Глава 65: «Почти»
Утро было тихим.
Даня стоял у окна с чашкой чая, завёрнутый в мягкий серый свитер, чуть длиннее рукавов — специально, чтобы прятать пальцы, когда становится тревожно.
Лёша подошёл сзади и, не спрашивая, положил подбородок на его плечо:
— Доброе утро, мой воробушек.
— Ты всё ещё не устал придумывать? — Даня чуть усмехнулся, глядя на снежный двор.
— Никогда, — ответил Лёша. — У меня запас как у бабушкиных солений. Поглажу — и придёт новое имя.
Он ткнулся носом в его шею, и Даня вздрогнул, но не отстранился.
Он всё ещё учился не пугаться прикосновений.
Но от Лёши — было по-другому. Теплее.
— Ещё ты мой лёд, который тает только в ладонях.
— Это уже почти поэтично.
— Я стараюсь, снежинка моя.
Даня молчал.
Что-то шевелилось внутри. Какой-то ответ. Слово.
Он сделал пару шагов по комнате, потом остановился, обернулся и — посмотрел на Лёшу, как будто впервые.
И тихо, с усилием:
— Лёш...
— М-м? — отозвался тот мягко.
— Я... я тоже хочу... — он запнулся, сжал край свитера. — ...тебя как-то... назвать.
— Так назови, — спокойно ответил Лёша, — даже если это будет просто "Лёшенька".
Даня опустил взгляд.
Сделал вдох.
И тихо, слабо, почти шёпотом:
— Зай... — он осёкся.
Плечи чуть дрогнули.
Он отвернулся, будто пожалел.
Лёша подошёл ближе.
— Скажи ещё раз, — попросил он, и голос был без тени смеха.
Даня с трудом выдавил:
— Я испугался.
— Не бойся, — Лёша взял его за руку. — Мне хватит даже полу-прозвища от тебя. Даже звука. Даже молчания.
Даня кивнул.
Он не сказал «зайка» до конца.
Но он хотел.
И это уже было больше, чем всё, что он мог раньше.