Сделка
Дорога тянулась бесконечно. В салоне царила гробовая тишина — Энтони не сказал ни слова за всю поездку. Я чувствовала, как во мне еще пульсирует остаточное тепло... это был не просто алкоголь. Нет, это "веселый" коктейль до сих пор давал о себе знать. Какого черта я вообще подписалась на этот чертов контракт? Всё не по моим правилам — и это бесит.
Спустя двадцать минут мы снова подъехали к тому самому клубу. Снаружи уже темно, но толпа перед входом — только разрослась. Я машинально ищу глазами знакомое лицо... Кейт, может, еще здесь? Хотя, зная её, вполне могла и зависнуть до утра.
Энтони открывает мою дверь, как истинный джентльмен... и протягивает руку. Только не отпускает.
— Отпусти, — почти рычу.
— Ты, похоже, забыла... Сейчас ты моя, — холодно бросает он и уверенно ведёт меня внутрь.
Клуб кажется еще шумнее, чем раньше — свет слепит, музыка гремит, как будто хочет разорвать тебе череп. Людей больше, чем нужно. На втором этаже — знакомый стол. Я узнаю лица: Мартин, Джейн, Джеймс и его киска — Джил. Энтони усаживает меня рядом с ней, прямо на мягкий кожаный диван. Его тон стал дружелюбнее, но я чувствую: это только фасад.
— Так, она пришла в себя. А ещё у неё есть кое-что интересное для вас. Приятный... сюрприз, так сказать.
Неловко киваю.
Почти все игнорируют меня. Атмосфера скользкая, как будто я зашла в логово, где на меня смотрят не как на союзника, а как на потенциальный обед.
— Привет, Тесса. Как ты? — Джейн улыбается, её голос мягкий. Наверное, единственная, кто здесь не жаждет перерезать мне горло.
— Спасибо, уже лучше, — отвечаю сдержанно, принимая от неё бокал. Освежающий запах мяты.
— Не бойся, это просто мохито. Без приколов, — шепчет она.
Я ей верю. Первый глоток обжигает горло, но приятен.
— Так вот. — Энтони с легкой усмешкой толкает меня в плечо. — Тесса нарыла кое-что интересное: полный список клиентов Криса. С адресами. С номерами. Сладенький файлик.
Все глаза обращаются на меня. У Мартина даже брови поползли вверх.
— Ты шутишь? — Мартин медленно крутит стакан в руке. — Ты сливаешь собственного брата? Прям классика — крыса в семье.
— Я это делаю не потому, что мне весело. Я просто терпеть не могу Криса, — отвечаю, стараясь не смотреть на его мерзкую ухмылку.
— Дай угадаю... он хотел тебя спихнуть как дешевую шлюху? — фыркает Мартин, заливаясь смехом, будто рассказал анекдот.
Блядь, убила бы.
— Не твоё собачье дело, что он хотел. Ты хочешь список или будешь тут распускать свой язык? — я смотрю прямо на него. Не дергаюсь.
Смех резко стихает. Мартин теперь серьёзен.
— Напомню тебе, красотка, ты пришла к нам, а не наоборот. Понижай тон.
Я достаю телефон и показываю фотографии — немного мутные, но всё читаемо: имена, даты, суммы, адреса. Улыбка сползает с лица Джеймса.
— Значит, Уайт-младшая теперь в нашей лодке, — говорит он, обмениваясь взглядами с Джил.
— До тех пор, пока не утопим одну крысу. А потом я выйду из вашей лодки и сожгу её к чертям. — резко бросаю и отворачиваюсь. Мои глаза ловят Энтони — он уткнулся в телефон.
Я замечаю: в чате — женские имена. Одна, вторая... шлюшки. Ха, еще и бабник.
— Энтони, а что у тебя за царапина на шее? Очередная шлюшка в постели пустила коготки? — Мартин смеётся в голос.
Энтони отрывается от телефона и хладнокровно бросает:
— Порезался. Неважно.
