Я люблю твоё беспокойство[ ЗАВЕРШЕНО]

—Вы хоть понимаете, что натворили? —говорит Бан Чан. —Она умерла из-за вас.

Минхо начал переживать. Он думал, что Кристофер сейчас не будет себя контролировать.

—Ты кто такой, чтобы мне что-то сейчас предъявлять? —отец Аяны стоял уверенно. Его не смущало ни то, как Бан Чан был зол. Возможно, отец Аяны был пьян. От него сильно вонялоперегаром. —Кем ты приходился ей? Тоже танцор?

—Это не имеет значение. Вам уже давно пора в клинику. —вмешивается Минхо.

—Так вы все вылизанные, накрашенные стоите и хотите разговора со мной? —усмехается мужчина. Он выглядел более крепким чем парни.

—Я лишь хочу, чтобы вы извинились. —говорит тихо Кристофер.

—Что?

—Извинитесь. —уверенно повторяет Кристофер.

—А не пойти бы тебе?...—мужчина накреняется вперёд и отталкивает Бан Чана. Тот не ожидал, что мужчина начнёт драться. Он растерянно отходит назад. —Я не буду извиняться. Ты верно, пацан, не знаком с мужской гордостью. Хотя, тебя мужчиной назвать сложно...

—Если вы ещё раз дотронетесь до меня.—произносит Кристофер. Он хотел, чтобы отец начал драку. Он этого очень хотел. Но ему было стыдно, потому что он уважал Аяну. Но сейчас она мертва...

—Ещё как посмею. Ты несёшь откровенную брехню. —отец подходит и берет Бан Чана за капюшон: он был ближе всего. —Пошёл вон.

Он отталкивает его вперёд. Кристофер не двигается с места, и разворачивается. Он бьет его кулаком, но реакция отца быстрее. Он раскрывает ладонь, и защищается таким образом от удара.

—Вздумал драться? —отец со всей силы бьет Бан Чана кулаком по лицу. Он попадает прямо по скуле. Крис улыбается, и в ответ кидается на мужчину. Он валит его на землю и держит весом своего тела. Ему тяжело удерживать, это видно по выступающей вене на шее.
Он заносит кулак, но не решается ударить.

—Вы ничтожный человек, который никого не любит, кроме себя. —говорит Кристофер, и встаёт. Ему все равно, что с ним будет дальше. —Я хотел отомстить, но вам отомстила жизнь.

За оградой приезжает машина. На ней вывеска: лечение наркозависимых.

—Мне плевать, что будет дальше. Мне жалко, лишь ваших детей и жену. —говорит Бан Чан. —Но им я помогу. Всего доброго. Удачи, надеюсь в ближайший год вас не выпустят.

Мужчина багровеет, и кричит на парня матом. Он понимает, что ничего сделать не сможет. Его действиям будет расплата.

—Хорош. —Джисон поддерживающе бьет Бан Чана по плечу. —Ты самый сильный человек, которого я знаю.

—Я ещё не закончил. —Кристофер стирает с лица кровь. Его скула разбита, и теперь у него будет синяк.
В глазах парня отчаяние и боль. Но он сжимает кулаки снова и снова, пытаясь заглушить эти ужасные эмоции, которые разрывают сердце на части. Он знает, что лишь месть их остановит. Но лишь на время.

—Мы остановимся на ближайшее время. Ханыль захотела поговорить с тобой у реки. —говорит Минхо. —Ее сестра дала мне ее номер.

—Хорошо, нам всем надо отдохнуть. —говорит Джисон.

—Я не знаю...

—Крис. —говорит знакомый голос.

Парни оборачиваются. Огромная смесь эмоций накатывает на них. Неверие, радость, и в конечном счёте...

—Это полный бред. —Наконец поднимает голос Минхо. Кристофер смотрит на Аяну. Но он не бежит к ней. —Ты была мертва...

