Глава 56. Зов войны
<< Глава 55 К оглавлению Глава 57 >>
Всё началось с похода в Гринготтс
Глава 56. Зов войны
За три недели до Хэллоуина (Самайна)
Нептун тихо бормотал проклятия, трясясь на спине дракона, когда тот забирал круто вверх, огибая высокие горы, или устремлялся вниз, чтобы набрать полные легкие воздуха. Нептуну нужна была вода. Он не принадлежал Небу. Определенно, горная страна с заснеженными вершинами, простиравшаяся под ними, была не слишком приветлива. Любые водоемы, встречавшиеся им на пути, были скованы льдом.
Норберта взревела, выпуская из ноздрей дым. Нептун понимал, что их затянувшееся путешествие близится к концу. Они летали уже несколько недель подряд, останавливаясь ненадолго, то в одной местности, то в другой. Долгие часы полета сквозь метель над Гималайскими горами стали непростым испытанием, как для дракона, так и для его пассажира. Нептун пребывал в раздраженном состоянии. Всё тело болело, а душа жаждала вернуться в своё любимое спокойное озеро.
Сильный магический сигнал привлек его внимание, и он направил дракона в скрытое за горами и защищенное со всех сторон горное плато. Пара минут они кружили над местом, прежде чем обнаружили небольшую расщелину между двумя скалами. По обеим сторонам прохода располагались большие статуи драконов, застывших с распахнутыми крыльями. Эти крылья прочно перекрывали проход, образуя каменные врата.
Нептун приземлился недалеко от них и спустился с Норберты. Сделав несколько ритмичных движений, что бы согреться и восстановить чувствительность в затекших конечностях, Нептун направился к вратам. Неожиданно какой-то шум издалека привлек его внимание. К нему и Норберте со всех ног бежали двое, размахивая руками и желая привлечь его внимание. Один из спешащих существ был низкорослым гоблинов, другой высоким эльфом. Нептун поспешно накинул капюшон теплого плаща на голову, желая скрыть своё лицо от посторонних.
— О, наездник дракона, скажите, вы житель этого храма? Можете ли вы открыть для нас врата и пропустить внутрь? — с мольбой в голосе обратился к Нептуну гоблин на китайском языке, когда запыхавшаяся парочка достигла него.
Нептун продолжил исподлобья разглядывать необычный тандем.
Сочтя молчание незнакомца за незнание китайского языка, гоблин поспешил повторить свою просьбу на тибетском.
Нептун отрицательно мотнул головой, затем заговорил на языке гоблинов:
— Нет, я не живу при этом храме. Я пришел с посланием для его хозяина и хозяйки.
— Хозяйки? — переспросил его высший эльф, вздергивая подбородок. — Это храм мастерства Защиты. Здесь живут славные мастера Юэ Фэй и Чжоу. Женщинам сюда вход воспрещен!
Нептун с усмешкой покачал головой.
— Если вы будете продолжать мыслить в том же ключе и упорствовать в какой бы то ни было дискриминации, вам ни за что не удастся задержаться здесь надолго.
— Да, Зерин, если уж гоблин и высший эльф могут трудиться бок о бок и сражаться вместе, как единое целое, то почему бы женщине не стать мастером Защиты? — закивал гоблин.
— Возможно, вы и правы. Однако, в моем воображении, когда я представляю себе мастера Защиты, я вижу именно мужчину. Сильного, ловкого и хорошо подготовленного, — пожал плечами эльф.
Нептун улыбнулся, но низко надвинутый капюшон скрыл его усмешку. Он продолжил расспросы, но уже на эльфийском:
— Как именно выглядят мастера Защиты в вашем воображении?
— Ну, не знаю… Они представляются мне высокими, стройными, невозмутимыми мужчинами с длинными волосами. — Нептун качнул головой, побуждая эльфа продолжить. — У них длинные заостренные уши и, возможно, светлые волосы, такие же, как у старейшин эльфов.
Нептун, уже не стесняясь, тихонько посмеивался.
— Что дало вам повод думать, что все они высшие эльфы? — веселым тоном поинтересовался он, с любопытством поглядывая на замечтавшегося юношу.
— Мой дядя, лорд Нолдрон, рассказывал, что мастера посещали Алфейм, когда тот был еще ребенком. Дядя живет на свете уже более пяти тысяч лет. Ни одна другая раса, кроме эльфов не может жить так долго. Даже гоблины, хоть и они могут проживать долгую жизнь. Если мастера всё еще живы, то они непременно должны быть эльфами, — закончил свою мысль молодой человек.
— Забавная логика. А вы, уважаемый гоблин, что думаете по этому вопросу? — обратился Нептун к спутнику эльфа.
— Ничего я не думаю. За годы своих странствий я обнаружил, что порой мы склонны создавать в нашем воображении картины, которые совершенно не соответствуют реальной жизни, а потом разочаровываемся, когда действительность оказывается далекой от наших представлений. Я созерцаю мир непредвзято. Но не пора ли представиться? Я — Хардал из Вонгрина, а это Зерин из Алфейма.
Нептун улыбнулся шире.
— Я Нептун, а эту милую птичку зовут Норберта. Пойдемте Хардал и Зерин, мне холодно, я устал и страшно голоден. Если вы желаете войти вместе, берите свои пожитки и следуйте за мной. — С этими словами Нептун повернулся и направился к вратам.
Хардал радостно вскрикнул и бросился за своими вещами.
Подойдя к вратам ближе, Нептун остановился, разглядывая надпись, начертанную на крыльях каменных драконов. Давно забытые слова на языке атлантов казались непосвященным красивым узором. Нептун ненавидел говорить на атлантийском.
Неправильно истолковав его нерешительность, Зерин заметил:
—Мы всё перепробовали. Ворота отказываются открываться.
— И как давно вы тут сидите? — спросил Нептун, оттягивая неприятный момент.
— Почти год, — уныло пробормотал Зерин. Голос его звучал глухо и почти обреченно.
— Подозреваю, дело в том, Зерин, что вы не готовы войти. Хардал прав, вам необходимо очистить разум от нагромождения предрассудков и не витать в облаках, представляя, что там ждет вам за вратами. Полагаю, если бы вас тут не было, Хардал, вероятнее всего, давно был бы внутри.
Зерин печально кивнул.
— Я тоже об этом думал. Видимо, я на самом деле не достоин. Мой дядя говорил мне, что я не готов отправляться сюда, но я был слишком упрям и дерзок. Если честно, давно бы отказался от попыток войти и вернулся бы домой, но боюсь мне не проделать обратный путь с горы без Хардала.
— Он помог вам добраться сюда?
— Мы помогали друг другу. Поначалу мы сражались друг с другом, понимая, что мы конкуренты. Так продолжалось, пока мы не осознали, что поодиночке мы пропадем. Нам было не просто это понять, но, преодолев вражду, мы стали настоящими друзьями.
— Тогда не всё потеряно для тебя, малыш, — усмехнулся Нептун. Зерин приподнял брови, но ничего не сказал.
Хардал принес на своей сгорбленной спине три мешка с пожитками. Указав пальцем на письмена, гоблин разочаровано проговорил:
— Очень странный язык. Я знаю порядка пятидесяти различных языков, но этот мне не знаком. Вы можете говорить на нем, Нептун?
— Да. Как посланник, я обязан уметь говорить на тех языках, которые мне нужны для общения с получателями сообщений, — признал Нептун.
— Вы работаете в банке Бессмертных? — высказал догадку Зерин.
Нептун снова улыбнулся, но ответил:
— Нет. Я хранитель и посланник для этого храма. Больше ничего.
Впервые за время общения Хардал улыбнулся, а точнее криво усмехнулся.
— Это действительно интересно?
— А то! — хмыкнул Нептун и сосредоточил всё свое внимание на вратах.
Совершенно неожиданно для гоблина и эльфа, Нептун подошел к вратам вплотную и деловито постучал. Затем сделал пару шагов назад и заговорил глубоким мелодичным голосом на неизвестном его спутникам языке. С громким скрежетом каменные головы драконов повернулись и воззрились на него. Пасти их разомкнулись, и они о чем-то спросили на том же языке. Нептун отвечал на вопросы. Каменные драконы перевели свои взгляды на замерших соляными столпами Зерина и Хардала, и что-то уточнили. Нептун пожал плечами и ответил. Последней удостоилась внимания Норберта. Каменные драконы зарычали на неё, Норберта ответила рокочущим звуком. Видимо это был собственный язык драконов.
Вся интермедия заняла около пяти минут.
Каменные драконы сложили свои крылья, открывая проход. Взору путешественников открылась великолепная картина. Прямо перед ними расстилалась утопающая в зелени долина. Истинный оазис тепла и света посреди холодной заснеженной пустыни. Бросив что-то отрывистое на том же неизвестном языке, вполне возможно, что это было крепкое ругательство, Нептун двинулся вперед, его спутники поспешали следом.
Они оставили позади пронизывающую до костей горную стужу и ступили в поистине райский уголок.
— Спасибо вам огромное! — прошептал восхищенный Зерин, поднимая взгляд на Нептуна.
— Спасибо вам, мастер Нептун, мы ваши должники! — вторил другу Хардал.
Оба они ахнули, когда Нептун откинул капюшон своего плаща, под которым обнаружилась улыбающееся лицо с синей кожей и кальмаровые щупальца вместо волос.
— Рад был помочь, — ответил он просто.
Обеспокоенные возгласы на китайском и спешно приближающаяся к ним группа людей прервали обмен любезностями. Группа была разношерстной: здесь были и люди, по виду китайцы, но были и существа других рас. Например, два вооруженных копьями кентавра.
— Зачем вы сюда пришли? — так же на китайском строго спросил один из людей в монашеской рясе, вместо радушного приветствия.
— Я здесь, чтобы доставить сообщение мастеру Аполлону и госпоже Артемиде, — спокойно ответил Нептун, неспешно стряхивая дорожную пыль и снег со своего плаща.
