глава 33
– Сейчас, – раздраженно отозвалась дух смерти.
«Только бы получилось», – мысленно взмолилась я. Потому что нам, адептам, было запрещено «Даже смотреть в ту сторону». Магистр так и сказал: «Эту книгу я передам тому, кто останется в академии после меня». Так что переживать был повод.
Но сложнее всего оказалось не завизжать от ликования, едва огромный фолиант упал на мою кровать, и возрожденный дух смерти проворчала:
– Все, учись, адептка. Главное, из комнаты пока не выходи.
И Дара исчезла. Чувствую, как на моем лице начинает медленно расплываться счастливая улыбка, а руки чуть подрагивают от нетерпения. Книгу я открыла с некоторой опаской, но уже через несколько минут забыла обо всем мире, погрузившись в записи, которые магистр Тесме делал на протяжении своей жизни.
И первое, что интересовало – ауры, которым не вредит произнесение проклятий!
Просмотрев оглавление книги, нашла «Гашение отката» и открыла семьсот двенадцатую страницу. С удивлением увидела схематический рисунок, отображающий темных эльфов, а под ним запись:
«С некоторым удивлением выяснил факт, ранее казавшийся невероятным. Однако опытным путем удалось обнаружить, что ауры некоторых темноэльфийских родов способны гасить откат от проклятий вплоть до высочайшего тринадцатого уровня. Неожиданным оказалось и то, что сами жители подземных империй о данных способностях соплеменников знали, вследствие чего шесть аристократических родов были почти полностью уничтожены еще восемьсот лет назад. Странно осознавать, что «Ночь великой крови», до сих пор являющаяся днем траура и отмечаемая из года в год, являлась следствием продуманного решения властей, а не заявленного в истории террора».
На этом запись обрывалась. Там имелось ранее и что-то еще, но слова оказались стерты… А магистр Тесме не тот человек, которого можно было вывести на откровенность. И я решила додуматься до всего сама, пытаясь сопоставить факты:
1. Лорд Эллохар упоминал темную эльфийку Лаллиэ, которая может навредить лорду Чонгуку.
2. Лорд Тэхён… Лорд Тэхён когда-то был при дворе, и ему прочили головокружительную карьеру и он собирался жениться на дочери темной эльфийки. Да, мое предположение основано на сплетнях, но все же… снова фигурирует темная эльфийка.
3. В Ардаме действует кто-то, рассылающий проклятия направо и налево и не боящийся при этом никаких последствий для себя лично… А такая особенность опять же свойственна темным эльфам.
4. И последнее: почему-то я не брала в расчет, что леди, проклявшая «Берсерком» двух юных гномов, и леди, явившаяся в академию вчера, была одной и той же леди! Причем именно «леди», а не мужчиной, который просто замаскировался похищенным у вампиров артефактом!
То есть существует вероятность, что действует одна женщина! Точнее – темная эльфийка.
А потом я вспомнила про письмо от Юрао, полезла в карман, отыскала свиток, развернула и прочла почти то же самое, что он успел мне сказать, за исключением одного: «Чонгук приказал госпоже Гровас на время увезти племянников из Ардама. Именно приказал, и почтенная госпожа уверена: он опасается того, что второй встречи с этой «леди» гномы не переживут. Когда же почтенная настойчиво спросила, почему он столь убежден в существовании опасности, ваш лорд-директор ответил: «Эта тварь привыкла все доводить до конца».
Перечитав послание еще несколько раз, я была вынуждена согласиться с предположением Юрао – Тьер ее знает.
А потом вспомнились убийства девушек, кареглазых и с волосами цвета спелой вишни, и неожиданно я вспомнила слова лорда Эллохара: «Четырнадцать суток назад случилось нечто, давшее Лаллиэ уверенность в Чонгуке! И она прилетела сюда… за ним! А эта тварь не из тех, кто готов рисковать неоправданно! Она не рискует, Дара, она уверена в своих силах. И ей нужен Чонгук. А теперь повторно спрашиваю: здесь была эта темноэльфийская мразь?» И сказал он это на четырнадцатые сутки после того, как я произнесла непонятное проклятие.
Проклятие! То самое проклятие десятого уровня, которое я выучила, понятия не имея, о чем оно. Но если мое предположение, сделанное на лекции по Любовным проклятиям верно, и это действительно проклятие страсти… то при чем тут темная эльфийка?!
