31.
ТОМ
В баре ощущается волнительная смесь ароматов – крепкого алкоголя, сигаретного дыма и сладковатых духов, висящих в воздухе. Приглушенный гул голосов и негромкая музыка режут глаз. Взгляд цепляется за причудливый сюрреалистичный интерьер. Причудливо изогнутые неоновые вывески отбрасывают забавные тени на потертую кожаную обивку диванов, а блики света играют на зеркальных поверхностях барной стойки.
Невольно прислушиваюсь к обрывкам разговоров, доносящимся со всех сторон. Кто-то обсуждает последние новинки кинопроката, кто-то - грядущие планы на лето, а кто-то, понизив голос, делится сплетнями.
Подойдя к бару, Астрис заказывает нам два коктейля, и вскоре мы, сжимая в руках запотевшие бокалы, вливаемся в общий поток, перемещаясь между танцующими парами и оживленными компаниями. Ритмичная музыка, заставляющая невольно покачиваться в такт.
Время от времени Астрис, подняв на меня сияющий взгляд, что-то говорит, но слова тонут в общем гуле, и я лишь киваю в ответ, наслаждаясь ее близостью и теплом ее руки, сжимающей мою ладонь. Замечаю, что Астрис прижала свой телефон к уху, затыкая другое пальцем, и выражение ее лица мне не понравилось.
«Будь ты проклята, Далила, — вдруг подумал я, забираясь обратно на стул. — Оставь ее в покое. Пусть она будет счастлива».
— Что? — кричит Астрис. — Я не могу… Я едва тебя слышу. — Она слушает еще несколько секунд, и ее брови хмурятся. Затем глаза расширяются, а губы раскрываются. — Ты врешь. Ты…
— Что такое? — спрашиваю я, и все нервные окончания в моем теле зажигаются. — Что она говорит?
Астрис вздыхает и закатывает глаза.
— Я ничего не слышу. Оставайся на линии. — Она закрывает телефон рукой и говорит мне: — Здесь слишком громко. Я выйду на улицу, чтобы позволить Далиле минуту побухтеть мне о татуировках. скоро вернусь.
— Астрис...
Но она уже выскочила из бара, ее спина была прямой и напряженной. Астрис возвращается, когда я уже хотел отправляться на поиски. Она молниеносно проходит через бар и тихо садится. Глаза были яркими и блестящими.
— Моя сестра, я клянусь...
— Чего она хотела? — хмурюсь я.
— Ничего. Она разозлилась из-за татуировок. Я знала, что она взбесится.
— И все?
— И все.
— Меня же не арестуют, не так ли?
Она издала короткий, громкий смешок.
— Нет, нет, ничего подобного. Просто Далила в своем репертуаре. — Астрис допивает коктейль и ставит бокал. — Боже, думаю, у меня тот всплеск эндорфина после татуировки, о котором столько рассказывают. Ты закончил со своим пивом? Пошли отсюда. У нас еще куча дел в Канаде.
Она выскальзывает из барной стойки, но я хватаю за руку.
— Эй. У тебя все нормально? Что Далила сказала тебе?
— Ничего, клянусь. Просто… кое-что о наших родителях. Она пытается навязать мне чувство вины.
Мой телефон зазвонил из внутреннего кармана черной толстовки. Я выудил его.
— Это она. — заявляю я, рассматривая экран на мобильнике. Астрис даже не пытается взглянуть в телефон.
— Не отвечай. — В глазах Астрис плескается решимость, взгляд напряженный. Такого я никогда раньше у нее не видел. — Она хочет все испортить. Не позволяй ей. Пожалуйста.
Звон телефона казался громким даже на фоне грохочущей музыки.
— Я хочу быть с тобой, Том. Я не готова от этого отказаться.
«Я тоже».
Выключаю телефон и кладу его обратно в карман.
— Просто до завтрашнего утра, — сказал я. — Тогда мы успокоимся достаточно, чтобы сообщить ей, что ты в порядке. Как обычно.
Напряженное выражение лица Астрис сменяется лучезарной улыбкой.
— Конечно. Я думаю о том, куда хочу пойти дальше. В клуб. Танцы. Мне нужно мою техно-электронную музыку.
Я сканирую на нее некоторое время, изучая.
«Что-то не так. Она выглядела почти испуганной…»
— Поехали.
***
— Подожди, — Я беру Астрис за руку, когда мы только-только входим в ночной клуб. _ Можно ли тебе мешать алкоголь с лекарством? Я не подумал спросить в баре, но есть ли побочные эффекты?