— Здесь нет таких! — решительно заявил монах.
— Скажите хозяину и хозяйке этого храма, что мне нужно поговорить с ними, — продолжил Нептун.
— Вы не прошли испытания. Чтобы заслужить честь говорить с ними, вы должны пройти испытания. Следует подтвердить свою ценность, — сухо проскрежетал монах, его спутники согласно закивали.
Нептун скрестил руки на груди.
— К нам пришла война, они нужны нам.
— Где-то всегда идет война. Это не повод отвлекать хозяина и хозяйку от созерцаний. Хозяин и хозяйка не вмешиваются в войны среднего царства.
— Даже если это их собственная война? — усмехнулся Нептун.
Насмешка разозлила монахов. Некоторые обнажили оружие и направили его на нарушителя спокойствия. Нептун не предпринял никаких попыток защититься. Он продолжал стоять, скрестив руки на груди, и насмешливо взирать на волнующихся человечков.
— Это святотатство! — воскликнул предводитель воинствующей группы. — Покиньте наш храм немедленно!
Нептун нахмурился.
— Слушайте! У меня нет времени на пустые разговоры. Я дал клятву доставить им сообщение. Ваши каменные стражи пропустили меня, значит, они сочли меня достойным. Я должен передать послание и затем отправлюсь своей дорогой.
Монах в нерешительности оглядел странного посланника.
?— Всё, что вам нужно, доставить это послание? Не говорить с ними лично или в их присутствии?
— Я должен передать сообщение и получить ответ. Вы можете послать кого-нибудь с моим посланием и принести мне ответ. Я подожду.
— Как звучит сообщение?
— Скажите им, что Амон нашел носителя, и наследник Гипериона стал мастером Смерти, хранителем Библиотеки. Он в Хогвартсе. Скажите, что Нептун испытал мальчишку и признал его Избранным. Королева Салация уже отправила свой «элемент». Фоукс в Хогвартсе. А мне нужно получить «элемент» от одного из них.
— Это и есть послание? — переспросил монах.
— Да. Я буду ждать ответа здесь, — кивнул Нептун.
Монах поджал губы, но ничего не ответил. Вместо этого он обратил своё внимание на гоблина и эльфа.
— Мастера не позволяли вам пройти, но вы выдержали все испытания и врата пропустили вас. Я проинформирую мастеров о вашем прибытии. — С этими словами монах выразительно посмотрел на одного из воинственных кентавров, получил ответный взгляд и удалился. Кентавр остался.
— Мы можем предложить вам место для отдыха и пищу, — сказал другой монах. Несколько домовиков шустро подскочили к мешкам с вещами и расхватали их. Еще несколько домовых эльфов двинулись в сторону Норберты, но та упреждающе рыкнула.
Нептун подошел к драконихе, успокаивающе похлопал её по боку и сказал, что ей нужен отдых. Вскоре они отправятся в обратный, не менее трудный путь, как только ответ будет получен, поэтому следует восстановить силы и здоровье.
Норберта помотала головой, но послушно потопала за домовиками.
Когда дракон скрылся в направлении одной из пещер, монах пригласил Нептуна, Зерина и Хардала следовать за ним в долину. Вся толпа «встречающих» двинулась следом. По пути Нептун решил уточнить у проводника, как долго, по его мнению, ему придется ждать ответа.
— Возможно, очень долго, — ответствовал невозмутимый монах. — Хозяин и хозяйка могут пребывать в медитации несколько месяцев. Тогда вы и получите свой ответ.
Нептун отрицательно покачал головой.
— Мы должны вернуться из храма до Самайна. Это время наибольшей уязвимости противника. На обратном пути я должен сделать еще две остановки. Или три, если ваши мастера решат повести себя как две старые ящерицы.
Невозмутимость разом слетела с монаха. Злость исказила его черты.
— Посланник, вы испытываете наше терпение? Оно не безгранично. Ваша наглость и неуважительное отношение к нашим мастерам недопустимы! Если будете продолжать в том же духе, я буду вынужден оставить вас дожидаться ответа за вратами.
— К сожалению, терпение и уважение, никогда не были отличительными чертами характера этого наглеца, сколько бы я не порола его, перекинув через колено, — заявил чарующий голос.
Монахи разом ахнули и расступились. Зерин и Хардал так же замерли в изумлении.
Перед ними на тропинке стояли двое молодых людей. Слова произнесла девушка с длинными темными густыми волосами и прекрасными голубыми глазами, сверкавшими подобно алмазам. Вторым был юноша с проникновенным темным взглядом и каскадом серебристых волос на плечах. Они были невероятно красивы. Оба были одеты в простые удобные туники, и только женщина была вооружена серебряным мечом, висевшим на поясе у бедра. Девушка и юноша источали такую мощную энергетику, что оба, и Зерин, и Хардал, не сговариваясь, опустились на колени, приветствуя их.
— Мастер Юэ Фей, госпожа Чжоу, — бормотал ошарашенный монах. Никто не ожидал, что они выйдут из своих покоев. Остальные монахи принялись торопливо кланяться. Один лишь Нептун не спешил сгибаться в поклоне.
Хозяйка Чжоу сделала рукой взмах, призывая всех подняться и принимая уважительное приветствие своих подданных. Мастер Юэ Фей тем временем оглядывал Нептуна:
— Твоё послание истинно? — голос юноши звучал громко и повелительно.
— Стал бы я тащиться в эти богом забытые горы, если бы это было не так, — грубовато ответствовал Нептун.
— Нептун?! — одернула его хозяйка Чжоу. В её голосе звучал укор и предупреждение.
— Прошу меня простить, тётушка Артемида и дядюшка Аполлон. Я просто устал, мои кости промерзли. Я летал на спине дракона в течении нескольких недель, побывал еще двух других храмах, пытаясь вас найти. До Самайна осталось меньше трех недель и …
— И тебе нужно выспаться. Ты всегда такой капризный, когда не выспишься, — улыбнулась Артемида.
— Точно. Всего четыре часа, больше я не сплю, вы же знаете, — вздохнул Нептун.
— Знаю, но если ты при этом продолжишь нам грубить, тебе от меня достанется, обещаю, — заявила худенькая девушка, яростно сверкнув глазами цвета летнего неба. Она стояла, уперев руки в бока, и при её росте в пять футов шесть дюймов против синекожего мускулистого Нептуна ростом в шесть футов пять дюймов смотрелась забавно.
Нептун покачал головой, усмехаясь, сгреб девушку в охапку и сжимая в объятии.
— Да, вы ни капельки не изменились. Разве что дядя Аполлон слегка подстригся, — хохотнул он, радуясь встрече с родней, как ребенок.
Артемида не удержала сурового взгляда и рассмеялась в ответ.
— Пойдем, я накормлю тебя, дружок. А потом можешь освежиться в теплом бассейне.
Монахи, прислуживающие в храме, продолжали молча таращиться. Им никогда прежде не доводилось видеть Просвещенных, ведущих себя столь просто и естественно, даже по-домашнему как-то.
Аполлон бросил сокрушенный взгляд на Зерина и Хардала.
— Вы двое пришли в неудачное время. Я могу поручить ваше обучение преподобному Иену, но ни я, ни благородная Чжоу не сможем уделить вам время, так как мы покидаем храм.
Монахи издали дружный потрясенный возглас. А главный монах, которого Аполлон представил, как Иена, жалобно переспросил:
— Вы оставляете нас, мастер Юэ Фэй?!
Аполлон кивнул.
— Старый наш враг вернулся, и мы должны объединиться против него.
— Но посланник сказал, что ему требуется лишь какой-то элемент от вас, — тоскливо протянул другой служитель культа.
— Избранному потребуется больше, чем элемент, — очень серьезно произнес Аполлон, раскрывая ладонь, на которой тут же заплясал небольшой вихрь. — Ему нужны мы, чтобы встать плечом к плечу против исчадия Зла.
— Мы будем сражаться вместе с вами! — воодушевился главный монах, его взгляд засветился фанатичным огнем.
Аполлон похлопал священника по плечу, улыбнулся и отрицательно качнул головой.
— Нет, друг мой. Я знаю, что ты готов вступить в бой по первому зову, но это очень старая война и воины для неё были выбраны в незапамятные времена.
— Вернетесь ли вы к нам? — с робкой надеждой спросил кто-то из притихшей толпы.
Аполлон перестал улыбаться и окинул своих подданных внимательным взглядом прежде, чем ответить.
— Буду честен, я не знаю. Всё будет зависеть от наследника Гипериона и Хранителя Внешнего Царства. — улыбнувшись на последок расстроенным монахам, Аполлон махнул путникам следовать за собой. — Идемте в дом. Сдается мне, Зерин, тебе не помешает изрядно подкрепиться.
Эльф в изумлении воззрился на него.
— Вы знаете моё имя?!
Аполлон рассмеялся весело и беззаботно, как старой шутке.
— Вы просидели под моими дверями едва ли не год, неужели думаете, я не знаю ваших имен? Пойдем-пойдем, а то голодный Нептун вам ничего не оставит.
* * *
За две недели до Хэллоуина (Самайна)
Джинни стояла на пороге новой комнаты, которую они только что обнаружили. Помещение было совсем небольшим, но было заперто парселмагией. Счастливый Арджун едва ли не приплясывая с Каа на плечах, подошел к девушке.
— Это лучше, чем я мог надеяться! — в предвкушении шептал он.
Джинни улыбнулась ему.
— Да. Над входом и на стенах есть надписи. Но это не руны как в комнате, что мы нашли на прошлой неделе, а парселскрипт. Если я всё правильно понимаю, то это даже не надписи, а скорее история. В ней говориться о Наге… В действительности я не совсем уверена, этот Нага зовется Великой Королевой Наг.
— Великой Королевой?... Не так ли они называли василисков?
