Все началось с похода в Грингортс

Гарри стоял у узкого стрельчатого окна на вершине башни Гриффиндора и смотрел на расстилающуюся перед замком территорию. Лес, площадка для игры в квиддич, озеро и в самом далеке виднелись крыши домов волшебной деревушки Хогсмит. Большой величественный замок и маленькие, будто пряничные, домики деревни прекрасно вписывались в природный ландшафт этого живописного места. Где-то в дали, между деревьями мелькала и исчезала из вида тонкая красная лента, похожая на юркую змейку, скользящую по траве. Это Хогвартс-экспресс вез учеников в школу на новый учебный год.
Расположившись здесь, на самом верху башни, Гарри мог легко предаваться мечтам. Он представил, что время обратилось вспять, вернулось на тысячу лет назад, и он сидит он не в башне, а на верхушке могучего волшебного дерева. Отличное, кстати, местечко. Можно себе сидеть, сколько хочешь, думать, о чем заблагорассудится и никто тебя не побеспокоит. В отличие от башен Ровенкло и Астрономии сюда не вели лестницы и не проводились занятия. Единственный способ забраться сюда – прилететь, но башня слишком высока. Мало кто решиться подняться на неё, оседлав школьную метлу.
Приближающийся поезд издал протяжный гудок. Гарри, не открывая глаз, улыбнулся. Ученики возвращаются в школу, а это значит, что лету официально пришел конец. Гарри мысленно перебрал все особо запоминающиеся приключения, которые выпали на его долю за эти несколько месяцев. Расскажи ему об это кто-то другой, он ни за что не поверил бы. Всего три месяца назад, по окончании семестра, он покидал Хогвартс на поезде, как выпускник, победитель темного мага и просто влюбленный мальчишка. А теперь? Теперь он взрослый, женатый мужчина, да к тому же Лорд. Он больше не одинок, богат, ему есть чем жить, о ком заботиться. Однако, справедливости ради стоит отметить, что некоторые вещи остались неизменны. Он снова охотился за Темным Магом, представлявшим реальную угрозу для Хогвартса и всего магического мира.
Гарри мысленно вернулся в события двух последних дней. Он потратил почти всё свободное время на поиски зацепок с Филиусом и Янусом, или торчал в тайной библиотеке. Хранитель библиотеки признался, что не ведает о совсем нижних уровнях замка, но помнил, что магия этой земли, он назвал её «старой магией», была сильна задолго до того, как замок был создан. Гарри с головой окунулся в дебри библиотечной пыли. К понедельнику он обшарил каждый дюйм помещения, сунул нос в каждую книжицу и книжищу. Дошло до того, что он разобрался, как создавать Гельский вечный огонь и превращать неприступные морские утесы в японский сад камней. Однако упоминаний о тайных помещениях на нижних уровнях он так и не нашел.
С трудом удержавшись, чтобы не хлопнуть с досады дверью, Гарри большую часть вторника провел на широком подоконнике у окна, читая личный дневник Салазара. Чтиво оказалось занятным, и юноша, сам того не замечая, втянулся в увлекательные события давно минувших дней. В частности дневник поведал о первой встрече Слизерина с другими Основателями. Именно Годрик убедил их всех принять его предложение и вернуться к нему на родину, древнюю Британию. На этом пути любвеобильный Салазар дискутирует с дневником, а значит с самим собой, рассматривая возможные близкие отношения с красавицей Ровенной, но позже признает, что им лучше остаться братом и сестрой, чем становиться любовниками. Все четверо Основателей сближаются друг с другом настолько, что вскоре Салазар описывает их дружбу, как крепкую заботливую семью. Годрик был единственным ребенком у родителей, Салазар изгнан из семьи, родственники Ровенны принесли её в жертву богу бриттов в обмен на защиту рода, Хельга была дочерью конунга викингов. Все четверо они прошли через многие испытания, закалившие их характеры.
Место, в которое Годрик привел своих верных друзей, было его домом, а нынче называлось Годриковой Лощиной. Любознательный Салазар увлекся одной из старых семейных легенд Гриффиндоров. Легенда рассказывала о Древе Друидов. Предок Годрика был маленьким мальчиком, когда римские захватчики вторглись на Альбион. Он помнил сказание о группе домовых эльфов, по приказу первосвященника спрятавших женщин и малых детей в укромном месте. Те люди пережили осаду. Легенда была красивой, но довольно неточной. Именно Салазару Слизерину пришла в голову идея пойти в Запретный Лес и всё выяснить наверняка.
Четверых друзей предупреждали, что многие сильные воины, маги и даже магглы пытались пройти через заколдованный лес, да так там и остались. Сгинули все, как один. Но опасность лишь делала путешествие еще более привлекательным для неуёмной четверки. Корявые строчки в дневнике, написанные где-то под деревом на привале, говорили о потрясении, когда им без всяких усилий удалось войти в лес и углубиться в самые дебри без каких-либо препятствий. Лес был полон жизни и магии. На то, что бы добраться до центра чащи, им пришлось идти две недели. В дневнике описывалось живописное кристально чистое озеро и деревянная избушка на её берегу. В доме в самом центре леса жил очень старый высший эльф по имени Мафусаил. Рослый и всё еще крепкий на вид старик вышел приветствовать их. Салазар был смущен такой честью, он чувствовал себя неловко со старым эльфом, отнесся к нему с подчеркнутым уважением к его возрасту и мудрости.
Мафусаил открыл им тайну, дарующую им право свободного прохода через Запретный Лес. Все они были потомками атлантов. Все, кроме Салазара, но эльф назвал Слизерина избранным, кому было дарована магия, тем, кто был признан Достойным. Мафусаил рассказал несколько историй Атлантиды, которые, к разочарованию Гарри, Салазар не счел необходимым записывать, но упомянул о них вскользь. Слизерин отмечал, что Ровенна особенна была впечатлена историями погибшей цивилизации. Мафусаил рассказал Основателям о Древе Друидов, о защите жизни и утверждал, что время его пребывания на земле почти на исходе. Понимая, что срок жизни его близится к концу, Мафусал сотворил поисковые чары, призванные найти, собрать и привести новых хранителей древних знаний и силы. Он искал смены, и он её обрел. Салазар, тем не менее, был настроен скептически, и это отражалось в комментариях в дневнике, ему казалось, что старик попросту задумал использовать их.
Друзья прожили со старым священником год. Дневник пестрит короткими заметками о развитии их магии и сплоченности между собой. В записях говориться о встрече с русалками из озера и древним морским чудовищем Нептуном. А еще была встреча со старым кентавром, кого Салазар называл попросту Стрельцом, хоть это и не было его истинным именем. Добрая Хельга помогла Стрельцу обрести потомство. Долгожданный жеребенок главы племени шел копытцами вперед и по опыту бывалых кентавров выжить не мог. Но Хельга применила всё своё мастерство и навыки акушерок, которыми так гордились дочери северных викингов. Жеребенок выжил, его мама тоже. Благодарный за спасение наследника и будущего нового вождя, глава племени кентавров принес клятву защищать Хельгу и её потомков во все времена.
Спустя месяц Мафусаил предложил им найти подходящее место для своей задумки. Все четверо разделились и пошли в разные стороны на поиски. Салазар не писал в дневнике, куда ходили остальные Основатели, он же вошел в пещеру и отправился глубоко под землю, вниз по течению подземного ручья. Проблуждав там неделю, он вернулся. После долгих и жарких споров было решено строить школу на месте сгоревшего Древа Друидов. Идея Мафусаилу понравилась, он признал, что сама древняя магия будет им в помощь. Однако возникло непредвиденное препятствие. Гоблины принялись возражать против постройки. Тогда Годрик с присущей ему расточительностью попросту купил эту землю и прилегающее к нему поместье. Гоблины позарились на богатую добычу и опустошили семейную казну Гриффиндоров. Годрик заплатил тысячу галеонов за земельный участок и усадьбу, что по тем временам была неслыханная сумма. Гоблины подписали договор, и официально земля перешла в собственность Основателей.
Вскоре Мафусаил умер. Четверо опечаленных друзей готовились предать его тело священному погребальному огню викингов, что бы с почетом проводить мудрого старца, когда из вод озера вышел Нептун в человеческом обличии и забрал тело последнего хранителя с собой под воду. Через несколько дней Нептун навестил их снова. Он указал им, что они должны доказать, достойны ли они стать следующими хранителями силы этих земель. Каждому из друзей он дал задание, отправив на какие-то поиски. Салазар ушел вглубь леса и провел там несколько недель. В дневнике об этом писалось мало, в основном там отражалось разочарование бестолковыми поисками. Затем последовал почти месячный разрыв в записях. Позже, когда повествование продолжилось, Салазар написал, что сильно болел и едва не умер в пути. Годрик отправился на его поиски, нашел и принес на руках едва дышащего обратно к бревенчатому дому Хранителя. Нептун потребовал от Салазара предъявить доказательство своей ценности. Не найдя ничего за время своих странствий, Салазар подарил Нептуну яйцо василиска, хранимое под чарами стазиса и осколки глаза Шивы. Нептун спросил его, откуда у него эти предметы, и Салазар рассказал свою историю. Тогда Нептун улыбнулся ему и ответил, что если его благословила сама Лакшми, то и он, Нептун, признает его Достойным. Так Нептун дал разрешение на строительство школы на месте Древа Друидов.
