Хранительница волков (18+)

Сульфас Харитонов

Темнота. Вязкая, всепоглощающая, без намёка на свет. И ветер - ледяной, пронизывающий до костей. Но он не отталкивал, нет - он затягивал куда то вниз, словно бездонная воронка, всасывающая в себя всё живое.
Вдруг резкий толчок в спину - и я полетел. Падение казалось вечным: тьма вокруг, свист ветра в ушах, ощущение полной беспомощности. Я уже приготовился к удару, к боли, к переломанным костям - но вместо этого почувствовал под собой мягкую траву. Она словно приняла меня, смягчила падение, уберегла от травм.
Поднявшись на ноги, я огляделся, пытаясь понять, где оказался. Передо мной раскинулся лес - густой, мрачный, с высокими деревьями, чьи ветви переплетались над головой, почти не пропуская света. Он казался одновременно знакомым и чужим. Где то в глубине души шевельнулось воспоминание, но оно тут же ускользнуло, оставив после себя лишь смутное беспокойство.
Волнение сменялось страхом, по телу то и дело пробегали мурашки. Я не видел ни тропинки, ни какого либо ориентира - только бесконечные деревья и кустарники, одинаковые, словно копии друг друга. Создавалось ощущение, что этот лес бесконечен, что у него нет конца, что я обречён блуждать здесь вечно.
Я решил идти прямо - куда угодно, лишь бы двигаться. Шаг за шагом, сквозь колючие ветки и густые заросли. Время потеряло смысл: минуты сливались в часы, а может, и дни. Вокруг ничего не менялось - те же деревья, те же кустарники, тот же гнетущий мрак. Казалось, я хожу по кругу, но остановиться было страшнее.
И вдруг - крик. Резкий, отчаянный, полный боли. Он донёсся откуда то сзади, разрывая тишину, как нож. Не раздумывая, я бросился на звук. Ноги сами несли меня вперёд, через бурелом, через колючие кусты, которые царапали кожу, через тёмные прогалины, где земля уходила из под ног.
Выбежав на небольшую поляну, я замер. Посреди неё росли красные цветы - яркие, неестественно алые, словно капли свежей крови на зелёном ковре. Что то в них было знакомое, будто я уже видел их когда то, но память отказывалась подсказывать, где и когда.
Я вглядывался в каждый уголок, искал того, кто кричал, но вокруг - ни души. Полная, гнетущая тишина, от которой закладывало уши. И вдруг - дом. Он возник словно из ниоткуда, наполовину скрытый деревьями, но отчётливо видимый.
Сердце пропустило удар. Это был дом моих умерших родителей. Тот самый, где я провёл детство, где ещё недавно звучали их голоса, где пахло маминой выпечкой и папиными травами. Но сейчас он выглядел иначе - более ветхим, заброшенным, будто время здесь остановилось много лет назад.
В окнах горел свет. Не ровный, спокойный, а мерцающий, тревожный. За стёклами двигались тени - их очертания были слишком похожи на мамины и папины. Я замер, не веря своим глазам.
Это невозможно... Они же... их нет...
Мысль билась в голове, но ноги сами понесли меня ближе.
Я сделал несколько шагов, не отрывая взгляда от окон. И тут появился третий силуэт. Высокий, тёмный, безликий. Он подошёл к маме - я видел это отчётливо, будто стоял рядом - и достал меч. Лезвие сверкнуло в свете лампы, а затем вонзилось в её грудь.
- НЕЕЕТ! - крик вырвался из груди, полный отчаяния и боли. Я бросился к дому, спотыкаясь, падая, снова поднимаясь. В голове билась одна мысль: «Может, ещё успею... Может, ещё смогу их спасти...»
Но чем ближе я подбегал, тем дальше казался дом. Он словно отдалялся, расплывался в тумане, а крики внутри становились всё тише, пока совсем не затихли, оставив после себя лишь звенящую тишину и ощущение безысходности.
Вот наконец то я добрался до дома. Не успел ступить на крыльцо, как дверь скрипнула - и из неё вышли мама и папа. Их одежды были перепачканы кровью, лица - бледные, почти прозрачные, а глаза... в них не было узнавания, только холодная, чуждая пустота.
- Мама... Папа... - прошептал я, делая шаг вперёд. В груди вспыхнула отчаянная надежда: может, ещё не всё потеряно? Может, я успею что то исправить?
