Темнородный: Испытание Элунарис

Боль, которая разливалась по всему телу, подействовала практически отрезвительно, когда Рем начал приходить в себя. Его голова просто раскалывалась, словно готова была вот-вот развалиться на части. Кисти и ступни что-то плотно стягивало и не давало пошевелиться, голова и торс свободно болтались в пространстве, и такая тяжесть больно отзывалась в обессиленных руках.

Наконец разлепив веки, Рем увидел, что находится в каком-то сарае, подвешенный за руки к высокой перекладине между двумя деревянными столбами. Кисти сильно затекли, но, когда парень решил пошевелиться, понял, что затекли еще и ступни. В сарае было тускло, солнечный свет проникал внутрь только через два маленьких окошка под потолком. Тут и там было раскидано сено, у дальней стены стояли корыта с водой и кормом, и Рем догадался, что здесь когда-то жил крупный скот. Где сейчас находились бедные свинки или коровы его, однако, заботило мало. Волновало больше то, где сейчас Авель и все ли с ним в порядке.

Подергавшись в надежде, что веревки ослабнут, Рем все же бросил эту затею после того, как лишь натер себе до крови запястья.

– Не пытайся освободиться, только хуже сделаешь себе, – вдруг раздался насмешливый голос откуда-то сбоку.

Рем обернулся на звук и вгляделся в темноту. Разглядеть говорившего получилось лишь тогда, когда он вышел из полумрака дальнего угла сарая. Это оказался тот самый гвардеец с ножом, которому Авель разбил нос. Физиономия эльфа распухла, кровь запеклась темными корочками вокруг ноздрей, а светлые короткие волосы падали мокрыми сосульками на лицо. Вид у этого парня был очень неприятным, особенно из-за хищной ухмылки, не сходившей с его бледного лица.

– Здорово ты их, – продолжил гвардеец и снова принялся играть с ножом в руке. – Особенно Дмитрия, прямо напополам! Крутой у тебя меч, поделишься?

Рем посмотрел вниз и с досадой обнаружил отсутствие ножен с мечом у себя на поясе. Однако поискав глазами, он увидел свое оружие недалеко от себя. Ножны небрежно валялись на деревянном полу среди соломы, кто-то обратно вложил в них меч. Эльф проследил за его взглядом, весело хмыкнул и подошел к мечу. Поднял его, не полностью достал из ножен и не без восхищения оглядел блеснувшее в тусклом свете остро заточенное лезвие.

– Такое острое, прочное. Это не обычная сталь, тут что-то другое. Где ты его взял? Может там и ножи есть крутые.

Эльф провел большим пальцем по острию меча и на поверхность его кожи тут же выступила кровь алыми капельками.

– Вау, я в восторге, – восхищенно прошептал парень и слизнул одним движением языка кровь со своего пальца. – Тебе он уже вряд ли пригодится, так что я, пожалуй, заберу его себе.

– А ну положи на место, ублюдок, – зло выдохнул Рем и тут же почувствовал опоясывающую боль, взорвавшую его горло. Видимо, придушили его сильно, наверняка и гематома внушительная осталась.

– Ну, не груби мне, малец, – все так же с усмешкой ответил гвардеец. – Меня зовут Нил, если вдруг снова захочешь ко мне обратиться.

Нил вытащил меч из ножен полностью, свой нож спрятал куда-то за пояс и подошел к Рему вплотную. Он приставил острие меча к его горлу, слегка надавил, заставив парня напрячься всем телом, и продолжил:

– Ты в курсе, что у Дмитрия было трое детей? А то, что он и его напарник – члены Первой королевской гвардии? Не-е-ет, конечно же ты не в курсе. Откуда ты мог знать, ведь он бы при всем желании не успел тебе сказать об этом, ведь ты безжалостно разрубил его пополам.

– Он хотел убить невинную женщину, – процедил сквозь плотно сжатые зубы Рем. – Он заслужил смерть.