И я снова полезла в книгу, написанную самим магистром Тесме, причем его не особо понятным почерком. Искала я «проклятия страсти», но ничего подобного там не обнаружилось. «Смертельные проклятия», «Родовые проклятия»… Потом взгляд зацепился за нечто, я вчиталась и поняла, что меня привлек заголовок «Связующие проклятия». Это было нечто новое, о чем я за все годы обучения прочла впервые, и тема меня заинтересовала. Раскрыв тысяча триста сорок седьмую страницу, я вздрогнула, едва увидела нарисованное магистром изображение – мужчина и женщина, разделенные пространством, но связанные нитью, которая как спираль опутывает обоих.
А затем, местами с трудом из-за малоразборчивого почерка Тесме я прочла:
«Крайне редкий вид проклятий, встреченный мною лишь дважды. Уровень – максимальный, тринадцатый. Требует проведения ритуала и огромных энергетических затрат. Связующие проклятия – прямое следствие неразделенной страсти, а можно и сказать, любви. Проклинающий, не добившись взаимности, совершает ритуал над бессознательным телом возлюбленного, приносит в жертву три жизни, использует кровь объекта страсти и связывает ауры. По сути, подобный ритуал соединяет две сущности в единую. Однако если объект страсти обладает железной силой воли, он способен преодолеть влечение к проклявшему. В этом случае связь сохраняется, но значительно ослабив зависимость, проклятый может избежать союза».
И ниже вновь потертый текст, а сверху него запись: «Связующее проклятие становится сильнее с течением времени, но может быть перекрыто естественно вспыхнувшей страстью, впрочем, не стоит сбрасывать со счетов так называемые «проклятия страсти». Именно в этом случае разрыв связи становится ощутим проклявшим».
У меня сердце забилось втрое быстрее, но я все же прочитала последнюю строчку:
«Есть предположение, что, уничтожив объект страсти возлюбленного и тем самым ослабив его волю и силу к сопротивлению, проклявший Связующим проклятием может добиться желаемого, то есть полного подчинения проклятого собственно наложенному проклятию».
Ниже было трижды подчеркнуто: «Проверить теорию»!
И я все поняла.
Или не все…
Мне стало ясно – я прокляла лорда Чонгука проклятием страсти десятого уровня. Запрещенным, кстати. Теперь понятно, откуда у магистра повышенный интерес к моей скромной персоне… И пусть сейчас он сдержан, а тогда один только его рык «Вон!» чего стоил. И дальнейшее избивание столба… Это просто оказалась повышенная агрессия, которая являлась последствием проклятия… А теперь магистр оберегает меня, и вот вопрос – почему? Неужели потому, что он связан с кем-то Связующим проклятием?
Причем не с кем-то, а: «Четырнадцать суток назад случилось нечто, давшее Лаллиэ уверенность в Чонгуке! И она прилетела сюда… за ним! А эта тварь не из тех, кто готов рисковать неоправданно! Она не рискует, Дара, она уверена в своих силах. И ей нужен Чонгук. А теперь повторно спрашиваю: здесь была эта темно-эльфийская мразь?»
Четырнадцать дней… Проклятые четырнадцать дней…
Мне вспомнился гром, прогремевший надголовой, стоило произнести проклятие…
Гром никогда не сопровождает проклятие. Почему-то я подумала об этом только сейчас. Удел проклятий – тишина, это ведь не боевая магия, а тогда прозвучал гром. И вот вопрос – с чего бы?
«Не стоит сбрасывать со счетов так называемые «проклятия страсти». Именно в этом случае разрыв связи становится ощутим проклявшим».
Прокляла я, неужели и гром тогда услышала только я? И если я его услышала, отчетливо и явственно, вопрос – могла ли эта темная эльфийка ощутить разрыв связи со своей жертвой, то есть лордом Чонгуком?
Ответ очевиден – прибыла же она в Ардам в тот же день, и это точно не совпадение!
И вот тут первая нестыковка – темная эльфийка, если ощутила уничтожение ее проклятия, точно знает, кто его уничтожил. То есть моя аура ей известна, и потому, если она совершит убийство, это будет мое убийство.
Мое, а не девушек, на меня похожих. Зачем ей убивать остальных девушек? И этот труп тролля… который хотели скрыть… Труп тролля вообще в картину не вписывался никак! И потом… Если та темная эльфийка пыталась проникнуть на территорию академии в вечер, когда мы с лордом-директором пили то красное эльфийское вино, кто тогда в эту же ночь напоил и убил тролля?! И потом лорд Тэхён сказал: «Все три девушки, довольно симпатичные… были… до того, как с ними позабавились, а затем задушили». Сомневаюсь, что темная эльфийка могла «забавляться» с девушками, учитывая, что она сама тоже женщина!