Я протянул руки, желая обнять их, прижаться к ним, как в детстве, когда любой страх можно было прогнать маминым объятием и папиным уверенным «всё будет хорошо». Но не успел я коснуться их, как отец резко схватил меня за горло. Его пальцы сжали шею железной хваткой - не как любящий родитель, а как враг, жаждущий расправы.
В этот момент мама вышла из за его спины. В её руке блеснул кухонный нож - тот самый, что когда то лежал на кухне рядом с разделочной доской, где она резала яблоки для пирогов. Она подошла ко мне вплотную, водя лезвием по моей шее, груди, животу - медленно, будто выбирая, куда лучше вонзить его.
- Мам... Пап... Простите меня... - голос дрожал, срывался. Я не понимал, что происходит, но внутри всё сжималось от ужаса и боли.
- Нет! - отрезал отец. Его голос прозвучал так грубо, так холодно, что сердце на мгновение остановилось.
- Ты нас убил! Убийца! - прошипела мама. Каждое слово было словно удар ножом - больнее, чем любое физическое ранение.
Слезы хлынули из глаз, обжигая щёки.
- Мам... Пап... Это не я вас убил... Не я! Пожалуйста, поверьте мне! Молю! - я пытался вырваться, но хватка отца была железной.
- Брат! Уже признайся, что смерть родителей - твоих рук дело! - раздался голос из за их спин.
Из тени вышел Зак. Его взгляд был холодным, пустым - совсем не таким, как обычно. В нём не было ни капли братской теплоты, только обвинение, осуждение.
«Это неправда! Я не мог... Я не убивал их!» - кричала душа, но слова застревали в горле. Я был не я. Я не мог убить своих родителей. Не мог. Это какой то кошмар, иллюзия, обман разума.
Лезвие ножа вонзилось в бок - резко, безжалостно. Отец с силой швырнул меня на землю. Я упал, ударившись спиной о твёрдую землю, и закрыл глаза, молясь, чтобы это оказалось сном. Чтобы я проснулся, дрожащий, но целый, рядом с Заком и Рафаелькой.
Но когда я открыл глаза, ничего не изменилось. Я всё ещё лежал на земле, а надо мной стояли они - мама с окровавленным ножом, отец с искажённым от ненависти лицом, Зак с этим чужим, ледяным взглядом. Но... ножа во мне уже не было. И дома позади них тоже не было - только голые деревья, чёрный туман и ощущение, что мир вокруг - всего лишь декорация, созданная, чтобы мучить меня.
Что же здесь происходит? Где я вообще?! Мысли путались, сознание раскалывалось на части. Боль, вина, страх - всё смешалось в один клубок, сдавивший грудь. Я больше не мог этого выносить. Силы покинули меня, тело обмякло, и я потерял сознание, погружаясь в спасительную темноту. Видимо, мой организм просто не выдержал этого кошмара - он сдался, чтобы хоть на мгновение дать мне передышку от этой невыносимой реальности.
Вдруг кто то начал будить меня. Сквозь вязкий, тяжёлый сон я уловил женский голос - далёкий, будто доносившийся из под толщи воды. Он пробивался ко мне, настойчиво звал, возвращал из тьмы. Я с трудом приоткрыл глаза - и первое, что увидел, были рыжие волосы, яркие, словно всполохи огня в сумраке. Это могла быть только Раф. Но откуда она здесь? В голове всё ещё царила путаница, мысли расплывались, как чернила в воде. Постепенно слух вернулся ко мне.
- Сульфас! Очнись! Не время спать! - её голос звучал тревожно, настойчиво. Она тянула меня за руку, помогая подняться на ноги.
Я едва успел встать, как из кустов выпрыгнул чёрный волк с красными глазами - зловещий, с оскаленной пастью и каплями слюны на клыках. За ним последовал ещё один, потом ещё - они появлялись со всех сторон, окружая нас плотным кольцом. Их глаза горели в полумраке, словно угольки в ночи, а рычание сливалось в единый угрожающий гул.
Дальше всё смешалось, стало похоже на туманный кошмар. Сражение. Сталь звенела о сталь, раздавались яростные рыки, слышались вскрики. Кровь брызгала на землю, на одежду, на лицо - горячая, липкая, пахнущая железом. Я отбивался, двигался почти на автомате, пытаясь защитить Раф, но мир вокруг кружился, терял чёткость.
