Сердце Ведьмы |Книга №1|

Ксуфирия наконец-таки смогла покинуть императорский дворец, в котором было слишком много людей, а Фири никогда не любила проводить время в больших компаниях; ей больше по нраву одиночество, с коим ей всë реже попадается возможность побыть наедине. Думайте, что хотите, но Автор и Фиру - противоположные личности, коим не суждено быть друзьями. Хоть я и не буду рассказывать про себя в книге, в которой Автор является лишь рассказчиком, но скажу, что Ксуфирию в реальной жизни я бы опасалась, как огня, ибо с ней бы я не смогла найти и общего языка, и интересов, и склонностей. Нас объединяет лишь любовь к одиночеству, но оно не делает нас родными душами, нет, скорее уж наоборот. Правда с одной стороны хорошо, что мы с Ксуфирией никогда не втретимся, разве что в моих фантазиях и снах, а с другой стороны плохо, ведь я как бы являюсь еë мамой... Что-то Автор от сюжета отошëл... Ух, забодай меня Бараш!..

В конюшне девчонку смирно-терпеливо дожидался еë конь, что всë-то был без клички. Хоть Фиру и понимала, что рано или поздно за этим рысаком придëт его хозяин «Маша-растеряша», и она останется без скакуна и ей придëтся добираться до работы пешком, но всë же пока имеется возможность - грех не воспользоваться. Авось хозяин решит, что он убежал в далëкие края и там копыта отбросил? Всë возможно.

- Ну, чего ты забрыкался? - холодным тоном завозмущалась девчушка, выводя коня из конюшни и держа его за уздечку. - Ну! Иди давай!

Конь то пыхтел, то ржал, то шатался из стороны в сторону, будто конопли обнюхался или, не дай Бог, объелся. Да откуда в конюшне взяться такому добру? Ха, не смешите мои пятки!

- Да хорош уже, наркоман парнокопытный! - не выдержала она и давай его бранить, кое-как удерживая узду в руках. Люди вокруг начали глазеть в одну сторону, то есть на девчонку, что не могла угомонить коня. Но тут Неакриде как заорëт: - Sakhe mizotorin!

Еë слова никто не понял, но сказаны они были звонко и чëтко, что их услыхала, кажется, вся окрестность. Конь успокоился, нет, замер, боясь дажë дëрнуться. Фиру же, не желая медлить, запихнула ему в рот яблоко, которым еë угостила Щука, и скакун вновь поимел возможность двигаться. Люди стояли слишком далеко, чтобы понять происходящее в 50-ти метрах от них, и это девочке было на руку, ибо спалиться при таких глупых обстоятельствах - смешно.

- Фу! Яблоком меня чуть не убила, - вдруг послышалось со стороны жеребца.

- Скажи «спасибо», что я хлыст не припëрла, - мрачно и тихо ответила беловолосая, вступив с животным в диалог. У коня отвисла челюсть.

- Как ты... Стоп! Так ты ведьма?!

- Завали мордальник, - угрожающе молвила она, с устрашением глядя в лошадиные чëрные глаза. Бедный конь аж оторопел от страха. - Чего ëркался, а?

- У-уже не важно, - грустно склонил он морду, краем глаза взглянув на лошадку с белой и пышной гривой, что стояла в конюшне.

- Оу, ясно, - усмехнулась алоглазая. - Но ты не унывай, завтра со своей девушкой свидешься.

- Правда? - захлопал он ресницами.

- Я отныне тут работаю, и, чтобы мне сюда добираться, мне нужен скакун, то есть ты! - внушила ему девчонка. - А как имя-то твоë?

- Фердинанд.

- А я Ксуфирия - твоя новая хозяйка. Отныне ты меня обязан каждый день привозить сюда и увозить обратно - вот твоя работа. Устраивает?

- Ты с кем это говор ведëшь, Ксуфирия? - обратился кто-то к ней, стоящий позади. Неакриде сразу же узнала этот голос и не побоялась обернуться. - Уж не с конëм ли?

- Да, именно с ним, - ответила она, смотря на него с прищуром. - Можете считать меня сумасшедшей, но лошадь - самый лучший собеседник, с коим мне доводилось вести беседу.

- Надо же! Ты меня всë больше поражаешь, Ксуфирия, - признался принц Керо, а Фири, не отвечая, запрыгнула на спину рысака, готовясь поскакать в «своë королевство». - Кстати, твой скакун себе подружку завëл, причëм эта подружка - моя лошадь.