– Не тебе решать, кому умереть, а кому жить, – неожиданно злобно прошипел Нил и сильнее надавил мечом на горло Рема. Парень почувствовал, как вниз по шее, а потом по груди побежала тонкая теплая струйка крови. – Ты убил двоих из наших, Тирон будет просто в восторге! Но у меня есть решение, которое может его порадовать. В качестве платы за жизни двоих наших бойцов я заберу две другие жизни. Например, твою и твоего дружка. Он итак уже молит о смерти где-то там, не слышишь?

– Где Авель?! – прорычал Рем и сам не узнал свой голос.

Его сердце забилось с бешеной скоростью от охватившей его ярости, и он несколько раз с силой дернул руками. Веревки ни капельки не поддались его манипуляциям, что заставило парня еще отчаяннее забиться в воздухе, позабыв о приставленном к его горлу мече.

– Тише-тише! – рассмеялся Нил и убрал от него меч. – Ты можешь слишком рано прекратить наше веселье. Я же хочу растянуть удовольствие. Не думаю, что наши товарищи умирали быстро.

– Где Авель? – повторил свой вопрос Рем все так же яростно.

Его кисти, стертые в кровь, горели огнем. Сердце билось так, будто готово было выпрыгнуть из груди, а дыхание сбилось, и восстановить его Рему пока что не удавалось. Он смотрел горящими от злости глазами на Нила, будто хотел таким образом сжечь его дотла. Тот лишь ухмылялся и продолжал смотреть то на него, то на меч в своих руках. После нескольких секунд молчания он наконец заговорил вновь:

– Хочешь увидеть своего дружка? Что ж, ладно, я выполню твое последнее желание, если ты в этом уверен. Просто обычно просят вкусное блюдо, последнюю ночь, проведенную с любимой женщиной...

Нил хмыкнул и многозначительно поглядел на Рема. Затем он резко развернулся и зашагал в сторону выхода из сарая. Отворив легкую деревянную дверь, он выглянул наружу, и Рем увидел, что время, судя по освещению, уже перевалило на вторую половину дня. Сколько же он пробыл без сознания в таком подвешенном положении. Не удивительно, что руки и ноги так сильно затекли. Нил тем временем поискал кого-то, вертя головой в разные стороны, а потом крикнул короткое «Веди!» и снова вернулся к Рему.

Дверь сарая распахнулась вновь и Рем так и замер: внутрь под руки завели Авеля, который еле держался на ногах. Его голова была опущена, светлые волосы спадали вниз и закрывали лицо. Эльф тихо постанывал каждый раз, когда гвардейцы в нетерпении подталкивали его вперед, чтобы шел быстрее. Рубашка Авеля практически полностью пропиталась кровью, в некоторых местах была порвана, то же самое творилось и с его штанами. Нижняя губа Рема задрожала от страха за брата, что не укрылось от Нила.

– Чего это ты? Скажи спасибо, что он жив, хотя и не на долго.

Авеля завели вглубь сарая и остановили прямо перед Ремом. Один из гвардейцев пнул его под колени, отчего тот обессиленно повалился на пол, но его быстро вернули в сидячее положение, резко дернув за волосы на затылке. Голова Авеля задралась вверх и Рем наконец увидел его лицо. На нем не было живого места, щеки, лоб и нос покрывали многочисленные царапины и порезы, на правой скуле краснел свежий синяк. Авель не мог даже глаза нормально открыть от боли, которую испытывал прямо сейчас, и Рем пришел в невероятную ярость от увиденного.

– Что вы сделали с ним?!

Нил наигранно удивленно посмотрел на него.

– Ой, а ты что, не видишь? Так давай мы тебе покажем, с радостью!

Нил подошел к Авелю, стоящему на коленях, наклонился и резко дернул две половины его рубашки в стороны. Рем испуганно охнул, когда увидел, что весь торс друга покрывают порезы и гематомы. Из ран сочилась кровь, их намеренно делали неглубокими, чтобы Авель как можно дольше оставался живым и мучился.

