Путешествие Сакуры Харуно

  - Дядька Райкаге!

Узумаки Наруто, нарочито сильно хлопнув ладонью по столу правителя Облака, уставился на темнокожего мужчину, уже несколько часов разъяснявшего ему сложившуюся ситуацию. И без того неспокойное утро правителя Скрытой Деревни стало еще более отвратительным с приходом новой группы шиноби из Листа. На этот раз «сюрприз» вовсе не доставил ни капли радости: остатки седьмой команды уже более трех часов не покидали его кабинет. На голову Эя бесконечно долго сыпались расспросы, и даже оледеневший Учиха, которого Райкаге так не любил и вовсе не жаловал в своих владениях, включился в тяжелый и однообразный разговор. Глава Облака не давал никаких обещаний, хотя прекрасно понимал, насколько сильно обнадежил Коноху открытием Мабуи и Шикамару. Шансов на прекрасное завершение этой истории практически не было: все то неожиданно заканчивалось на самом плохом, то из этого плохого неожиданно появлялось нечто положительное. И так несколько долгих изнурительных суток безвылазной работы Райкаге и его подопечных. У Цунаде кончалось терпение, и Пятая Хокаге уже было хотела развязывать конфликт между деревнями, да и главе Облака давно хотелось все бросить, но тот сдерживался, понимая, что репутация его деревни и так была подпорчена случаем с пропажей девушки из Конохи.

- Когда будет проводиться операция? – прервал своего ученика Какаши Хатаке, перешедший, наконец, к самой сути разговора. – У Госпожи Хокаге да и у всех остальных уже кончается терпение. Предположу, что и Ваше тоже на исходе. Не стоит тянуть, на мой взгляд.

Мужчина, сидевший в кресле, кивнул, доставая какие-то бумаги. Отчеты Мабуи о проведении всех экспериментов.

- Если появилась надежда на спасение девчонки, то она ничтожно мала. Если мой секретарь и почти смогла довести дело до ума, то все равно необходима колоссальная подготовка для того, чтобы вернуть живого человека из другого временного измерения. Нужны тренировки, к тому же все мои люди не могут работать вечно: всем нужен отдых, пускай и небольшой. Некоторые уже неделю не покидают стены лабораторий. Так что всему нужно время. Ждать придется хотя бы два-три дня – не меньше.

- Как обнадеживает, - хмыкнул Учиха, до этого внимательно слушая Райкаге и что-то анализируя в своей голове. – А что, если Харуно уже давно мертва?

Узумаки и Хатаке невольно вздрогнули от такого предположения, хотя каждый из них уже давно подумывал и об этом печальном факте. Просто никто не хотел говорить о своих тревожных догадках вслух. Разочароваться в своих бессмысленных поисках – вот чего боялись все. Все не хотели терять последнюю каплю призрачной надежды. Надежды, которая, казалось, навеки скрылась в другом, совершенно не изученном времени.

- Как предположил ваш Шикамару Нара, Харуно Сакура умереть не могла. Иначе бы ее путешествие прекратилось, и она, должно быть, оказалась бы здесь, может, даже и мертвой. Конечно, его предположения совершенно ничем не доказаны, но лучше верить в это, а не в тот факт, что девушка давно мертва, а мы зря ее ищем уже вторую неделю подряд. -

Она не умерла! – вскрикнул Наруто, в который раз ударив рукой по столу. – Сакура-чан не могла умереть так просто!

- Хватит, Наруто! – Хатаке, грозно взглянув на ученика, быстро поторопил его к выходу, понимая, что чем глубже заходит данный разговор, тем ближе конфликт не просто между Наруто и Райкаге, а между Конохой и Облаком.

Дверь со скрипом закрылась, когда Учиха, многозначно взглянув на владыку Облака, потянул дверную ручку на себя, скрываясь в темном коридоре. Райкаге тяжело вздохнул, сжимая в руках многострадальные документы. День только начинался, на часах было ровно пять часов утра, когда команда «7» покинула кабинет Эя. Верно, он не начался так, как того бы хотел глава Скрытой Деревни, но... быть может, что-то хорошее случится сегодня?

