнесчастный кружевной платок в руках, словно хотела раздробить его на атомы. Уже который раз.
– А с кем тогда не в порядке? – вкрадчиво спросила я, догадываясь, что Розе из-за нервов еще долго внятно ничего мне сказать не сможет.
Она громко всхлипнула, пролепетала всего одно слово:
– Сухо...
А теперь пытаемся вспомнить, кто это у нас... Вроде это имя я слышала, но пару раз от силы... Хотя о ком еще Розе будет так переживать? Явно же речь о ее возлюбленном!
– А что с ним случилось? – я присела в кресло, хотя Розе так и осталась стоять. – Он все-таки набрался храбрости поговорить с Чонгуком, а тот его спустил с лестницы?
Стоять она тоже не смогла, нервно заметалась у окна.
– Нет, конечно! – то ли у нее назревала истерика, то ли она вдруг набралась храбрости говорить. – Мы с Сухо и так знали, что на тебя надежды нет, – ну да, как же мне не напомнить о проваленном обещании... – и потому решили действовать сами. И раз единственная преграда между нами, это то, что Сухо не богат и не знатен, оставалось только решить этот вопрос.
Что-то мне уже страшно спрашивать, куда могла завести подобная деятельность этих двоих...
– И, как я понимаю, Сухо что-то придумал, это что-то провалилось, и потому ты в таком отчаянии? – осторожно уточнила я.
Она всхлипнула еще громче.
– Он пропа-ал!
– То есть как пропал? Сколько его уже нет?
– Четвертый день!
Получается, Сухо исчез еще тогда, когда я была в доме Чонгука?..
– Погоди, – нахмурилась я, – если его нет так долго, то надо было раньше бить тревогу! Ты знаешь, куда он отправился?
Розе кивнула.
– Он нашел тайное сборище темных магов, и они обещали за сходную цену сделать его и богатым, и именитым. Я втайне продала свои драгоценности, чтобы хватило.
Вот если бы я сама лично не видела этого «юношу пылкого со взглядом горящим», я бы сразу решила, что просто хитрый альфонс развел наивную девушку на деньги и с радостным улюлюканьем умчался в закат.
– Розе, но ты же понимаешь сама, какой это бред? Ну никак никакие маги не смогут наколдовать человеку титул и богатство!
– Так там все продумано было! Магией бы внушили одному одинокому богачу, что Сухо– его единственный наследник. Да, я знаю, сколь это подло, но, пойми, мы и так были просто в отчаянии, вот и пошли на столь крайние меры! Тем более обман был бы временный! Как только получили бы разрешение Чонгука, мы бы с Сухо сразу поженились и во всем признались.
– То есть расчет был на то, что в качестве твоего мужа у Сухо больше шансов выжить при столкновении с разгневанным Чонгуком? – очень хотелось сыронизировать, но я не стала. В конце концов, Розе и так плохо. Да и уж тем более она не виновата в том, что всю жизнь жила как за каменной стеной под опекой Чонгука, потому настолько наивна во всем.
Я тут же добавила:
– Получается, твой Сухо помчался с кучей денег к этим самым магам четыре дня назад и не вернулся? Так а почему раньше его никто не хватился?
– Сухо сказал магистру, что поедет навестить родных и, возможно, задержится. Потому пока тот и не беспокоится. Но я-то знаю, что дело плохо! Вдруг Сухо уже и в живых нет! – закрыв лицо руками, она расплакалась. Так искренне, так несчастно, как могут плакать только искренне влюбленные.
И с одной стороны, хотелось ее обнять, успокоить. Но с другой, вот так бы и настучала по голове!
Впрочем, кто мешает совместить приятное с полезным?
Подойдя, я обняла Розе. Но слов утешений не придумывалось. Не хотелось давать ей ложной надежды. Тем более здравый смысл мрачно подсказывал, что бедный Сухо наверняка уже где-нибудь в лесу закопан. Нет, ну ладно Розе, но он-то вроде поразумнее! Как он мог на такой развод купиться!
– Я больше не знаю, к кому идти! – Розе аж трясло. – Только ты про нас знаешь! Умоляю, сделай что-нибудь!
Я все-таки не выдержала. Отстранившись и держа ее за плечи, даже чуть тряхнула.
– Так не ко мне тебе надо было бежать, а к брату! И сразу надо было!
– Не могу я сказать Чонгуку! – она расплакалась еще сильнее. – Я просто не переживу его неодобрения! Он всю жизнь меня оберегал! Я просто не вправе его ни в чем разочаровать! А теперь он еще настолько не в духе каждый день, что я и вовсе не рискну его еще чем-то огорчать!
– Ну вот и решай, какой страх у тебя сильнее, – утешитель из меня, конечно, так себе. – Страх за жизнь твоего любимого или же боязнь разочарования брата.
Розе смотрела на меня округлившимися, полными слез глазами, словно я заставляла выбирать между голодным тигром и не менее голодным крокодилом.
Но толку на нее сердится? Она не виновата, что она такая. Как и Сухо не виноват, что повелся на чужое мошенничество. Хотя нет, виноваты. Вот просто идеально друг другу подходят в наивной дурости!
