Адская смесь

Через несколько дней всё наладилось. Никто не приходил за вещами, Мелисса продолжала работать и учиться, собственно, как и я. Мы больше не поднимали ту тему, будто ничего и не было.
За ужином, перед работой девушки, я решила задать вопрос.
Я: милая, нужно отнести вещи матери Элис, вдруг, она у неё. Я хотела после ужина идти.
М: что ты им скажешь?
Я: правду. А если и не потребуют объяснения, я молча отдам и уйду.
М: думаешь, мать тебя пустит на порог, если узнает о случившемся?
Я: я порог не собираюсь переступать. Что насчёт твоего блокнота? Ты от него избавилась?
Мелисса кивнула с набитым ртом, а я вспомнила, как сидела рядом со спящей девушкой и читала эти внушающие страх записи. Аппетит постепенно пропадал от фрагментов, которые были детально описаны и каждая строчка излучала сплошной мрак. Будто записи серийного убийцы, который планировал на каждую жертву свой "конец".
Я: сейчас тебя посещают странные мысли?, - заинтересовавшись и вовлекаясь обратно в эту тему.
М: иногда перед сном, - доверительно рассказывая, - скорее, это не связано с другими людьми. Я больше стала задумываться о своей смерти, - с совершенно подавлеными эмоциями и не прекращая есть, - я умру от своих рук, от обстоятельств или дождусь естественной смерти.
Я: и почему же ты об этом так много думаешь?
М: не контролирую то, что лезет в мою голову. Хочется думать о чём-то хорошем, о нас, а я не могу настроиться.
Я: не восприми мои слова неправильно, но, может, тебе стоит обратиться к специалисту?
М: ты переживаешь за то, что я могу сделать дальше?, - подняв свои загнанные и потухшие глаза, - я не справляюсь?
Я: нет, не так, - протянув свои руки через стол, чтобы взять руку девушки, - послушай, это для твоего будущего.
М: это дополнительные траты, - ковыряя еду вилкой и размазывая её по тарелке, - выход один. Справляться в одиночку.
Я: деньги есть, мы научились экономить.
М: мы впахиваем, я не найду даже времени на психолога.
Я: котёнок, тебе нужен психотерапевт, который назначит медикаментозное лечение. Это необходимо, обдумай за день и дай мне ответ.
М: мне придётся всё рассказывать?, - убрав свои руки под стол и постепенно сковываясь, она опускает глаза, - всё?
Я: ты будешь рассказывать только то, что ощущаешь. Расскажешь о своих страхах, блокнот не стоит упоминать.
Мелисса молчит, на моих глазах она падает в глубину отчаяния от самой себя. Не видит выход. Обречена на постоянный негатив.
Я: от этого всего можно избавиться.
Девушка отрицательно махнула головой, а её горло нервно сглатывает слюну.
Я: ты не веришь, на что способна? Ты, буквально, вытащила себя и не дала в обиду, а сейчас так легко опускаешь руки от обычного диалога с психотерапевтом?
М: не стоит мне обращаться куда-либо. Возможно, я нахожусь и так на учёте, а может буду стоять. Буду под наблюдением.
Я: это не плохо, тем более, ты же не хочешь всю жизни жалеть, что не обратилась раннее за помощью? Вдруг, всё может усугубиться.
М: ты меня боишься?, - этот ледяной взгляд, будто на меня смотрит не Мелисса, а та болезнь, с которой она живёт по сей день.
Я: нет, я боюсь, что поздно будет, когда ты спохватишься решать проблему.
М: дай мне время до завтра, - резко поднимаясь и убирая тарелки в раковину.
Она настолько быстро всё делала, дрожащими руками убирала со стола чашки.
Я: Мелисса, остановись, - перехватив её за руку, когда она приблизилась, - я сама всё сделаю, иди собирайся на работу.
М: да, точно, - растерянно покидая кухню, не меняя резкость движений.
Я: давай я тебя проведу?, - переживание присутствует, девушка психически нестабильна после моего разбора темы.
