Все началось с похода в Грингортс

Гарри проснулся в половине четвертого утра. Это было привычное для него время пробуждения, за которым следовала беговая тренировка с Карлосом и его братьями. Северус лежал рядом, положив голову на грудь Гарри. Юноша утешал обессиленного горем любовника, пока тот не забылся глубоким сном.
Гарри тихо лежал, не желая разбудить Северуса, и размышлял. Нет, он не собирался принимать участие в общей тренировке этим утром. Всё может подождать. Северус сейчас очень нуждается в нем, и Гарри решил, что не оставит его, но предупредить братьев стоит.

Осторожно выскользнув из-под Северуса, он встал с кровати, накинул мантию и на цыпочках вышел из спальни. Спустившись по лестнице к кабинету хозяина поместья, где висел портрет Элиаса Принца, Поттер обратился к нему с просьбой:
— Элиас, не могли бы Вы сообщить Галену, что этим утром я не смогу прийти на пробежку? Я должен побыть с Северусом.
Маг на портрете с трудом скрывал свое беспокойство, поэтому он просто кивнул и скрылся за раму. Спустя несколько минут он появился вновь.
— Они просили передать, что понимают твою задержку и просят не беспокоиться. Будьте там, где должны, — передал их слова Элиас. Гарри благодарно улыбнулся старому магу.
Оглядевшись вокруг, Гарри, наконец, смог оценить масштаб оставленного Снейпом разгрома. Несколько замысловатых пассов руками вернули кабинету его первоначальный респектабельный вид.

Элиас, с молчаливым одобрением наблюдавший за колдовством юного лорда, заговорил:
— Гарри, хочу поблагодарить тебя за то, что ты здесь, рядом с моим внуком. С тех пор, как умерла его мама, я не видел его столь злым и полным ненависти к кому-либо. Именно после гибели матери Северус примкнул к Волдеморту. Теперь я понимаю, что виною было влияние Альбуса, но, признаюсь тебе честно, тот факт, что мой внук смог сохранить свою душу, значит для меня очень-очень много. Я виноват перед ним. Меня не было рядом, когда он страдал. Я оставил его Альбусу, поверил лживым обещаниям, думал, что всегда успею остановить его и не позволить Северусу пойти неправедным путем.
Голос старика был полон горечи и страдания. Сейчас, как никогда, Северус был похож на своего деда.
— Элиас, — мягко вступил Гарри, — самое главное — теперь Вы рядом с ним, и это очень важно для Вашего внука.

Элиас Принц согласно закивал.
— И я рад видеть, что Северусу в партнеры достался такой человек, как ты, который его так сильно любит.

— Спасибо, дедушка Элиас. Чувствую, главный герой нашего разговора проснулся. Пойду гляну, как он там, — сказал Гарри и собрался уже выйти из кабинета, когда портрет окликнул его снова.
— Позови Дживса. Я вчера вечером посылал его на Диагон аллею, чтобы купить несколько зелий. Они могут тебе пригодиться.

Поттер вспомнил, в каком состоянии он вчера нашел Снейпа, понимающе улыбнулся, вышел за порог и вызвал эльфа. Пузырьки из темного стекла содержали зелья от похмелья и головной боли.
Снейп безропотно принял предложенные микстуры, с помощью Гарри добрался до душа и привел себя в порядок. Пока маги были в ванной комнате, эльф навел порядок в спальне.
Избавившись от тошноты и слабости в теле, взбодренный холодным душем, Снейп вернулся к привычному сарказму.
— Фу, что за гадость! У каких бездарных первокурсников ты украл эти мерзкие зелья?
— Дживс купил их на Диагон аллее, — улыбнулся Гарри: такой Северус нравился ему больше. Снейп презрительно скривил губы, без слов давая понять, что он думает о зельях, купленных в магической аптеке.

Гарри помог любимому облачиться в чистую одежду и даже сам застегнул его сюртук на все те многочисленные пуговки, которые порой так раздражали его своим нежеланием расстегиваться в нужный момент. Северус молча наблюдал за суетой Гарри и не мешал ему.
— Прости, Гарри… моя голова просто разламывается… — проговорил он, откидываясь спиной на подушки, лежащие у изголовья кровати.

— Ты отдыхай, я пойду займусь завтраком для тебя. К тому времени, я думаю, зелье от головной боли подействует, — с несколько преувеличенной веселостью заявил Поттер, быстро принял душ и переоделся в чистую одежду.

— Я могу здесь остаться? — спросил Снейп, внимательно наблюдая за торопливыми метаниями юноши по спальне.
Гарри встретился с ним взглядом, кивнул и заботливо прикрыл любимого клетчатым пледом. Потоптавшись еще немного на месте, Поттер решил, что сделал всё, что мог, и ретировался на кухню. Верный своему слову, он на скорую руку приготовил завтрак и небольшой шоколадный тортик. Завтрак, водруженный на большой поднос, был торжественно внесен в спальню, где Гарри и Северус молча, но, тем не менее, успокоенно подкрепили свои силы.
Собрав посуду, Гарри сходил на кухню и вернулся с чаем и солидным куском только что приготовленного шоколадного десерта.

— Шоколадный торт на завтрак? — Северус смотрел на молодого человека странным, недоверчивым взглядом.

— Ага. Вчера вечером ты просил, чтобы я приготовил его для тебя… и я подумал… я решил, что… короче, я его испек, — сбивчиво закончил Поттер и покраснел. Борясь со смущением, Гарри решительно взял десертную вилку, и они вдвоем довольно быстро расправились с куском торта.

— Хм, неплохо, но Мисти готовила его лучше, — с видом строгого дегустатора вынес свой вердикт Снейп.

Гарри, сидевший на постели рядом, виновато кивнул и уткнулся лицом в плечо партнера.
— Северус, мне действительно очень жаль Мисти…

— Я знаю, — перебил его Снейп. — Прости меня, если сможешь. Я не имел никакого права требовать от тебя вернуть ее. Особенно после всего того, через что тебе пришлось пройти накануне. Я просто… Мисти была моим лучшим и единственным другом очень долгое время. Я не хотел, не мог её потерять.

Гарри придвинулся ближе и обнял Северуса одной рукой за плечи.
— Я понимаю.

— Я похоронил ее в том месте, что предназначалось для меня, рядом с моей матерью. Ведь Мисти была мне большей матерью, чем моя собственная. Моя мама заботилась, в основном, о моем отце. Она могла унять свою гордыню, прийти к моему деду и попросить помощи, но она этого не сделала. Предприми она хоть что-нибудь, мы бы узнали, что дед все эти годы посылал мне деньги и заботился о нас, как мог. Но моя мать поставила желания моего отца превыше всех остальных. Для Мисти я всегда был центром внимания. Мои желания и просьбы были для нее важнее собственных. Я получил Мисти в подарок от мастера Леблана, когда получил звание профессора Зельеварения, но эльфийка никогда не была моей рабой или слугой, она навсегда стала моей семьей.

Гарри сидел и слушал, не перебивая. А Северус всё говорил и говорил, будто где-то внутри него прорвало плотину, сдерживавшую его откровенность. Снейп рассказал немало забавных и грустных историй, в которые он влипал, и как эльфийка с терпением, достойным лучших матерей, выручала его. Когда поток слов иссяк, Гарри и Северус, взявшись за руки, спустились к фамильному кладбищу Принцев. Гарри наколдовал букет цветов и положил их на свежую могилу. Маги постояли немного, думая каждый о своем, затем медленно побрели обратно к поместью.