И вдруг - резкий толчок. Я обернулся и увидел, как Раф, споткнувшись, налетает прямо на мой клинок. Время будто замедлилось: я успел поймать её, но лезвие уже пронзило её бок. Её глаза расширились от боли и удивления, губы дрогнули, но не издали ни звука. Я медленно опустился на землю, прижимая её к себе, чувствуя, как тепло её тела постепенно уходит, а пальцы становятся всё холоднее.
Но тут же, словно из ниоткуда, появилась другая Раф.
- Это не настоящая она! - твёрдо произнесла она, глядя мне прямо в глаза. - Это клон, иллюзия!
Я замер, переводя взгляд с той, что лежала у меня на руках, на эту новую Раф. Сердце сжималось от боли и растерянности. Как такое возможно? Кто из них настоящая?
Не успел я прийти в себя, как с другой стороны выбежала ещё одна Раф - израненная, с царапинами на лице и порванной одеждой. Она тоже утверждала, что она настоящая, а остальные - лишь обман разума. Каждая говорила своё: одна напоминала о нашем первом знакомстве, другая - о совместных тренировках, третья - о каком то давнем секрете, который знали только мы вдвоём. Их голоса сливались в какофонию, мысли путались, а сердце разрывалось на части.
Я смотрел на них, и мир вокруг начал рушиться. Где правда? Где ложь? Кто из них та Раф, которую я знаю? Сомнения разъедали душу, как кислота.
Не успел я принять решение, как все трое кинулись на меня одновременно. Я инстинктивно закрыл глаза, ожидая удара, но вместо этого услышал лишь тишину. Когда я осмелился открыть глаза, вокруг царил кошмар: повсюду валялись трупы волков, их чёрные тела с красными глазами безжизненно лежали на земле. Рядом - куча тел Раф, все разные, но одинаково неподвижные. Среди них я увидел тела родителей, безжизненное тело брата...
И тут, из кустов, появилась ещё одна Раф. Она вышла медленно, осторожно, её глаза были полны боли и мольбы. Но я уже не верил. Ничему. Никому. Страх, боль, отчаяние - всё это смешалось в один клубок, сдавивший грудь.
Дрожащей рукой я направил на неё клинок.
- Кто ты? - голос прозвучал хрипло, надломленно. - Если ты настоящая... докажи.
Она сделала шаг вперёд, и в её взгляде я увидел что то знакомое - ту самую искру, которую не могли подделать никакие иллюзии. Но смогу ли я поверить? Смогу ли отличить правду от обмана в этом мире, где всё - лишь игра теней и отражений?
Но не успела она сказать и слова, как из кустов на неё с диким рыком бросился чёрный волк. Его когти вцепились в её шею, а пасть сомкнулась на плече. Раф успела лишь вскинуть свой Светоносец - клинок вонзился в бок зверя, тот пронзительно пискнул и обмяк, но из раны самой Раф продолжала струиться кровь, алая, яркая, растекаясь по земле зловещей лужей. Я застыл на мгновение, парализованный ужасом, - и вот ещё одна Раф угасла, исчезла, словно мираж.
Я больше не мог смотреть на это поле смерти - на изувеченные тела, на лужи крови, на искажённые лица тех, кого я знал. С трудом оторвав взгляд от кошмара, я повернулся спиной ко всему этому, прижимая к себе клинок так, будто он был единственным, что ещё удерживало меня в реальности. Прислушивался к шуму леса - шелесту листьев, отдалённому вою, скрипу деревьев, - пытаясь уловить хоть что то, что не было бы частью этой жестокой игры.
- Сульфас! - раздался крик, полный отчаяния и боли.
Я обернулся. Ещё одна Раф. Она сделала несколько шагов вперёд, её взгляд метался между изувеченными телами и мной. В её глазах читалась боль, но не страх. Когда она подошла ближе, я резко вытянул меч в её сторону - рука дрожала, но я заставил себя держать клинок ровно.
- Ты ещё одна копия Раф... - произнёс я устало, почти безнадёжно. Этот лес сводил меня с ума, играл со мной, как кошка с мышью. Я уже не мог выносить этого: видеть, как те, кто мне дорог, умирают снова и снова, порой - от моих собственных рук.
Раф медленно подняла руки, показывая, что не собирается сражаться. Её движения были плавными, осторожными, будто она боялась спугнуть меня, как дикого зверя.
- Сульфас, я не клон, как все эти. Я пришла за тобой, чтобы вернуть обратно! - в её голосе звучала отчаянная решимость, такая искренняя, что на миг сердце дрогнуло.
