3
Техён
Когда вы возвращаетесь домой после длительного отсутствия в стране и на вашем пороге появляется незнакомка, заверяя в том, что беременная от вас, конечно же первое желание — закрыть дверь перед ее носом и завалиться наконец-то в кровать. Я не поверил ей. Этой малолетке с кукольным личиком и наивным взглядом. Я плохо запоминаю лица, могу с легкостью забыть девушку, с которой провел ночь, но на сто процентов уверен в том, что не мог заделать ей ребенка, даже если бы мы каким-то чудесным образом пересеклись с ней в Штатах. Но она сделала меня, вытащив из рукава козырь и назвав меня именем брата.
Я не поверил ей. Серьезно. У моего брата идеальная семья. Жена красавица и двое детей. Он получил то, чего так желал я, и у меня в голове не укладывалось, что Чимин может так поступить к Айрин. С девушкой, которая вот уже десять лет не выходит у меня из головы и сердца.
Я познакомился с Айрин первым, она должна была стать моей и стала бы, если бы я не привел ее как-то к нам домой, где она узнала, что у меня есть брат-близнец. Подающий надежды программист против плохого парня в татухах и с гитарой за спиной. Выбор очевиден, правда? Она так мне и заявила, когда я потребовал объяснений после того, как увидел их вместе в торговом центре. И вот, десять лет спустя, мой брат все так же подающий надежды программист, а я собственник звукозаписывающей студии с толстым банковским счетом, но Айрин по-прежнему с ним, красивая и недоступная для меня.
Мне нравится приезжать к ним домой и слышать, как дети называют меня папой. Я даже специально сбриваю бороду перед этим, потому что Минхо и Сухо еще слишком малы, чтобы различать нас каким-то другим способом. Пацаны чертовски похожи на Чимину, а значит, и на меня. Да нас даже по ДНК не различить! Я страдаю мазохизмом, приезжая к ним раз за разом, рассматривая такие знакомы черты лица и понимая, что у меня этого никогда не будет.
Я позволяю себе немного помечтать, представить, что это моя семья, моя жена и дети, и я возвращаюсь домой после работы. Но реальность такова, что женщина, которую я люблю всей душой, принадлежит другому, моему брату, и я ничего не могу с этим поделать. Вернее, не мог — до этого момента. Потому что если незнакомка не какая-нибудь аферистка, то получается, что Чимин не достоин того, что имеет, и я просто обязан вмешаться в это.
Я не собираюсь развеивать ее уверенность в том, что я не тот, за кого она меня принимает, и крайне удивлен ее познаниями во всяких мелочах и расположении комнат в квартире. Неужели не врет и Чимин привозил ее ко мне?
Я решаю пригласить ее на семейный ужин в честь моего возвращения и посмотреть на реакцию брата. И если она говорит правду… что ж, я заставлю его подать на развод.
— Какого черта ты притащил ее сюда? С ума сошел? — шипит Чимин, заталкивая меня за угол и оглядываясь по сторонам, чтобы никто не услышал наш разговор. Он нервничает. Безумно. С того самого момента, как заприметил Дженни рядом со мной.
— А какого черта ты, женатый мужик, пошел налево? — я завожусь с полуоборота, все это время сдерживал себя, но вот сейчас начинаю терять самоконтроль.
— Словно ты не знаешь, почему мужья изменяют своим женам?! Ах да, погоди, тебе этого не понять, ведь ты же у нас не женат и в твоей постели каждую неделю новая девушка, — ёрничает он и нервно проводит пальцами по волосам.
— Прекрати, тебя никто не заставлял надевать на палец обручальное кольцо. Проклятье, Чимин, у тебя прекрасные дети, чудесная жена, зачем ты связался с какой-то малолеткой?
— Захотелось разнообразия, и не надо на меня так смотреть, — выплёвывает он, и мы впиваемся друг в друга злыми взглядами.
— Мне хочется тебе врезать, — бью кулаком в стену рядом с головой брата.
— А ты у нас святоша, да? — лыбится он, смотря на меня с насмешкой. — И вообще, где ты нашел Дженни? Или ты это — прикинулся мной и замутил с ней? Скажи, малышка горяча, а? Строит из себя скромницу, а на самом деле…
— Дженни беременная, ты, идиот, — говорю громче, чем следовало, и Чимин шикает на меня, воровато оглядываясь по сторонам.