— Да, но Нагами так же звали и волшебников, которые могли превращаться в змей. Змея была их анимагической формой, — задумчиво проговорила Джинни, продолжая разглядывать полустертые письмена.
Каа развернул кольца и, подняв плоскую голову, зашипел:
— Не ограничивай с-ссвоё мыш-шшление, маленькая Нага. Даже мне очевидно то, о чем идет речь. Открой с-ссвой разум и пойми.
Джинни перевела свой взгляд со змеи на надписи и сосредоточилась. Она прочла короткую историю еще раз, и еще и лишь потом обернулась к Арджуну.
— Здесь говориться о ведьме, которая может становиться василиском, то есть василиск был её анимагической формой, — заключила она.
Арджун с мгновение хлопал ресницами, переваривая полученную информацию, а потом выдал:
— Это невозможно!
— Возможно, — упрямо твердила Джинни. — Гарри может становиться Грифоном, так же как и Годрик. Мерлин оборачивался Единорогом. Значит, это возможно! Мы считаем Гарри уникальным волшебником, как и до него считались Основатели, но я уверена, они не единственные маги в истории с волшебными животными в качестве анимагических форм. Давно ли маги начали вести летописи? Мы худо-бедно знаем о событиях последних двух или трех тысяч лет. А ведь нам известны храмы и памятники более ранних времен. Почему бы Великой Королеве Наг не существовать в те времена? Согласно этой записи на стене, она действительно была! — уверенно заключили Джинни.
Арджун нерешительно пожал плечами и попросил дословно перевести таинственные письмена. Джинни прочла, но не слово в слово.
— Тут говорится о том, что она была Королевой в чужом краю и пришла она сюда в поисках своего партнера. Тот погнался за злым Гарудой, который обидел её… Лакшми! Её имя было Лакшми! — воскликнула Джинни, наконец, разобрав часть непонятных полос и завитков.
— У нас есть легенды о королеве Лакшми. В одной из легенд говорится, Лакшми была королевой Атлантиды, мужем её был Шива. Но там упоминается, о том,что они прибыли сюда вместе и основали новый мир. Некоторые ученые даже утверждают, что вся Индия произошла от них, другие же уверены, что они выбрали Индию, чтобы начать здесь новую жизнь, — сказал Арджун. Глаза его сделались огромными, в них светился восторг первооткрывателя.
— Если верить этой истории, — Джинни указала рукой на таинственную надпись. — Индия существовала и до прихода Лакшми, так как в ней упоминается большой город на берегу реки, где она искала своего супруга… Да, действительно, имя ему Шива, он тоже был василиском и называли его Великий Король Нагов. Шива пришел на эту землю первым и бился с королем средних земель, так как тот скрывал Гаруду. Тут говорится, что у Шивы глаза светились зеленым светом. Не понимаю, что это может значить… — под конец сбилась Джинни.
— Глазом Шивы был огромный чистый изумруд. Он до сих пор почитается священным камнем среди Нагов. Салазар Слизерин получил осколок этого изумруда, который он использовал в различных артефактах, что бы защитить других магов от его василисков. Вероятно, изумруд действительно выполнял функцию глаза. Так же как некоторые магглы используют стеклянный глаз, заменяющий настоящий. У Шивы видимо был изумруд, — предположил Арджун.
— Еще тут сказано, что Шива почти лишился ума от ярости и использовал свою магию, что бы превратить Гаруду в камень, но тому удалось сбежать. Шива плакал, от его слез шел дождь один цикл Луны, пока его любимая не пришла к нему. Вместе они решили обосноваться в этих землях и начать новую жизнь рядом со слезами Шивы. Они совершенно очевидно были магами, так как построили стену, которую могли видеть лишь змеелюди.
— Видимо они возвели этот храм, а слезы образовали озеро, на берегу которого он стоит, — догадался Арджун.
Джинни кивнула в знак согласия и продолжила перевод:
— Гаруда вернулся и, следуя за змеелюдьми, нашел их. Шива вступил в битву, дабы защитить своих людей. Долго и трудно шел бой. Шива был убит. Гаруда собирался использовать свой огненный меч, что бы забрать свой трофей, как охотник на кровавой охоте, но в бой вступила Лакшми и сражалась с ним. Тут говорится, что гнев её был страшен. Она боролась так, как могут биться лишь те, кто потерял половину своей души. Гаруда не устоял, он был сильно ранен, и ему пришлось бежать от гнева Лакшми. После смерти супруга Лакшми решила покинуть это место. Жрецы магии змеелюдей умоляли её остаться и защитить их, если Гаруда вновь вернется. Тогда она оставила им глаз Шивы. — Джинни замолчала, пытаясь прочесть окончание истории. Через минуту она продолжила:
— Лакшми создала Великих своей магией. Тут так же говорится, что змеелюди принесли свои жертвы. Она вдохнула в них свою магию, и они стали Великими. Жрецы-змеелюди считали Лакшми богиней, так как она смогла созидать новую жизнь без партнера.
— Вероятно, она была первой и единственной, кто придумал использовать куриное яйцо и жабу, чтобы создать василиска. А потерянная часть души могла означать гибель её любимого супруга, — решил Арджун.
Он ждал от помощницы согласия или хотя бы кивка, но Джинни молчала. Она продолжала рассматривать стену. Через минуту она зашипела на парселтанге, и часть стены открылась, обнажая темный проход.
Обернувшись к затаившему дыхание Арджуну, Джинни пояснила, что этим проходом пользовались жрецы храма, когда приносили жертву своей богине.
Арджун был одновременно взволнован и напуган. Несколько минут прошли в напряженной тишине пока Арджун не решил спросить совета у своего друга.
— Каа, что, по-твоему, мы должны сделать? Как поступить?
Всё время, пока Джинни читала историю, Каа не проронил ни звука, но когда его мнением поинтересовались, он ответил:
— Я не чувс-сствую запаха кого-то из Великих, но внутри нас-сс может поджидать множес-сство опас-ссностей. Мы, с уважаемой Нагой могли бы пройти туда, как змеи, и пос-ссмотреть, что там. Это может быть безопас-сснее для нас-сс.
Джинни поспешно перевела. Арджун переводил неуверенный взгляд со своей помощницы на старого друга, но после минутного колебания все же кивнул, снимая змею с плеча.
Обернувшись коброй, Джинни могла двигаться значительно быстрее, чем в облике человека, но всё же не достаточно быстро из-за своих травм. Каа замедлял свой темп с тем, чтобы они двигались рядом друг с другом.
Две змеи плавно скользнули в темный провал открывшегося хода. Оба они могли видеть в темноте, однако Джинни раз или два пришлось останавливаться с тем, чтобы прошипеть заклинания, снимающие магические барьеры на пути. А узкий туннель, по которому ползли змеи, всё длился и длился. Через какое-то время потолок под ними начал подсвечиваться тусклым сине-зеленым люминесцентным светом. Джинни прошипела Каа, что это похоже на то, как Гарри и её брат описывали помещения в палатах Слизерина. Это давало предположение, что сейчас две змеи находятся под озером. Каа ответил, что это имело смысл, потому как Великая Королева Манаса рассказывала, что нашли раненного Гаруду на скалах в дальней части озера. Джинни предположила, что-то была вторая попытка Гаруды атаковать Лакшми, так как события эти происходили всего лишь около тысячи двухсот лет назад.
Узкий коридор выводил в большой светлый зал, даже на расстоянии были видны всполохи Негасимого огня, пылающего посреди большого помещения. Когда до входа в зал оставалось лишь десять футов, между Каа и Джинни выдвинулась огромная каменная глыба, перекрывая проход и разделяя их. Ужас обуял девушку, когда она поняла, что осталась совершенно одна.
Вернув себе человеческий облик, Джинни попыталась отодвинуть массивный заслон, искала какой-нибудь намек на рычаг или иной способ открыть блокированный проход, но тщетно. Выбора не осталось. Джинни медленно пошла по коридору вперед, ступая осторожно и держась руками за стену. Идти было трудно, день выдался нелегким и она много ходила сегодня, а трость на которую она привыкла опираться при ходьбе, осталась возле Арджуна. Решив не искушать судьбу, Джинни вновь обернулась коброй и вползла в ярко освещенный зал. Запаха живых существ не ощущалось, и девушка немного расслабилась.
Джинни вновь стала человеком и принялась осматриваться. Зал был богато украшен. Несколько величественных статуй, изображавших василисков в полный рост, располагались вдоль стен, чем-то напомнив Джинни Тайную Комнату. На самих стенах висели картины и виднелись какие-то надписи на парселскрипте. Джинни медленно двинулась вдоль стен. На одной из картин была изображена красивая девушка в компании с темноволосым юношей. Они сидели на берегу озера, о чем-то болтали и смеялись. Глаза юноши сверкали изумрудной зеленью. Джинни с тоской подумала о Гарри. Слабая улыбка коснулась её губ. Она всё еще любила Гарри, но понимала, что счастлив он будет именно со своим избранником. Надпись над картиной говорила о ценности истинной любви.
Ей хотелось пройтись вдоль стен и рассмотреть остальные картины, прочесть все надписи, но натруженная спина разболелась, ноги с трудом держали её худенькое тело. Поискав место, куда бы она могла присесть, Джинни неожиданно ощутила, что за ней кто-то наблюдает и не просто наблюдает, а магически прощупывает. Она опасливо обернулась, но никого поблизости не увидела. Страх буквально сковал её сердце. Джинни торопливо вытащила палочку и приготовилась защищаться.
В джининой короткой жизни бывали тяжелые моменты, научившие её быть настороже. Она замерла у стены и внимательно обшаривала настороженным взглядом всю залу. Когда взгляд её уперся в статую самой крупной статуи василисков, по спине пробежал холодок интуиции. Почти минуту девушка не сводила взгляда со статуи, и к её ужасу статуя улыбнулась ей.