Проходит минута, чем к Бан Чану возвращается дыхание. Облегчение накатывает на него. Он знал, что это неправда. Но ему было ужасно больно. И сейчас он на может произнести ни слова.

—Я могу все объяснить. —Аяна порывисто дышит.  Волосы девушки спутаны, а одежда помята. Она подходит ближе, и видит на лице Кристофера синяк.  —Почему у тебя ссадина на лице? Ты с кем-то подрался? —она почти прикасается к щеке Бан Чана, но он отдергивается.

—Будь добра, объяснись...—протягивает Джисон. Парень смотрит на реакции других, так как не знает, что ему делать в этом случае.

—Я очень устал. —говорит Кристофер. Он хотел сказать не только это, но еще и: «что с тобой стряслось, черт возьми!?». Но он отворачивается, и идёт дальше, игнорируя происходящее.

—Минхо, Джисон. —говорит Аяна. Она обессилено и медленно подходит к парням. —Что произошло?
—Знаешь, а может, нам тоже пора. —говорит Минхо. Он не смотрит на девушку.
Джисон виновато пожимает плечами, и уходит вместе с парнями.

***

Я растерянно смотрю им вслед. Какой реакции я ожидала? Радости? Я для них—обманщица.
Так и сказал Чонин. Он был прав. Чонин был первым, с кем я столкнулась.

—честно говоря, ты мне не симпатизировала. —тихо признался парень. —Но ты тут не при чем.

—Да? —растерянно говорю я.

—Мне нравится Хенджин, а ты нравилась ему. Но сейчас, я смотрю, и понимаю, что возможно и не ошибался в своей неприязни. Послушай, я объясню. Ты доверилась парню, который оказался маньяку, а не парню, которого любишь?

—я хотела рассказать ему все...—говорю тихо я. —Прости меня.

—ты должна извиниться перед ним. Конечно, он тебя простит. —уверенно говорит Чонин. —Но мне его жаль.

—Да, сейчас я понимаю, какую я боль ему причинила из-за своей глупости. —глухо говорю я.

—Хочешь знать, где он сейчас? —спрашивает парень. —В твоём городе.

Я сразу обо всем догадываюсь.

—Спасибо тебе.

—я это сделал не ради тебя. А ради их. —говорит Чонин.

—где Хенджин? —спрашиваю я.

—без понятия. —пожимает плечами Чонин.

****
Чонин заходит в комнату, после разговора с Аяной. Он чувствует себя не слишком хорошо. Все же, она ничего плохого ему не сделала. Но зато, он выговорился.

Он ей соврал. Хенджин в тренировочном зале. И сейчас Чонин направлялся туда. Его мучала совесть. Хоть он и соврал Аяне, но Хенджину он врать не будет.

—Привет. —нарочито бодро говорит Хенджин. Он прыгает на одном месте.

—Аяна жива. —бросает Чонин. —Она хотела подстроить свою смерть, но получилось так, что ее запер какой-то псих у себя.

—Что? —парень оборачивается. Он сменяет бодрую маску, на настоящую. —Его поймали?

—Нет. —говорит Чонин. —Она сейчас поехала к Бан Чану. Ты поедешь за ней?

Хенджин молча срывается с места, и бежит в комнату. По дороге, он медленно размышляет. А зачем ему ехать туда? Он рад, что Аяна жива. Но вряд-ли он сейчас там нужен. Есть человек, которому он явно нужнее. И он это давно замечал.

Хенджин возвращается в тренировочный зал. Чонин все еще стоит около окна, смотря в него.

—Что-то забыл? —спрашивает макнэ.

—Нет. Я никуда не поеду. —говорит Хенджин. Он подходит к Чонину сзади. Чонин оборачивается и смотрит на пронзительный взгляд парня, который ему нравится.

—Почему? Ты же так хотел... И она тебе нравится. —пожимает плечами Чонин.