— С чего ты взял, что это мой ребенок? Да я не видел ее два месяца, Техён, мало ли с кем она после меня была? Ее же даже уговаривать особо не пришлось, сама прыгнула ко мне в постель.
— А если все же твой? Вот так просто возьмешь и забудешь о том, что где-то еще у тебя есть сын или дочь?
— Послушай, я знаю, что для тебя это больная тема, но давай начистоту: мне не нужна ни Дженни, ни ее ребёнок. Отвези ее на вокзал и посади в автобус, пусть валит в ту дыру, откуда вылезла, и не возвращается. У меня есть семья, и я не намерен разрушать ее.
Я хочу ответить ему, мне есть что сказать, уже открываю рот, но со стороны слышится сдавленный всхлип. Я поворачиваю голову на звук и теряю весь свой запал, наткнувшись взглядом на широко открытые глаза. Дженни зажала рот ладонью, по щекам стекают капли слез, на лице шок и непонимание.
Она мне, конечно, никто, и плевать на ее чувства к брату, но в этот момент мне становится жаль девушку. Она не виновата в том, что стала мимолетным увлечением Чимина и вляпалась в эту историю.
— Ну, чего смотришь? Слышала ведь все? — с насмешкой в голосе спрашивает брат, пряча руки в карманы. — Собирай свои вещи, и чтобы я тебя не видел рядом со своей семьей. Деньги на аборт дам, не переживай. — Я пораженно смотрю на брата. Какой, к черту, аборт?
Взгляд Дженни бегает от меня к Чимине, в глазах застыла боль, а потом она срывается с места, и через несколько секунд я слышу, как громко хлопает входная дверь.
— Скажешь родителям, что мне срочно пришлось уехать. И если в течение месяца не подашь на развод, я обо всем рассажу Айрин
— Техён, ну ты чего? — кричит мне вслед Чимин, но я не оборачиваюсь. Чувствую себя гадко и все ещё не могу осознать сказанные им слова. Разнообразия. Ему захотелось разнообразия. Да какое, к чертям, разнообразие, когда я столько лет подыхаю, словно собака, и каждую женщину мысленно сравниваю с Айрин?
Я иду к воротам, не спешу, знаю, что Дженни далеко не уйдёт. Это частный сектор, здесь даже городской транспорт не ходит. Я пытаюсь успокоиться, чтобы не сделать ещё хуже, наговорив ей много «хороших» слов после разговора с братом. Делаю несколько глубоких вдохов, оглядываясь на окна кухни, в которых горит свет и через закрытые жалюзи видны темные силуэты.
На улице уже темно, но фонари прекрасно освещают и двор, и дорогу, поэтому я без проблем нахожу Дженни у забора. Стоит, уперевшись в него спиной, и смотрит в одну точку. Глаза красные, руки дрожат, на меня не обращает никакого внимания и выглядит так, словно вот-вот и грохнется в обморок.
— Садись в машину, — говорю ровным голосом, с интересом рассматривая девушку и пытаясь понять, что же такого в ней нашёл Чимин. Девушка как девушка: молодая, худощавая, волосы густые, длинные, аккуратный носик и пухлые губы — ничего особенного.
— Уйди, — едва слышно и с надрывом.
— Я не собираюсь торчать здесь до утра в ожидании, когда ты успокоишься.
— Я вызову такси и поеду на вокзал, не волнуйся, больше не потревожу вас с братом.
— Да при чем здесь это? — Моему терпению приходит конец. Я хватаю Дженни за руку, пытаясь заставить идти со мной, но она упирается и вырывается из моего захвата, а потом оседает на землю, прикрывает ладонями лицо и громко всхлипывает. Один раз, второй, третий, переходя на истерику. Несколько минут я просто стою рядом, не зная, что делать, а потом все же опускаюсь рядом и успокаивающе провожу рукой по ее волосам.
— Уйди. Не трогай меня, пожалуйста, — протягивает она, поднимая на меня свои пронзительные глаза. На мгновенье сердце пропускает удар, и наши взгляды встречаются. Не знаю, зачем я это делаю, наверное, банальная жалость, резко притягиваю к себе девушку и с силой сжимаю в объятиях, пытаясь успокоить ее.