– Давай я сама расскажу обо всем Чонгуку, раз ты не можешь, – знала бы она, как непросто мне дались эти слова. Хотя я уже заранее прикидывала, каким количеством блокирующих артефактов мне нужно обвешаться, чтобы приблизиться к Чонгуку.
Розе схватилась за голову.
– Я не знаю! Думала, что нужно идти сразу к королевским дознавателям, но тогда выяснится, какую хитрость мы задумали, и тогда нас с Сухо упекут в темницу! Да еще и по отдельности!
Ну да, вместе в одну камеру – это бы еще терпимо, что ли?
А она продолжала срывающимся голосом:
– Я уже хотела сама идти к черным магам, чтобы все выяснить, но мне ужасно страшно! Их же там много! И они все очень сильные! Сильные маги с огромным, просто непомерным количеством самой жуткой из магий!
Хм... Маги... И у них много магии...
– Знаешь, я бы решил, что у тебя поехала крыша. Но тут же вспомнил, что ее и раньше не было.
Слушайте, ну а что не так? Мой дар ненадолго утихает после очередного выплеска. А тут идеальный вариант! Я и с негодяями разберусь, и Розе помогу, и хоть на какое-то время мою магию утихомирю. А это как раз для моего плана очень и очень нужно! Или, думаете, дар не сработает и темная магия мне не по зубам?
– Тебе любая магия по зубам. Но ты учти, что тут все надо продумать. И чтобы твою внешность не запомнили, и чтобы дознавателям не доложили.
Вы всерьез считаете, что промышляющие мошенничеством и, возможно, убийствами темные маги побегут жаловаться властям?
– Вот никогда я не привыкну к твоей дурацкой привычке помогать всем подряд... Ладно, валяй. Сильно сомневаюсь, что тебе на это нужно мое разрешение. В одном ты права, насытить твой дар – это шанс хотя бы ненадолго его утихомирить. Пусть хотя бы на день ты станешь для человечества не угрозой.
Я оборвала виток очередных «Что же делать?!», перебила Розе:
– То есть ты знаешь, где именно эта шайка магов обосновалась?
Она быстро кивнула.
– Отлично. Я постараюсь решить этот вопрос сегодня же. Но сначала пообещай, что ты все расскажешь Чонгуку. И больше никогда в жизни не станешь утаивать от брата столь важное.
– Если Сухо жив, я готова хоть сразу идти к Чонгуку!
Ох... Вот жив ли твой возлюбленный – это под большим-большим вопросом...
Чонгук
– Вот, – Винсент взгромоздил на стол кипу свитков, – все, что ты просил. Перечни всех присутствовавших при магических сбоях. Но я тебе сразу говорю, затея гиблая. Мы же тоже это проверяли первым делом. В списках одна аристократия, все – известные люди. Никого хоть сколько-нибудь попадающего под подозрения. И список прислуги тут тоже, пожалуйста, все по твоей просьбе. Но, Чонгук, если у тебя и вправду есть какая-то зацепка, ты хоть намекни, а?
– Моя зацепка слишком сомнительна. И слишком не нравится мне самому, чтобы я даже тебе о ней пока заикался, – задумчиво отозвался Чонгук, перебирая свитки. Каждый был подписан по дате и месте магического сбоя. – Но в любом случае я сначала должен убедиться во всем сам, а после уже принимать какие-либо решения. Не волнуйся, если я и решу с кем-то поделиться, то ты будешь первым и, возможно, единственным, кому я об этом скажу.
– Умеешь ты заинтриговать так, что мне теперь покоя не будет, – буркнул Чимин. – Кстати, я все хотел тебя поздравить с расторжением брака. Или посочувствовать, учитывая твое то последнее заявление... Но так как не определился, какая именно реакция тут будет уместна, потому и молчу.
– Уместно вообще не напоминать мне об этом, – Чонгук наградил друга тяжелым взглядом.
Винсент тут же поднял руки.
– Молчу-молчу! – даже к двери попятился.
Но дверь как раз распахнулась, из-за чего Чимину знатно прилетело ею по голове.
– Ой, простите! – перепугалась Розе.
– Да ничего-ничего, – потерев затылок, Винсент ей улыбнулся. – Видимо, мне на роду написана вечная головная боль по тем или иным причинам.
– Розе? – Чонгук сразу подметил, сколь она взволнована. – Что-то случилось?
Она растерянно перевела взгляд на Чимина, но тот понял все без слов.
– Я уже ухожу, – напоследок глянул на Чонгука: – Только держи меня в курсе своих озарений, ладно? – и не дожидаясь ответа, вышел в коридор.
Розе тут же дверь закрыла, даже спиной к ней прислонилась. Дышала так порывисто, словно ей не хватало воздухе. И в сочетании с полными ужаса расширившимися глазами это не предрекало ничего хорошего.
Чонгук тут же подошел к сестре. Произнес как можно мягче:
– Так что случилось? Ты же знаешь, ты можешь мне довериться абсолютно во всем.
– А ты пообещаешь, что не станешь сердиться? – она сбилась на перепуганный шепот.
– Разве я когда-то на тебя сердился?
Она тут же отвела взгляд.
– Боюсь, теперь точно начнешь...