Джинни сорвалась на крик. Нервы были на пределе.
Василиск тяжело скользнул с постамента и двинулся к ней. Рептилия была меньше чем Манаса или то чудовище, что обитало в подземельях Хогвартса, но всё же была огромной и жуткой. Глаза василиска светились желтым светом, однако на анимага, чьей анимагической формой была змея, они повлиять не могли. И, тем не менее, Джинни окаменела. От страха и паники. Сердце её бешено колотилось в груди, мысли метались, ища выход из положения. Она встала бы на колени, если бы тело ей повиновалось, но всё на что она была сейчас способна, так это низко склонить голову и прошептать:
— Великая Королева Лакш-шшми?
— Ты не принцесс-сса, ты не из этих земель… Что ты здес-ссь делаеш-шшь? — прошипел в ответ василиск.
— Этот храм был погребен под пес-ссками на пятьс-ссот лет, его обнаружили лиш-шшь недавно. Мы исс-сследуем его, о Великая Королева. Я приехала из западных земель, чтобы помочь в рас-сскопках. Я змееус-сст.
— Твои волос-ссы того же цвета, что и у моего врага! Он мог пос-сслать тебя с-ссюда, так как он знает, что ни один мужчина не с-сспос-ссобен проникнуть в этот зал. Однако ты повреждена и не можеш-шь иметь детей, а твоя душ-шша тос-сскует по любимому, который больш-шше не с тобой. Это может быть уловкой… Да, уловкой, которая зас-сставила бы меня покинуть моё тайное убежищ-щще, — шипел василиск.
Джинни показалось, будто змея говорить это больше для себя, чем обращается к ней. Она подумала о Манасе и, решившись, больше не глядя на василиска произнесла:
— Ес-ссли вы желаете убедитьс-сся в моей ис-сскреннос-ссти, загляните в мою душ-шшу, и вы увидите мою жизнь и намеренья.
Василиск остановился, раскачиваясь из стороны в сторону, будто раздумывая над её словами, затем приказал поднять взгляд. Джинни глубоко вздохнула, как перед прыжком в воду, подняла голову и посмотрела в глаза огромной змее. Большие желтые глаза буквально пронизали её взглядом, проникая в сознание. Джинни почувствовал, как парселмагия буквально раскрывает её разум и чувства навстречу этому вторжению.
Воспоминания о жизни Джинни Уизли быстро мелькали перед её широко распахнутыми глазами, как красочные отрывки кинофильмов. От самого детства до юности. Когда Гарри впервые возник в воспоминаниях, картинка задержалась, затем мелькание кадров продолжилось. В те моменты, когда Гарри с успехом решал ту или иную масштабную задачу, магия останавливала течение времени или даже просматривала этот сюжет еще раз. Это был странный опыт для Джинни. Вскоре она научилась чувствовать эмоции василиска на различные события из воспоминаний. Неожиданным всплеском эмоция василиск отреагировал на появление в воспоминаниях Фоукса, гневное раздражение при просмотре событий Тремудрого турнира, а затем снова злость, когда Джинни впервые подливает Гарри любовное зелье. Финальная битва так же была просмотрена с особым вниманием. А наказание, которое Гарри придумал для Джинни и собственноручно исполнил, вызвало у рептилии шипящий смех.
Затем снова был гнев во время битвы с Элдрихом и…, неожиданно, магия василиска едва не выжгла разум Джинни, резко приближая и увеличивая изображение диска в руке Элдриха. Когда следом появился Гарри и стегнул его огненным кнутом, парселмагия немного успокоилась, а Джинни содрогнулась от пережитого шока. Магия василиска продолжила своё путешествие по воспоминаниям девушки, концентрируясь в основном на Гарри. Столкновение с василиском в Тайной Комнате было встречено с любопытством, но без особых эмоций. Вид измученной Манасы вызвал сострадание, бал Северуса заинтриговал, а демонстрация яйца, рожденного от двух василисков, всколыхнул волнение. Под конец магия задержалась на портрете Основателей, затем окинула вниманием обнявшихся Гарри и Северуса, а затем покинула разум Джинни.
Не говоря больше ни слова, василиск развернулся и заскользил прочь, скрываясь в том проходе, из которого недавно вышла сама Джинни.
Джинни облегченно вздохнула и буквально сползла по стене от слабости. Через несколько минут она нашла в себе силы применить несколько заклинаний из раздела парселмагии для избавления от головной боли, которым её научила Манаса.
Джинни пробыла в зале еще около часа. Ей пришлось несколько раз принимать свою анимагическую форму, чтобы унять боль в поврежденной спине и ногах и хоть как-то передвигаться по залу. Несмотря на усталость, она понимала, что должна всё как следует здесь осмотреть, так как второго раза ей, возможно, уже не представится. Наконец, Джинни услышала чьи-то шаги. Да, да, именно шаги.
Вернув себе человеческий облик, Джинни напряженно смотрела в сторону темного прохода, в котором скрылся василиск. Спустя несколько мгновений из него вышла очень красивая молодая женщина, можно даже сказать девушка, ненамного старше самой Джинни. Волосы её были темными, блестящими и густыми. Статная фигура была закутана в черное сари, на плече такая же черная котомка.
Увидев женщину, Джинни почтительно склонила голову.
— Не опус-сскай голову, Джиневра. Я предпочитаю видеть глаза людей, с-сс которыми разговариваю, дабы понимать, что они ничего не с-сскрывают от меня.
Джинни подняла голову и не зная, что сказать, произнесла тихо:
— Вы можете звать меня прос-ссто Джинни.
— Ты тоже можеш-шшь звать меня Лакшми. А теперь Джинни нам нужно с-сспешить. Гарри и С-ссеверус-сс нуждаются в нас-сс. Ос-сстальные тоже придут, — сказала Лакшми, направляясь по коридору к той каменной преграде, что разделила Джинни с Каа. Лакшми приложила ладонь к камню, и тот камень легко подался в сторону, открывая проход.
По другую сторону от преграды они обнаружили Каа, Арджуна, Сунила и пятерых добровольцев с кирками и лопатами, пытающихся открыть проход и вызволить Джинни.
Арджун уставился на молодую женщину, представшую перед ним, с открытым ртом, поскольку она была не Джинни, но при этом издавала шипящие звуки. Каа молниеносно бросился на плечи хозяину, обвился вокруг его головы, закрывая тому глаза. Арджун, потерявший на время из поля зрения объект для изучения, услышал недовольное шипение, а затем усталый голос Джинни. Она заговорила на английском:
— Арджун, Королева Лакшми очень недовольна. Она не любит, когда мужчины приближаются к её дому. Она оглушила остальных мужчин, вам же она дает разрешение проводить раскопки в наружной части храма, но хочет, чтобы внутренние помещения остались неприкосновенны. Мы с ней отправляемся в Хогвартс к Гарри и Северусу. Потом я обязательно вернусь обратно.
Арджун не посмел возразить, да, в общем-то, он бы и не успел. Громкий шипящий звук, шипящий ответ Джинни, горячая волна магии и всё. Через несколько секунд, Каа освободил глаза Арджуна. Зельевар и археолог обнаружил себя стоящим на просторной, закрытой со всех сторон высоким каменным забором, площадке перед развалинами храма вместе с застывшими как статуи Сунилом и его помощниками. Арджун возвел глаза к небу, пробормотал молитву, вздохнул и подумал, что придется варить зелье из мандрагор для своих спутников. Он задался вопросом, не следует ли и ему отправиться в Хогвартс. От этих мыслей его отвлек громоподобный рев и испуганные крики рабочих за наружной стеной храмового комплекса. Каа рассерженно зашипел, а Арджун бросился на шум.
Молодая женщина в черном сари с простой черной сумой через плечо и ядовитой коброй на шее вместо цветного шарфа, деловито руководила приземлением большого серебристо-серого дракона. Дракон был огромный, а места для посадки мало, он злился, хлопал кожистыми крыльями, ревел и пускал из ноздрей дым. Еще два его собрата кружили в небе. Наконец, дракону удалось приземлиться на сравнительно небольшой пятачок земли, заросший чахлой травой. Выпростав крыло в сторону, дракон позволил женщине взобраться по нему на спину. Оседлав дракона, как коня, женщина не перестала выглядеть чрезвычайно изящно. Змея на шее её ничуть не портила. Только сейчас Арджун вспомнил, что анимагическая форма Джинни именно королевская кобра. Всё встало на свои места. Дракон взлетел и через несколько минут исчез из виду.
* * *
За неделю до Хэллоуина.
Джинни грелась на солнышке на песчаном пляже маленького островка, затерянного где-то в Средиземноморье. Точнее, она убеждала себя в том, что грелась и отдыхала. На самом деле её пребывание на острове не было каникулами или отпуском. Джинни находилась в центре одного из самых захватывающих приключений в своей жизни: поиске бессмертного короля Атлантиды. Приподняв голову с лежака девушка огляделась, трое её спутников: два дракона и василиск что-то бурно выясняли друг у друга. Драконы пускали из ноздрей дым, выражая своё несогласие, а василиск шипел. Это спорили Аполлон с Артемидой в анимагической форме драконов, а так же Лакшми в виде устрашающей, но вызывающей восхищение змеи.
Джинни вымучено улыбнулась и помахала им рукой. Она всегда мечтала присоединиться к золотой троице друзей: Рону, Гермионе и Гарри в их бесконечных, многочисленных приключениях. Но её никогда не брали с собой, за исключением той ужасной истории с дневником, где она повела себя отнюдь не лучшим образом. И вот сейчас, когда, казалось, наступил её звездный час, она лежит на песке напуганная и растерянная, мечтающая, что бы всё поскорее закончилось, и она снова оказалась в своем привычном мире, где-нибудь в уютном прохладном кабинете за переводом древних манускриптов.
