Мнимое счастье [ЗАВЕРШЕНО]

Через AirPods любимая музыка заряжала меня ранним утром, когда я, приложив под глаза патчи, чистила зубы и подвергала лицо уходовым процедурам. Не могла не пританцовывать под песню «Lights Up», но пришлось немного повременить с буйными танцами, стоило моим рукам добраться до косметички. Быстро замазала синяки под глазами, придала лицу естественного свечения, ресницам объём, а губам влажный эффект при помощи бальзама. Волосы оставила распущенными, через зеркало наблюдая, как длинные локоны струились по спине. Может, пока позволяло время, заморочиться над гофре?
Рисковать не стала и, приоткрыв дверь ванной комнаты, оценила обстановку.
Чонгук всё также спал, только за время моего отсутствия перебрался на мою часть кровати и подобрал под себя сразу две подушки.
Счастливо улыбнулась. Не каждое утро доводилось заставать в своей кровати мистера Чона, и это нововведение явно шло на пользу хорошему настроению. У меня давно не болели щёки от улыбки, и сердце давно не билось так легко и свободно, будто его не удерживали кровеносные сосуды.
На цыпочках вышла из спальни, плотно прикрыв за собой дверь, и быстрее понеслась на кухню.
На улице господствовала по-настоящему весенняя погода: яркое солнышко согревало тёплыми лучами, когда холодный ветер вызывал мурашки по всему телу. Игра контрастов заставила накинуть на оголённые плечи мамин платок, оставленный на спинке стула, и я тут же почувствовала себя в родных объятьях.
На мгновение представила, как было бы круто, если бы она была сейчас здесь и показала мне мастер класс по приготовлению завтраков. Её завтраки не сравняться с ресторанными блюдами и с блюдами нашего повара. Последний и то умывал руки, когда дело доходило до первого приёма пищи, и папа всегда разрешал ему занять свободное место за нашим столом.
Все были в восторге от фантазии мамы и вкуса приготовленного завтрака. Эх-х, зря я пренебрегала мастер-классом, возможно, тогда бы не пришлось лихорадочно соображать, растеряно разглядывая холодильник.
— Доброе утро!
Вздрогнула от голоса за спиной и обернулась, замечая появившегося на кухне повара Хана. Мужчина лет пятидесяти пяти проживал в нашем огромном доме в крыле обслуживающего персонала и всегда вставал с первыми лучами солнца. Сегодня я его опередила.
— Так раз о тебе вспоминала, — хихикнула и закрыла холодильник. — Хотела приготовить завтрак. Сама!
Мужчина подивился:
— Сама? Нет-нет, Лиса, не стоит отбирать у меня хлеб!
Рассмеялась и, окончательно убедившись в отсутствии кулинарных навыков, умоляюще свела бровки домиком:
— Хан, милый друг, приготовишь венские вафельки?
Мужчина растерялся:
— Сегодня в меню сырники с рикоттой. Твоя сестра лично составила меню.
— Соён раньше двенадцати часов не поднимет свой зад, — закатила глаза и сложила ладони в умоляющем жесте. — Пожалуйста — пожалуйста!
Хан — добряк и душка, поэтому уже через пять минут он замешивал тесто и не забывал комментировать каждый свой шаг. Я пыталась запомнить нюансы приготовления и, чтобы окончательно не разочароваться в себе, как в будущей хозяйке, принялась заливать в вафельницу тесто.
Мужчина без лишних вопросов сделал сервировку на две порции и помог отыскать поднос, на который положил тарелки с аппетитными вафлями, блюдце со свежими ягодами, мёдом и две чашечки кофе.
— Ты — прелесть! — расцеловала Хана в две щёчки и, подхватив поднос, быстрыми, но осторожными шагами понеслась в спальню. На выходе из кухни остановилась и обернулась к мужчине, протирающего вафельницу влажной тряпкой:
— Хан, ты ведь сохранишь мой маленький секрет?
Он озорно подмигнул:
— Мы своих не бросаем!
Часы пробили половину восьмого, когда я вернулась в свою спальню и застыла в дверном проёме с подносом в руках.
Чонгук проснулся и успел принять ванные процедуры, выглядя вдоволь отдохнувшим и свежим. Он сидел на кровати, вооружившись мобильным телефоном, и, судя по сложенным джинсам на его коленке, спешил одеться.
— Доброе утро! — в притворной радости воскликнула я, а сама пребывала в волнении от вида собирающегося на выход сталкера. Он спешит оставить меня?
— Это то, о чём я думаю? — усмехнулся он и помог поставить поднос на прикроватную тумбочку.