И хотя едва сдерживался, чтобы не поторопить ее с объяснениями, постарался все же собраться терпением. Только внешнее спокойствие и невозмутимость...
Розе все так же сбивчиво прошептала:
– Чонгук, а совершила ужасную глупость... Дважды... Я... Я... – вдруг всхлипнула, – я погубила уже двух людей! – громко разревелась. – Невольно отправила на сме-ерть!
Крепко взял ее за плечи.
– Так, постарайся без эмоций объяснить, что именно ты имеешь в виду.
Но истерика уже набирала обороты.
– Сначала из-за моей трусости наверняка уже погиб Сухо! А теперь уж точно погибнет и Элиза! И она уже не настолько противная, как раньше, и она была права, я не к ней должна была сразу бежать, а к тебе! Но мне было так страшно, что ты во мне разочаруешься! А теперь еще страшнее!
Все. Не выдержал.
– Розе! Смотри на меня. Просто смотри на меня. И очень внятно: что именно случилось, кого ты там отправила на смерть и причем тут Лиза.
Хотя чему он удивляется?! Если где-то в его жизни вдруг стал твориться хаос, то именно Лиза непременно будет тому причиной!
Розе хоть и постаралась сдержать слезы, но голос все равно дрожал:
– Я...я случайно узнала, что Сухо попал в дурную компанию, к темным магам... И четыре дня назад он как раз пошел к ним и не вернулся... А сегодня я... Я случайно встретила Элизу и обмолвилась ей об Сухо, и она тут же вознамерилась его найти и...
– Так, подожди, Лиза пошла к темным магам? – только этого еще не хватало!
– Да, Сухо как-то упоминал, где именно они собираются, вот я и запомнила... – с каждым словом Розе говорила все тише и смотрела на него все запуганнее.
Вот явно же тут дело нечисто! И почему она сразу ему самому не сказала?! Но тут точно некогда с сестрой разбираться, сначала нужно вытащить эту дурную иномирянку из той передряги, в которую она угодила! Вот вообще здравый ум есть у человека?! Или...
Или все же его догадки на ее счет верны?..
Розе хоть и попыталась настоять на том, чтобы поехать с ним, но Чонгук отказал категорически. Указанный ею притон темных магов располагался на восточной окраине города, там, куда даже королевские патрули не решались лишний раз наведываться. И да, конечно же, экипаж родителей Элизы нашелся там в подворотне!
Перепуганный кучер только и смог выдать:
– Госпожа ушла с полчаса назад и пока не вернулась.
За полчаса уже столько всего могло случиться! Очень хотелось рявкнуть на кучера, что тот, как мужчина, должен был уже проверить, все ли в порядке с его госпожой! Но не стал тратить на это время.
Вход в покосившийся темный дом нашелся ниже уровня земли. Лестница вела в подвальное помещение и заканчивалась дверью достаточно крепкой, да еще и исцарапанной рунами защиты – никто бы посторонний сюда не смог зайти. Но сейчас этой магической защиты не было. Выходит, Лизу добровольно впустили? Хотя ей бы хватило дурости выдать себя за кого угодно, да даже за продажную девицу!
Дверь поддалась без проблем, пропуская в сумрачное помещение. Раньше, видимо, здесь горели магические свечи, но сейчас лишь чадили тусклым мерцанием. Только этого вполне хватало, чтобы разглядеть массивный стол с полупустым кружками, флаконы с зельями... И пятерых неизвестных в темных одеждах на полу.
Присел у ближайшего, взял за руку. Живой, но без сознания... Так, ладно, это, по всей видимости, и есть те самые темные маги. Нет, Лиза, конечно, мастерски умеет доводить людей, но она никак не смогла бы справиться даже с одним мужчиной, что уж говорить о пяти! Так кто тогда их вырубил?
Зажег магический сполох, и только тогда обнаружил еще одну дверь, почти сливающуюся со стеной. Уже без каких-либо магических рун, но зато с массивным запором. Причем открытым. И стоило эту дверь отворить, как откуда-то снизу вполне отчетливо послышалось.
– Да потому что идиот!
Это точно Лиза. Живая...
Только с кем она?
Вниз вела лестница, и ступени на диво не скрипели, так что получилось спускаться бесшумно.
Хотя Лиза там на кого-то так разошлась, что вряд ли прислушивалась:
– Нет, ну ладно она с одними одуванчиками в голове, но ты-то чем думал?! Знаешь, дружище, есть одна простая истина. Когда твоя дама сердца начинает творить лютую дичь, нужно не участвовать в этой дичи, а крепко взяться за создание благоразумия этой дамы!
Чонгук мрачно усмехнулся. И почему сам он этой «простой истине» не последовал? Наверное, потому, что у его «дамы сердца» создать благоразумие если и возможно, то лишь долгими-долгими годами.
Далеко спускаться не пришлось. И едва достиг конца лестницы, взгляду открылась небольшая подземная комната, разгороженная прутьями большой клетки. По одну сторону прутьев на земляном полу этой клетки сидел понурый и, похоже, побитый Сухо. А с другой, яростная Лиза изо всех сил дергала заржавевший замок, чтобы открыть дверцу. И судя по торчащему из замка обломку ключа, ей вполне хватило догадливости до этого подняться наверх и пошариться в карманах у темных магов.
