глава 6. Сплошная безнадёга
К обеду в резиденции Райкаге сделалось шумно: повсюду бегали шиноби, в том числе и Мабуи, которая уже несколько часов не могла собрать нужные бумаги для того самого тревожного послания в Лист. Специалисты все еще пытались снять с приборов нужные показания и составить отчет, медики до сих пор заполняли специальную медицинскую карту подопытной. А сама секретарша Эя в панике подгоняла всех, кого можно было. Потому что всего несколько минут назад сокол из деревни Листа прилетел с письмом от обеспокоенной Пятой Хокаге.
- Иоши, - окликнула темнокожая женщина своего подчиненного. – Отчет специалистов, надеюсь, уже готов?
Молодой парень в очках замялся, обеспокоенно взглянув на ту дверь, за которой сидели медлительные эксперты.
- Я потороплю, Мабуи-сама, - промямлил он, ускоряя шаг и быстро теряясь в толпе. Женщина вздохнула, присев на стул и закрыв глаза.
Что ей написать на белом листе бумаги, что ей сказать в свое оправдание и в оправдание своей деревни? Имя Райкаге будет очернено, и куноичи понимала это, как никто другой. Облаку не будет прощения. Отношения между деревнями вновь станут напряженными, а все из-за того, что она, секретарь самого Райкаге, что-то упустила. Что-то очень важное. Прямо из-под носа своего. И последствия оказались слишком ужасными. Огромная Коноха потеряла члена своей семьи – талантливого медика и ответственного шиноби. И Мабуи, кажется, нет прощения. Если она только не придумает, как вернуть девочку обратно. И стоит ли пробовать возвращать, если она уже давно мертва? Мабуи нахмурилась, задумчиво всматриваясь в иероглифы на листе, которые она написала собственной рукой. Кратко, без каких-либо чувств. Как положено. И это глупое сухое слово «сочувствуем» никак не выделялось из других. Но никто не знал, как Мабуи боялась и переживала. Ведь ее ошибка могла повлечь за собой еще одну долгую кровопролитную войну. Она обязана вернуть девочку обратно домой. Обязана ждать ее здесь, в стенах лаборатории, не меньше, чем ее друзья и родители. А если ждать кого-то очень сильно, то этот человек обязательно вернется.
- Мабуи-сама? – спросил Иоши, осторожно дотронувшись до плеча задумчивой начальницы. – Все отчеты у вас на рабочем столе.
Женщина, кратко кивнув в знак благодарности, поднялась на ноги и быстро зашагала по темному коридору.
Всего несколько минут – и сокол Листа отправится домой с еще одним листком бумаги за спиной.
***
Маленький отряд из двадцати одного человека, между тем, продолжал свой нелегкий путь. Во время передвижения они потеряли еще одного человека – двадцать второго воина, достойно защищавшего свои убеждения и принципы. Они двигались на восток, к своему убежищу – одному из немногих оставшихся. Все остальные были обнаружены врагом и уничтожены вместе с людьми. А там, за бурной рекой, их кто-то еще мог ждать. По крайней мере, капитан отряда Такеру очень надеялся на это. Рядом с ним было много раненых, и все они медленно погибали, каплей за каплей теряя свою кровь и оставляя следы. Еще одна опасность – эти кровавые следы могли привести к штабу и к ним. Поэтому стоило торопиться. Они шли уже несколько часов, периодически останавливаясь на две или три минуты, чтобы попить воды, осмотреть раны и перевести дух. На большее капитан не мог рассчитывать, поэтому, как только в лесу где-то треснула ветка или подул сильный ветер, мужчина собирал свой отряд и чуть ли не бежал туда, к своему спасению и спасению надежды своего народа. Их осталось совсем немного. Тех людей, которые до сих пор воевали с Ооцуцуки – опасными «Демонами». Их история началась с самой ужасной женщины в мире - Кагуи. Были времена, когда имя ее было настолько страшно произносить вслух, что некоторые люди, которые вскользь упомянули ее, умирали от сердечного приступа. От страха быть обнаруженными. Эта женщина уже однажды подчинила себе весь мир. И Такеру со своими товарищами не хотел вновь окунуться в старые времена. Он был совсем ребенком, когда мир неожиданно вздохнул с облегчением. Богиня Мао, наконец, ушла в другой мир, в свой Ад, чтобы понести наказание за свою жестокость. Сейчас прошло много лет, но все вновь повторяется. Их хотели сделать подопытными. Ставить на них эксперименты. По крайней мере, было известно то, что все люди, хотевшие познать «ниншуу» безнадежно погибали в адских муках. Такеру считал это карой Бога. Так как никто из людей не мог уподобиться ему, Всевышнему. Правда, род Ооцуцуки нарушал все законы мира. Он видел всего одного – юношу с длинными темными волосами. Капитан Такеру знал, что только он один ведет войну против его народа. Миролюбивый младший брат этого чудовища никогда не вмешивался в кровавую резню и не участвовал в пытках. То ли руки не любил марать, то ли действительно был против насилия. Кажется, этот мальчишка и позволил им спастись сутки назад. И эту надежду на спасение капитан Такеру не может потерять. Не сейчас. В лесу было прохладно, несмотря на то, что солнце пекло во всю свою силу. Тень деревьев дарила прохладу и покой. А от влажной почвы все еще исходил холодок. Здесь было тихо. Ни души, ни одного маленького зверька, ни одного насекомого или птицы. Совершенно никого. Только отряд из двадцати одного человека, тишина, прохлада и легкий ветер.