—Только ты мне нравишься больше. —говорит Хенджин, и целует парня. Чонин быстро реагирует, отвечая на поцелуй. Он удивляется такой перемене, но сейчас он себя чувствует очень счастливым.
Хенджин отстраняется и довольно улыбается.

****

—Не могу поверить. —бормочет Хан. —Ты не пойдёшь? —спрашивает он у молчаливого Бан Чана. Они сидят в единственном кафе в этом городе. Качество кофе тут отвратительное. И булки словно резиновые.

—Пойду. —говорит Кристофер. —Мы же договорились.

Минхо и Джисон переглядываются между собой, но ничего не говорят.

—Ладно.

Спустя время, парни встают. Никто из них не чувствовал до этого момента усталости, но сейчас они встают, и после еды конечности будто вот-вот отвалятся.

—Где остановимся?

—Лично я посплю в палатке. —говорит Минхо. —Я тут неподалёку видел склад.

—Отлично. Только мы подморозим себе одно место. —говорит Джисон. Сейчас ему все равно, где он будет спать.

По итогу, парни раскрадывают палатку около пляжа. Мерные спокойные волны раздаются неподалёку от того места, где они разложили палатку. Мокрый от недавнего дождя песок хрустит под кроссовками.
В палатке оказывается не так уж и холодно. Все засыпают довольно-таки быстро.

****
Я прихожу домой, и вижу, что там все ещё говорит свет. Мне страшно заходить внутрь. Я узнала от разговоров соседки, что моего отца забрали. Но я боюсь реакции своих родственников. Ведь я и правда виновата.

Я иду на веранду сарая. Тут никого нет. Раньше мне было тут темно и страшно, особенно в такое время. Но сейчас мне все равно. Я ложусь на старый диван, с сломанной ножкой и поджимаю ноги. Сон никак не идёт. Я всю ночь смотрю в потолок, и размышляю о том, что мне делать дальше. Но уже не так страшно как раньше.
Под утро я все-таки начинаю дремать, и просыпаюсь от того, что меня кто-то трясёт за плечо.

—Аяна. —всхлипывает голос. Я встаю. Чи А видит, что я проснулась.

—Я так рада, что ты жива. Я до конца не верила в твою смерть.

—Никто до конца не верит. —зачем-то говорю я, и корю себя за эти неуместные слова. —Прости меня, Чи А.

—Что случилось? —спрашивает Чи А. Она садится рядом. —Я пошла принести маме корм для птиц, и вижу, что ты тут лежишь. Почему ты сделала так, чтобы все поверили в твою смерть?

—Я не хотела, чтобы вы все страдали. —говорю я. —Просто...
В конце концов, я рассказываю абсолютно все своей сестре. И даже моя сестра, которая всегда казалась мне пофигисткой и не впечатлительной, открывает рот от удивления.

—Боже мой. Ты словно в сериале. —а ещё, на глаза сестры наворачиваются слёзы. Она умело отворачивается, но скрыть полностью у неё не получается. Она обнимает меня, а я лишь успокаивающе глажу ее по спине.

—Я не знаю, что делать дальше. —говорю я.

Чи А молчит, а затем произносит нарочито бодро:
—Это легко. Поговори с ним. Я знаю, он не хочет говорить. Типо: «бла-бла, настоящая Аяна мертва», ну и все такое.

—Он такое не говорил. —я подозрительно щурюсь. —Я с радостью бы с ним поговорила.

—Ну так давай! —невесть чему радуется Чи А. Она искренне смотрит мне в глаза, и в них я вижу облегчение и радость. Чи А рада, что я жива. Мне очень совестно перед сестрой, потому что я заставила ее переживать. —Они пошли к твоей бывшей подруге. Это я им дала адрес, они попросили. Только знаешь что...—она понижает голос. —Покажись, пожалуйста, маме и все остальным. Она очень переживала.