- Заткнись! - выкрикнул я, придвигая клинок ближе к её шее. Но она не дрогнула, не отступила.
- Сульфас, это всё нереально! Иллюзия! Обман! - она старалась говорить твёрдо, но голос чуть дрожал, выдавая страх и усталость.
- Значит, и ты иллюзия? - я посмотрел на неё так, что, кажется, даже воздух вокруг похолодел. В её глазах мелькнуло что то - боль, обида, но она не опустила взгляд.
- Нет! Я настоящая! Я пришла помочь тебе проснуться! - она сделала паузу, собираясь с мыслями, а потом заговорила быстрее, убедительнее: - Слушай, мы сейчас в Тенолесее. Здесь растут Гипнофлоры - цветы, чья пыльца усыпляет и создаёт эти миры в твоей голове. Всё, что ты видишь, - не по настоящему...
- Врешь! Ты одна из них! Уже слышал это и второй раз не куплюсь! - я занёс меч, готовясь нанести удар. Рука дрожала, сердце билось так сильно, что, казалось, вот вот вырвется из груди.
- Стой! Стой! - Раф резко показала мне красную нить на своём запястье. Я замер. Ни у одной из предыдущих копий я не видел этой нити. Она продолжила, не давая мне времени на раздумья: - Теперь посмотри на своё запястье. Я настоящая, Сульфас. Пришла за тобой. Не веришь? Вспомни: как ты тренировал меня в поле ранним утром? А когда я очнулась, не понимая, кто я и где, то для самообороны схватила сковородку. Помнишь?
Я медленно перевёл взгляд на своё запястье, потом на её. Невероятно... На моей руке была точно такая же нить - тонкая, алая, едва заметная, но реальная. Неужели это и правда она? Рафаелька? Первая слеза скатилась по моей щеке, за ней вторая - горячие, солёные, освобождающие.
- Рафаелька?.. - прошептал я едва слышно, голос дрогнул, сорвался.
Меч выпал из моих рук, глухо ударившись о невидимую землю. Я медленно приблизился к ней. Сначала осторожно коснулся её волос - мягких, рыжих, таких живых. Затем взял за руку - ту, на которой была нить, - и почувствовал её тепло. А потом провёл большим пальцем по её щекам, губам, бровям, словно убеждаясь, что она реальна, что это не очередной обман.
- Это... правда... ты? - голос звучал хрипло, но в нём появилась надежда - слабая, дрожащая, но настоящая.
Она улыбнулась - зелёные глаза заблестели, в них отразилось что то светлое, живое. Кивнула. В тот же миг я резко притянул её к себе, зарылся лицом в её рыжие волосы, вдыхая знакомый запах шоколада, чего то родного. Она обняла меня в ответ, гладя по тёмным волосам, и я почувствовал, как напряжение, сковывавшее тело месяцами, годами, начинает отпускать.
Внезапно нас подхватил мощный порыв ветра - он поднял нас вверх, унося прочь из этого кошмара. Туман рассеялся, звуки затихли, и нас окутала тьма. Но на этот раз она не пугала - в ней было что то успокаивающее, словно обещание нового начала. Я крепче сжал руку Раф, зная: теперь мы вернёмся. Вместе.
Я начал ощущать несильные пощёчины по щекам - лёгкие, настойчивые, будто кто то пытался достучаться до меня сквозь толщу тьмы. Я уже собрался открыть глаза, но тут кто то резко ущипнул меня за руку - и это выдернуло меня из глубин бессознательного.
Резко вскинув голову, я нечаянно стукнулся лбом с кем то - удар оказался неслабым. Я поморщился и начал тереть ушибленное место, постепенно приходя в себя.
- Наконец то очнулся! - раздался голос моего младшего брата. Я повернул голову в его сторону: Зак тоже потирал лоб, морщась от боли, но в глазах уже играла улыбка - тёплая, искренняя, от которой по всему телу разливалось приятное тепло.
Он на мгновение отвлёкся, его взгляд скользнул мне за спину.
- Раф! Слава богу, ты тоже очнулась! - в голосе Зака прозвучало такое облегчение, что сердце невольно сжалось.
Я быстро обернулся. Раф выглядела неважно: лицо бледное, волосы прилипли ко лбу, дыхание прерывистое. Я осторожно коснулся её лба - он был горячим, почти обжигающим.
- Да она вся горит! - вырвалось у меня.
