В нескольких шагах от моря...
К отцу Силики вышел врач, который её осматривал и сделал повторные анализы и обследования перед транспортировкой в клинику.
- Мне очень жаль, Дмитрий Владимирович, но опухоль перешла на соседние ткани и сильно разрослась. Если раньше её можно было удалить, то сейчас...
- Можно конкретнее? – потребовал отец.
- Рак перешёл на четвертую стадию. Вы, конечно, можете все деньги ухнуть на облучение вашей дочери, которое её не спасёт, но мой Вам совет: обеспечьте ей счастливую жизнь до её смерти. У неё не так много времени...
Отец Силики матерился и хотел плакать, но это бы ему не помогло. Силика лишь молча сидела в кресле и рисовала всякую ерунду.
- Силика... - подошёл он к ней. – А вот что бы ты хотела, если у тебя всего один год?
- Я хочу на море. Я никогда там не была, - ответила та. – Правда, я бы хотела с Тимом, но там уж как получится... Не мне мечтать о чём-либо. Всё то, о чём я когда-то мечтала, рушится на глазах...
- Не говори такие вещи! Мне и без того больно! – разозлился отец и вновь заплакал. – Ладно... А кроме моря ещё что-то есть?
- Да, дома покажу... - ответила Силика.
- Я бы хотела напечатать эту книгу, - и Силика вытащила из дальнего ящика стола какую-то рукопись, когда они были уже дома. – Я пока пишу, но... Если я не успею её до своей смерти издать, позаботьтесь о том, чтобы она нашла своего читателя.
- Хорошо, - согласился отец. – Но на море сейчас холодно, если ты хочешь в Питер. Зима на носу...
- Я не знаю. Чтобы деньги Тима не пропали даром, я бы хотела в какую-нибудь клинику рядом с морем, так как полагаю, что просто на море вы меня не отпустите... Мне хотя бы на один день. С Тимом. А на остальные я бы хотела, чтобы он выкупил свою квартиру.
- Хорошо, что-нибудь подыщем.
***
- Тим, Силика, - обратился отец к парню Силики одним днём спустя примерно три недели, когда они вчетвером собрались в доме Есевых. – Есть один вариант, который поможет вам обоим. Мы долго с Надеждой думали на эту тему... Но ты Тим, слишком безответственно подошёл к вопросу о деньгах, лишив себя нормального крова. Это очень мужественно, конечно, но безрассудно, на мой взгляд. Ты никогда не думал жить в собственном частном доме на берегу моря?
Силика и Тим недоуменно переглянулись. До этого она считала, что знала своего отца. Теперь он точно темнит что-то.
- Пап, не темни, ближе к делу! – потребовала Лика.
- В общем, если вы согласны, мы купим вам дом в Краснодарском крае на берегу моря, - выпалил отец семейства.
Силика очумела, да и Тим был сильно смущён.
- Так что считай, ты сам перекупишь себе новый дом, вот и всё.
- Но... Вы не собираетесь лечить Силику? – не понимал тот.
- К сожалению, результаты таковы, что долго ей не прожить, даже если всю сумму отдадим на её лечение. Но мы бы с Надеждой хотели, чтобы она прожила оставшееся время счастливо. Она хотела море? Хотела. Хотела с Тимом? Да, ним. Хотела, чтобы он выкупил свою квартиру? Да. А раз деньги есть, и немало, так как я не представляю, сколько стоила квартира Тимофея, то почему бы не убить разом трёх зайцев?
- Я горжусь тобой, дорогой, - сказала Надежда и чмокнула мужа в щёку.
- Придётся менять место работы, - усмехнулся Тим.
- Ну, что думаете? – спросила мать Силики.
- Я вас обожаю! – и Силика заплакала.
***
Разумеется, произошло всё далеко не сразу. Отцу пришлось ехать далеко к морю, чтобы встретиться с частником и всё проверить, нанимать риелтора, чтобы всё было честно без обмана, они с женой осматривали дом, которые в свою очередь покупался с расчётом на регулярное посещение клиники, где Силике назначили лучевую терапию, чтобы хоть как-то отсрочить болезнь и поддерживать её в удовлетворительном состоянии. Разумеется, Тим познал все прелести ухода за обездвиженным человеком, он кормил Силику курицей на соусе барбекю и готовил ей тыквенный латте, убирался в квартире и следил за её состоянием. Они смогли переехать туда лишь к концу декабря, ближе к Новому Году.
К сожалению, при лучевой терапии волосы выпадают, поэтому Силике пришлось бриться налысо. Она долго не могла принять себя такой, плакала, психовала, обзывала Тима гадкими словами, стучала по ручкам инвалидного кресла, пока он не купил ей парик из светлых волос и сделал с ней селфи. Его не смущало то, что в кадре видно инвалидное кресло, главное, что на фото Силика получилась красивой и она себе там нравилась. Его не волновали лайки и комментарии, он не боялся потерять друзей, потому что «его девушка – инвалид». Им просто хотелось спокойно прожить вместе оставшиеся дни.
С утра они ехали в клинику на терапию, потому ели в каком-то кафе, потом дневной сон и вечером Тим вёз её к морю подышать свежим воздухом.
- Тим... А тебя точно всё устраивает? – спросила она у него, когда они сидели на крыльце и читали каждый свою книгу.
- Лучше и не придумаешь. Конечно, я хотел, чтобы ты выздоровела. Я хотел, чтобы ты встала на ноги. Я думаю, ты сама этого хотела. Но отец мне втайне от тебя сказал, что специалисты по операциям спинного мозга говорят, из-за рака, ты можешь не пережить операцию... Это просто ужасно! Я... Прости, я не должен был... Боже. Идиот.