—Ты права. —говорю я, и иду показываться своим родным.
Мама обняла меня без всяких слов. Братья ещё не вернулись домой.
То, как себя вела мама без отца, дало мне понять, что дома без отца стало куда свободнее и роднее. Я отпустила обиду на мать. Ведь я осознала: она сама ещё ребёнок. Отец ей управлял, а она не в силах бороться с ним, да ещё и вера не позволяла ей это сделать.

—Я бы с радостью осталась. —говорю я. —Но мне пора. Я ещё вернусь.

Речка в нашем городе была единственной, и она впадала прямо в Жёлтое море, образовывая маленький лиман. Я купалась в нем в детстве.
Но сама речка была схожа с каналом. Она была узкой, но глубокой. А сейчас там была очень ледяная вода, и, казалось, сунь туда ногу, ее сведёт болезненными судорогами.

Старый, но крепкий единственный ее мост был неподалёку школы, куда я ходила до четырнадцати лет вместе с Ханыль. Ее можно было понять, почему она выбрала такое мести встречи.
Ближе к месту на меня наваливались воспоминания. На этот мост мы тоже приходили с Ханыль.

Я иду по берегу реки, на таком расстоянии, чтобы не намочить ноги о прозрачную воду. Течение реки быстрое, поэтому нам не разрешали в ней купаться даже летом.
Вдалеке я вижу фигуры двух людей: субтильную девичью и спортивную фигуру парня.
Кристофер пошёл один? А как же Минхо и Джисон?
Я остановилась на таком расстоянии, чтобы можно было безопасно слышать их разговор.

—Какой резон? —послышалось обрывок предложения Ханыль. Значит, он ее уговаривает, чтобы она опровергла свои старые слова. Я порывисто вздохнула. Даже после того, как я облажалась перед ним, он продолжает пытаться опровергнуть то, что сломало мне репутацию.

—Может потому... —я не услышала дальнейшие слова Бан Чана.

—Но с одним условием. —Ханыль наклонилась к Кристоферу. Он кивнул, и она поцеловала его в щеку. Ее условие был поцелуй? Странно?

Едва я успела сообразить почему, Ханыль толкает Кристофера с моста. И как я не могла сразу понять, что она встала именно там, где нет ограды?
Ледяная вода... Большое течение...

Я не думав больше ни о чем, бегу вперёд, сталкиваясь с Минхо и Ханом.

—Не сейчас. Он не умеет плавать! —кричит Минхо. —Я побегу позову на помощь.

Я забегаю на мост, и, не обращая внимания на Ханыль, прыгаю с моста. Я жалею лишь о том, что не сняла одежду. Больно соприкасаясь с водой из-за прыжка, я чувствую, как одежда плотно меня облепляет и мешает плыть.
Ледяная вода жжет кожу, я всплываю на поверхность, и вижу Кристофера. Он сначала пытается всплыть, но едва я до него доплываю, он опускается под воду.
Я хватаю его за руку, но понимаю, что мне не хватает сил, чтобы его вытащить на поверхность. Его рука соскальзывает.
Но я не уплыву без него. Я вовремя вдыхаю побольше воздуха, ныряю за ним. Сначала я пугаюсь, что не могу найти его. Но открыв глаза под водой, я вижу его.
С большими усилиями, я не могу помочь ему выбраться наружу. Дыхания почти не хватает, чтобы дальше продолжать быть под водой.
Я продолжаю выталкивать нас обоих наружу. Ещё чуть-чуть, и у меня получится. Воздух заканчивается, и уже начинает темнеть в глаза. Так хочется вдохнуть...
Я думаю, что сейчас умру.
Мы выбираемся наверх, я вдыхаю воздух полной грудью. Мне очень тяжело держаться на поверхности вместе с ним. Кристофер не дышит.
Я стараюсь грести к берегу. Хан прыгает к нам, и помогает мне выбраться с Кристофером из воды. Это будто длиться целую вечность.