— Завтрак в постель, — кивнула и тихонько вскрикнула, когда сильные руки обхватили мою талию и притянули на колени. Воспользовалась ситуацией и отправила джинсы в дальний угол комнаты, не имея желания выпускать Чонгука из постели. Обняла его за шею и зашептала на ушко:
— Не хочу, чтобы ты уходил.
Наши взгляды встретились, и я утонула в ярких красках необычных глаз. Глубокие, выразительные оттенки завораживали. Будто я на протяжении часа смотрела на иллюзорные картины и была не в силах справиться с наваждением.
Коснулась пальчиками тонких губ мужчины, не прерывая зрительного контакта, и почувствовала на них горячий поцелуй. Он не обделил поцелуем мою ладонь, выше по венкам кисти, и я, испытывая зависимость от этих губ, подстраивала тело под ласки.
— Завтрак придётся отложить, — прохрипел Чонгук, опрокидывая меня на кровать. Довольно засмеялась и потянула на себя мужчину, зарываясь пальцами в его жестоковатые волосы. Их цвет как никогда напоминал цвет спелого мёда, который дожидался своего часа в блюдце, и я с нескрываемым наслаждением перебрала в пальцах несколько прядок.
Чонгук застонал в мой рот, переплетая наши языки в эротическом танце:
— Твои руки — мой рай!
Углубила поцелуй, заменяя кислород его горячим дыханием, и ощутила, как шёлковая ткань халата заструилась по телу вниз. Чонгук отстранился, нависая надо мной сверху, и опустил взгляд на бордовый бра, едва ли прикрывающий мои соски, и ниже — рассматривая кружевной треугольник.
Ему нравилось увиденное? Потемневший взгляд был красноречивее всяких слов, и он придал уверенности. Медленно приспустила бретельки, испытывая приятную боль от трения сосков с кружевом, и не сдержалась от прерывистого вздоха. Чонгук всего лишь наблюдал, а мои соски стали вмиг сверхчувствительными, и я была не в силах удовлетворить в одиночку позывы внизу живота.
Громкий стон вырвался из грудной клетки, когда сталкер коснулся языком груди и старательно очертил диаметр соска, оставляя после себя опалённую кожу. Переместился на другую грудь, и мне оставалось только удивляться, как ему удавалось при помощи губ и языка подводить меня к обещанному оргазму? В глазах сталкера полно обещания!
— Лиса, ты сейчас перебудишь весь дом, — посмеялся Чонгук над моим очередным громким стоном и, не стараясь упростить задачу, накрыл ладонью моё лоно. Как тут не закричать от удовольствия?
Длинные пальцы подцепили кружево трусиков, но не спешили оставлять полностью обнажённой. Игрались с приятной на ощупь тканью, заставляя в нетерпении приподнять ноги и собственноручно избавиться от последней ненужной детали.
Чонгцк рассмеялся и подтянул меня ближе, побуждая обвить ногами его поясницу. Лежать перед мужчиной полностью обнажённой — это, наверное, должно быть дико неловко, да? Однако я не чувствовала неловкости, потому что взгляд сталкера не позволял усомниться в моей привлекательности. То, с каким вожделением необычные глаза исследовали моё тело, не оставляло шанса гнусным мыслям поселиться в голове. Мне попросту было не до них. Хотелось наслаждаться моментом, а не спускать всё на самотёк, поддавшись на провокации неуверенности.
Влажные губы ухитрились перехватить моей язык в буйном поцелуе и с особой эротичностью засосать его, отчего я заёрзала в крепкий объятьях. Ощутила, как длинные пальцы коснулись моих складочек и игривыми движениями вверх-вниз распределили влагу.
— М-м-м! — вновь и вновь не сдерживалась от эмоций, упиваясь происками искусного языка у себя во рту и умелыми ласками мужских пальцев на своей плоти.
— Такая мокрая, — услышала хрипловатый голос мужчины сквозь шум в ушах от накатившего безумия. — Это хорошо.
Движения пальцев стали интенсивнее, и внизу живота вдруг стало невыносимо туго. Будто внутренняя пружина наслаждения с каждым движением сжималась, и стоило мужчине сбавить обороты — медленно разжималась, возвращая в исходную точку.
Эта игра становилась невыносимой.
Прикрыла рот рукой, когда громкость вырывающегося из груди удовольствия вышла из-под моего контроля, и пальцами свободной руки сжала в кулак медовые волосы. Ощутимо. Очень ощутимо, раз тихий мужской рык опалил мою ушную раковину, и в тоже мгновение амплитуда ласк достигла своего пика.
