49 "Банкет"
В кабинете Леви, в окружении знакомого запаха старой бумаги, кожи и его особенного, терпкого аромата, я наконец смогла немного успокоиться. Я отчаянно пыталась выкинуть из головы навязчивый разговор с Эрвином, сосредоточившись лишь на Леви. Он стоял у небольшого столика, и его точные, выверенные движения, с которыми он заваривал чай, действовали гипнотически. Каждый жест был наполнен спокойной уверенностью, и я ловила себя на том, что начинаю дышать в такт этому ритму.
— Я дам краткое распоряжение отряду, — его голос, ровный и негромкий, вернул меня к реальности. — И потом смогу немного потренироваться с тобой после обеда. — Он поставил передо мной фарфоровую чашку, от которой исходил тонкий пар и душистый запах.
— Хорошо, — кивнула я, с благодарностью обхватывая чашку, чтобы согреть ладони. — А что на этот раз будем учить?
Леви отхлебнул из своей чашки, его серые глаза изучающе остановились на мне.
— Работу с основным клинком, — ответил он, ставя чашку на блюдце с тихим звоном. — Ты уже знаешь, как держать рукоять. Теперь нужно понять, как вкладывать в удар всё тело, а не только силу руки.
Он подошёл ко мне вплотную, его тень накрыла меня.
— Покажи мне свою стойку, — скомандовал он мягко, но так, что не ослушаться.
Я приняла позу, как меня учили. Его критический взгляд скользнул с ног до головы.
— Лучше, но всё ещё деревянно, — констатировал он. — Ты стоишь, как на параде. В бою это смерть.
Он встал позади меня, его руки легли на мои бёдра, заставляя меня чуть шире расставить ноги и глубже согнуть колени.
— Центр тяжести ниже. Всегда. Ты должна чувствовать землю под ногами, — его голос прозвучал прямо у уха, заставляя меня вздрогнуть. Одна его рука переместилась на мой живот, чуть ниже пупка. — Удар начинается отсюда. Не от плеча. Всё тело — это пружина. Поняла?
Я развернулась к нему и не раздумывая коснулась его губ в поцелуе.
Он ответил на поцелуй не сразу , немного не ожидая подобного , когда он объяснял. Чуть прикусив мою губу в поцелуе до боли , он отстранился.
— Вот же хитрая, думаешь я буду добрее в тренировках , если будешь делать подобное ? — сказал он , дыша мне в губы
— А почему нет ? — с улыбкой ответила я
— Не думаю , что ты хочешь знать, почему нельзя так делать.
Я кивнула, слишком охваченная смесью сосредоточенности и осознания его близости. В его прикосновениях не было ничего лишнего, только точные, корректирующие жесты инструктора. И всё же от каждого мимолётного касания по спине пробегали мурашки.
— Сегодня мы отработаем базовый рубящий удар, — объявил он, отступая и давая мне пространство. — Снова и снова, пока твои мышцы не запомнят каждое движение. Пока ты не сможешь делать это с закрытыми глазами.
Он был безжалостным учителем. Но в его строгости я читала нечто большее — стремление сделать меня сильнее. И в этот момент, под его пристальным взглядом, я готова была отрабатывать этот удар тысячу раз, лишь бы никогда не видеть разочарования в этих стальных глазах.
— Ладно, я поняла, — сказала я, беря в руки чашку с чаем. Горячий фарфор обжигал пальцы, но это ощущение казалось приятным и отрезвляющим.
— Пей аккуратно, не обожгись, — предупредил Леви, сев на диван.
За разговором с ним я и правда на время забыла о тягостной встрече с Эрвином. Его присутствие рассеивало тревогу, словно солнечный луч — утренний туман. Как только он отдал отряду краткие распоряжения и те покинули штаб, мы направились на тренировочную площадку.
Воздух был прохладным и свежим. Леви провёл меня к отдельному манекену, стоявшему в стороне от основных.
— Стойка, — скомандовал он, и я автоматически приняла позу, которую он исправлял всего полчаса назад. Он молча обошел меня, поправил угол разворота стопы, легонько толкнул меня в плечо, проверяя устойчивость. Я едва качнулась. — Лучше.
Он протянул мне тренировочный клинок — точную копию боевого, но без заточки и чуть тяжелее, чтобы лучше чувствовать вес.
— Покажи мне базовый диагональный удар сверху-вниз, — сказал он, отступая на шаг. — Цель — ключичная впадина. Представь, что рассекаешь не дерево, а мышцу и кость.
Я сделала взмах. Клинок со свистом рассек воздух и звонко щёлкнул по манекену.