– Чонгук?! – она мигом отшатнулась от двери железной клетки, даже руки за спину завела. – Это точно не то, о чем ты подумал!
Ну да, найти ее в подвале убежища темных магов, у клетки с побитым учеником магистра, при этом гневно философствующую на тему дурости возлюбленных девиц... Что тут «не то» можно подумать?
Елизавета
– Нет, у него прямо талант появляться в ненужном месте в ненужное время!
Ну да, вы правы, на «случайно мимо проходил» это не похоже...
Но не успела я даже придумать какую-нибудь достоверную ложь, как все еще сидящий в клетке Сухо выпалил:
– Господин, я люблю вашу сестру!
Нет, ну а что. Молодец, парень. Характер у тебя все-таки есть. А вот чувство самосохранения отсутствует напрочь. На кой ты сейчас в этом признался?! Чонгук тебя не только не вызволит, но еще и крышу сверху на твою клетку обвалит!
– Ты...что? – глаза Чонгука сузились.
Мне, конечно, очень даже на руку, что его внимание переключилось с меня, но жалко ведь парнишку!
– А давайте мы все сначала отсюда выберемся, а потом уже снаружи пообщаетесь? – максимально миролюбиво влезла я.
Чонгук глянул на меня так, что я вообще пожалела, что говорить умею.
– С тобой, – чуть не убил взглядом, – я поговорю отдельно.
Ну все, теперь я пожалела не только о способности говорить, но и о неспособности в срочном порядке провалиться под землю! Хотя Чонгук сейчас так зол, что он и из-под земли достанет...
– Одна надежда на то, что все его внимание будет занято этим влюбленным идиотом. И, может, тогда он не станет у тебя ничего выяснять.
Тот исторический момент, когда из нас двоих роль оптимиста играет Юнги, а не я.
Ага, как же, не заметит Чонгук! Тут одна надежда, что удастся его убедить, мол, я пришла, а тут так все и было. Благо, мой дар поглотил не только всю магию из этого места, но даже и свой магический след. То есть никто при всем желании не засечет, что тут был очередной якобы «магический сбой». И, главное, дар настолько насытился, что я сейчас и вовсе его не ощущаю. Жаль, что это счастье вряд ли надолго.
Чонгук таки выломал дверь клетки. Вот только чтобы спасти Сухо или самолично до него добраться и придушить?
– На выход! Оба!
Ох, уже чую, как вовсю пахнет жареным...
– Да-да, надо уходить, – я, вся такая смирная и послушная, солидарно закивала. – Мне как раз пора поскорее возвращаться домой, родители наверняка волнуются и...
И чуть язык себе не прикусила под убийственным взглядом Чонгука.
Понятно. Домой я не еду. По крайней мере, сейчас. Чонгук сначала вытрясет все души из нашей заговорщической троицы. Ну ничего, у меня еще есть время что-нибудь придумать.
Сухо первым, покаянно опустив голову, поплелся вверх по лестнице.
– Вообще-то бедняга тут четыре дня, битый и голодный, – с укором шепнула я Чонгуку. – Будь уж с ним помилосерднее.
– Вперед в экипаж, – что-то он не спешил проявлять милосердие.
– Ты не можешь мне приказывать, – я все же сделала последнюю попытку...
Путь вверх по лестнице я проделала закинутая на его плечо.
Моему кучеру Чонгук сказал возвращаться и предупредить хозяев, что их непутевая дочь задержится. Нам же с Сухо скомандовал садиться в его экипаж, и теперь вся наша недружная компания, да еще и в замкнутом пространстве, спешно перемещалась к месту очной ставки с Розе.
Сухо все так же молчал. То ли от слабости, то ли от робости. Я тоже молчала. А то я и так предостаточно высказала Сухо все, что о нем думаю, пока он нес меня на руках прочь из логова темных магов. Молчал и Чонгук. Но, боюсь, лишь потому, что мысленно себя уговаривал никого сегодня не убить. Ну да, наверняка малоприятного вдруг узнать, что твоя младшая сестра вовсе не ангел сизокрылый, а маленькая трусливая интриганка.
– Так ты, значит, знала? – в один единственный вопрос Чонгук умудрился вложить и вселенский укор, и нарастающую злость.
– Знала, – я не собиралась отнекиваться. – Но выяснила я про них совершенно случайно, и пришлось припереть их к стенке, чтобы они признались. Только, пожалуйста, не руби с плеча, выслушай их сначала.
Наверняка сейчас скажет мне не лезть не в свое дело и будет прав. Но нет, Чонгук ничего не сказал.
Боюсь, главная буря ждала нас всех впереди. И особенно тревожило это его «С тобой я поговорю отдельно»...
Из плюсов: ни моя магия не давала о себе знать, ни слабость пока не накатывала. Правда, я понятия не имела, как надолго привалило такое счастье и, соответственно, как быстро мне надо отдаляться от Чонгука, пока меня снова не накрыло.