Внутренняя пружина сжалась до предела, и, стоило большому пальцу надавить на клитор, как всё моё тело пронзила лихорадка. Бешеная волна наслаждения окатила с головы до самых кончиков пальцев ног, заставляя поджать их, и подтянуть колени к груди.
Позабыла о необходимости быть как можно тише и гортанно застонала, уткнувшись лицом в мягкую подушку. Чёрт возьми! Сталкер всего лишь поласкал пальцами, а оргазм накрыл такой, будто он имел меня на протяжении всей ночи!
Претерпевая встряску от пережитого безумия, приподнялась на кровати, следя, как мужчина отыскал в кармане джинсов портмоне и достал из внутреннего отделения серебристый прямоугольник.
Наблюдала, как по твёрдому, полностью готовому для меня члену раскатался латекс, и почувствовала внизу новую порцию влажности. Была не в силах отвести взгляд, когда мужчина несколько раз прошёлся ладонью по длине своего органа. Да-а, я помнила, насколько приятно он мог пульсировать в руках и истекать от моих старательных ласк.
Матрас прогнулся под тяжестью мужского тела, и я с готовностью подвинулась на встречу. Почувствовала его жар, напряжение перекатывающихся мышц, влажные губы на моих губах, и в тот же миг твёрдый член ворвался в меня на полную длину.
Вскрикнула скорее от неожиданного толчка, нежели от боли. Обещанной боли не было, что стало для меня приятным открытием. Скрестила ноги на спине сталкера, чувствуя скорее дискомфорт, чем боль, которой пугала Дженни, рассказывая о своём ужасном первом опыте.
Тихие стоны вырывались из груди, и я прислушивалась к собственным ощущениям. Мне больно? Дискомфортно. Мне приятно? Скорее необычно и ново.
Чонгук не спешил ускорять отточенные движения вперёд-назад, давая возможность податливо расшириться под габариты его члена, и он не спешил покидать меня полностью, позволяя привыкнуть к новым ощущениям.
Поцеловала приоткрытые губы мужчины, увлажнила их языком, ловя горячее дыхание, и почувствовала захват ладоней на своих бёдрах. Движения стали быстрее, напористее, и ощущение наполненности внутри меня увеличивалось с каждой секундой.
Чонгук хрипло застонал и уткнулся лицом в ямку на моей шее, давая почувствовать напряжение внизу живота. Запустила пятерню в его влажные волосы, вдыхая в лёгкие запах нашего первого секса, и устало улыбнулась
Когда встряска от оргазма сбавила обороты, и сталкер перекатился на бок, я опустила взгляд на наши переплетённые ноги, не найдя конфуза в виде лужи крови и прочих ужасов, которыми пугала подруга.
Собственные воспоминания насмешили, но я удержалась от смеха, который был бы крайне некстати. Приняла сидячее положение и непроизвольно застонала, неожиданно почувствовав ноющие позывы мышц внизу живота. Не больно, но ощутимо.
Чонгук заглянул мне в глаза:
— Всё хорошо?
И всё-таки я глупо захихикала, в нескрываемом смущении закрывая лицо ладонями. Неподдельное беспокойство сталкера одновременно рассмешило и смутило.
— Всё хорошо, — подтвердила и, отняв руки от лица, не с первой попытки остановила взгляд на лице мужчины. — Конечно, всё хорошо! Я всего лишь лишилась девственности, а не получила боевое ранение.
Мне показалось, или Чонгук тоже смутился, но, в отличие от меня, искусно прикрылся усмешкой:
— Точно! — прислонился спиной к изголовью кровати и неожиданно разоткровенничался. — На самом деле, у меня нет никакого опыта с девственницами, поэтому мой вопрос закономерен.
— Серьёзно?
Пожал плечами и следил, как я медленно придвинулась ближе и, поколебавшись, оседлала его, плотно прижав колени к мужским бёдрам.
— Как-то не приходилось иметь дело с невинными созданиями.
Закатила глаза на подобную формулировку, заслуживая негромкий смешок в области шеи, и податливо перебросила волосы за спину.
Его откровение буквально окрылила, и в благодарность за подаренный букет эмоций, я не сдержала счастливой улыбки. Безумной, счастливой улыбки.
— Значит, я тоже у тебя первая.
Чонгук рассмеялся, а я залипла на этом смехе, глазами поедая каждую чёрточку расслабленного лица.
— Вроде того, пташка.
Мы вспомнили о завтраке после долгого, безумно нежного поцелуя. Я наслаждалась манящей полоской губ сталкера, а он в свою очередь «съел» весь бальзам с моих губ. Не могла оторваться от лёгких поцелуев, находя нечто волшебное в невесомом касании губ без происков проворных языков.