Гарри улыбнулся, когда прочел, что Хогвартс – это лишь одно из многочисленных имен родовитого Нептуна. Годрику совершенно не нравилась идея назвать школу Древом Друидов, как хотели все остальные. Он считал, что это приведет к лишним расспросам и разговорам и тем подвергнет их тайну опасности раскрытия. Слизерин писал, что на вопрос Ровенны, почему именно Хогвартс, Нептун ответил:
— Пусть хоть один друид остаётся в Древе.
Весь следующий год был посвящен строительству замка. Были наняты гоблины и подрядные бригады. Прошло семь лет прежде, чем школа Хогвартс открыла свои двери перед первыми учениками. Каждый из Основателей отправился в различные страны, что бы заручиться поддержкой Хогвартсу. Салазар выбрал Испанию. Там он встретился с маггловской королевской семьей этой страны и без памяти влюбился в их единственную дочь Джульетту. В те далекие времена чума свирепствовала на континенте. Ни один человек не мог чувствовать себе я безопасности. Болезнь не щадила никого, ни нищих, ни богатых. Салазар закрылся в лаборатории и углубился в эксперименты над Зельями. Ему удалось разработать зелье, защищающее от чумы. Страшную болезнь удалось победить и в качестве награды от короля, Слизерин получил монаршее благословление на брак с принцессой Джульеттой.
Слизерин вернулся в Шотландию. Верная Джульетта отправилась вслед за мужем. Многие замки суровой Шотландии того времени украсились великолепными интерьерами благодаря хорошему вкусу испанской принцессы.
Гарри пролистал несколько глав, в которых подробно перечислялись семьи, чьи наследники поумирали, а книги и свитки завещались школе. Тайная Комната была построена с благородным намереньем скрыть все темные книги и артефакты. Нептун провел Салазара в пещеру под озером, в которой тот смог построить свою тайную библиотеку. Подводная пещера столь приглянулась Слизерину, что он решил выделить в ней уголок для своего домашнего питомца. Так в подземельях Хогвартса в Тайной Комнате поселилась Рани, огромный змей-василиск.
Гарри дошел до места, где Салазар описывал своё путешествие в Египет. Основатель жаждал новых знаний и решил изучить несколько заинтересовавших его направлений в зельеварении. Дневник рассказывал о многом важном, но к разочарованию Гарри в нем не содержалось ни малейшего упоминания о каком-либо кладе или другом секретном месте.
Приближающийся поезд снова выдал громкий гудок, выдергивая Гарри из его воспоминаний. Выглянув в окно, он увидел, как вагоны замедляют ход, приближаясь к станции. Юноша вздохнул. Как бы хорошо не было на башне, но возвращаться уже пора. Не ясно, будет ли Северус скрывать их отношения среди учеников или нет, но опоздать на Распределение по факультетам всегда считалось дурным тоном. Обернувшись грифоном, Гарри облетел башню по дуге так, чтобы прибывающие в замок ученики не могли заметить его тень на темнеющем небе.
Пролетая над теплицами, Гарри приметил Невилла и спланировал к нему. Теперь оба юноши, одетые в парадные мантии, тихо переговариваясь, шагали к входу в замок. Их новые мантии, сшитые по специальному заказу были похожи на обычные ученические, но украшены родовыми регалиями и гербом Хогвартса. Подобные знаки говорили каждому, кто знаком с магической геральдикой, перед вами лорды Хогвартса и главы своих семей. Помимо этого на мантии красовался нововведенный знак, отличавший тех, кто претендует на получение мастерства в том или ином магическом предмете.
Войдя в нарядный Большой Зал, Гарри и Невилл поприветствовали своих друзей и коллег. Поттер заметил, что плечи Северуса заметно расслабились, и зельевар облегченно вздохнул. Неужели сомневался, что его супруг появится на Распределении? Возможно. Так как буквально через пару минут Снейп покинул Большой Зал и направился к боковому выходу. Там, как Гарри помнил по первому курсу, его дожидались нервничающие перед предстоящим распределением новички. Минерва с материнской заботой улыбнулась обоим юношам, указала им на предназначенные им места. Удобные деревянные кресла с мягкими подлокотниками были расставлены на возвышении перед столом преподавателей. Свободных кресел оставалось шесть. Два стула заняли Драко, с деланным равнодушием разглядывающий праздничные декорации, и Луна, рассеянно обсуждающая что-то с профессором Трелони.
Найдя взглядом свою девушку, Невилл довольно фыркнул и сжал локоть Гарри. Поттер с трудом удержал рвущуюся на лицо улыбку. Днем ранее спокойный и уравновешенный Невилл вел себя куда более несдержанно, он носился по замку со счастливой улыбкой до ушей и сообщал всем, кто готов был его слушать, что его девушка так же возвращается в Хогвартс с тем, чтобы продолжить обучение мастерству. Луна, так же как и Невилл выбрала два предмета, предсказания у профессора Треллони и чары у профессора Флитвика.
— Для кого предназначены еще два места за столом? – шепотом спросил Гарри у Невилла, отвлекая парня от слишком откровенного любования своей невестой. Невилл лишь пожал плечами. Они оба знали, что Гермиона не сможет в этом году вернуться в Хогвартс, как бы ей этого не хотелось. Гарри припомнил, что Блейз Забини упоминал что-то о том, что желает продолжить продвинутое обучение Рунам. Однако его мать настояла на присутствии сына в семейном бизнесе, и парень был вынужден отказаться.
Гул сотен голосов был привычен и от этого еще более приятен слуху. Только сейчас Гарри почувствовал, что он действительно дома.
К преподавательскому столу подошел Октавиус в сопровождении Миртл, Елены и барона Габриэля. И если Гарри Поттер довольно улыбался, разглядывая учеников, то Октавиус наоборот хмурился всё сильнее.
— Зачем мне всё это нужно? – капризным тоном спросил он вместо приветствия, приблизившись к месту Гарри. – Я знаю, что мне придется здесь учиться, но для чего мне нужно сидеть со всеми ними за одним столом? Я не могу присоединиться к трапезе, ведь я привидение. Распределение мне тоже ни к чему. Что это, Гарри, насмешка или наказание?!
— Ведите себя прилично, молодой человек, – одернула его призрачная Елена. – Радуйтесь тому, что я не просила лорда Гриффиндора ввести для учеников-призраков особую ученическую форму.
Судя по ужасу на лице Октавиуса, перспектива сменить свой богатый средневековый наряд на простенькую ученическую мантию его абсолютно не прельщала.
— Праздник начала учебного года состоится только сегодня, тебе нет нужды появляться здесь на каждом обеде и ужине. А школьные правила гласят, что ВСЕ ученики должны присутствовать на празднике Распределения, – строгим, непререкаемым тоном внес ясность барон Габриэль.
— Что об этом думают остальные призраки и Эмили? – поинтересовался Гарри.
— На них распоряжение не распространяется. Думаю, они слегка напуганы. Эмили никогда прежде не училась в Хогвартсе. Она умерла раньше, чем достигла подходящего возраста, а потому её умственные способности соответствуют ребенку её возраста. Такой она и останется. Я расскажу и покажу ей всё, что ей будет интересно. Однако сильно рассчитывать на успехи в учебе не следует. А вот Октавиус и Миртл – совсем другое дело. Совет призраков подтвердил их статус учеников Хогвартса. Минерва решила, что адаптация пройдет легче, если они в праздничный день будут сидеть вместе с вами, а не за столами Слизерина и Равенкло, – пояснила Елена.
— То есть эти пустующие места для вас? – улыбнулся Гарри.
— Нет, – тонким колокольчиком засмеялась Елена, вызвав у него тем самым мурашки по коже. – Мы займем полагающиеся призракам места, попросту зависнем в стороне и будем наблюдать.
— Правильно, и это напомнило мне о моих обязанностях. Пойду-ка проверю, как себя ведет Пивз. Как бы не натворил бед этот проказник, – откланялся барон Габриэль.
Гарри улыбнулся мрачному Октавиусу.
— Ну же, не смотри на меня так подавлено. Тебе обязательно будет весело. Просто подожди немного и сам увидишь.
Октавиус нехотя кивнул.
— Надеюсь, это будет всё же лучше, чем стоять на одном месте на протяжении четырех веков. Просто… просто я никогда не был особо умен и начитан. Мои братья хорошо учились, а я тянулся следом за ними еле-еле.