                                  ***

- Твою мать... – Харуно испуганно вздыхает, натягивая покрывало практически до ушей и чувствуя болезненный приступ паники. Ее мозг такого просто не выдержит. Сакура чувствует, что еще немного, и она точно сойдет с ума. А потом уже будет все равно: кто ее изнасиловал; как она попадет домой; расскажет ли обо всех подробностях Ино или родителям? И заставит ли ее отец, человек правильных понятий, вернуться обратно, чтобы женить на себе Индру после содеянного преступления? Быть может, они после поженятся, заведут детей, и никогда Сакура больше не будет напиваться до подобного состояния, в котором она не может отбиться от противного хама и извращенца.

Ей хочется плакать. Нет, не по той причине, что ей больно, что она чувствует себя униженной. Скорее всего, Сакура не чувствовала ничего подобного. Должно быть, этой ночью ей было достаточно неплохо с ним, учитывая тот факт, что Харуно была пьяна в стельку и достаточно раскрепощена. Была лишь одна проблема: Сакура Харуно почувствовала себя безвольной тряпкой, которая и дня не может прожить без любвеобильных Учих. Да, пусть он и предок данного клана, да и за партнера «по любви» не считается, но все равно были факты: они переспали; он – предок Учиха. Она ведь давала себя клятву больше не ввязываться в подобные сюжеты, где были ее слезы, неразделенная любовь и все такое прочее. Сакура натерпелась, настрадалась уже достаточно. Она просто устала от всех этих бесконечных повторений, дежавю в ее жизни. Но судьба-злодейка и впрямь ее ненавидит: Харуно вновь наступает на те же грабли. Сначала была легкая симпатия к далекому предку, а затем, после подобной бурной ночи, должна и появиться влюбленность. И Харуно впервые в жизни страшно от того, что она вновь ощутит всю эту пустоту в сердце. Девушка ведь совершенно не нужна тому, у кого есть все: власть, деньги, сила, красота, женщины. Она вновь станет разбитой, уничтоженной, растоптанной. И это ожидание неминуемого было просто ужасным. Сакура сжимает ладони в кулаки, до побеления костяшек, до хруста пальцев. Лишь бы не сдаться так просто... лишь бы не отдаться страху и вновь стать той маленькой беззащитной девочкой, от образа которой она все время бежала в своей жизни.

- Харуно? – Индра скептично посматривает на нее, то ли ожидая истерик и слез, то ли выжидая чего-то более ужасного – вплоть до самоубийства либо же попытки его атаковать. Сакура была непредсказуемой все то время, которое он ее знал. И это притягивало его к ней и одновременно настораживало в такие напряженные моменты.
– Только не реви...

Ооцуцуки неожиданно положил руку на ее обнаженную спину, проведя кончиками пальцев чуть вниз по позвоночнику. Он нервничал, это было заметно невооруженным взглядом. Индра, кажется, никогда так не беспокоился за последствия своих действий. А теперь из-за его пьяной дурости и неконтролируемых эмоций эта маленькая нежная девчушка могла сломаться. Треснуть, словно хрустальное изделие, а потом и вовсе рассыпаться на тысячу мелких осколков. И потом бы Харуно не стало... Сакура от его прикосновения вздрогнула, но всеми силами не старалась подавать виду, что сейчас что-то происходит, что этой ночью опять же что-то между ними было. Ей было бы куда проще узнать, что все это – простой роковой случай, который никак не отпечатается в ее и без того бесполезной несчастной жизни. За Индру она почему-то не беспокоилась. Уж слишком для нее был очевиден тот факт, что ему совершенно все равно. Он просто терпеть не может женские слезы... Ее слезы, полные обиды и горечи. Сакура шумно вздыхает, зажмуривается, стараясь не выпускать соленые слезы наружу. Но, между тем, как бы она ни старалась – сердце все равно медленно начало трескаться по швам. И в этот самый нелегкий момент в ее жизни Сакура осознала, что вновь, так же окончательно и бесповоротно, влюбилась...