Ладонями заскользила по выточенному торсу Чонгука, испытывая эстетическое удовольствия от вида подтянутого тела и косых мышц живота, которые с особым вниманием очертила пальцами.
— Ты напрашиваешься на второй заход, — усмехнулся Чонгук и перехватил мои руки, не позволяя продолжить ласки. Улыбнулась, чувствуя под собой напряжение вмиг активизировавшегося члена, и лукаво склонила голову набок:
— А я не против.
Мне, чёрт возьми, так хорошо рядом с ним! Не хотелось, чтобы он покидал пределы моей кровати, но понимала ничтожность своих «хотелок». Реальный мир, царивший за пределами спальни, настойчиво прерывал нашу идиллию: звонок заставил сталкера потянуться за телефоном и ответить на вызов.
Судя по голосу, нас прервал мужчина, и большей информации мне не требовалось. Достаточно того, что Чонгука не атаковали телефонными звонками неизвестные мне девушки, заискивающим голосом раздражая динамик.
Не вслушивалась в разговор мужчин, куда интереснее было разламывать венскую вафлю на маленькие кусочки и аккуратно кормить сталкера. Он нарочно касался губами подушечек моих пальцев, и только затем пробовал на вкус вафлю.
Не забывала и себя кормить, чувствуя поглаживание мужской ладони на своём бедре, и не спешила расправляться с двойной порцией завтрака. Я тянула до последнего, гневаясь на скоротечное время, однако понимала, что лучше Чонгуку уйти до пробуждения брата.
— Спасибо, — чмокнул в губы, когда от завтрака не осталось крошки, и принял сидячее положение, оглядываясь в поисках разбросанной одежды.
Покосилась на опустевшую тарелку и, не имея желания пожинать лавры на чужом таланте, несмело улыбнулось:
— Завтрак готовила не я, а наш повар.
Мужчина оглянулся через плечо, и я поразилась тому теплу, что обосновалось на дне холодных глаз. Чёрт возьми, разве таяние ледников не грозило стать катастрофой для всего человечества? Для меня уже стало.
— Ты позаботилась о моём аппетите и встала в такую рань, — улыбнулся Чонгук. — Я это очень ценю, пташка.
Приоткрыла рот в попытке что-то сказать, но слов не находила. Весь спектр эмоций сконцентрировался в пределах грудной клетки, которая щемила от переизбытка нежности. Чёрт возьми, в Америке все мужчины такие идеальные или только мне повезло?
Определённо только мне. Похожих мистеров Чонов больше не существовало.
Когда сталкер был полностью одет, я поспешно накинула на плечи халат и встала его проводить. Мы задержались у выхода из спальни по моей вине — обхватила руками его торс и, заглянув в необычные глаза, спросила:
— Мы сегодня встретимся ближе к вечеру?
— Не получится, пташка, много работы. Встретимся завтра, м-м?
Согласно кивнула и даже улыбнулась, стараясь не подавать виду, как Чонгук, сам того не желая, словесно нанёс удар под дых. Розовые бабочки вихрем опустошили меня и исчезли через приоткрытое окно, оставляя наедине с образовавшейся пустотой.
— Заеду за тобой после работы. Ты будешь на студии?
От меня последовал ещё один кивок, и Чонгук в удовлетворении усмехнулся:
— Тогда завтра проведём вместе весь день.
Открыла дверь комнаты и пропустила мужчину вперёд, однако он не спешил переступать порог, внимательно рассматривая моё лицо:
— Что с тобой? — опустила глаза на свои голые ступни, поджимая пальцы на ногах, и на ментальном уровне ощутила исходившее от мужчины непонимание. Наконец, когда повисшая тишина стала напрягать и меня, я пробормотала:
— Я понимаю, что у тебя свои дела, работа и-и… — честно, я всё это понимала, однако не могла побороть внутреннего параноика, сокрушённо попросив. — Только не исчезай, ладно?
Больше всего на свете не хотелось быть оставленной мужчиной после секса, когда у нормальных пар всё только начиналось, а у меня, возможно, всё подошло к логическому завершению. Сколько раз слышала от подруг такие истории, переживала с ними их личный опыт и негодовала, давая себе слово, что никогда не наступлю на подобные грабли.
Чонгук приподнял мой подбородок пальцами и опалил лицо пронзительным взглядом. Конечно же, он всё понял.
— Откуда у такой милой пташки столько тараканов в голове?
Пожала плечами, не видя смысла делиться личными заморочками в дверях. Очень хотелось, но не так — никогда Чонгук спешил по делам, а я могла в любой момент быть застукана маленьким шпионом.