Мой взгляд невольно упал на запястье - там всё ещё виднелась тонкая красная нить. Я проследил за её концом и увидел, что она привязана к запястью Раф. В голове зашевелились обрывки воспоминаний - туманные, ускользающие, - но тут же острая боль пронзила виски, заставляя меня смолкнуть.
- Не пытайся вспомнить, - мягко остановил меня Зак. - Оно само скоро вернётся... а может, и нет. Раф так выглядит, потому что второй раз осознанно отправилась в твой сон, чтобы вытащить тебя оттуда. Вот и побочный эффект.
Зак порылся в своей сумке - та, что всегда висела у него на плече, набитая травами, зельями и всякими снадобьями. Его пальцы быстро перебирали пузырьки и мешочки, пока он искал нужное средство.
- Ей нужно выпить отвар, который я приготовлю. Но чтобы снова не погрузиться и не надышаться этой чёртовой пыльцой, надо уходить отсюда - и как можно скорее, - голос Зака звучал твёрдо, уверенно. В такие моменты он всегда брал на себя роль лидера, и сейчас это было как никогда кстати.
Мы с братом подхватили Раф с двух сторон - аккуратно, стараясь не потревожить. Её тело казалось непривычно лёгким, почти невесомым, а дыхание - прерывистым, неровным. Мы двинулись прочь из Тенолеса, прочь от этих зловещих красных цветов, от тумана и иллюзий, которые чуть не поглотили меня целиком.
Вскоре мы остановились у того самого озера - его зеркальная гладь отражала первые лучи рассвета, пробивавшиеся сквозь кроны деревьев. Мы развели костёр, и Зак принялся готовить свой отвар: доставал сушёные травы, мелко крошил их, что то шептал себе под нос, помешивая содержимое котелка.
Раф лежала на лежанке, которую я соорудил на скорую руку из веток и мха. Её била крупная дрожь - так, что тело содрогалось, словно осиновый лист на ветру. По лицу стекали капли пота, волосы прилипли к вискам.
Я сел рядом с ней. Зак протянул мне тряпку, смоченную в холодной воде озера. Я аккуратно приложил её ко лбу Раф - всего через пять минут ткань уже становилась тёплой, а если не сменить вовремя - почти горячей, такой, что в руках невозможно было держать.
Я менял компресс снова и снова, следя за её дыханием, за тем, как подрагивают ресницы, как иногда она что то бормочет сквозь сон. В груди щемило от тревоги - я не мог себе простить, что она пострадала из за меня, что рискнула всем, чтобы вытащить меня из той тьмы.
Зак объяснил, что отвар готовится небыстро - нужно время, чтобы травы отдали свои силы, чтобы магия и наука слились воедино. И нам оставалось только ждать. Я сидел рядом, держал её за руку, чувствуя слабый пульс под кожей, и молился всем известным мне силам, чтобы она поправилась. Чтобы снова улыбнулась мне своей солнечной улыбкой, чтобы её зелёные глаза заблестели как прежде.
Костёр трещал, отбрасывая тёплые блики на её лицо. Я продолжал менять компресс, вслушиваясь в дыхание Раф, и ждал. Ждал, когда придёт исцеление. Ждал, когда она откроет глаза.
Пока мы ждали приготовления отвара, Зак не переставал поглядывать на озеро позади себя. Его взгляд то и дело скользил от водной глади к чему то в руках - оказалось, он достал карту из своей сумки. Брат попеременно изучал то карту, то озеро, хмурил брови, что то прикидывал в уме.
Вдруг карта вспыхнула - ослепительно, резко, так, что я невольно отпрянул и отвернулся от внезапного света, прикрыв глаза рукой. Когда сияние угасло, я осторожно повернул голову обратно.
- Что это было?! - спросил я у брата. Его глаза были распахнуты так широко, что, казалось, вот вот выскочат из глазниц. В них читалось чистое, неподдельное изумление, смешанное с восторгом.
- Мы нашли это озеро, брат! Это оно! - Зак возбужденно указал пальцем на озеро за своей спиной, а затем повернул ко мне карту.
Я пригляделся: на карте, прямо над изображением озера, появилось название - незнакомые символы, складывающиеся в слово на языке, которого я не знал и не понимал. Зак заметил моё замешательство и тут же пояснил:
- Это озеро Эрго!
- То самое? - выдохнул я, чувствуя, как внутри просыпается робкая надежда.