Северус рассеянно оглянулся: позади них появился призрак Октавиуса, призывно махавший им рукой. Поттер и Снейп направились в его сторону.

— Как Вы себя чувствуете, Северус? — спросил Октавиус, когда они приблизились.

— Мне лучше, спасибо, Октавиус… и благодарю тебя за то, что позвал Гарри вчера. Мне было очень нужно увидеть его, — вздохнул Северус.

— Рад был помочь. Моя работа состоит в том, чтобы защищать Вас, даже если приходиться защищать Вас от самого себя, — с лукавой улыбкой заметил Октавиус, и Северус отвел взгляд. Гарри удивленно приподнял брови.
— Говоря о защите, надеюсь, я не нарушу чью-нибудь тайну, если спрошу, почему часть территории поместья недоступна для посещения?

Снейп замялся, а Октавиус ответил вместо него:
— Всё просто. Здесь, в поместье, есть опасная территория. Когда я был ребенком, мой отец часто напоминал нам не ходить в лес в дальнем конце угодий. Конечно же, я не послушался. Как вы можете предположить, урок послушания я усвоил отнюдь не легким путем. Теперь я и Бьюти защищаем это место, не позволяя кому-либо еще совершить подобную ошибку.

— Опасность настолько велика?

— Один из моих родственников был профессором Зелий. Он ставил сложные эксперименты на различных животных. Нужно ли упоминать, что они после этого не могли оставаться в доме? — с усмешкой ответил Октавиус.

— Охрана запретной территории поместья — благородная цель, но еще недавно фамильная усадьба Принцев была пуста. Не от кого было охранять это место, почему же Вы остались? — со свойственным пытливым юношам любопытством поинтересовался Гарри.

— Когда я умер, среди живых у меня оставались два младших брата. Я хотел защитить их от опасности. Братья выросли, у них появились свои дети… В конечном итоге, я остался здесь, чтобы защищать детей. Я охраняю это место уже более четырехсот лет, и, пока опасность не исчезнет, я останусь тут. Уверен, вы еще оцените мои услуги, когда у вас самих появятся детки и станут проводить время в этом замечательном доме.

— Если наши дети будут хоть немного походить на Гарри, Вам, Октавиус, придется караулить этот участок днем и ночью, двадцать четыре часа в сутки, — саркастически хмыкнул Снейп, по привычке складывая руки на груди.

Поттер засмеялся. Октавиус тоже улыбнулся, с интересом поглядывая то на Гарри, то на Северуса.
— Уверяю, я смогу уберечь ваших детей от опасности. Я всегда на посту, а в те редкие случаи, как прошлой ночью, когда я вынужден отлучиться, вместо меня дежурит Бьюти. Поэтому не волнуйтесь, никто больше здесь не погибнет, пока мы на страже.

Гарри собирался задать другой вопрос, когда почувствовал сигнал от коммуникационного зеркала.

В отражении появилось взволнованное лицо Невилла:
— Гарри, в Хогвартсе проблема. Замок сообщил нам, что во внутреннюю часть Тайной Комнаты пробрался посторонний. Мы с Джинни, Алексом и Биллом спустились туда, но никого не обнаружили. Страж Библиотеки говорит, что к нему никто не подходил, в то время как Билл подтверждает: его сигнальные чары указывают, что кто-то сюда спустился. А еще Брайан просил передать, что в Хогвартс приезжает американский Министр Магии и желает с тобой поговорить. Гоблины что-то готовы предложить, но отказываются иметь дело с кем-либо еще, кроме тебя. Меня кентавры к себе зовут на встречу, я не могу им отказать… Короче, ты нам очень нужен!

Гарри перевел расстроенный взгляд с Невилла на Северуса.
— Невилл, я…

— Мы уже идем, — вмешался Снейп, приближая лицо к зеркалу так, чтобы Невилл мог его видеть. — Передай всем, мы будем у вас минут через десять.

Гарри облегченно закивал.

— Спасибо, тогда до встречи, — откликнулся Невилл, и связь прервалась.

* * *
Десятью минутами позже Гарри спустился во внутренние помещения Тайной Комнаты. Там его уже с нетерпением ждали Джинни, Билл и Алекс.

На лицах всех троих отразилось заметное облегчение.
— Все сигнальные чары, которых мы немало навешали на все возможные пути, говорят, что кто-то проник сюда, но мы не можем его найти. Единственное мое предположение — этот кто-то находится сейчас в лабиринте, — высказал догадку Алекс.

— Все люди Алекса и гоблины нами пересчитаны, все на месте. Кто бы это ни был, он не знает толком, куда направляется. Чары на коридорах, ведущих в кабинет, лабораторию и библиотеку Слизерина, не активированы. Методом исключения мы выяснили, что незнакомец скрывается в лабиринте, — сказал Билл.

Гарри, немного подумав, согласился с их выводами, затем отошел в сторону, перекинулся черным псом и принялся тщательно обнюхивать пол и стены подземелья. Сделав несколько кругов по залу, большой пес, без промежуточной трансформации в человека, обратился волком и навострил чуткие уши. Громко завыл и снова прислушался. Друзья Гарри с удивлением и восторгом наблюдали за столь сложными превращениями.

Вернув себе человеческий облик, Поттер задумчиво заговорил:
— Кто бы в лабиринт ни ушел, этот человек не один. С ним змея, и это не Каа. Билл, ты идешь со мной. Алекс, привяжи веревку вокруг талии Билла, нам жизненно нужна связь с вами.

Алекс зачаровал на прочность веревку и обвязал ею Билла.
— Веревка будет предавать нам сигнал, что с вами двумя все в порядке, но также нанесет на карту область, которую вы прошли. Если ты, Гарри, этого хочешь.

— Если честно, не хочу, но карта может оказаться полезной для определения степени повреждения стен лабиринта, — вынужден был согласиться Поттер.

— Понимаю твое беспокойство. Не волнуйся, я обещаю использовать информацию только на благо, — заверил его Алекс.

Гарри кивнул и обратился к Биллу.
— Ты как, сможешь освещать нам путь?

Получив утвердительный ответ, юноша вновь превратился в волка и устремился в лабиринт, Билл старался не отставать от него ни на шаг. Они прошли несколько странного вида помещений. Гарри время от времени превращался в собаку или змею, исследовал путь на предмет безопасности. Найденные им ловушки Билл успешно дезактивировал, и они двигались дальше. В одном из залов они видели два скрюченных на полу скелета. Примерно через полчаса интенсивного поиска они обнаружили в одном из небольших коридоров Сунила Арджуна, сидящего на полу и освещающего пространство вокруг себя тусклым светом палочки.
Лицо мальчика было заплакано. Когда он увидел возникшего из темноты огромного волка, он очень испугался, выставил вперед волшебную палочку и закричал, чтобы тот не подходил к нему.
Гарри поспешил принять человеческий вид, Билл подошел следом за опередившим его юношей.

— Как ты здесь оказался? — строго спросил Поттер.