- Такеру-сан, давайте передохнем, люди совсем выбились из сил, - пробормотал Изаму едва слышно, останавливаясь и вытирая забинтованной рукой пот с лица.
– Всего десять минут ничего не изменят. Да и слежки я никакой не чувствую за нами.
Мужчина, который был главным в этом небольшом отряде, пожал плечами, осматриваясь и все чаще хватаясь за свое копье.
- Минута, каждая минута на счету. Изаму, ты ведь сам видел, насколько он быстр и беспощаден. Если так, то никто из нас не сможет уцелеть. Ладно, черт с вами, - махнул рукой Такеру, сам чувствуя жуткую усталость. – Перерыв на десять минут. Потом идем с тройной скоростью.
Изаму усмехнулся, тяжело дыша и продолжая вытирать пот с лица:
- Будто до этого мы ползли, точно какие-то черепахи.
Капитан усмехнулся, еще совершенно не подозревая о том, что их вот-вот настигнет опасность в виде братьев Ооцуцуки.
***
- Опять кровь, - вздохнул Ашура, срывая испачканный кровью листок с куста. – Везде, везде кровь. Кажется, здесь следы более свежие. Еще пару десятков метров, и мы будем на месте.
Индра хмыкнул, закинув руки за голову.
- Они периодически делают привал. Примерно раз в сорок-сорок пять минут. А судя по тому, насколько их раны кровоточат, то уже сейчас они должны отдыхать где-то под деревьями. В тишине и совершенной «безопасности», - рассуждал старший брат, довольно улыбаясь. – До чего наивные люди, не правда ли ?
- Только давай без фокусов, Индра. Мы просто идем говорить.
Ашура нахмурился, прислушиваясь и задумчиво рассматривая следы на сырой земле.
- Только давай без фокусов, Индра. Мы просто идем говорить.
Ооцуцуки-старший вновь довольно улыбнулся, а в его темных глаза появились огоньки задора.
- Говорить не в моих правилах. Уверен, что сразу, как только мы покажемся, эти вояки схватятся за меч, чтобы поскорее отрубить кому-нибудь из нас голову. О каком разговоре может быть речь?
Ашура фыркнул, запрыгивая на ветку и смотря на маленький дым от костра, который тянулся из глубин леса. Индра хохотнул, наблюдая за серым дымом в голубом небе.
- Что за идиоты, а? – протянул он, улыбаясь. – Кто их так учил прятаться?
Ашура нахмурился, наблюдая за довольным из-за своего едкого замечания братцем, но все же повторил вновь:
- Давай обойдемся без смертей на этот раз.
- Давай обойдемся безо лжи. Ты же знаешь, что это невозможно.
- И все же, - повторил юноша с короткими черными волосами, скрываясь в темноте леса.
Индра закрыл глаза, тяжело вздыхая и быстро запрыгивая на ветку дерева.
- Посмотрим за твоими мирными кровавыми переговорами. Хоть ты противишься этому, но кровопролития тебе не избежать.