- Да! Да! Скоро мы будем у Альбы! - Зак вскочил на ноги от переполнявшей его радости, руки слегка дрожали, а лицо озарилось такой светлой улыбкой, что на мгновение все тревоги отступили.
Но тут же он спохватился, бросил взгляд на котелок с отваром и быстро вернулся к нему. Помешал содержимое деревянной ложкой, взял стакан и аккуратно налил в него розоватую жидкость. Цвет внушал обманчивое ощущение, будто напиток будет сладким или хотя бы не горьким, но я уже знал: внешность обманчива.
Зак поднёс стакан к губам Раф и мягко попросил её сделать пару глотков. Она с трудом приподняла голову, послушно глотнула - и почти сразу дыхание стало ровнее, а дрожь немного утихла. Затем брат протянул стакан мне.
- А мне зачем?! - возмутился я, невольно отстраняясь.
Зак лишь закатил глаза, словно вопрос был до смешного очевидным.
- Чтобы твои раны скорее затянулись, - терпеливо объяснил он. - У этого отвара многодействующие свойства, так что пей! - и он решительно всунул стакан в мои руки.
Я с подозрением покосился на брата, потом на напиток. Заметил, что Зак и себе налил порцию - и это убедило меня больше слов. Решившись, я залпом опрокинул содержимое в рот... и тут же пожалел.
- Фу! Какая гадость! - я сморщился от пронзительной горечи, меня передёрнуло, и я поспешно вытер губы тыльной стороной ладони.
- Терпи, - Зак хищно ухмыльнулся, явно наслаждаясь моей реакцией. - Все хорошие лекарства на вкус отвратительны.
Он явно получал удовольствие, наблюдая, как мы пьём его жуткие, но, зараза, действенные снадобья. «Лекарства» - это слово с трудом укладывалось в голове рядом с тем, что мы только что выпили. Мерзость мерзостью, но уже через пару мгновений я почувствовал, как по телу разливается тепло, а боль в мышцах и голове понемногу отступает.
Я бросил взгляд на Раф: её лицо чуть порозовело, дыхание выровнялось. Она приоткрыла глаза, слабо улыбнулась мне - и в этот момент я понял: мы справимся. Мы доберёмся до Альбы. Мы выстоим.
Перед тем как отойти от Рафаельки, я осторожно коснулся её лба. Он уже не был обжигающе горячим, как пару минут назад - значит, отвар Зака начал действовать. Я задержал взгляд на ней чуть дольше, чем собирался: наблюдал, как ровно вздымается её грудь во сне, как подрагивают ресницы, как на лице постепенно разглаживаются следы усталости и боли. В груди разливалась тихая благодарность - за то, что она рискнула всем ради меня, за то, что не отступила, даже когда мир вокруг рассыпался на осколки.
Я тихо отошёл и направился к своему месту. Зак уже спал, свернувшись у костра, сжимая в руке пустую кружку из под отвара. Я лёг на подстилку из мха и листьев, какое то время просто смотрел на ночное небо - на россыпь звёзд, мерцающих, словно далёкие огни неведомых миров, на тонкую серповидную луну, отбрасывающую бледный свет на землю. Мысли путались, но усталость брала своё, и незаметно для себя я уснул.
Утро наступило удивительно быстро. Открыв глаза, я увидел, как каштаново рыжая Хранительница уплетает жареную птицу - с аппетитом, в две щеки, и на её лице гуляет такая светлая, искренняя улыбка, что я невольно улыбнулся в ответ. Она словно ощутила мой взгляд - повернулась ко мне, и её зелёные глаза, яркие, как утренняя роса, встретились с моими.
Я поднялся, принимая сидячее положение. Раф протянула мне кусок мяса, и я, взяв его из её рук, тоже принялся есть.
- Спасибо. Как ты себя чувствуешь? - не мог не спросить я. В памяти ещё свежи были картины её лихорадки, дрожь, жар - и я искренне радовался, видя её здоровой и полной сил.
- Намного лучше, - ответила она, тепло улыбнувшись. - Это вам обоим спасибо, - она перевела взгляд на Зака, который в этот момент попивал воду из фляги.
Он лишь кивнул в ответ на её благодарность, хотя по лицу было видно - хотел что то возразить. Но сдержался. И правильно: Раф была права. Если бы не Зак, нас обоих уже давно могло не быть в живых. Он это знал, мы все это знали - и в этом не было ни хвастовства, ни гордости, а лишь чистая, неприкрытая правда.
