Глава 8
«Всё не то чем кажется»
Субботняя смена была незапланированной.
Но я не жалела. Есть что-то особенное в морге по субботам — тихо, почти пусто, никаких совещаний и ординаторов которые путаются под ногами. Только я, тела и привычные траектории пальцев. Проверить, отметить, зафиксировать.
Я называла такие дни разгрузочными.
Криминальные тела — это головоломка, адреналин, бесконечные вопросы без ответов. Но сегодня передо мной лежали обычные медицинские случаи — люди с анамнезом, с историями болезней, с понятными причинами. Сердце остановилось потому что было больным. Лёгкие отказали потому что курил сорок лет. Всё честно, всё объяснимо. Ноябрьский свет пробивался сквозь узкие окна, делая кожу моих сегодняшних посетителей еще бледнее.
Мне нравились такие дни.
Время тянулось вязко, словно капли воска стекающего по свече. Когда стрелка часов приблизилась к полудню , мой желудок издал стон о голоде. Голова чуть шумела , а руки покраснели от ощущений холода.
Я решила себе позволить маленькую слабость : выйти наружу и заглянуть в кофейню на соседней улице .
Приняв душ и переодевшись — джинсы, свитер, пальто, обычный человек — я выбежала на морозный воздух и почувствовала как лёгкие сжались от холода. Хорошо. Это хорошо.
Кафе встретило запахом свежеобжаренных зёрен и тёплого хлеба. Людно — кто-то обсуждал выходные, женщина с собачкой листала газету, парочки с детьми шумели в дальнем углу. Я нашла столик у окна — спиной к стене, достаточно пространства, никто не заденет — и заказала сэндвич и крепкий кофе.
Достала из сумки статью про недавнее убийство в городе. Старая привычка — читать про чужие дела. Иногда помогает думать про своё.
Кофе принесли быстро. Я сделала первый глоток — горячий, крепкий, почти обжигающий — и закрыла глаза на секунду.
Вот это и есть счастье. Маленькое, субботнее, никому не заметное. Именно в этот момент кто-то остановился у моего столика. Высокая фигура заслонила лучи осеннего солнца, и я подняла глаза.
—Ада? - голос был низкий, уверенный,— не думал что встречу вас здесь . Признаться узнал не сразу . Чёрный вам к лицу.
Я моргнула, оставив чашку на блюдце. Наши жизни редко пересекались на одной плоскости, и признаться честно, меня впервые спутали.
— Простите , но вы ошиблись.
Он на секунду нахмурился, словно проверял мои черты лица, я последовала его примеру. Высокий — это первое что отмечает глаз. Классическое пальто, хорошо сшитое, тёмное. Аристократические черты — прямой нос, чёткая линия скул, лёгкая небритость которая выглядит намеренной. Красив — но не в том смысле который сразу бросается в глаза. В том смысле который замечаешь через секунду и не можешь не замечать.
А потом я посмотрела ему в глаза.
И остановилась.
Турмалин. Я знала этот камень — редкий, переменчивый, меняющий оттенок в зависимости от света. Сейчас в них было что-то между зелёным и глубоким серым — и в них была хитринка. Не насмешка, нет, именно хитринка — как будто он уже знал что-то чего я ещё не знала.
Я не люблю когда кто-то знает что-то раньше меня.
— Вот как,- медленно проговорил он, наклоняясь ближе ко мне.— Значит , вы не Ада. Тогда у меня вдвойне удачный день.
Я почувствовала, как уголок моих губ дрогнул в тени улыбки , но я тут же спрятала ее за чашкой.
— Признаться честно, сходство поразительно, вы удивительно похожи на одну мою знакомую. Я встретил ее в прошлом году на выставке во Франции. Хотел приобрести готическую картину.
Я сдвинула брови и молчала. Этого искусства слишком много в последнее время. Мужчина чуть улыбнулся, словно пытался сгладить свою неловкость.
— Прошу извинить меня, если показался навязчивым. Я Роберт,- он протянул мне свою ладонь.
Я посмотрела на неё.
Долгую секунду — просто смотрела. Он не убрал руку. Ждал спокойно, без нетерпения, будто у него было всё время мира.
—Ева.– сказала я.
Руку не подала.
Что-то промелькнуло в его глазах — не обида, не удивление. Интерес. Как будто мой отказ был не неловкостью, а ответом на вопрос который он ещё не задал вслух.
Это мне не понравилось.
Он сел напротив без приглашения.