М: нет, - она явно чем-то взбудоражена, а я уже начинаю винить себя.. не нужно было давить.
Я: Мелисса, темно на улице, - я забрала у неё тот нож с ключей, всякое может произойти, мне легче её научить защищать себя, - капюшон накидывай. Мороз сильный.
Девушка оделась за пару минут, раскидав всю домашнюю одежду по дивану, и топталась на пороге, собирая вокруг всё, что ей понадобится.
Я: слышишь меня?, - самостоятельно накидывая капюшон.
М: да он большой, - снимая.
Я: не ёрничай, кто на тебя смотреть будет, кроме меня, - ожидая, пока она обнимет, либо поцелует.
Мелисса не обращает внимание, что я стою впритык. Она проверяет свой рюкзак и щупает карманы, чтобы ничего не оставить. Она даже без расчёски будет чувствовать себя ужасно, поэтому, пусть хоть пол квартиры себе в рюкзак закинет.
М: я что-то забыла?, - заметив мои глаза и ухмылку.
Я: подумай хорошенько.
Наивный взгляд, который обыскивает повторно всё вокруг и останавливается на мне. Я решила подсказать, коснувшись своих губ пальцем и постукав по ним пару раз, чтобы она поняла.
М: точно, - её милая улыбка и следом лицо, которое приближается к моему, ласково сталкиваясь носами.
Она целует меня, передавая весь трепет, но, я чувствую, что она вновь грызла свою губу и наделала кучу мелких ран.
Я: гигиеничку с собой взяла?, - повторяя поцелуи, всегда трудно прощаться..
М: взяла, - всё таки, она надевает капюшон, ожидая моей похвалы с рюкзаком за спиной.
Я: умница, - целуя напоследок её тёплый лоб и отпуская, - телефон не забыла?
М: всегда в кармане, - махнув мне рукой и натянув повыше свитер, да так, что были видны лишь оба глаза.

Мелиссу отправила, самой нужно собираться и идти поскорее. Вещей достаточно много, пришлось набивать свой туристический рюкзак. Другого выбора не было, а в руках не смогу нести десять сумок.
На улице, впервые за долгое время, вьюга. Пустые улицы заметает снег, туман постепенно ложиться на землю. Вдали, с окна, видны фары от машин. Трасса кажется скользкой.
Я была настроена серьёзно. Вызвала такси, потому что сама не управилась бы, и уехала по назначенному адресу. Его я точно запомнила.
Было минимальное волнение, вдруг, это бессмысленно и мне не стоило даже делать попытку наладить что-то. Очень хочется верить, что у меня получится переубедить этих двух, чтобы они никаким образом не трогали Мелиссу. Я рядом с ней, я помогу и подскажу, а её родственники никаким образом не касаются нашей жизни. Пусть спокойно отпустят, а когда сами вылечат свои головы, тогда я подумаю, подпускать их к своей девочке или нет.
Выгружалась я из такси с помощью таксиста. Не хотела спускаться повторно, поэтому взяла всё в свои руки и шла напролом, узнавая каждую трещину в подъезде. Вроде, и хорошие есть воспоминания, а много и таких, о которых хочется забыть..
Я стала перед дверью, вся красная и вспотевшая от тёплых вещей. Решила стучать до последнего, пока не откроют и мне открыли. Практически сразу на пороге появилась сестра Мелиссы и.. у неё была лысая голова, с множеством корочек на ранах. Никогда не замечала грубые черты лица Элис, так ещё и череп кривой оказался. Сразу всплыла в голове шутка о том, а не причастна ли Мелисса к искривлению черепа? Она её, мягко говоря, об все углы обчухала. Я так старалась держать себя в руках и не смеяться, что ещё больше налилась красным оттенком.
Я: не выгоняй. Дай мне сказать, - сразу поставив рюкзак в проёме, чтобы не успела дверь закрыть, - нам нужно обговорить случившееся и дай мне объяснить.
Элис молчит, гордо держа руки по бокам и оглядывая все сумки, которые в моих ногах.