— Слабо, — тут же прозвучал его вердикт. — Ты работаешь только рукой. Весь удар — от стопы. — Он подошёл и снова встал сзади, его руки легли на мои бёдра. — В момент замаха ты переносишь вес на заднюю ногу. — Его ладонь толкнула меня вперёд, заставляя перенести тяжесть тела на переднюю ногу. — А в момент удара — мощный толчок задней ногой, и вес резко идёт вперёд. Весь твой импульс, вся масса должны быть вложены в лезвие. Поняла?
— Поняла.
—Снова.
Я снова замахнулась, стараясь сконцентрироваться на ногах. Удар получился громче.
— Чуть лучше. Но ты скована в плечах. Они должны быть расслаблены до последнего мгновения. Расслабься. Дыши. Удар — это выдох.
Мы продолжали снова и снова. Он был безжалостен, заставляя меня повторять одно и то же движение десятки раз, пока мышцы на руках и спине не заныли от непривычной нагрузки. Он поправлял каждый сантиметр траектории, каждый градус разворота кисти.
— Рука! Не заламывай запястье! Лезвие — продолжение твоей руки, а не молоток!
—Глаза! Не отводишь взгляд от цели! Смотри куда бьешь!
В какой-то момент, после особенно удачного удара, который заставил манекен содрогнуться, он коротко кивнул.
— Приемлемо.
Для Леви это было высшей похвалой. Я, тяжело дыша, опустила клинок, чувствуя, как по всему телу растекается приятная, жгучая усталость. На щеках горел румянец.
— На сегодня хватит, — сказал он, забирая у меня тренировочный меч. — Завтра будут болеть мышцы, о которых ты не знала. Но это хорошая боль. Это значит, что ты растешь.
Он провёл рукавом по моему вспотевшему лбу, и в его прикосновении, грубоватом и быстром, вдруг промелькнула нежность. В этот момент, стоя под его оценивающим, но одобрительным взглядом, я чувствовала себя не просто влюблённой девушкой, но и его ученицей. И это двойное ощущение было почти так же опьяняюще, как и его поцелуи.
Вскоре я вернулась в штаб, а Леви ушёл к отряду. У меня было время как следует вымыться и привести себя в порядок перед банкетом. Сегодня все вернулись в казарму раньше обычного, и в воздухе витало праздничное оживление. Я присоединилась к девочкам из Разведкорпуса в их комнате, помогая Саше сделать прическу посложнее её обычного конского хвоста. Я впервые видела, как они все наряжаются в платья, и не могла оторвать взгляда — они были такими красивыми, что глаз не отвести.
— Парни ведь тоже будут в костюмах? — спросила Хистория, с любопытством разглядывая свое отражение.
—Кажется, да, — с набитым ртом ответила Саша. — Кони ворчал что-то про то, как галстук душит.
—Значит, Эрен тоже будет в костюме... — тихо произнесла Микаса.
Я бросила на неё взгляд. Она сжимала в руках свой красный шарф, и я невольно вздохнула. Всё это было так сложно. Микаса искренне любила и переживала за Эрена, совершенно не замечая чувств Жана. Казалось, я не в силах ничего изменить в этой запутанной истории. Я опустила взгляд, завязывая волосы Саши, и поднялась.
— А у тебя ведь есть платье? — снова обратилась ко мне Хистория.
—Да, конечно, — улыбнулась я. — Увидите меня в нём чуть позже. Пойду к себе переоденусь. Встретимся в главном зале штаба.
Я собралась и, взглянув в зеркало, не смогла сдержать улыбки. Впервые за долгое время мне искренне нравилось то, как я выгляжу. Платье сидело идеально, а в глазах горел непривычный блеск.
В главном зале уже было многолюдно и шумно. Воздух гудел от смеха и бесед. Я заметила девочек из Разведкорпуса и направилась к ним, но мой взгляд тут же выхватил из толпы Леви. Он стоял поодаль, беседуя с командором Дот Пиксисом, комендантом гарнизона. Леви так же бросил на меня короткий, но цепкий взгляд. Его глаза на мгновение блеснули, он медленно окинул меня с ног до головы, и, чуть поджав губы, чтобы сдержать улыбку, вернул внимание к собеседнику. Одного этого взгляда хватило, чтобы мои щёки вспыхнули.
— Потрясающе выглядишь! — воскликнула Саша, когда я подошла.
Девочки с улыбками оценили мой наряд,и я почувствовала прилив радости.
— Пойдёмте к остальным, наш отряд сидит вон там, — указала Микаса.
Мы двинулись к столам, но мой путь неожиданно преградил высокий силуэт.
— Командир Смит! — вырвалось у меня
— Рад вас видеть, — произнёс он, и хотя его слова были обращены к нам , его пронзительный голубой взгляд был прикован ко мне.
— Да, командир Смит, ну разве Рин не красавица? — бесхитростно выдала Саша, обнимая меня за плечи.