Я подавляю усмешку. Вот он — молчит, не выдаёт, кто на самом деле оставил эту метку. Смешно. Жалко. Интересно.
Моя улыбка была почти незаметной, но он всё равно заметил.
Его рука резко ложится на моё бедро — грубо, с силой, словно пытается напомнить, кто тут главный. Я чувствую, как ногти впиваются в кожу. Больно. Чертов подонок.
Я наклоняюсь ближе к нему и прошептала в самое ухо, затаив ледяной яд в голосе:
— Тронешь меня ещё раз — я расскажу им всё. Слово в слово.
Он отпускает. Молча. Возвращается к телефону.
Почему, черт возьми, меня бесит, что он отвечает другим девушкам?
— План действий, кто-нибудь? — Джеймс фыркнул, не отрываясь от бокала. — Может, позвоним какому-нибудь клиенту и вбросим, что у кого-то сифилис? Поднимем панику.
Он засмеялся так, будто только что сломал систему. Но лицо Мартина оставалось каменным.
— Ты в своём уме? И чем нам это поможет? — раздражённо бросил он. — Нет. Мы поедем к самому важному клиенту лично. Там и решим, как действовать.
Разговор оживляется, каждый пытается вклиниться, звучат предложения — одно нелепее другого. И вдруг...
— Тихо. Есть идея. — Мартин слегка постучал по столу. Не громко — но достаточно, чтобы все замерли.
Сердце сжалось. Он смотрел прямо на меня. Пристально. Жёстко.
— Тесса, что именно тебе говорил Крис? Что он собирался с тобой сделать?
Я опустила взгляд, словно стараясь провалиться сквозь пол.
— Говори. Сейчас не время стесняться. Ты ведь хочешь его сдать — так начни с правды.
Тон стал резким. Но не угрожающим — скорее, требовательным.
— Он сказал... что у него была почти заключённая сделка. Очень важная. Им нужна была девушка... с девственностью.
Мои слова словно застряли в горле. Голос дрогнул, но я договорила.
Воспоминания накатили волной — мрачный дом, запах табака, его взгляд, липкий воздух, и моё собственное оцепенение.
— Погоди, ты была девственницей? — Мартин выдал это с неподдельным интересом, почти удивлением.
На лице Джейн промелькнула тень раздражения. Похоже, ей не нравилось, как звучит этот вопрос.
— Была. — выдавила я сквозь зубы, не поднимая глаз. — Я соврала ему. Сказала, что он сам всё испортил, что он первый... и этим сорвал сделку.
В комнате стало тихо. Даже музыка будто отодвинулась на задний план.
— Ход рискованный. Но умный. — Мартин прищурился, явно переоценивая ситуацию в уме.
— Значит, слушай план. Ты просишь Криса взять тебя в агентство. Раз ты "уже не девственница", для него ты — просто ещё одна. Он поведётся. А дальше — каждый твой выезд мы контролируем. Под прикрытием. Мы получаем доступ к клиентам, к точкам, к схемам. Шаг за шагом.
— Нет. Об этом даже не может быть речи. Я не собираюсь снова туда идти. — выпаливаю резко. В груди поднимается злость. Они в своём уме? Мне потребовались недели, чтобы просто дышать спокойно, а они предлагают снова шагнуть в эту бездну?
— Ты же хочешь уничтожить его? Или это были просто громкие слова? Где твоя решимость, Уайт? — он ухмыльнулся, прикусив губу. Глаза холодные. Лицо хищное. Всё, что ему нужно — выгода.
— Я подумаю. — сквозь зубы. Закатываю глаза и поворачиваюсь к Энтони, который залип в экран. Кто-то пишет ему.
Раздражение поднимается.
С чего вдруг мне вообще не всё равно?
— Пошли. Нам пора. — толкаю его в плечо. Он встаёт, не говоря ни слова. Я иду следом.
На прощание киваю Джейн — единственная, кто здесь не смотрит, как на наживку, — и быстро спускаюсь вниз по лестнице, оставляя этот стол с холодными глазами и чужими планами позади.
