Глава 84 💔
Цин Лунлун понял, что ему не спастись ни при каких обстоятельствах, и решил просто затушить огонь, превратившись в дракона.
Внезапно под Ю Бином появился сине-зелëный дракон размером со взрослого человека, и его теплая шершавая чешуя терлась о тело, как будто бесчисленные лезвия, разрывая его кожу и плоть.
Внутренняя часть дырочки приняла спиральную форму, и когда он протолкнулся внутрь, извивающиеся стеночки, плотно обхватившие его, засосали внутрь, становясь все туже и туже, а температура стала выше...
Взгляд Ю Бина помрачнел, и он на некоторое время впал в транс. Но ожесточил свое сердце и прижал нежную драконью лапу. Затем он схватился за драконий хвост, который бил его по спине, и поскакал на маленьком цинлуне в яростной атаке.
Это было похоже на укрощение дикой лошади. По мере того, как толчки становились все более интенсивными, раздавались волны драконьего рева, напоминающие то радость, то плач.
В драконьей форме было бы легко сбежать, но Цин Лунлун не осмеливался вырываться с силой, боясь навредить Ю Бину.
Он-то думал, что, будучи человеком, Ю Бин столкнется с некоторыми препятствиями при объездке цинлуна, но не ожидал, что тот окажется таким всеядным!
Когда Ю Бин снова проглотил пилюлю, Цин Лунлун в отчаянии уставился на него своими драконьими глазами, готовый сбежать любой ценой.
Ю Бин приподнял уголок губ:
-Если ты не хочешь, чтобы я умер, то перестань бороться и будь хорошим мальчиком...
Он выглядел более смущëнным, чем когда-либо прежде, и в то же время решительным и красивым.
Лазурный дракон перестал сопротивляться, но его рёв стал ещё более жалким.
Ю Бин опустил глаза и ритмично погладил грудь Цинлуна кончиками пальцев:
-Смотри, она почти выросла.
И только тогда Цин Лунлун понял, что все это делалось ради него.
Раздался долгий скорбный рëв, и Цин Лунлун снова превратился в человека, по его лицу текли слезы:
-Ууууу... Дракон больше не будет засыпать, дракон больше не будет засыпать, пожалуйста, не попадай ни в какие неприятности, уу уу уу, если ты умрешь, дракон тоже больше не будет жить, ууууууу!
-Не умру, никто из нас не умрет.
Ю Бин прижался лбом ко лбу маленького лазурного дракона и серьёзно сказал:
-Пока мы будем продолжать это делать, я не умру. Не отпускай меня, никогда не отпускай меня...
Цин Лунлун протяжно завыл, удовольствие почти подавилось страхом. Он подумал о страданиях Ю Бина, и мучительная боль пронзила его сердце:
-Ууу... Пусть дракон будет сверху, ууу...
***
Неизвестно, сколько дней и ночей это заняло...
Старая обратная чешуя была связана с кровью Ю Бина. В отличие от силы, увеличивающейся при созревании обратной чешуи Цин Лунлуна, старая обратная чешуйка почти иссушила его.
Ю Бин, словно пустая, хрупкая оболочка, казалось, мог рассыпаться в любой момент.
Когда новая обратная чешуйка обрела окончательную форму, Цин Лунлун неосознанно превратился в дракона и издал громкий рев.
Старейшина Священного Древа, ожидающий внизу в позе для медитации, открыл глаза:
- Обратная чешуя обрела форму! Стража! Принесите лечебную ванну и следуйте за мной! Скорее! Нельзя медлить, иначе мы опоздаем!
Когда Цин Лунлун пришел в себя, он увидел под собой Ю Бина с закрытыми глазами, кровь вытекала из всех его семи отверстий*, и лишь присмотревшись можно было понять, что тот ещё дышит.
*ПП: на голове, отверстий на голове, девачьки.
Дракон в страхе напрягся, но прежде чем он успел отреагировать, в комнату проникли лучи света.
Старейшина Священного Древа отодвинул газовую занавеску и искренне произнëс:
- Прошу прощения.
Он поднял голого Ю Бина и переложил в приготовленную лечебную ванну, затем вложил в его рот несколько пилюль.
Цинлун размером со взрослую особь сделал несколько кругов вокруг них, не переставая реветь.
Когда Старейшина Свяшенного Древа услышал рёв дракона, он сказал:
-Не бойтесь, Лун-цзы. Он смог продержаться до сих пор, а это значит, что он уже преуспел. Если не случится ничего неожиданного, он будет в безопасности.