Сунил судорожно сглотнул и вместо ответа вытащил из-за пазухи маленькую змейку.
— Я слышал вчера, как Вы говорили на парселтанге. У меня с собой был Раджа, так зовут эту змею, я попросил его показать то, о чем он услышал. Я нашел вход в кабинет и лабораторию, затем вышел к круглому залу с коридорами во все стороны. Я хотел посмотреть, что тут, но заблудился. Простите.

— Когда закончится ремонт, я запру это место на миллион самых сложных чар… А теперь вставай и пойдем.

Гарри взял Сунила за руку и, пользуясь веревкой Билла, они за десять минут вернулись обратно к Джинни и Алексу.
Маленькая кобра в руке Сунила прошипела своему хозяину:
— Да, у тебя больш-шшая проблема, парень, твой отец накаж-жжет тебя.

Гарри недовольно взглянул на неё, а Джинни ответила:
— Иногда наказание очень полез-ззная вещ-щщь. Она может помоч-ччь обрес-ссти верный путь. — Сказав это, девушка взглянула на Гарри, покраснела и смущенно отвела взгляд.

— Это так. И ты, Радж-жжа, тож-жже заслуж-жжил наказание. Ты с-сслышал, что эта облас-ссть под запретом, чувс-сствовал запах Больш-шшой з-ззмеи, а з-ззначит, мог привес-ссти его прямо к в пас-ссть к Вас-ссилиску.

— Он не говорит так, как вы, — возразила змея в свою защиту.

— Да, но ты выбрал этот путь в лабиринт, и воз-ззможно, вел с-ссвоего хозяина к с-ссмерти, — Гарри легонько хлопнул указательным пальцем по плоской голове змеи.

Когда Гарри вывел Сунила из лабиринта, рассерженный Алекс хотел поместить парня под арест, но Гарри отрицательно помотал головой и вызвал Огдена.

Гарри направил эльфа за Арджуном, прося встречи с ним в Большом Зале. Сказав Биллу и Алексу, что они могут продолжить наносить на карту туннели и восстанавливать то, что возможно, Гарри аппарировал с Сунилом наверх, в Большой Зал, где его с нетерпением и беспокойством ожидал Северус. В Большом Зале уже толпилась в ожидании группа гоблинов-строителей. Гарри переправил большую их часть вниз, в подземелья Тайной Комнаты, для проведения работ, а двое самых старших гоблинов остались для разговора с ним.

Арджун, приглашенный Огденом, уже спешил в зал.

Гарри хорошо запомнил свою встречу с предками и последующее «объяснение» ими ему его ошибок, поэтому он взглянул на индийского юношу и спросил:
— Хочешь сам рассказать отцу, что ты сделал?

Семнадцатилетний смуглый парень выглядел так, будто готов был немедленно сбежать отсюда на край света, но сумел взять себя в руки и коротко поведал отцу о своих неудачных приключениях. По мере рассказа вся гамма эмоций, от беспокойства до гнева, промелькнула на лице Аржуна. Сейчас отец Сунила был похож на Годрика в тот момент, когда Гарри делал свое признание перед ним.

— Мне очень жаль, Гарри. Кажется, мы окончательно преступили порог твоего гостеприимства. Полагаю, он должен быть арестован? — спросил напряженным голосом Арджун.

— Любопытство и страсть к исследованиям, я думаю, он унаследовал от Вас. Нет, я не собираюсь отдавать Вашего сына под арест или наказывать его сам. Я приму любое наказание, которое Вы изберете ему, — ответил Гарри и заметил неодобрительный взгляд Каа, которым змея одарила его. — Тем не менее, я пребываю в нерешительности. Все маги, спустившиеся во внутреннюю часть Тайной Комнаты, принесли Нерушимые клятвы о неразглашении. Я собирался выборочно стереть память о том, где он был и что видел, но сейчас у меня есть другое предложение. Я мог бы использовать ваши знания археологии в одном из мест Тайной Комнаты, в которую я все-таки должен буду вернуться… Если вы желаете присоединиться ко мне, то Вам и Вашему сыну придется принести Нерушимый обет. Вы не сможете говорить с кем-либо о том, что там увидите.

Арджун и Сунил немедленно согласились и принесли должные клятвы.

— Каа, ты недоволен моим реш-шшением?
— Однажды, когда хозяин Ардж-жжун будет не рядом с-сс тобой, он з-ззабудет о с-ссвоем наказ-ззании с-ссыну, и мальчик опять будет с-ссвободен с-ссделать, как он ж-жжелает, — предрек Каа.

Гарри впал в задумчивость, из которой его вывел голос Джинни:
— Гарри, алло, ты с нами? Не забудь, гоблины ждут разговора с тобой; полагаю, что и директор с Брайаном тоже желают встретиться. К тому же, мастеру Арджуну нужно дать время поговорить с сыном. Возможно, мы могли бы встретиться после обеда и все вместе спуститься в Комнату?

— Превосходная идея, Джинни, — отозвался Поттер, возвращаясь к действительности. Сунил заметно поежился в ожидании разборок с отцом.

Каа странным немигающим взглядом смотрел на девушку. Гарри шепнул ему, что Джинни тоже «говорящая», но это никому раньше не было известно.

Арджун еще раз извинился и увел сына в свои гостевые комнаты. Джинни тоже пошла отдохнуть, её поврежденная нога от долгого хождения разболелась.

Гарри повернулся к молча стоящему неподалеку Северусу.
— Моя жизнь становится всё сложнее и сложнее. Думаешь, они будут очень «скучать» по нам, если мы последние три недели перед учебным годом проведем на Карибских островах?

Северус снисходительно улыбнулся и поцеловал Гарри в висок.
— Отличная идея, но, так или иначе, вся эта орда заинтересованных лиц не оставит тебя в покое и там. Они последуют за тобой, куда бы ты ни отправился.

— Думаю, ты прав, — вздохнул Гарри. — Некоторые из них уже здесь…

Северус оглянулся. В Большой Зал входили Минерва, профессор Зелий Гэдолин, Кингсли и еще один незнакомый человек, позднее оказавшийся американским Министром Магии. Министр из Америки желал знать лично, как умер их самый выдающийся профессор Зельеварения. Гарри слил воспоминания в думосбор (опустив общение со Смертью) и передал его директору. Возглавляемая ею группа двинулась в директорский кабинет для детального рассмотрения и обсуждения всех событий.

Гарри и Северус, спровадив толпу высокопоставленных гостей, поспешили в небольшую комнату, где их ждали двое гоблинов. Седобородые мастеровитые гоблины развернули перед ними оригинальные проекты школы, бережно хранимые их народом многие годы. На древних чертежах было видно, где первоначально располагалась башня Слизерина, конюшни и несколько оранжерей. После экскурса в историю гоблины выдвинули новый проект реконструкции замка. На нем вновь отстраивалась башня факультета Слизерин, возводились современные теплицы, отдельное хорошо оборудованное здание для практической отработки Защиты от Темных Искусств, новая просторная лаборатория Зелий, подобная той, в которой работал Салазар.

— Мне всё нравится, но решение принимать не мне… — начал Гарри.

— Как вы считаете, можно ли сделать переход между башнями Слизерина и Гриффиндора? В смысле, связать мои комнаты с комнатами Гарри? — с улыбкой спросил Северус. Гоблины почесали затылки и пришли к выводу, что можно.

— А как насчет отдельной лаборатории для Продвинутых Зелий? — глаза Снейпа загорелись опасным лихорадочным огоньком.