Нил, однако, не остановился на этом. Он отложил меч в сторону и стянул с Авеля рубашку полностью, и Рем увидел ту же картину и на руках эльфа. Нил взял Авеля за подбородок большим и указательным пальцем и повертел его лицо из стороны в сторону.

– Все же согласны, что вот здесь, – он указал на левую скулу Авеля, – для симметричности не хватает точно такого же синяка?

Не дожидаясь ни от кого ответа, гвардеец размахнулся и зарядил Авелю в лицо кулаком. Тот пошатнулся и упал на бок, но двое мужчин снова вернули его в вертикальное положение. На скуле эльфа тут же начал растекаться кровоподтек, словно акварельная клякса на мокрой бумаге.

– Так-то лучше! – весело произнес Нил и чуть ли в ладоши не захлопал от восторга.

– А ну отойди от него, подонок! – взревел Рем и вновь задергался в своих путах.

– Ну я же уже сказал, что меня зовут Нил, – деланно обиделся парень. – И мне уже начинает надоедать твое неуважительно отношение ко мне. Наверное, стоит тебе на примере показать, что будет с теми, кто раньше времени начинает брыкаться. Скрутить твоего друга не составило труда, конечно, но как только он очнулся, то доставил нам много неприятностей: решил применить магию, только вот силенок оказалось маловато. Сейчас и получит по заслугам!

Следующий удар Нила пришелся Авелю под дых. Дыхание резко перехватило, и парень начал задыхаться, согнувшись пополам. Тогда Нил снова ударил, только уже локтем по спине эльфа. Крякнув от боли, Авель вновь попытался упасть вперед, но ему не дали этого сделать державшие его гвардейцы. Они крепко вцепились в его плечи и каждый раз противно хихикали, когда Нил наносил новый удар по обессиленному телу Авеля.

– Ну что, нравится зрелище? – обратился он к Рему, который уже практически вывихнул себе руки, пытаясь освободиться. – Да тише ты, иначе не доживешь до финала!

Нил вновь достал из-за пояса свой маленький нож и покрутил его в руках. Рем сразу догадался, что он сейчас пустит его в ход, и злобно зарычал, не в силах ничего предпринять. Нил, довольный его реакцией, поднес лезвие ножа к лицу Авеля и начал медленно проводить им от уголка его рта до уха. Авель закричал от боли, но крик его получился слабым и практически неотличимым от мычания. Тогда Нил отнял нож от лица эльфа и приложил к его груди. Когда на коже осталась тонкая кровоточащая линия, он вновь обратился к Рему:

– Как думаешь, с него хватит? Да? Тогда пора заканчивать.

Кивнув своим напарникам, которые покрепче взяли Авеля за руки и растянули их в стороны, Нил приставил кончик ножа к левой стороне груди парня, там, где находилось сердце, и начал медленно, но верно вдавливать его в плоть. Авель застонал от боли и попытался из последних сил вырваться, но гвардейцы держали крепко.

В ужасе поняв, что сейчас будет, Рем резко дернулся всем телом, и неожиданно веревки поддались и разорвались. С грохотом упав на пол, Рем тут же вцепился в путы на ногах и попытался разорвать и их. Нил, не ожидавший такого поворота событий, обернулся, но нож из руки не выпустил. По жилам Рема внезапно вновь потекла та тьма, которую он ощутил тогда во время драки с Марком. Она придала ему нечеловеческих сил и позволила голыми руками разорвать толстые веревки на ногах.

– Какого черта? – опешил Нил и отступил на шаг от Авеля, вынув из его груди нож. – Ты откуда такой сильный взялся?

Рем уже успел вскочить на ноги и угрожающе исподлобья посмотрел на Нила. Но тот не испугался такой картины и, подняв с пола меч Рема, наставил его на разъяренного парня.

– Ну давай, рискни здоровьем!

