Chapter 5
— К концу третьей недели вы должны будете проходить весь
маршрут в боевой форме бесстрашия и с оружием за минимальное время, — продолжает инструктор. — Полоса расположена по периметру тренировочнойплощадки. Внутри находится лабиринт с динамическими мишенями. Здесь вы начнёте тренировки со следующей недели. Вопросы? Отлично. Тогда внимательно следите за мной.
Фор демонстрирует нам, как следует преодолевать препятствия на текущеммаршруте, и дает команду "на старт".
Наш участок состоит в основном из грубо сваренных металлических
конструкций различной высоты и конфигураций. Ширина маршрута составляет примерно четыре метра и рассчитана на одновременное прохождение четырьмя
людьми. Подъем по отвесной металлической лестнице с последующим проходом
по узкому бревну проблем особо не вызывает, а вот веревочные мосты и сеть нравятся уже не всем.
Двойняшки так раскачивают сеть, что я чуть не срываюсь,
добравшись до самого верха. Дальше нас ждет переправа на соседнюю платформу по кольцам на руках. Софи и Дин падают где-то на середине. Джон почти справляется, но тоже срывается. Им приходится возвращаться на сеть. Я тем временем спускаюсь по канату и бегу по дороге из старых покрышек. А после десятиметровой трубы и бесконечной, как мне кажется, горизонтально натянутой сети, преодолевать которую пришлось по-пластунски, я встречаюсь с
отвесной стеной пять метров в высоту с небольшими выступами. Энтони уже наверху, когда я начинаю подъем. Поднявшись где-то на метр, я неудачно
цепляюсь за выступ и довольно чувствительно плюхаюсь на задницу. Со второй
попытки стену я всё-таки преодолеваю, но подзависаю наверху, когда смотрю
вниз. Ой, зря... Голова начинает кружиться.
— Ада, очнись. Хватит загорать, — слышу я голос Рей. Она перевалилась через стену и шагает по ней, держась за верёвку. Я следую ее примеру.
Дальше всё идёт по маслу, и жизнь становится вновь веселее, пока Фор не радует:
— Отвратительно! Вы должны делать это в два раза быстрее! Я не
планировал торчать тут до ночи, — включает Фор злого инструктора.
Да я тоже не планировала! Не хотелось бы проходить всё это в темноте. Да ещё три штрафных круга... Мы обречённо переглядываемся, делаем глубокий
вдох и идём на второй заход.
С полосы препятствий мы уходим, когда на небе уже вовсю сверкают звёзды. В норматив мы, конечно, так и не уложились, но первоначальный результат
значительно улучшили. И если бы не бонусные круги при отвратном
искусственном освещении и пробежка до штаба на ватных ногах, были бы похожи на людей. В итоге, мы все вместе заваливаемся в душевую, на препирательства уже нет сил. Да и не думаю, что кто-то из парней в состоянии
нас разглядывать. Кое-как смыв грязь и кровь под горячей водой и одевшись, мы падаем на кровати и вырубаемся.
Так же проходит вся оставшаяся неделя. Все мышцы ноют, кожа не успевает заживать от царапин и ссадин. А бесконечные синяки отмечают точки соприкосновения с землёй. Только мы начинаем вписываться в норматив по
прохождению своего участка полосы, как заботливый Фор удлиняет дистанцию и тем самым еще больше усложняет нам жизнь.
Сразу после тренировок я отправлялась в отдалённые залы бесстрашия, где никто не появлялся. Там я изводила себя до
поздней ночи, я стреляла по мишеням, сбивала руки до кости, отрабатывая новые боевые приёмы. Ведь Эрик предупредил: всегда побеждать за счёт самоуверенности не получится. А потом я приходила в общую спальню, замертво падала на кровать до отбоя. И так каждый день.
Каждый день.
Удар. Блок.
Изо дня в день.
Удар. Блок.
Не щадя себя.
Удар. Блок.
– Так вот, где ты пропадаешь целыми днями, а слухи были гораздо интереснее.
Боже, я узнаю этот голос из тысячи. Только он пробирает до мурашек,
заставляет сжимать кулаки до болезненных царапин от ногтей.
Медленно оборачиваюсь на голос. Испытующе смотрю. Молчание – золото. Это за месяц,проведённый в бесстрашии, я заучила словно мантру.
– Давай на ринг.
Я обречённо пошла к месту своей будущей смерти. Коленки слегка подрагивали. Немудрено. Одно дело играть на эмоциях таких же подростков, как и я.
Манипулировать ими , а потом вне ринга строить из себя бесстрашную. А тут непробиваемый Лидер, которого невозможно разжалобить.
Иногда мне кажется, что он вообще не знает эмоций кроме злости и
раздражения.
– И что же говорят обо мне слухи? – Попыталась я отвлечь Эрика.
