Глава 8. Милость и хитрость
«Даже Акихико понормальнее будет, нежели этот пучеглазик, которого ещë и к вступлению на престол готовят», — от нечего делать, Фиру вновь начала покрывать старшего принца несуществующими прозвищами за его тормознутость и тупость, что мог не заметить только слепой. Всë время она только и делала, что думала о Керо, как люди о маньяке, что водился в этом городе, насиловал и убивал маленьких девочек, который сначала задобривал их, а потом, пользуясь их наивностью и беспомощностью, заводил их в заброшенный дом и...
— Ксуфилия, мать твою! — шибанули еë по «тыкве», возвращая в реальность.
— Чего бить-то сразу? — потирая темя, сквозь зубы шипела беловолосая.
— Так ты если не слышишь!.. — сердито сказала ей Ханна, что сидела по правую руку от неë. — Или ты молитву читала, шо ли?
— Я не верующая, — возразила она, успокоив свои нервы.
— Ха! В наше время не верить в Бога – самоубийство, — сказала неизвестная девушка, что сидела напротив девочки.
— Это почему же?
— Ну как? Ведьмы же и всякая другая чернь...
— И будто Бог вас от них убережëт, — пробубнила она себе под нос, когда речь зашла о ведьмах.
— Вот, я согласна с Ксуфи! Бог вас не спасëт от них, сколько бы вы не молились, — поддержала еë ещë одна неизвестная особа, сидевшая рядом с той, что сидела напротив девчонки.
— Как ты меня назвала? — удивилась Фири.
— Ксуфи. Ты же не против?
— Я-то не против, но такое сокращение моего имени я слышу впервые, и я бы попросила так больше меня не называть.
— Тогда как можно?
— Ксуфири, Фиру, Фири... ну, ещë помню, меня называли Суфи...
— Хм... Мне больше нравится «Фиру» – так и буду тебя звать, — улыбнулась вторая незнакомка.
— А мне «Фири», — поделилась своим мнением первая.
— Ну, а мне «Суфи», потому что только в этом имени нет буквы «л», — сказала Ханна, кортавя.
— Может, «р»?
— Я так и сказала!
— Да-да, конечно, — усмехнулись девушки, что сидели по другую сторону стола.
— Блин! Ну когда обед-то принесут?!
— Да щас, щас, подождите, голодовки! — крикнула повариха, мешая половником суп в глубокой каструле, чья глубина сравнима только с Марианской впадиной.
— Это она яд размешивает, чтобы видно не было, — послышался едва уловимый шëпот.
— Я щас кого-то заставлю поворëшкой зубы чистить! — пригрозила повариха «большое ухо», и смелая поломойка сразу же стала «тише воды, ниже травы».
— Ха-ха-ха! — заржал кто-то в кулачëк.
— Я смотрю, у вас тут весело, — залетела вдруг на кухню арагиса – видно, щас кого-то с пинка отправит чë-то драить.
— А чë, плакать надо? — возразила самая смелая.
— Ещë одно слово – и будешь своими слезами тряпку мочить, — пригрозила она ей, осматривая всех. — Ко мне поступил приказ от государыни приготовить комнату для гостя, что приедет завтра к полудню. Пока соглашаемся по доброй воле, а если желающий не найдëтся – пиняйте на себя.
— Госпожа Элла, а какова оплата?
— Оплаты не будет, — ответила она, из-за чего все завозмущались. — Ну, так кто желает?
— Ищи дураков работать за бесплатно, мымра, — тихо выразился кто-то из уборщиц, и эту фразу повторили сразу все, правда про себя.
«Не дай Бог, она тыкнет на меня своими толстыми сардельками! Мне на сегодня хватит, и свою работу я сделала, так что хрена с два я соглашусь на это! Пусть пасëтся, лошадь неудовлетворëнная!» — затаилась Фири, желая остаться незамеченной. Она сидела на самом краю скамейки, и из-за роста еë было не видно за остальными, но всë же лучше прикинуться невидимкой и молчать. Но тут мымра пошагала к ней, ибо никто не хотел получить лишней работëнки. «Твою ж! Она ко мне топает! Чëрт бы еë побрал», — паниковала девчонка, пытаясь вжать в себя голову. Арагиса точно желала загрузить работой именно еë, ведь она была новенькой тут и ещë не привыкла к изматывающей работëнке, поэтому мымра и желала поиздеваться над ней. Лицо еë постепенно расплывалось в ухмылке, когда глаза еë заметили спинку девчонки, а потом и белый затылок...
— Я согласна! — вдруг подняла руку вверх сидящая рядом с Ксуфирией, из-за чего рожа арагисы поменялась. Фиру удивлëнно повернула голову к ней, видя самоотверженный образ своей заступницы и спасительницы, которая уверенно смотрела в никуда и тянула руку к потолку, и кисть руки Ханны даже не дрожала.