Рем шагнул ему навстречу и, вытянув перед собой руку, сжал в ладони острие своего меча. Ухмылка на лице Нила вдруг померкла, и он удивленно уставился на окровавленную ладонь парня, которой он продолжал сжимать острие. Пульсирующая в венах Рема ярость позволила ему отвести в сторону от себя меч и заставить Нила выронить его. Гвардейцы позади него выпустили Авеля, который тут же обессиленно упал на пол, и поспешили на помощь напарнику. Однако с ними у Рема разговор оказался коротким: двумя движениями кулаком он отправил в нокаут сначала одного, потом и другого эльфа, заставив повалиться с разбитыми лицами на пол. Когда же один из них попытался подняться обратно на ноги, Рем с такой силой пнул его ногой в грудь, что тот отлетел к дальней стене сарая.

– Ах ты тварь такая!

Нил, издав боевой клич, занес меч над головой и ринулся на Рема со спины. Его шаги были неуверенными, а руки тряслись от непривычной тяжести меча, но все же эльф подошел к нему вплотную и попытался опустить оружие прямо ему на голову, однако Рем успел увернуться. У него словно выросла дополнительная пара глаз на затылке – он чувствовал все, что происходило вокруг, будто наблюдал за всем от третьего лица. Рем почувствовал и то, что Нил наставил на него меч и попытался уколоть его в бок, поэтому резко крутанулся на месте, и когда холодное лезвие оказалось от него по левую сторону, перехватил его раненой рукой и провернул по часовой стрелке. Это движение заставило Нила вскрикнуть от боли в запястье и выпустить меч. Оружие с глухим лязгом упало на пол и чуть откатилось в сторону.

– Что тебе надо?! – уже без всякого веселья спросил Нил и начал пятиться назад. – Пошел ты к черту!

Он попытался защититься своим коротким ножом, выставив его перед собой, но Рема это лишь позабавило. Он ухмыльнулся и начал медленно идти на перепуганного эльфа. Когда же тот уперся спиной в стену, Рем вытянул перед собой руку, повинуясь какому-то внутреннему приказу, и тут же с кончиков его пальцев сорвались черные клубы дыма.

– Ч-что это? – заикаясь спросил Нил и еще сильнее вжался в стену позади себя. – Магия? Но ты же человек!

Рем склонил голову на бок и с интересом рассмотрел лицо Нила, насладился его животным страхом. В следующее мгновение клубы дыма окутали эльфа с ног до головы, облепили плотной пеленой и начали сжимать. Тело парня стиснуло так, что затрещали ребра, и он взвыл от боли.

– Прекрати! Хватит!

Но Рем и не думал останавливаться. Вернее, что-то не давало ему отступить. Ему нравилось то, что он делал прямо сейчас, это доставляло ему неимоверное удовольствие, отчего Рем даже немного зажмурился. А потом он, повинуясь все тем же непонятно откуда взявшимся инструкциям в своей голове, резко сжал вытянутую перед собой руку в кулак и Нил исчез в черной дымке. Кокон из тьмы захлопнулся, словно шкатулка, и от тела эльфа осталось только мокрое место.

– Ты его раздавил... – ошарашенно прошептал один из гвардейцев, валявшихся на полу.

Рем обернулся на голос. Его темно-карие глаза почернели и стали неотрывно смотреть на эльфа, попятившегося назад. Тот, которого Рем отправил пинком в стену, еще был без сознания и не мог видеть, как его напарника постигла та же участь, что и Нила. На полу зашевелился Авель, постепенно приходя в себя, но Рема он сейчас мало волновал. Вместо того, чтобы помочь другу встать на ноги и проверить его самочувствие, Рем направился к выходу из сарая, по пути подхватив с пола свой меч.