Да, она была гриффиндоркой, но перспектива снова оказаться втянутой в очередную войну, её пугала. Джинни была не в состоянии сражаться. Самые простые движения причиняли её телу мучительную боль. Она вздохнула и с тоской посмотрела на изящную трость, собственноручно сделанную для неё заботливой Артемидой. Трость была произведением искусства и была удобна, но всё же Джинни предпочла бы обходиться без неё.
Трое анимагов вернули себе человеческий облик и направились к шатру. Лакшми поманила Джинни к себе и пояснила девушке, что они решили отправиться на поиски короля немедленно. Они планируют отыскать его за день или два. Джинни даже не пыталась увязаться за ними. Ей это было не под силу. Она просто кивнула в ответ и пожелала им скорейшего возвращения. Лакшми ласково улыбнулась ей, превратилась в василиска и поспешила за своими спутниками в море. Два похожих друг на друга дракона стояли у кромки воды, нетерпеливо поводя головами. Артемида взмахнула крылом, ветер всколыхнулся, ускорился и вот уже небольшой торнадо закрутился над водой. Воронка вихря опустилась на воду, образуя кольцо вокруг путешественников, набирая силу. Вскоре лишь далекие всплески, исчезающие где-то на горизонте, говорили о том, что здесь только что были диковинные существа.
— Как же, наверное, здорово путешествовать в торнадо, — вздохнула Джинни, провожая взглядом уходящую по воде рябь.
— Думаю, это несколько нервирующий опыт, если только ты не воздушный элементаль, — ответил ей глубокий низкий голос со стороны.
Джинни обернулась. Рядом с ней, так же вглядываясь в горизонт, стоял Нептун. Приблизившись еще на пару шагов, он сел возле неё на песок, скрестив ноги. За последнюю неделю они почти не общались, так как девушке приходилось почти всё время находиться в своей анимагической форме. Силы её были на исходе, а перемещаться свободно она могла лишь будучи змеей.
— Вы ведь и есть Гигантский Кальмар? — спросила Джинни, с любопытством разглядывая синекожего великана. Он кивнул. — Разве тебе не хотелось бы отправиться в плаванье вместе с ними? — поинтересовалась девушка, кивая на море.
— Я не люблю соленую воду, — поморщился Нептун. Джинни улыбнулась. — Хотя старого короля я бы повидать снова не отказался бы.
— Как он выглядит? Кит или келпи?
Нептун засмеялся, но ответил: — Кракен.
— Кракен?! — удивленно воскликнула Джинни. — Чувствую себе маглорожденной в волшебном мире. Мне казалось, что меня трудно удивить, но в мире оказывается так много неизведанного! Кракен! Подумать только!
— Просто этот уровень магии немного выше, чем тот который вы получали в Хогвартсе, — утешил её Нептун. — Тысячи лет мы живем на этой земле. Было бы ужасно обидно, если бы мы при этом оставались на том же уровне, что и обычные маги, не так ли?
— Вы действительно знали Основателей? — снова заинтересованно спросила Джинни.
— Мы были отличными друзьями. Именно поэтому я согласился стать Хранителем школы.
— Могу я еще кое-что спросить? — обратилась к нему девушка.
Нептун кивнул, хотя у него появилось такое чувство, что он знает, о чем будет этот вопрос.
— Почему вы не пришли к нам на помощь в финальной битве против Волдеморта?
Нептун вздохнул. Как он и ожидал, вопрос оказался не из легких.
— Я не мог вмешаться. Том был таким же наследником Хогвартса, какими являются Гарри и Невилл. В каком-то смысле, эта битва была сражением только трех людей: Тома Риддла, Гарри Поттера и Невилла Лонгботтома. Остальные ничего не решали. Лично для меня эта битва символизировала спор за собственность. Как я относился к каждому из участников, значения не имело. У каждого из них было законное право на Хогвартс. Как бы это попонятнее объяснить тебе? Вот представь, что твои братья Чарльз и Персиваль задумали спор, кто из них получит Нору после смерти ваших родителей. Чарльз желает оставить всё как есть, а Персиваль хочет продать эту землю и построить новый дом в другом месте. Каждый из них имеет право на Нору, даже если ты лично поддерживаешь решение Чарльза. Теперь ты понимаешь?
— Думаю, что понимаю. Вот только принять это сложно, ведь столько хороших людей погибло в той битве.
— В любой войне гибнет много добрых людей, — печально ответил ей Нептун.
Они надолго замолчали, задумавшись каждый о своем. Засидевшись на месте, Джинни попыталась сменить неудобную позу и застонала от боли прежде, чем успела подавить стон.
Нептун критично оглядел худенькую фигурку страдающей девушки.
— Тебя всё еще мучают боли? Тебе следовало бы сначала закончить лечение, а уж потом отправляться в дальние страны на поиски приключений, — произнес он, качая головой.
— Знаю, — пробормотала Джинни, стискивая зубы. — Только я не из тех, кто способен валяться в постели несколько месяцев ничего не делая. Мне нравится быть полезной Арджуну и его археологическому проекту. А еще мне очень повезло встретить Лакшми. Придется потерпеть, я ведь не хочу стать обузой для остальных.
— Хочешь я научу тебя лечить саму себя? — как бы между прочим предложил Нептун.
Не находя слов, Джинни сглотнула сухой комок в горле и кивнула. Нептун взялся за обучение со всем энтузиазмом, с каким всегда брался за любые свои начинания. За следующие два дня Джинни, как прилежная ученица, освоила древнюю технику медитации и научилась подключаться к внешней магии, окружавшей весь мир, каждый предмет и черпать из неё свои силы. Этот уровень был выше того, чему недавно научила девушку Манаса. Применяя приемы Нептуна, Джинни могла взаимодействовать с Землей, по которой ходила, получая от Земли дополнительную поддержку и облегчая давление на сломанный позвоночник. От трости полностью отказаться не удалось, но мучительная, постоянно терзающая тело боль ушла.
На рассвете третьего дня Нептун заметил волнения на море и довольно усмехнулся. Такому знатоку водной стихии ничего не надо было объяснять. Он в приподнятом настроении отправился готовить завтрак на несколько персон.
Спустя около получаса Аполлон и Артемида присоединились к нему за столом.
— Что он сказал? — спросил Нептун, не поворачивая головы и продолжая помешивать что-то на плите.
— Посейдон остается охранять подход к вратам на случай, если мы не справимся, — ответил Аполлон.
Нептун хмыкнул. Примерно этого он и ожидал.
— Он по тебе скучает, между прочим, и жалеет о том, как нехорошо вы расстались, — с легким укором заметила Артемида, сверля взглядом спину Нептуна.
Тот, почувствовав зуд между лопаток, оглянулся и задорно улыбнулся тётке:
— То, что произошло в далеком прошлом, я тысячи лет назад ему простил. Однако тётушка Артемида, посмотри на проблему реально. Я не могу отправиться в море, в то время как он может плыть в любые воды. Когда он будет готов поговорить со мной, я встречусь с ним. Если он будет готов, то сам придет ко мне. Мой «адрес» он знает, «переезжать» я не собираюсь.
Артемида улыбнулась. Ей никогда не удавалось сохранять строгий взгляд, пока Нептун так весело улыбался. — Где Джинни? — спросила она, желая сменить тему разговора.
— Принимает ванну в речной заводи к северу от нас. Я пришел к выводу, что девушки — это особые существа, для которых чистота тела является особо важным пунктом программы, — проворчал Нептун. Было решительно непонятно, нравится ему эта любовь к чистоплотности в Джинни или нет.
Артемида закатила глаза, Аполлон расхохотался. Оба они были рады отметить прогресс Джинни в магии, когда она минут через десять присоединилась к ним за завтраком.
Лакшми появилась только через полчаса. Она выглядела уставшей.
— Таких упражнений у меня не было уже тысячу лет, — пожаловалась она, без сил опускаясь на своё место. Сотрапезники переглянулись с улыбкой.
— У меня есть отличный метод тренировки. Можешь взять себе на вооружение, пока не наберешь хорошую форму, — весело предложила Артемида, выхватывая свой массивный меч и начиная раскручивать его над головой без каких бы то ни было видимых усилий.
— Спасибо. Я пока воздержусь. Мне нужно отдохнуть немного. Какие-нибудь пять-шесть сотен лет, и я буду в полном порядке, — фыркнула Лакшми, принимаясь за завтрак. Её высказывание вызвало приступ бурного веселья за столом.
— И правда, к чему тебе тренировки, весишь ты всего лишь какие-то жалкие девять-десять тысяч фунтов… — фыркнул Нептун, чем вызвал очередную волну хохота Аполлона и Артемиды.
Лакшми с деланной сердитостью поднялась с места и уперла руки в бока:
— Знаешь, малыш, я сейчас такая голодная, уставшая и злая, что даже такой щуплый кальмар как ты выглядит для меня вполне привлекательной закуской, — проворчала она.
Нептун взревел от смеха, руки его ходили ходуном, когда он передавал Лакшми тарелку с жареными перепелами. Хищно улыбнувшись, Лакшми приняла угощение и кивком поблагодарила его.
Джинни смотрела на них и думала о великих бессмертных, чья мощь до сих пор находилась для неё за гранью воображения. Было просто невозможно поверить, что вот они сидят у костра как обычные люди, едят, шутят, смеются. И этим они снова напомнили ей Гарри, Рона и Гермиону. Джинни со вздохом припомнила, чем закончилась эта нерушимая когда-то дружба.
— Ладно, давайте выдвигаться. У нас в запасе лишь несколько дней, если наши расчеты верны, и они всё же придут разрушить Древо Друидов и забрать Северуса, — сказал Аполлон, поднимаясь на ноги.
— Я до сих пор не верю, что Осирис предаст нас, — покачал головой Лакшми, поднимаясь следом.
— Я не верила, что Салация способна утопить Атлантиду, но она это сделала. У каждого из нас есть критическая черта, за которую нам не следует заходить, — с грустью заметила Артемида. Аполлон приобнял жену за плечи и она улыбнулась ему с нежностью и любовью.