— Ханна? А чего это ты вдруг?.. — недопонимала мымра.
— Мне толопиться некуда, да и сил у меня пледостаточно, а после обеда их станет куда больше, если мы, конечно, не умлëм ланьше, — ответила она, с испепеляющим взглядом смотря на замершую повариху по кличке «щука».
— Ну, раз ты по собственному желанию согласилась, то пожалуйста, валяй, — вздохнула лоханутая арагиса, идя обратно к двери. — Девятая по счëту комната по левую сторону от лестницы на втором этаже – твой фронт работы. Приберëшься, постель приготовишь, проветришь комнату – и можешь быть свободна.
— Я поняла, госпожа Элла, — кивнула она, опустив руку и смотря на широченную спину главнокомандующей. Она недовольно хмыкнула и покинула кухню.
— Ханна, у тебя крыша поехала? — начали еë осуждать коллеги по работе.
— Ага, вашу пытается догнать, — усмехнулась она, будто не ей поручили просто так себе спину надрывать. — Вам-то что до этого?
— Да только чокнутый бы подписался на это!
— Ты с дубу рухнула, что ли?!
— Ну ты дура, конечно!
— Кончайте! — заткнула всех Фиру одним своим суровым взглядом. — Вы еë благодарить должны, а не ругать, ведь эта мымра могла тыкнуть на любую из вас, причëм не спросив вашего мнения.
— Ха! Она на тебя хотела как раз таки тыкнуть, а не...
— Клара, заткнись! — пригрозила ей соседка, и та стихла. — Ханна, спасибо. Я готова предложить тебе свою помощь, и тогда...
— Не стоит, — перебила она еë. — Я сама на это подписалась и сделаю ту лаботу, котолую мне получили, а вы идите домой, вас семья ждëт.
«Семья... А у Ханны разве нет семьи и детей?» — недоумевала Фири, смотря на грустный взгляд картавой блондинки.
— Обед готов! — поставив на противоположный край стола от Ксуфирии большую кастрюлю с супом и две пирамиды из тарелок, объявила Щука, и все сразу же забыли о недавних словах Ханны. Повариха начала по очереди наполнять тарелки горячим супом и раздавать их девушкам, а те, в свою очередь, передавали порции далекосидящим, и первая, кто получила обед, это Фиру, которая шепталась о чëм-то с Ханной, благодаря и осуждая еë за свой отчаянный поступок, хотя сама была рада, что это поручение досталось не ей.
— Чтоб у неë печень лопнула!
***
Блуждали тучи в поисках сухих полей, ветер оказывал им содействие, ибо всем известно, что облака не могут летать сами по себе, они это делают за чужой счëт. Люди, находящиеся под чëрным покровом злых туч, с нежеланием ожидали дождя. Лавочники уже начали прятать свой товар, дабы он не намок и не стал непригодным к продаже. Улицы постепенно опустевают, а небо хмурится пуще прежнего, запугивая всех живых существ. И почему же жители этой страны не рады этому частому явлению? Да потому что им уже осточертела эта сырость и грязь, в которой они ежедневно пачкаются и даже купаются. Слишком уж здесь склизко и грязно. Единственным, кому здесь в радость жить, это свиньям, лягушкам, жабам и прочей живности, любящей поплюхаться в грязи. Но люди-то не свиньи и не жабы, они солнцелюбивые создания, которые не могут без тепла и витамина D. И кто сказал, что «царям природы» живëтся в удовольствие и достатке? Вот именно, никто.
— Следующий, — сказала операторша почтовой конторы, что сидела за столом и выводила неразборчивым почерком буквы на белом листе тетрадки.
— Здравствуйте. Я хочу закать ингридиенты для медикаментов из Кийцейского княжества. Возможно ли это? — тоненьким и невинным голоском пролепетала черноволосая девочка, ожидая, когда на неë обратят внимание.
— И для чего они Вам? — задала вопрос-ответ операторша, из-под лобья глянув на улыбчивую девчонку.
— Видите ли, моя мать сильно болеет, и ей необходимы лекарства, но эти лекарства не продают нигде, их делают саморучно, а чтобы их изготовить, нужны ингридиенты, которые можно достать только в Кийцейском княжестве. Если не достать их, мама умрëт, и я стану сиротой, поэтому мне надо во что бы то ни стало добыть ингридиенты и вылечить маменьку. Понимаете? — тихо объяснялась она, нарочно наполняя глаза солëными слезами.
— Очень трогательная история, и я Вам сочувствую, но Вам просто-напросто не хватит денег, чтобы...
— Вы об этих деньгах речь ведëте? — с обиженным тоном спросила черновласка, швырнув ей на стол стопку невиданных тою денег. У операторши глаза на лоб вылезли, а с носа сползли очки в чëрной оправе. — Этого хватит?
— Д-да, даже на большее, но... но откуда у Вас такие деньги?