Рукоятка тяжелого меча приятно легла в ладонь, острое лезвие блеснуло в солнечных лучах своими четкими гранями. Оказалось, что сарай окружило с десяток других гвардейцев – мужчин эльфов разных возрастов. Рем медленно осмотрел каждого из них, постарался прийти в себя, но ярость все так же циркулировала по его венам и не давала успокоиться. Перед глазами снова встала ужасная картина полностью вырезанной деревни, издевательства Нила над Авелем, выражение лица Марка, когда он смотрел на него сверху вниз на тренировочной поляне, и это пробудило в груди Рема что-то такое, отчего холод побежал по спине у него самого.

– Какого черта там произошло?! – спросил один из мужчин, поднимаясь с земли, а когда заглянул за спину Рема и увидел ужасающую картину за открытой дверью сарая, вмиг побагровел от ярости: – Ты что сделал?!

Стоящие по обе стороны от него парни зарычали от злости, когда тоже увидели, что творится в сарае. Они вскинули свое оружие и одновременно ринулись на Рема.

Один из эльфов с налысо обритой головой замахнулся на Рема боевым топором, но он увернулся и уже нанес рубящий удар нападающему в бок. Эльф повалился на землю и больше не шевелился.

– Да что это?! – в ужасе выдохнул другой парень с кинжалами в обоих руках. – Такую магию я не видел еще никогда.

Все гвардейцы как один уставились куда-то за спину Рему, и он тоже обернулся. Сначала не заметил ничего, но потом перед его глазами пронеслось что-то черное и полупрозрачное. И тогда Рем увидел, что его фигуру со всех сторон окружила та же дымка, которой он убил Нила и другого гвардейца. Она окутывала его, словно плащ, оболочка. Нет, это был его щит. Понял Рем это в тот момент, когда один из эльфов попытался ударить его булавой, но не причинил ему абсолютно никакого вреда. Даже царапины не осталось на магическом щите, что вызвало у Рема хищную улыбку, однако появилась она на лице против его воли.

– Бегите, глупцы, – постарался как можно убедительнее произнести Рем, но слова дались ему с трудом. Он больше не контролировал себя.

– Ты думаешь, мы отступим после того, что ты сделал с нашими товарищами? – крикнул ему в лицо один из эльфов. – Ты сдохнешь, и не надейся на легкую смерть!

И гвардейцы ринулись в бой. Рем смутно помнил, как с его рук сорвались новые потоки черного дыма, как они постепенно окутали каждого из эльфов и по очереди раздавили, превратив в окровавленные мешки с костями. Рем также смутно помнил, как из сарая выполз помятый Авель, весь в крови и с ужасом оглядел то, во что превратились поверженные гвардейцы. Потом откуда-то сбоку появилась старушка, которую Рем спас еще до появления в деревни гвардейцев. Она осмотрела равнодушным взглядом мертвые тела, потом всмотрелась в лицо Рема и почему-то вымученно улыбнулась, как будто что-то знала, но не могла сказать. Авель, с трудом поднявшись на ноги не с первой попытки, поспешил увести ее куда-то подальше от всего этого кошмара, а потом доковылял до друга и всмотрелся ему в лицо на расстоянии. Зачем-то выставил перед собой руку, словно защищаясь, а потом Рем понял, что идет на Авеля и угрожающе скалится.

Он вдруг с ужасом понял, что совсем, окончательно не контролирует себя!

Попытка предупредить о своем невменяемом состоянии Авеля провалилась, и с губ Рема сорвалось лишь невнятное мычание. Рему стало очень страшно, в голове начинало понемногу проясняться, но как только тьма замечала эти проблески, то тут же пожирала их и вновь завладевала его сознанием.

– Рем, послушай, остановись. Рем!

Авель пытался докричаться до друга, но тот его слышал, словно сквозь толстые стеклянные стенки. Перед глазами все плыло, руки дрожали от сдерживаемой внутри силы. Меч он давно обронил на землю и теперь ничто не мешало ему рассмотреть свои ладони. Рем с ужасом увидел, что их тыльную сторону покрывает сетка из множества мелких черных сосудов, а кончики пальцев словно дымились. Что это?

– Что это? – вслух повторил Рем, едва узнав свой голос.