Она сопротивляется, проклинает и меня, и брата, но в какой-то момент успокаивается, жмётся ко мне ближе, что-то неразборчиво шепчет и затихает, лишь время от времени всхлипывая. Чувствую, как рубашка на груди становится мокрой от ее слез. «Но мне все равно», — повторяю про себя. Абсолютно. Она мне никто.
— Вставай. — Помогаю ей подняться на ноги и сажаю на переднее сиденье машины. Она не сопротивляется, ведет себя словно послушная кукла и не говорит ни слова. И что с ней делать? Не отправлять же подальше от столицы? Проклятье, почему Чимин всегда наделает делов, а мне разгребать за ним эту кучу? И так с самого детства, и это при том, что меня считали самым безответственным из двух братьев
*********
Дженни:
Я позволяю ему прикоснуться к себе. Мужчине, чье лицо абсолютно идентично с человеком, который вырвал мое сердце из груди и растоптал. Я не могу сдержать слез. Чувство горечи затопило меня с головой, и я с силой цепляюсь пальцами за рубашку Техёна, вдыхаю аромат его парфюма, позволяя себе на мгновенье представить, что это Чимин. Мужчина, которого я полюбила с первого взгляда и с которым надеялась построить в будущем семью.
Его слова, подобно острому лезвию, вошли глубоко в мою грудь и ранили. Я пытаюсь сопоставить образ того мужчины, который нашептывал мне ласковые слова, дарил неземное наслаждение и возил в гостиничный комплекс у реки, с мужчиной, который только что предложил мне денег, чтобы избавиться от ребенка, с циничной усмешкой на губах, и у меня не выходит. Все, что я могу сейчас, — содрогаться от рыданий. В голове ни одной связной мысли, а в душе лишь смятение.
Я не сопротивляюсь, когда Техён ведет меня к машине. Здравый смысл нашептывает, что мой паспорт и чемодан с вещами находятся в его квартире, на улице ночь, а я понятия не имею, где именно нахожусь, поэтому должна принять его помощь, несмотря на то, что мне претит одна мысль находиться с ним под одной крышей.
Он помогает мне справиться с ремнем безопасности, и я закрываю глаза, когда его лицо оказывается слишком близко ко мне. Потому что мне тошно от одного лишь вида этих глаз, губ и нахмуренных бровей. Из моей груди вырывается сдавленный всхлип, и я кожей чувствую его пристальный взгляд. Он прожигает меня изнутри, выкачивает из лёгких весь кислород, и мне становится нечем дышать.
Щелчок. Хлопок двери. И я резко открываю глаза, впиваясь взглядом перед собой и не решаясь взглянуть на мужчину. Должно быть, я выгляжу неимоверно жалко в его глазах. Наивная брошенная любовница, которая настроила себе воздушных замков и собралась замуж за принца
планете!
Мы едем молча. Техён впивается пальцами в руль, я же изо всех сил пытаюсь сдерживать всхлипы и не отвожу взгляда от черного пятна на коленках. Белые брюки придется выбросить, жаль, что людей нельзя заменить так же просто, как любимую вещь. На душе наконец-то наступает полный штиль и безразличие. Я истощена. Морально и эмоционально. Мне хочется оказаться в своей комнате, выключить свет и зарыться под одеяло. Чтобы проснуться утром и обнаружить, что это все лишь дурной сон.
— Зачем ты это сделал? — Я упираюсь щекой о стекло и вздрагиваю от голоса Техёна, который ничем не отличается от Чимина
— Что именно?
— Привел меня туда? Мог просто сказать правду.
«И помочь избежать причиненной мне боли», — хочется добавить мне, но я молчу.
— И ты бы поверила?
— Нет, — произношу одними губами после непродолжительной паузы и все же решаюсь взглянуть на мужчину.
— Я бы подумала, что ты пытаешься от меня избавиться.
Он лишь издает неопределенный звук в ответ и останавливается на красный свет.
— Кто будет: мальчик или девочка? — Кивком указывает на мой живот, и я инстинктивно прикладываю к нему ладонь.
— Я ещё не была у врача, да и на таком маленьком сроке пол ребёнка пока что нельзя узнать.
Удивительно, насколько спокойно и ровно звучит мой голос. Кажется, мне бы следовало закатить истерику, а не отвечать на вопросы человека, который посмеялся надо мной.
— В смысле — ты ещё не была у врача? — Он жмёт на педаль газа и резко поворачивает голову в мою сторону. Наши взгляды встречаются, и я пропускаю момент, когда нужно сделать выдох.