И из минусов: Чонгук что-то не очень-то спешил меня куда-либо отпускать. Ну да, конечно, мне его позволение и не нужно, он же мне не хозяин. Но когда он настолько зол, лучше просто сидеть тихонько в уголочке и не отсвечивать. Пусть я и пыталась помочь местным Ромео и Джульетте, но так толком и не помогла. Так разве можно меня винить за то, что я хоть и старалась, но не сделала?
Все эти мысли успели пронестись у меня в голове, пока мы с Сухо под конвоем Чонгука прошествовали от экипажа к дверям особняка. Даже сердце тоскливо кольнуло. Казалось, я всего три дня как отсюда съехала, а уже хочется вернуться. С родителями Элизы, бесспорно хорошо, они замечательные, но почему-то именно домом воспринимается это место.
Даже дворецкий хоть и удивился, но улыбнулся мне. И пусть Чонгук и следил за мной как мухобойка за мухой, но я все равно шепотом у старичка спросила:
– Как ваше ничего? Как спина? Помогла та настойка от целителя? И, кстати, вы по-новому подравняли бакенбарды? Вам очень идет!
Но ни дворецкий не успел мне ответить, ни Чонгук не успел ничего мне сказать, как вверху лестницы показалась Розе. Скорее всего, это бледное перепуганное создание все время там караулило. Но теперь, увидев не менее бледного и перепуганного возлюбленного, она не выдержала.
С всхлипом то ли вселенской трагедии, то ли счастья Розе кинулась вниз по лестнице прямиком к Сухо.
– Ты живой!
Рано радуешься. Судя по настрою Чонгука, ненадолго.
И то хорошо, что у Розе не хватило отваги на обнимашки, она вовремя себя затормозила.
– Все в гостиную! Живо! – мне кажется, даже разъяренный бык на красную тряпку в руках не менее красного тореадора и то реагировал бы спокойнее, чем Чонгук, глядя на эту сладкую парочку. И даже интересно, что его бесило больше? То, что Розе с Сухо крутили шашни за его спиной? Или же сам факт, что его сестра спуталась с человеком не ее круга?
Но, естественно, я все вопросы держала при себе. У меня вообще тут была крайне важная миссия: максимально слиться с интерьером, чтобы о моем существовании забыли, и тогда уже потихоньку исчезнуть.
Мы прошествовали в гостиную. Причем, влюбленной парочке все-таки хватило смелости при этом держаться за руки. Правда, с такими лицами, словно они вместе шли на казнь.
Едва Чонгук закрыл двери, я все же не выдержала. Прошептала ему:
– Слушай, пареньку бы сначала целителя и покормить толком, а потом уже душу из него вытряхивать.
Но он даже ответ не озвучил, как Розе в отчаянном порыве переняла на себя инициативу:
– Чонгук, я могу все объяснить! – но ненадолго: – Хотя... Пусть это лучше сделает Элиза...
Мда. Как говорится, сдадим того, кого не жалко.
Только Сухо молчать не стал. И хотя ему явно даже стоять сейчас было тяжело, он вполне решительно выдал:
– Господин, я люблю вашу сестру. Да, я понимаю, что я вам не ровня, но это никак не умаляет силы моих чувств. И я готов на все, чтобы получить ваше благословение. Я признаю, что этот замысел с темными магами был неимоверно глуп, но поймите, мы пошли на это от отчаяния.
– А просто поговорить со мной нельзя было? – хоть Чонгук и ответил спокойно, но кому, как не мне, было знать, сколь иллюзорно его спокойствие.
Причем, обращался он к не у Сухо, а к Розе. И та сделала то, что посчитала самым правильным в данной ситуации. Громко разревелась.
– Такие вопросы все же на горячую голову не решаются, – я снова не смогла смолчать. – Чонгук, может, сначала Сухо к целителю, Розе в комнату...а потом уже, когда все остынут и соберутся с силами, все спокойно обсудить?
– Почему ты мне ничего не сказала?
Ох, куда бы спрятаться от такого его взгляда...
– Наверное, потому, что все мы в этой ситуации поступили глупо, – особо и оправдаться-то было нечем. – К тому же...
Кажется, я все-таки сказала что-то еще. Или нет? В навалившейся темноте я лишь почувствовала, как утыкаюсь лицом в камзол Чонгука. Выходит, я падаю?..
– А ты как хотела? Пусть слабость после применения дара и накрыла тебя запоздало, но все равно накрыла.
Я даже ничего подумать в ответ Юнги не смогла. Напоследок в угасающем сознании лишь мелькнула слабая надежда, что к тому моменту, как я приду в себя, Чонгук наверняка уже перестанет злиться и не будет жаждать вести допросы с пристрастием.
Только бы моя магия еще хоть сколько-нибудь не проявляла себя! И очнувшись, я быстренько отсюда ушла и приступила к выполнению своего гениального плана. Пусть хотя бы раз все пойдет так, как надо!
Страшно было приходить в себя. Вдруг, пока я отлеживалась без сознания, мой дар снова активизировался. Но нет, вроде бы по-прежнему не чувствовался...
Юнги?
– Да не бойся ты, черная магия настолько емкая, что твой дар еще несколько часов не даст о себе знать. Так что у тебя есть время принять все нужные меры. Давай собирайся с силами, доделывай все нужные дела, а я пока все подготовлю.