Авель явно растерялся, не зная ответа на этот вопрос. Он все так же стоял перед другом с вытянутыми руками, словно пытаясь одновременно и успокоить его и защититься от него. Его израненное лицо и тело представляли жуткую картину, и это единственное, за что цеплялось постепенно угасающее сознание Рема. Он словно тонул во тьме, что захватила контроль над его телом. Авель оставался последним маяком, глядя на который Рем не терял надежды снова вернуться к свету.

Внезапно над деревней поднялся сильный ветер, принялся клонить деревья к земле, и практически сдул с места Авеля. Эльф уставился куда-то в сторону главной площади деревни, да так и замер. Рем прочитал на его лице выражение ужаса и одновременно облегчения. Рем проследил за его взглядом и обомлел.

На главную площадь деревни приземлилось существо, внешне напоминающее огромную ящерицу. Когда оно перестало размахивать своими крыльями и наконец плотно встало на две мускулистые ноги, принялось крутить в разные стороны своей огромной шипастой головой. Существо обнажило длинные острые зубы и истошно завыло. Авель тут же закрыл уши руками и пригнулся, Рема же от громких звуков и поднявшейся в воздух пыли защищал щит из тьмы, поэтому он как стоял, так и остался в таком же положении.

Огромная ящерица приклонила голову и позволило спуститься на землю по своей шее двух незнакомцев. Один из них сразу же устремился к парням, и Рем наконец узнал в нем Яна, даже несмотря на свое замутненное тьмой сознание. Вторым незнакомцем оказалась девушка, судя по хрупкой маленькой фигурке, обернутой в темно-синий плащ. Когда же она сняла широкий капюшон, до этого скрывавший ее голову, Рем увидел длинные белоснежные волосы и острые уши, и моментально узнал в незнакомке ту самую девушку, которую видел в разрушенной деревне и которой пытался тогда помочь. Она растерянно огляделась по сторонам, но спускаться дальше не стала, и так и осталась стоять на грубой чешуйчатой шеи существа.

– Быстро все сюда! – прокричал Ян, который только что выбежал откуда-то из-за сарая.

Он появился так неожиданно, что Авель вздрогнул и упал на колени. У него все еще было недостаточно сил после пыток, чтобы твердо стоять на ногах. Ян увидел, как сильно он пострадал, поэтому тут же бросился ему на помощь. Подхватив Авеля под мышки, он закинул одну его руку себе на плечо и помог встать. А потом перевел взгляд на Рема и замер в испуге.

– Чувак, что с тобой?

Потом Ян перевел взгляд на кровавые ошметки на земле – все, что осталось от гвардейцев, – вокруг которых все еще витали клубы дыма, и посмотрел обратно на Рема. Его глаза расширились от страха, и он сразу же понял, что к чему и кто виноват в содеянном. Ян начал пятиться назад, придерживая Авеля, но тот попытался его остановить.

– Нет, его надо забрать с собой, ему надо помочь, – прохрипел он из последних сил.

– Как я это сделаю по-твоему? – нервно прошептал Ян и продолжил пятиться. – Мне кажется, он и меня сейчас разорвет на куски.

Ян посмотрел в черные глаза Рема и сглотнул подступивший к горлу тугой ком страха. Он продолжал поддерживать валившегося с ног Авеля и готов был вот-вот развернуться и отступить, но что-то ему не давало это сделать. По глазам Яна Рем понял, что он хоть и боится, но хочет ему помочь, даже несмотря на то, что знаком с ним только пару часов.

Вдруг из-за угла дома справа появилась она. Невысокая, практически на полголовы ниже Рема, хотя он и сам не славился высоким ростом. Ее круглое личико практически полностью занимали огромные светло-голубые глаза, сравнимые по яркости и чистоте с ясным утренним небом. Их обрамляли длинные светлые ресницы, а белесые брови были сведены к переносице и выдавали напряженное состояние их хозяйки.