Я: пустишь?
Девушка недовольно отходит в сторону, позволяя мне занести вещи.
Я: мать дома?
: в магазин ушла. Скоро будет.
Я: ты ей рассказывала?
: нет, - неожиданно выдаёт Элис, - давай быстрее и пойдём в комнату. Холодно с дверью открытой торчать.
Это её лысине холодно?
Я занесла всё, что привезла и сняла верхнюю одежду, закинув на кровать. А следом и уселась, скромненько сложив руки.
Я: в общем, по-моим подсчётам, у Мелиссы имеется психическое расстройство. Отнесись к этому с понимаем, не поднимай шум и матери лучше не знать.
: и? Что ты от меня хочешь?, - видно, что человек не собирается воспринимать меня серьёзно.
Я: хочу, чтобы вы с матерью больше не появлялись в её жизни.
: ты не представляешь, как мне всё равно. Я больше даже не сунусь в ваш дом.
Я: вот и прекрасненько. Вещи я тебе привезла, вдруг что-то забыла, позвони лучше мне и не тревожь Мелиссу.
: всё? Дверь там, - указав мне на коридор, - надеюсь, Мелисса получит вдвойне за то, что изуродовала меня.
Я: к сожалению, волосы отрастут, а её психику восстанавливать придётся годами, - постепенно уходя, - удачи тебе.
: в ответ ничего желать вам не буду.
Я уже собиралась выходить, не одевшись толком, а тут заходит мать Мелиссы и не даёт пройти.
: что ты забыла в моём доме?, - перегородив своей рукой путь.
Я: привезла вещи Элис.
: мам, она уже уходит, - вышла в коридор и девушка.
: почему ты без Мелиссы? Как она мне объяснит то, что сейчас на голове у Элис?
: я хотела себе такую стрижку, - меня чуть не порвало в тот момент, - и вот, самостоятельно наделала ошибок.
Я: а Мелисса на работе. Не имела желания идти, даже в свой выходной.
: время идёт, а вы как были обе хамки, такими и остались. А ещё, ты зачем из моей дочери лесбиянку сделала?
Я оборачиваюсь на Элис, которая разводит руками с улыбкой, будто сейчас меня тут шманать будут.
Я: вашей дочери не пять лет и ориентацию невозможно навязать. Она счастлива, а я рядом с ней.
: я бы поспорила, - говорит Элис за спиной и наглаживает лысину перед зеркалом, - мам, где расчёска?
Я: блять, - сжав губы, потому что кажется, что девушка специально выстреливает такие смешные шутки.
: зачем тебе расчёска, если на твоей голове, буквально, можно жарить яичницу, - без шуток и мать не осталась, только, никто не смеялся, кроме меня.
Я покинула этот дом. Раз и навсегда. А оказавшись на улице, не могла надышаться зимней погодой. Это была правда, когда Мелисса рассказывала, что собственные стены родительского дома её сжирали, не давали расслабиться и вокруг лишь сплошной гнев, который крутиться вокруг каждого члена семьи. У каждого из них столько негативных качеств, что невозможно на пальцах сосчитать, а положительные качества я и не назову.
Что ж, у меня свободный вечер. Я решила сюрпризом проведать своих родителей, только не смогла угощения принести. Пришлось заказать две пиццы и ждать их под подъездом, после чего с тёплой едой поднялась к своим родным дверям. Ужасная квартира с ужасной историей, но, я действительно начала замечать, как скучаю по своей комнате, по шуму отца посреди ночи и нравоучениям матушки.
: доця, - встречает меня мама, радостно всхлопнув в ладоши, - что ж ты без предупреждения. Мне тебя даже накормить нечем.
Я: мамуль, не беспокойся, - показывая, - я принесла с собой пиццу. Пап, ставь чайник!
Вся семья в сборе.. нет, неправильно сказала. Наоборот, семья не собрана до конца, нехватает моей Мелиссы, которая бы точно не пришла с пустыми руками и набрала кучу сладостей для родителей.