Вот как приятно, когда он в кои-то веки не критикует, а очень даже одобряет мой план.
Присутствие призрака в моем сознании больше не ощущалось. Я с трудом открыла глаза. Вот уж не думала, что веки могут быть настолько тяжелыми!
Только сначала я все равно ничего не увидела, лишь светлое пятно маячило посреди тьмы. Даже не сразу дошло, что это просто свет ближайшей свечи.
Итак, по ощущениям я лежу на кровати... Но где? Вижу пока с трудом, да и вокруг достаточно темно. Каковы вообще шансы, что Чонгук отправил меня бессознательную к родителям Элизы? Боюсь, очень малы...
И тут же в такт моих мыслей совсем рядом зазвучал его голос.
– И каждый раз на тебя так накатывает? – причем, голос архиспокойный... То ли Чонгук познал дзен, пока я была без сознания. То ли...даже не знаю...
– Что поделать, если я такая сверхчувствительная с тонкой душевной организацией, – говорить пока получалось лишь шепотом. Но хорошо хоть взгляд уже фокусировался более-менее. Так, я все-таки в той спальне, в которой жила, будучи фиктивной женой Чонгука. А сам он сидит в кресле подле моей кровати. Свечей зажжено совсем мало, так что в комнате, скорее, темно, чем светло.
Я попыталась приподняться на локтях. Руки чуть дрожали, но все же слабость отступала.
– Уже ночь, да?
– Около полуночи.
Значит, я несколько часов потеряла... Ну ничего-ничего, оставшегося времени мне должно хватить на подготовку к моему плану. Главное, отсюда поскорее выбраться.
– Мне очень неловко, что так все произошло и... – ай, язык мой – враг мой! Я все-таки не выдержала! – Но почему ты такой спокойный? Ты уже прикопал в саду Сухо и сослал Розе в монастырь лет до тридцати? И только после этого обрел внутреннее умиротворение?
– Ничего я с ними не сделал, – в голосе явственно мелькнуло раздражение. К сожалению, лицо Чонгука пока оставалось в тени, так что о выражении оставалось только догадываться. – Розе устроила истерику с причитаниями, Сухо, хоть и рассказал об их дурости все от и до, но готов был последовать твоему примеру и свалиться от бессилия. Так что один сейчас отсыпается, упившись восстановительными зельями, а вторая сидит в своей комнате и, вероятнее всего, продолжает лить слезы.
Преодолевая еще не до конца ушедшую слабость, я все же села на кровати. Осторожно спросила:
– Но все же... Что ты планируешь делать?
– Без понятия, – отрывисто ответил он, потер глаза, будто безумно уже устал.
И вот казалось бы, молчите вы в тряпочку, Лизавета Андреевна, ан-нет, не могу и все тут.
– Это, конечно, не мое дело, но если руководствоваться здравым смыслом, Сухо стоит прогнать взашей, а Розе сослать в какое-нибудь закрытое учреждение для обучения и воспитания юных девиц на пару лет. Да, это сделает ее взрослее. Умнее и самостоятельнее. Но не счастливее... Пусть я не вправе давать какие-либо советы, да и, честно говоря, не до конца еще разобралась в хитросплетениях этой вашей светской жизни, но... Чонгук, они ведь любят друг друга. По-настоящему любят. И Сухо нужна именно Розе, а не ее приданное. Только влюбленный идиот потащится к темным магам со столь сомнительной затеей. Да и Розе ничего тебе не рассказывала не потому, что не доверяет. Она просто боялась тебя разочаровать... Решать, конечно, тебе, но тут все же не так все однозначно.
Чонгук резко встал, прошелся по комнате.
– Что тут неоднозначного, Лиза? Обыкновенная малолетняя дурость! Влюбленность в таком возрасте настолько мимолетна и несерьезна, что даже задумываться об этом не стоит!
– Ну да, конечно! Ты же у нас прямо знаток по влюбленностям! Я, между прочим, почти ровесница твоей сестры! И первая влюбленность уж точно не мимолетная и не дурость! Как бы она ни бесила, все равно гораздо сильнее и глубже, и... – чуть язык себе не прикусила! Надеюсь, Чонгук все же не понял, что я на эмоциях говорила о самой себе, да еще и в его адрес.
Но даже если у него и закрались какие-либо подозрения на этот счет, озвучивать он их не стал. Остановившись в паре шагов от меня, произнес без каких-либо эмоций:
– Лиза, я знаю, что это ты.
Самое логичное «Что это я – что?» я не стала произносить. Куда больше хотелось вернуть разговор в прежнее русло. При обсуждении Сухо и Розе уж точно не так пахло жареным, как сейчас!
И Чонгук только подтвердил мои опасливые догадки:
– Я изучил все магические сбои, и при каждом из них присутствовала именно ты. Более того, ты не из нашего мира, потому однозначно иной магической природы, так что все возможно, – с каждым его словом мне все больше хотелось куда-нибудь спрятаться... -. И хотя у меня оставались последние сомнения, но твоя сегодняшняя выходка с темными магами безоговорочно расставила все по местам. Это не магические сбои. Это истощение магии. Нарочно или случайно – другой вопрос. И то, что после этого тебе каждый раз нужно время для восстановления, лишь подтверждает мою догадку.