- Нет... – ее голос дрожит, но Харуно искренне надеется на то, что Ооцуцуки-старший не заметит этого. – Ничего такого не было. Мы просто напились, - она замолчала, не зная, как бы упомянуть об этом злосчастном и таком смущающем факте, - переспали. Проснулись утром. Ничего не было.

Харуно подняла голову, как-то криво улыбаясь, подобная улыбка была похожа на истерическую усмешку, но Сакура отчаянно старалась улыбаться. Почему-то это, казалось, спасало ее от неминуемой пропасти отчаянья. Сакура не старалась встречаться с ним взглядом. Слишком было страшно увидеть какие-то чувства в его глазах. Неодобрение, высокомерие, злость, презрение – что угодно! Ей бы просто хотелось, чтобы они оба забыли этот день как страшный момент своей жизни. Как то, о чем больше не следует вспоминать. Ооцуцуки на мгновение нахмурился, помрачнел, но лишь едва заметно, а после неожиданно облегченно выдохнул, более естественно, хоть это была простая актерская игра.

-Ну вот и славно, - парень кивнул, потрепав розовые локоны на голове Харуно. – Я рад, что мы пришли к единственному правильному мнению.

В тот момент куноичи показалось, что один большой камень наконец-то рухнул с ее плеч. Но это было самообманом. Лишь в тот момент, когда кровать скрипнула, а Индра встал и начал одеваться, Харуно почувствовала ноющую дыру в сердце под названием «Еще одна неудачная любовь Харуно Сакуры». Сакура, сама того не ожидая, всхлипнула, прикрыв рукой рот. Слезы покатились по щекам, но девушка почувствовала облегчение. Верно, ей просто необходимо было выпустить пар... Но лишь тогда, когда бы самый ненавистный ей Ооцуцуки, который так крепко, оказывается, въелся в сердце, покинул бы ее номер.

Но нет: он оставался здесь, поправляя вихри волос на голове. И он прекрасно все услышал.

- Харуно? Тебе настолько не хочется, чтобы я уходил? – Индра ухмыляется, стараясь развеселить рыдающую особу. - Надо же! Я тронут!

Сакура сдержала язвительный смех, в ответ промычав какое-то обычное и одновременно дружеское: - Придурок.

Харуно быстро вытерла кулаком слезы, втягивая носом воздух.

- Ладно, котенок, как-нибудь потом повторим... – эта фраза раздалась прямо возле ее уха. Горячее дыхание обожгло шею, отчего девушка едва не залилась багряным румянцем. Его сухие губы коснулись ее виска, и Сакура почувствовала, как затрепетало сердце.

Но закончилось все быстро. Спустя мгновение Индра отпрянул от нее, словно от чего-то ужасного либо же запретного, а после резво зашагал к двери, даже забыв попрощаться. Харуно взглянула на циферблат стареньких часов, а после с тяжелым вздохом закрыла глаза. Этот день никогда не уложится в ее голове так, как нужно. И она уже больше никогда не сможет выкинуть из головы и сердца одного очаровательного прародителя всех шиноби. Сакура вновь встряла в неописуемые неприятности...