- Всё нормально, - улыбнулась Силика. – Я догадывалась о подобном исходе событий. Но мне не о чем жалеть. Всё, что я хотела сделать в жизни, я уже сделала. Во всяком случае, пыталась. Попытка была не пытка. Я удовлетворена тем, что происходило. Хотя плохого тоже хватало, но у меня нет сожаления на этот счёт. Больше мне ничего не надо.
- Это хорошо, теперь я буду спокоен, - вздохнул Тим. – Хоть и тяжело всё это осознать...
- Ты, наверное, и большей части не знаешь, что было, - вздохнула Силика. – Но я не хочу рассказывать. Я хочу, чтобы у тебя сохранились обо мне хорошие воспоминания. Знаешь... Я хочу встать.
- Ты... Ты с ума сошла?
- Помоги мне, пожалуйста, - настояла Силика.
- Я не то чтобы неверующий или ярый атеист, но я знаю биологию и анатомию, а ещё видел снимок твоего спинного мозга. Это просто невозможно...
- Я хочу постоять... Немного... - пробормотала девушка.
Тим вздохнул и медленно поднялся со своего места. Он подошёл к ней и, крепко взяв за руки, начал поднимать Силику с кресла, и немного опустить, чтобы её ноги коснулись пола. Это выглядело нелепо: Тиму пришлось всем весом держать девушку, пока та почти висела в воздухе, слегка касаясь деревянной поверхности крыльца (разумеется, сама она стоять не могла и не смогла бы).
- Всё, - выдохнула та, и он постарался бережно опустить её обратно.
Силика тихо заплакала, вспоминая, как она бегала босиком по траве со своим котом, а Тим поставил её ноги на подставку.
- Пора домой, уже холодно, - сказал Тим. – Ты замёрзнешь...
- Ладно...
***
Силика проснулась в постели. За окном валил снег. Сегодня выходной, и визит в больницу не требуется. Белая простыня смялась под её худым тельцем, а розовая ночнушка перемотала её талию. Обои, покрытые «деревянным» сайдингом, создавали ощущение дачного уюта, часы оттикали одиннадцать. Никуда не надо было торопиться. Всё было прекрасно, и хотелось радоваться, даже в её положении. Вскоре в комнату вошёл Тим, держа поднос с завтраком. Там виднелся апельсиновый сок и яйца, сваренные вкрутую. Он отставил поднос, осторожно подвинул девушку, создал из подушек своего рода кресло, а поднос поставил на специальную перегородку, сооружённую специально для Силики.
- Кушать подано! – сказал он и сел рядом на свободный промежуток.
- Спасибо, - улыбнулась Силика.
Они поели, после чего Тим немного прибрался и случайно смахнул с полки какую-то тетрадь.
Он открыл её и прочёл пару страниц, написанных крупных размашистым почерком:
«День первый как я не хожу. Время для меня остановилось. Я не чувствую ни приближения зимы, ни уход осени. Ни холода, ни тепла. Ни радости, ни грусти. И ног тоже... Если бы у вас был переключатель... На какой бы промежуток времени вы бы отмотали? Да так, чтобы у вас всё было в руках. Всё изменить. Сделать всё по-другому. Начать жизнь с чистого листа... Я никого не виню, в том, что произошло, кроме самой себя. Меня как будто кто-то толкнул, но это был точно не мой друг, я знаю это наверняка. Даже своими длинными руками он бы не дотянулся. Лестница была узкой и я решила спуститься первой: он меня пропустил и подождал, пока отойду. Он бы не успел. Да, казалось бы ничего серьёзного абсолютно... Но теперь я не могу встать. Я не знаю, что будет завтра. Наверное, когда-нибудь меня не станет, и никто не сможет это прочесть. Я не хочу становиться известной, я уже повертелась в этом чёртовом колесе и обратно меня не тянет. А чего бы хотели вы?..»
Тим тяжело вздохнул и закрыл тетрадь. На последней странице было подписано: «Завещаю издать». Какой-то странный ком поступил к горлу парня, и он попытался подавить его, издав кашляющий звук. В конечном итоге, он внезапно закричал и треснул по ближайшей тумбочке кулаком с такой силой, что содрал кожу до крови, матюгнулся и пошёл в ванну искать перекись водорода и хотя бы пластырь. Правда, она... Всё равно заметит.
Силика каталась на коляске по кухне и что-то готовила. Кресло ей улучшили, сделав ей столик, на котором она могла делать всё что угодно, в том числе и нарезать продукты, поэтому проблем с этим не возникло.
- Тим! – позвала она.
- Что? – отозвался тот из ванны.
- Я хочу приготовить печенье! Сможешь включить духовку? Я не достаю!
- Да, иду!
- Что у тебя с рукой? – Силика всё же заметила пластыри на его тыльной стороне ладони.
- Да... Так... - Тим хотел что-то придумать, но не нашёл что.
- Дай, осмотрю!
- Да я просто кожу содрал...
- Э-э-э...
- Да, треснул по тумбе, потому что задолбался чинить ей ножку...
- У тумбы всё нормально с ножками.
- Ладно, я тут прочёл кое-что... Меня просто взбесило собственное бессилие, - развёл руками Тим.
- Ты нашёл мою тетрадку?
- Да.
- Прости... Наверное тяжело читать это всё...
- Не представляешь как.
- Больше не читай! Просто... Просто прими это. И забей. Сейчас уже ничего не сделаешь. Просто проживём, как хотели прожить.
- Силика, - их взгляды встретились. – Прости я... Ещё не успел купить то, что надо...
Тим опустился перед ней на колени и взял за руку.
- Выйди за меня... Пожалуйста... Если захочешь!