Девушка, аккуратно ступая перед собой, вела под руку старушку, которая выглядела все так же отрешенно, будто находилась не здесь, а где-то в другом месте. Незнакомка на время отпустила женщину и шагнула по направлению к Рему. И тут он заметил, что кулон на ее шее начал тускло светиться белым светом, как в ту ночь в деревне при первой их встрече.

– Рем, – произнесла она тонким голоском, которым врезался в уши Рема, словно острие ножа прямо в сердце. – Контролируй себя!

Последняя фраза была произнесена громко и четко, практически как приказ, и что-то внутри Рема неприятно пошевелилось. Грудь распирало от тьмы, голова рвалась на куски, но он все так же не мог контролировать собственное поведение. Его руки вновь окутали клубы дыма, словно соткали вокруг кистей перчатки до самых локтей. Рем понимал, что вот-вот снова ринется в атаку, и не мог этого никак допустить. Он уперся ногами в землю, словно это могло помочь ему остаться на месте, но тело само начало двигаться вперед.

– Стой где стоишь! – твердо произнесла девушка и заслонила Авеля и Яна своей спиной.

Она положила одну руку на свой кулон, который стал светиться чуть ярке, а другую вытянула перед собой. Кончики ее пальцев, едва выглядывавшие из-под длинных рукавов плаща, засияли ослепительно-белым светом, и Рем сразу понял, что это светлая магия.

– Контролируй себя, иначе мне придется применить силу.

Она словно обращалась не к Рему, а к кому-то другому. Она смотрела в его глаза, но в то же время глядела куда-то сквозь парня. От этого тьма в груди Рема неприятно зашевелилась, начала бунтовать и рваться наружу. Еще немного и с его рук сорвется новый поток той субстанции, что разобралась с гвардейцами, и тогда не жить его друзьям.

Рем, та его часть, что все еще была способно понимать все происходящее вокруг, завопила от охватившего его ужаса. Парень попытался сжать руки в кулаки, отступить назад, но у него ничего не выходило. Ярость в его венах лишь набирала обороты, все больше затопляла его постепенно меркнувшее сознание. И тогда что-то под ногами Рема засветилось. Опустив глаза вниз, он понял, что это был его меч.

– Сконпио! – вдруг произнесла девушка и сильнее сжала в руке свой кулон.

Слово, которое она сказала, Рем не разобрал, оно было незнакомым, словно на чужом языке. А вот тьма внутри него очень даже узнало его, судя по тому, как затрепыхалась и начала биться о ребра, как птица в клетке. Рем согнулся пополам, ему вдруг стало невыносимо больно. Дыхание перехватило, все тело заломило так, будто он упал с огромной высоты и переломал себе все кости. Девушка, однако, не остановилась на этом и снова выкрикнула:

– Сконпио!

И тогда Рем взвыл от жгучего чувства, разлившегося по всей его груди. Он упал сначала на колени, потом на бок, прижал руки к голове и застонал. В ушах вдруг стало невероятно громко, он слышал стук своего собственного сердца, готового разорваться на мелкие кусочки. Рем смутно слышал, как что-то обеспокоенно прокричал ему Авель, который тут же зашелся кашлем и остановился. Ян испуганно попятился вместе с эльфом на плече назад, а девушка наоборот шагнула к нему.

– Прости, но по-другому никак.

Рем хотел было спросить «Как – так?», но тут она сорвала со своей шеикулон, кинула его ему под ноги и, развернувшись, резко побежала назад. Ремсначала не понял, что она сделала, а потом заметил, что его меч и кулонначинают светиться все ярче и ярче. Догадавшись, что сейчас произойдет, Рем изпоследних сил, превозмогая боль, приподнялся на локтях и начал отползать всторону, но делал это слишком медленно. Отчаянно зажмурившись, он упал лицом вземлю, и в следующее мгновение раздался оглушительный взрыв. Вспышка светлоймагии ослепила его даже сквозь плотно сжатые веки, проникла в голову изаставила отключиться.