На небо уже взошло солнце и освещало всю небольшую деревеньку своими теплыми лучами, когда Харуно Сакура появилась у входа и, аналогично, выхода из маленького поселения. Она особо не торопилась бежать, сил не было идти, да и мысли никак не желали приходить в порядок. Сакура была совершенно опустошена и запутана. Девушка вообще не понимала, что стоит теперь делать рядом с Индрой, что ему говорить, бросать косые взгляды на него, давая очевидные намеки Ашуре о том, что между ними что-то было? Сакура помотала головой, отгоняя назойливые и, по сути, неправильные мысли. Они ведь пришли к единому выходу: вести себя так, как раньше. Ни о чем лишнем не вспоминать, не затрагивать темы, которые напомнили бы о наболевшем... Но Харуно было почему-то неспокойно. Если она точно сдержит данное соглашение, то что можно сказать об Ооцуцуки-старшем? От него можно было ждать чего угодно, это и пугало больше всего. Даже если взять то, что он вытворил перед ней сегодняшним ранним утром... Куноичи вздохнула, хлопнув себя по щекам, чтобы заставить отвлечься и вернуться к размышлению о дальнейших ее планах действия. Все-таки еще никто не отменял возвращение домой, к тому же теперь все так удачно повернулось... Ашура готов ей помочь, а если готов младший брат, значит, соответственно, готов и ее горе-любовник.

Харуно мысленно выругалась – сегодня все настроено против нее, все говорит о чем-то романтическом, даже мозг постоянно откапывает в памяти подобные словечки, как «горе-любовник», чтобы нарочно задеть. Когда она закрывала на ключ свой номер, то столкнулась с молодоженами, которые страстно целовались и старались отпереть дверь, не отрываясь друг от друга. Сакура покраснела, словно рак, когда увидела данную картину, и поторопилась в своеобразное фойе, где ее уже ждала хозяйка, готовая забрать у нее ключ.

- Вот голубки! Ты глянь, что устроили! Мое заведение превратили в бордель! Да еще и эти вчера, на втором этаже... так орали, как резанные. Особенно девка. И голос у нее такой звонкий, - женщина вздохнула, подозрительно взглянув на куноичи. – Никому житья не дали. Сакура закашлялась. Она не знала, что отвечать, что говорить – казалось любое слово сейчас могло ее выдать с потрохами.

Так что девушка предпочла таинственно молчать и сверлить хозяйку гостиницы взглядом, пока та оформляла все в книге учета. До тех самых пор, пока Сакуре вежливо не помахали рукой и не указали на дверь. Харуно ускорила шаг, когда увидела знакомые фигуры двух братьев. Ашура о чем-то разговаривал, Индра внимательно слушал. Старший брат был совершенно обычным: уравновешенным, холодным, внимательным. Куноичи успокоилась. Хоть от него теперь можно было не ждать какой-либо подлости.

- О! Сакура! – младший Ооцуцуки мило улыбнулся, помахав девушке рукой. Харуно кивнула в ответ, более-менее оживившись.

– Мы как раз говорили о том, какой дорогой пойти...

- Что-то не так? – девушка опустила взгляд, обойдя Индру и встав в маленький клочок тени, где можно было уже укрыться от жаркого ненавистного солнца.

- На самом коротком пути, по нашим данным, разбили лагерь военные. Они бегают в деревню за припасами, собирают информацию. Хозяйка гостиницы здорово с ними ладит, - подал голос Ооцуцуки-старший. – Думаю, если она узнала меня и брата, то нас вполне могут ждать ловушки.

- Так не проще ли обойти?

- Дело в том, Сакура, что идти до нашего родного гнезда подобным путем – пять суток, не меньше. Это такую петлю надо сделать, - объяснил Ашура сложившуюся ситуацию.

– У нас нет столько времени. - Я понимаю, пять дней – слишком большой срок. Делать нечего: пойдем опасным путем, - девушка улыбнулась. – Пора уже показать, что умеет Харуно Сакура!

- Ну, воин, - Ашура хлопнул ее по плечу, подталкивая вперед. – Тогда выдвигаемся?

Впервые за день Сакура радостно улыбнулась: этот момент напомнил ей о миссиях седьмой команды: тогда они все были полны сил, веры в себя и окружающих. Хоть какая-то частица друзей все-таки была сейчас с ней. "Я обязательно вернусь, ребята, - подумала Сакура, прежде чем отправиться вслед за своими спутниками, - только дождитесь!"