- Не гневайтесь на Фердинанда, Ваше Величество, ведь любовь - непредсказуемая штука, которая даруется не каждому, - сформулировала мудрую речь юная служанка, поражая и Керо, и Ферда. Пользуясь этим, Фири дëрнула за узду с командой «Но!» и помчалась домой, покинув территорию дворца.

- Прекрасные слова, - отметил и одобрил принц, с улыбкой на лице возвращаясь во дворец.

***

- Эль, дай я тебя расцелую! - приставала к девчушке еë черноволосая ровесница, кидаясь той на шею.

- Да ладно вам! Ничего такого я не сделала, - раскраснелась беловолосая, а подруги всë клеются к ней, обнимая и трепая ей голову.

- Я всегда знала, что она гений, - заявила шатенка, тряся полуживую голубоглазку за плечи.

- Да не будь я бабой, венчалась бы на ней! - громко-пафосно заявила Гримми на всë болото. Подруги разразились звонким смехом.

- Однополые браки никто не запрещал, Гриммилин, так что бери еë в жëны, - насмехалась над ней Доси.

- Девочки, ну хватит! У меня щас молоко убежит!

- Дай мне топор - и я ему ноги поотрубаю, чтоб бегать не смогло! - понеслись пьяные бредни изо рта брюнетки-гегемонши.

- Будь проклят тот, кто Гримм споил! - закатила Сия глаза.

- В смысле? Когда она успела? Кто...?

- А ты как думаешь? - подняла бровь Франгельс, и Эль осенило.

- А я-то думаю, чë они там так долго делали!..

- Ну, а чë? Чë бы не бухнуть по такому случаю? Жаль, что у меня нет такой подруги, у которой в шкафчике всегда стоит бутылка водки.

- Я вообще против алкоголизма, - сказала Рекидзоко, смотря, как их «повелительница теней» пытается научиться летать, прыгая со стула и размахивая «крыльями».

- Это потому, что у тебя непереносимость алкоголя?

- Ну да, - вздохнула она. - Иди, смири нашу «лëтчицу-налëтчицу», пока все рëбра целы.

- Да пусть летает - может, протрезвеет так.

- Доси...

- Ладно, ладно, - сдалась шатенка и пошла ловить «пингвиниху». - Гримм, пойдëм баиньки, а?

- Отстань, старушка! Не видишь? я летать учусь! - пьяным голосом ответила брюнетка, еле удерживая равновесие на стуле.

- Какая я тебе старушка? Да я тебя на пять месяцев моложе! - разозлилась она, желая превратить еë в жабу, но тут дверь тихонько заскрипела...

- И в светлицу входит царь, стороны той государь! - вообразила себя Пушкиным Франч, сонными очами смотря на удивлëнную Фиру. - Фирка, Фирка, в пузе дырка!

- Весело тут у вас, - пробубнила девчонка, захлопнув за собой дверь. - Какой повод?

- Нам повода не надо, водка всегда нам рада!

- Оно и видно, - устало вздохнула она. - Чë, всей тройкой бухаем?

- Нет, только эти две, - ответила Франч, не давая никому и слова вставить. Алоглазая спрыгнула со стула и обняла Фири. - Совести у них нету! Ой, где мы живëм? А я тебе скажу! В сви-нар-ни-ке! - бредила гегемонша, покачиваясь на месте. - Ух, алкота!

- Фиру, не слушай еë! Это она пьяная, а мы... - хотела уже оправдываться Эль, как вдруг Гримми запела.

- Пьяная вишня пьяная вышла, локоном закрыв лицо! - оглушила она всех своим рëвом, но тут подбежала Сия и увела еë от греха подальше. - Пьяная вишня, просто так вышло - не влюбляется никто!

- Дурдом! - выдохнула Неакриде, ибо тоже была одной из тех, кто не переносит алкоголь и в жидком виде, и в газообразном.

- Прости, Фири, она просто сегодня старую подругу повстречала, - решила защитить пьяницу добродушная Эль.

- Лично я думаю, что она не по своей воле напилась - еë заставили, - высказала свою точку зрения Доси, уложив черноволоску спать. - Тереза бы не выполнила нашу просьбу, если бы Гриммилин не выпила вместе с ней.

- Чë, та самая мать Тереза?

- Да нет. Аметерезу Миура - старая подруга Гримм, единственная ведьма, которая работает в почтовой конторе.

