Глава 6
«Янтарные разговоры»
Как говорят во всем мире : « Среда - это маленькая пятница.»
Бар «Ястреб» был полон.
Я остановилась на секунду в дверях — привычка, от которой не могу избавиться. Сначала осмотреться, найти где меньше людей, где спина к стене, где достаточно пространства чтобы никто случайно не задел локтем. Это не паранойя — это просто то как я существую в людных местах.
Гарет и Чад уже сидели у дальней стены. Хорошо.
Я пробираюсь между столиками — боком, чуть напряжённая, плечи чуть подтянуты. Чья-то рука на спинке стула почти касается моего пальто — я делаю полшага в сторону автоматически. Мужчина за соседним столом жестикулирует слишком широко — я огибаю его не глядя.
К тому моменту как я добираюсь до своих, что-то внутри уже слегка гудит. Фоновый шум тела в толпе. Я сажусь, кладу руки на стол и выдыхаю. Полированное дерево под ладонями. Холодное, гладкое, неподвижное.
Лучше.
Зал обволакивает — приглушённый жёлтый свет под абажурами, запах пива и копчёного, горечь чужого кофе. В углу тихо играет блюз — город вздыхает после тяжёлого дня. Я беру бокал и делаю первый глоток.
— Вот честно,- Гарет покрутил в руках запотевший бокал с элем и ухмыльнулся ,- никогда бы не подумал, что такой сухарь как ты Чад, способен на что-то кроме допросов и протоколов . А нет, в бар пригласил.
— Ты радуйся, что тебя вообще позвали,- буркнул Чад и рукой подозвал официанта,- я мог бы и бесплатно сходить на цирковое представления, загляни к тебе на работу .
Я улыбнулась краешком губ и откинулась на спинку стула. Вот с кем реально не скучно.
— Господа, товарищи. Давайте хоть сегодня обойдемся без перебранки.
— Как скажешь дорогая,-кивнул Гарет, но во взгляде читалось озорство.
Чад закатил глаза и проигнорировав выпад ментора пат-анатомии , полез в папку с документами и достал белые бумаги исписанные ровным почерком.
— Мы тут установили личность рыжей девушки. Она не местная и по этому ее никто не искал. Кейтлин О'Хара она из Ирландии, возраст двадцать три года. Ее мать вылетает завтра из Дублина на опознание.
Я смотрю в свой бокал.
Кейтлин.
Рыжая. Двадцать три. Изящные пальцы которые сжимали розу — сами, до конца — и я до сих пор не знаю было ли это её решением или нет.
Кейтлин О'Хара из Дублина.
Где-то есть мать которая ещё не знает. Которая, может быть, сейчас занимается обычными домашними делами — готовит ужин, смотрит телевизор, думает что позвонит дочери на выходных. А завтра садится в самолёт.
Я сильнее сжимаю бокал.
— Ирландка, — повторяю я. Тихо. Не для них — для себя.
Официант поставил на центр стола тарелку с орешками и сырной нарезкой. Гарет тут же потянулся и ухватив кусочек закинул к себе в рот.
— Мммм, поздний ужин,-закрыв глаза он покачал головой,— Девушку жаль, такие не должны лежать на наших столах.
Слова повисли в воздухе. Даже джаз вдруг показался слишком громким.
— Ирландия....- тихо повторила я.— Он ведь выбирает не случайно?
Чад нахмурился, снова пробежав глазами по чернильным строчкам.
— Я думаю да, на случайность не похоже . Но мы пока не понимаем — Что именно объединяет всех девушек. Внешность? Отнюдь нет. Происхождение тоже не подходит.
— Искусство,- мой голос показался мне хриплым.
Оба поворачиваются ко мне и смотрят непонимающим взглядом.Я достаю телефон — открываю галерею, нахожу снимки которые сделала после разговора с Адой. Кладу телефон на стол между нами.