— Саша! — смущённо прошептала я.
— Да, очень красивая, — тихо, но отчётливо сказал Эрвин.
Это заявление заставило удивлённо вздрогнуть не только меня, но и всех девочек. На мгновение воцарилась лёгкая пауза.
— Я имею в виду, вы все сегодня выглядите прекрасно, — поправился он, с лёгкой улыбкой окинув взглядом нас. — Проходите к столу... Рин, ты можешь разместиться неподалёку от меня, чтобы не затеряться в толпе.
По моему телу пробежали мурашки. Предложение прозвучало как вежливая просьба, но в нём чувствовался какой-то командиркий приказ.
— Да, конечно, — неуверенно ответила я, понимая, что отказаться, по сути, невозможно.
Банкет проходил шумно и оживлённо. Длинные столы ломились от простой, но сытной еды — запечённого мяса, свежего хлеба, тушёных овощей и кувшинов с лёгким вином и пивом. Солдаты, на время отбросившие суровость, громко смеялись, обменивались шутками, вспоминали прошедшие миссии. Разговоры, в основном, крутились вокруг последних событий. Слышались тосты за павших, за выживших, за будущие победы. Леви большую часть времени был погружён в беседы с другими офицерами. Леви сидел чуть поодаль, его спина была идеально пряма. Он не участвовал в общем веселье, лишь изредка отвечая на реплики соседей короткими кивками. Но я ловила его взгляд на себе — быстрый, оценивающий, полный того немого одобрения, от которого сжималось сердце. Он, поймав снова мой взгляд, быстрым, почти незаметным движением губ беззвучно произнес: «Через пять минут. В коридоре.» Я едва заметно улыбнулась и кивнула, но в тот же миг почувствовала на себе тяжёлый, изучающий взгляд Эрвина. Казалось, он заметил наш безмолвный разговор.
Эрвин тут же поднялся и оказался рядом со мной.
— Можно тебя на несколько минут? — его голос был спокоен, но в нём слышалась стальная воля.
Я растерянно заморгала, инстинктивно бросив взгляд на Леви. Тот смотрел на нас с нахмуренным лицом, в его позе читалось лёгкое напряжение. Помедлив, я всё же кивнула Эрвину и, выходя из зала, постаралась всем своим видом передать Леви: «Я сейчас вернусь, не волнуйся».
Оказавшись в пустом, тихом коридоре, я ожидала, что разговор начнётся здесь, но Эрвин двинулся дальше.
—Куда вы? — спросила я, не скрывая недоумения. — Я не совсем понимаю, зачем вы хотели со мной поговорить.
Он не ответил и продолжил путь. Я нехотя последовала за ним, пока он не зашёл в полумрак библиотеки и не остановился между высоких стеллажей.
—Думаю, это место подойдёт, — произнёс он, поворачиваясь ко мне.
— О чём вы? — моё сердце начало учащённо биться.
— Рин... Я понимаю, что сегодня нет времени и возможности для долгого разговора, поэтому и пригласил тебя на завтрашний ужин. Но я не могу ждать. — Он сделал паузу, его голубые глаза пристально сверлили меня. — Тебе нравится капитан Леви, и это... хорошо. Но ты нравишься и мне. Как женщина и не только.
Я застыла, чувствуя, как по спине пробежал холодок.
—Я о том, что у нас могло бы что-то получиться. Мы могли бы вместе... спасти этот мир.— продолжил он
— Я... я не совсем понимаю, — прошептала я, отступая на шаг.
— Что если мы сможем спастись от всего этого? — его голос стал тише, но от этого лишь напряжённее. — Что если мы сможем переместить всех в твой мир?
От его слов меня будто парализовало. Возможность, которую он озвучил, была одновременно пугающей и ошеломляющей.
— Командир Смит... — я сглотнула комок в горле. — Я знала, что вы хотите сблизиться со мной не просто так.
— Ты появилась здесь не случайно, — он шагнул вперёд, сокращая дистанцию. — Ты должна быть нашим спасением. Но, — он посмотрел на меня с странной смесью расчета и искренности, — у меня правда есть к тебе чувства. Наша связь, наша любовь может стать ключом ко всему.
— Вы много выпили и бредите, — попыталась я отстраниться, но спина уже уперлась в полку.
— Я почти не пил, — он оказался в сантиметре от меня. Его руки мягко, но неотвратимо легли на мои щёки, не давая отвести взгляд.
— Командир Смит, я думаю, что это невозможно... Ни попасть в мой мир, ни отношения между нами.
— Рин... пойми, мы с тобой сможем спасти всех, — прошептал он, и его лицо склонилось ко мне.
Моё сердце пропустило удар, когда его губы коснулись моих.