Мы выходим из клуба почти бегом. Атмосфера внутри начала душить, словно стены сжимались, и мне нужно было срочно вырваться — дышать.
Энтони открывает машину, но я не жду его вежливых жестов. Просто сажусь в салон, захлопывая за собой дверь.
Если уж я опять должна делать первый шаг — пусть будет по-моему.
Он кидает короткий взгляд, усмехается уголком губ, но не говорит ничего.
Садится за руль, запускает двигатель и наконец поворачивается ко мне.
— И каково это было? — говорит он с неожиданным холодом в голосе. — Лишиться девственности... без согласия. Ты хоть...кончила?
Губы дернулись в ехидной усмешке.
Как будто эта тема повод для шуток.
Я поворачиваюсь к нему медленно, с прищуром.
— Не твоего ума дело. — отрезаю, спокойно, но с огоньком. — Ты уже себя показал — дальше можешь не стараться.
— Да ну, Уайт, не скучай. — он выруливает на трассу, не отводя от меня взгляда дольше, чем нужно. — Расскажи в красках. Ты же не из тех, кто стесняется?
Я смотрю вперёд, а потом резко оборачиваюсь к нему, скрещивая руки на груди.
Выгибаю бровь, играю голосом, будто вспоминаю что-то пикантное:
— О, это было... жарко. Знаешь, тело дрожит, каждая клетка будто в огне, дыхание сбивается... мерзко, грязно, но как же возбуждающе. — я плавно провожу ладонью по шее, затем по бедру — и вижу, как его пальцы крепче сжали руль.
Он усмехается, но это не лёгкая усмешка. Это глухая, злая.
— Спорим, я бы сделал это в сто раз лучше. — голос низкий, почти рычащий. Он смотрит на меня с вызовом.
— Сомневаюсь. Ты и на пять из десяти не тянешь. О чём вообще речь — ты даже поцеловаться толком не можешь, а туда лезешь. — я хохочу, нарочито громко.
Вижу, как в его лице что-то дрогнуло. Попала в цель.
— Хочешь проверить? — сказал, не скрывая раздражения.
— Только если я вдруг перестану уважать себя окончательно. Так что... не сегодня. — закатила глаза и отвернулась к окну.
В груди бьётся злость, обида, страх, и всё это смешано в один адский коктейль.
С каких пор я стала такой? Смелой? Дерзкой? Или это просто маска, чтобы не развалиться по кусочкам?
— Ты не такая, как они. — сказал он вдруг, тише, почти без эмоций.
Я не отвечаю. Не хочу думать, что у него есть ко мне хоть капля сочувствия.
Проехав полчаса, мы, наконец, приближаемся к тому району. Район, в который я надеялась никогда не возвращаться.
Место, где всё началось.
— Довези меня до дома Криса. Но останови за квартал. Он не должен тебя видеть.
— Ты уверена в этом? — спрашивает он, впервые без иронии.
— Ты же знаешь — я не люблю, когда за мной следят. Особенно крысы в кожаных куртках. — я усмехаюсь, прищурившись.
Он тормозит у обочины, включает аварийку. Несколько секунд тишины. Только фары отражаются в его глазах.
— Ещё увидимся, малышка. — он наклоняется ближе, словно хочет коснуться. — Я рядом, если захочешь... пересмотреть оценку по десятибалльной шкале.
Я резко открываю дверь и выхожу, даже не взглянув на него.
— Удачи с другими — может, хоть кто-то тебя оценит. — хлопаю дверью, иду вперёд, не оборачиваясь.
Он остаётся в машине. А я — шагаю в бездну.
Ноги становятся тяжелыми, будто сами понимают, куда я иду.
Сердце колотится. Не от страха. От ненависти.
Я иду в логово дьявола. Добровольно. И если уж я начала эту игру — я выйду из неё победительницей.
Знакомый фасад, забор, фонари — ничего не изменилось. Его машина стоит на месте. Он дома.
Что ж. Игра началась.