***
Сакура брела по лесу уже несколько часов. Сил становилось все меньше и меньше. Точно так же, как и надежды добраться до этого секретного убежища. Она уже перешла реку, зачем-то свернув в сторону и надеясь таким образом сократить путь. У Сакуры, в конце концов, ничего не осталось, кроме надежды. Обувь вконец промокла от луж и речной воды. Сакура не хотела пользоваться чакрой, чтобы безопасно перейти участок с водой. Все-таки за ней могут до сих пор следить, и тем самым она может себя таким образом выдать. Да и вдруг что случится – она должна всегда быть наготове. С полным запасом чакры. Ей совершенно не хотелось думать ни о чем. Мысли – вот, что больно било по сердцу и заставляло огорчаться. Сакура никогда так не ненавидела свою голову за то, что она умеет думать. Все-таки вспоминать Коноху, маму с папой, друзей, родной госпиталь... Все это жутко тяжело. Особенно в такой момент. Когда от усталости, голода и холода... даже плакать было тяжело и больно.
И неправильно. Ведь эти слезы – показатель того, что Сакура сдалась, проиграла. А ведь раньше было столько поводов бросить все и уйти восвояси. И Харуно решила, что если уж и надо было все бросать – то раньше. А сейчас у нее нет самого простого выхода – сдаться. Просто нет права. Ведь кто-то ее все еще ждет дома. Ведь кто-то до сих пор любит ее и ждет ее возвращения. И лишь эти мысли заставляли продолжать путь. Сердце до сих пор не покидала тревога. Все-таки одной находиться черт знает где – опасное дело. Даже для опытной куноичи. Сейчас Сакура истощена до предела: как физически, так и духовно. Ей бы отоспаться где-то пару часов, поесть, набраться сил и смириться со всем этим несчастьем. А потом опять продолжить свой путь. Харуно прислонилась к дереву, тяжело дыша и чувствуя, как ноги начинают подкашиваться. Идти стало тяжелее. Но в груди вновь загорелась надежда: должно быть, девушка идет в гору, а это значит, что большая часть пути позади – до домика в лесу осталось всего немного. Это сразу придало сил. Пусть не столько много, но достаточно для того, чтобы добраться до цели. Сакура вздохнула, оборачиваясь назад. Только сейчас она заметила, что более красивого места за свою жизнь ни разу не видела. Наверное, спустя года, века, это все исчезнет из-за людей. Из-за бесконечных войн, которые ни к чему в конце не приводили. И эта война ни к чему хорошему не приведет. В войне никогда не бывает радостных победителей. В конце все теряет смысл. Остается только цена жизни, цена здоровья и благополучия. А остальное быстро становится ненужным и бессмысленным. Сакура забралась на ветку сосны, рассматривая весь ландшафт. Высокие горы, покрытые лесами, реки, скалы. И все это не сравнилось с пыльной, но зеленой Конохой, ни с мрачным безжизненным Камнем, ни с водянистой деревней Дождя и с Киригакуре. И даже душный золотой Песок не сравнился бы с этим местом. Вдалеке Харуно уловила взглядом дым от костра, который быстро исчезал в небе. Девушка вздохнула, многозначительно посмотрев на пройденный путь, а после прыгнула вперед, на следующую ветвь, стараясь ускориться. Все-таки этот дым не предвещал ничего хорошего. И Сакура готова была поклясться, что когда она видела завал из камней и радостно улыбалась найденному убежищу, по всему лесу пробежалась волна душераздирающих криков. Харуно, дернувшись, тяжело вздохнула и поспешила к укрытию, чтобы поскорее заснуть и забыть про весь этот ужас.
***
Такеру проснулся от того, что почувствовал запах дыма от костра. Это сразу же привело в чувства и заставило не на шутку забеспокоиться.
- Кто разжег костер, кто его разжег?! – кричал капитан отряда, в ужасе стараясь найти у подчиненных воду. – Дурачье! Нас же могут обнаружить!
Изаму поморщился: - Капитан, вы стали параноиком. Зачем им нас искать? Войско хочет поесть нормальной еды и согреться после ливня. Так что перестаньте наводить панику.
Мужчина схватился за сердце, оглядываясь и стараясь уловить все посторонние звуки.
- Ну, я думаю, - протянул Индра, сидя на ветке и с ехидной улыбкой наблюдая за ошарашенными людьми. – Его беспокойство не является паранойей.