— Я не исчезну, — заверил Чонгук лаская большими пальцами мои скулы. — Даже не надейся.

И я поверила.
Проводила мужчину до самых ворот и пыталась успокоить Микки, который прыгал вокруг сталкера и радостно вилял хвостом. Напоследок Чонгук взлохматил и без того взъерошенную шерсть пса и вкусно поцеловал меня в губы.
Смотрела ему в след и удерживала Микки за ошейник, прекрасно понимая его нежелание отпускать нового знакомого.
— Он прелесть, скажи? — посмеялась я, уводя пса подальше от ворот.

Ну, что, госпожа Манобан, будем признаваться? Ты влюбилась. Безумно влюбилась в собственного сталкера.

***

Открыл ключ-картой дверь в свой номер и мысленно выругался, замечая у порога два увесистых чемодана. Какого чёрта Джису ещё не съехала?
После «разговора» с Лисой она устроила грандиозный скандал, позабыв, что я давно послал её к чёрту. В тот день она вынесла мозг мне, пошатнула психику Чимина и добилась того, что я собственноручно собрал ей чемоданы.
«Зря я поехала за тобой!» — кричала тогда Джису, и это была единственная здравая мысль, поселившая её необременённую голову. Она вырвала из моих рук свои многочисленные кофточки и показано принялась набивать сумки, думая, что я остановлю.
Не остановил, напротив, внимательно следил, чтобы ни одной вещицы не осталось. Чтобы не возникло предлога вернуться за якобы «потерянной» вещью.
Однако как не старался, чемоданы мозолили мне глаза с самого утра, оставаясь нетронутыми с того момента, как я лично поставил их у выхода.
Разулся, прислушиваясь к тишине, и посмотрел на настенные часы. Одиннадцатый час утра. Джису по своему обыкновению давно должна была проснуться и, чёрт подери, свалить. Может, она и свалила, а оставленные чемоданы и есть тот самый «предлог»? Ну, могла же быть настолько глупой!
Прошёл в спальню, в которой ночевала девушка, и приоткрыл дверь. Надеялся увидеть проветренную комнату и идеально заправленную постель, но нет. Вместо этого лицезрел голый зад своего помощника и задохнулся от запаха использованного презерватива, покаявшегося рядом с кроватью.
Возвёл глаза к потолку, чувствуя, как разболелись глазные мышцы, и усмехнулся. Прошёл в комнату, даже не удостоив взгляда спящей Джису, которая недавно клялась мне в вечной любви и грозилась сброситься с крыши многоэтажки. Вот это драма! Вот она — сила любви!
— Подъём! — бросил в заспанную рожу помощника его помятую футболку и хмыкнул, наблюдая, как он подскочил на кровати. Подскочил, завертелся на месте, пытаясь сообразить, где он и что делает. Наконец, заметил меня и сделал невозможное — округлил глаза, походившие на две щёлки.
— Твою мать! Чон, ты видел свой нос?
Не посчитал нужным отвечать на некорректное замечание, которое явно было некстати, если учесть наличие моей бывшей невесты в кровати нынешнего напарника.
— Жду тебя в гостиной.
Вышел из комнаты и, на ходу проверяя наличие носа, поморщился. Он не болел до тех пор, пока наблюдательный Чимин не напомнил о вчерашней потасовке.
Да, удар у того упыря был отменный, и я нисколько не пожалел, что вступился за девушек. Лишние баллы в мою пользу никогда не повредят! Однако отчётливо осознавал, что выйти из машины и помочь пташке — это бессознательный порыв. Порыв на эмоциях. Увидел, как падает девушка, болезненно приземляется, не сдерживает громкого стона боли, и решил не медлить.
Лиса оказалась благодарнее своей подруги, и я улыбнулся, вспоминая её искреннее беспокойство и желание оказать первую помощь. Неплохо, кстати, оказала, раз до сегодняшней минуты не вспоминал о подбитом носе.
Развалился на диване, удобнее устраивая голову на подлокотнике, и расслабленно потянулся. На удивление у меня было хорошее настроение: я выспался, вкусно позавтракал, и даже наличие голого зада в кровати моей бывшей невесты не испортило настрой.
Чимин появился в гостиной как раз в тот момент, когда я заметил на внутренней стороне своего локтя царапину. Будто меня поцарапала когтистая кошка, когда же на деле были задействованы нежные пальчики мисс Манобан. Рассмеялся, растирая ладонью полученное «ранение», и вспомнил, почему любил короткую длину женских ногтей. Желательно «под ноль», чтобы было не больно спать на спине. Однако рассматривая след, оставленный розовым, длинным ноготком, не испытывал раздражения. Меня это забавляло, и даже подстёгивало.