Нептун откашлялся, привлекая к себе внимание влюбленной пары.
— Пора отправляться.
* * *
Два дня до Хэллоуина.
Посейдон поплыл к Атлантиде, ему предстояло донести сообщение до Салации. Ему следовало бы быть там, по крайней мере, на два дня раньше, но он следовал эти два дня за Лакшми, разговаривая с ней на расстоянии. Им было что обсудить. Затем он кружил на мелководье вблизи лагеря бессмертных, надеясь увидеться с сыном и поговорить с ним. Скрываясь за прибрежными камнями, он проследил за тем, как уставшая Лакшми подходит к шатру. Ничто не скрылось от зоркого взора короля атлантов. Он видел, как встречали Лакшми её спутники, как сын его, красивый и могучий воин, шутил и смеялся. А вместе с ним и улыбался его гордый отец. Однако на сердце короля лежала грусть, ведь именно по его вине родной сын его большую часть жизни провел в своей анимагической форме, без возможности жить в собственном теле. Нептуну досталась тяжкая доля, многое пришлось вынести, так же как и его матери. Посейдону было физически больно и одновременно приятно видеть сына. Лицо Нептуна напоминало ему о совершенном против жены предательстве. И лишь жалкая надежда теплилась в его груди, что однажды Салация найдет в себе силы простить его.
С этими невеселыми мыслями Посейдон направился к затонувшему городу. Возле врат-обелисков Посейдон принял свой человеческий облик. Он поступал так всегда, когда раз в году приплывал сюда, что бы принести ей новости о внешнем мире. Как правило, он появлялся здесь в годовщину их свадьбы, но не думал, что Салация помнила этот день или придавала ему какое бы то ни было значение. Однако сейчас всё изменилось. Мир снова на грани войны, и она должна быть предупреждена!
Посейдон подплыл к статуям и занял место в центре круга со вписанным изображением глаза. Статуи повернули к нему свои каменные головы и разомкнули уста:
— Какие новости принес нам великий король?
— Грядет война! Все наши готовятся к бою. Сражаться будут все, кроме наследника Гипериона. Я останусь здесь, на пороге города для защиты последней линии обороны, если они не справятся. Он пройдет сюда к тебе, лишь минуя мой труп, — промолвил Посейдон.
Статуи вернулись на исходные места и замерли беззвучно. Посейдон еще немного постоял у дверей храма, будто ожидая сам не зная чего, затем едва слышно прошептал:
— Прости меня моя любовь! — после чего направился обратно к вратам города. Уже у самых ворот он услышал скрип и обернулся. Счастливая улыбка озарила его лицо, он торопливо поплыл к распахнувшейся для него дверце храма.
* * *
Хэллоуин.
Брайан стоял на развалинах и глядел на дымящееся пепелище, которое еще вчера было небольшой частной клиникой. Им удалось спасти лишь нескольких пациентов, тогда как большая часть погибла в огне пожара. Миссис Грант, управляющая больницей, горько плакала, сидя на ступенях. Утешать её было некому. Брайан в закопченной и прожженной местами мантии вместе с командой авроров всеми силами пытались потушить пожар, но не слишком преуспели в этом. Теперь добровольные помощники из целителей клиники Св. Мунго старались помочь тем пострадавшим, кого удалось спасти от огня.
Его друг Фишер подошел к нему и задал лишь один вопрос:
— Сэт?
— Если бы приют Поттера так же не был бы атакован, я сказал бы, что это дело рук Питера Гилла. Миссис Грант говорит, что маги забрали Жерарда Гилла, затем заперли двери госпиталя и подожгли его, — тихо ответил Брайан.
— Спасти удалось всех? — затаив дыхание уточнил Фишер.
— Нет, — глухо ответил Брайан. — К счастью детей вывели всех. Здесь погибли все, кто находился на верхних этажах, включая, по крайней мере, одного целителя.
— Маглорожденные и сквибы из гарриного приюта?
— Все живы. Я послал охранять их лучших «стариков» из международного аврората. Здание сильно повреждено, но дети в безопасности. Я послал Бишопа и его команду проверить приют Риддла и еще одну бригаду на остров оборотней.
— Город Августас на границе поместья Принцев так же подвергся нападению, но я и мои люди успели вовремя. Горожане уверены, что это дело рук группы хулиганов из соседнего городка, которые постоянно соперничают с учениками местной средней школы. Гарри и Северус со своими семьями провели прошлый вечер в городке на ежегодном празднике урожая, — поделился своими невеселыми новостями Фишер.
— Таким образом, мы можешь считать это нападением на Гарри? — сделал вывод Уотсон.
— А возможно на Северуса. Я разделил своих людей. Одна часть выделена для охраны боксерского клуба, где живет Тобиас, другая охраняет дом Петунии и Марджори Дурсль. Возможно, Сэт ожидает, что Гарри примчится спасать кого-нибудь из своих подопечных или друзей. А может, он просто надеется их разделить, — высказал догадку Фишер.
— Есть ли хоть какие-то предположения, где они находятся? — Брайан впервые оторвав взгляд от развали и посмотрел на своего собранного, но явно расстроенного друга. — Винки говорит, что она пыталась пробиться к Гермионе, но не может настроится на неё. — С этими словами Уотсон кивнул на маленькую, перепачканную сажей домовую, суетящуюся возле детей.
— Подозреваю, что все они сейчас в Хогвартсе. Билл говорит, что Фред и Джордж были приглашены в замок для организации вчерашнего вечера. Однако ни я, ни Билл не можем до них добраться. Я несколько раз пытался проникнуть в Хогвартс, но не смог. Школа будто бы просто не существует. Гоблины и Билл не оставляют попыток, при этом Билл уверяет, что защита стоит такая, какую мы обнаружили на Тайной Библиотеке. Даже со специальной подготовкой пройти через неё практически невозможно, — хриплый голос Фишера выдавал его беспокойство.
— Мы знаем, что Сэт сейчас не может попасть в Хогвартс, но что если это нападение изнутри? — задумчиво проговорил Брайан, пытаясь решить головоломную задачу.
Оба они замолчали и несколько минут, сосредоточенно обдумывая эту идею. Неожиданно, практически одновременно они повернули головы друг к другу и произнесли мелькнувшую в их головах догадку едва ли не синхронно:
— Фоукс!
— Черт!!! Это было идеальное прикрытие! Вероятно, он попытался сломать щиты, что бы помочь своему брату проникнуть в Хогвартс.
— Но зачем? Ради чего стоило прибегать к столь изощренному плану, когда можно было просто похитить Северуса и передать его в руки Сэта? Северус чувствовал себя в школе в безопасности и даже покидал её несколько раз. Сдается мне, здесь дело не в одном лишь Северусе… — покачал головой Брайан.
— Библиотека! Со сломанными щитами он, вероятно, пытается проникнуть в Тайную Библиотеку. Однако, хранитель обладает собственной защитой, которая не зависит от щитов Хогвартса. Вот только Сэт может попытаться снова… А если он просто хочет добраться до школы? По моим данным Менес обладает чрезвычайно разрушительной силой. Известны случаи, когда его силами сжигались целые города и села лишь потому, что они восставали против его власти!
— О, я молюсь всем богам и надеюсь, что Хогвартс не сгорит так же, как эта больница, — голосом, в котором невозможно было скрыть настоящий ужас, прошептал Брайан.
— Нет, мой друг, Гарри никогда не позволит этому случиться! — воскликнул Фишер, но голосу его недоставало уверенности. — Этот парень удачливее Мерлина. Я не помню ни единой тайны, ни единой беды, с которой бы он не совладал.
Брайан обхватил себя за плечи.
— Только не на Хэллоуин! Что-то плохое с ним всегда случается именно на Хэллоуин!
— Именно поэтому он сейчас там. Нам не следует опускать руки. Мы должны сделать всё от нас зависящее, что бы час, когда у него беда, он всегда мог положиться на нас.
Коммуникационное зеркало Брайана завибрировало в кармане. Вытащив его, он увидел в отражении сосредоточенное лицо своего секретаря Марша.
— Я слушаю.
— Сэр, — взволнованно заторопился секретарь. — Портрет лорда Элиаса Принца требует связаться с вами. Он говорит, что что-то ужасное происходит в Хогварсте. Весь замок покрылся тьмой. Я пытался донести до него, что у нас чрезвычайная ситуация, но он кричит и требует вас немедленно.
— Я буду через минуту, — выдохнул Брайан.
— Школа во тьме, значит, магия в Хогвартсе больше не действует! Надо спешить! — воскликнул Фишер.
* * *
Назначив вместо себя ответственного, Брайан и Фишер аппарировали к Министерству. Нигде не задерживаясь, почти бегом друзья ворвались в кабинет главы Аврората, где по портрету нервно ходил туда-сюда Элиас Принц.
— Что там произошло?! — с порога спросил Брайан.
— В Хогварсе праздновали Хэллоуин, когда без всякого предупреждение по всей школе погас свет. Кричер говорит, что щиты Хогвартса пали. Ни Гарри, ни Невилл не чувствуют связи с Хогвартсом. Портреты обездвижены, даже Основатели. Лишь несколько личных эльфов откликнулись на призыв своих хозяев. Это домовик Гарри, Невилла и личный эльф семьи дос Сантос. По приказу Гарри, Кричер попытался покинуть Хогвартс, чтобы найти вас, но не смог. Все перемещения извне не выполняются. Однако мне всё еще удается перемещаться между двумя моими портретами. Подозреваю, дело в наличие волшебной связи между школой и родовыми поместьями Поттеров и Блэков. Эти магические здания продолжают подпитывать магией наши портреты. Адриан говорит, что он всё еще ощущает магию Принцев в Хогвартсе. Я так же улавливаю магию Валериана.
— Кричер здесь?