— О, точно нет. Об этом говорится прямо на этикетке.
Непонятный зуд охватывает меня от ее дикой энергии вместе с внезапным желанием вернуть Астрис в отель и…
«И что? Смотреть телевизор? Она хочет быть в мире, хорошо проводить время. Оживать».
— Ты уверена? Поклянись, что на этикетке нет никаких предупреждений об алкоголе.
Астрис поворачивается, чтобы встретиться со мной взглядом.
— Клянусь, на этом ярлыке нет предупреждений об алкоголе. Какого черта я рискнула бы поставить под угрозу свою память? — Внезапная улыбка дернулась в уголках ее рта. — Не волнуйся, когда мы вернемся сегодня вечером в отель, я покажу тебе.
— Тогда будет слишком поздно.
— Тогда ты просто должен доверять мне, Том.
Она улыбается, но в ее глазах сияет вызов. «Ты веришь, что я знаю, чего хочу, когда годами никто не верил?»
— Я тебе доверяю.
— Спасибо, — выдыхает она. Ее плечи в миг расслабляются, а взгляд смягчается. — Теперь давай немного повеселимся.
Мы присоединяемся к очереди, змеящейся за углом клуба. Так как было относительно рано, двигалась она быстро. Оказавшись внутри, Астрис подходит прямо к бару и занимает нам два табурета на углу.
Второй шот последовал за первым, и я попытался следить, чтобы Астрис не переусердствовала. Черт, мне нужно было не переусердствовать. Но она взяла стакан с водой и потянула меня за руку.
— Давай танцевать.
Отрицательно качаю головой.
— Я не танцую. Это просто не в моей ДНК.
Она надулась, затем отскочила со своими новыми друзьями. Астрис самозабвенно двигается в такт музыке, ее глаза горят, а на коже поблескивает тонкий бисер пота.
Затем следует больше напитков, и алкоголь сделал то, что обычно делает алкоголь – создал иллюзию, что все дерьмо осталось за миллион миль отсюда, а последствия еще дальше. Я потерял счет того, сколько в меня влили, пытаясь отследить Астрис. Но, как и было обещано, стакан воды оказывался у нее в руке чаще, чем коктейль, и я расслабился. Огромное пространство было пульсирующей коробкой света и звука. Разговоры, танцующие тела, мигающие огни и грохот одной песни за другой.
Ночь начала распадаться на части, и время стало туманным, растягивалось и сжималось как резина. Я чувствовал, будто я под водой. Астрис подплыла, точно русалка с распущенными длинными волосами.
Что произошло? Я не мог понять, мои мысли тонули в алкоголе. Я натянул рукава толстовки и пошарил по карманам, чтобы убедиться, что мой кошелек и телефон все еще там.
Кошелек, да. Телефон пропал.
— Черт. — Я пьяно осматриваю бар и пол, чуть не упав с чертова табурета.
Астрис возвращается.
— У меня пропал телефон, — осведомляю ее я.
— Что? — крикнула она. — Я тебя не слышу.
— Мой телефон..
Она крепко неряшливо целует меня.
— Я хочу уйти. Быть наедине с тобой.
— Но мой телефон…
Она прижимает свое тело ко мне, ее грудь выглядывает из майки. Губы касаются моего уха.
— Мне нужно, чтобы ты трахнул меня, Том. Отвези меня обратно в отель и трахни.
— Отличная мысль, — пробормотал я. — Давай.
Мы с трудом выходим на улицу и залезли в такси. На заднем сиденье Астрис буквально на меня накинулась. Мокрые поцелуи и жадные руки, которые поглаживали мой член через джинсы. В ушах звенело после громыхания клуба. Я пытаюсь поцеловать ее в ответ, но мои руки все соскальзывали. У отеля передаю водителю деньги, и мы находим в себе силы пройти мимо стойки регистрации. В лифте Астрис снова потянулась ко мне, почти отчаянно. Я едва мог стоять.
«Господи, сколько же я выпил?»
В нашей комнате с трудом добираюсь до кровати и падаю на спину. Комната кружится.
— Ты мне нужен, Том, — шепчет Астрис, вытянувшись рядом со мной, умоляя. — Ты мне так нужен.
— Подожди... — прошу я, поднося руку к глазам. — Мне просто нужна минутка. Черт, я так нажрался.
— Я тоже, — хихикает она, но ее голос донесся издалека. — Я принесу тебе воды.