Цин Лунлун превратился в человека с размазанными слезами по всему лицу, одетого в зеленое развевающееся платье. Он сложил пальцы вместе, как лезвие, и без колебаний порезал себе запястье.
У Старейшины Священного Древа не было времени остановить его, и ему оставалось только наблюдать, как из чрезвычайно глубокой раны брызнула драконья кровь.
- Кровь дракона теперь ему бесполезна!!! — В сердцах выкрикнул Старейшина Священного Древа.
Цин Лунлун приложил своё запястье ко рту Ю Бина и, рыдая, закричал:
- Она полезна!! Кровь дракона может исцелять любые раны, как она может быть бесполезной!! Если дракон говорит, что она полезна, значит она полезна!!
- Зачем ранить себя?! — вздохнул старейшина Шэньшу. - Мои эликсиры имеют тот же эффект!
-Ой, перестань шуметь! — закричал плачущий Цин Лунлун.
Хоть у Ю Бина и были закрыты глаза, сознание он не потерял. Он всё ещё боролся. Он знал, что если расслабится, его душа будет уничтожена.
Он парил в хаотичном море боли, изо всех сил пытаясь ощутить внешний мир и не заснуть до тех пор, пока струя крови с молочным привкусом не хлынула ему в рот. Знакомый вкус взорвался в его сердце, и гнев пересилил боль.
Увидев, что Ю Бин открыл глаза, Цин Лунлун удивился, и счастливо вытирал слезы, продолжая при этом плакать:
-Смотри, смотри! Дракон сказал, что это обязательно сработает!!!
Ю Бин повернул голову, едва шевельнул запястьем и хрипло прошептал:
-Старейшина Шэньшу, уведите Лунлуна.
Благодаря силе лекарств и драконьей крови раны постепенно заживали.
Цин Лунлун распахнул глаза, слëзы размером с фасоль покатились по его щекам:
-Дракон не хочет этого!! Дракон не уйдет!! Даже не думай об этом...
Ю Бин стиснул зубы и выплюнул одно слово:
-Проваливай.
Цин Лунлун замолк на секунду, а затем закричал еще громче:
- УУУУУУУУУ...
На самом деле, Ю Бин не хотел, чтобы Цин Лунлун уходил, но он знал, что с ним рядом ему будет ещё тяжелее. Он боялся, что маленький лазурный дракон будет слишком беспокоиться и навредит себе, поэтому хотел прогнать его.
Цин Лунлун всё ещё упрямился и хотел сделать ещё один разрез. Старейшина Священного Древа почтительно поклонился:
-Лун-цзы, пожалуйста, простите меня за мою непочтительность!
После этого он использовал волшебную верёвку для ловли драконов, и Цин Лунлуна связали, как беспокойно плачущий пельмень.
- Дракон не уйдет! Не уйдет!!!
Дракона силой увели прочь, и только крики ещё продолжали раздаваться вдали.
***
Связанного Цин Лунлуна посадили рядом с няней. Он смотрел на главный павильон, парящий в небе, и плакал, как пельмень с вытекающей начинкой.
Нянюшка утешала его:
-Он уже так далеко зашёл. Он не умрёт. Мой драгоценный Лунлун, перестань плакать.
- Ты лгала дракону! Вы все лгали дракону! - Лицо Цин Лунлуна было покрыто смесью из соплей и слëз. - Злодей-директор! Издевался над драконом даже во дворце Сяоцин! Замышлял против дракона, пока тот спал!
Няня вздохнула и рассказала Цин Лунлуну всю историю.
Цин Лунлун не мог сказать точно, что он почувствовал, вину или сердечную боль. Как будто пара больших рук щипала и мяла его сердце, отчего он не в силах был даже вздохнуть.
Наконец, няня сказала:
-Я думала, что у простого смертного не может быть такой силы воли. Даже если бы он мог физически продержаться с помощью лекарств, его душа не выдержала бы и давно разрушилась. Но он выдержал. У него такой сильный характер. Он не умрëт здесь и добьется великих дел в будущем.
Цин Лунлун лелеял проблеск надежды:
- Правда?
- Правда! — уверенно сказала нянюшка. - Когда эта старушка лгала дракону?
Как только она закончила говорить, раздался раскат грома. На небе сгустились благоприятные облака, а внутри них бушевали гром и молнии.
И вдруг фиолетовая молния ударила прямо в висевший в небе главный павильон дворца.
Раздался громкий треск, и спальня в главном зале мгновенно сгорела дотла.
Цин Лунлун и няня застыли в шоке.