— Остановись, Северус! Послушайте, как бы мне ни хотелось сказать плану «да», решение будут принимать директор школы и попечительский совет.

— Король Рагнук сказал все вопросы обсуждать только с Вами и лордом Хаффлпаффом. Вы — лорд Гриффиндор, вот мы и пришли к Вам, — упрямо возразил один из гоблинов.

— Да, это так. Это мой статус, и я принимаю его. Но без решения директора я не стану ничего одобрять, — заявил Гарри.

— Или решения представителя директора школы, то есть моего. А мне проект очень нравится. Так что не мешай! — фыркнул Снейп, оттер юношу от стола и принялся деловито совать свой крючковатый нос во все тонкости плана, мысль выяснять которые Гарри даже не пришла бы в голову. В течение следующего часа Северус и гоблины, явно по достоинству оценившие толковые замечания зельевара, пришли к нескольким существенным дополнениям, в том числе, в отношении безопасности замка. В конце концов Северус удовлетворенно обежал глазами разложенный на столе проект, вернул его и объявил, что сегодня же вечером принесет его Минерве. Гарри отдыхал душой и телом, со спокойной радостью наблюдая за сосредоточенным Северусом. Новый проект школы полностью занял мысли зельевара, не оставив места для печали и самобичевания.

Вечер этого дня прошел так же сумбурно, как меняются разноцветные стекла в калейдоскопе: Минерва устроила пресс-конференцию с участием Брайана, Кингсли, Северуса, Гэдолина и американским Министром. Гэдолин нехотя признал произошедшее ошибкой Гильдии Зельеваров, из-за которой школе Магии и Колдовства Хогвартс был причинен значительный ущерб. Смерть двух известных членов гильдии была названа несчастным случаем. Американский Министр обещал пожертвовать три миллиона галеонов на ремонт школы. Британское Министерство также заверило, что не останется в стороне и перечислит немалую сумму на те же нужды. Довольная переговорами, Минерва успокоила прессу, сказав, что, несмотря на идущий в замке масштабный ремонт, к началу учебного года основная часть работ будет закончена и школа вновь откроет свои двери перед учениками.

После пресс-конференции Северус, решивший воспользоваться благодушным настроем директора Макгонаголл, заперся с ней в её кабинете, дабы скорее обсудить предложенный гоблинами проект. Гарри же направился в логовище василиска вместе с Арджуном, Сунилом, Алексом, Биллом и Джинни.

Комната, предназначенная Слизерином для своего домашнего питомца, была огромной, увитой странными лозами, похожими на виноградные, с необычными крупными желтыми цветами и фиолетовыми фруктами одновременно. Часть рва, проходившего по краю комнаты, была заполнена пресной водой, видимо, для питья Василиска. Все это вместе производило впечатление большой пещеры в джунглях.

Многочисленные кости сплошь покрывали пол. Маги смогли распознать в них останки эльфов и кентавров. В углу обнаружилась старая сброшенная василиском шкура и кучка чего-то, что зельевар определил как отходы жизнедеятельности рептилии. В другой части помещения было расположено широкое круглое возвышение, подогреваемое магией замка.
На этом уютном ложе, видимо, и спала огромная змея. Над платформой Гарри заметил пыльную портретную раму. Когда Гарри произнес заклинание пробуждения, на портрете появилось изображение молодого Салазара. Впрочем, разговаривал портрет исключительно на парселтанге.

Стены комнаты были сплошь покрыты письменами на парселскрипте и руническим письмом. Арджун пребывал в своей стихии. Джинни взялась помогать двум индийским археологам в переводах с парселскрипта.

Гарри вызвал Огдена, который рассказал магам о несчастных домовых эльфах, погибших здесь шесть лет назад. Джинни чувствовала себя ужасно, понимая, что, вероятнее всего, именно она призвала их сюда, будучи во власти Волдеморта.

Поздним вечером, когда усталый Гарри, наконец, сумел добраться до разобранной заботливыми эльфами постели, Снейп продолжал восторженно рассказывать почти засыпающему на ходу юноше о тех изменениях в плане, которые он предложил, об обсуждении их в попечительском совете, о своем волнении перед защитой проекта перед Основателями школы.

— Деньги, что мы выручили за василиска, позволят профинансировать многие изменения… — продолжал разоряться Северус, не замечая, что Гарри, доверчиво прижавшийся к его боку, давно уже спит.

* * *
Весь следующий день был полон приятных хлопот и веселья. Гарри и Северус провели этот день в компании Люциуса, Нарциссы, Андромеды, Кассиопеи и детей. Все вместе они, по приглашению Гарри, выбрались на ферму волшебных лошадей и купили имениннице пони-девочку с лохматой густой чёлкой. Северус почти уж было поддался на уговоры Тедди купить ему лошадку, но бабушка Тедди строго-настрого запретила покупать что-либо мальчику на прогулке, чтобы не избаловать его окончательно. Люциус купил четырех отличных лошадей для разведения в своем поместье и двух каштановых крылатых коней Эзонон.

Одним из приятных и неожиданных для Гарри моментов был приход Драко, рассказавшего всем о своем решении поселиться рядом с Гермионой при больнице. Люциус предложил свою добровольную помощь клинике — бывший приближенный Темного Лорда был немало сведущ в Темных проклятиях и мог помочь с лечением их последствий. Андромеда одобрила его решение посещать больницу раз в неделю для консультаций.

День закончился разноцветным мороженым, сахарной ватой и веселой беготней детей, за которой с удовольствием наблюдали все взрослые. Даже угрюмый и постоянно настороженный Ричард позволил себе немного расслабиться и увлечься игрой. Усталые, но довольные, Северус и Гарри вернулись в Хогвартс уже поздним вечером.

Гарри засел за отчеты Фаерфорджа относительно приютов, Северус устроился рядом, читая и сортируя корреспонденцию.

К удивлению Снейпа, редко получавшего так много писем, многие совершенно незнакомые ему люди изъявляли желание стать его учениками в области Зелий, а также вполне себе состоявшиеся в обществе зельевары желали спросить у него совета относительно некоторых сложных зелий. Всем им надлежало ответить. После часа разбора и чтения писем в руках Северуса оказался тонкий, криво подписанный крупными округлыми буквами конверт.

Письмо было от Шона Мэдли, мальчишки, которого Северус повстречал на Диагон аллее вместе с его сестрой Лорой. Великодушие, с которым Северус тогда отнесся к детям, поразило многих, кто в тот момент находился рядом или позднее узнал об этом.

Уважаемый профессор Снейп!
Мы с сестрой прочитали сегодня в газете, что в Хогвартсе произошел несчастный случай, и несколько мастеров Зелий погибли. Мне очень жаль, что такое случилось. Надеюсь, у Вас и Ваших друзей всё хорошо? Я видел колдографию, на ней Вы не выглядите раненым, просто очень опечаленным.

Два года назад моя лучшая подруга, Люси, умерла. Я много плакал и скучаю по ней до сих пор, но моя мама говорит, что те, кого вы действительно сильно любите, никогда не умрут окончательно. Часть их любви останется в наших сердцах. Я знаю, что Вы будете скучать по своим друзьям, но они никогда в действительности не умрут, пока Вы будете помнить о них.