- Это та самая Цапля, да?

- Ха-ха, да, это она, - рассмеялись наставницы. - Мы еë так зовëм, потому...

- Потому что она лягушек ест, знаю, знаю, - перебила она их, скинув с себя куртку и сняв унты. - Так вы заказали ингридиенты?

- Ну, не зря ж Гримми жгнула, - усмехнулись ведьмы.

- Это хорошо, - зевнула устало Фиру. - Ужинать я не буду, зайду к Гриммилин за книгами заклинаний и у себя в комнате практиковаться буду. Не беспокойте, пожалуйста, - на одном дыхании протараторила она и исчезла за углом, направляясь в комнату спящей гегемонши.

Беловолосая зашла без стука, так как знала, что никто не даст ей разрешения войти. На цыпочках проникнув в чужие покои, она пошагала к самому большому шкафу с книгами в доме, который вмещал в себя до полсотни книг. Хозяйка комнаты лежала на койке и мирно, но громко посапывала, иногда всхрапывала, чего и можно было ожидать от пьяной «недоведьмы». Фиру сейчас было важно не издать громких звуков, из-за которых могла проснуться Гримми. Поэтому она неспешно доставала книги с нужными названиями с полок, причëм это получалось с трудом, ибо книги были плотно прижаты друг к другу из-за нехватки места. Что ж, через долгие пять минут дело было сделано, и на руках девочки была состроена пирамида из десяти книжец, что чуть ли не возвышалась над головой Ксуфирии. С этим ценным грузом Фири покинула чужую комнату под бредни нашей малой алкашки: «Не бойся, Дубровский! Я Дракула».

Когда девчонка очутилась в своей комнатке, Неакриде заперлась, чтобы не беспокоиться насчëт внезапного вторжения, к чему она уже привыкла. Книги она положила на стол, после чего зажгла подсвечник и начала путешествовать по пыльным страницам. Фиру что-то искала, а вот что - догадается не каждый. Юная ведьма искала в каждом предложении хоть малельшее упоминание про ритуал «двухсердечности», про который ей поведала старуха Хонсе Гритенн. Жемчужновласка так и не рассказала своим наставницам про встречу с этой ведьмой и про еë сказ - не хотелось просто девке скандала и руганьи, ведь и так работа выматывает до головной и мышечной боли. Фири уже две книги пролистала, а результата - как от быка молока.

- Ритуал «сердечная продажа»... «Кража памяти»... «Сервильность*»... Всë есть кроме того самого... - читала она тихо и вслух, устало держась за голову и пытаясь прогнать сонливость. Ей нужна была подробная информация о ритуале «двухсердия», чтобы точно быть уверенной в словах Гритенн. Фиру уже закрыла шестую книгу, а прогресса всë нет в еë поисках. Даже слово «инейшел» не повстречалось ей в строчках прочитанных книг!..

Восьмая книга заинтересовала еë больше всего из-за интересного названия: «ᛋᛦᛅᚱᛏᛦᛅᛏᛋᛦᚾᛅᛦᛅ᛫ᚱᛁᛏᚬᛚᛁᚴᛅ», что в переводе означает «Сердечная Ритолика**». В этой книге, должно быть, есть информация о всех ритуалах, связанных с сердцем, поэтому Фиру, не теряя более времени, начала перелистывать жëсткие и мятые страницы. Как и все другие книги с заклинаниями, эта книжонка была написана на древнескандинавском языке, ибо если верить древним поверьям, первая ведьма родилась в Швеции - на Скандинавском полуострове - и с тех времëн ведьмы говорят и пишут на этом языке, но в частности пишут, а произносят на нëм лишь заклинания и заговоры. Фири учила этот язык два года: первый - речь, второй - письменность, и это было тем ещë утомляющим занятием, но кто не работает - тот не ест.