— Не волнуйся так. Просто сделай всё возможное. Никто не станет требовать от тебя сверх того, что тебе доступно, – успокоил его Гарри. – Валериан намерен спуститься к нам?
— Нет, он предпочел составить компанию Эмили и Красотке. Эмили очень хотела попасть на праздник, но ей не позволили, слишком маленькая. Малышка так расстроилась, и Валериан предложил поиграть с ней.
В этот момент боковая дверь распахнулась, и, следом за неспешно вышагивающим Снейпом, гуськом двигалась цепочка будущих первокурсников.
Гарри и Невилл поспешили занять свои места. Некоторые ученики из старших курсов приветственно помахали Поттеру, Драко досталось несколько недовольных и подозрительных взглядов. Кто-то из гриффиндорцев решился даже свистнуть в след Малфою.
Драко наклонился к Гарри и озабочено прошептал тому на ухо:
— Напомни мне еще раз, почему я на это согласился?
— Потому что ты хочешь стать мастером Зелий, – хохотнул Гарри и потом добавил чуть серьезнее: – А еще твой крестный действительно хочет тебя здесь видеть.
Этот ответ Драко удовлетворил. Он кивнул и успокоился.
Учителя один за другим проходили на свои места, здоровались и улыбались. Невилл проводил гордым взглядом статную фигуру своей бабушки. Стефан Бохус пожал руки Гарри и Невиллу. Джарак вместе с Финором в традиционных эльфийских нарядах ограничились короткими кивками и сели вместе. Кинтавр Фиренцо не нуждался в кресле, он занимал место по другую сторону стола. В этом году Фиренцо не вел предсказания, но вызвался помогать Августе в преподавании основ магического этикета разных культур, Синистре в астрономии, Спраут в теплицах, а Бохусу в применении стрелкового оружия.
Так же как и на прошедшем недавно балу, четыре вместительные рамы висели на стене позади преподавательского стола. Во время последней тренировки Гарри обратился к Галену с просьбой поговорить с отцом и попросить того вместе с остальными Основателями прийти на празднование первого дня нового учебного года. Поттер обещал, что не станет набрасываться на них с вопросами о Нептуне и Древе Друидов. Гален не ответил ничего и даже сделал вид, что не понял о чем речь, но Гарри понял, что Основатели обязательно придут.
Флитвик торжественно внес старую пыльную Сортировочную Шляпу и водрузил её на скромную деревянную табуретку, наколдованную в центре зала. Выполнив возложенные на него обязанности, Филиус занял свой высокий стульчик за преподавательским столом. В этом году распределение по факультетам вел Снейп.
Прорехи на Сортировочной Шляпе неожиданно распахнулись и Шляпа ожила:
— Как приятно в этом новом году видеть столько новых учеников! – восхитился пыльный артефакт.
— Нам никогда не приходило в голову расспросить Сортировочную Шляпу, – взволнованно прошептал Невилл Гарри.
— Она точно появилась после строительства замка, но ты прав, еще не поздно задать ей пару вопросов, – прошептал Гарри в ответ.
Тем временем будущие первоклассники продолжали входить в большой зал. Их было больше обычного. Благодаря инициативе Минервы и Северуса в отношении стипендий для детей из малоимущих семей, большее количество родителей предпочли отправить своих отпрысков получать магическое образование.
Гарри приметил среди ребят Лизу и Сьюзи Джейкобс в новой школьной форме, за ними топал Джейми Ньютон. Гарриет и Габриэль старались держаться вместе, но при этом с независимым видом. Габриэль даже рискнул помахать Гарри рукой, когда поймал его взгляд. Поттер улыбнулся ребятам и одобрительно кивнул. Шон Мэдли шагал впереди всех сразу следом за Северусом и старался подражать своему кумиру во всем, даже в походке.
Следом за малышами следовал группа разновозрастных подростков, человек десять. Гарри узнал в одном из них Чарльза Джейкобса. Парень нервно оглядывался по сторонам, но шагал решительно. Другие Поттеру были не знакомы, но он понял, что это те самые ученики, что решились перевестись из других магических школ в Хогвартс ради возможности пройти обучение на звание мастера Зелий или сдать ПАУК у такого прославленного мастера как Северус Снейп.
По мановению палочки Северуса, шляпа завела свою традиционную приветственную песнь. В ней говорилось о четырех Основателях, обещавших учить молодых ведьм и волшебников, об их крепкой дружбе, любви и семейных традициях. Шляпа призывала учеников ценить любовь и дружбу выше, чем магические палочки, учебники, зелья или другие волшебные предметы. Когда под конец песни на портретах появились сами Основатели, Гарри не удержался и улыбнулся. Эти нарисованные маги не могли появиться с меньшим пафосом. Раскланявшись перед ошалелой публикой, они чинно заняли свои места. А Большой Зал взорвался восхищенными криками и аплодисментами. Большинство учеников были в восторге, некоторые особо робкие даже напуганы.
Шляпа закончила песню, и Годрик приподняв руку, призывая к тишине, четко и громко произнес:
— Я ценю тех, кто храбр и духом силен
И характером твердым не обделен.
Ищу я по миру тех, кто готов
Без страха, упрека и лишних слов
Родину силой своей защищать
И орды темных врагов усмирять.
Следом, не давая опомниться, вступил Салазар:
— Умных и хитрых всегда я ценил,
Юмор и гордость — наши знамёна,
А благородством и личным примером
Лидерство я неспроста заслужил.
Вот моя заповедь для юных друзей:
мой факультет не для тёмных магов и чистых кровей.
Я приветствую всех, кто не дуралей.
В зале раздался смех. Северус закатил глаза и покачал головой, Салазар не мог обойтись без подначек.
Поднялась и улыбнулась Ровенна:
— В знания влюбленных я ценю,
Но больше всех, кто к мудрости стремится.
А истинная мудрость терпением, старанием
И опытом родится.
Факультет Равенкло хлопал громче всех.
Красавица Хельга выступила последней:
— Тех, кто работать с душою горазд,
Кто любой не боится службы,
Кто ценит магию дружбы,
Приветствовать счастлива я.
Шагайте скорей к нам, друзья!
Овации на несколько минут прервали польщенных Основателей. Когда шум стих, Годрик произнес:
— Хочу, чтобы каждый из вас понял, что Хогвартс был построен благодаря отваге, настойчивости, мастерству и трудолюбию всех нас четверых. Салазар был и остается моим другом и названным братом. Ровенна и Хельга – дорогие сестры и верные друзья. Мы строили этот замок вместе, воплощая общую идею. Мы никогда не сражались друг против друга и даже после смерти остаемся дружной командой. Чего и вам желаем.
— Всё верно, – поддержал его Салазар, переходя со своего портрета на просторную картину Годрика и обнимая друга за плечи. – Мы одна семья. А Хогвартс наш общий дом. Теперь это и ваш дом тоже, а мы ваша семья. – Хельга и Ровенна так же перешли на портрет Годрика и заняли места по обе стороны от мужчин. Вместе они стояли плечом к плечу, не вызывая сомнений в только что сказанном.
Такого не ожидали ни ученики, ни учителя. Когда крики и возгласы стихли, Минерва и Северус вопросительно посмотрели на улыбающегося Годрика и тот торжественно провозгласил:
— Давайте же начнем Сортировку!
* * *
Северус вызвал первого ученика. Им оказалась Адамс Абигаль, которая отправилась в Хаффлпафф. Сортировка заняла больше обычного времени, и это не удивительно — поступающих в Хогвартс оказалось куда больше, чем помнил Гарри по прошлым годам. Драко и Невилл, тихо переговариваясь меж собой, лениво ковыряли закуску, предложенную им эльфами. Луна лишь изредка отпивала маленькими глотками сок из своего кубка. Гарри же не притронулся ни к тому, ни к другому. Он следил за сортировкой, за реакцией учителей и учеников, не желая пропустить ничего.
Вот мимолетная улыбка коснулась чувственных губ Северуса. Гарри проследил за его взглядом. Маленькая девочка по имени Эмили Жюль храбро шагнула вперед, когда её имя прозвучало в тишине зала. Ободряющая улыбка декана Слизерина и едва заметный кивок предназначались ей. Девочка не просидела на табурете и пары секунд, как Сортировочная шляпа отправила её в Слизерин. Братья Габриэль и Гарет разошлись по разным факультетам. Габриель отправился в Слизерин, Гарет в Равенкло. Северус и Гарри многозначительно переглянулись. Этого они и ожидали от мальчишек. Однако дальше их ждал сюрприз. Сестры Якобс обе отправились в Ровенкло, хотя это решение пришло не сразу. Шляпа задержалась на голове Лизы на целых полминуты и ничего не объявляла. Ровенне надоело ждать, и она громко объявила, что лучшего выбора для Лизы Якобс нет, чем факультет Ровенкло. Шляпа поспешила поддержать этот выбор. Сьюзен распределилась не в пример быстрее сестры, едва Северус опустил шляпу на её голову, как был объявлен факультет Ровенкло. Шон Мэдли благополучно зачислился в Гриффиндор, а Джейми Ньютон в Ровенкло.