Спасибо Вам за доброту и помощь. Моя новая одежда мне впору, я прочитал все учебники, особенно по зельям. С волнением и нетерпением жду учебного года.

Встретимся с Вами 1 сентября.
Шон Мэдли

Северус несколько раз перечел письмо, каждый раз тяжко вздыхая, затем сложил лист бумаги вчетверо и убрал в потайной карман своей мантии. Гарри с любопытством наблюдал за партнером, поглядывая на него тайком, но задавать вопросы не стал.

Спустя несколько минут, когда оба вернулись к своим занятиям, Северус задал неожиданный вопрос:
— Как ты считаешь, если я попробую сделать учебную программу более… ммм… интересной, что ли… увлеченных учеников у меня станет больше?

— Увлеченных чем или кем? — усмехнулся Гарри.

Северус смешался, но, отмахнувшись от подначки Гарри, продолжил:
— Я имел в виду Зелья. Если я предложу помогать мне в сборе компонентов, покажу, как варить зелье для оборотня…

— Думаю, из этого может выйти толк, но только если ты прекратишь срывать на учениках свой гнев и перестанешь оскорблять их, особенно не-слизеринцев, — засмеялся Поттер. Северус возмущенно фыркнул.

— Я подумываю пригласить учеников уровня Тритон в Хогвартс на один день, чтобы помочь мне в устройстве новой лаборатории для продвинутых Зелий. Они могли бы расставить мебель по местам, рассортировать ингредиенты. Это могло бы потом сделать их более заинтересованными в предмете. Как ты думаешь?

— Здорово придумано! Такие ученики, как Гермиона, с удовольствием ухватились бы за такую возможность, — одобрил Гарри и, внимательно посмотрев на задумавшегося Северуса, заговорил о своем:
— У меня тут список детей из приюта, в нем двенадцать учеников Хогвартса, восемь из них слизеринцы.

— Только двенадцать? Я думал, список будет больше… — пробормотал Снейп, принимая из рук Гарри бумаги и вчитываясь в имена.

— Я тоже думал, что будет больше, но Фаерфордж сказал, что у остальных нашлись родственники или семьи друзей, готовые взять их к себе. В этом списке те, кому некуда больше идти, и поэтому они попали в магловские приюты.

— Не ожидал увидеть в списке магловских приютов имена Эйдена Пьюси и Лисл Розье… Я был совершенно уверен, что о них позаботится кто-нибудь из многочисленной родни, — Снейп рывком поднялся на ноги. — Ни один из них явно не готов к школе. У них должны быть учебники и форма.

— Хорошо, Северус, я понимаю твое беспокойство. Новый приют для волшебников будет открыт уже через две недели, мы можем…

— Нет, Гарри! Будет уже слишком поздно, — возразил Снейп, взял со стола палочку, накинул мантию и вышел из кабинета.

— Куда ты? — крикнул ему вдогонку Гарри.

— Переговорить с Минервой.

* * *
Не прошло и часа, как Северус, Минерва, Гарри и Филиус аппарировали в пригород Лондона, к магловскому приюту для детей-сирот. Маги были предусмотрительно одеты в магловскую одежду. Ночной воздух дарил прохладу и покой. Маги подошли к воротам приюта, освещенным одиноким тусклым фонарем, и постучали в двери.

Несмотря на позднее время, на их решительный стук вышла пожилая смотрительница приюта и согласилась с ними поговорить. Она сказала, что семеро детей, указанных в списке, действительно числятся в ее приюте, однако трое из них сбежали. Это Пьюси, Розье и мальчик по имени Джимми Пикс.

Минерва настояла, чтобы им позволили увидеть детей, которые оставались в приюте.
Когда двенадцатилетняя Лидни Кирк из Ровенкло увидела преподавателей, девочка попросту расплакалась; её старшая сестра Орла оказалась более сдержанной, но и она выглядела ошеломленной.

— Пожалуйста, заберите нас отсюда, — плакала Линди. Бледная Минерва принялась её утешать и заверять, что ни один из них больше здесь не останется.

— Профессор, здесь есть маленькая девочка, ей всего четыре, она так же, как мы, потеряла ма… осталась одна, — заговорила Роуз Зеллер, четверокурсница из Хаффлпаффа.

— Как ее зовут, возможно, она есть в моем списке? — Гарри торопливо вытащил пергаментный рулон из-за пазухи.

— Имя — Даниэлла, фамилию не знаю.

— Роджерс… Да, наверное. У меня есть Даниэлла Роджерс, но в списке значится, что у нее есть брат-близнец по имени Дэвид.

Дети растерянно посмотрели на Гарри и затем — шокированно — друг на друга.

— Что не так? — предельно спокойным тоном спросил Северус. Только Гарри знал, чего тому стоит сохранять это спокойствие, когда речь шла о детях.

— Мы никогда не видели её брата, — ответила за всех Роуз, — но у Даниэллы есть котенок, она зовет его Дэвид. Котенок следует за ней повсюду и понимает, что она ему говорит. Так мы и узнали, что она такая же волшебница, как мы. Некоторые дети в приюте злые, они пытались обидеть котенка, ударить палкой, Даниэлла тогда направила на них руку, и была вспышка света, четверо обидчиков отлетели в сторону.

Все вопросительные взгляды обратились к смотрительнице приюта. Та была вынуждена подтвердить, что, согласно её сведениям, у девочки действительно был брат. Вот только со смерти родителей ребёнка никто не видел. Родители Даниэллы погибли при пожаре год назад. Смотрительница, знающая о существовании магического мира, призналась, что девочка и впрямь проявляет необычайные способности всякий раз, когда кто-то из детей или взрослых пытается обидеть или отнять её котёнка
— Мы предположили, что девочка назвала животное в честь своего умершего брата, и не стали отнимать, — закончила смотрительница.

Гарри отрицательно замотал головой.
— Мой зачарованный список указывает, что Дэвид жив.

В то время, как остальные дети помчались собирать свои немногочисленные пожитки, на обозрение магов из спальни была выведена сонная девочка с маленьким черным котёнком на руках.

Минерва внимательно оглядела сиротливо жмущееся к девочке животное и подтвердила свою догадку: котёнок является анимагической формой. Двери кабинета заведующей приютом были наглухо заперты, чтобы другие, непосвященные, маглы не смогли увидеть ничего из того, что для их глаз не предназначено, и Макгонаголл начала свое знаменитое превращение в полосатую кошку. Маленькая Даниэлла окончательно проснулась и завизжала от ужаса, глядя, как её младший братишка начал по-кошачьи переговариваться со странной женщиной-кошкой.

Директор вернула себе человеческий облик и объяснила ожидающим с нетерпением её вердикта магам, что маленький мальчик — прирожденный анимаг, под действием стресса он превратился в котёнка и теперь не знает, как вернуться обратно. Замысловатый взмах палочки, короткое заклинание — и вот на полу, где за секунду до этого сидел чёрный котенок, стоит маленький, совершенно раздетый и очень грязный темноволосый мальчик. Девочка бросилась обнимать плачущего братца. Минерва торопливо, пока мальчик не осознал своей наготы, наколдовала из листка бумаги легкую одежку для него.

Спустя полчаса дети в сопровождении преподавателей и Гарри Поттера возвратились в Хогвартс, где были размещены в башне Гриффиндора.