Не сходится!
С этими мыслями я и уснула, обнимая рукописный фолиант.
* * *
Утро началось с построения.
Причем я пропустила подъем, потому что долго звала Дару, чтобы та вернула книгу обратно, но дух смерти на мой зов не ответила. Пришлось прикрыть фолиант подушкой и одеялом, а после всего этого я и прибежала на построение последняя.
Причем бежать в строй я была вынуждена через все поле под пристальным вниманием присутствующих адепток и взглядом откровенно усмехающейся капитана Верис. В общем, день начался не особо удачно.
А его продолжение вышло и того хуже, потому что по возвращении в общежитие мы все увидели взволнованного магистра Тесме, который, отчаянно жестикулируя, взывал к помощи лорда-директора, и среди восклицаний слышалось:
– Вы не понимаете, это ценнейший материал! Труд всей моей жизни! Ничего подобного нет во всей империи, и если эта книга попадет в плохие руки…
На этом патетичном заявлении лорд Тьер едва заметно улыбнулся и негромко ответил:
– Магистр Тесме, проникновение имело место быть на территорию академии, это правда, но учебные корпуса под защитой, и поверьте, мне искренне жаль того, кто посмеет даже попытаться проникнуть туда. Я уверен, что книга будет найдена в ближайшее время.
– Вы не понимаете! – Никогда не думала, что Тесме способен сорваться на визг. – Она была защищена проклятиями! И… ничего не сработало! Книга просто исчезла!
В этот момент я поднималась по лестнице в общежитие в потоке таких же адепток, которые, как и я, навострив ушки, делали вид, что совсем не смотрят в сторону лорда-директора, но при этом только туда и поглядывали. И я тоже поглядывала… ровно до тех пор, пока не заметила пристальный взгляд магистра Чонгука… Скорость движения я увеличила мгновенно, почти побежав по ступеням!
И примчавшись в свою комнату, я сняла обувь, прошла к спальне, а войдя, вновь позвала:
– Дара! Ну пожалуйста! Куда ты делась?!
Осторожный стук в дверь. Не входную, а именно в дверь спальни. То есть кто-то уже проник в мои комнаты и этот стук исключительно дань вежливости.
– Кто там? – испуганно спросила я.
– Манобан, а вы одеты? – насмешливо поинтересовался лорд-директор.
– Нет! – поспешно крикнула я. – Одну минутку!
Рванув к кровати, откинула одеяло – доказательство моего преступления против Академии Проклятий в общем и магистра Тесме в частности все так же располагалось под подушкой!
Снова стук в двери и протяжно-издевательское:
– Ли-и-и-са…
– Одеваюсь! – Это громко. – Дара, Дарочка, ну пожалуйста… – Это шепотом.
За дверью послышался тихий смех, после чего мое одиночество было нарушено вошедшим лордом-директором. Я едва успела фолиант обратно одеялом прикрыть и сделать вид, что кровать застилаю.
– Знаете, Лиса, – на губах магистра Чонгука какая-то фантастически-озорная улыбка играла, – между «одеваюсь» и «заправляю кровать» есть существенная разница, не находите?
– Нет. – Я стремительно опустила глаза, стараясь на него вообще не смотреть, потому что это у Чонгука проклятие, а у меня… у меня просто обычное человеческое сердце.
И оно все чаще замирает, стоит мне посмотреть на магистра. Жаль, его это вряд ли интересует.
Впрочем, кое в чем лорд оказался весьма заинтересован:
– Лиса, где книга?
– Какая? – Я отчаянно рассматривала рисунок на ковре.
– Это я у вас должен спросить «какая»? – Затем тихий смех, и веселое: – Дара мне не сообщила о том, какую именно книгу вам «почитать перед сном» принесла.
А я ее не выдавала! А она… предательница. И пришлось доставать тяжелый фолиант, чтобы передать его лорду-директору, все так же старательно отводя взгляд. Да, воровать плохо, но гораздо хуже, когда тебя на этом еще и ловят.
Но, беря книгу, лорд Чонгук ловко перехватил мои пальцы, затем отбросив фолиант обратно на кровать, захватил обе ладони, осторожно потянул к себе и в следующее мгновение меня обнял. И дыхание вмиг перехватило, а магистр, осторожно касаясь губами моих волос, весело поинтересовался:
– Это была месть Тесме за то, что Смертельные проклятия ты сдала только с седьмого раза?
И вот как тут правду сказать? Я решила промолчать – для лжи мне сейчас было слишком хорошо, для правды… тоже слишком хорошо. И сердце замирает…