Когда все первокурсники под аплодисменты остальных учеников заняли свои места за столами, Минерва Макгонагалл представила несколько старших учеников из других магических учебных заведений, решивших продолжить обучение в Хогвартсе. Один из них ранее проходил домашнее обучение, остальные пришли из разных школ. Лишь двое из старших ребят были распределены шляпой, так как остальные приехали ради обучения на звание Мастера. Первым был Чарльз Якобс. Шляпа отправила его в Слизерин, чем парень был сильно огорчен. Шепотом он попросил Северуса перевести его в Равенкло, что бы он мог защищать своих сестер. Снейп успокоил его, заверив, что ничего опасного девочкам в Ровенкло не грозит, и они смогут видеться так часто, как захотят.
После того, как все прошли Сортировку и заняли свои места за столами, Макгонагалл поднялась, что бы произнести свою торжественную приветственную речь:
— Дорогие мои ученики! Я рада вновь приветствовать всех вас в стенах нашей школы! В этом году нас ждут некоторые изменения в программе. Когда Хогвартс был только основан, у каждого из четырех факультетов было три уровня подготовки: обычный уровень или как мы его привыкли называть СОВ, продвинутый, который зовем ПАУК, и уровень Мастерства. На протяжении долгих веков последний уровень был несправедливо позабыт. Педагогический коллектив школы решил, что пора возродить эту славную традицию. Благодаря этому уровню мы обрели еще несколько новых учеников, многих из них вы хорошо знаете. Они не будет распределяться по факультетам, а останутся при своих Мастерах. Двое из четырех учеников являются прямыми потомками магов-Основателей замка и по праву носят титулы Лордов Хогвартса.
Макгонаголл прервала свою речь, что бы дать ученикам возможность выплеснуть свои эмоции. Конечно, многие ученики, те, что жили в магическом мире, уже знали кто эти потомки, однако среди магглорожденных и полукровок возник небольшой переполох.
— Позвольте вам представить: Гарри Поттер – лорд семей Поттеров и Блэков, прямой потомок Годрика Гриффиндора. – Гарри поднялся и коротко поклонился. Его ожидаемо встретил дружный восторженный рев, топот и аплодисменты. – Лорд Поттер-Блэк претендует на Мастерство в Защите от Темных Искусств и будет заниматься с несколькими Мастерами этой сложной дисциплины. Жить лорд будет в семейных апартаментах Годрика Гриффиндора, расположенных в одноименной башне. – Особо радостными воплями и овациями эту новость встречал стол Гриффиндора.
— Невилл Лонгботтом, регент семьи Лонгботтом, прямой потомок Хельги Хаффлпафф, – объявила Минерва. Невилл поднялся и поклонился. Оваций было несколько меньше. Многие ученики недоуменно косились на резной посох в руке юноши. – Лорд Хаффлпафф претендует на Мастерство сразу в двух дисциплинах: Гербология у профессора Спраут и Зельеварение у профессора Снейпа. Жить лорд будет в семейных апартаментах леди Хаффлпафф, что связаны с одноименным факультетом. – Ученики вновь начали аплодировать, но не так пылко, как Гарри.
— Мисс Луна Лавгуд так же претендует на двойное Мастерство. Она будет обучаться Предсказаниям у профессора Треллони и Чарам у профессора Флитвика. Жить мисс Лавгуд будет в башне Ровенкло в комнатах, отведенных подмастерьям. – Луна поднялась с места и сделала легкий реверанс. Стол Ровенкло взорвался овациями.
— И еще один ученик – Драко Малфой. Мистер Малфой претендует на Мастерство в области Зельеварения под руководством профессора Снейпа. Мистер Малфой получил личное приглашение от профессора, будет большую часть времени заниматься практическими исследованиями за пределами Хогвартса. Тем не менее, ему так же отведена комната подмастерья в башне Слизерина. – Драко поднялся, высокомерно окинул притихших учеников и снисходительно кивнул. В ответ раздались несколько возмущенных свистков со стола Гриффиндор и Ровенкло. Однако грозный окрик Годрика заставил всех учеников втянуть головы в плечи. Воинственно потрясая мечом, Годрик выглядел весьма устрашающе. Он обрушился на учеников с обличающей речью, говоря, что школа не станет мириться с подобным поведением, это было его первое и последнее предупреждение. Минерва так же сердито смотрела на своих львят, тонкие губы её были недовольно поджаты.
Когда тишина в зале стала абсолютной, она продолжила:
— Теперь, как вы могли заметить, у нас есть еще два ученика, присутствующее на возвышении. Они не претендуют на Мастерство, им отведет особый четвертый уровень, который является нововведением школы: уровень Духов. Для того, что бы попасть на этот уровень, вы должны быть … гм… по меньшей мере призраком. На этом уровне мы привествуем двух учеников: Миртл Хендерсон, при жизни распределенной на факультет Ровенкло и Октавиуса Принца, при жизни учившегося на Слизерине. Оба ученика будут проходить обучение под руководством призраков Елены Ровенкло и барона Габриэля де Нуара.
Очень довольная Миртл взвилась в воздух и сделала книксен, хмурый Октавиус встал и поклонился. Ученики радушно приветствовали обоих, хотя и были заинтригованы. Особенно к себе привлекал внимание Октавиус, так как выглядел плотным и совершенно не походил на остальные привидения.
— Что ж, – улыбнулась Макгонагалл, – отвлекая внимание на себя. — Я знаю, что все вы очень устали и голодны. Приглашаю вас разделить с нами это пир! – Взмах палочкой и пустые тарелки на столах наполнились всевозможными блюдами, кувшины налились напитками. Праздник начался. Гарри усмехнулся, заметив, что перед призраками возникли бокалы с вином, а сами призраки отражаются в зеркально начищенных серебряных кубках. Октавиус, явно сосредоточившись, протянул руку и взял бокал с подноса. При этом Октавиус стал чрезвычайно похожим на своего деда Валериана.
Невилл и Драко обсуждали усовершенствованные методы лечения, что применялись теперь в клинике. Новые зелья, чары и использование патронусов. Невилл признался, что его родители всё еще не пришли в себя, они спят в лечебном сне. Гарри то присоединялся к беседе с Невиллом и Драко, то вновь отвлекался на Октавиуса и Миртл.
После обеда Минерва заговорила о новых учебных предметах. Была представлена леди Августа Лонгботтом, которая должна была вести уроки волшебного этикета и культуры. Этот предмет теперь был обязательным для всех, кроме подмастерьев и призраков. Курс управления и экономики для уровня ПАУК был встречен учениками с энтузиазмом, особенно радовались Эйден и Лисл, которым предстояло по достижению совершеннолетия вступить в наследие крупными имениями своих семей. Гарри, Невилл и … Луна так же записались на этот курс. На удивленно приподнятые брови, Луна невозмутимо пропела, что если она хочет в будущем стать достойной леди Лонгботтом, ей следует научиться понимать механизм управления немалым состоянием будущего супруга. Заявление было встречено леди Августой бурно: всегда сдержанная бабушка Невилла едва не задушила в объятиях и самого внука, и его невесту.
Минерва оповестила присутствующих о внесенных изменениях в курс Предсказаний. Те ученики, которые в настоящий момент изучают эту магическую науку, продолжат её посещать, но все новички пройдут тестирование, на предмет наличия у них соответствующих способностей. Если у ученика таких способностей обнаружено не будет, то он будет волен изучать этот предмет или отказаться от него.
Стефан Бохус был представлен, как новые преподаватель Защиты.
Джарак и Финор привлекали к себе всеобщее внимание. Далеко не всем в жизни удавалось увидеть высшего эльфа. Директор объявила, что господин Джарак отберет для обучения нескольких учеников по обучению Защите, тогда как господин Финор останется в замке в качестве гостя. Затейливое объяснение, что такое гостеприимство способствует улучшению отношений между эльфами и людьми, было встречено с пониманием.
Затем Минерва очень кратко сообщила ученикам, что во время летних каникул умерла мадам Помфри, и теперь больничным крылом будет заведовать сеньора Елена дос Сантос. Её супруг,сеньор Филиппе дос Сантос официально принят на должность помощника профессора Снейпа. Минерва так же упомянула, что у семьи дос Сантос есть маленькая дочка Джульетта, на празднике её нет, но ученики могут встречать её в замке время от времени.
Гарри с улыбкой вспомнил, как чувствительный испанец вновь упал в обморок, когда Северус предложил ему новую должность. Фелиппе нравилось работать с Северусом, и он боялся, что после обнаружения лекарства для Лонгботтомов, его уволят. Северус же предложил ему должность своего личного помощника, как в обязанностях члена Совета Гильдии Зельеваров, так и в преподавании.