На следующее утро, спозаранку, тем же составом маги обошли еще несколько приютов, куда были помещены шестеро учеников Хогвартса (все они принадлежали факультету Слизерин). Четыре девочки и два мальчика от радости разве что не висли на шее у своего декана, когда им объявили, что обратно в свои приюты они уже никогда не вернутся. Правда, по прибытии в Хогвартс они были несколько огорчены тем, что жить им пока придется в башне Гриффиндора, а не в своих слизеринских подземельях.
Помимо учеников, из приютов были забраны двое маглорожденных братьев, которые по всем приметам также обладали магическими способностями и через год должны были получить свои письма с приглашениями в Хогвартс.

Джастина и Елена провели полное обследование всех детишек. Некоторые имели небольшие ссадины и синяки, почти все были слишком худыми для своего возраста.

Северус и присоединившийся к нему Люциус, пользуясь связями в отделе Брайана Уотсона, потратили оставшуюся часть дня, разыскивая потерянных и убежавших из приютов детей. Нарцисса и Августа также не остались в стороне. Ни один ребенок не остался без их заботы и внимания — с каждым они успели поговорить, расспросить об их проблемах и нуждах. Старших детей леди взяли в поход на Диагон аллею и на выделенные директором школы деньги купили необходимые для учебы книги, школьные принадлежности и одежду. Обувь и одежку для младших, так же, как и игрушки, Нарцисса и Августа купили сами. Хлопот выдалось много, но они были приятными.

Люциусу и Северусу в тот день повезло меньше. Трое беглецов нашлись лишь на следующий день, они спали на чердаке старого заброшенного дома. Там же нашелся еще один беглец — двенадцатилетний Тимоти Уитсби из Слизерина. Так же, как его старший брат, распределённый в Хаффлпафф, Тимоти должен был жить со своим старым дядей. Но жизнь в доме дальнего родственника оказалась слишком тяжелым испытанием для паренька, и он сбежал. Тогда как его более покладистый брат всё еще оставался в доме дяди.

Все четверо были голодными и напуганными, у Джимми через всё лицо алел воспаленный шрам от сильного удара, полученного от пьяного магла, когда Джимми защищал от него Лисл.

Следующие два дня Северус возвращался в замок только под вечер. Он взялся за тщательную проверку всех учеников своего факультета, желая выяснить, хорошо ли о них заботятся и не нужна ли кому из них его помощь. Грэм Притчард, которого Северус повстречал на Диагон аллее перед днём рождения Гарри, попросту потерял сознание, когда глава его факультета заявился прямо к нему домой. Тем не менее, настойчивость Снейпа оказалась не лишней. Еще пятеро учеников, включая Кевина Уитсби, присоединились к жителям Хогвартса.

Тщательное обследование детей подтвердило, что на самых старших слизеринцев наложены чары ненависти, направленной на учеников других факультетов. Флитвик незамедлительно взялся снимать посторонние чары.

Даже со снятыми чарами, некоторая враждебность между детьми всё же ощутимо витала. Это вылилось в несколько магических дуэлей. Только когда Северус наложил чары, скрепляющие вместе ноги драчунов, пообещав так поступать с каждой парой, затеявшей драку, открытые конфликты прекратились.
Некоторые ученики признавались, что их мучают кошмары, особенно сильно от них страдал Тимоти, проведший на улице несколько недель. Парень вздрагивал от каждого шороха или неожиданного звука, спал урывками и плакал во сне. Северус и Гарри накладывали на постели детей сигнальные чары и по очереди просиживали у постели то одного, то другого напуганного ребенка по несколько часов, давая им почувствовать себя в полной безопасности.

Однажды ночью Тимоти, будучи не в состоянии заснуть, пришёл к портрету Грифона у входа в комнаты Гарри и попросил позвать Северуса. Оба мага, сонные и встрепанные, в пижамах и тапочках на босу ногу, выбежали узнать, что случилось. Тот факт, что мальчик пришёл искать своего декана в комнаты Гарри Поттера, дало всем понять, что шифроваться бессмысленно и дети давно догадались об их отношениях. Более того, кажется, даже одобряют их связь.

На следующий день, когда Северус начал осторожно выводить своих слизеринцев на разговор о Гарри, те не моргнув глазом ответили, что принимают Поттера за своего, тем более, что сам Салазар Слизерин чрезвычайно тепло о нем отзывался. Эйден, стрельнув на декана хитрым взглядом, также заметил, что видел Гарри без рубашки и был впечатлен его рельефной мускулатурой. Девочки одобрительно захихикали. Снейп постарался ничем не выдать своего смущения этим замечанием. Так как секрет Полишинеля был раскрыт, вскоре дети стали частыми гостями комнат Гарри, и Северус перестал делать вид, что бывает там очень редко и исключительно по делу.

Через неделю гоблины закончили укреплять фундамент и начали воплощать в жизнь дополнения, предложенные Снейпом. Слизеринцы пребывали в особом волнении, когда им предложили поучаствовать в разработке интерьера своей новой башни.

* * *
Укрепленный и подновленный гоблинами фундамент вселил в Гарри уверенность, что замку больше не угрожает обрушение, и в один из вечеров он отправился навестить стража Библиотеки.

— Приветс-сствую тебя. Восс-сстановительные работы заверш-шшены. Библиотека С-ссалазара вновь в безопас-ссности.

— Оч-ччень хорош-шшо! Что ещ-щщё вы с-ссобираеетес-ссь с-ссделать в Тайной Комнате?

— В данный момент Алекс-сс заканчивает с-ссос-сставлять карту лабиринта, проверяет, дос-сстаточно ли проч-ччно укреплены с-сстены. Невилл с-ссобирает плоды с-сстранной лианы в комнате Рани. Огден с Аш-шши и Арджуном забрали с-сстарую ш-шшкуру вас-ссилис-сска и очистили помещ-щщение от грязи, заделали трещ-щщины в с-сстенах и потолке. Когда вс-ссе мы закончим с-ссвои дела, Невилл, Билл и я пос-сставим общ-щщую защ-щщиту на внутреннюю час-ссть Комнаты. Никто не с-ссможет проникнуть с-ссюда без моего разреш-шшения или ведома.

— Это будет правильно. Надо заметить, твоя душ-шша выглядит намного с-ссветлее. Ты можеш-шшь помес-сстить карту лабиринта в мою библиотеку. Так будет лучш-шше. Если она понадобитс-сся тебе в будущ-щщем, ты вс-ссегда можеш-шшь вос-сспользоватьс-сся ей с-сснова.

— Я тож-жже так думаю.

— А ещ-щще ты мож-жжеш-шшь с-сспус-сскатьс-сся ко мне время от времени, и друга с-ссвоего приводи. Я буду с-сскучать по Алекс-ссу. У него с-ссветлая душ-шша, и он много знает.

Гарри засмеялся.

— Уверен, он тоже будет с-сскучать по ваш-шшим разговорам.

Через полчаса Поттер покинул подземелья Слизерина, создав новый пароль на вход. Сложные чары должны были сначала оповестить его о том, что кто-то пытается проникнуть сюда, затем подтвердить разрешение Гарри на доступ к внутренней части Комнаты и уж затем только принять пароль.