— Я только вчера узнала, что беременная, и сразу рванула в столицу. Не знаю зачем, — говорю слегка растерянно и понимаю, что абсолютно выжата изнутри. Словно бесчувственная кукла.
— То есть ты явилась ко мне, заявив, что беременна, даже не удостоверившись, что это так и есть? — Техён резко ударяет по тормозам, и я морщусь от того, как скрипят колёса по асфальту.
— Я сделала кучу тестов, — повышаю голос, не понимая, почему должна оправдываться перед ним.
— Тесты врут.
— Один — возможно, но не двенадцать!
— Чудесно. Завтра утром поедем в клинику. Сделаешь УЗИ, и проведём анализ ДНК. Я хочу быть уверенным, что этот ребёнок от моего брата.
Я задыхаюсь от его наглости.
— Черта с два, завтра утром я уезжаю.
— Ты уедешь, когда я разрешу.
— Ты мне никто, ясно? Твой брат не желает знать ничего о нас с ребёнком — значит, я сама о нас позабочусь. Выпусти меня, от одного твоего вида меня выворачивает.
— Никуда ты не пойдёшь. По крайней мере, до тех пор, пока анализ не покажет, что ребёнок не Чимина.
— Выпусти меня, — нервно дергаю за ручку двери, чувствуя, как начинаю задыхаться от паники и возмущения. Мало того, что братья растоптали меня сегодня, так ещё и Техён решил, что я вру.
— Прекрати истерику, ненавижу это. — Он наклоняется ко мне, обдавая мою щеку горячим дыханием, и я вздрагиваю, когда его пальцы прикасаются к моей руке.
— Выпусти меня, выпусти, выпусти, выпусти! — повторяю раз за разом, ударяя его кулаками в грудь и освобождаясь от всего того, что на время притаилось внутри меня. Боль. Обида. Горечь. Разбитые мечты. Стыд. Непонимание. Отчаяние и безысходность.
— Да прекрати ты, ненормальная. Теперь я начинаю понимать брата: такую, как ты, и в самом деле нужно держать подальше от своей семьи.
Я замираю от его слов. Буравлю его своим взглядом и четко, по слогам, произношу:
— Вы-пус-ти ме-ня. — Я вся дрожу от злости и ненависти, уже не зная, кто из братьев хуже. Дыхание сбилось, короткое и рваное. Вдох-выдох, сердце гулко бьется в груди, виски пульсируют. Я готова вцепиться пальцами в ворот его рубашки, расцарапать до крови лицо, лишь бы избавится от его общества.
Техён не отводит от меня своего взгляда, в его глазах искрится раздражение, словно я просила его о чём-то, а теперь отказываюсь участвовать в этом.
— Выпусти, — повторяю я и чувствую, как дрожит каждая мышца лица в попытке удержать подступающий град слез.
— Отлично, — сдаётся он, — можешь идти на все четыре стороны, не буду держать тебя.
Он нажимает на кнопку, и с двери снимается блокировка. Я вылетаю из салона автомобиля словно ошпаренная и отпрыгиваю назад, когда чёрный внедорожник срывается с места и на скорости отдаляется от меня.
Прохладный воздух ударяет в легкие, проясняя сознание. Я смотрю вслед удаляющемуся автомобилю и не двигаюсь. Прикусываю губу, сдерживая всхлипы, и с силой впиваюсь ногтями в ладони. Растерянно оглядываюсь по сторонам. Несколько прохожих, незнакомая улица и почти пустая дорога. Мне становится так жаль себя. До безумия. Ощущение, словно весь мир сговорился против меня, посылая испытание за испытанием, и, кажется, это только начало.
Глаза растерянно бегают по сторонам, и я вздрагиваю от испуга, когда сбоку слышится скрежет тормозов. Поворачиваю голову и замечаю, как в мою сторону на большой скорости движется автомобиль. Я жмурюсь, ослепленная ярким светом фар, и инстинктивно делаю шаг назад, подальше от проезжей части.
Техён, нарушая все правила дорожного движения, едет задом по встречке. Резко останавливается рядом со мной, и я наблюдаю, как медленно опускаются тонированные стекла.