После завтрака мы начали готовиться к погружению в озеро Эрго. Мы уже подошли к кромке воды, когда Зак, как всегда, заметил что то на мелководье - какие то водоросли. Он достал три штуки и раздал каждому по одной.
Не успели мы с Раф и рта раскрыть, чтобы спросить, что это, как он пояснил:
- Это эргим - озёрные водоросли, позволяющие дышать под водой. Даже одного укуса хватит надолго.
С этими словами он откусил небольшой кусок, улыбнулся нам ободряюще и прыгнул в воду. Мы с Раф переглянулись - в её глазах читалось лёгкое сомнение, но и любопытство тоже. Кивнув друг другу, мы последовали его примеру и нырнули следом.
Оказавшись под водой, я разжевал кусочек водоросли. Сперва горло обожгло острой горечью, по пищеводу прокатилась волна жжения - но через мгновение всё стихло, сменившись удивительным ощущением лёгкости. Я сделал вдох - и понял, что дышу. По настоящему дышу под водой! Раф рядом со мной удивлённо распахнула глаза, затем улыбнулась и кивнула: она тоже это почувствовала.
Но радоваться было рано. Вода вокруг оказалась настолько тёмной, что мы не видели даже дна. Ничего - лишь густая, непроглядная тьма, обволакивающая со всех сторон. Мы решили плыть вниз, надеясь хоть что то разглядеть.
Постепенно, приближаясь ко дну, мы заметили слабое мерцание. Светящиеся камушки, выложенные в виде тропинки, манили нас вперёд. Мы поплыли вдоль этой дорожки, пока не достигли огромного белого водоросля - его очертания сразу показались нам знакомыми. В его центре виднелся вырез, и мы поняли: это и есть врата.
Как только мы собрались подплыть ближе, путь нам преградили странные существа - черепашки с острыми карапаксами. Они что то пробулькали, из их ртов вырывались цепочки пузырьков. Мы не понимали ни слова, лишь переглянулись и жестами показали, что не разбираем их речи.
Черепашки переглянулись между собой, затем начали выкладывать из чёрных камней слова на нашем языке. Буквы складывались в вопрос: «Кто вы? И зачем вам врата озера Эрго?»
Мы втроём взяли по камню и выложили длинный ответ: «Нам нужно в Митралис, к Альбе, воительнице леса. Хранительница говорит, что ей грозит опасность. Через другие врата пройти не можем - они запечатаны нашей старшей сестрой Арией».
Существа снова переглянулись, потом кивнули друг другу и выложили новый текст: «Хорошо. Мы пропустим вас, потому что Альба когда то спасла нас. И если Хранительница говорит, что Альбе грозит опасность, мы откроем вам врата. Друзья Альбы - наши друзья».
Они подплыли к вратам, встали вокруг них и снова забулькали, выпуская пузыри. Свет, исходящий от их панцирей, передавался водорослью, и вырез постепенно наполнялся мягким сиянием. Портал раскрылся - яркий, переливающийся, манящий.
Черепашки посмотрели на нас и кивнули. Мы ответили тем же - и в ту же секунду нырнули в портал. Он словно выплюнул нас в другое место - прямо туда, где Альба когда то открывала нам путь. Мы оказались на суше, мокрые, но целые, и перед нами возвышался лес Митралиса - древний, могучий, полный тайн и надежд.
Я оглянулся на своих спутников - Раф улыбалась, выжимая воду с одежды и волос, Зак отряхивал воду с волос и выливая из своих сапогов, а в груди у меня разливалось странное чувство: мы сделали шаг вперёд. Шаг к спасению.
Вдалеке показалась деревня воинов леса - её очертания проступали сквозь туман, словно забытый сон. Мы двинулись к ней, и с каждым шагом тревога внутри меня нарастала. Когда мы оказались внутри, вокруг не было ни души. В прошлый раз здесь кипела жизнь: дети бегали между домами, воины тренировались, женщины сушили травы на верёвках. Теперь же всё выглядело заброшенным, будто время здесь остановилось, а жизнь просто... исчезла.
Я бросил взгляд на Раф. На её лице застыл страх - такой явный, что сердце сжалось. Я догадывался, о чём она думает: возможно, мы не успели. Не успел я подобрать слова утешения, как она сорвалась с места и бросилась к дому Альбы.