— Да.
— Мне нужно, что бы он нашел и привел Гарри или, по крайней мере, Минерву. Нам необходимо получить всю информацию о происходящем у вас там. Где ученики и учителя, есть ли пострадавшие? Нападавшие уже проявили себя? Мы уже поняли, что в Хогварсте что-то случилось, но так и не смогли проникнуть туда, — быстро и четко заговорил Брайан. Элиас коротко кивнул и покинул раму. Вернулся он лишь двадцать минут спустя.
Деятельный Алекс не выдержал ожидания и аппарировал проверить состояние поместий Принцев, Поттеров и Блэков и установить там дополнительную охрану. Брайан остался терпеливо дожидаться.
Элиас вернулся с обнадеживающей информацией, он рассказал, что Валериан и остальные призраки создали защитный экран вокруг учеников, преподавателей и нескольких гостей, приглашенных на праздник. Им ничего не угрожает. Сам Гарри, Невилл, Филиус, Северус, Дадли и Джарак отправились на поиски корней Древа Друидов, подозревая, что именно в сердце Древа Фоукс нанес свой удар. Рассказал Элиас и о сбежавшем вампире, которого Джарак взял под контроль, о Фреде, Джордже и Финоре, ставящих свои щиты вокруг школы, о кентаврах и русалках, вставших на защиту сопредельных земель.
Брайан кивал во время рассказа, одобряя решение защитников школы. Сам же он передал с Элиасом сообщение, что Алекс отправился проверить связь школы с поместьями, возможно, благодаря им, удастся восстановить магическую защиту Хогвартса.
Элиас пригладил бородку и объявил, что его вновь вызывают. Спустя несколько минут, пока портрет Принца пустовал, Элиас вернулся и передал новые сведения: Пивз освободил домовых эльфов из магического плена, и теперь Огден собирается помочь Гарри и Северусу. Гарри попросил Огдена постараться обнаружить источники магии в школе, необходимые для восстановления щитов школы, но магия Древа Друидов не действует. Чары, наложенные Фоуксом, никого не впускают и не выпускают из замка.
— Северус еще в школе? — уточнил Брайан.
— Да.
— Хорошо, — выдохнул Брайан с облегчением.
— Думаю, я знаю способ проникнуть туда! — с порог объявил запыхавшийся Алекс.
Впервые за несколько утомительных часов, Брайан улыбнулся. Глубокая морщина на лбу Элиаса немного разгладилась, он отправился передать защитникам замка добрые вести.
* * *
Гарри сжал ладонь Северуса, желая подбодрить. Так, взявшись за руки, они и вошли в Большой Зал. Центр зала, окруженный прозрачным защитным куполом, был поделен на три небольшие зоны. В одной из них были прямо на полу расстелены одеяла, где спали ученики младших курсов. В еще одной зоне были составлены столы с остатками праздничного ужина, на остальной территории разместилась основанная часть школьников и учителей. Все они сидели и ждали, тихо переговариваясь между собой. Никакой паники и слез. Когда Гарри и Северус появились в дверях зала, несколько учеников вскочили с места, а преподаватели поспешили к ним навстречу, желая поскорее расспросить обо всём. Портрет четырех Основателей был, наконец, активирован. Недовольные Основатели о чём-то тихо говорили Огдену. Гарри и Северус поспешили к ним.
— Вы должны как можно скорее вернуть семя Древа, без него Хогвартс погибнет! — прошептала Ровенна.
— Все существа, что обитают на наших землях, станут уязвимы! — вторила ей Хельга.
— Важнее всего, что Амон сможет проникнуть сюда и забрать Северуса! — шипел рассерженный Салазар.
В ответ Гарри поведал им, что Осирис и сам является потенциальным носителем.
— Ты должен остановить их, Гарри! Мы сможем защитить замок, дети в безопасности сейчас, щиты Валериана крепки. Ты должен остановить Амона и Осириса! — в полголоса рычал Годрик.
— Нам нужно найти способ вырваться из замка, — хладнокровно проговорил Огден. — Осирис использовал слово-ключ, что бы запереть нас здесь. Чары падут, если он сам снимет их.
— Или если он умрет, — тихо и очень серьезно добавил Гарри.
— Он феникс, Гарри. Фениксы бессмертны! — напомнил ему Годрик.
Гарри лишь качнул головой из стороны в сторону:
— Всё в этом мире тленно, Годрик… всё и все.
— Может, отправим Пивза? На него чары Осириса, кажется, не подействовали, — предложил Невилл.
— Нет, хоть фактически Пивз и не связан магией с замком, но покинуть эту территорию он не может, — отвергла предложение Ровенна.
— Кто-нибудь способен представить, что будет с миром, если мы выпустим туда Пивза? — пошутил Салазар, и Гарри передернул плечами.
— Но мы же должны найти какой-то выход! — воскликнул Невилл.
В Большой Зал вернулись Фред, Джордж, Финор и Дадли. Новости они принесли неутешительные. Сколько не искали они скрытые проходы и выходы, покинуть замок им не удалось. Даже секретный выход, что создал для Северуса Альбус, и тот не открылся.
— Русалки пытались уплыть с территории школы. Мы оседлали тестралов и пробовали взлететь, даже делали подкоп под воротами, но всё напрасно, — сокрушенно вздохнул Фред. Было видно, как огорчила его безрезультатность попыток.
— Эльфийские порталы не работают. Что бы мы ни предпринимали, не получается. Есть единственный положительный момент во всем этом, кажется, никто и ничто так же не способно проникнуть сюда, — продолжил за Фредом Финор.
Гарри принялся вышагивать взад-вперед, серьезно что-то обдумывая. Подняв взгляд на Финора, он уточнил:
— Где Джарак?
— Охраняет Владимира, — ответил тот.
Гарри кивнул и снова задумался.
— Мне нужно проверить Тайную Комнату, — наконец заявил он.
В этот момент как призрак в полумраке теней, отбрасываемых свечами, поднялась худая фигура Трелони и заговорила глухим грудным голосом:
— Пришло время Лорда-Защитника сделать решающий выбор. Семья или Мир? Библиотека под защитой, но ваша судьба ждет вас! — Произнеся эту патетическую тираду, предсказательница вновь рухнула без чувств на руки подоспевших к ней на помощь учеников.
— Чёрт возьми! — в сердцах выругался Поттер и устремился к выходу из зала. Северус темной тенью последовал за ним. На бегу Гарри вытащил из тайного мешочка кольцо Гонтов и плащ-невидимку. Снейп попытался что-то спросить, но Гарри решительно покачал головой. Поттер вызывал Смерть, и никому не следовало вмешиваться в их разговор. Северус понял это и отступил.
Смерть появилась из-за одной из колон холла так быстро, будто поджидала его там уже очень давно. Приблизившись, она глухо произнесла:
— Тысячу лет назад я дала обет невмешательства.
— Есть хоть что-то, что ты можешь сделать для меня?! — в отчаянье воскликнул Гарри.
— Всё, что ты попросишь, Мастер Смерти, — с легким поклоном ответила Смерть.
— Можешь ли ты спасти Хогвартс?
— Да, если ты прикажешь, как приказал мне вернуть Джерарда Гилла, — просто ответила Смерть и слезы наполнили глаза Гарри.
— Как мой друг, а не как подвластная мне сила, какой совет ты можешь дать мне? — шепотом произнес он.
— Как твой друг, я скажу, что тебе следует больше верить в себя и в способности других людей. Ты учился для этого, тренировался и готовился, но стоит помнить, то эта битва не только твоя. Если ты бросишь клич, многие твои союзники отзовутся и встанут плечом к плечу с тобой.
Чуть успокоившись, Гарри кивнул.
— Огден сказал, что помощь в пути.
— Да. Нептун отправился за помощью, — подтвердила Смерть.
— Остается надеяться, что они успеют вовремя, — вздохнул Гарри.
— Всё зависит от того, что они намерены спасать, Гарри. Я знаю, что за пределами замка тебя ждут те, кто жаждет добраться до тебя. Это твоя война, о доблестный воин! Прошу тебя помнить, что на каждой войне есть место смерти, любая война требует жертв, порой невинных, война — время трудных решений, а победа достается тому, кто не сдается.
Гарри через силу улыбнулся Смерти. Поттер поблагодарил своего мрачного союзника. Смерть качнула капюшоном и заскользила прочь, но остановилась в нескольких шагах.
— Запомни, Гарри, еще кое-что. Всё сущее когда-нибудь встретиться со мной. Всё сущее…
Гарри кивнул в знак того, что понял слова. Смерть бесшумно скрылась из виду. В пустынном холле стало чуть теплее, Северус сразу почувствовал это. На его глазах Гарри выпрямился во весь рост, сделал глубокий вздох и вытащил палочку из ножен на поясе. Снейп заворожено следил, как его супруг меняет одежду на боевые доспехи. Пара минут и перед Северусом стоит уже не его юный Гарри, а сильный и хорошо вооруженный воин с черным, как ночь, мечом в руке. Выражение лица Поттера было нечитаемо, но каждому, глядя на него, было бы ясно, что этот маг пребывает в боевой готовности.
Сделав короткий знак Снейпу, Гарри поспешил обратно в Большой Зал. Его появление в доспехах вызвало закономерный переполох. Собрав вокруг себя активную часть своей команды, Гарри начал отдавать распоряжения. Голос его звучал четко и спокойно:
— Всем приготовиться, в ближайшее время мы вступаем в решительный бой. Северус, ты останешься здесь. Годрик, Салазар, Ровенна, Хельга, мне нужна ваша магия. Вы должны защитить школу.
Годрик на портрете подчинился беспрекословно, один взмах рукой и его нарядная мантия обернулась сверкающими доспехами. Салазар последовал его примеру. Мантия Ровенны превратилась в хитон жрицы. И только Хельга продолжала вопросительно смотреть на Гарри.