— Да... — промямлил я, а потом кровать погрузила меня в забвение.
Когда я снова открыл глаза, в комнате было темно. Никаких огней. Мои уши были наполнены хлопком, а тело весило тысячу фунтов. Протягиваю руку и нащупал пустую кровать. Тихий звук у окна, словно плач…
«Я слишком напился. Я все еще слишком пьян».
Я провалился обратно в сон.
***
Пробуждение дается мне с трудом — голова словно налита свинцом, а тело ватное и непослушное. Открывая глаза, щурюсь, пытаясь привыкнуть к яркому утреннему свету, пробивающемуся сквозь неплотно задернутые шторы. Каждое движение отдается болезненными спазмами, будто кто-то методично колотит меня молотком по вискам.
Медленно приподнимаясь на локте, оглядываюсь, ожидая увидеть рядом Астрис, но ее место пусто. Нахмурившись, хрипло зову ее по имени, но в ответ лишь тишина. Собрав остатки сил, я поднимаюсь и, пошатываясь, направляюсь к двери, надеясь найти ее в другой комнате. Каждый шаг отдается в голове болезненным пульсом, а сухость во рту вызывает приступ тошноты. Ощущение тяжести в конечностях и общая слабость заставляют меня цепляться за стены, чтобы не потерять равновесие.
Заглянув в ванную, нахожу ее пустой. Медленно перебираясь в гостиную, замечаю, что и там нет никого. Сердце начинает тревожно сжиматься - неужели она ушла? Может, я сделал что-то не так? Или она просто решила прогуляться, оставив меня спать?
Подойдя к окну, выглядываю наружу, надеясь увидеть ее силуэт, но улица пуста. Ощущение тревоги нарастает, заставляя меня поспешно обыскивать каждый уголок, но Астрис будто испарилась. Опустившись на диван, зарываюсь пальцами в волосы, чувствуя, как паника начинает сжимать горло. Где она? Почему ушла? Неужели я все испортил? Вопросы роятся в голове, но ответов нет. Лишь тошнотворное ощущение вины и отчаяния сводит мой желудок в спазме.
Моя память пытается воспроизвести мешанину клубных сцен: танцы Астрис, крики разговоров, шум и свет и слишком много алкоголя.
«Как долго я валялся в отключке на проклятой кровати? Как долго она там, одна? Бог знает, что с ней случилось…»
От возможных вариантов затошнило снова и снова.
Боюсь в куртке, ища телефон. Ничего. В джинсах тоже. Обрывок памяти из прошлой ночи. Телефон пропал в баре.
Рюкзак Астрис стоит у подножия кровати.
«Оставь это. Она скоро вернется. Доверься ей».
Больше воспоминаний о прошлой ночи. Глаза Астрис полны эйфории, граничащей со страхом. Странный телефонный звонок Далилы. Плач посреди ночи. Беру полотенце и встаю на колени, чтобы покопаться в ее сумке. Нахожу свой телефон на дне, полностью отключенный. Сажусь на кровать и снова включаю его. Десятки текстовых сообщений выскакивают вместе с уведомлениями еще о десятке пропущенных звонков. Большинство от Далилы, а также от Андреа, Реймонда и доктора Чен.
— Какого хрена?..
Мое сердце перестает биться, а затем понеслось галопом. Трясущимися руками открываю строку текстовых сообщений от Далилы и читаю их одно за другим.
— Н-н-нет…
Я не мог поверить своим глазам. Далила врала мне. Пыталась все испортить…
Ты врешь, сказала Астрис во время разговора в баре. Потому что знала. Далила сказала ей, а затем Астрис солгала мне.
— Нет. Это ч-чушь собачья.
Ярость, подогреваемая ужасом, горит ярко и быстро. Далила точно врала. Она лгунья и воровка, пытается украсть у меня Астрис.
«И как-то подговорила весь персонал больницы?»
Моя рука дрожит, когда нажимаю кнопку в первом голосовом сообщении из двадцати и с опаской, будто это ядовитая змея, поднес телефон к уху.
Я прослушал все сообщения Далилы: слезная мольба чередовалась со злым страхом. Затем голосовые сообщения от доктора Чен, строгие и профессиональные, но пронизанные срочностью. От Реймонда: его голос был тяжелым от боли. И Андреа. Черт, Андреа прокричала свое сообщение, и я едва не закричал сам.
Телефон выпал из моей руки. Кровь отхлынула от моего лица; гнев истощился, оставляя только ужас.
И тихую пустую комнату.