Заглянув в содержание книги, она отыскала ключевое слово «двухсердие» и, обрадованная ещë неподтвердившейся победой, открыла страницу под нумерацией «696» - почти что проклятое число, девятку только перевернуть надо. У девчонки аж дыхание сбилось от радости, но всë же взяла себя в руки и, переведя текст на керпсидский, про себя прочла следующее:

«Существует также малоизвестный среди носителей сумрачных генов ритуал "двухсердечности", который ещë в древности прозвали "чëртовой чумой" из-за своей малоизученности, в последствии чего погибло большое число колдунов и людей. Именно поэтому о нëм все позабыли, потому как колдуны бросили затею обучать своих учеников этому смертоносному ритуалу. До сих пор неизвестно, какие именно опасности влечëт за собой "чëртова чума". Известно лишь, что первый, кто испытал на себе этот ритуал, - это колдун с некровной ведьминской наследственностью, имя которого Онтегроу Фредеки - ученик Раоме Яму, простого колдуна, который был также в рядах целителей - первым и единственным в настоящее время мужчиной-целителем, прославившимся именно этим. Его ученик, Онтегроу, не стал целителем, что было даже не удивительно, а прославился в другом. Он был заинтересован в медицине и биологии и изучал самый важный орган почти всех живых существ - сердце и его свойства. Юный ведьмак проводил эксперименты с сердцами животных, а потом дело дошло и до вмешательства колдовства. Его наставник не одобрял это, хотя сам вскоре тоже подключился к эспериментам, и вместе они добились настоящего прогресса. Онтегроу Фредеки и Раоме Яму научились вживлять в одно тело ещë одно сердце, зачастую более сильное и здоровое, и это, казалось, могло помочь в медицине, но колдуны поступили по-своему. Сперва они решили протестировать данный ритуал на себе, точнее, на теле Онтегроу, и тот согласился. Всë прошло прекрасно с первой же попытки, а закончилось всë плачевно. Они не учли самого главного: Раоме Яму было больше 60-ти лет, и его сердце не выдержало и остановилось, а за ним и сердце Онтегроу, и они оба погибли, находясь в одном теле. Отсюда следует, что важно также учитывать возраст друг друга, иначе судьба сыграет с вами злую проделку, отобрав жизнь у обоих. Чуть позже, когда другие отчаянные ведьмаки и ведьмы тоже стали "играться с жизнью", выяснилось, что сердцу девушки гораздо легче прижиться в мужском теле, но и тут же всë зависит от возраста и здоровья. На людях этот ритуал тоже испытывали, вживляя в тело человека сердце колдуна, но мало кому везло, а если и везло, то эти два везунчика в одном теле проживали до 4-5 лет, рекорд же - 7 лет, 3 месяца и 15 дней, но закончилось всë смертью. Того избранного, с кем колдун "слиться" решил, принято называть инейшелом, а отчаянного колдуна - адским сатрапом***».

Больше ничего об этом ритуале не говорилось.

«И почему я не удивлена, что о нëм так мало известно? Но эти данные мне ещë пригодятся, так что оставлю книгу у себя», - рассуждала Ксуфирия про себя, в сотый раз читая название книги. Еë она решила спрятать под кровать, куда только Кощей Бессмертный отважится заглянуть, ибо там и вправду лежали орудия пыток и убийства, о которых когда-то Автор уже упомянал, что составляли из себя небольшую кучу балисонгов****, которые Фири отрадно любила коллекционировать и рисовать***** у лавочников, что торговали фруктами и овощами и использовали ножи-бабочки для их нарезки, дабы дать покупателям для начала продегустировать товар, а потом, убедившись в его съестности и вкусности, купить. Но чем же 12-летнюю девчушку так привлекают острые металлические предметы? Увы, но она сама не знает.

Ненужные книги жемчужновласка положила к двери, а нужную закинула под койку и начала готовиться ко сну, отмечая, что давно баньки у них не бывало. Об этом свидетельствовала еë тëмная макушка, ибо еë волосы начинают грязнеть именно оттуда, становясь жирными, а кончики наоборот становятся сухими. Никто не в курсе, почему еë волосы имеют такую особенность, но именно по ним старшие ведьмы определяют, когда им топить баню. Правда Фири не любит париться в ней, иначе начнëт задыхаться, как страус, чья башка застряла в песке. Перчика ему посыпьте на головëнку - и самоликвидируется сразу же оттуда! И тут Автор вспомнил Винни Пуха, который, объевшись всего на свете, застрял в норе у кролика:)

*Сервильность - раболепие, уродливость.

**Ритолика - наука, изучающая и практикующая разного рода ритуалы, собирающая знания о них (несущ. термин).

***Сатрап - деспот, самодур, управляющий по собственному произволу.

****Балисонг - складной нож-бабочка с клинком, скрываемым в сложенном положении в рукояти.

*****Рисовать - в переносном значении означает «украсть» (от мамки услыхала :D).