: Мелисса работает, да? Устали мои девочки?, - гладит меня по спине мама, жалеет.
А отец тем временем наваливает на печенье масло, делая "сладкий сендвич" к чаю.
Я: работает трудяга. Ой, и не спрашивай. Тут ещё столько проблем возникло, не знаю, за что браться.
: конечно, с родителями было проще жить, - говорит отец и мать поддерживает смехом.
: как успехи в учёбе? Нравится?
Я: я впервые так усердно учусь и стараюсь пары не пропускать, - взявшись обморожеными пальцами за чашку.
: что тебя в наш район занесло?
Я: да тут дела были, решила зайти к вам. Отогреться.
: и правильно сделала, что зашла. Я тебе сейчас таких вкусных солёных огурцов дам и помидорчики возьмёшь, и тёплый салатик. У вас дома есть овощи? Картошка? Мясо?
Я: мам, только не нагружай меня. А то я потом дома не доберусь, опять буду слёзно идти с двумя сумярами.
: не выдумывай, - уже схватившись за пакет.
И так всегда. Сколько раз не говоришь, что мы не голодны и берём только то, что едят обе, мама передаёт половину своего холодильника и мы будем питаться этим пол года, если не больше.

Так разговор за разговором, мать достала домашнее вино. Я немного выпила, ради приличия и тут поступает сомнительный вопрос от маман:
: дочь, вы же с Мелиссой лучшие друзья?, - как-то она странно себя ведёт, вглядывается в мои глаза, будто пытается распознать, правду скажу или на уши подсяду.
Я: близкие подруги.
: насколько близкие?
Я: на что ты намекаешь?
: ну, я прочитала о лесбиянстве..
Я: мам, всё. Это не наша тема.
: а кольцо на большом пальце?
Я: оно большое, только на большой палец подходит, как украшение.
: почему у тебя ещё не было парня?
Я: Мелисса их отбивает, - ещё больше рассмеявшись.
: Мелисса также всё ещё одна. Скажешь прямо или я сама додумаюсь?
Я: сама додумайся.
: не хочешь говорить?
Я: а что тут ещё добавить? Мы нравились друг другу ещё со школы, в итоге начали встречаться и так всё закрутилось, что теперь живём вместе.
: ты считаешь это правильным?
Я: хочешь сказать, что это болезнь? Тогда у нас пол планеты больны.
: не утрируй. Я лишь поинтересовалась.
Я: я на всё ответила?
: нет.
Я: что ещё спросишь?
: а у меня будут свадьба и внуки?
Я: если мы уедем в другую страну, где разрешены однополые браки, то всё будет.
: даже ребёнок?
Я: насчёт него не знаю. Мелисса хочет детей, я ещё не готова морально и физически.
: понятное дело, - допивая своё вино, - ладно, это будет наш секрет от папки.
Я: я уж думала, что ты ему проболталась.
: чтобы он посчитал нас сумасшедшими? Ну уж нет, лучше пусть спит спокойно и не думает о лесбиянках.
Я: настолько категоричен?
: он терпеть не может геев.
Я: а лесбиянок полюбит.
Тут заходит отец и мать конкретно спалилась, когда жестом показала, чтобы я молчала.
: мать уже клюкнула нормально или что она тебе показывает? Чтобы ты ей ещё вина подлила?
Я: да, - взявшись за бутылку.
: это наше женское сообщество. Выйди и закрой дверь, и не подслушивай.
: нужны мне эти ваши разговорчики о безделушках, - наливает себе воду, берёт кусок оставшейся пиццы и уходит, прикрывая ногой дверь.
Через минут пять, за разговорами, мы видим силует в дверях:
Я: он реально думает, что его пивной живот мы не распознаем?, - шёпотом.
: он всегда хотел быть снайпером, - выдохнув, - видимо, исполняет детскую мечту.
Я: и почему не получилось?
: а ты у него спроси. Как он сдавал нормативы физической подготовки и сильно хотел в туалет.
: молчать!
: а что? Пусть страна знает своих героев в зелёных трусах с черепашками.