* * *
В четверг в Хогвартс приехали с визитом Уизли. К ликованию всех детей и вящему ужасу преподавателей, близнецы привезли целую коробку различных новинок из своего магазина шуток. Близняшки Дэвид и Даниэлла приняли рыжих близнецов Уизли с огромным энтузиазмом, чем всех сильно удивили. До этого момента их расположением пользовалась одна лишь Минерва, и то исключительно из-за своих анимагических способностей.

Вернувшийся из Парижа Перси буквально лучился счастьем, он и его невеста привезли из Франции несколько небольших подарков и сувениров для Гарри и Северуса. Последнему особенно понравился старый французский журнал о зельях и не менее старый личный дневник, купленный для него в букинистической лавке.

— Обе вещи принадлежали одному древнему французскому вампиру. Он умер во время второй мировой войны. Мы купили журнал и дневник у маглов. Продавец, очевидно, не знал их истинной ценности, так что мы смогли купить их за вполне приемлемую цену.

— Спасибо. Кажется, вам удалось хорошо провести время в Париже.

— Ах, Гарри! Это был фантастический отпуск! Мы плавали на лодках по Сене, посетили много исторических мест, как магловских, так и магических. Побывали на ярмарках, в музеях, на выставках, да много где. И, конечно, смотрели квиддичные матчи, а еще я впервые побывал на магловском футболе и боксе. Это жутко как интересно. Не знаю даже, как благодарить тебя за эту удивительную поездку! — восторженно воскликнул Перси и в избытке чувств бросился обнимать Гарри.

* * *
После долгих уговоров Арджуну удалось убедить Артура отпустить Джинни в Индию работать на раскопках. Артур вначале сильно сомневался в успехе этого предложения, но, видя, насколько его дочь охвачена нетерпением и заинтересована работой, в конце концов, сдался.

Гарри также пришлось признать, что его бывшая девушка сильно изменилась за последние несколько недель. Особые успехи она демонстрировала в толковании рун и древних записей на парселскрипте. Джинни практически удалось приманить на свою сторону Раджу, всегда преданного Сунилу, да и Каа относился к девушке-змееусту с подчеркнутой теплотой.

Прежде, чем Джинни собрала свои вещи и покинула замок, Гарри отозвал её в сторону и, немного смущаясь, вручил банковскую карту Гринготтса на сумму 5 тысяч галеонов.

— Вот, возьми… это тебе на личные нужны… одежду там, и всё такое… Я знаю, Арджун обещал хорошо оплатить твой труд, но на первое время тебе пригодятся наличные средства.

Джинни покраснела, но приняла подарок. Невысказанное прощение витало между ними в воздухе. Они обнялись, и, когда девушка отстранилась, ее глаза были полны слез.

— Гарри, мне действительно стыдно за то, что я так себя вела, я сожалею о тех неприятностях, которые причинила. Я рада, что ты в тот день отправился в Гринготтс и всё открылось. Сама не понимала, какой груз свалился с моих плеч, когда я смогла, наконец, осмыслить свою прошлую жизнь.

Утренняя тренировка в пятницу прошла в приподнятом настроении. Гарри, довольный жизнью и своими успехами, вернулся в свои комнаты и обнаружил, что с утра пораньше у него уже гости, ученики седьмого курса. Помимо четырех сирот, с которыми он хорошо ладил (Эйден, Лисл, Джимми и Орла), к нему «заглянули» еще восемь незнакомых. Поттер мысленно поблагодарил Мерлина, что теперь он не приползает с утренних тренировок разбитым от усталости.

Гарри заглянул на кухню, где Лисл и Джимми помогали Северусу приготовить завтрак. Гарри потянулся было к Северусу за традиционным поцелуем, но был решительно отодвинут в сторону. Любимый недовольно поморщил нос и молча указал Поттеру в направлении душа. Гарри демонстративно повздыхал, изображая вселенскую печаль, схватил пачку сока из холодильника и направился в спальню. Проходя по коридору мимо гостиной, он увидел четырех слизеринцев и двух гриффиндорцев, что-то яростно и громко обсуждающих с портретом Салазара и Годрика.

Поттер счел за лучшее поскорее ретироваться в спальню, пока его не заметили и не втянули в спор. Заперев дверь, он отпил сока, снова вздохнул и уж было направился к двери, ведущей в душ, когда в дверь спальни тихо постучали.

Гарри досадливо поморщился, решив, что проскочил мимо гостиной не настолько быстро, чтобы не привлечь внимание спорщиков. Поэтому отправился открывать дверь в заведомо раздраженном настрое. Впрочем, он тут же успокоился: за дверью мялся Данте, комкающий длинными тонкими пальчиками край своего форменного фартука. Домовёнок выглядел очень взволнованным.

— Заходи, Данте. Ты что-то хотел спросить? — Гарри подхватил малыша на руки и закрыл за собой дверь.

— Да, хозяин Гарри, я хотел спросить, можно ли… Хозяин Северус говорил, что в Хогвартсе будут строить новую лабораторию, а ученики ему помогают… — начал Данте, но замялся и замолчал.

— Да, это так. Тебя что-то беспокоит, Данте?

— Я хочу… когда мисс Мисти присматривала за Данте, она позволяла мне помогать ей делать зелья, и мне очень понравилось. Я спросил папу, мог бы я помогать хозяину Северусу сегодня, а он говорит, что я слишком мал… но я не слишком мал, я же помогал Мисти, и я хочу помогать хозяину Северусу. Он добрый, — быстрой скороговоркой выпалил Данте.

Гарри одобряюще улыбнулся эльфину.
— И ты хочешь, чтобы я поговорил с твоим папой об этом?

Данте беспокойно подергал себя за длинный нос и кивнул.
— Он Вас послушает. Если Вы ему скажете, он Вас обязательно послушает.

Гарри снова улыбнулся и сел на аккуратно заправленную постель, Данте пристроил рядом.

— Послушай меня, Данте. Я поговорю с твоим папой. — Эльфин буквально засветился от счастья. — Но оставлю окончательное решение за ним. Если он скажет нет, значит нет. Понимаешь?

Ушки Данте несколько разочарованно опустились, но малыш кивнул.

— Хорошо, тогда беги в свою комнату, а я поговорю с Кричером. — Гарри еще раз улыбнулся эльфину, прежде чем тот покинул его спальню, про себя поражаясь, насколько он за последнее время изменился. Малыш стал намного увереннее себя чувствовать.

Гарри вызвал Кричера, несколько минут они обсуждали Данте, и, наконец, старый эльф согласился. Кричер отправился сообщить своему названому сыну о принятом решении, а Гарри решительно направился в душ.

Приведя себя в должный порядок и надев парадную мантию, Поттер вышел к гостям. Выглядел он безупречно, о чем ему сообщили одобрительно-заинтересованные взгляды нескольких старшекурсниц.

Надушенный и в игривом настроении он вышел на кухню, где обнаружил, что завтрак уже закончен, но Северус оставил ему несколько блинчиков, заботливо прикрытых тарелкой и чарами подогрева. Гарри выглянул в коридор как раз вовремя, чтобы успеть заметить спину Северуса, уводящего учеников и подпрыгивающего от волнения Данте в новую лабораторию.

Настроение тут же упало.

Наскоро позавтракав, Гарри ушел в кабинет, забрал оттуда необходимые бумаги и в совершенно дурном расположении духа покинул свои комнаты.

По пути он встретил Невилла, и друзья разговорились о произошедших в Хогвартсе изменениях и приехавших учениках.