Уж кого-кого, а своего заклятого врага Такеру не ожидал увидеть. Впрочем, его появление означало только одно – смерть.
- Увы и ах, - вздохнул Ооцуцуки-старший и вновь довольно улыбнулся, словно безумец. – Мой младший брат хочет поговорить с вами.
Ашура кивнул, спрыгнув с ветки на землю и кинув свое оружие к ногам капитана, как бы доказывая, что он не намерен сражаться.
Такеру нахмурился.
- А он что? – беспардонно спросил Изаму, указывая рукой на старшего брата Ашуры.
Ашура пожал плечами, явно давая знать, что за брата он не ручается и гарантировать его спокойствие он не может.
- Вы нам информацию, а мы вам свободу, идет? – спросил юноша с короткими волосами, протягивая своему собеседнику руку.
Секунда, и рука Такеру хватается за меч противника и приставляет его к горлу Ооцуцуки.
- Уж лучше сдохнуть, - прошипел мужчина парню и слегка надавил на меч.
Кровь сразу же потекла из пореза, пачкая белую одежду Ашуры.
Еще секунда, и тело капитана загорается, а сам мужчина, не успев понять хоть что-то, открывает рот, глотая горящий вокруг себя воздух, и навеки исчезает из этого мира. Как человек, сражавшийся до конца за свои принципы. Как человек, который стал пеплом.
- Тогда, ребята, я буду вашей крестной феей, - улыбнулся Индра, доставая катану и направляясь к людям из войска.
Ашура поморщился, вытирая кровь с шеи и чувствуя, как зудит место пореза, мгновенно заживая. Все пошло коту под хвост с самого начала.
***
- Зачем было убивать половину из них таким ужасным способом? – спросил Ашура у брата, который со сосредоточенным выражением лица с помощью шарингана узнавал все о планах противника через полумертвых солдат. – Они же все мертвы.
Младший брат вздохнул, смотря на то, как птицы-падальщики, бывшие в этих краях редкими гостями, спускались с веток на свежие трупы, чтобы скорее полакомиться. Земля приобрела красный оттенок, а воздух будто бы пропитался запахом крови. Хотя что это уже меняло? Вот и Ашура не знал, что именно. Должно быть, он где-то очень сильно просчитался.
- Зачем было лгать мне? – вопросом на вопрос ответил Индра Ооцуцуки, закрыв мертвецу глаза. – Ты ведь видел ее, да?
Ашура вздрогнул: - Кого «ее»?
Девушку. С розовыми волосами. Раненую. В лесу.
- Видел, - прошептал парень, опуская взгляд. – Оставь ее, Индра.
- Ка-ак же, - протянул длинноволосый брюнет, осматриваясь. – Оставить, когда, возможно, она использует «ниншуу». Вот скажи мне, Ашура, откуда здесь могла взяться девушка, использующая чакру? Мы ведь с женщинами никогда не работали!
- И сейчас мы с ними работать не будем! – возразил Ашура, хмурясь. – Ясно тебе?
- Я ее все равно из-под земли достану, - холодно сообщил обладатель шарингана, скрываясь в темноте, мгновенно исчезая из виду с помощью какой-то техники перемещения.
Еще секунда, и Ашура понимает всю плачевность положения той очаровательной незнакомки со специфической внешностью.
***
- Цунаде-сама! – крикнула Шизуне, врываясь в кабинет к начальнице. – Ответ из Облака пришел. Сенджу вздрогнула, сразу же отвлекаясь от всей рутинной работы.
- И что пишут? – громко спросила женщина, выхватывая у помощницы документы. – Ты открывала, Шизуне?
Брюнетка тяжело вздохнула, закрыв глаза.
- Они пишут, что техника вышла из-под контроля, и Сакура... пропала и не вернулась обратно из пространственно-временного портала.
Сенджу, прикусив нижнюю губу, с грохотом проломила свой деревянный стол кулаком.
- Собирай мне сопровождение! Я отправляюсь в Облако! Райкаге отправь письмо.
Пятая Хокаге, поправив темно-зеленую накидку, быстро вышла из комнаты, громко хлопнув дверью
- Цунаде-сама, а что с Наруто и Саске делать?! – опомнилась помощница Хокаге, догоняя наставницу.
- Ничего не говори, - отмахнулась блондинка, - и поторопись!