Минерва рассказала о новой башне Слизерина и не преминула воспользоваться возможностью публично поблагодарить Гарри Поттера за пожертвование туши убитого им василиска на благо школы. Она пояснила, что туша василиска была продана зельеварам, а вырученные средства пошли на строительство башни Слизерина. Салазар взял слово и признался, что эта башня – его новая гордость. Она красива и удобна. Поблагодарил Минерву, за внимательное отношение строительству и согласованию плана. Ученики Слизерина аплодировали стоя. Польщенная, но смущенная Минерва подняла руку, пытаясь угомонить разошедшихся слизеринцев. После чего она назвала имена шестерых учеников, принимавших непосредственное участие в проектирование башни вместе с профессором Снейпом. Эйден, Лисл, Орла, Джейми, Эдвард Уэйсли и Рейджинальд Андерсон (последние двое были семикурсниками Слизерина). Многие были удивлены, что после этого Орла распределилась в Равенкло, а Джейми — в Гриффиндор. Овации достались всем. А Минерва назидательно провозгласила о том, каких успехов можно достичь, работая сообща, вместо того чтобы враждовать друг с другом.
Самая последняя новость вызвала у детей особую радость: занятия в школе начнутся лишь в следующий понедельник. Время до понедельника дано для обустройства и знакомства новых учеников с главами факультетов. После чего сонных учеников отпустили отсыпаться.
Сама Минерва отправилась вместе с Северусом на экскурсию по новой башне Слизерина. Северус с плохо скрываемой гордостью показывал уютные гостиные и спальни, рассказывал о своем новом кабинете. Переполненные новостями и тревогами, дети едва не засыпали на ходу, и Снейп решил перенести свою обычную беседу декана со слизеринцами после сортировки на утреннее время после завтрака.
Ученики разошлись по спальням. Северус лично проследил, чтобы каждый из новичков нашел своё место и устроился с комфортом. Минерва же сопроводила Чарльза в башню Ровенкло. Парень не мог успокоиться, пока собственными глазами не увидел, что его сестры в порядке. Многие слизеринцы из «не-новичков», отнеслись к чрезмерной заботе своего декана с опаской. Слишком уж разительной была перемена. Однако все сочли, что это ему и им только на благо.
До полуночи Снейп обходил свои владения, продолжая проверять, как устроились на новом месте его «змейки». Он улыбнулся и кивнул Эйдену, сидевшему у постели Тимоти. Малыш проводил свою первую ночь без брата Кевина, распределенного в Хаффлпафф. Эйден просидел у постели Тимоти, пока мальчик не заснул.
Высокий юноша из Франции по имени Этьен попытался засыпать встреченного Северуса комплиментами в адрес его работ по Зельям, но Снейп лишь кивнул и отправил парня спать. Молодой человек из греческой школы по имени Кадмус протянул Снейпу свои записи по изобретенным им зельям с робкой просьбой взглянуть. Северус принял рукопись и обещал просмотреть позже.
Около полуночи Северус закончил обход своих владений. Усталость перемешивалась с тихой радостью, что все новоприбывшие ребята поселились в отдельных комнатах, а это значит — никаких склок и разногласий быть не должно. Пройдя через тайный ход в своих комнатах в апартаменты Гриффиндора, Северус к своему удивлению не обнаружил в них Гарри. Обратившись к Хогвартсу, он выяснил, что неугомонный супруг до сих пор сидит с директрисой в её кабинете. Устало вздохнув, Снейп поплелся туда, тихо поминая про себя незлым словом многочисленные лестницы. В директорском кабинете обнаружились Минерва, Гарри и Люциус. Все трое сгрудились над какими-то бумагами.
Минерва улыбнулась Северусу и предложила присоединиться к ним.
— Время уже за полночь. Спать пора, завтра всех нас ждет непростой день, – проворчал Снейп, награждая Гарри строгим взглядом. Поттер проказливо улыбнулся.
— Так поздно? – удивился Люциус, отрываясь от документов и приветствуя старого друга рукопожатием. – Минерва, я подготовлю всё к завтра и утром переговорю с Андромедой. Посмотрим, чем она сможет помочь.
— Спасибо, Люциус. Ваша помощь неоценима, – сказала ему Минерва.
Пожелав всем доброй ночи, Люциус исчез в зеленом пламени камина.
Минерва посмотрела на своего коллегу с некоторой нерешительностью, но затем всё же заговорила. Начала она издалека:
— Вы, наверное, помните, Северус, что Гарри организовал детские приюты для магглорожденных и сквибов?
Снейп кивнул, ожидая продолжения.
— Мы обратились в Министерство относительно судьбы Даниэля и Девида, – вставил свои полкната Гарри, пытливо глядя на супруга.
Снейп снова кивнул, не понимая, какой реакции от него ждут. Ну да, он прекрасно помнил двух четырехлетних близнецов, что провели последние несколько дней в комнатах Макгонагалл. За ними присматривали домовые эльфы.
— Я попросила Гарри помочь мне официально усыновить их, – совершенно смутившись, тихо проговорила Минерва, нервно комкая в руках носовой платок.
Брови Северуса взлетели вверх, а затем он тепло улыбнулся.
— Великолепная новость, Минерва! Вы станете им отличной матерью. Близнецы – отличные ребятишки, примите мои искренние поздравления. Я очень рад за вас!
Плечи Макгонагалл облегченно опустились. Стало очевидно, что она очень боялась осуждения.
— Спасибо, Северус. Однако не всё так просто. Министерство проявило обеспокоенность, что мои многочисленные обязанности, как директора, да и возраст, что греха таить, уже не молодой, помешают мне заботиться о малышах как они того заслуживают. К тому же я не замужем.
— Умоляю вас, госпожа директор,всё это мелочи! Вы сильная женщина с крепким здоровьем. Впереди у вас еще много лет полноценной, насыщенной жизни. Что до брака, то это ваш личный выбор. Разве в Министерстве еще не знают, что Хогвартс – это одна большая дружная семья? Нет? Значит, стоит донести до них эту потрясающую новость. Мы все сможем сообща принять участие в воспитании наших Даниэля, Девида, Джульетты, Тедди. Никто не будет обделен вниманием. А еще у нас полным-полно домовых эльфов, которые просто мечтают о возможности повозиться с малышами. Пригрозите Кингсли, что мы разобьем лагерь под дверями его кабинета, пока он не подпишет бумаги по опекунству, – усмехнулся Северус.
Минерва засмеялась.
— Еще раз спасибо вам, друзья за поддержку!
— Люциус взял на себя всю бумажную волокиту, надеюсь к концу недели, мы сможем представить ученикам Девида и Даниэля под фамилией Макгонагалл, – сказал Гарри. На сухих щеках Минервы вспыхнули яркие пятна румянца.
* * *
Следующим утром во время завтрака Северус подозвал к себе старосту Слизерина, семикурсника Эдварда Уэйсли и попросил собрать всех учеников в общей гостиной факультета. Леди Елена одобрительно кивнула и присоединилась к Флитвику, который тоже приглашал свой факультет собраться в гостиной в полном составе. Гарри подмигнул Северусу, пружинисто поднялся и направился к столу Гриффиндора. Снейп знал, что подопечные его супруга соберутся в Комнате Желаний.
Одетый в строгую темно-зеленую мантию с серебристой расшивкой, Северус чувствовал себя немного неловко. Утром он несколько минут простоял у большого зеркала, привыкая к зеленому цвету одежды, вместо привычного черного, одобрил свой вид и решился на выход. Снейп по-прежнему хмурился, но пытался контролировать мимику. Это был новый Снейп, настоящий, а не тот из кого Альбус лепил свою марионетку. Поднявшись по лестнице, ведущей к общей гостиной Слизерина, Северус на минуту остановился, отдышался и открыл дверь.
Малышня расположилась на подушках, прямо на полу, средние курсы сидели на деревянных скамьях, а старшие, уровня ПАУК, по праву занимали мягкие кресла. Филиппе тоже был в гостиной, он вполголоса разговаривал с Эйденом и Лисл. Француз Этьен снова попытался завладеть вниманием Снейпа, но тот лишь строго качнул головой. С появлением декана, шум в гостиной постепенно затих, Филиппе закончил разговор с ребятами и занял одно из двух кресел у стены. Второе предназначалось Северусу, но тот предпочел остаться на ногах.
— Рад всех вас видеть здесь. Я Северус Снейп…, – начал свою речь декан, но был перебит высоким мальчишеским голосом, раздавшимся с задних рядов:
— Член Совета Гильдии Зельеваров! Герой Войны!