Оказавшись внутри, Раф начала звать Альбу, заглядывая в каждую комнату. Мы пробежали по всему дому - пусто. Ни следов борьбы, ни намёка на то, что здесь кто то был. Тишина давила на уши, становилась почти осязаемой. Мы обыскали каждый уголок, но нигде не было ни единого признака жизни - и от этого становилось ещё страшнее.
Когда мы уже собирались проверить другие дома, из подвала донёсся крик:
- Помогите!
Рафаелька, не раздумывая ни секунды, ринулась к лестнице. Мы с Заком последовали за ней. Ступени уходили вниз во тьму - настолько густую, что не было видно даже собственных ног. Но постепенно впереди заиграл слабый свет, и мы оказались в огромном помещении.
По стенам тянулись полки с бесчисленными склянками, наполненными жидкостями всех цветов радуги: от ядовито зелёного до глубокого фиолетового. В воздухе витал странный запах - сладковатый, но с металлическим привкусом, от которого першило в горле. Предчувствие кричало: «Уходи!», но Раф уже устремилась вперёд, а мы с Заком, достав мечи, двинулись следом.
В конце зала оказался тупик. Никаких следов, никаких подсказок - только глухая стена. Мы уже собирались повернуть назад, но Раф достала свой Светоносец. Он засветился - не ровным светом, а пульсирующим, красным, с проблесками других цветов, словно предупреждая об опасности. Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидел ужас.
В этот момент что то тёплое и липкое капнуло мне на плечо. Я поднял голову - и застыл. На потолке сидело чудище. Оно было огромным, полупрозрачным, словно сотканным из тумана и теней. Его очертания напоминали то ли паука, то ли червя - но тело внутри него шевелилось, билось, пытаясь вырваться. И я понял: там Альба.
Не раздумывая, я бросился вперёд, меч уже был в руке. Чудище зарычало, прыгнуло - я едва успел отпрянуть. Если бы замешкался хоть на миг, оно бы раздавило меня.
Существо оказалось невероятно ловким. Когда я попытался атаковать его живот, чтобы освободить Альбу, у него внезапно появился хвост с иглой на конце. Интуиция подсказала: на острие - яд. Оно не давало приблизиться, отбивая все попытки.
И тогда в голове созрел план - отчаянный, безумный. Я решил сдаться. Позволить ему проглотить меня, а изнутри разрезать его тело и освободить Альбу.
Я повернулся к ребятам. Они стояли, напряжённо глядя на чудовище, готовые броситься в бой.
- Отойдите! У меня есть план, но он вам не понравится! - громко сказал я.
- О чём ты?! - хором воскликнули они.
- Просто не мешайте мне! - крикнул я и снова двинулся к монстру.
Подпрыгнув, я замахнулся мечом, целясь в голову. Но в последний момент его хвост схватил меня, сдавливая с такой силой, что перехватило дыхание.
- Сульфас! Нет! - закричала Раф, видя, как чудовище сжимает меня в своих щупальцах. - Неужели это твой план?! Ты больной?!
Она рванулась было ко мне, но Зак схватил её за руку.
- Давай доверимся ему хоть раз! - твёрдо сказал он.
В смысле хоть раз?!
Пронеслось у меня в голове.
Неужели все мои предыдущие идеи были настолько плохи?
Но размышлять было некогда. Чудовище раскрыло огромную пасть и проглотило меня вместе с мечом.
Внутри было темно и влажно, воздух пропитан какой то вязкой субстанцией. Я тут же увидел Альбу - она висела, опутанная полупрозрачными нитями.
- Ты дурак! И что теперь делать будешь?! - выдохнула она.
Я не стал тратить время на ответы. Схватил меч и одним мощным ударом пронзил стенку желудка монстра. Тот взвыл, содрогнулся - и я, схватив Альбу на руки, выпрыгнул наружу.
Чудовище рухнуло, признавая поражение. Я поставил Альбу на ноги. В тот же миг Раф и Альба бросились друг к другу, обнялись, смеясь и плача одновременно.
Но радость длилась недолго. Я почувствовал резкий укол в шею. Рефлекторно взмахнул мечом - отрубил хвост с ядовитой иглой. Рука метнулась к месту укола, но яд уже начал распространяться по телу, обжигая вены, затуманивая сознание. Ноги подкосились, мир поплыл перед глазами - и я упал, теряя связь с реальностью.
Последнее, что я услышал, - крик Раф, полный отчаяния и боли. А потом наступила тьма.