Я посмотрела на него — выразительно, с тем взглядом который Гарет называл «взглядом скальпеля». Роберт его выдержал, даже не поморщился.
— Ева и Ада, — сказал он, склонив голову чуть вбок. — Как ад и рай. Поэтично.
—Мда..... отцу это тоже показалось забавным ,- одарив его холодной улыбкой, я посмотрела в окно.
Уже можно уходить?
— Сестра?
— Прием дедукции у вас работает славно.
Роберт негромко рассмеялся — не смущённо, а искренне, будто я сказала что-то действительно смешное. Это меня слегка раздражало. Люди обычно реагируют на мой тон иначе — замолкают, уходят, обижаются. Он не делал ничего из этого.
Он просто смотрел.
Несколько секунд — внимательно, без спешки — задерживаясь на глазах. Изучал. Я знала этот взгляд — я сама так смотрела. Когда хотела понять что-то, что снаружи не видно.
Я последовала его примеру. Смотрела в ответ — спокойно, ровно, не отводя взгляда.
Турмалиновые глаза не менялись. Хитринка никуда не делась.
— У вас такой холодный взгляд.
—Замечательно, значит я произвожу впечатление холодного оружия.
Роберт посмотрел на меня чуть склонив голову.— Скорее, изысканной скульптуры. Только есть секрет, холодный мрамор хранит тепло , если к нему приложить руку .
Мое настроение ухудшилось . Картины, скульптуры . Везде это искусство. Что ему надо от меня? Я и сама не заметила как съехались брови на моем лице. Мужчина улыбнулся уголком губ, а я громко поставила чашку на стол.
— А вы.... Чем занимаетесь , Ева? Хотя могу предположить, у вас тонкие пальцы и утончённая натура. Музыка ?
Воздух стал гуще , я схватилась рукой за уголок стола и сжав его до белых костяшек , сказала сквозь зубы.— Я работаю с людьми.
Он смотрел на мои руки. Спокойно, с интересом — как смотрят на что-то красивое. Я убрала руки на колени.
—Живыми или мёртвыми ?,- шутливо спросил он.
Я посмотрела на него осуждающе. Турмалиновые глаза смеялись. Не злобно — легко, будто это просто игра и он приглашает меня составить компанию. Как будто он не понимал что сказал.
—Были приятно познакомиться, но мне пора. Всего доброго.
Не дожидаясь его слов, я схватила свой надкусанный сэндвич и выскочила с кафе хлопнув стеклянными дверями . Морозный воздух вырвал из меня судорожный вздох. Я шла быстро, почти бегом, пока шум кофейни не стих позади. И только тогда остановилась. Прислонилась спиной к стене и выдохнула.
Живыми или мёртвыми.
Он не знал. Не мог знать. Это просто случайная шутка случайного человека в субботнем кафе. Просто совпадение.
«Холодный мрамор хранит тепло».
Я оттолкнулась от стены и пошла обратно на работу.
Вернувшись на работу, я быстро накинула на себя форму и пройдя в секционную, заставила себя сосредоточиться на деле. Взяв скальпель в руки, я почувствовала дрожь в пальцах. Металический инструмент с характерным звуком улетел на край стола. Я не подняла его сразу.
Стояла и смотрела на металл. В полированной поверхности отражалось моё лицо — искажённое кривизной лезвия, вытянутое, чужое. Я смотрела на это отражение и не узнавала.
Когда последний раз я роняла инструменты?
Я наклонилась и подняла скальпель. Медленно выпрямилась. Сжала рукоять — крепко, до ощущения металла в ладони — и стала дышать.
Я ненавидела когда что-то сбивало меня с ритма. А теперь передо мной стояли турмалиновые глаза и смеялись в хитрой улыбке. Это просто незнакомец в кафе. Случайный человек который перепутал меня с сестрой и решил поговорить. Таких людей сотни — навязчивые, самоуверенные, думающие что остроумие открывает любые двери.
Я знаю таких людей.
Они не выбивают меня из ритма. Холод вернулся, а с ним и осколки моего самообладания.
Я сделала первый надрез.
Ровно. Чётко. Правильной глубины, правильного угла. Руки вспомнили что делать — мышечная память, тысячи надрезов. Вот так. Вот это я умею. Но в голове всё ещё звучал его голос. Низкий. Уверенный. Без извинений.
И хуже всего было не то что он звучал.
Хуже всего было то что он звучал уместно — как будто давно там был и просто ждал момента чтобы я это заметила.
Я сжала зубы и продолжала работать.
За окном темнело.