Вся четко спланированная речь Северуса разом вылетела у него из головы. Грозно сдвинув брови, в лучших традициях прошлых лет, Снейп свирепо взглянул в направлении перебившего его ученика. Он понимал, что на подобную глупость мог решиться лишь новичок, не знакомый с его характером. Никто из его прежних учеников не посмел бы прервать его. Северус совсем уж был горазд разразиться пятиминутной обвинительной речью в адрес так не вовремя подавшего голос юнца, но вовремя спохватился, сделал глубокий вдох и произнес:
— Я знаю, кем являюсь, нет нужды напоминать мне об этом. Я буду крайне признателен, если вы, дамы и господа, не станете перебивать меня снова.
Северус оглядел собравшихся. Его сдержанность явно произвела большое впечатление на старшие курсы. Ученики удивленно переглядывались. При этом тишина в гостиной была полнейшей. Снейп начал снова:
— Я, Северус Снейп, глава факультета Слизерин. Этот джентльмен слева от меня, мастер Зелий, сеньор Фелиппе дос Сантос, мой помощник.
Фелиппе поднялся и коротко поклонился собравшимся, получив сдержанные овации. Слизеринцы не были склонны доверять сразу кому бы то ни было. В ответ на приветствия, помощник Северуса предложил для удобства общения обращаться к нему просто Фелиппе. Снейп тут же вмешался, добавив, что подобное обращение они могут позволить себе лишь в стенах факультета в приватной обстановке, в общественных местах, но на уроках обращаться к Фелиппе следует сеньор дос Сантос, и никак иначе. Ребята понимающе закивали.
Северус продолжил:
— Как на вчерашнем празднике сказал Салазар, мы все здесь как одна семья. Слизеринцы всегда были сплочены на нашем факультете, это помогает нам справляться с трудностями, как в стенах школы, так и далеко за её пределами. Все вы здесь теперь как братья и сестры. Запомните это. Ученики других факультетов не враги и не противники, они тоже семья, но можно сказать двоюродные родственники. – Северус улыбнулся. – Я знаю, что многие из вас имеют братьев и сестер, распределенных по другим факультетам, и я ни в каком случае не призываю вас отдаляться от них, наоборот, примите в свою семью и остальных, причислите их к родне, ощутите магию семьи. В этих стенах, я для вас не только профессор, но и почти отец. Если у вас возникнет какая-нибудь проблема, вы всегда можете прийти ко мне и обсудить ее. Это также означает, что если вы запутались или сделали что-то нехорошее, вам следует прийти ко мне за советом.
Новоприбывшие ученики легко приняли слова Снейпа, а вот старшекурсники опасливо переглядывались, они с болезненной ясностью понимали, о чём именно ведет речь их декан.
— За пределами Хогвартса у меня есть дом и семья. Вероятно, многие из магглорожденных или учеников из других школ не знают, что я принадлежу древнему роду Принцев. Как прямой потомок этой славной семьи по материнской линии, я в настоящий момент являюсь главой рода. В разгар летних каникул, моё поместье было сожжено сумасшедшим, за которым авроры Министерства в настоящее время ведут охоту. Не волнуйтесь, в пожаре никто не пострадал, но мой дом утерян, и я разрабатываю план по его восстановлению. Ввиду всего произошедшего, обитатели моего поместья пока будут проживать в башне Слизерина, – сказал Снейп и подал знак небольшой группе, находящийся позади учеников.
Валериан выступил вперед, держа Эмили на руках. Следом вышел Октавиус. Их фамильное сходство сразу бросалось в глаза.
— Это лорд Валериан Принц, его правнучка Эмили и внук Октавиус, – представил декан своих родственников.
Несколько девушек, глядя на Октавиуса, захихикали. Северус вздохнул и продолжил:
— Все вы, наверное, видели Октавиуса на празднике. Он будет учиться в Хогвартсе, как ученик на уровне Духов.
— Он же призрак! – воскликнул кто-то из ребят.
— Мы все призраки, – спокойно произнес Валериан, и в доказательство вытянул руку в сторону Северуса. Рука прошла насквозь, не замечая препятствия.
— Они – моя семья, и я ожидаю, что вы отнесетесь к ним с должным уважением, – очень серьезно произнес Снейп, и ни у кого не осталось сомнений, что за свою семью он спросит по всей строгости.
Валериан спустил Эмили вниз, девочка резво ринулась к одной из свободных подушек среди младших курсов, устроилась там и с улыбкой оглядывала своих удивленных соседей. Октавиус после представления отошел в сторону и занял стратегическое место у входа, Валериан устроился в кресле у камина, которое Северус заранее приготовил ему. С тихим хлопком в гостиной появился домовик Дживс, держа на подносе бокал вина. Валериан, под молчаливыми взглядами собравшихся в гостиной, кивком поблагодарил домовика и взял тяжелый бокал с подноса. Ученики дружно выдохнули.
— Есть еще один обитатель, которого я хотел бы вам представить. Прошу любить и жаловать -Данте, – едва имя было произнесено, как маленький эльф выскочил из ниоткуда, словно чертик из коробочки. Он выглядел немного испуганным, но, тем не менее, старался держаться прямо, стоя рядом с ногами Северуса. – Это Данте, домовой эльф, он будет проходить обучение под моим руководством, чтобы стать новым моим помощником в зельеварении. Если вы заметите его в классной комнате,в лаборатории или в кладовой ингредиентов, знайте: Данте на своем месте. Пожалуйста, уясните себе, что Данте МОЙ помощник, а не ваш, так что не стоит озадачивать его своими просьбами. Некоторые из вас уже встречались с ним и знают, что Данте такой же ученик, как и все вы. Если вы не поняли то, что я сейчас сказал, поднимите руки, я повторю еще раз. Я всегда знаю, что происходит в моей лаборатории. Если вы считаете, что сплетни между учениками распространяются молниеносно, то вы удивитесь тому, с какой скоростью передается информация между домовыми эльфами. Когда у кого-то из вас возникнет желание обидеть или каким-либо образом оскорбить моего ученика, будьте уверены, что это не пройдет мимо меня. Я обязательно узнаю и строго накажу, так что подумайте хорошенько, прежде чем предпринимать что-либо. Всем все понятно?
Дружный хор голосов «да, сэр» возвестил, что все ученики услышали предупреждение. Северус удовлетворенно кивнул и разрешил Данте вернуться к своим обязанностям. Домовик поклонился и исчез.
Покончив с насущными делами, Северус, наконец, сел в свое кресло и сделал глубокий вздох. Те, кто его хорошо знал, понимали, что он собирается сказать что-то, что для него произнести нелегко.
— Те из вас, кто постоянно проживает в Британии, наверняка слышали о громком скандале связанным с бывшим директором нашей школы, Альбусом Дамблдором. Я хотел бы донести до вас официальную информацию, дабы прекратить слухи и передергивания. Всё, о чём писали газеты последние несколько недель – правда. – Северус прервался, давая возможность ученикам бурно проявить свои эмоции, затем поднял руку, и снова воцарилась тишина. – Помимо известных, есть немало скрытых действий Дамблдора, информация о которых пока не просочилась в прессу, некоторые из них столь же ужасны.
Ученик вновь подняли шум.
Северус вновь поднял руку и пояснил:
— Спустя неделю после окончания прошлого учебного семестра, я и некоторые другие, вовлеченные в расследования люди, получили информацию о криминальной деятельности Альбуса Дамблдора. Мне пришлось пройти полную медицинскую проверку, которая выявила несколько сложных заклятий принуждения, слежки и ненависти, наложенных на меня. Все эти чары и сложные проклятия имели влияние на мой характер и поступки. Многие из вас помнят, каким я был до окончания прошлого семестра. Вынужден признать, что немалая часть моих поступков корректировалась этими заклинаниями. В Аврорате есть неопровержимые факты о том, что Дамблдор планировал превратить меня в очередного Темного Лорда, как он это с успехом проделал с несчастным Томом Риддлом, ставшим в последствии Волдемортом. Подобный план у него был и в отношении Драко Малфоя. Еще в Аврорате имеются доказательства того, что многие слизеринцы, ставшие Пожирателями Смерти, тоже несли на себе чары подчинения и ненависти.
— Вы в этом уверены?! – вскочив на ноги, воскликнула пятикурсница Хальсиен Эйвери. Северус видел, что девушка готова поверить ему и почти не сомневается в его словах, почти вся её семья входила в ближний круг Пожирателей Смерти. И все, за исключением её и двоюродной тетки погибли в первой и второй войне против Волдеморта. А ведь семья Эйвери, так же как и Уизли считалась очень большой.
— Мне действительно очень жаль, мисс Эйвери, но это правда. Но не только чары имели место. Кого-то Дамблдор подкупал деньгами, кого-то славой, кому-то нужны были родовые именья. Дамблдор сознательно выбрал факультет Слизерин, что бы формировать из нас темных магов.
После этих слов, гостиная буквально взорвалась возмущенными криками. Ученики повскакали с мест, громко высказывая своё возмущение. Северус не стал их останавливать, знал, что проще дать им время выпустить пар. Некоторые, так же как и Хальсиен наоборот выглядели удрученными, будто готовыми разрыдаться в любой момент. И Снейп их понимал.