– Ну вот ты не могла влюбиться в кого-нибудь потупее?! В малахольного идиота вроде Ирвина? Насколько бы меньше было тогда у нас проблем!
Чонгук хмуро смотрел на меня, ожидая ответа. Но я даже ничего сказать не могла! Язык словно задеревенел и вообще не слушался! Нет, ну что за бред? Толку магия заставляет меня по-прежнему молчать, если Чонгук и так уже все понял?!
Видимо, все эмоции весьма красноречиво отразились на моем лице, и Чонгук, несмотря на скудное освещение, и так все понял.
– Не можешь об этом говорить, так ведь? Полагаю, тогда бессмысленно спрашивать, целенаправленно ты вытягиваешь магию или все же случайно. Но насколько я успел тебя узнать, ты бы все же не стала нарочно причинять кому-либо вред, так что, вероятнее всего, твоя сила неконтролируема.
Мне хватило сил лишь на то, чтобы кивнуть. По-прежнему не могла произнести ни слова.
Чонгук нервно прошелся по комнате.
– Лиза, но ты же понимаешь, что если эти факты сопоставил я, то точно так же может сопоставить и кто-то другой. Тот же Ирвин может проболтаться о магическом выплеске, при котором присутствовали только вы двое. Вдобавок к этому у дознавателей на руках есть все списки, и в итоге вычислить тебя будет не так уж и сложно.
Я хотела ответить, что мне нечего бояться. Что я уже все продумала: и как именно себя обезопасить, и как никому больше зла не причинить, пока с этим проклятым даром не справлюсь. Но так и не смогла ничего сказать.
Чонгук остановился. Даже сквозь полумрак я отчетливо чувствовала его тяжелый взгляд.
– И ведь от меня ты сбежала по той же причине, верно? Из-за воздействия твоей магии? Ты боишься, что твоя бесконтрольная сила навредит мне?
Я могла кивнуть, но не стала. Ведь что это даст? Судя по интонации, Чонгук, хоть и понял, что к чему, но даже не догадывается о масштабе проблемы. А объяснить я никак не смогу...
Он подошел ко мне совсем близко. Я не стала отступать. Мне ужасно хотелось спрятаться в его объятиях! Отчаянно порывисто спрятаться... Но как я могу искать у него защиты от того, что ему все равно неподвластно и его же в первую очередь и погубит?!
– Я... – слова давались с трудом. – Я знаю...что мне нужно делать...
– Насколько это для тебя безопасно?
Ну если не учитывать, что дознаватели могут найти меня и укокошить до того, как я воплощу свой замысел... То да, все очень даже безопасно.
– Я буду в порядке. И... – теперь уже магия не мешала, сам по себе ком в горле встал. – Мне нужно идти. Пока я... – а тут уже снова магия подключилась. Да что же она управляет мной как марионеткой!
– Тебе нужно идти потому, что твоя способность отнимать магию скоро вернется? И ты опасаешься, что будучи поблизости я попаду под удар?
Да! Тысячу раз да!
Кивнуть я не смогла. Зато медленно моргнула.
Но вместо ожидаемого «Да-да, конечно, сейчас же прикажу, чтобы тебе подали экипаж» Чонгук совершенно спокойно выдал:
– Лиза, я не отпущу тебя.
Что?.. Что ты задумал?..
– А я говорил, надо было Ирвина выбирать! Этот малахольный тупил бы до последнего!
Чонгук
Глаза Лизы округлились. И нет, не было в ее взгляде ожидаемого возмущения и протеста. Только нарастающий страх. И было ясно как день, что она боится вовсе не его самого, а именно той магии, которой почему-то наделена.
Поспешил добавить:
– Лиза, сама посуди, ты сейчас буквально в шаге от меня. При этом здесь, – развел руками, – вообще нет никаких блокирующих магию артефактов. Скорее всего, ты практически ничего толком в магии не понимаешь, потому и боишься навредить. Но даже с неконтролируемой силой можно справиться. Если твоя заточена именно на то, чтобы вытягивать магию из окружающих, сегодня ты настолько наполнила ее темной, что этого хватит не просто надолго, но на пару лет, как минимум. А за это время я точно найду средство справиться с твоим таким странным даром.
Лиза попыталась что-то сказать, но снова без толку. И то ли от этого бессилия объяснить, то ли от переполняющих ее эмоций даже руки в кулаках сжала.
– Ты не понимаешь, – прошептала она в сердцах, – ты просто не понимаешь...
Подойдя совсем близко, Чонгук взял ее за плечи. Даже к такому простому прикосновению она отнеслась с опаской, насторожилась, к чему-то прислушиваясь. Боится, что ее магия вот-вот проявится?
– Лиза, послушай, – говорил как можно мягче, – я, быть может, и вправду многого не понимаю. Я не знаю, откуда взялась твоя магия, почему вообще так сложилось, но я теперь точно знаю, что именно из-за нее ты от меня бежишь. Не будешь же ты отрицать, что эта неделя нашего фиктивного брака многое изменила.
– Я...я просто не хочу, чтобы с тобой случилось что-либо плохое, – сбивчиво прошептала она. Хотела отстраниться, но Чонгук не дал, удержал все так же мягко.