— Мне не нужен целитель, мне нужна Валькирия. Мы находимся в состоянии войны и я, Гарри Поттер-Блэк, генерал армии Хогвартса призываю тебя, Хельга дева Валькирия встать в бою на мою сторону!
Все присутствующие в зале застыли в изумлении. Хельга решительно взмахнула рукой, её великолепные сияющие наряды сменились строгими черными боевыми доспехами с золотым щитом и изображенным на нем черным барсуком. Длинные золотые волосы скрылись под глухим сверкающим шлемом. Массивный, вовсе не девичий, меч в руке и жесткий взгляд давали каждому понять, что перед вами вовсе не милая девушка, а грозный противник. Хельга небрежно повела плечами, закованными в железо, по портрету пробежала молния, и леди Хаффлпафф широким шагом вышла из портрета. Ученики приветствовали её громкими радостными воплями, особенно шумными оказались хаффлпафцы. Годрик и Салазар переглянулись, весело подмигнули друг другу и так же вышли из рамы. Ровенна не стала задерживаться в опустевшей раме и последовала за ними.
— Не знал, что вы способны покидать картину за пределами Комнаты Желаний! — воскликнул Филиус, входя вместе с Хагридом в Большой Зал.
— Наша магия распространяется по всем замку, а не только в Комнате Желаний, — ответила ему Ровенна.
— Это ваша школа, я ожидаю, что вы будете защищать её до последней капли магии, — прервал назревающую дискуссию Гарри. — Хельга, прилегающая к замку территория в твоём распоряжении. Салазар, на тебе библиотека и нижние уровни. Годрик, координируй свои действия с домовыми эльфами и защитите сам замок от разрушений.
Основатели отдали честь генералу и покинули Зал. Проводив их нахмуренным взглядом, Гарри обернулся к ожидавшей распоряжений Ровенне и произнес очень тихо:
— Принцесса, вас я оставляю защищать моего «принца».
Ровенна перевела взгляд на Снейпа. Тот гневно сложил руки на груди и возмутился:
— Я не какая-то хрупкая девица, что бы меня охранять. Я вполне способен сам о себе позаботиться, и ты это знаешь!
— Знаю, — покладисто согласился Гарри. — Но мне будет спокойнее. — Поттер улыбнулся, рывком притянул к себе Северуса и поцеловал его в губы.
Стоящий среди учеников Этьен, задохнулся от возмущения.
— Его надо наказать за такую выходку! Не меньше месяца тюремного заключения, да? — апеллировал он к Минерве Макгонаголл.
Минерва строго взглянула на разгневанного юношу.
— Ничего не выйдет, молодой человек, он супруги.
Ученики разом заахали, Этьен застонал.
— Дайте угадаю. Он и есть волк?
Минерва кивнула. Этьен в ужасе посмотрел на мощного, закованного в доспехи воина, понимая, что такой человек мог бы убить его, защищая любимого.
С хлопком возник Кричер.
— Хозяин Гарри, вы должны идти со мной быстро-быстро, — заверещал он. — В зале Советников формируется портал!
Гарри благодарно кивнул домовику. Обведя быстрым взглядом подобравшихся Фреда, Джорджа, Финора, Дадли, Невилла, Филиуса и Хагрида, он произнес только:
— Вперед, друзья!
* * *
Алекс, Брайан, Билл и Андромеда направились к поместью Блэков. Андромеда сердито косилась на Алекса.
— Надеюсь, вы понимаете, как будет тяжело мне снова войти в этот дом? Я делаю это исключительно ради Гарри и Тедди. Они моя истинная семья!
Брайан лишь покачал головой.
— При всём моём к вам уважении, Андромеда, вы просто упрямица, как и Арес. Вы куда более значимый представитель рода Блэков, чем даже Сириус или Орион. У вас есть магия, кровь и блэковское упрямство.
— Вам просто повезло, что вы мне нравитесь, — проворчала Андромеда, открывая своим заклинанием входную дверь. По словам поверенного семьи Блэков, она обладала полным правом посещать этот дом и жить в нем, если ей этого захочется. Алекс не смог попасть в дом Блэков без Гарри и Северуса. Все трое быстро прошли в Тронный зал. Андромеда храбро вышла на середину зала и, не дав портретам себя перебить, громко объявила:
— Благородные лорды древнейшего рода Блэков! Древо Друидов атаковано и взывает о помощи!
Скорпиус нерешительно поглядел на неё и спросил:
— Что можем сделать мы?
— Все вы взяли на себя обязанность защищать Древо Друидов. Лорд Блэк сейчас сражается в Хогвартсе, враг поймал его и его сподвижников в ловушку. Ему нужен способ покинуть Хогвартс, — продолжила Андромеда.
— Связь с Хогвартсом возможна лишь через портрет Сириуса, — возразил Сигнус.
— Это магический путь. Я, используя руны, могу трансформировать этот портал для прохода людей. Это необходимо сделать быстро, пока магия Древа Друидов не истощилась окончательно. Однако, мне потребуется много магии, — сказал Билл Уизли.
— Вы хотите, что бы мы отдали вам нашу магию?! — догадался Сефиус. Портреты в тревоге загомонили. Во всеобщей многоголосице Андромеде удалось расслышать своё имя несколько раз.
— Хватит! — рявкнул громкий властный голос. В Тронном зале наступила гробовая тишина. Все смотрели на Ареса.
— Мы защитники Древа Друидов и наследников Хогвартса. Мы дали обет и род Блэков не нарушит эту клятву. Мы слишком часто нарушали законы магического мира, чтобы отказаться сейчас. И если род Блэков не желает больше оставаться грязным пятном на фоне благородных магических родов, то мы пойдем и сразимся!
Андромеда не сводила взгляда со своего предка и не смогла удержать гордую улыбку на губах.
Арес оглядел своих нарисованных собратьев:
— Без этого мы не сможем честно смотреть в глаза друг другу всю оставшуюся вечность.
Его брат Кракус согласился со своим братом Аресом:
— Это поможет нам отомстить тем, кто отобрал у нас то, что всегда было нашим и даст нам возможность восстановить нашу честь.
Скорпиус оглядел притихшие портреты и вынес вердикт, обращаясь к Биллу:
— Для защиты Древа Друидов вы можете взять нашу магию.
Билл благодарно кивнул и направился к пустующему портрету Сириуса. Вместе с Алексом они осторожно сняли портрет со стены. Брайан вызвал своего секретаря через коммуникационное зеркало и передал Элиасу предупреждение, чтобы Сириус не вздумал перемещаться.
Пока Билл наносил руны на раму, Арес обратился к Андромеде:
— Я слышал, вы сделали отличную карьеру, сударыня. Одобряю.
Андромеда прищурилась, окинула явно нервничающего Ареса придирчивым взглядом, а затем улыбнулась.
— Извинения приняты, — хмыкнула она.
Арес расхохотался.
— Передайте лорду Блэку, я очень сожалею, что не могу сражаться на его стороне бок о бок с ним, но все мы ответим на призыв к войне по-своему.
Андромеда улыбнулась шире.
— Надо подумать, не превратить ли эту комнату в обсерваторию. Тедди бы это понравилось…
Арес изо всех сил старался сохранять серьезное выражение лица.
— Никогда не понимал, почему в семье, которая целыми поколениями одержима звездами, нет своей обсерватории? Это душное старое здание нуждается в бесконечном просторе звездного неба.
В этот момент радостный возглас обозначил успешную активацию рун Биллом. Магическая связь между домом Блэков и Хогвартсом становилась всё плотнее.
Брайан быстро обежал взглядом портреты.
— Благодарю вас, господа. Могу гарантировать вам, что помощь древнего рода Блэков в защите Древа Друидов согласно данной некогда клятве не будет забыта.
— Передайте лорду Поттеру наши благословения.
Брайан кивнул. Золотистый свет, исходящий от рам портретов потянулся к раме Сириуса, освещая полутемный зал. Радуга над ним обозначила портал.
— Попросите Гарри врезать Сэту в челюсть от моего имени, — попросил Сигнус. Брайан засмеялся, не отрывая взгляда от набирающего силы портала.
Арес обратился к Андромеде:
— Расскажите Сириусу и Ориону, что я горжусь ими так же, как горжусь тобой, моя маленькая звездочка.
— Я тоже люблю тебя, дедушка. Сейчас нам пора от одного бога войны к другому.
Арес одобрил шутку громким лающим смехом. Так же смеялся Сириус, затем сияние портрета угасло, нарисованный волшебник не исчез, но застыл неподвижно, так как иссякла его магия. Андромеда оглядела потускневшие картины. Маги застыли в своих нарядных вычурных рамах, однако на их лицах светились улыбки, каких она не помнила прежде.
— Работает! Он работает! — шептал восхищенный Билл.
Брайан вызвал через зеркало секретаря Марша и передал через него Элиасу информацию о портале. Пять минут спустя Билл воскликнул:
— Я вижу их! Они проходят!
Андромеда приблизилась к порталу, глядя на Гарри в боевом облачении, выходящего из высокой рамы. Зрелище было столь величественно, что она не смогла не склонить голову.
— Лорд Блэк, — приветствовала она его. Гарри ответил вежливым поклоном.
— Чарли собрал армию гоблинов, они готовы присоединиться под наши знамена, — сказал Билл, встретившись взглядом с Гарри.
Гарри был предельно сосредоточен. Он принял информацию к сведению и оглядел застывшие портреты. Никто бы не посмел усомниться в том, что он и есть лидер, на которого будут равняться остальные.
— Куда отправляемся, мой генерал? — с веселой бравадой отсалютовал ему Брайан.
— Гебридские острова.
Билл приготовил коммуникационное зеркало, так же поступили Брайан и Финор.
— Твоя армия ждет тебя! — сказал Брайан.
— Так начнем же войну! — крикнул Поттер, вскидывая меч.— Мерлин да хранит нас!