Когда эмоции чуточку улеглись, Северус продолжил:
— В газетах печатали версию того, что Дамблдор сделал с Гарри Поттером и Невиллом Лонгботтомом, но эта информация лишь вершина айсберга. Гарри Поттер и Невилл Лонгботтом пострадали куда сильнее. Сильнее, чем кто-либо другой, кого Дамблдор истязал своими манипуляциями. Те из вас, кто учился в прошлом году, наверное, помнят, как выглядел Гарри и могут сравнить с его нынешним обликом. Невилл считался в школе полным неудачником, едва ли не сквибом. Когда же чары и заклинания были с него сняты, а я стал способен видеть его возможности без негативного наваждения, стало очевидно, что этот молодой человек способен на очень многое из того, что я прежде считал невозможным. Он умен, чрезвычайно храбр и очень одарен магически. Никому не рекомендую его задирать.
Ученики закивали, они понимали, к чему клонит их декан.
— Теперь самое главное. Этим летом в Хогвартсе жила небольшая группа учеников, большинство из них слизеринцы. Все они прошли магическое сканирование. На старших учениках Слизерина были обрнаружены негативные чары. Эти заклинания были специально созданы для нас, что бы мы чувствовали ненависть и презрение к ученикам других факультетов, даже если этот человек был прежде нашем братом, матерью, отцом или лучшим другом.
Северус обвел взглядом притихших ребят. Многие из них выглядели просто больными от этих новостей. Очень кстати в этот момент в гостиной появились Елена, Джастина и команда невыразимцев.
— Сегодня утром мы проверим на чары и прочие негативные проявления всех вас. Школьный колдомедик Елена и целитель Джастина проведут диагностику. Министерство прислало особую группу специалистов, которые запротоколируют те чары и заклятия, что будут обнаружены и сняты. А также помогут удалить те чары, что окажутся неподвластны колдомедикам, если такое возможно. По окончании диагностики, возможно, некоторым из вас понадобятся новые волшебные палочки, – сказал Северус, поднимаясь навстречу вошедшим.
Ученики недоверчиво переводили взгляды с декана на незнакомых людей. Один из учеников озвучил, беспокоивший всех вопрос:
— Профессор, а вы уверены, то они не…ну, вы понимаете…
Северус кивнул в знак того, что понял, о чем спрашивает парень.
— Я полностью доверяю этим людям. Колдомедики Елена дос Сантос и Джастина мои личные целители. Учитывая летний опыт, мы проверим всех учеников, не только слизеринцев.
Джастина вышла вперед.
— Так же мы диагностируем все незалеченные травмы, оценим общее состояние здоровья каждого, проверим, есть ли у всех надлежащие прививки. Все магглорожденные получат положенные прививки против магических заболеваний.
— Зелья или уколы? – робко спросил один из первокурсников.
Джастина улыбнулась. Дети всегда остаются детьми.
— Будут и зелья, и уколы. Но не горькие и не больно.
— Так что не заставляйте меня разыскивать вас по всей школе и волочить в больничное крыло как на расстрел с тем, чтобы колдомедики смогли уколоть ваши загорелые летом попы, – с преувеличенной серьезностью произнес Снейп, наклоняясь к задавшему вопрос ученику. Тот сглотнул комок в горле и печально кивнул.
* * *
Диагностика заняла большую часть дня. Каждый ученик в школе был тщательно осмотрен и просканирован. «Подарков» Дамблдора нашлось немало, некоторые чары ослабели от времени или были не слишком сильны, другие наоборот крепли с каждым месяцем. Более того, некоторые ученики, в основном слизеринцы, явно подвергались насилию и побоям. У троих ребят из одной семьи была частично заблокирована магия. Обследование одной из пятикурсниц показало, что несовершеннолетняя девушка перенесла несколько абортов. Этот случай взяли на контроль невыразимцы. К вечеру Алекс заявил Северусу, что против родителей этой ученицы возбуждено расследование.
Джастина не менее успешно проявила себя, ей удалось обнаружить редкое магическое заболевание у одного шестикурсника. К счастью, болезнь еще не развилась окончательно, и если предпринять скорейшие меры, то можно устранить её без последствий. Снейп обещал немедленно заняться варкой необходимых зелий. Напуганного мальчишку поместили в больничную палату, а не менее перепуганных родителей вызвали в школу.
Результатом поголовного осмотра выяснилось, что из ста девяти слизеринцев, как минимум тридцати нужны новые волшебные палочки. Салазар поручил Огдену разыскать все потерянные палочки за все годы учебы в Хогвартсе. Ученики перебирали потеряшки одну за другой, в надежде найти подходящую. Десятку учащихся повезло, остальным Снейп пообещал в ближайшее время организовать покупку новых.
Вечером, обсуждая с Гарри проведенный день, Северус признал, что чрезвычайно доволен результатами.
Следующим утром после завтрака слизеринцев в гостиной встречал сам Салазар. Ребята расселись кружком у портрета и, затаив дыхание, слушали его истории о делах давно минувших. Девочки нашли историю его любви к маггловской принцессе очень романтичной, Салазар даже расщедрился и продемонстрировал ученикам её маленький портрет. Даже самые заносчивые чистокровки были вынуждены признать, что она была невероятно красива.
Так же как Годрик, Ровенна и Хельга, Салазар отвел своих подопечных в Комнату Желаний, где он, благодаря чарам комнаты, мог выйти из рамы и предстать перед завороженными учениками во плоти. Салазар взялся за дело с привычным энтузиазмом, он проверил магические способности всех учеников Слизерина. Он отметил, что, по меньшей мере, двадцать учеников, имеют предрасположенность к анимагии. Северус при этом тщательно записывал все выводы и наблюдения. Он решил позднее поговорить с Минервой об открытии курса анимагии для учеников старше четвертого курса.
Под конец испытания в комнате появились остальные Основатели, да и не только они. Хельга смеялась и обнимала малышей, уже заскучавших по дому, а сыновья Салазара Санчо и Карлос рассказывали истории из славного прошлого знаменитых слизеринцев. Были в них и поучительные новеллы, были и смешные и грустные истории.
До ужина оставался час, когда в Комнату Желаний вползла огромная змея, вызвав настоящую панику среди разомлевших ребят. Слизеринцы не кричали при виде змеи, но бледные и настороженные они сбились в кучку и ощетинили палочки, у кого они были. Северус вышел вперед и мог лишь сокрушенно покачать головой. Не узнать Гарри в его змеиной форме он, конечно же, не мог. Огромная змея быстро скользнула, обвилась вокруг Снейпа и положила плоскую голову ему на плечо, при этом добрая половина её тела продолжала ползти по полу, укладываясь в кольца.
— Ты в курсе, что ты очень тяжелый? – Спросил Северус змею по-английски. Змея зажмурилась, потерлась о плечо и быстрым раздвоенным языком лизнула Северуса в щеку. Снейп усмехнулся. Только Гарри мог придумать способ поцеловать его на глазах у всего факультета Слизерин и при этом не быть разоблаченным.
— Это волшебная змея – Леука, она хоть и ядовитая, но никогда никому не причинила зла.
— Она ваш фамильяр,сэр? – осмелился подать голос один из учеников.
— Нет, он просто мой. Вероятно, вы будете встречать его время от времени в нашей башне. Даже не думайте попытаться навредить ему, вам не по силам тягаться с ним. Просто оставьте его в покое. Раз уж мы начали говорить о змеях, в моих покоях есть еще одна живая рептилия. Зовут её Мирддин, мерлинова мамба. Эту змею мне преподнесли в подарок на балу. Мирддина прекрасный и очень редкий представитель змеиного царства, но она никогда не покинет моих комнат. Если же вы увидите её ползущей по коридорам, бегите прочь, не пытайтесь её поймать или прикоснуться. Мерлинова мамба одна из самых опасных змей. А Мирддина еще и упрямая. Леука так же обладает непростым характером, но она не стремится причинить кому-нибудь вред.
— Вы уверены, господин декан? – с опаской глядя на млеющего на плече декана монстра, спросила Эмили Жюль. Змея была раза в три больше самой девочки.
— Абсолютно, – подтвердил Северус. – Хотите его погладить?
Эмили выглядела неуверенно, но все же решилась подойти и осторожно прикоснуться к теплому телу змеи. Северус попросил Леуку отползти в центр комнаты и показаться во всей красе. Гарри-Леука послушно скользнул вниз и устремился в центр. Ребята разом разошлись в стороны, образуя большой круг. Вперед вышел Санчо и ласково погладил змею по голове. После чего он дал ребятам небольшой урок, как следует обращаться со змеями и разъяснил, чего делать не следует. В конце импровизированного урока многие из особо храбрых ребят утверждали, что и сами были бы не прочь завести себе такого домашнего питомца. Затем Санчо и Карлос показали, как защищаться от нападения змей, различные приемы обороны и даже ввели понятие парселмагии. Оба брата знали, что Северус планировал рассказать ученикам о парселмагии, а тестирование Салазара выявило у нескольких ребят определенные способности, которые могли бы помочь в обучении использования парселмагии.