— Ты смеёшься? — подивился Чимин, слушая мой негромкий смех над собственными мыслями. — Я думал, набьёшь мне морду.
— Для чего марать руки?
Чимин растерянно указал на закрытую дверь спальни:
— Эм-м, я подумал…
— Мы расстались с Джису, — напомнил напарнику и усмехнулся. — Меня беспокоит не гостеприимная вагина моей бывшей невесты, а твои мотивы. Если это мимолётная интрижка, то без вопросов, но, если ваша связь может навредить нашему делу, то давай разбираться.
— Это просто секс, — заверил Чимин, но не спешил доверять его словам. Уже тот факт, что я не смог предугадать подобного поворота событий, заставлял меня быть осмотрительнее.
— Она была подавлена, а я оказался рядом. Эй-й, Чимин, ты и без меня знаешь, как это бывает!
Внимательно смотрел на мужчину, но не замечал намёка на притворство. Растерянность, волнение и признаки глуповатого смеха — да, но не ложь.
— Тогда тебе не составит труда разбудить девушку и поторопить, чтобы она в течение часа покинула мои апартаменты?
Чимин нахмурился:
— Мне кажется, это не очень хорошая идея.
Я усмехнулся, вызывающе вздёрнув бровь, и вынужденно наблюдал за горячим восклицанием:
— Джису не заслужила такого отношения к себе!
Резко принял сидячее положение и прищурился:
— Эта сука заслуживает именно то, что получает! — прошипел и против воли вспомнил всё дерьмо, что щедро подкидывала мне бывшая невеста. В частности, именно она — одна из причин нежеланного пребывания в Корее, когда за океаном сгнивало моё детище.
— В общем, Чимин, я не потерплю здесь Джису, — перехватил взгляд напарника и мысленно надавил. — И не потерплю, чтобы она оказалась посвящена в наши дела.
— Она не станет…
Поднялся на ноги, тем самым прерывая мысль Чимин, и, подойдя к нему достаточно близко, положил ладонь на плечо:
— Джису мстительная девушка, уж поверь мне. Я не хочу, чтобы она воспользовалась твоей сердобольностью в своих корыстных целях.
Больше, чёрт подери, я не позволю коварным женщинам разрушить все мои планы!
— За меня не волнуйся, Чон.
— А я волнуюсь, — пальцы сжались на его плече с намеренной силой. — Волнуюсь, что твоя преданность затеряется между двумя длинными ножками.
Чимин покачал головой, и я в приглашающем жесте указал на дверь в спальню:
— Ну, так докажи свою преданность.
Наблюдал, как глаза напротив метали искры, и не испытывал страха. Хотя для него были причины. У этого парня столько подноготной против меня, что уже сегодня я мог оказаться на самом дне. Однако Чимин прекрасно осознавал, что моё грандиозное «падение» неминуемо повлечёт и его фиаско. Мы, чёрт подери, в одной лодке! И если выплывать из дерьма, то только вместе.
Да, Чимин умный парень, именно поэтому скрылся из поля зрения за дверью спальни, из которой минуту позже выбежала Джису.
Я отошёл в сторону, не желая попадаться ей на глаза, и усмехнулся, прислушиваясь к женским всхлипам. Мне не жалко глупую женщину. Рано или поздно, мы все расплачиваемся за свою тупость.
Кстати, о женской тупости… Не успел я возрадоваться исчезнувшим из номера чемоданам, как на горизонте появилась ещё одна недалёкая женщина. Призадумался, стоило ли отвечать на телефонный звонок, но всё-таки решился:
— Здравствуй, мамочка! — в притворной радости воскликнул, рассматривая пейзажи за окном. — Как твои дела?
Тишина на другом конце телефона позабавила. Кажется, мать впала в шок от моей внезапной радости. Мнимой радости, разумеется. Была бы моя воля, то не видел и не слышал родственничков ещё ни один месяц.
— Чонгук, что ещё за «мамочка»? Я, конечно, тоже соскучилась, но давай без притворства! Мне хватает твоего отца!
— Так ты соскучилась… Поэтому позвонила спустя полгода моего отсутствия в Штатах?
Вновь тишина, и я вновь не сдержал усмешки. Перед глазами так и предстал образ женщины за пятьдесят, которая всячески извращалась над своей внешностью, стараясь бороться с природой. Старалась бороться с необратимым процессом старения, превращая лицо в безэмоциональную маску с атрофированными губами. Я до сих пор удивлялся, как она сохранила возможность шевелить губами и хоть что-то выговаривать. Талант, не иначе.