– Тебе надо пользоваться своим ростом. Твоё преимущество – юркость. – Лидер даже бровью не повёл на мой вопрос. – Нападай.
Хорошо, заговорить тебя не удастся. Значит надо напролом. Я сделала шаг, приготовилась к удару, но не успел мой кулак даже приблизиться к ребрам
лидера, как Эрик перехватил мои руки и, развернув, прижал меня спиной к своей груди.
– Что будешь делать? – Его голос звучал чуть выше уха. Руки Лидера сильнее сжали запястья. От него исходила опасность и… в то же
время я чувствовала, что он не намерен избивать меня до полусмерти.
– Ударю пяткой по твоей ноге в районе подъёма.
– А потом?
– Развернусь и ударю в челюсть, чтобы вырубить.
– Вот видишь, и никаких манипуляций.
Он ушёл, оставив меня стоять на ринге. Мне показалось или он хочет узнать, что скрывается за моими бравадами? Всё это слишком странно, не мог он просто
взять и уйти, не тронув меня. Где-то тут есть подвох.
На следующий день Эрик нещадно нас гонял. Тренировка подходила к концу. Я уже мысленно выдохнула, но как оказалось рано. Вот и тот подвох о котором я и говорила.
– Ада, на ринг!
Я могу по пальцам пересчитать бои, которые провела с девушками. В основном Эрик ставил меня с парнями. Ну что же, девчонок проще провоцировать. Это я и
сделала.
– Знаешь, а твой парень ничего так…
Лицо моей противницы перекосило от злобы. Она побежала на меня, протягивая
руки вперёд. Я перехватила её руку, будто пожимая её, и нажала на болевую точку у основания большого пальца. Девчонка заверещала, удар ногой в голову
оборвал крик.
– Ты, я так понимаю, актрисой в цирке работала. – Эрик был зол. – По крайней мере у тебя хорошо получается устраивать клоунские представления. – Очень зол.
Лицо Эрика не предвещало ничего хорошего. Он начал снимать свою вечную форменную жилетку.
– Этот бой пойдёт тебе в зачёт, – Лидер встал напротив меня, даже не принимая стойку.
Я старалась придумать что-то, что могло его отвлечь. Эрик не выдержал и начал надвигаться на меня. «Бинго!» пронеслось в голове.
– Стой, стой, стой, а как же твои вчерашние слова?!
На какую-то микросекунду Эрик задумался. Я напала, метя в солнечное сплетение. Удар удался, но, не успев отпраздновать победу, я оказалась прижата к полу с заломленной рукой.
– Прости, дорогая, сегодня мой дебют. – Прошипел Эрик надо мной.
Паника не давала сосредоточится. Если я не скину его с себя, то он сломает мне руку. Ударив свободной рукой, я неожиданно попала по уху лидера. Короткая
заминка позволила мне перевернуться. Мужчина улыбнулся дьявольской улыбкой и ударил по лицу, затем ещё раз и ещё. Я пыталась ставить блоки,
уворачиваться, но от искусного бойца сложно спрятаться. Нетронутые места моего тела катастрофически быстро сокращались. Дышать больно, значит он сломал мне несколько ребер. Тело под градом ударов покрывалось гематомами,
а руки отказывались слушать. Не только силы покидали моё тело, но и, кажется, жизнь. Всё, Ада, доигралась. Надеюсь, на моей могиле оставят надпись о
том, что я погибла от руки самого опасного человека в бесстрашии. Внезапно Лидер остановился.
Он встал и заговорил, обращаясь к неофитам:
– Видите, что бывает, если не поддаваться на провокации? Бой – это не разговор по душам. Это борьба за жизнь.
Собрав последние силы, я встала и прыгнула на спину Эрику, одной рукой делая удушающий захват, а другой царапая это ненавистное лицо. Ему не предоставило особого труда скинуть меня с себя. Но я уже преодолела ту грань, после которой человек борется даже если сил совсем нет. Удар по нижним
ребрам, затем в солнечное сплетение и я падаю на руки Эрику. Я больше не в состоянии находиться в сознании.
- А вот так, выглядит настоящий бесстрашный.
Вокруг было подозрительно тихо. Не слышно голосов, значит, я не в
общей спальне. Надо открыть глаза. Все тело болит так, что больно не то что бы двинуться, больно даже думать о движении. Неужели после всех тех побоев я
не умерла… Надо всё-таки открыть глаза. Что это? Не похоже на потолок общей спальне.
– Проснулась, Ада? – В поле моего зрения появился молодой человек со стаканом в руке. – Выпей, станет легче.
Пить непонятные жидкости, которые дают непонятные люди, находясь в непонятном месте? Нет. Решительно нет.
– Где я? – Неужели это мой голос? Звучит так, будто я молчала последние лет десять…