На ужине стоял невероятный гомон. Все ученики спешили поделиться своими впечатлениями друг с другом. Но не только ученики пребывали в волнении. Невилл, Гарри и Луна так же обменивались новостями о достигнутых результатах. Гарри поведал, что трое гриффиндорцев имеют неплохие способности в стихийной магии, А Луна призналась, что семеро учеников показали хорошие природные данные к Прорицанию. Правда, ни один из них не имел склонности к Некромантии, как Гарри. Невилл же удивил остальных, указав на нескольких ребят, обладающих магическими способностями в областях наук, которые не преподаются в Хогвартсе, такие как способности к языкам и целительству. Воодушевленный Невилл уже планировал встречу с Минервой, нужно обязательно обсудить возможность развития этих полезных способностей. Пусть не для младших курсов, так хотя бы для старших.
Минерва Макгонагалл поднялась с кресла и попросила тишины. Громким и чуть резким от волнения голосом она объявила, что приняла под опеку двух маленьких мальчиков. Люциусу и Андромеде удалось почти невозможное, они получили одобрение Министерства в день подачи запроса. Новость была встречена одобрительными криками. Минерва немного расслабилась. Домовой эльф Тибби вывел на возвышение двух близнецов Даниэля и Девида. Даниэль шагал уверенно, а Девид был немного смущен таким большим количеством людей.
Множество рук махали мальчишкам, приветствуя их. Эдвард Уэйси и Патриция Макдональд, старосты школы, подошли к ребятам, что бы пожать им руки и пригласить за стол. В зале стало еще веселее, когда Даниэль громко сказал:
— Спасибо, я уже ужинал.
Минерва разрешила детям остаться в Большом Зале и съесть свой десерт. Малышей поместили рядом с Гарри и Невиллом.
Когда ужин подходил к концу, Невилл услышал мелодичный перезвон, зовущий его скорее вернуться в свои комнаты.
— Невилл?! – настороженно шепнул ему Гарри. Невилл кивнул. Стараясь не вызывать подозрений, оба молодых человека поднялись из-за стола и направились к выходу. При этом Невилл, со значением коснулся плеча своей бабушки, когда проходил мимо неё. Покинув зал и прикрыв за собой двери, парни припустили бегом.
Едва они, запыхавшись от быстрого бега, ввалились в комнаты родителей Невилла, то сразу увидели маму Невилла, Алисию. Она проснулась. Невилл зажмурился и мысленно воззвал к Хогварсту, прося скорее позвать Джастину. Пару минут спустя Джастина появилась под руку с Огденом. Всё это время Невилл и Гарри стояли на пороге, боясь подойти и всё испортить. Джастина решительно подошла к Алисии, осмотрела её и заключила, что пациентка хоть и слаба физически, но совершенно здорова.
Растроганный Невилл кинулся обнимать мать. Первое, что произнесла Алисия, после долгого молчания, было:
— Как же я люблю тебя, малыш!
В тот вечер в этой комнате отметились все, кто только сумел пробраться сквозь запреты колдомедиков. Джастина и Елена горой стояли на пороге, разворачивая любопытных восвояси. Минерва, Гарри, Северус, Филиус, Помона по очереди приходили поприветствовать проснувшуюся Алисию, поздравляли совершенно счастливого Невилла. Брайан запротоколировал официальное заявление о нападении. Алисия рассказала им, что они с Френком сразу поняли, что Лейстренджи под Империусом и не осознают своих действий, и назвала имена двух авроров, которые выдали их убежище. К счастью, имена этих предателей уже были известны по делу о хищениях из Гринготтса, Рагног в своей покаянной исповеди выдал их. Оба предателя были задержаны.
Когда Брайан сказал, что Алисию и её супруга опоили зельем, она, ко всеобщему удивлению, призналась, что понимала это. По её рассказу, Альбус пришел к ним в палату и дал какое-то зелье, оно подействовало быстро. Сознание помутилось, Алисия не могла вспомнить многие вещи, будто вся её жизнь проходила во сне. Однако женщине удалось назвать имена различных целителей и колдомедиков, которые работали на Альбуса. Дамблдор сам часто навещал их в больнице, приносил конфеты в ярких обертках. Алисия прятала обертки от медиков, а затем пыталась давать их Августе, а затем и Невиллу, пытаясь привлечь их внимание к ярким бумажкам, которым не место в больнице, в надежде, что кто-нибудь догадается их проверить. Леди Августа всплакнула, ей было крайне жаль, что она не смогла понять этот сигнал.
Джастина выпроводила гостей и прописала выздоравливающей несколько укрепляющих зелий, особую щадящую диету и упражнения для ослабленных мышц.
Фрэнк не просыпался до следующего вечера. К тому же, в отличие от Алисии, ему практически не удалось сохранить ни одного воспоминания за прошедшие восемнадцать лет. Он тоже твердил, что будто находился в глубоком сне, и был потрясен, увидев Невилла. Потом были слезы, объятия с матерью и женой.
Несмотря на радость, Фрэнк просто негодовал, когда Невилл рассказал ему о поступках Альбуса. Он просто не мог поверить. Джастине даже пришлось влить во Фрэнка порцию успокаивающего эликсира, что бы унять сбившееся дыхание. Августа тихо прошептала Невиллу, что не стоит рассказывать всё и сейчас. Надо дать ему время обвыкнуться и окончательно поправиться.
В субботу в Хогвартс прибыла команда шустрых гоблинов во главе с Гаваром. Они опросили всех маглорожденных учеников. Из ста пятидесяти у шестидесяти трех нашлись кровные узы с полукровками или сквибами. Четырнадцать учеников с изумлением узнали, что их предки были сквибами из очень известных и считавшихся вымершими родов. Гавар обратился к Брайану с предложение составить в Гринготтс запрос на открытие старых семейных хранилищ новым наследникам. Четверо «маглорожденных» и вовсе оказались чистокровными магами! Как предположил Гавар, они, возможно, внебрачные дети и были попросту переданы на воспитания магглам. В итоге у тридцати семи нашлись счета в Гринготтсе.
Северус, Августа и Филиус организовали поездку на Диагон Аллею тем, кому срочно нужны были новые палочки. Лавка Оливандера всё еще находилась в том же месте, но её хозяину пришлось начинать своё дело практически с нуля. Все его изделия были поломаны и сожжены, поэтому такого большого выбора, какой доводилось видеть детям и взрослым до войны, уже не было. Поэтому пятерым ученикам пришлось заказывать палочки индивидуально. Оливандер заверил, что к утру понедельника все палочки буду доставлены в Хогвартс. Плату старый мастер получал со счетов Хогвартса, принявшего на себя груз этой ответственности. Пользуясь возможностью выбраться в город, Северус прошелся по лавкам и купил необходимые предметы, просьбы о которых ему подавали его «змейки».
В тот же вечер Минерва собрала большой совет в своем кабинете, магически расширенном по такому случаю. Совет включал в себя Основателей, четырех глав факультетов, колдомедика Елену, Джарака, Августу, Невилла и Гарри.
На совете обсуждались события последних дней, результаты диагностики, опросов и закупок. Невилл внес свою идею открыть для старших курсов факультатив по целительству. Елена поддержала его и сходу предложила назначить Джастину профессором по этому предмету. Минерва обещала подумать. Северус упомянул про уроки анимагии для особо одаренных учеников. Директора-анимага эта идея привела в восторг. Она пообещала обратиться в Попечительский совет и организовать субботние занятия, вести которые она вызвалась лично.
Еще участники собрания обсуждали проблему жестокого обращения с детьми, что делать с теми, кто нуждается не только в учебе, но еще и защите от домашнего произвола. Диагностика выявила, что многие ребята живут в своих семьях в ужасных условиях, подвергаются побоям и насилию. Елена предложила пригласить в Хогвартс целителя разума Беннета, который занимался проблемой Фрэнка и Алисии. Ребятам нужна психологическая поддержка. Минерва, с поджатыми губами слушавшая доклад, сообщила, что родители пятерых учеников взяты под стражу, в связи с подозрением в насилии над детьми. Пока ведется расследование и если оно подтвердит их виновность, подследственных ждет Азкабан, а бедные дети поселятся в приюте, организованном Гарри.
В конце встречи Минерва немного приободрилась.
— У меня такое чувство, что нам удалось исправить хоть малую толику того, что натворил Альбус Дамблдор.
— Я чрезвычайно доволен вами, дамы и господа, – улыбнулся с портрета Годрик, – Впервые за столько столетий это школа встала на истинный путь, по которой мы мечтали её вести. Спасибо вам за это!