— Ты не в США?
Рассмеялся и, отняв телефон от уха, в изумлении установился на экран, как если бы передо мной стояла мать. Надо отдать ей должное — она пока не испортила моего настроения, напротив, заставила громко рассмеяться. Даже Чимин, чья физиономия отражала вселенскую скорбь, заглянул в гостиную, удивившись смеху.
— Нет, я не в США.
— А где?
Закатил глаза, прежде чем поторопить осторожничавшую родительницу:
— У меня нет времени на пустую болтовню. Если ты что-то хотела, то говори сразу.
Протяжный вздох послышался через динамик, будто это я позвонил, навязался с разговором и тянул резину, бесполезно растрачивая драгоценное время.
— Мне тяжело это говорить, — проговорила мать настолько опечаленным голосом, что я позволил себе допустить нехорошие мысли. Всё оказалось более прозаичным:
— Ох-х, Чонгук, твой отец мне изменяет!
Мои брови взлетели вверх, затерявшись на макушке:
— Я знал это еще, будучи в твоей утробе!
— Очень смешно, — фыркнула мать и чем-то зашуршала, заставляя отнять динамик от уха. — На этот раз всё серьёзно. Он подобрал молодую шлюху, снял ей квартиру и каждую ночь, на протяжении месяца, навещает её. Представляешь?
Прекрасно представлял, и от бурной фантазии захотелось удариться головой о стекло напротив. Зачем, чёрт дери, мне это знать? Я был в курсе похождений отца с самого детства, когда он позволял себе на моих глазах лобызать очередную любовницу. Он не скрывался от матери, зная наперёд, что эта информация в первую очередь отразиться на её безупречном будущем. А моя мать лелеяла своё будущее, распланировав всё на годы вперёд, только было бы кому спонсировать это самое будущее.
— И-и-и? — издевательски протянул, рассчитывая услышать хоть что-то новенькое, но матери оказалось нечем меня удивить.
— Чонгук, ты стал медленнее соображать, что ли? — взъелась мать, вызывая во мне новый приступ смеха. — Чего смеёшься, ну? Я на волоске, а ты веселишься!
За что мог позволить себе любить мать, так это за умение поднять настроение. Как бы она не старалась на протяжении многих лет совместной жизни с отцом «строить» из себя светскую львицу, и как бы отец не старался привить ей манеры высшего общества, в ней до сих пор не издохло быдло с грязных улиц нижнего Ист-Сайда.
— Что тебе от меня нужно? — задал закономерный вопрос под мотивы недовольного пыхтения. С одной стороны я понимал мать — страх остаться ни с чем управлял ею и заставлял выносить мозг единственному сыну, но с другой стороны — мне глубоко похуй на драму.
— Я думала, ты что-нибудь придумаешь, — огорошила мать, тем самым сделав невозможное — удивила. — Я сама уже не справляюсь! Всё перепробовала!
— Что именно?
— Нанимала горячего парня, чтобы соблазнил, посылала угрозы и, ты не поверишь, лично предупреждала её оставить мою семью в покое! Всё бесполезно!
Возвёл глаза к потолку, сетуя на тупость матери. Я терпеть не мог глупых людей, в особенности женщин, однако по велению шутки-Судьбы был вынужден терпеть мать, не славившейся наличием серого вещества.
— Ты не пробовала поговорить с отцом?
— Он не желает меня видеть, после того как его шлюха нажаловалась!
Черти адовы, зачем я вникаю в этот абсурд? Пора заканчивать, пока не начал деградировать вместе с мамашей:
— Слушай, мама, ты, видимо, перепутала меня с одной из своих престарелых подружек. Я ничем помочь не могу.
— Я не сказала самого главного!
Выжидающе приподнял брови и устало облокотился о панорамное окно, с высоты птичьего полёта рассматривая движение «игрушечных» автомобилей.
— Она беременна!
Фыркнул от пафосного тона, с помощью которого мать думала добиться моего участия. Опять же, я нисколько не удивлён. Новая шлюха отца отработала стандартную схему, чтобы заполучить место под солнцем. Удачно отработала, заставляя мою мать в ужасе рвать на себе седые волосы.
— Значит, у меня будет братик или сестрёнка? — поддел мать и вновь рассмеялся, когда её пыхтение буквально прожигало ухо. Я одновременно посмеивался над фарсом, который устроила родительница, и морщился, стоило только представить расплывшуюся тушу моего отца, оказавшейся способной на ещё одного ребёнка. Бр-р.