Невилл бросал на хмурого Поттера любопытные взгляды, но спросить, в чем дело, не решался. Вместо этого он заговорил о другом:
— Гарри, ты знаешь, что Минерва пригласила мою бабушку преподавать в школе волшебный этикет и основы управления финансами?

— Нет, еще не слышал об этом, но думаю, это здорово. Помню, Вальпурга часто в разговорах сетовала, мол, нуждается нынешняя молодежь в знании этикета. Да я и сам по себе это вижу.

— Курс предназначен для начальной школы, только у учеников первого и третьего года обучения, а также для всех маглорожденных. Хотя мне кажется, многим старшекурсникам также не помешает взять несколько уроков. Если нововведение окажется успешным, то, возможно, курс введут обязательным для всех учеников. Управление финансами будет факультативным предметом для выпускного класса.

— Жаль, у меня не было такого выбора, — проговорил Гарри, про себя размышляя, как мало знаний у него на самом деле в этой сфере.

— Будь осторожен со своими желаниями, они имеют тенденцию исполняться, — усмехнулся Невилл. — Бабушка просила передать тебе, что собирается взяться обучать нас с тобой в частном порядке. Так что не планируй ничего на субботы.

Гарри застонал и в театральном ужасе схватился за голову.

Невилл расхохотался. Отсмеявшись, он все же решился задать мучавший его вопрос.
— Гарри, могу я спросить тебя кое о чём личном? Я вижу, ты расстроен чем-то. Это из-за приехавших детей? Они утомили тебя?

— Да… то есть нет. Всё не совсем так. Просто Северус так много времени проводит с ними сейчас, что я не представляю, как мы будем видеться, когда начнутся школьные будни. Мы договаривались, что будем проводить хоть немного времени вместе каждый день. В результате нам удалось побыть вместе за всю прошедшую неделю лишь раз. Полчаса. В постели. И всё это время Северус говорил о детях. — Гарри смутился своей откровенности, на щеках его вспыхнул румянец, но, тем не менее, он продолжил: — Дети — это, конечно, хорошо, но некоторые из них всего на пару лет младше нас с тобой. Короче, мне просто не хватает времени побыть с ним рядом. Понимаешь, о чем я?

— Ещё бы не понимать. То же самое происходит у нас с Луной. Нам теперь не удается видеться так часто, как прежде. Я очень скучаю по ней. Мы хотели отправиться путешествовать, пока не началась школа, но теперь я не знаю, что из этого получится. Я принял решение получать оба мастерства, плюс мои обязанности как лорда, опека над кентаврами и всё прочее. Всё это отнимает много времени. Иногда единственное, чего я хочу, это оказаться в её объятиях, — грустно проговорил Невилл, качая головой.

— Я собирался провести в поместье Принцев все прошлые выходные. После того, как погибла Мисти, нам обоим стоило бы просто побыть вместе, вдали от суеты, но дела не терпели отлагательств, и вот мы здесь… Прошлая неделя прошла в беспокойстве и суматохе, следующие две будут еще более загруженными. Гоблины хотят закончить ремонт до начала учебных дней, на следующей неделе в школу возвращаются остальные учителя. Северус теперь заместитель директора Хогвартса, работы у него невпроворот. На мне приюты, школы для оборотней, а также бесконечные интервью. Плюс у меня так и не дошли руки проверить, как дела в моем родовом поместье и у эльфов в Девоне… Короче, ужас просто.

Перед магами возник Огден.
— Прошу прощения, хозяин Гарри, хозяин Невилл, но хозяин Алекс просил узнать, не согласится ли хозяин Гарри увидеться с ним. Хозяин Брайан также приглашен на обед. Он говорит, что это важно.

Гарри тяжело вздохнул, затем вежливо склонил голову в приветствии и ответил Огдену:
— Передай, пожалуйста, Алексу, что я большую часть дня буду на Диагон аллее, в кабинете Фаерфорджа. Они могут встретиться там со мной часов в двенадцать.

Эльф поклонился и исчез. Невилл покачал головой и посмотрел на друга с сочувствием.
— Мне тоже пора. Северус, наверное, уже заждался меня в лаборатории. Он, конечно, сейчас куда более спокойно относится к опозданиям, но всё же не стоит испытывать его терпение слишком долго. — Друзья попрощались, и Невилл направился в сторону лаборатории, затем остановился и окликнул Гарри:

— Послушай, приходи сегодня на ужин в мои комнаты. У меня есть бутылка отличного французского вина из подвалов Лонгботтомов. Посидим, поболтаем…

— Неплохая идея, — на хмуром лице Гарри появилась улыбка. Он помахал на прощание рукой Невиллу и ушел.

* * *
День пролетел цветным калейдоскопом событий. Гарри обошел несколько подходящих для приюта зданий, провел немало собеседований, подбирая персонал. К тому времени, как он отказал двенадцатому подряд, Поттер начал сомневаться, что до обеда сможет найти хоть одного достойного кандидата.

Обед прошел в еще более напряженном ключе. Алекс и Брайан объявили ему, что планируют нечто решительное. От Перренелль им не удалось получить хоть сколько-нибудь внятной информации о местонахождении её мужа и Сэта. Поэтому они решили воспользоваться услугами своего шпиона Нортона, мастера Зелий, которому надлежало устроить побег для Перренелль. Есть надежда, что она приведет их к её таинственному острову. План будет приведен в исполнение уже этим вечером, и Алекс с Брайаном просто предупреждали Гарри и Северуса об этом.

Когда обеспокоенный Поттер вернулся от Алекса и Брайана домой, то был готов рвать на себе волосы. Его квартира вновь была заполнена гостями. В этот раз это опять были взволнованные подростки и ошалевший маленький эльф, только теперь они вдобавок были ужасно грязными и вонючими. Гарри не думал, что Северус даже заметил его приход. Поттер прошел в свою спальню, принял душ, переоделся и покинул гриффиндорскую башню.

Ужин у Невилла проходил в мрачном молчании, пока Невилл не хлопнул себя по лбу и не заявил:
— Совсем забыл, я же говорил сегодня с Минервой, Филиусом, Помоной и бабушкой. Мы собираемся взять детей под свою опеку на эти выходные, так что вы с Северусом можете спокойно отдохнуть наедине.

— Что ты, Невилл… Я даже не знаю, у нас столько дел, что…

— Да неужели? Вы оба вымотаны. Пора взять тайм-аут. За детей не волнуйся, в эти выходные в Хогвартс приезжает Вирсавия Бэбблинг, насколько мне известно, она станет главой факультета Гриффиндор. Так что полный профессорский состав соберется в школе. С несколькими учениками мы вполне способны управиться и без вас. Я уже посоветовал Кричеру упаковать твои вещи и отправить их в поместье Принцев. Хотя я слышал, что у тебя есть дом на Карибах, может, ты хотел бы отправиться туда?

— Поместье Принцев нас устроит полностью, спасибо, Невилл. Ты не представляешь, как я ценю твою помощь. — Улыбка расцвела на губах Гарри.

* * *
Высоко в Северной башне Сибилла Трелони раскладывала свою лучшую колоду магических карт. Прорицательница оглядела расклад и грустно вздохнула. Её любимую пару ждут безумные выходные, которые навсегда изменят их жизнь.