И в печали, и в радости
Они не устраивали типичную алкоголическую свадьбу, масштаб которой должен быть таким, чтобы знал весь город, и чтобы все бабки под окнами гудели про Васю-алкаша и Таньку-шлюху, которая «наконец-то выходит замуж и встанет на путь истинный, нарожав минимум трёх детишек». Никаких золотых шаров, ресторанов, кучи родственников от младенца Пети до дядьки по, леший знает, какой линии, «Лёхи Пупкина из Дальнего Губкино». Пригласили только самых ближайших, коих было не так уж и много, а мероприятие было максимально закрытым.
Празднование началось в доме, где Силике Саша и тётя Лида укладывали причёску на парике, а мать помогала надеть платье. Дядя Роман (муж Лиды) на своей машине довёз их до Загса, где пара спокойно, без особых торжеств расписалась. Саша вызвалась свидетельницей. Не обошлось, конечно, без слёз, но лишь родственники Силики и Тима знали, что проживёт вместе эта пара недолго: девушке, возможно, остался всего один год, а может быть, уже и меньше.
- Я знаю, ты всегда мечтала об этом, но не говорила... - шепнул ей Тим, когда они уже ехали обратно в дом.
- Я стыдилась своей мечты... - вытерла слёзы Силика. – Потому что уже думала, что вряд ли это когда-то сбудется... Спасибо тебе.
У Саши ещё не было видно живота, но она специально одела широкое бежевое платье, чтобы никого не смущать. Силика никому и не стала рассказывать про положение подруги, но она шепнула Саше, что по всем вопросам она может обратиться к тёте Лиде, у которой уже двое подросших.
Застолье было спокойным, все иногда смеялись, обменивались дружескими шутками, разумеется, не без тостов, но не таких пафосных, какие обычно звучат на свадьбах. Никаких банальных «Настоящая любовь – это смотреть в одну сторону» или «Хорошая семья та, где много топающих пяток по полу», потому что первое было бы действительно слишком типично, а последнее желать жене-инвалиду было бы плохим тоном и просто бестактностью. Более старшее поколение обменивались последними новостями: мать Силики интересовалась здоровьем тёти, матери Романа, Лиду спрашивали про детей. Дмитрий Владимирович беседовал с родителями Тима, а невеста секретничала с подругой.
- У меня есть к тебе только одна просьба, когда я рожу ребёнка... - вдруг сказала Саша полушёпотом. – Ты можешь не согласиться, это твоё право, но больше у меня никого нет...
- Не томи, - улыбнулась Силика.
- Не могла бы ты... Стать крёстной моему ребёнку? – робко попросила Саша.
- Да вообще не вопрос! – чуть не вскрикнула невеста. – С радостью! Ты ещё спрашиваешь?
- Боже, спасибо тебе огромное!
- Скажем так, ты моя свидетельница на свадьбе, а я крёстная твоему дитю! – подмигнула глазом Силика.
- А кто-то мне говорил, что она никогда не выйдет замуж! – упрекнула её подруга. – В результате ты же меня и обогнала! Ещё раз скажешь, что чего-то не произойдёт, я тебя самолично прибью!
- Ну тогда этого точно не произойдёт!
- Умеешь же ты подколоть!
- А то!
Силика потребовала у своего жениха, чтобы он для неё что-то станцевал, но он подготовил что-то особенное и сыграл для неё на гитаре, сочиненную им, песню. Потом все, кто мог, танцевали. Силика только снимала всё на камеру на память, а Саша просто сидела рядом и что-то вязала. Под конец ей стало нехорошо, и дядя Роман отвёз её в гостиницу.
Вскоре гости разошлись, и Тим и Силика остались наедине. Девушка была уже в пижаме, молодожены укрылись одеялом.
- По всем правилам полагается, что мы будем заниматься сексом, но я не буду этого делать, - сказал Тим. – Это слишком банально, да и я... Я никогда не представлял, как это можно вытворять с девушкой, которая не может ходить. Это не то, что бы физически неудобно, мне кажется, это унизительно...
- Ты прав. Я не хочу, - грустно заметила Силика. – Поэтому мы просто полежим и подумаем.
- Я не собираюсь тебя унижать, - парень провёл рукой по её щеке. – Если, конечно, ты сама не захочешь...
- Я не знаю... Давай просто полежим, - улыбнулась невеста. – Потому что с тобой хорошо просто молчать. Ты не представляешь, как это ценно. Просто быть рядом с тобой. И молчать... В тишине... Вдали от города. Море не шумит, потому что оно замёрзло, и, кажется, весь мир замолк на мгновение. А на небе звёзды. Их так много... Все не сосчитать.
- Да их много... Я любил на них смотреть через телескоп на даче. Это незабываемо. Как будто ты смотришь в другой мир, а стекла это окно. Однажды я увидел падающую звезду и загадал желание... И оно сбылось.
- Что это было за желание?
Тим вновь погладил её по щеке и прижался к ней.
- Что моя невеста будет похожа на принцессу и на эту упавшую звезду...
- Я так похожа на принцессу?
- Даже не сомневайся в этом. В коляске или вне её, ты для меня всегда будешь особенной. Мы можем не иметь чего-то, что есть у других. Но это лишь внешнее обстоятельство. У нас никогда не отнять самих себя. Своё внутреннее «я», внутренний мир. Потому что он индивидуален, и у каждого свой. Его можно сломить, но лишь раз в жизни. И потом ты возрождаешься... Я читал, что люди, перенесшие в этой жизни много страданий, в следующей будут награждены сполна. Поэтому я уверен, что всё это преодолимо. Надо только осознать это.
- Хотелось бы верить... - вздохнула Силика и закрыла глаза, готовясь встретить чарующий сон. Тим поцеловал её в лоб и заснул рядом, держа свою суженную за руку.