– Ничего плохого со мной не случится, обещаю, – улыбнулся. – Представляю, как ты успела накрутить себя, вынужденная справляться с этой напастью одна. Но ты ведь не одна, – ласково коснулся ее щеки. – И тебе вовсе не нужно бороться с этим самой. Я, конечно, понимаю, что ты у меня достаточно необычная и чересчур самостоятельная, особенно когда не надо, – не удержался от усмешки, – но все же именно в этой ситуации для тебя же лучше просто остановиться. Просто перестать убегать. Довериться мне во всем. А я уже в свою очередь сам разберусь с твоей проблемной магией. Согласись, ты все же не в силах с нею справиться самостоятельно.
Лиза отвела взгляд, но все же больше не пыталась отстраниться.
– Чонгук, ты и вправду не понимаешь... Даже ты не со всем способен справиться.
Взял ее за подбородок, приподнял лицо, заставляя снова встретиться глазами.
Улыбнулся:
– Ты сомневаешься во мне?
Она хотела что-то сказать, но снова не смогла ничего озвучить. Кто же наложил этот запрет? Может, и тот, кто наделил Лизу такой магией?
– Ничего, я сам во всем разберусь, – даже не сомневался в этом. – И раз ты пока не в силах мне ничего объяснить, давай просто сойдемся на том, что просто доверишь мне решить эту проблему. Не то, чтобы я прошу твоего позволения на это – нет, это факт. Но мне все же нужно, чтобы ты сама признала это.
Только сейчас осознал, насколько это и вправду для него важно: чтобы она доверилась ему... Это ведь сразу равнозначно признанию во всем. Ведь только очень дорогому для себя, важному человеку можно настолько всецело довериться...
Лиза ничего не ответила. Но решимость в ее глазах читалась настолько явственно, что никаких сомнений в ее ответе не оставалось.
И словно в подтверждение, она вдруг поднялась на цыпочки, чуть робко коснулась губами его губ... Просто оглушило! От такой мимолетной нежности враз снесло всякий контроль! А ведь до этого сам не понимал, насколько сильно хочет вновь почувствовать терпкий вкус ее губ, насколько сильно хочет снова ощущать, сколько хрупка и трепетна она в его объятиях... Как искренна в своей взаимности...
И ведь его внезапный напор и вовсе Лизу не напугал. Она не вздрогнула, не попыталась его оттолкнуть. Словно бы даже с отчаянием держалась за его плечи, не только позволяя себя целовать, но и отвечая с не меньшим жаром. Будто и сама она все это время отчаянно нуждалась в столь внезапном безумии, сминающем на пути все преграды, которые они успели возвести, все условности, которые так мешались...
Проблеск сознания вернулся уже в тот миг, когда они оба с Лизой оказались на кровати. И нет, разум проснулся вовсе не потому, что все же не стоило бы спешить и вообще по-хорошему он сначала и вправду хочет взять ее в жены – нет, от накатившего дурмана пробудило совсем другое.
Лиза, такая восхитительная сейчас, с чуть сбившимся дыханием и румянцем на щеках, с слишком красноречивым горящим взглядом, такая податливая и трепещущая в его руках, вдруг порывисто прошептала:
– Прости... Но у меня нет другого выбора...
Но даже толком осознать ее слов не успел!
Так же, как и тогда в кабинете у первосвященника, просто враз накатила непомерная слабость, затмевая сознание!
Глаза закрылись. И в накатившей темноте еще чувствовал, как слабеют его руки, выпуская Лизу из объятий... Как пропадает жар ее тела, ощутимый даже сквозь одежду... Слышал даже, кажется, отдаляющиеся шаги...
Она ушла.
И не просто ушла. Она перед этим своим даром снова отправила его в беспамятство! Чтобы не мешался, так?!
На этой мысли все кануло в темноту.
Пришел в себя уже утром. С гудящей головой и слабостью во всем теле. Сел на кровати, силясь вспомнить, что вообще было накануне.
И последние события не заставили себя ждать.
Вот так, значит?! Лиза нарочно поддалась ему, чтобы он потерял контроль и не помешал ей от него избавиться?! Выходит, ее страх все же сильнее?
Не стал терять зря времени. Едва привел себя в порядок, сразу же поехал к родителям Элизы!
Но и там ждала очередная неприятная неожиданность.
– Ох, мы не знаем, что и делать, – принявшая его в гостиной обычно спокойная леди Дженни была близка уже к слезам. – Элиза пропала! Намджун уже поехал ее искать, но боюсь, все напрасно!
– Пропала? – только этого еще не хватало! – Как это пропала?
– Она не только не ночевала дома, но еще и записку в своей комнате оставила, мол, дорогие родители, простите, я вынуждена на время уехать, тяжело переживаю развод с Чонгуком, хочу побыть одной, скоро вернусь... И ведь ни экипажем нашим не воспользовалась, ни вещей никаких толком не взяла! И где она теперь? Что с ней? Бедняжка, она же где-то совсем-совсем одна!..
– Я найду ее, – порывисто перебил Чонгук, резко поднимаясь с кресла. – Обещаю вам, я найду ее, где бы она ни была.