— Садись, — с нажимом произносит он, и я отрицательно машу головой в ответ. — Дженни, если ты сейчас же не сядешь обратно, я запихну тебя в машину силой. Давай поедем домой, остынем и завтра на свежую голову переговорим еще раз. Ты на эмоциях, я на эмоциях — это не самое лучшее время вести серьезные разговоры. Будь благоразумна, у тебя сейчас нет выбора.
Мы молча смотрим друг на друга. Я стираю ладонями со щек соленую влагу и понимаю, что он прав. У меня и в самом деле нет выбора. В последний раз оглядываюсь по сторонам, делаю несколько глубоких вдохов, откашливаюсь и с самым безразличным видом, на который только способна, дергаю дверцу машины.
Дрожащими руками пристегиваю ремень безопасности, откидываюсь на спинку сиденья и смотрю перед собой. Успокаиваюсь, но время от времени все ещё вздрагиваю от всхлипов. Техён тянется к радиоприемнику, из колонок сначала шипят помехи, а потом раздаётся спокойная музыка.
— Я не хочу видеть Чимина, — нехотя прерываю затянувшееся молчание.
— Хорошо, — спокойно отзывается он.
— Не пойду с ним делать тест ДНК.
— Он и не нужен. — Я всё-таки отрываюсь от созерцания ночных улиц и вскидываю вопросительный взгляд на мужчину, не забывая напоминать себе, что передо мной совершенно другой человек. Не Чимин.
— Мы идентичные близнецы. Если ребёнок и в самом деле моего брата, то тест на отцовство покажет, что и я его отец.
Как это возможно? — удивленно спрашиваю я. До сих пор меня совершенно не волновала тема генетики, но вот сейчас, когда у Чимина есть брат, а ещё родились дети-близнецы, я начинаю волноваться, что и у меня может быть двойня. Это слишком, учитывая, что я даже не могу представить, что буду делать с одним ребёнком.
— Это природа, у неё спроси.
— А что потом? Зачем тебе вообще знать, от Чимина я беременная или нет? Ему не нужен ни ребёнок, ни я, поэтому, скорее всего, мы с тобой больше не увидимся. И не скажу, что это расстроит меня. Если бы не мои вещи в твоей квартире, я бы не села к тебе в машину.
— Не заводись, — вскидывает на меня взгляд и выворачивает руль вправо. — Это мой племянник или племянница, Дженни, и я не собираюсь игнорировать этот факт. Это во-первых. А во-вторых,Чимин ещё одумается, вот увидишь, — устало произносит Техён, и мы вновь замолкаем.
Я прикрываю глаза, тихая музыка и гул мотора медленно укачивают меня, не давая просочиться в голову плохим мыслям, и я не замечаю, как проваливаюсь в беспокойный сон.
Просыпаюсь оттого, что в один момент вокруг вдруг становится слишком тихо. Открываю глаза и отшатываюсь назад, потому что лицо мужчины непозволительно близко ко мне. Он рассматривает меня. Пристально. Я сглатываю подступивший к горлу ком и растерянно моргаю. Он не двигается. Темный взгляд его глаз проходится по моему телу, останавливаясь на уродливом пятне на колене. Мне становится душно. Сердце то и дело пропускает удары, и спросонья я не сразу понимаю, что это не Чимин. Поэтому сначала на моем лице расцветает счастливая улыбка, а уже через секунду резко исчезает.
— Приехали, — Техён разрушает тишину и выходит из машины первым. Останавливается рядом и поднимает голову к ночному небу. Какое-то время я все еще сижу в салоне автомобиля, наблюдая за мужчиной. Изучаю его силуэт, пытаясь в темноте найти различия с братом. Техён не торопит меня, и по его напряженной позе можно понять, что вся эта история ему не по душе. Как и то, что он привел в свой дом какую-то незнакомку.
Я подбираю туфли с резинового коврика на полу и выхожу на улицу босиком. Ступаю по гладкому асфальту и останавливаюсь рядом с Чим… Техёном. Все ещё не могу привыкнуть к тому, что их двое, и даже мысленно путаю имена.
— Я не буду против, если ты отвезешь меня в гостиницу, — произношу тихо, сонно потирая глаза.
Он поворачивает голову в мою сторону, скептически смотрит на меня, ставит на сигналку машину и, не говоря ни слова, идет в сторону дома. Я медлю, но после того, как где-то совсем рядом слышится лай собак и мужские голоса, срываюсь с места и быстро догоняю его.