— Смотрите. Первая жертва — поза, цветы, положение головы. Это «оплакивание». Христианская иконография — он поставил её как Богородицу. Вторая — Офелия. Шекспир, Милле. Фиалки у лица — чистота. Ромашки — хрупкость. Третья — Вермеер. Женщина с письмом. Конверт был пуст — это не улика, это насмешка. Он говорит нам что ответа не будет.
Я делаю паузу.
— А четвёртая — Персефона. Роза личная. Это уже не часть системы — это признание. Что-то сдвинулось.
Чад скептически посмотрел на меня и скривил губы.
— Искусство.... Мы тут расследование ведём, а не лекцию по истории живописи. Ты где это всё откапала?
— А вот ты не ёрничай. Я говорила с Адой, а она на минуточку искусствовед и быстро раскусила всё.- Меня задели его слова и я с обидой потушила экран телефона.
— Вот поэтому ты и не замечаешь половину деталей, дружище,- Гарет поддался вперед подцепив несколько орехов и ткнул в Чада пальцем.
— Ева права. Этот псих работает не с телами, а с образами.
Он сделал паузу и, на удивление, добавил тише почти по-отечески:
— И если мы хотим его поймать, нам прийдется смотреть на мёртвых так как он смотрит на живых.
Я запнулась, вспомнив слова Ады произнесённые с ее вечной легкостью : « Он смотрит на девушек как на зеркала». Я не стала повторять это вслух, но внутри похолодела.
Гарет склонился ближе, прищурился и неожиданно серьезно кивнул поправляя очки.
— Значит он ищет не просто жертву, а материал, который сможет превратить в вечный образ.
Я про себя отметила, что Гарет может быть мудрым, когда перестает играть в клоуна.
Мы замолчали, каждый думал о чём то своем. Джаз в углу сменился на что-то помягче, светлее. Официант принес нам еще один кувшин с элем и тарелку горячих гренок. Гарет, не удержавшись ухмыльнулся.
— Вот что я скажу вам, друзья мои. Убийцы приходят и уходят, а мы остаемся. Так что давайте выпьем не только за нас , но и за то, что бы у нас у всех был еще один вечер вроде этого.
Мы переглянулись. Чад тяжело вздохнул, но все же поднял свой бокал. Я тоже коснулась своим их стекла.
— За маленькие пятницы,- пробормотала я.
— За то что мы–не только коллеги,- добавил Гарет уже серьезно.
И впервые за долгое время в груди стало теплее. Почти так, будто я дома.
Разговор постепенно уходил в сторону — Гарет вспоминал старые случаи, Чад ворчал про начальство, я слушала вполуха. Смеялась в нужных местах. Делала глотки пива.
Почти расслабилась.
Почти.
Где-то рядом зазвенели бокалы. Официант прошёл мимо — запах табака и цитруса. Чей-то громкий смех с соседнего стола. Я машинально скользнула взглядом по залу — привычка, от которой не избавиться — и остановилась.
Дальний столик у окна. Мужчина. Один. Сидит над стаканом — не пьёт, просто держит в руках— и смотрит.
Сюда.
Я не успела рассмотреть лицо — он опустил взгляд. Слишком быстро. Именно на ту долю секунды быстрее чем нужно если просто случайно скользнул взглядом по залу.
Я отвернулась.
Спокойно. Это просто бар. Здесь люди смотрят друг на друга — это нормально, это обычный вечер среды, это ничего не значит.
Сделала глоток пива и поставила бокал.
Снова посмотрела.
Столик у окна был пуст.
Я медленно обвела взглядом зал — входная дверь, барная стойка, коридор в сторону туалетов. Ничего. Просто люди, разговоры, чужие жизни.
— Ева? — Чад нахмурился. — Ты где сейчас?
— Здесь, — сказала я.
Сердце билось чуть быстрее чем должно. Я положила руку на стол — полированное дерево, холодное, неподвижное — и почувствовала как медленно возвращается дыхание.
Здесь. Я здесь.
Но пустой столик у окна не выходил из головы. И я никак не могла отделаться от ощущения что он ушёл не потому что хотел уйти.
А потому что уже увидел достаточно.