— Какая разница? Деньги имеются, стало быть, покупка и доставка уже оплачены, — в усмешке ответила она на этот дебильный вопрос. — Ну, так что, заказ принимаете?
— Мне... Кхм! Для начала нужно уточнить, что Вы конкретно хотите заказать, а потом уже всë и оплатить, — вышла из шока очкастая, достав чистый лист и приготовившись записывать.
— Что ж, отлично, тогда записывайте: листья бамбу... — начала диктовать алоглазая, как вдруг в неë врезалась одна неуклюжая женщина со скрученным ватманом в руках.
— Ой! Простите, простите...! Я нечаянно, — начала она извиняться перед девочкой, собирая огромные свитки с пола. Девочка решилась ей помочь и села на корточки, и они столкнулись взглядами.
— Ничего страшного. С кем не бывает? — улыбнулась она ей, а женщина уставилась на неë, как на воскресшего динозавра. — Вы чего это?
— Гриммилин? Ты ли это? — то ли радостно, то ли грустно вопрошала та, смотря в уже удивлëнные алые глаза.
— Тереза?!
— Франч?! Да ладно?! Какими судьбами?!
— Сколько лет? Сколько зим?..
— А время тебя пожалело! Вон как помо... — дала ей в лоб Гримм. — вымахала.
— А ты всë стареешь и стареешь, а всë никак в гроб не лягешь.
— Я в это корыто ни то, что не лягу, я в нëм стирать не буду!
— Ха-ха-ха!
— Эй! Так Вы будете делать заказ? — вмешалась операторша.
— Будет, будет, но не у тебя, Дайорбхоргуил, — ответила за смоляноволосую Тереза, зля Франч.
— Чë?!
— Шотландка она – у них там все с километровыми именами ходят.
— Я вообще не про это, — нахмурилась Гримми. — Ты чего творишь, коза?
— У меня закажешь. Пойдëм-ка, — встав, она подала Франч руку, и они вместе покинули почтовое заведение, а ватманы так и остались лежать на полу.
Выйдя наружу, они увидели двух стоящих у почты девчонак, что ждали Гримм.
— Ну, чë? — начала было нетерпеливая Доси свой допрос, пока не признала в женщине, что шла по руку с гегемоншей, ту самую ведьму по кличке «цапля». — Не поняла...
— Аметерезу?
— Ой, Досичка, Элюшка, как я вас давно не видела! — кинулась к ним с распростëртыми объятиями Тереза.
— Эй-эй, полегче, Тери, — пыталась успокоить старую подругу черноволосая, боясь, как бы Рекидзоко и Франгельс не задохнулись в объятиях Аметерезу Миуры.
— Ох, как я по вам скучала, вы не представляете!.. — лепетала она, выпустив подруг из своей крепкой хватки. — Так всë-таки не миф, что вас воскресать пришлось!
— Тереза, ты, кажется, не об этом хотела поговорить, — напомнила ей гегемонша.
— Ах, да! Вы же что-то заказывать пришли... И я бы хотела узнать, что именно!
— Ингридиенты для... — приблизившись к уху Терезы, продолжила она, — яда, который бы уничтожил всю императорскую семью.
— Мстить решили, да? — прищурилась Миура. — Ну да ладно, будут вам ингридиенты. Это же яд Артельфадó, так?
— Всë верно, но никто не должен знать имена заказчиков. Сможешь скрыть про нас информацию?
— Эх... Увы, но обеспечить вам «полнейшую» конфиденциальность я не смогу, иначе ваш заказ просто не примут.
— Чëрт! И что же делать?
— Да и ещë из-за запрета заказывать ингридиенты для ядов вряд ли удастся получить посылку.
— А на коробке так и написано: «ингридиенты для яда, осторожно!», да?
— Отныне содержимое в посылках проверяют алхимики или... ну, эти...!
— Бедблуды.
— Вот-вот! Вы это делаете на свой страх и риск!
— Твою мать!
— Погодите-ка! У меня появилась гениальная мысль! — заявила целительница, щëлкнув пальцами.
— Да ладно?
— А что, если заказать ингридиенты по отдельности и в добавок заказать какую-нибудь ненужную хрень?
— То есть?
— Ну вот, смотрите: например, я закажу три нужных и четыре ненужных ингридиента, предназначенных для приготовления лекарства, а Сия и Гримми закажут по тому же самому принципу, как и я. Ну, поняли?
— Эль, а у тебя не только волосы светлые! — удивлëнно-радостно покачала головой Аметерезу. — И вам остаëтся только забрать посылки в разные дни и время.
— Эль, уважуха! — похлопали еë по плечам подруги.
— Гримм, пошли заказ делать! Завтра придëт Эль, а послезавтра и Сия, — повела чернявую девочку обратно в почтовую контору, дабы той сделать наполовину ненужный заказ.