Коснулся ладонью своего твёрдого пресса, как всегда делал при воспоминании о поплывшем родственничке, и с облегчением выдохнул.
— Где твоё уважение, Чонгук?
Уважение? А за что уважать? Тем не менее, сжалился над женщиной, в голосе которой начали проскальзывать истерические ноты. Только женских слёз мне не хватало, чтобы окончательно повязнуть в разыгравшейся мыльной опере.
— Какой смысл в твоей панике? — искренне не понимал. — После двадцати лет супружеской жизни ты настолько стала удобной для отца, что он не будет заморачиваться и оформлять развод. И если даже любовница искусно поработает на его жировых складках, то имущество, нажитое в браке, вы разделите пополам. Брачного договора же не составляли?
— Нет, — пробормотала мать, и я кивнул, как само собой разумеющееся. Мать призадумалась и, наконец, пробормотала:
— Боюсь, что шлюха имеет очень сильное на него влияние. Как бы дело не дошло до суда, если разводу быть.
Я упорно молчал, наперёд зная, что последует за тишиной:
— Ты же меня не бросишь?
Отвернулся от динамика и громко хмыкнул, покачивая головой от наглости женщины, которая по шутке Всевышнего была моей матерью:
— Помогу с хорошим адвокатом.
Мать не подала признаков жизни, видимо, рассчитывая на более щедрые плюшки с моей стороны. Чёрта с два! Неожиданно для себя выпалил:
— Ты ведь залетела от отца, преследуя те же цели, что и его новая шлюха?
Пришла очередь родительницы удивляться:
— Хочешь сказать, что я похожа на эту дрянь?
— Просто следуете веками проверенной схеме.
— Хамло! — выплюнула она, заставляя вновь отстранить от себя телефон. — Если бы я знала, что придётся вымаливать помощи у собственного сына, то…
— … то не рожала бы меня? — продолжил за мать и ядовито рассмеялся. — У тебя не было выбора, мама, ведь красивой жизни очень хотелось.
В гостиной вновь появился Чимин с ноутбуком в одной руке и папками важных бумаг в другой, и я воспользовался случаем закончить разговор:
— Давай на этом закончим. И да, в следующий раз звони, когда будет известен пол будущего крохи. Мне не терпится узнать!
— Хамло!
На этой прекрасной ноте я сбросил вызов и посмотрел на унылую физиономию Чимина. Почему, когда у меня хорошее настроение, все пытались его испоганить?
— Джису ушла? — осторожно принялся прощупывать почву, получая в ответ колючий взгляд:
— Ушла.
Усмехнулся и подошёл к дивану, на котором сидел, сгорбившись, приятель. Он игнорировал моё приближение, быстро касаясь пальцами клавиш ноутбука, и, судя по настрою, планировал вовсе со мной не разговаривать.
Обиделся.
Хотел махнуть рукой на тонкую душевную организацию Чимина, но не посмел. В моей жизни не так много людей, которыми хотелось бы разбрасываться, поэтому усугублять разногласия с напарником не стал.
Присел на подлокотник дивана и взлохматил копну волос на голове Чимина. Он показано поправил очки на переносице и продолжил печатать текст, чем позабавил меня. Я должен разозлиться, но приподнятое настроение стойко удерживало свои позиции, невзирая на внешние раздражители.
— Прекращай дуться, — попросил Чимина и, призадумавшись, добавил. — У нас слаженная команда, Чимин, и я надеюсь, впредь всё так и останется.
Напарник скупо кивнул, и я, воспользовавшись моментом, завладел его крупной оправой очков. Он возмущённо насупился, а я уже был около окна и с прищуром лицезрел яркое солнце:
— Не унывай, Чима! Лучше посмотри, какая прекрасная погода за окном!
— У тебя хорошее настроение, — заметил Чимин. — госпожа Манобан поспособствовала?
Улыбка замерла на моих губах, а напарник, будто почувствовав, что попал в самую цель, надавил:
— Так, вы переспали?
Мне не понравилось, с какой быстротой разговор переключился с понравившейся мне темы на тему, которую вовсе не планировал касаться. Ещё больше не понравилась ложь, слетевшая с языка:
— Нет.
Глаза Чимина расширились, и в них больше не наблюдалась обида. Только шок и нескрываемое беспокойство.
Вернул очки напарнику и направился к бару, чувствуя себя паршивым образом. Чимин радел за наше дело, искренне переживал и готов был вгрызться зубами в любого, кто посягнёт на «Аквариум». Черти адовы, он заслуживал быть в курсе дел, однако я не решился его успокаивать.
В который раз мне приходилось наступать себе на глотку, и всё из-за мисс Манобан.